Список форумов Балет и Опера Балет и Опера
Форум для обсуждения тем, связанных с балетом и оперой
 
 FAQFAQ   ПоискПоиск   ПользователиПользователи   ГруппыГруппы   РегистрацияРегистрация 
 ПрофильПрофиль   Войти и проверить личные сообщенияВойти и проверить личные сообщения   ВходВход 

Общество Друзья Большого балета
2021-01
На страницу Пред.  1, 2, 3, 4  След.
 
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> Газетный киоск
Предыдущая тема :: Следующая тема  
Автор Сообщение
atv
Заслуженный участник форума
Заслуженный участник форума


Зарегистрирован: 05.09.2003
Сообщения: 5382

СообщениеДобавлено: Вт Янв 26, 2021 12:02 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 20210112602
Тема| Музыка, Персоналии, Тимур Халиуллин
Автор| Александр КАТЕРУША
Заголовок| Музыкант Тимур Халиуллин: Могу сыграть на органе даже «Мурку»!
Солист Белгородской государственной филармонии выступил на фестивале в Калининграде, где с ним и пообщалась «Комсомолка»

Где опубликовано| © «Комсомольская правда»
Дата публикации| 2021-01-25
Ссылка| https://www.kaliningrad.kp.ru/daily/27230.5/4357280/
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ


Тимур Халиуллин уверен, что пандемия сделал органистов еще более значимыми в музыкальном пространстве.
Фото: Александр КАТЕРУША


Фестиваль «Декабристские вечера» прошел в Кафедральном соборе на острове Канта в Калининграда. На закрытии с программой «От барокко до рока» выступил органист Тимур Халиуллин, который исполнил самые разные произведения - от Баха и Мусоргского до «Queen» и «Deep Purple».

«Бах - это рокер эпохи барокко»

- Тимур, а что и «The Beatles» и «Арию» можно на органе сыграть?


- Да! Обычно люди после концертов просят сыграть что-то не из классики. Из таких популярных запросов и родилась эта программа. Мы хотели показать, что классика во многом предвосхитила рок-направление в XX-XXI веке своими идеями, которые в произведениях отражали какой-то крик судьбы, крик о помощи, драматизм. В эпоху барокко это было более характерно, чем в классицизм или романтизм. Это что-то давящее, громкое, сочное, насыщенное. Это все, что связано с органом и музыкой Баха, которого называют иногда первым рокером эпохи барокко, потому что он использовал такие гармонии, которые могли быть не поняты в его эпоху. Знаменитая «Токката и фуга ре минор» не исполнялась при его жизни.

- Опасались, что не примется?

- И не принималось: ни церковью, ни публикой, потому что была довольно напряженная гармония. А параллели возникают постоянно. Группа «Procol Harum» и композитор Гэри Брукер прямо цитирует в своем хите «Белее белого» лютеранский хорал Иогана Себастьяна Баха. А Эндрю Ллойд Уэббер в рок-опере «Иисус Христос – суперзвезда» использует орган в самых драматичных местах. В группе «Deep Purple» есть свой органист-импровизатор. В хите «Smoke On The Water» есть партия органа, которая прописана самими исполнителями. Орган и рок созвучны.

- Что вам самому интереснее играть?

- Современную музыку на органе играть не менее интересно, чем классическую. Вот, Клинт Мэнселл, автор саундтрека к фильму «Реквием по мечте». Музыка, вроде бы не сложная. Но когда ее перекладываешь на орган, она превращается в настоящий реквием! Это такой охват драматизма, что мурашками покрываюсь даже я во время исполнения.
Вообще, люди часто просят саундтреки: «Звездные воины», «Гарри Поттер», «Игра престолов», «Однажды в Америке»», Один дома». Сумасшедшая музыка на органе получается, но это стоит того, потому что раскрываются новые черты и у инструмента, и у самой музыки.

- Это же и мостик к классике. Послушав музыку из фильма «Один дома», человек может заинтересоваться чем-то более серьезным.

- Конечно, если грамотно построить программу и не скатиться только в популярные и знакомые хиты. Многие видят в афише «Игру престолов», приходят и узнают серьезную музыку, начинают любить, слушают. Это всегда идет на пользу продвижения органной культуры.

- А «Мурку» просят исполнить?

- Бывает. На органе я и «Мурку» могу! Не брезгаю. Орган имеет свойство облагораживать музыку. Из «Мурки» можно сделать фугу в стиле Баха. Или импровизацию в стиле протестантского хорала. Порой можно и не узнать, что это «Мурка».

Концертов в пандемию стало... больше

- Как мир органистов переживает пандемию?


- Пандемия сделал органистов еще более значимыми в музыкальном пространстве. Потому что тогда, когда нельзя было собираться хору или оркестру, можно было играть на органе. Органист один, в основном сидит в отдалении от публики. Своим инструментом он может заменить и хор, и оркестр, и небольшую камерную группу. Органных концертов стало больше. Такой парадокс! Не в самый жесткий период карантина, конечно, но орган нигде не замолкал в пандемию.

- Сегодня много композиторов, которые пишут классическую музыку?

- Орган провоцирует постоянно оставаться в старине, в эпохе барокко. Но композиторское творчество не стоит на месте. Я постоянно в программу вставляю современную музыку. Например, произведения Дечебала Григоруцэ, органиста Иркутской филармонии. Когда я приехал в Кафедральный собор, Елизавета Степанец, музыковед и композитор, преподнесла мне подарок – новое сочинение, посвященное… мне! Я сам немножко сочиняю для органа, есть несколько опубликованных произведений.

Догнали и перегнали

- В России вообще сегодня много композиторов? Как мы тут смотримся на фоне остального мира?


- Когда творил Бах, у нас еще и не было жизни во многих местах страны. Я не говорю про Калининград – у этой территории другая история. В целом же российская культура началась намного позже. Тем интереснее, что, несмотря на это, мы не только догнали европейскую культуру, но и во многих вопросах перегнали ее. Когда меня спрашивают о том, как я отношусь к европейской школе, к российской, какая выше, какая лучше, - я смело и без лже-патриотизма говорю: «Наша школа, пропустив три века, догнала все и всех». Мы недавно спорили об этом с органистом из Чехии. Я его спросил: «Назови мне чешских композиторов и органистов, а я буду загибать пальцы». Тут сказать нечего. Музыка Чайковского, Шостаковича и Прокофьева звучит повсюду, как музыка Баха, Бетховена и Моцарта.
О том, кто сегодня из авторов самый главный и великий, мы узнаем через какое-то время. Хотя смело могу привести в пример представителя петербургской школы, классика Сергея Слонимского, который умер в 2020 году. Уверен, его будут изучать так же, как изучают сейчас Баха. Он, автор десятков симфоний и органных сочинений, опер и балетов – сегодня самый мощный современный композитор.

- Ну, а номер один для вас это Бах?

- Я никогда не ставлю одного композитора выше других. Потому что Бах – представитель одной эпохи и одного стиля. Есть Ференц Лист из эпохи романтизма. Из ХХ века француз Оливье Мессиан – просто гений, уровня Баха, но совсем в другом стиле…
Исключить светских композиторов я не могу. На органе может звучать и рок, и джаз, и развлекательная музыка. Ведь на рояле играют современный джаз!

Шопинг под аккомпанемент

- Вы как-то сказали, что рояль – очень консервативный инструмент, которым уже никого не удивишь. Мол, другое дело орган. Неужели орган с его историей – это не консервативно?


- Рояль консервативен потому что имеет очень прочную и устоявшуюся традицию, которая подкреплена огромной исполнительской школой: российской, европейской, азиатской. Это все довлеющий груз традиций. Там всегда одна клавиатура, максимум три педали. Количество октав и нот традиционно одинаковое. Рояль не такой гибкий в плане экспериментов, каким оказался орган! Да и потом, нет ни одного похожего органа. У каждого свое расположение клавиш, глубина нажатия и даже расцветка. В Калининграде в Кафедральном соборе черных клавиш больше, чем белых. Так часто бывает на немецких старинных органах. Традиционна же белая клавиатура с черными клавишами. И таких мелочей очень много. Одно и то же произведение будет по-разному звучать на разных органах.
В России еще не сформировалась традиция исполнительства, какая есть у рояля и фортепиано. Орган сегодня в России находится в периоде ренессанса после долгих лет советского забвения, разрушения инструментов. Только сейчас начали активно строиться органы, много фестивалей, композиторов, появился конкурс на органные факультеты, чего раньше не было.

- Получается, и конкуренция среди музыкантов растет.

- Да, просто роком на органе сейчас уже никого не удивишь. На премию «Органист года» я подавал «Концерт для ног», когда играют только ноги, без участия рук. Это уже не из разряда церковно-академической музыки, а из разряда циркового шоу. Это не я изобрел, это американская традиция, где органы вообще устанавливаются не в церкви. Самый большой орган в мире стоит в торговом центре в Атлантик Сити! Так что не нужно на орган смотреть сквозь призму церкви. В России мы еще не преодолели эту инерцию восприятия. И мне хочется ее преодолеть.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
atv
Заслуженный участник форума
Заслуженный участник форума


Зарегистрирован: 05.09.2003
Сообщения: 5382

СообщениеДобавлено: Вт Янв 26, 2021 12:04 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 20210112603
Тема| Музыка, Персоналии, Константин Емельянов
Автор| Надежда Травина
Заголовок| Константин Емельянов: Я никогда не иду по пути «сделать не так, как все»
Пианист, лауреат конкурса Чайковского о первом сольном концерте в Большом зале Московской консерватории, дебютном диске и о музыкальном образовании.

Где опубликовано| © «Ваш досуг»
Дата публикации| 2021-01-21
Ссылка| https://www.vashdosug.ru/msk/concert/article/2572334/
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

Имя Константина Емельянова стало известно широкой публике после его триумфального выступления на XVI Международном конкурсе имени П.И. Чайковского. После у молодого пианиста началась активная концертная деятельность в России и за рубежом – сотрудничество с известными оркестрами, дирижёрами, исполнителями: так, Денис Мацуев в одном разговоре назвал его «глубоким, тонким музыкантом, интересно мыслящим, с таким аристократическим звуком». 27 января у Константина состоится первый сольный концерт в Большом зале Московской консерватории, где он представит сочинения Чайковского, Рамо и Стравинского. Также музыкант презентует дебютный альбом, записанный на этой прославленной сцене и выпущенный при поддержке компании Yamaha Music и Фирмы «Мелодия».
Надежда Травина выяснила у Константина Емельянова детали предстоящего события, а также пианист рассказал о методе обучения профессора Сергея Доренского, незаслуженно забытой музыке Сэмюэля Барбера и о том, почему ему трудно найти время на досуг.

Поговорим, прежде всего, от твоём сольном концерте в Большом зале консерватории. Во-первых, есть ли у тебя ощущение особенного удовольствия, когда ты выходишь именно на эту сцену, где ты участвовал в конкурсе Чайковского, много раз выступал? И вообще, консерватория – это же твоя Alma Mater.

Да, конечно. Мне кажется, для любого музыканта выход на сцену Большого зала консерватории – это нечто особенное и волнительное. Но для меня – вдвойне, поскольку это будет мой первый полноценный сольный концерт на этой сцене. Изначально он планировался ещё в апреле, но буквально как только появилась информация о его проведении, в мире произошло то, что произошло. И долгое время было непонятно, куда его переносить, но в итоге всё, к счастью, разрешилось лучшим образом.

Концерт приурочен к выходу твоего диска с музыкой Чайковского. Какие сочинения вошли в альбом, как долго ты его записывал и где его можно послушать?

Изначально я не планировал монографический диск, но точно знал, что возьму музыку русских композиторов – Чайковского, Рахманинова....Выбор пал на Петра Ильича, поскольку мне очень хотелось записать его Скерцо из Шестой симфонии в транскрипции советского педагога и пианиста Самуила Фейнберга – этого хотел и мой профессор Сергей Леонидович Доренский. Вокруг Скерцо выстроилась и вся концепция диска, к тому же, в прошлом году был юбилей Чайковского. Запись проходила летом в Большом зале консерватории, что мне кажется, особенно символичным. Все произведения записаны на рояле Yamaha, и на нём же я буду играть 27 января. Повторюсь, это был мой первый опыт звукозаписи и надо сказать, что мне очень повезло с нашим звукорежиссёром Михаилом Спасским, настоящим суперпрофессионалом: я соглашался практически со всеми дублями, которые он выбирал. Диск можно будет послушать на цифровых платформах iTunes, Яндекс.Музыка, YouTube.Музыка, Spotify; на физических носителях выйдет чуть позже. В первом отделении концерта я исполню цикл «Времена года» Чайковского, который как раз записан на диске.

«Времена года» – это же такой хитовый хит в классической музыке. Не боишься исполнять столь знаменитое сочинение?

Я думал об этом. Это на самом деле большой риск. Но я как-то не хочу переживать по этому поводу. До самого момента записи я переслушивал разные интерпретации и понимал внутренним слухом, что вот здесь бы сделал по-другому, а вот здесь тоже иначе слышу…Хочется самому. Я никогда не иду по пути «сделать не так, как все». Я максимально исходил из того, как я понимаю этот цикл, как я его чувствую. И, конечно, когда играешь это произведение целиком, приходится выстраивать определённую форму, концепцию – это совсем другая задача, нежели исполнять отдельные пьесы цикла.

Чайковский же не был хорошим пианистом – в отличие, скажем, от Рахманинова. Все свои крупные фортепианные сочинения он поручал исполнять другим музыкантам. Вот мне интересно, когда ты играешь его фортепианную музыку, чувствуешь ли ты некие неудобства в нотации, аппликатуре, и то, что композитор был с этим инструментом на «Вы»?

Да, это прекрасно чувствуется. Но Чайковский, когда сочинял эти пьесы, вряд ли задумывался над тем, что удобно пианисту, а что нет. Как видно, технологические аспекты его явно не заботили. Он всё-таки мыслил оркестрово, вокально, а во многих пьесах из «Времен года» вообще откровенно квартетная фактура. И с этим, конечно, связано большое количество неудобств при исполнении. Ты видишь конкретную фразу и понимаешь, что с точки зрения пианизма это записано чуть неуклюже. Поэтому меня всегда удивляло, что фортепианную музыку Чайковского начинают играть ещё с раннего детства в музыкальной школе.

Музыка каких композиторов, помимо Чайковского, у тебя сейчас в репертуаре? Над какими произведениями работаешь?

Сейчас я занимаюсь Третьей сонатой и «Полонезом-фантазией» Шопена: не знаю почему, но только, надеюсь, сейчас мне начал открываться этот композитор. В марте я впервые исполню Третий концерт Рахманинова. Я ни разу не играл это сочинение с оркестром, это будет очень волнительным для меня событием. В перспективе программы на апрель – либо Шуман, либо Лист.

Ты как-то всё идёшь по романтикам. А что насчёт музыки XX века?

Думаю, приступлю к ней этим летом. Сейчас наступил юбилейный год Прокофьева, и что-то подсказывает мне, что осенью будет много мероприятий, посвящённых этому событию.

Расскажи, как складывается твоя концертная деятельность сегодня? Удалось восстановить привычный темп после затяжной паузы?

У меня, как ни странно, сейчас очень насыщенное время. И ноябрь, и декабрь были очень плодотворными, надеюсь, что февраль и март будут такими же. Я продолжаю гастролировать, но пока, по понятным причинам, только по России. Посетил несколько городов, в которых никогда раньше не был: Новосибирск, Сургут, Волгоград, Челябинск, Рязань, Тверь, Самара…

Где больше всего понравилось?

Сами города оценить не всегда удаётся: график поездок очень плотный, всё расписано буквально по каждому часу. Во всех городах, где я выступал, публика была отзывчивой – чувствовалось, что люди соскучились по живой музыке. Что касается залов, то, например, запомнился концертный зал Рязанской филармонии, в котором стоит превосходный рояль – даже в Москве инструменты такого уровня далеко не во всех залах. Я заметил, кстати, что во многих регионах в залах стоят новые концертные рояли – и это не может не радовать.

А что с зарубежными гастролями?

Здесь всё сложно: получить визу и выехать-то можно, но где гарантия того, что концерты не отменятся? В зарубежных странах большинство залов закрыто и когда они откроются – неизвестно. В марте у меня стоит сольный концерт в Швейцарии (причём, не онлайн), в мае запланирована серия концертов в Германии. Буду верить в то, что всё состоится. Посмотрим.

Не посещал ли тебя во время карантина страх, что на сцену ещё долго не придётся выйти?

Было такое. Да и сейчас есть, особенно когда видишь всяческие переносы или отмены. Первый месяц карантина был даже приятным: можно было, наконец, выспаться и посидеть дома. Но дальше у меня началась ломка: как-то резко захотелось в Шереметьево (смеётся). Мне стало не хватать того графика, к которому уже привык, периодически меня посещали мысли – а что если так будет всегда? Но даже сейчас, когда вроде бы всё открыто, я не думаю, что через месяц мы вернёмся в прежний формат жизни: мне кажется, мы в нынешней ситуации продержимся плюс-минус год. Но я очень рад тому, что в России продолжается концертная жизнь, пусть и с ограничениями. У многих моих друзей, живущих за рубежом, уже долгое время нет возможности выступать и работать. А у нас вполне благоприятная в этом плане картина.

Согласна. Но ограничения ещё продолжают действовать: например, концертный зал до сих наполовину полон (или наполовину пуст – кому как нравится). Тебя это не смущает, не вызывает чувство дискомфорта?

Уже нет, мы, исполнители, как-то к этому привыкли. Хотя до сих пор странно слышать на поклонах тихие или шуршащие (потому что в перчатках) аплодисменты.

Успел ли ты за время карантина осуществить всё задуманное – то, на что никогда не хватало времени?

Я пытался в очередной раз начать учить итальянский язык, но в итоге меня хватило недели на три. Прочитал какие-то книги, открыл интересных для себя авторов. Но когда у тебя нет четкого дедлайна, цейтнота и ты не знаешь, что будет дальше – КПД невероятно падает. Но самое важное, что я сделал на самоизоляции – это то, что после двух месяцев сидения дома я решил наконец записать свой сольный диск.

Ты в этом году выпустился из ассистентуры-стажировки Московской консерватории. Чему был посвящён твой реферат?

Реферат у меня был на тему фортепианного творчества американского композитора Сэмюэля Барбера. Львиную долю работы я заканчивал на карантине – специально выделил на это время, работал над текстом с моим руководителем профессором Всеволодом Всеволодовичем Задерацким. Защита реферата прошла в формате онлайн – в итоге успешно. Мама очень была рада, что я закончил ассистентуру. Должен сказать, что я никогда столько не учился в консерватории и у меня не было столько заданий, сколько было сейчас. На дистанционном обучении нужно было посещать лекции, сидя на кухне или в комнате на диване. У меня при этом всегда возникало ощущение некого сюра.

Почему именно Барбер?

Эта музыка почти незнакома российскому слушателю. Существует очень мало каких-то статей, эссе на русском языке о творчестве этого композитора. В основном, знают Адажио для струнных (даже если не в курсе, что это написал Барбер). Фортепианная музыка Барбера в России практически неизвестна. Он оставил не так много фортепианных сочинений – во многом, кстати, из-за своего перфекционизма: бывало, что он мог уничтожить собственные произведения, если был недоволен, мог забрать их из издания, сжечь. Но всё, что в итоге оставил – это действительно «жемчужины» фортепианного репертуара: в них всё настолько выверено, ни одной лишней ноты. Мне было невероятно интересно погрузиться в творчество этого автора.

Наверняка, на тебя ещё повлиял диск твоего учителя Сергея Доренского с Концертом Барбера, вышедший не так давно на «Мелодии».

Да, безусловно! В 1966-м сам Барбер приезжал в СССР – возможно, привёз ноты. Тогда его фортепианная музыка на афишах – это нонсенс. Но и сегодня тоже. Я не вижу, чтобы у нас сегодня исполнялся его Концерт для фортепиано. И это очень грустно. Музыка Барбера в принципе классична – в ней слышен и Прокофьев, и Рахманинов, и другое количество влияний, это не что-то суперавангардное. Надеюсь, со временем она войдёт в репертуар русских пианистов и будет популяризироваться.

После окончания ассистентуры многие молодые исполнители остаются работать в консерватории. Ты бы хотел там преподавать?

К сожалению, я уже не смогу ассистировать своему профессору: Сергей Леонидович ушёл из жизни почти год назад. Но я бы очень хотел попасть на кафедру специального фортепиано. Прошлой зимой мы говорили с Сергеем Леонидовичем об этом и он говорил, что для меня это было бы крайне важно – как бы передавать традиции другим. И я чувствую, что уже есть определённый опыт, которым хочется поделиться. Периодически у меня бывают мастер-классы. Но в основном для студентов, с ними, конечно, проще работать, чем с детьми: у них уже есть база, они научены, имеют некий культурный бэкграунд. Работать с детьми – это отдельное мастерство и умение, ребёнка ты должен постоянно вести и контролировать весь процесс, в отличие от студента, которому можно ставить задачи, но и предоставить большую свободу для их решения.

Музыкальное образование и преподавание, которое мы имеем сейчас, целиком построены на советской системе обучения. У меня складывается ощущение, что она существует сейчас по инерции: и чем больше уходят легендарные педагоги, тем сильнее эта система ослабевает.

Возможно. Сейчас вообще много всяческих попыток поменять наше образование. Но советскую систему, о которой ты говоришь, я бы не стал трогать. Профессионально музыке нужно учиться с детства: бывают, конечно, исключения из правил, но саму ступенчатость – ДМШ, колледж, консерватория – нарушать ни в коем случае нельзя. Конечно, во многих наших учебных заведениях присутствует консервативность – некоторые процессы у нас происходят медленнее, чем в Европе. А иногда даже кажется, что люди не хотят брать в расчёт, что давно наступил XXI век, и исполнять Баха так же, как 50 лет назад – уже просто неуважение к авторскому тексту. Но в тоже время у нас и медленнее уходят великие традиции исполнительства, и я надеюсь, что в Московской консерватории будет сохраняться преемственность поколений.

Мы уже не раз упомянули имя Сергея Леонидовича Доренского: расскажи, как проходили ваши занятия.

Когда я попал в класс Сергея Леонидовича, он в силу возраста уже не играл, не показывал какие-то эпизоды за роялем своим студентам. Но некоторые мои коллеги, например, Лёша Мельников, ещё застали тот момент, когда он играл. Профессор никогда не сидел с нами над текстом, как со школьниками. Мы не часто занимались на уроках отдельными техническими деталями – ты должен был прийти с уже выученной программой, чтобы на уроке разговор шел уже о «главном». Он абсолютно простыми словами мог донести свою мысль до студента, в корне всё изменить. У меня было множество ситуаций, когда я играл и понимал, что что-то не идёт – не звучит, ощущение времени не естественно... И Сергей Леонидович всегда находил нужные, правильные слова, которые действительно помогали. Он всегда нам повторял, что когда ты выходишь на сцену, ты не для себя играешь, ты должен проецировать эту музыку в зал: слушателю не должно быть скучно. Сергей Леонидович не часто был высокопарным (если этого только не требовала конкретная ситуация), всегда говорил очень чётко и по делу. Он помогал мне подобрать ключики к тому, чтобы музыка ожила и зазвучала. Я думаю, что это и были секреты великой русской фортепианной школы.

Что её характеризует, по-твоему?

В первую очередь, пристальное отношение к разнообразию звука, различным тембрам, краскам, будь то Бах или Шопен и т.д. Во–вторых, её характеризует особая драматургия, свойственная русскому исполнительству в целом, когда в сочинении выстраивается чёткая концепция – не только «голый» текст, как бы это ни виртуозно и мастерски было сыграно. Иногда слушаешь очень известных западных исполнителей и понимаешь, что у некоторых присутствует своего рода чистый пианизм – игра на рояле ради игры на рояле. Ну, это мое субъективное мнение.

С 2019 года ты являешься артистом Yamaha. Означает ли это то, что ты можешь свободно заниматься творчеством и не обременять себя организационными моментами?

Не совсем. Yamaha занимается своими проектами с моим участием, я играю на этих инструментах. Но многие концерты идут и от других организаторов; организационной работы всё равно очень много, я ей занимаюсь сам. Это не всегда приятные хлопоты – хочется, конечно, всё время уделять музыке – но в какой-то степени это даже полезный опыт. Потому что сегодня артистам невозможно не знать хотя бы основы менеджмента. У меня есть знакомые исполнители, которые не ведут никаких соцсетей, не анонсируют концерты, утверждая, что, например, Гилельс или Рихтер этим не занимались, а просто доносил своё искусство в массы.

Но в эпоху Гилельса не было соцсетей.

Да, тогда было всего два телевизионных канала. А сейчас – настоящий взрыв медийного пространства: волей-неволей надо идти в ногу со временем. И есть люди, которые любят всем этим заниматься: постить анонсы своих концертов, выкладывать фотографии и так далее. К сожалению, я не всегда успеваю это делать, но прекрасно понимаю, что у нас, извините, XXI век, всё окончательно ушло в интернет и в соцсети.

Наше издание называется «Ваш Досуг». Расскажи, пожалуйста, что представляет собой досуг пианиста Константина Емельянова?

А что это такое? (смеётся) Мне кажется, у исполнителей его практически не бывает. У меня, наверное, он строится вокруг дома и в радиусе ближайших станций метро: на большее времени просто нет. Часто удается отдохнуть в самолёте: телефон находится в авиарежиме, никто не звонит, я могу спокойно посмотреть какой-нибудь фильм – наверное, это и есть мой досуг. А вообще я бы с удовольствием сейчас сходил в театр. Но вот как быть с совестью, которая говорит «иди, занимайся» – я не знаю.

======================
Фото и видео – по ссылке
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 22662
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Янв 27, 2021 8:29 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 20210112701
Тема| Музыка, Опера, БТ, Сказка о царе Салтане, Персоналии, Алексей Франдетти
Автор| Александр Курмачёв
Заголовок| О спектакле Алексея Франдетти по опере «Сказка о царе Салтане» в Большом театре
Где опубликовано| © Belcanto.ru
Дата публикации| 2021-01-26
Ссылка| https://www.belcanto.ru/21012601.html
Аннотация| Рецензия



Поспорили как-то Пушкин с Жуковским, кто лучше отразит дух русского фольклора. Так в 1831 г. и появилась «Сказка о царе Салтане», не только соединившая в себя центральные архетипы «оклеветанная жена» и «волшебный помощник», но и взорвавшая привычный ассортимент образов посредством фантастической девушки-оборотня – Царевны Лебеди.

В 1899 г. Н. А. Римский-Корсаков задумал (по рекомендации Стасова) написать по сказке Пушкина оперу к 100-летию поэта. Как дань тому давнему спору партитура «Салтана» изобилует фольклорно-ярмарочными элементами. Между тем, опера Римского-Корсакова относится к тексту Пушкина примерно так же, как «Евгений Онегин» Чайковского к одноимённому роману: текст либретто примерно на три четверти (если не более) состоит из авторских стихов Владимира Ивановича Бельского (1866 – 1946) – знатока и стилизатора русского фольклора, яркого представителя славянского эсхатологического пантеизма (см. его либретто к опере Римского-Корсакова «Сказание о граде Китеже»). Я не буду говорить о том, почему текст Бельского и сложнее, и философски глубже сказки Пушкина: в этом каждый может убедиться самостоятельно, достаточно переслушать финал оперы и сравнить её с литературным первоисточником. В целом же, несмотря на архаизацию языка, Бельскому удалось удержаться в позитивной тональности пушкинской сказки, поэтому понять в ней, что к чему, хоть и сложно, но можно (отчасти благодаря «народной» музыке Римского-Корсакова, использовавшего в партитуре и народные песни, и колыбельные, и масштабные хоровые сцены).

Спектакль Алексея Франдетти на Новой сцене Большого театра (2019) не только идеально вписывается в эту традицию, но и развивает её, представляя собой едва ли не безоговорочный шедевр в русле современной развлекательной эстетики. Все режиссёрские решения не только являются внятными мизансценными высказываниями, но и подкрепляются экстраординарным визуальным контентом, начиная с изобретательной сценографии Зиновия Марголина и цирковых трюков настоящих акробатов и воздушных гимнастов и заканчивая продуманной световой палитрой Ивана Виноградова и роскошными костюмами Виктории Севрюковой (костюмы в «Салтане» — редчайшее достижение, напоминающее выдающиеся работы Павла Каплевича в сокуровском «Борисе Годунове» (2007) и Бенуа Дугардина в «Кавалере Розы» Стивена Лоулесса (2012) здесь же в Большом).

Музыкальная ткань спектакля поддерживала и дополняла его визуальное волшебство. Премьерная критика 2019 г. не пожалела скептических оценок в адрес маэстро Тугана Сохиева и оркестра Большого театра, совершенно забыв об особенностях восприятия театральной музыки в насыщенном визуальностью пространстве. В январской серии показов 2021 оркестр звучал бесподобно: плотно, ярко, мистически тяжеловесно, основательно. Именно на оркестровый звукоряд и на слаженную работу хора, как на прочный академический фундамент, улеглась вся сумасшедше сложная и стилистически разношерстная фактура режиссёрской интерпретации.

Но основным театральным ресурсом постановки стали, конечно, артисты. И тут в первую очередь хочется отметить артистов цирка, создавших праздничное настроение того самого живого ярмарочного шоу мирового класса: Анастасию Бурдину (Лебедь), Илью Салмова (Коршун, Белка), Э. Бисерова, Д. Булгакова, Д. Гизатуллина, С. Кима, О. Лымороева, К. Михайлова, С. Мишанина, Д. Нечаева, В. Самолётова, В. Худакова. Это был настоящий фейерверк трюков, сумасшедший всплеск солнечного, праздничного, удалого мастерства.

Блестящий уровень вокала продемонстрировал и ансамбль солистов Большого театра.

Диапазонно сложная (и самая притягательная для критики) партия Царевны Лебеди была с сияющей лёгкостью и изяществом исполнена Анной Аглатовой. Денис Макаров прекрасно справился с партией Царя Салтана. Екатерина Морозова продемонстрировала лучезарный вокал и актерское мастерство в партии Царицы Милитрисы.

Не менее замечательной (и по объёму, и по выделке) стала работа Ильи Селиванова в партии Князя Гвидона: превращение из царевича в просвещённого князя было представлено живо и убедительно.

Гнусная троица Ткачихи (искромётная вокально-драматическая работа обаятельной Юлии Мазуровой!), Поварихи (ураганно-карнавальный апломб в исполнении Светланы Лачиной) и Сватьи бабы Бабарихи (мистически-мрачная, исполненная вокальным колдовством интерпретация Елены Манистиной) в излюбленной композитором нумерологической дихотомии комически «рифмовалась» с партиями трёх Корабельщиков в исполнении Максима Пастера (взвешенно-экспрессивное звучание в партии Первого корабельщика, частично укрупнённой за счёт купированной роли Старого деда), Николая Казанского и Александра Бородина.

На одном дыхании «осушив» этот бокал музыкально-театральной радости и красоты, я подумал: а почему собственно оперные режиссёры так стесняются делать… праздники? Почему в оперный театр обязательно нужно интеллектуально снаряжаться, как на пыточное испытание? Почему из исконно развлекательного жанра делают чуть ли не экзамен на «высоколобость»? Зачем? Откуда эта бредовая задача сделать трудным лёгкое, сложным простое, непонятным очевидное и неудобоваримым доступное?

Я помню помпезный и тяжеловесный спектакль Г. Ансимова в Большом (1986 г.), и это был тихий ужас: скучно, невнятно, бесцветно, безыдейно. Впрочем, хорошо, что безыдейно: «идейная» перегруженность подобных партитур всё равно ничего, кроме недоумения, не вызывает. Вспомнить хотя бы последний спектакль Дм. Чернякова по той же опере в Брюсселе (2019), в котором несчастная брошенная мать рассказывает «Сказку» своему сыну-аутисту о том, как его бросил папа. Блестящие актёрские работы практически всех участников, к сожалению, не объясняют ни того, почему папа Салтан вдруг оказывается подонком, а не жертвой трёх злобных идиоток (как у Пушкина и Бельского), ни того, почему на сцене под радостную музыку нам показывают трагедию. Любопытно что интерпретация Царя Салтана как негодяя так впилась в сознание наших критиков, что один из них (весьма известный и в целом уважаемый) в своей рецензии на спектакль Большого театра искренне недоумевал, почему Гвидон с Милитрисой простили «царя-ирода». Признаться, у меня челюсть отвисла, когда я это прочитал. Дорогие коллеги, я понимаю, что ни для кого не секрет, что многие из нас, будучи визуалами, давно уже ничего не слушают, а только смотрят. Но хоть сказки Пушкина-то надо же знать. Потому что если мы с вами сказок Пушкина не знаем, то что мы вообще знаем и кому это надо?

Алексей Франдетти в своём «Салтане» не стесняется делать праздник. Напротив, режиссёр настаивает на нём, никогда не скатываясь в дешёвый китч, даже когда речь заходит об укрупнении рискованного пушкинского противопоставления просвещённого «запада» острова Буяна, вырастающего на фоне звёздного неба хрустальными силуэтами петербургской архитектуры, и матрёшечно-лубочной Тьмутаракани.

Современные дети с родителями (а именно для них Большой театр сделал этот фантастический дорогостоящий проект) наверняка помнят сюжет культового диснеевского мультфильма «Рататуй», когда заносчивый ресторанный критик Антуан Эго получает на ужин тот самый простой деревенский рататуй (тушёные овощи), возвращающий его в безмятежное детство, к маме, к радости безусловной любви и непосредственного обожания. В своём предпремьерном интервью Алексей Франдетти заметил: «Я против [зрительского] усилия в театре… Я за то, чтобы это всегда было в радость… [В театре] не надо мучиться…»

Именно таким радостным (без усилий и мучений!) возвращением в детство стал для многих редчайшей красоты спектакль Алексея Франдетти.

Фото Дамира Юсупова / Большой театр
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
atv
Заслуженный участник форума
Заслуженный участник форума


Зарегистрирован: 05.09.2003
Сообщения: 5382

СообщениеДобавлено: Ср Янв 27, 2021 3:15 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 20210112702
Тема| Музыка, Персоналии, Арно Бабаджанян
Автор| Вадим Симонов
Заголовок| За шёпот и за крик, за вечность и за миг
Арно Бабаджанян: не только песни

Где опубликовано| © «Литературная газета» №3 (6768)
Дата публикации| 2021-01-20
Ссылка| https://lgz.ru/article/3-6768-20-01-2021/za-shyepot-i-za-krik-za-vechnost-i-za-mig/
Аннотация|



Армен Джигарханян как-то спросил своего друга Арно Бабаджаняна: «Как ты пишешь музыку?» Тот ответил: «Слышу. Слышу». В свою очередь вся страна слушала и пела его песни, стремительно ворвавшиеся в атмосферу оттепели 1960-х и ставшие поистине эпохальными. В канун юбилея музыканта вспоминаем о том, как слава композитора-песенника отодвинула за кулисы талант выдающегося симфониста и пианиста.

Без легенд не обходится ни одна творческая биография. Вот и из детства Бабаджаняна известна одна история, бытующая по меньшей мере в четырёх вариантах. Суть её такова: на прослушивании в детском музыкальном саду в Ереване маленького Арно приметил один «дядя», который сказал, что у мальчика абсолютный слух и необходимо учить его музыке. Родители послушались, и через год Арно уже пошёл в музыкальную школу. «Дядей» был Арам Хачатурян, сыгравший большую роль в становлении Бабаджаняна как профессионала. Именно он хлопотал в столице, чтобы Арно приняли на последний курс училища Гнесиных, а уже потом в Московскую консерваторию, к Константину Игумнову. К слову, попасть в класс знаменитого профессора было давней мечтой Бабаджаняна – одним из самых ярких впечатлений мальчика стал концерт Игумнова в Ереване в самом начале 1930-х годов.
О пианизме Бабаджаняна тоже ходили легенды. Так получилось, что большая пианистическая карьера у него не сложилась, хотя казалось, для этого было всё: филигранная техника, завидный художественный вкус и темпераментные прочтения. Современники утверждали, что Бабаджанян просто потрясал интерпретацией сонат Бетховена, этюдов и прелюдий Шопена, Рахманинова, Скрябина; а классный вечер, на котором Арно исполнил Второй концерт Рахманинова, в консерватории помнили ещё долго. Сам Игумнов как-то раз в разговоре с певицей и педагогом Ниной Дорлиак обронил, что «это его лучший ученик». Но композиция, которая с самого детства увлекала Арно, всё же взяла верх. Впрочем, свои сочинения он всегда блистательно играл сам. Их же – почти исключительно – и записывал. Лишь в самом конце жизни его исполнение трёх прелюдий Рахманинова – самобытное, темпераментное и виртуозное – было записано на телевидении.

Свой первый опус Бабаджанян написал в 9 лет, он назывался «Пионерский марш». В дальнейшем наставниками молодого автора на поприще сочинительства были крупные мастера: В. Тальян, В. Шебалин, Г. Литинский. В сфере академической «серьёзной» музыки композитор оставил сравнительно небольшое, но значимое наследие: три струнных квартета, фортепианный и скрипичный концерты, Поэму-рапсодию для оркестра, «Героическую балладу» для фортепиано с оркестром, за которую он в 29 лет получил ни много ни мало Сталинскую премию. В 1962 году для Мстислава Ростроповича был создан виолончельный концерт, не лишённый оригинальности, красочности и технической искромётности. Новаторская жилка более всего проявилась в фортепианном творчестве. Чего стоит только фортепианная сюита «Шесть картин», где фольклорные элементы неожиданно, но гармонично сочетаются с «заумной», рациональной додекафонией. В свою очередь, поразительная по своему размаху «Поэма» была обязательным произведением для пианистов на III конкурсе им. Чайковского.

Необыкновенное дарование Бабаджаняна не смогло раскрыться в полной мере ещё по одной причине: половину жизни – 30 лет – композитор болел белокровием. Это сильно сдерживало энергичного и жизнерадостного музыканта, который вообще-то славился великолепным чувством юмора, был душой компании и счастливым семьянином. Но во всей его академической музыке, особенно поздней, явственно слышен безысходный трагизм. Самый яркий пример – Струнный квартет № 3 памяти Дмитрия Шостаковича (1977). Это не просто высказывание по поводу смерти великого композитора, но и мысли о своей собственной судьбе. Не стоит забывать, что к моменту создания этого опуса Бабаджанян уже два десятка лет как почти полностью посвятил себя так называемым лёгким жанрам. А в квартете слышны и творческая смелость, и глубина, и зрелое мастерство.
И всё же страна знала его как композитора-песенника. Вернее, не знала, а обожала. Его песни стали звучанием оттепели, как фильмы Хуциева – отражением той эпохи на киноплёнке. Бабаджанян видел, как растёт его популярность, разъезжая по стране и слыша, как люди напевали «Мой Ереван» из кинофильма «Песня первой любви». На советской эстраде во многом был первопроходцем: первые твисты – «Шагает солнце по бульварам», «Королева красоты» и «Улыбнись» – буквально зажгли время новыми, доселе невиданными в советском обществе красками и ритмами. Совсем другим взяли «Ноктюрн», «Не спеши», «Чёртово колесо», «Верни мне музыку», «Благодарю тебя» – непревзойдённые шедевры советской лирической песни. Под стать музыке и стихи – Бабаджанян сотрудничал с Андреем Вознесенским, Евгением Евтушенко, Леонидом Дербенёвым, Робертом Рождественским.
И сами 1960-е, и триумфальную концертную жизнь этих песенных хитов трудно представить без ещё одного человека – Муслима Магомаева. У него с Бабаджаняном возник не только плодотворнейший творческий союз, но и настоящая дружба, довольно странно оборвавшаяся в конце жизни композитора. К тому же естественное желание поддержать своего сына Араика, начинавшего тогда певческую карьеру, подтолкнуло Бабаджаняна писать новые песни уже для него.

Сегодня, почти сорок лет спустя после смерти музыканта, можно осознать масштаб и значимость творческого наследия А.А. Бабаджаняна. И одновременно огорчиться по поводу того, насколько обделена вниманием его «серьёзная» музыка. А песни – живут! Их перепевают и слушают. Да что там – каждый День города москвичи проводят под звуки неофициального гимна российской столицы – песни «Лучший город Земли».
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
atv
Заслуженный участник форума
Заслуженный участник форума


Зарегистрирован: 05.09.2003
Сообщения: 5382

СообщениеДобавлено: Ср Янв 27, 2021 3:15 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 20210112703
Тема| Музыка, Оркестр Московского музыкального театра п/р Геннадия Чихачёва, Персоналии, Владимир Янковский
Автор| Наталья Савватеева
Заголовок| Время, вперёд!
Где опубликовано| © «Литературная газета» №4 (6769)
Дата публикации| 2021-01-27
Ссылка| https://lgz.ru/article/4-6769-27-01-2021/vremya-vperyed4/
Аннотация| КОНЦЕРТ



Оркестру Московского музыкального театра п/р Геннадия Чихачёва исполнилось 20 лет. В честь этого события был дан концерт.

Когда открылся занавес и оркестр заиграл сюиту Георгия Свиридова «Время, вперёд!», созданную автором для одноимённого фильма Михаила Швейцера, – мощную, героическую, пронзающую сердце, я задохнулась от восторга и счастья. Наверняка многие в зале вспомнили заставку программы «Время» на первом канале телевидения СССР, где когда-то звучала крохотная часть этой гениальной музыки. Публика была потрясена и тем, что главный дирижёр Владимир Янковский не только управлял оркестром, но и сам вдохновенно сыграл сольную партию рояля, как когда-то автор музыки во время первой её записи. Янковский поражал и смелостью интерпретаций произведений, и юмором, что читался в его улыбке, и умением создать торжественность момента. Ряд номеров из спектаклей, где участвовали вокалисты, был необычайно хорош. Блестяще выступила Наталья Замниборщ в сценах из мюзиклов «Анна Каренина» М. Самойлова и «Недоросль» А. Журбина. Покорила в арии Царицы Ночи из «Волшебной флейты» Моцарта Зинаида Громоздина, яркими отрывками из спектаклей были обозначены основные вехи театра. Но самую большую радость подарил всем уникальный оркестр, отмечавший своё 20-летие.

– Я впервые увидел всё лишь сейчас, на публике, и испытал ощущение подъёма и восторга! – признался основатель и худрук театра Геннадий Чихачёв. – Уже года три как я даю коллегам полную волю в концертах. Оркестр – наша фишка, а каждое событие в театре – только движение вперёд!

– Оркестр очень сильный, – поделился впечатлением композитор Владимир Качесов. – А Янковский – музыкант высочайшего уровня. К нему тянутся люди: работать с ним – счастье!

В финале участники концерта запели фрагмент хора «Славься» из оперы М. Глинки «Иван Сусанин». И хотя слова были переделаны под нынешнее событие, победное торжество музыки, знакомой многим поколениям, подняло зал в едином порыве. И это был истинный триумф театра!
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
atv
Заслуженный участник форума
Заслуженный участник форума


Зарегистрирован: 05.09.2003
Сообщения: 5382

СообщениеДобавлено: Ср Янв 27, 2021 3:16 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 20210112703
Тема| Музыка, «Зарядье», Челябинский симфонический оркестр,, Персоналии, Михаил Перевалов, Денис Мацуев
Автор| Марат МУАВИЯ
Заголовок| «Зарядье» рукоплескало.
Челябинский симфонический оркестр выступил в Москве

Где опубликовано| © АиФ-Челябинск №4
Дата публикации| 2021-01-27
Ссылка| https://chel.aif.ru/culture/zaryade_rukopleskalo_chelyabinskiy_simfonicheskiy_orkestr_vystupil_v_moskve
Аннотация| КОНЦЕРТ


© Пресс-служба губернатора Челябинской области

В Москве в концертном зале «Зарядье» с успехом прошло выступление Челябинского симфонического оркестра. Концерт посвятили 87-летию нашего региона. На концерте присутствовали губернатор Челябинской области Алексей Текслер и министр культуры РФ Ольга Любимова.

В честь 87-летия региона

«Челябинский симфонический оркестр молод, ему чуть больше года, но челябинцы его очень любят, и мы им гордимся, – обратился к зрителям Алексей Текслер. – Как и у любого события, есть люди, которые помогали создавать наш оркестр. У него два основателя – замечательный пианист, народный артист России Денис Леонидович Мацуев и дирижёр, профессор Адик Аскарович Абдурахманов. Сегодняшний концерт приурочен ко дню рождения Челябинской области: 87 лет назад она была образована. Наш регион знаменит замечательными людьми, трудовыми подвигами, великолепной природой. Я очень рад, что одна из граней нашего региона, который любит и ценит классическую музыку, – это Челябинский симфонический оркестр».

Оркестр исполнил произведения русской музыкальной классики. Например, зрители услышали Второй концерт Сергея Рахманинова и Пятую симфонию Петра Чайковского.
По словам министра культуры области Алексея Бетехтина, зрители неоднократно вызывали наших музыкантов на бис.

«Мы счастливы, – поделился эмоциями он. – Переговоры о выступлении нашего молодого оркестра на самой современной концертной площадке страны шли практически с самого дня рождения коллектива. Сюда очень сложно попасть, поверьте. Выступление нашего симфонического оркестра в «Зарядье» – событие, без преувеличения, эпохальное для области. Денис Мацуев, которого мы считаем крестным отцом оркестра, завершил своё выступление словами восхищения. Он признал, что добиться такого мастерства, такой высоты исполнения за полтора года – это невероятно и в этом неоспоримая заслуга руководителя оркестра Адика Абдурахманова. Выступление прошло на ура. Зал долго не отпускал наших музыкантов, они играли на бис. Летом наш оркестр даст концерт на одной на главных площадок Европы – в Золотом зале Венской филармонии».

В октябре текущего года в «Зарядье» состоится ещё один концерт Челябинского симфонического оркестра – вместе с молодым пианистом, лауреатом XVI Международного конкурса им. П. И. Чайковского Дмитрием Шишкиным.

Будем с новым концертным залом

Свой оркестр в регионе появился в 2019 году по решению губернатора, а первые выступления наших музыкантов прошли на всероссийском уровне 16 ноября 2019 года, в день закрытия ежегодного Санкт-Петербургского международного культурного форума в Государственной академической капелле Петербурга. На концерте был аншлаг.
В Челябинске оркестр впервые выступил 25 ноября 2019 года на сцене концертного зала им. С. С. Прокофьева. Специальным гостем был Денис Мацуев, который на всех этапах помогал в создании коллектива.
Кстати, авторитетное издание «Музыкальное обозрение» назвало Челябинский симфонический оркестр событием года.
Дирижёр оркестра – Михаил Перевалов, выпускник Уральской государственной консерватории им. М. П. Мусоргского по специальностям «хоровое дирижирование» и «оперно-симфоническое дирижирование». В качестве артиста симфонического хора Свердловской филармонии участвовал в международных фестивалях и гастролировал во Франции, Германии, Китае, Дании.

В скором времени условия для развития музыкальной культуры в Челябинске ещё улучшатся: на месте недостроенного конгрес-холла на берегу реки Миасс появится современный концертный зал.

«Мы определили для себя, что этот объект должен носить культурную, социальную функцию, – рассказал Алексей Текслер. – В городе и вообще в регионе есть нехватка концертных залов. Мы хотим сделать полноценный, с современной акустикой концертный зал, с хореографическими площадками, необходимыми для занятий, для подготовки, для детей. Основная идея заключается в том, чтобы ту инфраструктуру, ту базу, фундамент, который сейчас там есть, и ряд металлоконструкций вовлечь в новый объект. Чтобы действительно ничего не перестраивать, не тратить дополнительные деньги, и в этой части мы максимально сохраним и используем то, что было сделано в рамках предыдущего объекта».
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
atv
Заслуженный участник форума
Заслуженный участник форума


Зарегистрирован: 05.09.2003
Сообщения: 5382

СообщениеДобавлено: Ср Янв 27, 2021 3:17 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 20210112705
Тема| Музыка, Опера, Пермская опера, опера Прокофьева «Любовь к трём апельсинам», Персоналии, Филипп Григорьян, Влада Помиркованая, Сергей Васильев, Анна Абалихина, Евгений Воробьёв, Артём Абашев
Автор| ЕЛЕНА АЛДАШЕВА
Заголовок| Григорьян ставит в Перми оперу Прокофьева в жанре «научпоп-комедии»
Где опубликовано| © Журнал «Театр.»
Дата публикации| 2021-01-26
Ссылка| http://oteatre.info/grigoryan-stavit-v-permi-operu/
Аннотация| ПРЕМЬЕРА

5, 6 и 7 февраля в Пермском театре оперы и балета сыграют премьеру — оперу Прокофьева «Любовь к трём апельсинам» в постановке Филиппа Григорьяна.

Обращение Пермской оперы к музыке Прокофьева приурочено к 130-летию со дня рождения композитора. Однако вековая дистанция между временем написания «Любви к трём апельсинам» и исполнения этой оперы в Перми для создателей спектакля является принципиальной.

В театре напоминают, что написанная Прокофьевым в 1921 году опера «Любовь к трём апельсинам» была вдохновлена русским дореволюционным театром с его интересом к commedia dell’arte. Интерес этот выражался не только в спектаклях, но и в «театроведческих» штудиях художников: именно создатель журнала «Любовь к трём апельсинам» (начинавшегося с вольного переложения одноимённой пьесы-сказки Карло Гоцци) Всеволод Мейерхольд подсказал Прокофьеву идею его первой комической оперы.

Однако экскурс в историю комедии масок на русской сцене для создателей пермского спектакля — лишь отправная точка: взаимодействовать с этой «очевидной» составляющей оперы Прокофьева они не хотят. Напротив, вместе с постоянным соавтором, драматургом постановки Ильёй Кухаренко, режиссёр Филипп Григорьян создаёт современную комедийную историю, к которой можно относиться без отстранённости (комедийную — потому что целительная сила, по сюжету оперы, именно в смехе). «„Любовь к трём апельсинам“ создавалась в начале 1920-х — в те же годы, что и вахтанговская „Турандот“, и на той же волне всеобщего интереса к dell’arte, — рассказывает Григорьян. — Но век спустя этот восторг уже поутих, а юмор буффонады состарился. А вот от музыки Прокофьева нет никакого ощущения антиквариата: в ней по-прежнему много смешного, жуткого, лирического, что нас веселит, страшит и трогает. И нам как постановочной команде показалось важным всё это вернуть и в сюжетные обстоятельства оперы. Для этого нам потребовалось счистить весь толстый слой традиционной буффонады и найти в сюжете тех, кому можно сопереживать не понарошку, а взаправду».

С «не антикварной» музыкой «Любви к трём апельсинам» Пермская опера уже встречалась: оркестр и солисты театра дважды исполняли её ранее в формате семистейдж (без декораций, но с другими составляющими спектакля — мизансценами, костюмами и т.д.). Музыкальный руководитель постановки, главный дирижёр Пермской оперы Артём Абашев рассказывает: «Прежде всего, изменилось моё восприятие этой партитуры. Сейчас постановка даёт мне возможность глубже понять это сочинение, ещё лучше проникнуть в его суть и пристально всмотреться в нюансы, которые могли остаться незамеченными раньше. Как бы мне хотелось исполнить эту оперу сегодня? Так, как её написал Прокофьев. Авторский стиль Прокофьева и прост, и сложен одновременно. Мне его язык понятен и близок. Возможно, потому что мы оба пианисты, и это даёт мне особые преимущества перед дирижёрами с другим музыкантским багажом. Кроме того, в стилистическом плане оперный язык Прокофьева более ясный, чем симфонический — с большей полифоничностью и многогранностью».

Что касается театральной интерпретации оперы, то команда Филиппа Григорьяна выбрала для неё необычный жанр — в театре его называют «научпоп-комедия» и поясняют: «К этому жанру часто обращается современный кинематограф. В постановке зритель может обнаружить стилистические переклички с сериалом „Доктор Кто“, фильмами „Форма воды“, „Вспомнить всё“, „Пятый элемент“ и отечественной традицией научно-музыкальной комедии — фильмами „Весна“, „Чародеи“ и другими кинокартинами». Над «сюжетом о чудаках-учёных, озадаченных идеей преображения человека», как описывает театр обновлённый сюжет «Любви к трём апельсинам», сам Григорьян традиционно работает в двух ипостасях — как режиссёр и художник-постановщик. Также в постановочной группе — художник по костюмам Влада Помиркованая, художник по свету Сергей Васильев, хореограф Анна Абалихина и хормейстер-постановщик Евгений Воробьёв.

Напомним, для Филиппа Григорьяна это не первая работа в Пермской опере — ранее он поставил здесь «Человеческий голос» (оперно-драматический проект, 2011) и оперу Дюсапена «Medeamaterial» (2012).
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 22662
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Янв 27, 2021 5:28 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 20210112706
Тема| Музыка, Опера, Персоналии, АСМИК ГРИГОРЯН
Автор| Вадим Симонов
Заголовок| АСМИК ГРИГОРЯН:
СЕЙЧАС САМОЕ ВРЕМЯ, ЧТОБЫ ПЕТЬ И ДЕЛАТЬ ЧТО-ТО ДОСТОЙНОЕ

Где опубликовано| © Журнал Музыкальная жизнь
Дата публикации| 2021-01-27
Ссылка| https://muzlifemagazine.ru/asmik-grigoryan-seychas-samoe-vremya-chto/
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ



29 января исполняется 70 лет со дня рождения Гегама Григоряна. Накануне юбилея в Мариинском театре под управлением Валерия Гергиева пройдет спектакль «Пиковая дама» П.И. Чайковского, посвященный памяти выдающегося тенора, ушедшего из жизни в 2016 году. В партии Лизы – дочь певца, сопрано Асмик Григорян, обладательница престижной премии International Opera Awards (2016, 2019), а также звания «Певица года», присуждаемого немецким журналом Opernwelt.

В интервью Вадиму Симонову (ВС) Асмик Григорян (АГ) поделилась воспоминаниями об отце, рассказала о том, что делала на карантине, и о своем отношении к профессии.

ВС Асмик, год назад в одном из интервью на вопрос, что бы вы хотели пожелать себе в новом году, вы ответили так: «Единственная мечта состоит в том, чтобы батарейка не села раньше времени, и у меня хватило сил на все: на семью, на работу, на себя». Подозреваю, что ваше пожелание отчасти исполнилось. Как и где проводили время на карантине?

АГ Я – из тех счастливых людей, которые не жалели о том, что все остановилось там, где остановилось. При этом я много работала – отпела в Зальцбурге и Мадриде. Конечно, много всего отменилось, но я использовала это время для каникул: уехала в Африку на 10 дней, потом взяла семью и пробыла там еще месяц. Перезарядила батарейки. Если уж появляется у человека возможность, то лучше потратить время на то, чтобы побыть с семьей и наконец заняться тем, что любишь и на что никогда не хватает времени в обычной жизни. Отсутствие работы не означает, что теперь надо экономить. Поэтому я решила увидеть мир и осуществить то, что не успею сделать после возобновления нормального рабочего режима.

ВС Как поддерживали вокальную форму?

АГ Поначалу по этому поводу паниковала. Пыталась что-то петь, а потом смирилась: будет что будет. Решила так: когда все нормализуется, нужно просто пораньше спохватиться и войти в форму. Или научиться заново – тому, чему мы, возможно, в свое время не научились. И продолжать работать. В общем, лучше без паники – а то не будет ни каникул, ни работы. Впрочем, какие-то упражнения я делала, дабы совсем не раскиснуть.

ВС В таком сложном для театральной жизни 2020-м вы дебютировали в Венской опере как Чио-Чио-сан в «Мадам Баттерфляй», исполнили партию Хризотемиды в «Электре» Штрауса на Зальцбургском фестивале, а в ноябре – декабре спели «Русалку» Дворжака в Мадриде. Насколько сильно отличались ограничительные меры в каждом из городов?

АГ Везде было по-разному. Все зависит не столько от ограничений, сколько от команды и обстановки. В Зальцбурге все продумано так, чтобы было удобно певцу. Там и не замечаешь, что есть какая-то «корона». В Вене карантинные меры ощущались уже больше, а в Мадриде – сильнее всего. Однако в Мадриде атмосфера была настолько семейная, что я влюбилась в город и в театр. Потому и соглашаешься, если можно так выразиться, играть в эту игру и соблюдать правила: просто очень хочется, чтобы все состоялось. С другой стороны, появляется ощущение усталости. Понятно, что законы и правила я менять не в силах, но могу контролировать свою роль в происходящем. В какой-то момент стало уже некомфортно работать в масках – либо нормально трудиться, либо тогда уж подождать.



ВС На лето 2021-го в Байройте запланирован «Летучий голландец» в постановке Дмитрия Чернякова с вашим участием (партия Сенты). Есть опасения, состоится ли?

АГ Раздражает, что до сих пор все под вопросом. Особенно это касается новых ролей: теряется очень много времени и сил, когда на 100 процентов не уверен, состоится ли событие. А это значит, что я уже чуть-чуть не доделываю. Появляется некоторая вялость, которую я, вообще-то, человек трудолюбивый, в себе ощущаю. Понятно, что всегда есть смысл выкладываться, но все равно это не то же самое, когда знаешь наверняка.

ВС 28 января вы выступаете в роли Лизы в «Пиковой даме» на сцене Мариинского театра. Вообще, «Пиковых» у вас в последнее время много: в конце 2019-го был Большой театр, в мае 2021-го грядет премьера в Парижской опере. Да и в Мариинке вы уже пели эту партию несколько лет назад. Сильно ли различаются эти Лизы, и насколько каждый из режиссеров влияет на ваше отношение к героине?

АГ Это влияние всегда ощутимо. И каждый раз очень сложно не переносить какое-то устоявшееся видение в новую постановку. Так же и в жизни: чем больше мы знаем, тем тяжелее нам каждый день воспринимать новые знания. В работе – накапливаешь опыт, но тем не менее уметь его стирать тоже необходимо.

ВС Часто ли не соглашаетесь с режиссерами?

АГ Всегда есть такое, но спектакль – это работа одной команды, и мы всегда приходим к какому-то общему знаменателю. Если у тебя с режиссером возникают разногласия по поводу всего, тогда не надо вообще вместе работать, иначе это нечестно. У меня не было таких ситуаций. Должно быть доверие друг к другу: певец должен верить режиссеру, а режиссер – певцу.

ВС Поговорим о вашем отце. От кого исходила инициатива сделать спектакль-посвящение Гегаму Григоряну?

АГ Речь об этом шла давно, но планы постоянно менялись. Валерий Абисалович каждый раз делает на юбилей папы что-нибудь. Я сразу сказала, что в этом году очень хочу участвовать. Поначалу думали сделать концерт.

ВС Вашим партнером в спектакле будет Нажмиддин Мавлянов – он исполнит партию Германа. Вам доводилось с ним петь?

АГ Нажмиддин – замечательный певец, но я никогда с ним не работала, хотя знаю о нем и очень жду этой встречи.

ВС Одна из коронных партий вашего отца – как раз Герман. Вы видели его вживую в этой роли? И что сейчас, по прошествии многих лет, вас больше всего впечатляет?

АГ Видела много раз и в разных постановках. Отец не принадлежал никакому времени – в этом и заключается сила настоящих людей искусства. Он и тогда был современным, был бы современным и сейчас. Тут дело не в том, как ты двигаешься, что поешь, а в энергетике. Европейские певцы до сих пор учатся по этим записям и удивляются всему: технике, подходу к музыке. И я, слушая папу, каждый раз нахожу там что-то новое. Есть вещи исторические – они всегда будут новыми и особенными. И папина «Пиковая дама» – одна из них.

ВС А какие еще его роли вы особенно цените?

АГ Я очень люблю папу в «Бале-маскараде». Если говорить про техническую сторону, то это – топ. Еще в «Богеме», в «Сельской чести». Вообще, я предпочитаю его в вердиевском и лирико-спинтовом репертуаре.

ВС Ваш отец – армянин, мама, Ирэна Милькявичюте, родом из Литвы. Оба стажировались в Ла Скала, где и познакомились. С какой вокальной школой вы себя соотносите?

АГ И мама, и папа учили меня одной и той же школе – я ее называю итальянской. Понятно, что во мне живут эти две страны – они как лед и пламень. А от темперамента в профессиональном плане многое зависит. Пока я росла, мне это, наверное, очень мешало. Но с возрастом стало понятно, что такой мощный контраст как раз и есть самая главная моя сила. Это те краски, которые отличают меня, позволяют быть особенной, в том числе и в профессии.

ВС Вы, можно сказать, театральный ребенок – много времени проводили вместе с родителями на гастролях. Как окружение повлияло на ваше певческое становление?

АГ Оно формировало вкус. А вкус в искусстве – один из самых важных критериев. Ему непросто научиться, но его можно развить. Все папино поколение – великие люди. Часто говорят: «Ты такая простая, обычная». И я понимаю: это из-за того, что выросла среди больших звезд, настоящих профессионалов. И «игры в див» мне не очень понятны.

ВС Перед вами стоял выбор, чем заниматься в жизни?

АГ Это все время менялось. Когда была маленькой, хотела стать певицей, потом, как и все девочки, балериной. В подростковом возрасте ничего не хотела, не было особых планов кем-то стать. Я по своей сути не мечтатель, а делатель. То, чем занимаюсь, беру и делаю по максимуму. Думаю, если б меня понесло в другую сторону, то я с такой же отдачей занималась бы чем-то другим.

ВС Редко случается так, что из профессиональных занятий родителей с детьми выходит толк. Каково вам было учиться у собственной мамы?

АГ Очень сложно. Можно сказать, что я прошла через огонь и воду. Считаю, что такой подход не совсем верен – никому бы не пожелала.

ВС А сейчас мама дает какие-то советы?

АГ Конечно, но только когда я спрашиваю. Сама же – никогда, она очень тактичный и интеллигентный человек.

ВС Ваш отец был не только певцом, но также режиссером и художественным руководителем Национального театра оперы и балета в Ереване. Как он относился к этой стороне своей деятельности?

АГ Он был певцом. Все остальное для него было тяжело, тем более что руководителем он был в Армении. Когда возвращаешься из большого театрального мира, когда знаешь, как этот механизм работает, приходить туда, где ничто не работает, очень сложно. Менять нужно все, а это требует много сил и нервов. К тому же ситуацию усугубляют понятия «дружба», «братство», особенно важные в такой стране, как Армения. Одним словом, это был сложнейший период для него. Я, например, никогда в жизни не решилась бы на подобное.

А что касается режиссуры… Певческая карьера, как и большой спорт, – крайне утомительная работа. Ты постоянно в борьбе: вечная подготовка и нагрузка. Мне кажется, что все певцы хотят быть режиссерами. И это тоже отдельная профессия. У папы был прекрасный вкус, но, наверное, лучше оставаться там, где мы уже есть. Однако я не уверена, что в один прекрасный день не стану режиссером. Почему бы и нет? (Смеется.)

ВС Ваш отец мечтал построить свой театр в Армении и проводить там фестивали. Даже купил землю под строительство большого амфитеатра. Четыре года назад вы говорили, что «возможно, когда-то мы, его дети, займемся этим, хотя пока нам такой план не осилить». Сейчас вы столь же сдержанно оцениваете перспективы?

АГ Пока ничто не сдвинулось, да и ситуация в Армении непростая. Эту идею мы очень хотим осуществить, тем более что Армения – прекрасная страна для проведения летнего фестиваля.

ВС Часто ли бываете в Ереване?

АГ Примерно раз в год. Там у меня семья: брат, папина жена, с которой мы очень близки, папин брат. В Ереван мы часто ездили, и он всегда присутствовал в моей жизни.

ВС Вы в зените славы. Не хотели бы создать, например, свой фестиваль?

АГ Я еще многому хочу научиться. Сейчас тот момент, когда надо заниматься профессиональными вещами. Это самое эффективное время, чтобы петь и делать что-то достойное. И время это будет недолгим. Поэтому надо сконцентрироваться на работе, я бы сказала, в монотонном спортивном режиме. А потом можно и фестивали. Может, тогда и для Инстаграма придет пора: буду сидеть, вспоминать, выкладывать фотографии, и лайки будут доставлять мне радость. Пока я до этого не доросла.

ВС У вас двое детей. Хочется ли вам видеть преемственность поколений и дальше?

АГ Мне хочется, чтобы дети занимались тем, что выберут. И главное, чтобы они были счастливы. Как они до этого дойдут – это их личное дело, я поддержу и помогу во всем, в чем смогу. Если это будет пение, то я, конечно, рада. Если другое – тоже. Сын в этом году уже поступает, будет пробовать и пение, и актерское мастерство, и джаз.

ВС А у вас есть желание попробовать себя в другой музыке, в том же джазе, например?

АГ Баловаться люблю, я же игрок по своей сути. Но сейчас для чего-то другого нет времени. Может быть,когда-нибудь потом, но тогда б я уж лучше попробовала… построить себе дом.

ФОТО: ROKAS BALTAKYS, ВАЛЕНТИН БАРАНОВСКИЙ / МАРИИНСКИЙ ТЕАТР
====================================================================
Все фото - по ссылке
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
atv
Заслуженный участник форума
Заслуженный участник форума


Зарегистрирован: 05.09.2003
Сообщения: 5382

СообщениеДобавлено: Пт Янв 29, 2021 12:37 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 20210112901
Тема| Музыка, Опера, Крещенский фестиваль, «Новая опера», Персоналии, Евгений Колобов, Андрей Лебедев, Дмитрий Корчак, Ирина Костина, Павел Янковский, Александр Самоилэ
Автор| Александр Матусевич
Заголовок| Колобов forever. Традиционный Крещенский фестиваль в московской "Новой опере" целиком посвящен ее основателю
Где опубликовано| © «Независимая газета»
Дата публикации| 2021-01-26
Ссылка| https://www.ng.ru/culture/2021-01-26/7_8066_culture1.html
Аннотация| ФЕСТИВАЛЬ


Дмитрий Корчак и Ирина Костина в опере «Пираты».
Фото Даниила Кочеткова предоставлено пресс-службой театра


Крещенский фестиваль впервые состоялся в 2005 году, вскоре после кончины Колобова: и по своему названию, и по срокам проведения он сразу был «зарифмован» с одним из важнейших православных праздников совсем не случайно – ведь по удивительному совпадению Евгений Владимирович родился 19 января.

Но фестиваль этого года особенный – самой «Новой опере» исполняется 30 лет, а ее основателю исполнилось бы 75. Столь знаковый юбилей должен быть подчеркнут особо, содержательно – истинно колобовским наполнением программ. Поэтому обязателен в афише любимый спектакль маэстро – «Евгений Онегин» в постановке Сергея Арцибашева (1996); поэтому не обойтись без оркестрованных Колобовым романсов двух гениев русской музыки – Чайковского и Рахманинова.

Три важнейших события фестиваля – колобовские по избранным названиям, по бездне смыслов, что несут эти произведения, какие воскрешают в памяти ассоциации, связанные с именем легендарного дирижера. На открытии форума прозвучал «Реквием» Верди – по форме поминальная заупокойная месса, столь уместная в память об ушедшем от нас более 17 лет назад гении, а по сути – грандиозная операморфная оратория, столь любимая всеми большими музыкантами и самой широкой публикой.

Колобов не был исключением: обращался к грандиозному вердиевскому творению не раз. В «Новой опере» впервые продирижировал им в 1999-м – театр поддерживает эту традицию все годы после маэстро, а делали мессу с колобовскими коллективами такие мастера, как Эри Клас, Гинтарас Ринкявичюс, Ян Латам-Кёниг. На этот раз за «Реквием» взялся нынешний главный дирижер театра Александр Самоилэ – признанный авторитет вердиевского стиля. В его версии партитура обретает положенный ренессансный размах, монументальную величественность и одновременно светится нежными красками в лирических фрагментах.

Как всегда у Самоилэ, при всей экспрессивности оркестра голоса в приоритете – ведь в настоящей итальянской опере именно вокал должен главенствовать. Из квартета солистов полное удовлетворение принесло пение баса Евгения Ставинского – близкое к совершенству и по стилистике, и по технике. Удивил выбор лирического тенора на, в общем-то, героическую партию – но благодаря звонкости и яркости Алексей Татаринцев уверенно держит звуковой паритет. Именно звонкости несколько не хватало густому меццо Агунды Кулаевой, главным образом в ансамблях: в сольных вокализах ее фундаментальный, безупречно выровненный голос по-настоящему завораживал и пленял. Зарина Абаева была бы совершенным сопрано для партии, некогда подаренной Верди своей любимой певице Терезе Штольц, если бы не интонационные помарки в финальном Libera me – пожалуй, самой важной для нее части.

Второе знаковое событие – концертное исполнение оперы Беллини «Пират». Российская премьера этого сочинения прошла в 1837 году в Большом театре, а потом о нем забыли на полтора столетия. Именно Колобов отыскал в архивах Кировского театра клавир и фрагменты партитуры этого сочинения, восстановил по клавиру ее недостающие части и после долгого забвения впервые исполнил в Ленинградской филармонии в 1984 году. В 1989-м он осуществил театральную постановку этой оперы в Москве, в Музыкальном театре им. Станиславского и Немировича-Данченко, которая вызвала небывалый фурор.

На нынешнем фестивале свою интерпретацию «Пирата» предложил Андрей Лебедев, которому утонченные лирические партитуры очень удаются. Сказочной красоты беллиниевская мелодика, ясность гармонического мышления, воодушевляющая романтическая приподнятость сложились в исключительно удачный пазл – маэстро и на этот раз удалось выигрышно представить все достижения юного Беллини. Оркестр и хор театра звучали утонченно, и в целом они сумели достичь филигранности в передаче особой стилистики рафинированного образца бельканто.

Не подвели и певцы. Главной звездой проекта явился тенор Дмитрий Корчак в партии Гуальтьеро, победно оглушавший запредельно высокими нотами, правда и не забывая при этом про гибкую кантилену и лирические краски. Вопреки традиции главную женскую партию сходящей с ума Имоджене отдали легкому сопрано – Ирина Костина была убедительна в колоратурах и верхних нотах, но драматической насыщенности в столь трагическом образе хотелось бы больше. Баритон Павел Янковский в партии неумолимого Эрнесто радовал густым тембристым звуком и стилистически убедительным прочтением исполняемой музыки.

Третье знаковое событие – концертное исполнение вердиевской «Силы судьбы» – ожидается под финал фестиваля. Именно этой оперой Колобов в конце 1970-х громко, на весь СССР, заявил о себе в Свердловске, потом повторил успех в 1980-е в Ленинграде, возвращался к этому сочинению в 1990-е уже в Москве. Представить небывалые красоты единственной «русской» оперы Верди вновь возьмется Александр Самоилэ.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
atv
Заслуженный участник форума
Заслуженный участник форума


Зарегистрирован: 05.09.2003
Сообщения: 5382

СообщениеДобавлено: Пт Янв 29, 2021 12:37 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 20210112902
Тема| Музыка, Опера, Крещенский фестиваль, «Новая опера», Персоналии, Евгений Колобов, Алексей Татаринцев, Евгений Ставинский, Агунда Кулаева, Зарина Абаева, Дмитрий Корчак, Ирина Костина, Александр Самоилэ
Автор| Северьян Цагарейшвили
Заголовок| Память о гениях
На Крещенском фестивале

Где опубликовано| © Российская газета - Федеральный выпуск № 18(8369)
Дата публикации| 2021-01-28
Ссылка| https://rg.ru/2021/01/28/reg-cfo/na-kreshchenskom-festivale-ispolnili-rekviem-verdi-i-pirata-bellini.html
Аннотация| ФЕСТИВАЛЬ


"Реквием" Верди. Фото: Предоставлено пресс-службой Новой Оперы им. Е.В. Колобова

В этом году Крещенский фестиваль в Новой Опере посвящен 75-летию основателя театра, выдающегося дирижера Евгения Колобова. Часть программы уже прозвучала на сцене театра: в день рождения Колобова солисты, хор и оркестр Новой Оперы под управлением Александра Самоилэ исполнили "Реквием" Верди.

Знаменитое сочинение, написанное на канонический латинский текст, часто звучит в стенах оперных домов: его яркая контрастность и драматизм, внутренний нерв, пронизывающий всю музыкальную ткань, ставят его на особый пьедестал среди образцов духовной музыки. С первых же тактов хор Новый Оперы показал незаурядное мастерство: сложнейшие хоровые фуги звучали чисто и ровно, хотя в наиболее драматически напряженных эпизодах оркестр иногда заглушал хор, перебирая с fortissimo и нарушая звуковой баланс.

Дирижерское прочтение Александра Самоилэ было убедительно и по качеству звучания, и по разнообразию оттенков. Так же как и исполнение главных солистов. Тенор Алексей Татаринцев звучал проникновенно, а бархатный бас Евгения Ставинского наполнял зал волнами мягкого звука. Крепко и ровно провела свою партию меццо-сопрано Агунда Кулаева - в прошлом солистка Новой Оперы, а сегодня прима Большого театра. Откровением же вечера стала сопрано Зарина Абаева с ее светлым, завораживающим тембром голоса и теплым piano.

Эксклюзивное событие фестиваля - концертное исполнение раннего шедевра Беллини "Пират", написанного мастером бельканто за четыре года до его знаменитых "Нормы" и "Сомнамбулы". В России эта опера не звучала с середины XIX века, но 1980-е годы Евгений Колобов создал собственную редакцию и оркестровку на основе найденных в библиотеке Мариинского театра нотных материалов, исполнив ее в Ленинграде после полуторавекового забвения. Тогда этот белькантовый раритет по мотивам трагедии английского романтика Чарльза Метьюрина стал настоящим откровением для советского слушателя. Однако на Крещенском фестивале исполнение беллиниевской партитуры оставляло желать лучшего. Дирижеру Андрею Лебедеву не хватило свойственного музыке Беллини "нерва" и порывистости, предвосхищающих вердиевский романтизм, а сложные вокальные партии, требующие тонкой белькантовой выделки, в большинстве своем звучали не на должном уровне. Ирине Костиной в партии Имоджены недоставало масштаба, верхние ноты звучали резко, а пассажи - приблизительно. Достойнее всех в этот вечер выглядел приглашенный тенор Дмитрий Корчак (Гуалтьеро), исполняющий партии бельканто в ведущих театрах мира.

Кстати
На закрытии Крещенского фестиваля 29 января будет звучать "Сила судьбы" Верди, написанная им по заказу Мариинского театра. Коллектив Новой Оперы под управлением Александра Самоилэ представит концертное исполнение партитуры, знаменитую постановку которой Евгений Колобов осуществил в Мариинском театре в 1980-е годы и к которой маэстро неоднократно обращался на протяжении своей жизни.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
atv
Заслуженный участник форума
Заслуженный участник форума


Зарегистрирован: 05.09.2003
Сообщения: 5382

СообщениеДобавлено: Пт Янв 29, 2021 12:40 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 20210112903
Тема| Музыка, Опера, Персоналии, Наталья Слободырева
Автор| Екатерина Бирюкова
Заголовок| «Такого большого выбора уже не будет. Но, мне кажется, в последние годы это был даже не выбор, а перебор»
МЕНЕДЖЕР НАТАЛЬЯ СЛОБОДЫРЕВА О РЫНКЕ КЛАССИЧЕСКОЙ МУЗЫКИ ПОСЛЕ ПАНДЕМИИ

Где опубликовано| © Colta
Дата публикации| 2021-01-26
Ссылка| https://www.colta.ru/articles/music_classic/26457-ekaterina-biryukova-intervyu-natalya-slobodyreva-klassicheskaya-muzyka-rynok-posle-pandemii
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ


© Kaupo Kikkas

Наталья Слободырева чуть больше года назад организовала собственное небольшое агентство, до того много лет проработав менеджером в ганноверском офисе одного из главных гигантов — IMG Artists. Среди ее артистов — знаменитый эстонский дирижер-патриарх Неэме Ярви, с которым она на фоне всеобщей остановки офлайновой музыкальной жизни недавно устроила серию мастер-классов в зуме.

— Как в наше время выживает маленькое агентство, когда даже такой гигант, как Columbia Artists, не устоял в пандемию и объявил о своем закрытии?

— Я думаю, маленьким агентствам сейчас легче. У нас расходы не такие большие. А в «Коламбии» было очень много работников. Нужно платить за офис, платить зарплаты. При том что нет никаких концертов, практически все на нуле, все остановилось. Но то, что с ними произошло, — это следствие не одного года, а последних десятилетий. Финансовые кризисы привели к тому, что «Коламбия» уже и до пандемии была не в лучшем состоянии. И она, к сожалению, не выжила. Но, конечно, сейчас сложно всем. Кто-то вынужден был отказаться от своего офиса или попрощаться с некоторыми сотрудниками. Кто-то надеется, что в марте-апреле еще можно будет какие-то проекты подхватить, но есть слухи, что пандемия дотянется до следующего сезона, а некоторые концерты в Америке отменены уже до конца 2021 года. В Азии какая-то концертная жизнь идет, но они почти только со своими работают, потому что все приезжие должны сидеть две недели на карантине. Ну можно это один раз сделать, но постоянно никто не будет.

— Уменьшится ли после пандемии количество оркестров в мире?

— Думаю, что да. Уже сейчас есть оркестры, которые объявили о своем закрытии. И будут еще. Но ведь когда-то было не так много ансамблей и оркестров. Есть несколько знаменитых институций, которые сильно окрепли за последние 100 лет, — как Берлинский филармонический оркестр, например. Вот они останутся. Другие — не обязательно. К сожалению, такого большого выбора уже не будет. Но, мне кажется, в последние годы это был даже не выбор, а перебор. И полный дисбаланс. И так же с гастрольной деятельностью. Кто-то ездил так много, что не успевал у себя дома играть. Надо было все скорей-скорей. Сейчас, может, время замедлится. Может, оно и к лучшему. Я не знаю. Все-таки раньше солисты и дирижеры проводили долгое время с одним оркестром, ансамблем и по-настоящему работали, доводили все до высочайшего уровня. А в последнее время такой возможности ни у кого не было.
Сейчас будет гораздо меньше денег на концертную деятельность. Когда-то можно было хорошо заработать с помощью гастролей, но в последнее время это уже было не так — выезжать могли только те, кто имел дополнительное финансирование от спонсоров или от государства. Конечно, гастроли — это очень важно. Потому что, когда музыканты показывают себя на других площадках, они часто играют с большей ответственностью, это дает им новые импульсы. Но финансово в последние годы это уже себя не окупало.

— А как же гастроли в Азии? Про азиатский рынок ходят легенды.

— Да, так и было. Но этого тоже уже нет. Япония — первая, где уже не так. Также Китай и Южная Корея. Там гораздо скромнее все стало.

— Но все-таки там выше гонорары, чем на топовых площадках Европы, которые как бы расплачиваются тем, что добавляют в биографию солиста свой раскрученный бренд.

— Да, и сейчас эта разница будет еще заметнее. Я уже слышала, что некоторые европейские площадки вполовину снизили свои гонорары.

— А американский рынок?

— Про него мы, менеджеры, даже и не говорим. Настолько все с ним плохо. Там правила система профсоюзов. Какой-нибудь человек, который лампочки вкручивает в Нью-Йоркской филармонии, имел право на нереально высокую зарплату. Просто потому, что это Нью-Йоркская филармония. Там сумасшедшие деньги крутились. Но на самом деле это была нежизнеспособная система, очень опасная. Ну и плюс у американских культурных институций практически нет государственной поддержки. По крайней мере, она совсем не на том уровне, что в Германии.

— Сколько вы проработали в IMG и почему оттуда ушли?

— Я проработала там девять с половиной лет. Это потрясающий опыт и работа с великими музыкантами и оркестрами нашего времени. Один из моих последних незабываемых проектов там — гастроли с Эстонским национальным оркестром, маэстро Неэме Ярви и скрипачкой Николой Бенедетти в Вене (Musikverein), Праге (Rudolfinum), Линце (Brucknerhaus) и т.д. Также никогда не забуду другой мой значительный проект — с Клаудио Аббадо, Марией Жуан Пиреш и Люцернским фестивальным оркестром в 2012 году, когда мы их привезли в Московскую филармонию и они выступили с Первой симфонией Брукнера и Семнадцатым концертом Моцарта. Или первые гастроли в Европе, в легендарном венском Золотом зале Музикферайн, Татарского национального оркестра под управлением Александра Сладковского с солистом Денисом Мацуевым — над этим проектом тоже я лично работала. За эти годы мне посчастливилось сотрудничать с Пааво Ярви, Шарлем Дютуа, Вадимом Репиным, Мишей Майским, Хилари Хан, Николаем Луганским, Василием Петренко, Юрием Башметом, Кристианом Ярви, Владимиром Юровским, оркестром Большого театра, Svetlanov Orchestra, NHK Symphony, Orchestre de Paris, Sinfonieorchester Basel и многими другими. Но хотелось уже осуществлять свои собственные проекты. И я создала в Германии агентство Meta Artists International, в сферу компетенций которого входят работа с артистами (мои артисты — это Неэме Ярви, Виктория Муллова, Марио Стефано Пьетродарки, Е Юн Чой, Дмитрий Шишкин, Эльвин Годжа Ганиев, Элина Нечаева и другие), организация гастролей, коучинг артистов и консультирование культурных институций.
Дирижерский мастер-класс в режиме онлайн с маэстро Неэме Ярви, что я сейчас делала, мы будем продолжать, следующий курс уже запланирован на февраль — март. Для меня очень важна работа в направлении обучения. Потому что я знаю процесс и со стороны менеджера, и со стороны музыканта (я скрипачка по образованию) и вижу, какая между ними дистанция. Хотя в последние десять лет менеджеры и музыканты все-таки стали больше контактировать друг с другом и пытаются найти общий язык, все равно очень много недопонимания.

— То есть, когда вы говорите про обучение музыкантов, имеется в виду не столько музицирование, сколько менеджмент?

— Да. И не только. Надо соединить детали одного пазла. Когда работаешь в агентстве, видишь все эти разные точки зрения и пробелы, где просто недостаточно коммуникации.

— На сайте вашего агентства в разделе образования я обнаружила психолога-коуча. Он нужен дирижерам? Или всем?

— В общем-то, всем. На сегодняшний день у нас немножко другие ожидания от музыкантов, чем раньше. Конечно, музыкант должен иметь талант, выходить на сцену и на самом высоком уровне себя показывать. Но также он должен быть замечательным коммуникатором. Например, он должен знать, как взаимодействовать с дирижером. Я вижу прекрасных солистов, которые живут в своем мире и сфокусированы только на том, чтобы как можно лучше сыграть. Но во время репетиции или после концерта у окружающих не возникает с ними никакого человеческого контакта. И поэтому бывает, что музыкант понравился, но что-то не пошло, с музыкантами в оркестре не общался, или общался неправильно, или как-то себя не так вел, и потом все это выливается в то, что у него не идет карьера. У дирижеров так вообще — можете себе представить! Молодой талантливый дирижер приходит, встает перед оркестром и не знает, как с ним коммуницировать. Тут важны язык тела, выражение лица, нужно владеть психологией оркестра, чтобы тот пошел за дирижером. А молодые дирижеры часто думают, что они знают произведение, понимают музыку и этого достаточно. Но, когда они приходят работать с оркестром, у них не получается, и их больше не приглашают. Есть такой знаменитый педагог, он вел дирижерский факультет в Королевской академии музыки в Лондоне — Колин Меттерс (Colin Metters). И он говорил, что одна из самых первых вещей для дирижера — это понимание психологии оркестра.
Поэтому, когда я создала свою компанию, я решила, что буду уделять этому большое внимание. Важно образовывать молодых людей. Учить понимать, какие сделать первые — возможно, очень простые — шаги к успеху. Как написать свою биографию, которая правильно тебя презентует. Как переступить этот барьер, когда ты думаешь: ну как же я сам себя буду рекламировать? Для очень многих это такой момент неудобства.

— Мне казалось, что пиар — это, скорее, функция агента при артисте, который пребывает в эмпиреях и ничем таким заниматься не может. Теперь, получается, все сам?

— Это уже давно так. Агент, менеджер, конечно, может посоветовать, с каким фотографом или веб-дизайнером работать. Но на самом деле это функции пиар-агентств, которые существуют отдельно. Их очень много. И вот они отвечают за коммуникацию с журналистами, например. Менеджер больше занимается развитием карьеры, репертуара, организацией концертов и общим имиджем артиста. Если артист молодой, то очень важно обсуждать с ним новые программы, какой будет следующий шаг, где какой будет дебют. Но музыканту, чтобы дорасти до того, чтобы агентство взяло его к себе, нужно сначала самому сильно постараться. Талантливый музыкант может так и остаться незамеченным, потому что были приняты какие-то неправильные решения, сделаны неправильные шаги, родители неправильно действовали или вообще никто ничего не делал, а просто сидели и ждали, что будут концерты. А концерты сами собой не происходят.
Есть такая платформа Hello Stage, ее создали бывший директор венского Концертхауса Бернхард Керрес (Bernhard Kerres) и менеджер Беттина Мейне (Bettina Mehne), которая тоже когда-то работала в IMG. Там есть возможность для музыканта презентовать себя, завести веб-сайт с репертуаром — сделать все, что нужно, чтобы концертные организации серьезно на тебя посмотрели. Плюс они написали книгу «Будь сам себе менеджер» — последние 7–8–9 лет все точно идет в этом направлении. Причем эта тенденция заметна у музыкантов всех уровней. Есть некоторые уже известные, у которых до сих пор нет менеджера, они не хотят. Ну, может, есть только ассистент или секретарь, который ведет всю переписку.

— Скажите, общение с поклонниками в соцсетях — это уже входит в обязанности концертирующего музыканта?

— Ну, есть разные музыканты. Скажем, музыкант среднего возраста и имидж у него такой, что ни в каких соцсетях он не светится... Ну, например, Кирилл Петренко. О нем вообще мало когда прочитаешь. Зато он в Берлинской филармонии! Но молодому музыканту соцсети очень помогают. Это же огромные возможности! Во время первого локдауна я предложила своим артистам делать live-концерты из дома — просто чтобы они не сидели без дела, не лентяйничали. Понятно, что качество звука плохое, связь прерывается, все можно раскритиковать. Но это были живые концерты в Фейсбуке. Потом и другие молодые ребята захотели сыграть. Хотя денег за это, конечно, не возьмешь.

— Я помню, что как раз в то время в Фейсбуке развернулась дискуссия, стоит ли такое делать, не убивают ли бесплатные концерты профессию.

— Да, было такое. Но я считаю, что нет, не убивают. Я разговаривала с разными серьезными организациями, они говорят: это же такой пиар! У меня не то что знаменитые артисты были, это была молодежь. Программа на 40 минут — час. А после нее вопросы-ответы, люди могли написать вопросы онлайн. Просмотров во время концерта было до 2000. То есть это как большой концертный зал! У музыканта, который еще не собирает в настоящем зале столько публики. А потом еще просмотров набиралось до 17–18 тысяч. Совсем неплохо! Такая возможность себя показать! У меня, например, в Фейсбуке очень много друзей-менеджеров. И они все смотрят, следят. Тем более сейчас, когда делать нечего! Раньше такую функцию выполняли только конкурсы. А сейчас есть намного больше возможностей.

— Мастер-класс по дирижированию в зуме. Как такое может быть?

— Поначалу я сама сомневалась, насколько это вообще совместимо. Потому что дирижеру все-таки нужен инструмент. А его инструмент — это оркестр. С оркестром проходят реальные мастер-классы во время каких-нибудь летних академий. Уроки в консерватории проходят с двумя концертмейстерами-пианистами. А тут даже фортепиано нет. Был большой вопрос, насколько возможна работа без всего этого. Но сейчас я могу сказать, что у нас просто шикарно получилось, все ребята-дирижеры были в большом восторге. Никто не ожидал, насколько, несмотря на онлайн-формат, это будет интимно, насколько может создаться человеческий контакт с маэстро Неэме Ярви, насколько будет приятная атмосфера без стрессов.

— Но все равно же потом в реальной жизни молодой дирижер выйдет к оркестру, и у него будет стресс.

— Да. Но это так и так будет. А знаете, чего часто многим молодым дирижерам не хватает? Подготовки до того, как они выйдут к оркестру. Я не имею в виду выучить текст, партитуру и т.д. Конечно, его профессор многому научил. Довольно много учителей сами дирижируют, но у них нет такого огромного сценического и жизненного опыта, как у Неэме Ярви или другого маэстро подобного уровня. В немецком есть такое понятие Handwerk — ремесло. И часто у молодого дирижера просто нет человека, который может это все ему передать. У каждого участника наших мастер-классов были индивидуальные уроки — четыре-шесть часов. Но некоторые ребята прослушали и все уроки с остальными — а там было 60 часов или больше. Представляете, сколько всего они узнали?!

— То есть это были в основном разговоры о музыке, а не как показать вступление фаготу?

— Нет, это все вместе было.

— Но если нет живого оркестра или рояля, то дирижировать приходится записью?

— Иногда — записью. А еще есть такой термин на музыкантском сленге — дирижировать «всухую». То есть вообще без звучащей музыки, всю партитуру надо держать в голове. Это очень сложно, мало кто может. Или маэстро работал над техникой, над постановкой рук. Как давать ауфтакт, чтобы все остальные поняли, когда и как вступить, — это связано с дыханием. Или он разбирал само произведение — говорил о композиторе, о стиле, о форме.

— Сейчас в мире большой спрос на дирижеров-женщин. Вы оглядываетесь на подобную конъюнктуру, когда решаете, кем пополнить список своих артистов?

— Понимаю, о чем вы. В менеджменте сейчас очень много такого. И это, наверное, одна из вещей, которая мне не нравилась в этой сфере. Вот, скажем, нам не хватает какого-нибудь модного немецкого пианиста. Давайте кого-нибудь найдем и сделаем из него такого. Или вот женщины-дирижеры. Каждый оркестр хочет хотя бы раз в сезон иметь женщину-дирижера. Это такой хайп. Но я не гонюсь за хайпами. Сейчас появляются талантливые женщины за пультом. И если мне кто-то понравится, то я возьму. Но только поэтому, а не потому, что ее легко будет продать.

============
Все фото – по ссылке
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 22662
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Янв 29, 2021 9:23 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 20210112904
Тема| Музыка, Опера, МАМТ, Персоналии, Дарья ТЕРЕХОВА
Автор| Беседовала Мария Кузнецова
Заголовок| Дарья ТЕРЕХОВА: «Мой голос сейчас – это скрипка»
Где опубликовано| © Газета «Экран и сцена» № 2
Дата публикации| 2021-01-29
Ссылка| http://screenstage.ru/?p=14213
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ


Фото Е.КОНДРАТОВОЙ

Для Дарьи Тереховой 2020 год стал трудным, но счастливым. На состоявшейся в ноябре церемонии вручения премии “Золотая Маска” она получила награду за лучшую женскую роль в опере. Роль Бьондетты в мировой премьере оперы Александра Вустина “Влюбленный дьявол” показала, что на московской сцене появилась поющая актриса, способная с равным успехом преодолевать вокальные трудности и естественно существовать в сложнейшем режиссерском рисунке спектакля. Выпускница факультета музыкального театра ГИТИСа сегодня стала одной из самых заметных фигур оперной труппы Музыкального театра имени К.С.Станиславского и Вл.И.Немировича-Данченко.

– Даша, в этом году исполнилось 10 лет вашего служения в Музыкальном театре. Красивым итогом этого юбилея стала “Золотая Маска” за роль Бьондетты. Что для вас было самым непривычным и сложным при работе над этой партией? Как изменила вас ваша героиня?

– Все мои предыдущие роли – в основном лирические: Лючия ди Ламмермур, Адина в “Любовном напитке”, Главка в “Медее”. Они ничего общего не имеют с “дьявольской сущностью” Бьондетты. Здесь же был кардинально противоположный образ, работа над ним дала мне невероятный опыт, прежде всего, как драматической актрисе. Но и сложнейшая вокальная партия, мелодекламация, необычный музыкальный язык и ритмический рисунок – все это обогатило мои возможности и как певицы.

Огромную роль в работе над ролью сыграла мой пианист-коуч, уникальный музыкант Светлана Сергеевна Ефимова. Под ее руководством я научилась правильно петь эту музыку, чтобы передать слушателю ее особую красоту и при этом не навредить голосу.

– Кто еще повлиял на ваше понимание роли?

– Повлияли все: и Александр Кузьмич Вустин, и Владимир Михайлович Юровский, и Александр Борисович Титель, и вся постановочная команда. Александр Кузьмич поначалу сильно переживал, что из всего этого получится, но потом преобразился, был всегда такой окрыленный! Творить музыку с Владимиром Михайловичем Юровским – невероятное счастье. Когда с ним работаешь, полностью отдаешься исполнению и ни секунды не переживаешь, что вдруг что-то может пойти не так. Не знаю, изменился ли Александр Борисович, но после этой постановки меня, артистку его труппы, которую знал много лет (с 2007 я была его студенткой в ГИТИСе), он по-новому открыл, разглядел во мне драматические данные, наполненность, артистическую страсть. После “Влюбленного дьявола” он сказал, что я сильно выросла в актерском плане и теперь мне подвластны новые роли – например, Донна Анна в “Дон Жуане”, Виолетта в “Травиате”. Словом, история Жака Казота изменила нас всех.

– В вашем исполнении музыкальный язык оперы настолько “живой” и одухотворенный, что воспринимается на слух как некое “новое бельканто”. Как вам удалось “приручить” додекафонию? Она звучит у вас как привычная оперная музыка, и при этом очень красивая!

– Потому что она абсолютно такая и есть! Значит, та колоссальная работа, которая была проведена всеми нами, дала плоды. Когда каждый день в течение нескольких месяцев работаешь над этой музыкой, не только начинаешь видеть ее редкую красоту, но и понимаешь, что она исключительно трудна и только кропотливый труд позволит “присвоить” ее себе.

За месяц до показа спектакля в рамках “Золотой Маски” я заболела ковидом. Честно говоря, вообще не представляла, как буду петь – ведь почти целый месяц я молчала. Но как только получила отрицательный тест и выписку, я позвонила Светлане Сергеевне, и она сказала: “Приезжайте, будем заниматься, входить заново в партию”. Это было 25 октября, а 28 октября уже был спектакль. Прошло всего две сценических репетиции, но благодаря месяцам работы перед премьерными показами партия стала настолько “впетая”, что, наверное, сейчас я смогу спеть Бьондетту в любом состоянии.

Светлана Ефимова во время работы над ролью говорила, что голос здесь должен звучать так же, как в моих белькантовых партиях: жесткость не нужна, важно сохранить красивый наполненный тембр, чтобы даже скачки были максимально сглаженными, пропетыми.

– После Бьондетты вы стали как-то по-другому петь ваши прочие роли?

– Да, конечно! Ухо, привыкшее к сложным тональным планам и непривычным гармониям, теперь слышит новые краски и по-другому воспринимает музыкальный рисунок белькантовых партий. Все роли, которые я пела до Бьондетты, мы со Светланой Ефимовой сделали заново, и теперь они звучат абсолютно иначе, чем раньше. У меня пустого места нет на страницах клавиров, все в заметках. Опыт, приоб-ретенный в работе над Бьондеттой, еще долго будет “отзываться” в моих ролях.

– Вы поклонница скрипачки Патриции Копачинской. В одном интервью она сказала: “Мне кажется, музыкант не может только на чем-то играть. Это абсолютно антимузыкально! Из него должно еще что-то выходить”. Рассматриваете ли вы для себя возможность сочинять музыку или освоить игру на музыкальных инструментах?

– Скорее нет. Сочинение музыки для меня сродни священнодействию, а композиторы – люди, поцелованные Богом. Да и для того, чтобы сочинять, помимо дарования, ты должен быть технически подготовленным. Что касается музицирования, то моя мечта – научиться свободно играть на фортепиано: я всегда была настолько поглощена пением, что фортепиано оставалось на втором плане.

Также я полюбила слушать музыку для скрипки. Тембрально мой голос сейчас – это скрипка. И я считаю, что чем дольше она будет слышна в моем голосе – тем дольше я буду петь. Очень важно слушать свою природу.

– Патриция говорит: “Оперный голос мне чаще всего мучительно слушать из-за его выученности и неестественности”. Что для вас оперные условности?

– Патриция – человек очень талантливый и неординарный, она любит синтез в искусстве, и меня это очень привлекает в ее творчестве. Я люблю классику, но порой мне интересно выйти за ее рамки и увидеть что-то, не вписывающееся в канон. В прошлом сезоне я не пропустила ни одного концерта фестиваля “Другое пространство” и была в диком восторге. Почему мы должны замыкаться в рамках двух-трех столетий? Обязательно нужно изучать новое. Ведь это музыка нашего времени, когда-нибудь и она станет классикой.

Что же касается забавных условностей оперного жанра вроде сцены закалывания тенора в “Лючии”, то тут другая история. Во времена Доницетти, Беллини композиторы нередко начинали сочинять оперу с арий, которые сначала должны были исполняться в домашних салонах. Слова героя о том, что он умирает, были в некотором смысле условными, риторическими. Тогда авторы и подумать не могли, что настанет эпоха режиссерского театра и такие сцены станут для постановщиков проблемой: как же это поставить, чтобы не выглядело нелепо?!

Меня подобные моменты в операх тоже иногда коробят. Как-то смотрела “Ромео и Джульетту” Гуно и говорю Тителю: “Александр Борисович, ну что за ерунда? Яд уже подействовал, они все давно умерли, а поют так, как будто живее всех живых!”. То есть это явно не тот случай, о котором говорила Мария Каллас, что в последнем акте “Травиаты” она специально делает голос некрасивым, искажает его, чтобы зритель поверил в происходящее. А в наше время умирающая Мими порой поет так, как будто сейчас встанет с кровати и тут же запоет “Ritorna vincitor!”

– Как вы относитесь к точке зрения, что без кризисов невозможно стать настоящим артистом?

– Чтобы что-то переосмыслить и идти дальше, кризисы важны. Когда все гладко и спокойно – наступает пресыщение, возникает чувство, что тебе не за что бороться. А у человека всегда должно быть, за что бороться: с самим собой, с несправедливостями судьбы или общества, с трудностями в освоении профессии – без этого невозможно развиваться.

В моей жизни были такие моменты и до сих пор случаются, когда я не могу ни на что повлиять. Единственное, что могу сделать в таких случаях – работать. Труд всегда помогает переключиться и всегда вознаграждается. Нужно быть сильным и стремиться быть лучше себя вчерашнего.

– Что вам сложнее дается – быть сильным или гибким человеком?

– Наверное, все-таки гибким. Я правдоруб с детства, не выношу лесть, ханжество, обман, пустословие, предательство. Я научилась сглаживать острые углы, не идти на конфликт, но бывает, что терпение копится-копится, а потом взрываюсь. Сдерживаться, не спорить, не доказывать, просто делать свое дело – это трудно.

– Помимо театра, чем наполняете свою жизнь?

– Во время карантина я смотрела фильмы, изучала итальянский язык, занималась фортепиано. Смотрела фильмы Вуди Аллена и других режиссеров, трансляции оперных и драматических спектаклей, познавательные программы. Еще до карантина приобрела беговую дорожку и каждый день занимаюсь. Я не домосед, мне всегда нужно куда-то идти, ехать, чем-то увлекаться: путешествия, музеи, выставки, кино, прогулки летом и каток зимой. Стараюсь не пропускать турниров по фигурному катанию, это моя страсть.

– На вашей странице в инстаграм указано, что среди ваших хобби – поэзия.

– Свои первые стихи я сочинила в 7-8 классах школы. Затем вернулась к этому в институте. Помню, что печатала маленькие книжки тиражом в несколько экземпляров в типографии, потом сжигала, решив, что позже издам сборник. Меня всегда привлекал женский нерв в поэзии: Цветаева, Гиппиус, Ахматова, Мария Петровых. Позже появился Мандельштам, которого люблю со времен уроков по сценической речи в ГИТИСе. А вообще мне близки разные поэты – Есенин, Пушкин, Блок, Маяковский, Пастернак. Будучи студенткой педагогического колледжа (факультет иностранных языков), учила стихи Байрона и сонеты Шекспира в оригинале и сама сочиняла на английском языке.

– Вы по первому образованию – педагог английского языка. Языки даются вам легко?

– Помимо итальянского и английского, люблю немецкий – читаю на нем, могу переводить и немного разговариваю. Мой покойный дедушка говорил по-немецки и, когда я приходила в гости, всегда о чем-нибудь меня по-немецки спрашивал. Мне нравится петь на французском языке, он очень музыкальный. В какой-то период жизни увлеклась ивритом и даже приветствовала на нем израильскую публику на пресс-конференции во время гастролей театра в Тель-Авиве.

Думаю, такое “перекрестное сообщение” языка с музыкой очень полезно для артиста. То, что я в детстве училась в музыкально-хоровой студии, помогло мне позже при изучении фонетики английского языка. А фонетика английского, в свою очередь, помогла в пении.

– Как вы делите жизнь и сцену?

Пока такой проблемы для меня нет, почти все свое время я отдаю профессии. В будущем придется научиться распределять силы, чтобы совмещать сцену и семью. Главное, чтобы человек, которого ты выбираешь, понимал, что твоя профессия, такая непростая и требующая идти на ограничения, – неотъемлемая часть тебя. Если не понимает – значит, вам не по пути.

– Если бы вы не стали певицей, кем бы могли стать?

– Я всю жизнь борюсь за справедливость и сразу становлюсь принципиальным и неуступчивым человеком, если она где-то нарушается, поэтому, наверное, могла бы стать адвокатом. Интересно было бы стать врачом – хирургом или нейрохирургом. И, наверное, смогла бы играть в кино и с удовольствием сыграла бы главную роль в одном из моих любимых фильмов “Касабланка”. Но я счастлива, что стала оперной певицей.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 22662
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Сб Янв 30, 2021 8:56 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 20210113001
Тема| Музыка, Опера, театр им. Джалиля, фестиваль, Персоналии,
Автор| Кей Бабурина
Заголовок| «А на смыслы можно накинуть паранджу»: чего ждать от Шаляпинского фестиваля – 2021?
Где опубликовано| © БИЗНЕС Online
Дата публикации| 2021-01-30
Ссылка| https://www.business-gazeta.ru/article/497427
Аннотация| ФЕСТИВАЛЬ

Как появление солистов из Большого – Мариинки позволяет региональным театрам называть «фестивалем» набор своих репертуарных спектаклей

«Хоть из Красноярска, но пригласим», — так определяет политику кастинг-менеджеров театра им. Джалиля, готовивших составы на 39-й по счету Шаляпинский фестиваль, стартующий в ближайший понедельник, музыкальный критик Кей Бабурина. Вводящиеся с одной репетиции именитые варяги, анилиновая подделка под музейный спектакль Большого театра 1948 года в день рождения Шаляпина и бронебойная вокальная артиллерия из Шагимуратовой и Сулимского в «Травиате» — главное об оперном фесте в столице Татарстана.

СКОБОЧКИ ПОСЛЕ ФАМИЛИИ — ЭТО ЖЕ ТАК СОЛИДНО

Во время локдауна, когда все театры, от Австралии до Канады, бомбили инфосферу записями спектаклей и наспех сочиненными Zoom-эфирами, а то и живыми выступлениями в пустых залах, театр им. Джалиля стал единственным в России, кто не показал ничего. Казанская опера, как загадочная восточная красавица в глухой парандже, осталась недосягаемой для взоров. Заглянуть под чадру можно только лично и во плоти — при условии, что вы сможете купить билет. На 39-й Шаляпинский фестиваль, например, их давно уже не осталось.

Фестиваль пройдет с 1 по 27 февраля 2021-го. Календарный месяц вместит в себя 11 событий — такую их плотность театр в прежние годы позволял себе только ради фестиваля, но «коронавирусный» сезон перечеркнул гастрольные планы, и теперь казанцы смогут примерно с такой же частотой видеть родную труппу на сцене и дальше.

Фестиваль же — повод увидеть артистов неродных. Собственно, приглашение солистов из Большого – Мариинки и есть то, что позволяет региональным театрам использовать слово «фестиваль» для набора в пять-шесть следующих друг за другом репертуарных спектаклей, в которых ведущие партии будут петь вводящиеся с одной репетиции именитые варяги. Казанская опера даже имеет оправдание для такой стратегии: Шаляпинский фестиваль посвящен великому певцу, поэтому и упор делается на голоса, а не на какую-нибудь там концептуальность. А в год, когда гастрольные графики пострадали у всех, голоса подобрались именитые: Владислав Сулимский, Ахмед Агади, Агунда Кулаева, Татьяна Сержан — нужно постараться, чтобы найти в афише имя из казанской труппы. Хоть из Красноярска, но пригласим: скобочки после фамилии — это же так солидно.

А чтобы голоса не страдали, надо иметь в репертуаре запас спектаклей, в которых приглашенные звезды не будут мучительно учить режиссерский текст. Какое-то время Казанская опера старалась приурочить к фестивалю постановку нового спектакля, но вот уже второй год подряд в качестве премьеры будет подано концертное исполнение оперы, отсутствующей в текущем репертуаре. Причем калибр мельчает: если в 2020-м это была целая «Богема», то фестиваль-2021 откроется 1 февраля одноактными «Паяцами», которые в приличных местах принято доукомплектовывать если не еще одной одноактной оперой или балетом, то концертным отделением. Дозированное количество будет компенсироваться повышенной статусностью: все афишные партии поют приглашенные солисты. Среди них проверенный боевой тенор Агади и двое его коллег по Мариинскому театру — молодые баритоны Роман Бурденко и Владислав Куприянов. Для солидности к Мариинке приписали и сопрано Евгению Муравьеву, которая является там приглашенной солисткой, а карьеру до локдауна активно делала за рубежом. Даже на нетребовательную партию Беппо пригласили по старой дружбе тенора Дамира Закирова, некогда солиста Казанской оперы, ныне работающего в Михайловском театре.


«Второй спектакль Михаила Панджавидзе на фестивале — «Борис Годунов», который традиционно пройдет в день рождения Федора Шаляпина, 13 февраля. Главную роль в очередной раз исполнит Михаил Казаков из Большого же театра»
Фото: «БИЗНЕС Online»


ПРАКТИЧЕСКИ КРИК О ПОМОЩИ

Еще с прошлого сезона шел разговор о том, что сценическую версию «Паяцев» выпустит Михаил Панджавидзе, плотно оккупировавший Казанский оперный (этот спектакль стал бы 10-й его постановкой в действующем репертуаре). Но с режиссером, по слухам, вступило в конфликт руководство театра. Вот и Шаляпинский фестиваль – 2021 не станет, вопреки ожиданиям, бенефисом Панджавидзе: его спектаклей в программе всего два.

Первый — «Турандот» 7 февраля. Здесь царят местные дивы — Зоя Церерина в заглавной партии и Гульнора Гатина в роли Лиу, зато даже на роль министра Понга позвали тенора Вадима Летунова из Геликон-оперы. Такой кастинг не просто показатель объективно существующего в российской оперной индустрии давнего кризиса теноров; он практически крик о помощи.

Второй спектакль Панджавидзе на фестивале — «Борис Годунов», который традиционно пройдет в день рождения Федора Шаляпина, 13 февраля. Главную роль в очередной раз исполнит Михаил Казаков из Большого же театра. Царя сопроводит десант из других солистов Большого, а также певцов из Мариинского, театра им. Станиславского и Немировича-Данченко и Новой оперы. Варлаама исполнит монополизировавший эту партию Михаил Светлов: он соревнуется под американским флагом, поэтому в этом году отвечает за международную компоненту в названии фестиваля.

Другой режиссер, которого в Казани привечают с той же интенсивностью, что и Панджавидзе, — Юрий Александров. Когда-то экспериментатор и пионер нового репертуара, за 40 лет карьеры он успешно освоил и нишу по обслуживанию запроса региональных театров на дорогие-богатые постановки названий, которые положено иметь в репертуаре. В программу фестиваля вошло целых три его спектакля (вот у кого в этом году бенефис): «Пиковая дама» 4 февраля, «Севильский цирюльник» 18-го и «Сююмбике» 22-го. Все они сделаны в тандеме с художником Виктором Герасименко — постоянным напарником Александрова по окормлению вышеупомянутой ниши.

В «Пиковой» из театра, которым руководит Александров («Санкт-Петербургъ Опера»), в очередной раз приглашена спеть крошечную партию Гувернантки меццо-сопрано Наталья Воробьева. А среди исполнителей основных ролей — молодые и энергичные Мария Лобанова из Большого театра (Лиза) и Куприянов из Мариинского (Томский); жаль, не заявлен Елецкий — вдруг его исполнитель добавил бы что-то еще к богатой географии фестиваля, которая, например, включает Беларусь в лице баса Андрея Валентия (Сурин).

В «Севильском» пытаться смешить почтеннейшую публику будет еще одна сравнительно молодая компания — Алексей Татаринцев из Новой оперы (Альмавива), Антонина Весенина из Мариинки (Розина), Константин Шушаков из Большого (Фигаро); портить жизнь молодежи будет Казаков: он пересядет с трона царей московских в седло бутафорского росинанта, с помощью которого Александров передает привет знаменитому спектаклю Дарио Фо. А обратить особое внимание стоит на московскую меццо Катарину Лукаш в партии Берты.

В «Сююмбике» ожидаемо превалируют казанские солисты. Агади и солистка Красноярской оперы Дарья Рябинко — формально приглашенные, но партии Ивана Грозного и Анастасии для них родные — на них этот спектакль и ставился в 2018 году.


«В «Травиате» на сцену выкатится бронебойная вокальная артиллерия: в заглавной роли Альбина Шагимуратова»
Фото: «БИЗНЕС Online»


СПЕКТАКЛИ ИНОСТРАННЫХ РЕЖИССЕРОВ С НИКОМУ НЕ ИЗВЕСТНЫМИ ИМЕНАМИ

Третью большую категорию в репертуаре Казанской оперы (после постановок Панджавидзе и Александрова) составляют спектакли иностранных режиссеров с никому не известными именами — таких периодически заполучают в региональные театры: то ли надеются, что кто-то спутает их с карсенами и селларсами, то ли путают сами. На Шаляпинском фестивале таких спектаклей три: 9 февраля «Травиата» канадки австрийского происхождения Жаннет Астер, которую театр почему-то называет француженкой, а 11-го и 16-го — соответственно «Трубадур» и «Набукко» Ефима Майзеля, ассистента режиссера в Метрополитен, ставящего в основном в американской глубинке.

Зато в «Травиате» на сцену выкатится бронебойная вокальная артиллерия: в заглавной роли Альбина Шагимуратова, а ее роковыми мужчинами станут мариинцы Сергей Семишкур (Альфред) и Сулимский (Жермон). Сулимский останется и на «Трубадура»: Граф ди Луна — одна из лучших его ролей, а бороться с красноярским тенором Михаилом Пироговым (Манрико) он будет за коллегу по петербургской сцене, великолепную Сержан (Леонора). В «Набукко» от кризиса теноров Казань попробует спасти тенор из «Урал Оперы» Сергей Осовин (Измаил).

Одна из самых интересных молодых певиц казанской труппы — Венера Протасова — заявлена на фестивале только в небольших ролях: Маша в «Пиковой», Инес в «Трубадуре», Ксения в «Годунове», Анна в «Набукко».

Среди дирижеров фестивальные спектакли распределились так: давно прописавшийся в Казани итальянец Марко Боэми (третье импортное имя в афише) отвечает за «Паяцев», «Пиковую даму» и «Севильского цирюльника»; Василий Валитов из Новой оперы дирижирует «Трубадуром», «Борисом Годуновым» и «Набукко»; властных женщин «Турандот» и «Сююмбике» будет усмирять главный дирижер Казанской оперы Ренат Салаватов, а ради «Травиаты» приедет постоянный приглашенный дирижер театра петербуржец Андрей Аниханов.

Завершится фестиваль двумя концертами 26 и 27 февраля. В них, помимо солистов Большого (Кулаева), Мариинского (Агади, Ольга Пудова) и Казанского (Шагимуратова, Гатина, Филюс Кагиров) театров, примут участие пианисты — москвич Даниил Крамер и местная восходящая звезда Ван Юйцянь. Дирижерский пульт будут делить Боэми и Салаватов.

Скорее всего, это будет звучать достойно. А на смыслы можно просто накинуть паранджу.

Кей Бабурина — музыкальный критик, выпускник магистерской программы «Музыкальная критика» СПбГУ (2018), заведующий литературно-издательским отделом Самарского академического театра оперы и балета (с 2018-го), член экспертного совета фестиваля «Золотая маска» сезона 2019/2020.

Публикуется в газете «Музыкальное обозрение», журналах «Театр.», «Музыкальная жизнь», «Большой театр», буклетах к спектаклям Большого театра. Автор статей в сборниках «Как смотреть оперу» и «Самые знаменитые оперные спектакли» под редакцией Алексея Парина и Аи Макаровой (Москва, «Крафт +», 2018 и 2020). Участник международных конференций РАМ и ГИИ «Опера в музыкальном театре» (2017, 2019). Корреспондент электронной газеты фестиваля «Золотая маска» Maskbook (c 2017-го). Сотрудничает с фестивалем «Точка доступа» (2018 — волонтер, 2019 — участник образовательной программы, 2020 — тестировщик онлайн-спектаклей). Автор обзоров Дягилевского фестиваля для газеты «Музыкальное обозрение» с 2017 года.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
atv
Заслуженный участник форума
Заслуженный участник форума


Зарегистрирован: 05.09.2003
Сообщения: 5382

СообщениеДобавлено: Вт Фев 02, 2021 1:34 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2021013201
Тема| Музыка, Персоналии, Ефрем Подгайц, Алексей Лундин, Алим Шахмаметьев
Автор| Александр САВИН
Заголовок| Новое время года Ефрема Подгайца наступило в Новосибирске
Где опубликовано| © «Новая Сибирь»
Дата публикации| 2021-01-29
Ссылка| https://newsib.net/kultura/novoe-vremya-goda-vnezapno-nastupilo-v-novosibirske.html
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

Успешную премьеру концерта для скрипки и камерного оркестра «Времена года в Москве» Ефрема Подгайца комментируют сам композитор, а также исполнители — солист Алексей Лундин и дирижер Шахмаметьев.

В КОНЦЕ января в Новосибирске — сначала в Доме ученых, а затем в камерном зале имени Арнольда Каца — состоялась премьера новой работы знаменитого композитора и музыкального педагога Ефрема Подгайца «Времена года в Москве» — концерт для скрипки и камерного оркестра.
Когда я увидел программу субботнего концерта камерного филармонического оркестра, сразу же вспомнил любимый многими музыкантами анекдот о том, как маленький еврейский мальчик поступал в школу, и на собеседовании его спросили, сколько он знает времен года.
Ребенок, не задумываясь, говорит: «Шесть!..» — и на недоуменный вопрос директора: «Таки уже всего только шесть?», отвечает: «Да, они всего таки у Вивальди, Гайдна, Пьяццола, Лусье, Чайковского и Глазунова!..»

На этот раз наряду со всем известным Йозефом Гайдном во втором отделении значилась новая для наших слушателей работа Ефрема Подгайца. Ефрем Иосифович — интересный композитор, и художественный руководитель филармонического камерного оркестра Алим Шахмаметьев нередко включает в программу его работы. Интрига состояла еще и в том, что исполнять «времена» должен был Алексей Лундин, ведущий солист оркестра «Виртуозы Москвы», которого в Новосибирске любители академической музыки очень ждали. И не были разочарованы. Музыка, которую мы услышали, оказалась очень насыщенной и трагизмом, и юмором, но при этом очень театральная. Почти все произведение я слушал с закрытыми глазами и представлял, как бы мог выглядеть одноактный балет, поставленный на эту музыку. Если первое отделение прошло просто очень хорошо, то исполнение премьеры Подгайца вызвало настоящий фурор — Алексея многократно вызывали на сцену, и в конце концов он с оркестром исполнил одно из произведений Пьяцоллы.

Подгайц — автор тринадцати опер, шести мюзиклов, двух балетов, симфонических, камерных, хоровых и вокальных произведений, широко исполняемых на фестивалях, конкурсах и концертах по всему миру. Он очень не любит давать интервью, поэтому мне пришлось договариваться о разговоре с ним через Лундина и Шахмаметьева, за что им большое спасибо. Я благополучно дозвонился до Ефрема Иосифовича и задал ему несколько вопросов.

Шесть вопросов к Подгайцу

— Количество сочинений, описывающих «времена года», уже приближаются к десятку, но вы не боялись рискнуть и сочинить еще одно. Откуда оно возникло?


— Тут была интересная история. У меня есть друг скрипач — Левон Амбарцумян, он исполнял практически все мои скрипичные работы. Его пригласили в США, где он до сего дня живет в штате Джорджия. Как-то раз, приехав в Москву, он мне пожаловался: «Слушай, Ефрем, — сказал он, — свои «Времена года» в даже Буэнос-Аэйресе и в США есть, а вот в России до сих пор нету». Было это 15 лет назад. Поначалу я не отнесся серьезно к этому предложению. Но постепенно эта мысль все чаще и чаще стала появляться у меня в голове. В конце концов я сел и написал это произведение.
— Ефрем Иосифович, в трех частях из четырех прослушиваются музыкальные цитаты из популярных фильмов о Москве. Это была такая изначальная задумка?

— Вы знаете, ведь музыка несет общечеловеческие чувства, поэтому должны быть некие детали, которые очень хорошо знакомы слушателям, чтобы обозначить место действия.

— Мне, наверное, показалось, но за каждой музыкальной частью чувствуется какая-то судьба, нередко наполненная трагизмом, переходящим в лиризм, романтическое настроение. Вы опирались и на литературный материал, когда писали эту музыку?

— Конкретного литературного материала не было, но это не значит, что вы не правы.
Первоначально я очень хотел, чтобы Алексей Лундин играл премьеру этого произведения, но он, к сожалению, не смог, поэтому его исполнил Амбарцумян. А потом эта вещь понравилась известному домристу Николаеву, и он стал ее исполнять. Я в последнее время все партитуры пишу в двух вариантах — для классического состава и для оркестра народных инструментов. Но наконец все сошлось. И новосибирский оркестр, и Алексей оказались вместе, и вот спустя два года удалось исполнить эту работу.

— Давно не присутствовал на такой мощной премьере. Мы разговаривали с Алексеем после концерта, и он мне сказал, что у вас есть цикл миниатюр для скрипки и камерного оркестра, и что он очень хочет эти миниатюры исполнить. О чем идет речь?

— Я очень люблю гулять. Оглядываюсь по сторонам, подмечаю какие-то важные, но малозаметные детали. К примеру, недавно прогуливался в Царицыно и увидел на одном дереве последний лист, как в рассказе О’Генри. Очень трогательный лист. Вернулся домой и написал миниатюру... Таких примеров много. Накопился материал на целую программу.

— И какой получается хронометраж?

— На одно отделение. Но вы знаете, у меня есть двойной скрипичный концерт, который прекрасно исполнят Юлия и Алексей. Плюс отделение миниатюр. За эти работы мне не стыдно.

— Алексей упомянул еще о некой детской программе, про сказки об оркестре.

— О да, их две. Для большого оркестра. Первая была написана в 1999 году, а позже появилась «Странная струнная сказка». Там все такое детское… странствия принцессы Скрипки, ну и тому подобное. Обычно эта программа проходит на новогодние праздники. Помимо сказки там звучат две кантаты для детского хора и камерного оркестра — «Удивительные песни» и «Хохотальная путаница».

Четыре вопроса к Лундину

Безусловно, очень важным является то, кто исполняет произведения Ефрема Подгайца.
Как уже было сказано, он очень хотел, чтобы «Времена года в Москве» исполнил Алексей Лундин. И вот теперь, когда это свершилось, мы с ним обсуждаем происшедшее в гримуборной.

— Алексей, как первые впечатления о концерте?

— Блестяще!!! Великолепное произведение! А вам как оно показалось из зала?

— Блестяще!!! Великолепное произведение! Очень образное. Я бы сказал, что это музыка для балета. Оно как бы специально создано для сцены.

— У меня точно такое же ощущение. Было бы здорово поставить на это произведение одноактный балет.

— А как вам, Алексей, у нас в Новосибирске?

— Прекрасно. Отличный оркестр. Музыканты подготовлены, коллектив может исполнить любую музыку. И у оркестра есть своя публика, которая его любит. Вообще, для меня Новосибирск по уровню культуры уступает только Москве и Петербургу. Конечно, здесь есть большая историческая составляющая... Мы все помним, что в годы войны у вас работали выдающиеся музыканты, и городу удалось сохранить это наследие.

— Вы выразили желание исполнить цикл миниатюр Подгайца и его двойной концерт-сказку. Это возможно осуществить в Новосибирске с нашим оркестром?

— Конечно, с таким оркестром это возможно. Вообще, городу повезло, что Алим любит исполнять произведения Подгайца. Ведь сегодня он один из лучших композиторов, особенно для струнных. Поэтому я с радостью могу приехать и исполнить.

Шесть вопросов к Шахмаметьеву

Ну а теперь чуть более подробный разговор с художественным руководителем камерного филармонического оркестра и его главным дирижером Алимом Шахмаметьевым.

— Алим, благодаря вам мы узнали такого композитора, как Ефрем Подгайц. Изучая репертуар будущего сезона пятого абонемента, невольно выискиваешь взглядом композиторов, к которым ты нас приучил. Ефрем Подгайц, Борис Тищенко, Антон Танонов... По-разному бывает, но вот прозвучавшая сегодня премьера «Времена года в Москве» произвела на зрителей очень сильное эмоциональное впечатление, мне показалось, что некоторые даже забыли о Вивальди и о других авторах «сезонных» композиций. Ты заранее предполагал, что это будет настолько эмоционально и ярко?

— Вы правы, к музыке Ефрема Подгайца мы обращаемся не впервые. Как-то в одном из концертов пятого абонемента мы исполнили с «ПетРо Дуэтом» его «Концерт для двух фортепиано с оркестром», затем в одном из концертов «Белого фестиваля» прозвучал «Диптих памяти Шостаковича». И вот теперь — «Времена года в Москве».
Музыка Подгайца привлекает меня своей искренностью, широкой эмоциональной палитрой. Оркестру очень полезно исполнять его сочинения: виртуозно владея письмом для струнных, Ефрем Иосифович в каждом сочинении побуждает нас приподниматься над нашим собственным уровнем игры, достигая качественно новых высот. Музыка Подгайца, являясь сложной как в техническом, так нередко и в эмоциональном плане, при этом способна проникать в сердца слушателей практически со скоростью звука. Публика всегда реагирует очень горячо и искренне. В будущем, конечно же, мы будем продолжать знакомить новосибирцев с творчеством этого замечательного композитора.

— Алим, а ведь Ефрем Ефимович написал очень много театральной музыки для детей. Не кажется ли вам, что для исполнения его наследия можно было бы активно использовать так называемую детскую филармонию, учитывая, что здание Камерного зала — это в прошлом здание театра юного зрителя?

— Да, Подгайц особую роль отводит сочинениям для детей. Оперы «Баранкин, будь человеком», «Пастушка и Трубочист», «Мойдодыр», «Дюймовочка», мюзиклы «Пух-Пух-Пух», «12 месяцев», и еще много других произведений так называемого детского репертуара. Как было бы здорово нам в Новосибирске исполнить хотя бы часть этого! Вот, он вам, к примеру, рассказал о его «Странной струнной сказке» — думаю запланировать ее исполнение в следующем сезоне.

— Сегодня я почти все время слушал «Времена года в Москве» с закрытыми глазами, настолько эта музыка была театральна и рождала массу зрительных образов. С этим согласились и автор, и солист Алексей Лундин. Может быть, есть смысл подобрать хореографа и сделать программу, объединяющую живую музыку и живой танец? Это сейчас вызывает большой интерес у зрителя.

— Надо подумать. У нас есть такие планы — соединить танец и музыку.

— Алим, ваш оркестр переживал различные времена. Последние несколько лет директор, теперь уже бывший, держал вас на голодном пайке. У вас не было средств для приглашения интересных солистов, вы стали терять публику. Приглашение Алексея Лундина — это случайность или сигнал к исправлению ситуации, и мы скоро вновь будем слушать интересных сильных исполнителей?

— В этой связи хочу поблагодарить генерального директора филармонии Бочарникова, который прикладывает усилия в том числе и к тому, чтобы жизнь нашего коллектива изменилась к лучшему. Мы регулярно совещаемся, обсуждаем массу вопросов. И, что главное, каждая наша встреча приносит ощутимый для всех положительный результат. К сожалению, при прошлом руководстве ситуация была, мягко говоря, иная... А приезд Лундина в существующих «ковидных» реалиях невозможно было бы осуществить, если бы не смелое и твердое решение руководства филармонии. Я очень рад, что успех этих концертов полностью оправдал эти усилия. В следующем сезоне у нас заявлен приезд Александра Рудина, Ильи Иоффа и еще ряда солистов. Я уверен, что мы сможем вернуть нашему зрителю горячо полюбившиеся им моменты встреч с лучшими музыкантами России и мира.

— Может быть, пора вернуться и к работе с музыкантами из Санкт-Петербургского дома музыки, которых вы нередко привозили?

— Да, конечно. Более того, эта работа примет системный характер: по инициативе Министерства культуры мы устанавливаем партнерские отношения с Домом музыки Санкт-Петербурга. В грядущем сезоне запланированы четыре концерта в рамках цикла «Солисты Санкт-Петербургского дома музыки с Филармоническим камерным оркестром».

— Похоже на то, что у вас началась белая полоса?

— Очень на это надеюсь и стучу по дереву.

=============
Фото – по ссылке
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
atv
Заслуженный участник форума
Заслуженный участник форума


Зарегистрирован: 05.09.2003
Сообщения: 5382

СообщениеДобавлено: Вт Фев 02, 2021 1:35 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2021013202
Тема| Музыка, Свердловский театр музыкальной комедии, мюзикл «Одолжите тенора» Брэда Кэрролла, Персоналии, Антон Музыкантский, Виктория Канаткина, Николай Капленко, Светлана Кочанова, Антон Ледовский, Татьяна Мокроусова, Екатерина Мощенко, Евгений Елпашев
Автор| Владимир Дудин
Заголовок| Свердловская музкомедия не стала одалживать тенора – нашелся свой
Знаменитый бродвейский мюзикл впервые поставили на Урале

Где опубликовано| © «Независимая газета»
Дата публикации| 2021-01-31
Ссылка| https://www.ng.ru/culture/2021-01-31/7_8070_culture.html
Аннотация| ПРЕМЬЕРА


Отменный кастинг – отличительная черта этой постановки.
Фото Софии Насыровой/Пресс-служба Свердловского театра музыкальной комедии


Мюзикл «Одолжите тенора» Брэда Кэрролла на либретто Питера Шэма по пьесе Кена Людвига впервые в России поставили в Свердловском театре музыкальной комедии в Екатеринбурге. Третья премьера сезона в этом театре стала полномасштабным дебютом 24-летнего режиссера Антона Музыкантского на большой сцене.
Американский продюсер, режиссер и комедиограф Кен Людвиг, написавший пьесу Lend me a tenor, по профессиональному образованию еще и юрист, и с юридической точки зрения явно получал огромное удовольствие, когда закручивал пружину сюжета об ухищрениях директора Кливлендской оперы, задумавшего спасти свой театр от потери рейтинга за счет приглашения итальянского тенора. Здесь ему удалось хорошенько пройтись прожектором своего прямолинейного американского юмора сразу по нескольким стратегическим направлениям: мифу об итальянском теноре, а заодно и итальянским нравам, сравнению моделей американской и итальянской семей, мотиву о молодом еврее-теноре, спасшем положение, но в итоге добавившем истории неожиданных поворотов еще на целое действие. У директора Кливлендской Гранд-Опера Генри Сандерса целых три жены, почти как в гареме, а у итальянца Тито Мерелли – одна Мария, с которой они вечно ссорятся, на грани развода, но жить друг без друга не могут, даже когда жена застает за дверью фанатку тенора, вмиг подозревая мужа в очередной измене. Тема супружеской измены здесь плотно зарифмована с вынужденным обманом тысячной аудитории, пришедшей слушать итальянскую звезду, а по факту получившей звезду американскую, восходящую в лице умного еврея-очкарика Макса Гербера, знавшего наизусть партию Отелло и сумевшего заменить проспавшего свой выход заезжего гастролера.
Попавшая на подмостки Бродвея и Вест-энда во второй половине 1980-х, его комедия завоевала громадную популярность у публики, тут же отправившись путешествовать по свету. Комедия положений с водевильным названием, отдающая сегодня запашком провинциальной антрепризы, в какую ее были готовы превратить некоторые театры, обрела новую жизнь, став в 2006 году мюзиклом. Брэд Кэрролл, сочиняя музыку, подпитывался многим, не обойдясь без достижений «Моей прекрасной леди» Лоу, без «Акселя у врат небесных» Бенацки, создав при этом нечто абсолютно оригинальное, динамичное, будоражащее воображение, полное ладно скроенных мелодий, фактур, гармоний, ритмов, смыслов. Что и говорить, если себе в помощники он взял партитуру «Отелло» Верди, со звуков вступительного хора которого и начал свой мюзикловый шедевр, схлестнув два могучих жанра в битве за любовь и кошелек зрителя. Тонущую оперу в итоге пришлось спасать мюзиклу, благополучно на ней выплывающему и выходящему сухим из воды. В финале же мюзикла все разрешается максимально благополучно – примерно так, как в лучшей оперетте, где каждый получает свое вознаграждение по заслугам, а еврейский тенор Макс Гербер – двойной гонорар от самого Тито Мерелли, по стечению нелепых обстоятельств открывшего миру новую звезду. А заодно благодаря гриму и костюму Отелло – и дочку директора оперы Мэгги Сандерс.
«Одолжите тенора» был запланирован к постановке еще предыдущим директором, человеком-легендой Михаилом Сафроновым, блистательно возглавлявшим этот один из ведущих в стране театров музыкальной комедии, но в позапрошлом году ушедшим из жизни. Он, умеющий улавливать из воздуха настроения публики, способный определять и новые тренды, как будто чувствовал, как нужен будет искалеченному пандемией обществу этот психотерапевтический «продукт». Да и как умно было решить в городе с настоящим театром оперы и балета дерзко поставить на повестку дня проблему нехватки настоящих теноров, которых вечно недостает не только на Урале, но и в двух столицах. Зрителя на этом спектакле вводят в подобие комедийного транса, доводя до почти истерической кульминации, когда на сцене появляются сразу три, словно клонированных, замазанных морилкой Отелло, пустившихся исправлять почти безвыходное положение, какого, как снова выяснилось, не бывает. Труппе Свердловского музкома не привыкать принимать новые вызовы. В мюзикле «Одолжите тенора» артистам пришлось принять правила игры настоящего мюзикла с его упругой ритмической застройкой, которой занимался Антон Музыкантский вместе с хореографом Викторией Канаткиной, поставившей зажигательные номера с умопомрачительным степом, выбивающим искры из-под звонких каблучков. Всегда отличающийся отменными кастингами, театр не подвел ожиданий и на этот раз. И даже выбор артиста на главную роль, которым стал Николай Капленко, отличился сочетанием эффекта внешнего сходства со знаменитым партнером Каллас Джузеппе ди Стефано, а его далекий от оперного блеска голос так идеально подошел для мюзикловой пародии на оперную вампучность. Впрочем, в этой пьесе счастливым тенора вряд ли назовешь: то толпы сумасшедших поклонниц, то ревнивая жена, то испорченные креветки на банкете, да и все его сцены с молодым преемником отличались каким-то повышенным гуманизмом. Правда, я бы на месте режиссера больше поработал над итальянским акцентом, чтобы он не смахивал ни на одесский, ни на кавказский. Примадонне музкома Светлане Кочановой как влитое село платье оперной примадонны Дианы Дивейн. Ее «цыганочка с выходом» в гостиничном номере перед Тито у его постели в ожидании бурной ночи – виртуозное попурри из самых популярных арий, включая Лючию ди Ламмермур, Мадам Баттерфляй, Тоску и даже Кармен, и даже для русского прикола выходную арию Снегурочки под азартный аккомпанемент оркестра под управлением Антона Ледовского – вряд ли оказалась бы под силу оперной коллеге. Колоритной получилась знойная Мария у Татьяны Мокроусовой, и обворожительно-обворовательной – субретка Мэгги у Екатерины Мощенко. Ну и заместитель главного героя – суфлер Макс Гербер в исполнении Евгения Елпашева прочертил столь яркую, четкую, графичную черту между поколениями, нарисовав образ не только рельефной, цепляющей, мнимо неброской пластикой, но и показав то, ради чего его одолжили, – полетный, теплый и задушевный тенор.

Екатеринбург–Санкт-Петербург
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> Газетный киоск Часовой пояс: GMT + 3
На страницу Пред.  1, 2, 3, 4  След.
Страница 3 из 4

 
Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах


Яндекс.Метрика