Список форумов Балет и Опера Балет и Опера
Форум для обсуждения тем, связанных с балетом и оперой
 
 FAQFAQ   ПоискПоиск   ПользователиПользователи   ГруппыГруппы   РегистрацияРегистрация 
 ПрофильПрофиль   Войти и проверить личные сообщенияВойти и проверить личные сообщения   ВходВход 

Общество Друзья Большого балета
2020-11
На страницу Пред.  1, 2, 3, 4, 5  След.
 
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска
Предыдущая тема :: Следующая тема  
Автор Сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 22287
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вс Ноя 15, 2020 11:21 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2020111503
Тема| Балет, БТ, Персоналии, Екатерина Крысанова
Автор| Вера Сергеева, Мария Хлопцова
Заголовок| ЕКАТЕРИНА КРЫСАНОВА
Где опубликовано| © Bolshoi expert
Дата публикации| 2020-ноябрь
Ссылка| https://www.bolshoiexpert.ru/ekaterina_krysanova
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

Бравурная Китри, революционерка Жанна, романтичная Джульетта, царица Мехмене, лиричная Никия, мечтательная Маша в "Щелкунчике", властная Эгина...Могут ли все эти героини уживаться в одной артистке? Могут, если речь идет о Екатерине Крысановой, прима-балерине Большого театра, заслуженной артистке России. Во время этого интервью мы затронули не только ее обширный репертуар, но и прояснили, что ноги все-таки идут с головы - как важно быть думающим человеком в своей профессии. Не раз нас посетила мысль о том, что Екатерина в будущем, со своим невероятно трепетным отношением к профессии, могла бы стать потрясающим педагогом. Но думать об этом слишком рано - уверены, впереди у нее еще столько незабываемых спектаклей, которые подарят радость зрителям!

Вера: Скажу вам, о чем я подумала пока готовилась к этому интервью. Недавно нашему проекту исполнился год, и первое наше интервью мы брали у Ксении Жиганшиной. Отвечая на вопрос, кем из современных балерин она восхищается, она в первую очередь назвала твое имя. Тогда я и решила, что непременно нужно попросить тебя об интервью. Это было ровно год назад, в прошлом ноябре.
Маша: Очень символично.
В.: Начать хочется с темы, которую невозможно обойти стороной. За время самоизоляции люди стали очень осторожными… Не было проблем с тем, чтобы танцевать в тесной близости с партнером после карантина?


Е.: В театре вообще не было, чтобы боялись подойти к другому человеку. Встали в пару и работали, как и прежде. Стоишь репетируешь, а потом через пять минут «ой, ты стоишь слишком близко, не соблюдаешь дистанцию» - такого, конечно, никогда не было. На репетиции об этом забываешь. Наоборот, это заставляло абстрагироваться от ситуации в стране. Театр возвращал нас в то, нормальное время.


Фото: Александр Гусов

ДАЛЕЕ ПОКА ЧИТАЕМ ПО ССЫЛКЕ
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 22287
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Ноя 16, 2020 11:02 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2020111601
Тема| Балет, Dance open, Персоналии, Екатерина Галанова
Автор| Светлана Наборщикова
Заголовок| «Пока мы живы, мы шевелимся»
Глава фестиваля Dance open Екатерина Галанова — о жерновах локдауна, гала-концерте с запасом и надеждах на весну

Где опубликовано| © Известия
Дата публикации| 2020-11-16
Ссылка| https://iz.ru/1087365/svetlana-naborshchikova/poka-my-zhivy-my-shevelimsia
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ


Фото: из личного архива Екатерины Галановой

Екатерина Галанова планирует привезти в Санкт-Петербург звезд мирового балета, надеется на выступление блистательных российских трупп и не боится рисков. Об этом глава Dance open рассказала «Известиям» в процессе подготовки к фестивалю, старт которого намечен на 10 декабря.

— Коронавирус не отступает, тем не менее вы планируете «живой» фестиваль. Осознаете ли вы все риски и как собираетесь их преодолевать?

— Не можем не осознавать, потому что наша компания одной из первых попала в жернова локдауна. Мы вынуждены были отменить апрельский фестиваль в самый последний момент, вернуть зрителям билеты, с огромными потерями совершить все отмены, понести все убытки. Простите, что я про деньги, но это тоже важно. Год жизни и огромный труд по подготовке большой серьезной программы был уничтожен. Мы начали всё сначала, и так было много-много раз, потому что не объявляли публично сроки фестиваля, но внутри компании переносили их многократно. Вот, наконец, выстроились на декабрь.

Пугают ли нас риски? Наверное, нет, потому что у нас уже случилось большое количество отмен — не только фестиваля Dance Open, но и других проектов. Было много разговоров внутри команды на тему, что делать дальше: замереть, застыть, ждать, когда всё нормализуется, или продолжать пробовать, пробовать и пробовать? Отменился один проект, а следующий состоялся — мы идем дальше. Таким образом, сбивая масло, мы предпочли двигаться вперед. У нас, как мне кажется, получается. Мы в ситуации, как ее сейчас называют, «новой реальности», провели ряд проектов вполне успешно, но какие-то и не провели. Наша эффективность упала, но она не снизилась до нуля, и мы считаем, что это победа.

— Вы обычно представляете международную программу, но в декабрьской афише значатся только отечественные коллективы. Не стали рисковать с иностранцами?

— У нас запланировано довольно большое количество иностранцев, участвующих в гала-концерте. Мы не знаем на сто процентов, сколько из них доедет, но если доедет процентов восемьдесят, этого более чем достаточно. Что касается приезда зарубежных трупп, то мы от этой идеи отказались, потому что существует огромный риск. Если в связи c COVID-19 из труппы выпадают ключевые участники, это означает отмену спектакля, а всех остальных ты уже привез, потратил огромные деньги. На такое мы пойти не можем, и приезд зарубежных компаний вынуждены перенести на апрель 2021 года. Мы не знаем, что будет в 2021-м, но будем пробовать. При этом с продолжением пандемии программа становится всё лучше и лучше — то, что мы переносим, накапливается. Но когда мы сможем это реализовать? Надеемся, что уже в апреле.

— В апреле вы фактически повторите сезон, запланированный год назад?

— Нет, у нас будет некая комбинация, которая объединит лучшее из того, что мы планировали на 2020 год, и лучшее из того, что запланировано на 2021-й. Всё пока находится в подвешенном состоянии. Мониторим ситуацию, смотрим, как она развивается. Это то, что касается 2021 года. А пока приглашаем на спектакли трех блистательных российских трупп — в Петербурге все они премьерные.

— Будут труппы, которые вам нравятся, а не те, что согласились приехать?

— Конечно, мне нравится Пермский балет, нравится «Урал Балет» екатеринбургский и, безусловно, нравится театр «Балет Москва», особенно учитывая то, что танцовщики привезут спектакль Йеруна Вербрюггена. В апреле мы планировали привезти его «Спящую красавицу», это не удалось. Но так сложилось, что еще раньше Вербрюгген познакомился у нас на фестивале с этим прекрасным коллективом и сделал для него спектакль «Танцпол», очень необычный — как всё у него, с большим количеством задумок, попсовых, абсолютно свежих режиссерских ходов. Причем задействованы обе труппы театра «Балет Москва» — и классическая, и современная. Пермский балет мы привозим с восстановленной «Анютой» Владимира Васильева, «Урал Балет» — с невероятной, очень легкой и эффектной программой «УРАЛ ИНТРО». Это «Вальпургиева ночь» Баланчина, которая идет только в России, и танцуют они ее блестяще, Brahms Party Антона Пимонова и сюита из «Приказа короля», за который только что Вячеслав Самодуров получил «Золотую маску».

— Кто из звезд будет на гала-концерте, кому посланы приглашения?

— Боюсь произносить имена из суеверных соображений. Приглашения отправлены первым танцовщикам ведущих трупп мира. Это артисты из Берлинского балета, балета Сан-Франциско, Dutch National, польского Театра Вельки, Royal Ballet. Более того, мы формируем афишу с довольно большим запасом, на сегодня программы каждого из отделений больше, чем обычно. То есть мы изначально рассчитываем на то, что у нас будут какие-то отмены, мы их как бы заложили. Уверена, что нам удастся привезти большую часть из тех, кого запланировали.

— А если приедут все, что будете делать?

— Если никто не заболеет и приедут все, значит, и на сцену выйдут все. Придется зрителям немного «пострадать», потому что концерт может получиться длинноват. Но я не вижу в этом проблемы. Мы не снизили качество, мы его только улучшили.

— Как будете решать вопрос с COVID-тестами?

— Артисты в принципе не могут приехать к нам в страну без справки об отсутствии вируса. По прибытии мы сделаем повторный тест. Будем поэтапно соблюдать технологию, по которой иностранцы въезжают в Россию.

— Апрельские билеты вы вернули зрителям или по ним можно прийти на спектакли в декабре?

— Мы вернули всё полностью и довольно быстро. Зрители, которые покупали билеты по безналичному расчету, получили свои деньги в течение нескольких недель. Те, кто покупал за наличный расчет в кассе, — в первую же неделю, как только власти нам разрешили начать работу. Теперь мы заново открыли продажи. Думаю, что в ближайшее время всё продадим, если не снизятся темпы, а они сейчас очень высокие.

— Главное, чтобы не пришлось возвращать.

— Такая возможность всегда есть, надо относиться к этому стоически. Что мы можем еще сделать? Мы не знаем, когда закончится эта ситуация, может, она закончится лет через десять. Ждать у моря погоды мы не хотим, предпочитаем шевелиться. Если шевеление требует дополнительных трат, значит, так тому и быть, такова наша судьба.

— Обычно ваш фестиваль сопровождается околофестивальной деятельностью — лекциями, выставками, мастер-классами. В этот раз что-то будет?

— Уже всё было. В апреле, когда мы поняли, что не можем ничего делать вживую, провели огромную программу онлайн с показами и лекциями. Мы создали фильм, в который вошли лучшие номера Гала Dance Open за несколько лет — «Золотая коллекция» в трех частях была показана в «Яндекс.Эфире». Новая документальная программа «История русского балета» собрала почти 200 тыс. зрителей «ВКонтакте». Захватывающий рассказ, который озвучил народный артист России Николай Витальевич Буров, был проиллюстрирован фрагментами записей с наших гала-концертов и спектаклей. В сотрудничестве с данс-критиками России мы впервые в истории фестиваля создали онлайн-энциклопедию «Энрико Чеккетти и балет XX века» — это своего рода «генеалогическое древо» мирового балета. Сейчас не вижу смысла дополнительно что-то делать. Сосредоточимся на том, чтобы провести вживую то, что можем провести.

— Спектакли впервые в истории фестиваля пройдут на сцене театра «Балтийский дом». Насколько удобна вам эта площадка?

— Это удобная площадка. Ее получится дооснастить техникой и всем необходимым, согласно райдерам спектаклей — и это главное. Зеркало сцены полностью подходит для всех постановок, оно абсолютно комфортное для трупп. Мы его покроем балетным линолеумом, повесим свет. Всё, что нужно будет, сделаем. Так что работаем.

Мне кажется, что нестабильность, турбулентность, которую сегодня мы наблюдаем во всех областях, еще весьма продолжительное время никуда не исчезнет — нас будет и дальше штормить в ту или иную сторону, и надо просто пытаться удержаться на плаву, пытаться куда-то плыть. При этом не исключены финансовые, моральные и остальные потери. Надо понимать это и с открытыми глазами идти на риски. Если нам будет сопутствовать множество отмен, возможно, я в какой-то момент решу, что нужно перестать шевелиться, но сегодня моя позиция такая: пока мы живы, мы шевелимся.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 22287
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Ноя 16, 2020 3:25 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2020111602
Тема| Балет, ХХIV Международный балетный фестиваль, Чебоксары, Персоналии,
Автор| Людмила Лаврова
Заголовок| «Дорога лебедей» привела в Чебоксары
Где опубликовано| © Belcanto.ru
Дата публикации| 2020-11-16
Ссылка| https://www.belcanto.ru/20111601.html
Аннотация| фестиваль



В Чебоксарах завершился ХХIV Международный балетный фестиваль, посвященный 100-летию Чувашской республики. Из-за пандемии иностранные солисты не смогли принять в нём участие, но поскольку мы по-прежнему в области балета «впереди планеты всей», то уровень фестиваля и без них был очень высок, а программа – насыщенная: мировая премьера чувашского национального балета «Дорогая лебедей» композитора Андрея Галкина, спектакль-гость «Корсар» Нижегородского академического театра оперы и балета имени А.С. Пушкина и приглашенные прима-балерины и премьеры Мариинского и Большого театров для исполнения главных партий в балетах Чувашского государственного театра оперы и балета, одни из самых громких балетных имен наших дней (Евгения Образцова и Артемий Беляков (Большой театр), Екатерина Кондаурова и Андрей Ермаков (Мариинский театр), а также прима-балерины Михайловского театра и театра «Кремлевский балет» Ирина Перрен и Екатерина Первушина и премьеры этих театров Марат Шемиунов и Егор Мотузов).

Открылся фестиваль «Дорогой лебедей», двухактным балетом по мотивам чувашских сказок, его хореография и либретто созданы художественным руководителем балетной труппы Чувашского театра оперы и балета Данилом Салимбаевым, а сценография – Заслуженным художником Чувашии Валентином Фёдоровым. Дирижёр-постановщик – Дмитрий Банаев. Из-за противопандемических мер все спектакли фестиваля шли под фонограмму, но они не потеряли своей красоты, яркости, эмоциональности и заразительности, а записи удачно донесли всю оркестровую фактуру.

Зрители и гости фестиваля с нетерпением и волнением ждали «Дорогу лебедей»: какой она окажется, дорога, «проложенная» на театральной сцене в наши дни? Ведь современная хореография часто напоминает зрителям среднего и старшего поколений очень популярную в Советском Союзе производственную гимнастику. Но высокая культура балетных постановок Чувашского театра оперы и балета не могла, конечно, допустить на своей сцене небалетный балет. И «Дорога лебедей» оказалась самобытной, изящной, сказочной и, конечно, танцевальной.

Трудно поверить, но и в наши дни есть композиторы, сочиняющие мелодичную, ласкающую слух, насыщенную содержанием и чувствами симфоническую балетную музыку. Некоторые зрители-малыши даже хотели танцевать под мелодии «Дороги лебедей», и удерживаемые родителями в зрительских креслах, казались весьма расстроенными из-за того, что им это не позволяют, но потом увлеклись действием и вернулись в своё зрительское амплуа.



Либретто балета изложено очень красиво, взять хотя бы его начало: «В незапамятные времена, когда солнце и луна всходили и заходили, когда им вздумается, а звезды зажигались и гасли по воле случая, когда небом владели белые птицы, лесами – злые духи, а люди жили на земле, стараясь не вмешиваться в дела волшебные, случилась эта история». А история вот какая: лесная ведьма Сехмет (Виктория Севоян) очень завидовала крыльям белых лебедей, дающим им свободу и власть над небом. Однажды замешкалась в лесу прекрасная лебедь Пинеслу (Анна Серегина), окружили её злые духи, а Сехмет оторвала ей крылья. Тут бы и погибнуть Пинеслу, но она успела принять облик девушки и подобрали её добрые люди. Всем нравилась красавица Пинеслу, все её любили, а когда пришло время женихам свататься, Сехмет наколдовала, чтобы никто из юношей не мог увидеть Пинеслу. Но заметил её Хёвел-Солнце. А для Солнца нет преград, оно разрушит любые чары. Узнала об этом Сехмет и решила довести задуманное до конца – погубить Пинеслу. Поздним вечером, одевшись старушкой, Сехмет пошла разыскивать Пинеслу. Встретив её, сказала, что заблудилась и попросила помочь найти дорогу. А когда совсем стемнело, Пинеслу окружили лесные ведьмы, готовые растерзать её. Обратилась Пинеслу к сестрам-лебедям, чтобы унесли её на луну, и лебеди подняли девушку в небо. А чтобы любимый Хёвел-Солнце (Дмитрий Поляков) нашёл ее, каждый лебедь оставил по пёрышку на своем пути. Пёрышки, оставленные лебедями, стали светиться, как звёзды. Но Сехмет рассыпала по небу видимо-невидимо звёзд и всё перемешала. Тогда явились к Хёвелу-Солнцу волшебные птицы и рассказали, как найти Пинеслу. Встретились влюбленные на небе и ходят теперь они по вечному кругу: Хёвел-Солнце согревает мир своим теплом, а Пинеслу освещает дорогу заплутавшим путникам.

В балете «Дорога Лебедей», как и в жизни, конкурируют между собой за влияние на людей зависть и злоба с одной стороны, и красота, нежность, возвышенные чувства – с другой. Злым силам композитор придал угловатые, диссонансные многозвучия, колкие аккорды, напряженность в звучании. Тема Пинеслу – лиричная, светлая, очень проникновенно звучит адажио (дуэт с Хёвелом-Солнцем). Музыкальный образ Хёвела-Солнца – ясная, ласковая музыка, несущая в себе созидание, любовь. Есть в нём также интонации удали, преодоления и разрушения тёмных колдовских сил. В музыке балета присутствует также чарующая сказочность, фантазийная лёгкость, волшебность. «Дорога лебедей» — балет неоклассического направления с романтическим уклоном. У «Дороги…» прослеживаются параллели с «Белоснежкой и семью гномами», «Шурале», «Лебединым озером». Даже можно сказать, что в некотором смысле это продолжение «Лебединого озера». Но поскольку балет создан по мотивам чувашских сказок, в нём присутствуют национальные темы и образы. В симфоническую ткань балета щедро вплетены чувашские национальные мелодии, но, тем не менее, это симфоническая музыка, а не компиляция народной.



Хореография «Дороги лебедей» в значительной степени включает в себя стилизацию чувашских народных танцев с их красивой пластикой, изяществом, плавностью. Но и лебединой темы тоже много, естественно. Пинеслу с лебедями танцует как лебедь (со всеми движениями, присущими балетным лебедям, взмахами и замиранием рук-крыльев, воздушностью и полётностью, устремленностью вверх, с легкими прыжками, как будто репетирующими взлёт; взгляды приковывались к рисунку «лебединых» рук, к изгибу шеи), а с людьми – как человек. Танцы Сехмет – быстрые, с острыми, ритмичными движениями, с шикарным полётом в шпагате через всю сцену. Костюм у неё соответствующий – обтягивающее черно-белое трико с лохмотьями, накинутыми сверху. Каждое появление Сехмет сопровождается усилением громкости оркестра, а в музыке нарастает тревожность и зловещесть. У Хёвела-Солнца (Дмитрий Поляков) – широкие, размашистые, энергичные, уверенные движения, наполненные небывалой мощью, но не брутальной, а словно бы рассеивающейся по сцене. Его хореография также включает череду разнообразных, замысловатых поддержек. В мировой истории балета хореографический образ Солнца встречается крайне редко, особенно такой развёрнутый, как в «Дороге лебедей». И костюм у Солнца соответствующий – весь золотистый, сверкающий в свете софитов. Сценография реалистично-сказочная – на холме в окружении широкой реки стоит деревенька, освещенная солнцем; в других сценах – густой зловещий лес или тяжелые своды пещеры, где живет разная лесная нечисть.

Кордебалет тоже держал марку – шутка ли: первый национальный чувашский балет! – и демонстрировал синхронность, слаженность и следование стилю хореографии. В балете участвовали и воспитанники балетной студии при театре: они танцевали светлячков с фонариками.



Яркий и радостный «Дон Кихот» Людвига Минкуса в хореографии Александра Горского (возобновление и редакция Данила Салимбаева, художник-постановщик Наталья Поваго (Москва)), собрал максимально возможное в условиях пандемических ограничений число зрителей. Чебоксарским любителям балета очень хотелось увидеть звезд Большого театра Евгению Образцову (Китри) и Артемия Белякова (Базиль). Эта блистательная пара зажгла публику своей яркой эмоциональностью, безукоризненной техникой, великолепной станцованностью и феноменально исполненными трюками, как например, двойное фуэте Образцовой и поддержка «флажок» (когда партнёр держит балерину на одной вытянутой вверх руке). Но и чебоксарские солисты были замечательны, в частности, Алексей Рюмин (Эспада) и Анна Серегина (Уличная танцовщица, Мерседес). Эта же пара зажигательно исполнила фанданго.

Не каждый фестиваль может включить в свою программу гостевой спектакль, но Чувашский театр на один вечер предоставил свою сцену Нижегородскому академическому театру оперы и балета имени А. С. Пушкина, привезшего «Корсара» в хореографии Мариуса Петипа и художественного руководителя нижегородской балетной труппы Морихиро Иваты. Ивата создал свою версию балета, максимально приблизив его к поэме Байрона. Декорации «Корсара» красивые, яркие и разнообразные (художник-постановщик Алексей Амбаев), а костюмы выразительные, они очень шли героям спектакля и идеально дополняли их хореографические образы (художник по костюмам Алла Шаманина). В версии Иваты нет Ланкедема, а Саид-Паша наделен достаточно большой сольной партией (в привычном «Корсаре» Саид-Паша не танцует, у него пластическая партия).



В первом акте завязка действия явно перегружена танцами и хореографическими элементами, а также количеством участвующих в нём танцовщиков. Весь первый акт выглядит неоправданно суетным и мельтешащим. Некоторая перегруженность танцами наблюдается до самого финала, но второй и третий акты более организованны и академичны. Но эти особенности постановки зрители проигнорировали. Публика была впечатлена красочностью спектакля, большим разнообразием танцев и мастерством солистов и кордебалета.

О солистах следует сказать особо. Одну из главных партий – Гульнар – исполняла молодая ведущая солистка нижегородской труппы, лауреат международных конкурсов Елизавета Мартынова. Она продемонстрировала прекрасную школу – её движения были точны и академичны, а сама она – пластичная, очень гибкая, женственная, чувственная и выразительная, великолепно передавала настроение и состояние своей героини и режиссёрские задумки балетмейстера. Елизавете одарена женской и сценической красотой, что делает её героинь ещё более впечатляющими. Гюльнар так щедро наделена танцами в постановке Морихиро Иваты, что она почти не уходит со сцены, так что для исполнения этой партии требуется не только великолепная техника, но и выносливость. Езизавета Мартынова обладает и этим качеством – когда по окончании спектакля она вышла на поклоны, то выглядела так, словно не только что оттанцевала очень насыщенную партию, а собирается танцевать. Лёгкая, миниатюрная, изящная, с точёной фигурой, Елизавета вся соткана из танца. Она так блистательно исполнила партию Гульнар, что руководство фестиваля пригласило её и её партнёра Василия Козлова для участия в гала-концерте, хотя изначально они не были заявлены в его программе. Забегая вперед, скажу, что на гала-концерте они великолепно исполнили адажио и па де скляв из «Корсара», вызвав шквал аплодисментов и подтвердив, что их приглашение на гала было более чем оправдано. Василий Козлов – очень хороший партнер, он отлично подходит для образа Сеид-Паши в хореографии Иваты, и с максимально возможной точностью исполнил все непростые технические элементы спектакля.

Следующей радостью зрителей фестиваля стала «Баядерка» (хореография М. Петипа в редакции В. Пономарёва и В. Чабукиани, перенос редакции Бориса Бланкова (Санкт-Петербург)). Художник-постановщик – Валентин Фёдоров, художник по костюмам – Галия Юсупова. В качестве солистов – прима-балерина Мариинского театра Екатерина Кондаурова (Никия) и премьер этого театра Андрей Ермаков (Солор). Екатерина Кондаурова – одна из плеяды выдающихся балерин нашего времени, исключительно одаренная физически, она обладает отточенными до совершенства линиями и с легкостью может принять любую красивую позу – её природа позволяет. Но партия Никии – трагическая, там только позами не обойтись. В танце со змеей Екатерина продемонстрировала не только свою великолепную техническую оснащенность, то и драматический дар в диапазоне от окрыляющей радости до осознания своей гибели. А её пластика в эпизоде умирания была громче и красноречивее слов.

Андрей Ермаков – тоже один из лучших танцовщиков наших дней в зените своей карьеры. Он очень техничен, точен в движениях, прекрасный партнер. Особенно впечатлила безупречно исполненная вариация во втором акте, поразившая легкими и мощными прыжками. Кондаурова и Ермаков без сучка и задоринки исполнили все сложнейшие элементы своих партий, а также поддержки в дуэтах, и по ним было видно, насколько хорош сам дуэт.

Практически не уступала именитым гостям фестиваля молодая солистка чувашской труппы, лауреат Всероссийского конкурса Виктория Севоян (Гамзатти). Гамзатти – чисто классическая партия, и Севоян точно и академично её исполнила. Виктория также проявила замечательные партнерские качества, прекрасно взаимодействуя с Никией-Кондауровой и Солором-Ермаковым во всех мизансценах. Мариинские солисты приехали в Чебоксары только в день спектакля, и у них была только одна репетиция, но из зала создавалось впечатление, что это давно танцующие вместе артисты. Виктория Севоян прекрасно справилась и с актерской задачей – её Гамзатти была царственно-высокомерно-победительной. В некоторых театрах Европы «Баядерка» идет без третьего акта, т.к. эти театры не имеют достаточно многочисленного, а главное, высокопрофессионального кордебалета для исполнения «Теней». Кордебалет же Чувашского театра достойно справился со своей задачей – «Тени» были прекрасны.

Гала-концерт включал в себя как классические, так и современные номера. Екатерина Первушина и Егор Мотузов исполнили нежное адажио из «Щелкунчика» в постановке Василия Вайнонена и па де де из «Дон Кихота» в хореографии М. Петипа и А. Горского, где Егор летал по сцене, как выпущенное из пушки ядро. Ирина Перрен и Марат Шемиунов блеснули в адажио из редко исполняемого балета «Ледяная дева» на музыку Э. Грига в хореографии Ф. Лопухова и адажио из «Спартака» А. Хачатуряна в хореографии Г. Ковтуна. Ведущие солисты Московского музыкального театра имени Станиславского и Немировича-Данченко Елена Соломянко и Евгений Жуков представили па де де из «Эсмеральды» Ц. Пуни в хореографии В. Бурмейстера и современный номер «Следуй за мной» на музыку К. Н. Каташи в хореографии Е. Жукова. Солисты же Чувашского театра предпочли украсить гала-концерт номерами в хореографии Д. Салимбаева. «Романс» на музыку Г. Свиридова — трагическую историю проводов мужа на войну и его утрату там — щемяще и трогательно исполнили Татьяна Альпидовская и Алексей Рюмин. «Барокко» на музыку И.С. Баха, где у каждого было своё соло, танцевали четыре пары ведущих солистов чувашской труппы: Анна Серегина, Ульяна Альпидовская, Виктория Севоян, Ангелина и Дмитрий Поляковы, Алексей Рюмин, Фарходжон Камолов, и Дмитрий Ведерников. И этот номер очень гармонично сочетал в себе музыку Баха с хореографическим текстом. Данил Салимбаев создал свою хореографию к Половецким пляскам на музыку А. Бородина, и они оказались не менее зрелищными, чем знаменитые Половецкие пляски в хореографии. М. Фокина.

Солист Чувашского театра Алексей Рюмин представил на суд зрителей номер на музыку Шопена «Сизиф» в собственной хореографии, который публика приняла с восторгом. Алексей рассказывает, как у него родился Сизиф: «Своим существованием эта миниатюра обязана исключительно прелюдии Шопена. Упорная, волнующая малая секунда в мелодии рисует картину неустанного сопротивления и борьбы. Это навело меня на мысль о Сизифе и дало увидеть его историю в новом свете – он, осознавая абсурдность своих попыток, никогда не сдаётся (что в своё время заметил и Камю). Именно этой идеей мне бы хотелось заразить зрителя». А фестиваль заразил зрителей радостью созерцания искусства балета и жизнеутверждающим настроением – вопреки пандемии жизнь продолжается, а искусство – бессмертно.

Фотографии предоставлены Чувашским театром оперы и балета
====================================================================
ВСЕ ФОТО - ПО ССЫЛКЕ
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 22287
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Ноя 16, 2020 4:09 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2020111603
Тема| Балет, , Персоналии, Светлана Захарова
Автор| Беседовала Дженнет Арльт
Заголовок| Светлана Захарова о «Большом балете»: «Страсти кипели, но мы, как могли, смягчали обстановку»
Где опубликовано| © Телеканал «Россия – Культура»
Дата публикации| 2020-11-16
Ссылка| https://tvkultura.ru/article/show/article_id/372045
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ


Фото: Вадим Шульц

В эфире телеканала «Россия К» продолжается новый сезон проекта «Большой балет», ведущей в котором уже второй раз подряд выступила звезда мирового балета, народная артистка России, прима-балерина Большого театра и этуаль театра Ла Скала Светлана Захарова. Сегодня, когда артисты смогли вернуться на сцену, график Светланы Захаровой расписан буквально по минутам. Но и в столь плотном творческом расписании ей удалось найти время, чтобы рассказать нам о своих последних гастролях, о людях, которыми она восхищается, и, конечно, об эмоциях от проекта «Большой балет».


— Светлана, в Вашем репертуаре — огромное количество ролей, женских образов с совершенно разными характерами. Есть какие-то любимые?

Светлана Захарова:
Над каждой ролью приходится работать не только технически, но и эмоционально, надо проживать жизни своих героинь на сцене. Анна Каренина, Коко Шанель или Маргарита из «Дамы с камелиями» — такие яркие женские партии, которые особенно требуют эмоциональной отдачи. Но и классические балеты не уступают: легкая на подъём Китри, романтическая девочка-Жизель или страдающая Баядерка — это настолько разные роли, эмоционально разные, и каждый раз я «проживаю» их жизни. Несмотря на мой огромный репертуар — и классический, и современный — мне всегда было очень важно чувствовать каждую из моих героинь. Понимать и любить их. Если я не чувствую интереса к персонажу, которого исполняю, я не берусь за роль.

— Вот как раз недавно, во время съемок «Большого балета», Вы были свидетелем, как молодые артисты нарабатывают свой опыт. Вы уже второй сезон участвуете в проекте в качестве ведущей, а до этого принимали участие как член жюри. Что оказалось приятнее, интереснее — быть в жюри или ведущей?

С. З.:
Это две разные истории. Однажды я пришла в «Большой балет» как член жюри. Но вот уже второй сезон подряд выступаю в роли ведущей. И могу сказать, что мне эта роль нравится больше. Если жюри указывает на промахи и недостатки, то моя роль в проекте несёт другое значение. Я поддерживаю участников, стараюсь открыть их лучшие стороны. И это тоже непросто. С одной стороны, на проекте я на стороне конкурсантов, но, как и все члены жюри, как профессиональная балерина, я вижу все их ошибки и недочеты. И все же должна сконцентрироваться на более удачных моментах выступлений участников. Оценить, дать мастер-класс — это задача членов жюри, моя же была в другом — найти достоинства у артистов, обозначить то, что было выполнено хорошо. И я видела, что после моих высказываний даже члены жюри немного смягчались.

— Есть ли разница в профессиональной подготовке участников прошлых сезонов и этого?

С. З.:
Я прекрасно помню все предыдущие сезоны, но здесь важно другое: в этом году были сложные обстоятельства. Я, наверное, не открою секрет, что проект снимался не сейчас, когда мы уже все на сцене, вовсю репетируем и выступаем, и забыли, как мы четыре месяца находились дома, не имея возможности заниматься в профессиональной студии, старались держать форму, в непростых условиях. Записывали проект в конце июля, когда участники только-только вышли из карантина и всего за несколько недель должны были войти в форму и подготовить шесть разных номеров — классических и современных. То есть у участников «Большого балета» были сложнейшие условия — буквально из квартиры выйти на большую сцену, это подвиг. Я сама находилась в тех же условиях, так что я знаю, каково это. Они молодцы, что вообще не побоялись участвовать в проекте.

«Большой балет» — проект очень интересный, напряженный, эмоциональный. Артисты очень разные, возможно, многие выступили бы по-другому, если бы съёмки были сейчас. Что мне понравилось — очень много было номеров, про которые мы либо ничего не знаем, либо уже подзабыли. Участники старались представить свои театры, их репертуар, свой регион, из которого они приехали, показать фрагменты каких-то своих национальных спектаклей, это было очень интересно.

— В этом году Вашим соведущим стал Ильдар Абдразаков, и наши телезрители уже оценили ваш блистательный дуэт. Были ли вы знакомы раньше? Как вам удалось добиться такой слаженности?

С. З.
: Мы были немного знакомы и раньше, виделись на концертах в разных странах, а тут удалось поработать очень плотно, плечом к плечу. Ильдар — прекрасный партнер, представляю, как любят с ним выступать певицы, потому что в любые моменты он поддержит, подхватит. Балет — не его стихия, поэтому он много спрашивал, не стеснялся задавать вопросы не совсем профессиональные, а скорее любительские, что придавало ему ещё больше шарма. Ильдар прекрасно справился со своей задачей, с ним было легко и весело.

Были на проекте и драматические моменты, когда участники выслушивали критику, расстраивались и даже плакали за кулисами. Хореографы и репетиторы тоже волновались, кто-то был расстроен, кто-то рассержен, страсти кипели, но мы с Ильдаром, как могли, смягчали обстановку. Это все-таки серьезный конкурс, соревнование между артистами, настоящий бой и прежде всего ребята должны были выдержать его психологически. Карьера артиста балета — это не просто выступления, цветы и овации — это, прежде всего, большая работа. И в проекте участники смогли максимально проявить себя. Ведь все они — профессиональные артисты, которые работают в профессиональных театрах. И у жюри к ним отношение, как к уже состоявшимся артистам. Доставалось даже тем, кто участвовал вне конкурса — каждый нёс свою долю ответственности.

Так что участие в проекте «Большой балет» для всех участников — это колоссальный опыт и новый виток в их карьере. Прекрасная возможность заявить о себе на всю Россию. Ведь «Большой балет» транслируется на федеральном канале «Культура», благодаря чему зрители их узнают, и, думаю, полюбят.

— Светлана, недавно закончился фестиваль «Дягилев. P. S.», на котором были представлены балеты с Вашим участием, очень редко исполняемые в России. За один вечер в двух одноактных спектаклях Вы сыграли две разные роли. Как удается за такой короткий промежуток переключаться с одного образа на другой?

С. З.:
Могу сказать, что достаточно легко переключаюсь, причём, замечу, мне это нравится. Практически во всех спектаклях у героинь мгновенно может менятся состояние — от души, наполненной любовью, до полной опустошенности. От земных страстей, до бестелесности потустороннего мира. Так что частое преображение — это норма для профессионального артиста.

Другое дело, что спектакли, которые мы представили в Санкт-Петербурге на «Дягилев. P.S.» — «Как дыхание» на музыку Генделя и «Габриэль Шанель» на музыку Ильи Демуцкого — разные не только по настроению, но и по энергетике, стилю, атмосфере и хореографии. Здесь есть определенная сложность, но для меня это не первый опыт за один вечер исполнять балеты разных хореографов. Мне это нравится и, главное, что публике это интересно. Наш новый проект Modanse, рассчитан на разную публику, на разные вкусы, и интересы. Это две большие серьезные работы, и я люблю их исполнять.

— Расскажите о роли Габриэль Шанель. Что-то изменилось в Вашем восприятии её как знаменитости, которой восхищается весь мир?

С. З.:
Когда продюсер пришёл ко мне с предложением создать балет, посвященный жизни и творчеству Габриэль Шанель, я согласилась сразу и довольно скоро погрузилась в изучение жизни этой великой женщины. Я серьёзно подошла к этой роли. Мне хотелось проникнуть в её мир, узнать как можно больше о ней, понять мадемуазель Коко со всей её болью, ранимостью, свободой, отчаянием, любовью, встречами, расставаниями и одиночеством. Я прочитала о ней всё, что смогла найти, посмотрела множество художественных фильмов и документальных лент, изучила фотографии, читала воспоминания её друзей: Пикассо, Кокто, Стравинского, Бакста.

— Вам удалось добиться сходства с главной героиней?

С. З.
: Многие говорят о сходстве меня и Шанель, но никакого сходства между нами нет. Мы абсолютно разные, и жизненные истории у нас отличаются, и характер. Людям нравится находить общее, и они его находят, потому что на сцене я добиваюсь нужного состояния, настроения и сходства образа. Над этим много пришлось работать. Искать, пробовать. Шанель не сразу далась. Она оказалась строптивой женщиной. Но этот поиск — это и есть искусство, воображение, новая попытка каждый раз. Это относится к любому спектаклю — поиск образа, настроения, их отработка. Бесконечная работа над собой.

— Кто мог бы быть для Вас авторитетом?

С. З.
: Меня восхищают не столько люди, сколько человеческие поступки. Когда в критический момент человек не теряется, а наоборот, собирается и делает что-то, что свыше его человеческих сил. Помните историю, когда пилот Дамир Юсупов посадил самолет на кукурузном поле. Мы оказались с ним вместе на одном награждении — абсолютно обычный человек, но он герой, спас сотни жизней. И таких примеров очень много, не только героических, но и творческих: кто-то написал гениальную музыку, кто-то гениально исполнил музыку, и эти люди подарили нам такие мгновения, из которых накапливаются эмоции. Я вижу ребенка, который трогательно читает стихи, или юного исполнителя, который озаряет всех своим талантом, и меня это тоже приводит в восторг. Люди с особенностями развития, которые делают свою жизнь нужной, интересной и насыщенной... Такие истории рождают во мне яркие эмоциональные всплески.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 22287
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Ноя 16, 2020 11:18 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2020111604
Тема| Балет, Самарский театр оперы и балета, Премьеры, Персоналии, Дмитрий Шостакович, Максим Петров
Автор| Татьяна Розулина
Заголовок| Бремя секонд-хенд
О ПРЕМЬЕРАХ В САМАРЕ И НАСИЛИИ В БАЛЕТЕ

Где опубликовано| © Colta.ru
Дата публикации| 2020-11-16
Ссылка| https://www.colta.ru/articles/theatre/25933-tatyana-rozulina-samara-shostakovich-balet-1
Аннотация| Премьеры


«Ленинградская симфония»
© Антон Сенько / САТОБ


Самарский театр оперы и балета, претендующий на присвоение имени Дмитрия Шостаковича, показал вечер хореографии на его музыку. Судя по названию «Самара Шостакович Балет I», продолжение следует, а в первую программу вошли забытые советские миниатюры, копия «Ленинградской симфонии» из репертуара Мариинского театра, а также новый балет, поставленный хореографом Максимом Петровым. По просьбе COLTA.RU премьеру комментирует петербургский культуролог Татьяна Розулина.

Самарского балета до недавних пор не существовало — было что-то вроде пионерлагеря, где на заросших аллеях торчали гипсовые пионеры с отломанными руками: таких театров в стране еще примерно полтора десятка. Сейчас труппа очнулась, обновила наличный состав — и дает поводы для осмысленного разговора.

«Ленинградская симфония» сразу уходит за скобки: спустя 59 лет после премьеры ее значение прежде всего мемориальное, и это память не столько о войне и блокаде, сколько о свершениях советской хореографии времен оттепели, когда балет вновь обрел самодостаточность, вернулся на один уровень с драматическим театром и кинематографом, то есть стал актуальным искусством. И еще — о том, что Седьмую симфонию Шостаковича впервые играли именно в Самаре, тогда Куйбышеве, именно в этом театральном зале. Зрители ловят эхо великих мифов.

В сухом остатке — крайне любопытное соседство.

Во второй части вечера был показан балет «Фортепианный концерт», который поставил петербуржец Максим Петров. Можно сделать постную мину и в сотый раз просклонять хореографов прошлого и настоящего: да, такой тип спектакля разработал Джордж Баланчин, а сейчас успешнее других эксплуатируют Алексей Ратманский и Джастин Пек. Да, говорить об уникальности манеры и языка нельзя — но еще большой вопрос, что такое уникальность в классическом танце. Скорее, от зрителя, привыкшего воспринимать балетный спектакль как набор аттракционов — тут шествуют стада задумчивых статистов, тут едет большая декорация, а то еще хор запоет, — в подобных произведениях требуется более цепкий взгляд.


«Фортепианный концерт»
© Антон Сенько / САТОБ


Петров умеет мыслить танцем, умеет слушать музыку, не доверяя первым впечатлениям от нее. Он выбрал Фортепианный концерт № 1, сплошь собранный из цитат и аллюзий, — таперская по природе музыка, хоть это и гениальное таперство, — но не стал показывать постмодернистские картинки с выставки, а сработал в очень сдержанном и строгом ключе. Вялость лирических частей компенсировалась энергичными мужскими соло и общим быстрым движением, непривычным для самарских артистов — им пришлось буквально прыгнуть выше головы, и спектакль произвел должный эффект. К тому же новый балет красиво упакован: желто-синий павильон от группы Bojemoi, костюмы Татьяны Ногиновой, свет Константина Бинкина — по-прежнему редкая картина на наших балетных сценах, где крепко держатся за пестренькое и классичненькое с пряниками и розами.

Тела и психика современных молодых людей оказались подчинены музейной задаче изображения — от них требовалось воспроизвести тип движения и воспринять мышление, органически им не присущие.

К счастью, это несовершенный балет. Лучшее, что сможет с ним сделать театр, — не номинировать тотчас на «Золотую маску», «Поволжскую лиру» и прочие премии, а ставить в афишу раз в месяц, через год выбросить и заказать следующий, причем не про аленький цветочек или Соню Мармеладову (грядет двухсотлетие Достоевского, следите за подвигами русского балета!), а про танцы, которые о чем-нибудь нам да расскажут. Со следующим балетом поступить точно так же. Тогда, может быть, через пару лет наладится естественная частота культурного производства и публика понемногу научится смотреть такие «Фортепианные концерты» — не откровения на века, а крепкие вещи для повседневности. Балетный театр в России понимается как супермаркет шедевров из секонд-хенда — отсюда столько усталой злобы, если в новых балетах на нас не падает очередной гений.

Однако начался вечер не этой премьерой, а миниатюрами известных советских балетмейстеров — Бельского, Лопухова, Брянцева, Якобсона. Набор казался случайным; молодая труппа выглядела по-стариковски.

Стало модно рассуждать о насилии в классическом балете. Под ним имеют в виду жестокие методы телесного воспитания, и обычно на эту тему высказываются те, кто не видел реальных балетных уроков и воображает мегер с палкой для битья учеников, как в мемуарах начала XIX века. На премьере в Самаре артисты должны были изобразить позднесоветских артистов в пошленькой юмористической сценке, а затем скопировать танцовщиков 1960-х, копирующих своих предшественников из 1930-х. Танец снова понадобился не сам по себе, а в качестве гвоздик на могильные плиты. При этом чисто хореографическая ценность номеров по сегодняшним профессиональным меркам сомнительна — проще говоря, танцевать в них практически нечего.

Тела и психика современных молодых людей оказались подчинены музейной задаче изображения — от них требовалось воспроизвести тип движения и воспринять мышление, органически им не присущие. Это и есть настоящее насилие по отношению к танцовщикам — да и самому искусству танца. Ему, танцу, раз за разом отказывают в праве быть современным, сводя все его богатые возможности к возврату прекрасного прошлого. Поскольку достоверных способов фиксации и воспроизведения танцевального текста не существует, то и попытки вернуть седую старину — ту, что не задержалась в репертуаре, исчезла естественным путем, — неизбежно носят спекулятивный характер. И в отношении зрителей это уже никакое не насилие, а самый обыкновенный обман.

Именно поэтому возникают казусы вроде баснословного успеха «Нуреева», который российские интеллектуалы с непривычки приняли за балет и за современность. Поэтому и российская балетная сцена так скудна, а «Золотая маска» до сих пор не решается выделить современный танец в отдельную номинацию — иначе под вывеской «Балет» останутся кроме трех с половиной действующих российских постановщиков остатки былого величия.


P.S. На минувшей неделе Башкирская опера показала премьеру балетов «1418» (что означает это число, всем напомнил этим летом Главный храм Вооруженных сил РФ) и «Соседи», тоже на тему войны и с музыкой Шостаковича — его только что поставил 31-летний Иван Васильев. Предлагаем читателям ознакомиться с ним и самостоятельно составить клиническую картину российского балета, который, похоже, и сам насиловаться рад.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 22287
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вт Ноя 17, 2020 12:23 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2020111701
Тема| Балет, Современный танец, фестивали, Context. DianaVishneva, «Территория», Персоналии,
Автор| Лейла ГУЧМАЗОВА
Заголовок| Право на соло: фестивали Context. DianaVishneva и «Территория» представили новые имена
Где опубликовано| © Газета «Культура»
Дата публикации| 2020-11-17
Ссылка| https://portal-kultura.ru/articles/theater/330026-pravo-na-solo-festivali-context-dianavishneva-i-territoriya-predstavili-novye-imena/
Аннотация| фестивали

Говорить о современном танце можно только в контексте сезона. Каждый приносит тенденции, которые потом будут осмыслять и переосмыслять хореографы всего мира. В России осень-2020, несмотря на ковидные препоны, для современного балета выдалась урожайной. За октябрь и ноябрь Москва встретила сразу два балетных смотра — фестивали «Территория» и Context. DianaVishneva.

Соло Дианы


Международный фестиваль современной хореографии Context. DianaVishneva занимается тем же самым, чем и большинство подобных фестивалей — поиском людей, способных на соло. Расположившийся в обеих столицах, в этом году он кардинально перепрошил постковидную программу и решил отложить сенсации на сентябрь-2021. Но до конца ноября он еще идет и право на соло уже тестирует вовсю.

С подачи Дианы Вишнёвой, самой храброй балерины поколения, рванувшей из лебединых перьев классического репертуара в дебри современной хореографии, непосредственным куратором восьмого по счету конкурса стала выдающаяся солистка Большого театра Анастасия Яценко. Важнейшая часть фестиваля, имеющая большие перспективы, — конкурс молодых хореографов. Победители получают особый приз — грант на обучение в одной из самых знаменитых трупп мира (выбор каждый год разный). Этим уже успели воспользоваться Владимир Варнава, Константин Кейхель, Ольга Тимошенко, Кирилл Радев и другие. На этот раз пятерых участников показов отбирали среди сотни заявок с впечатляющей географией от Южно-Сахалинска до Франкфурта-на-Майне. И решение жюри оказалось идеально созвучным мировым тенденциям.

ДАЛЕЕ ЧИТАЕМ ПО ССЫЛКЕ
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 22287
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вт Ноя 17, 2020 12:34 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2020111702
Тема| Балет, БТ, Премьеры, Персоналии, Симоне Валастро, Мартин Шекс, Димо Милев, Брайан Ариас
Автор| Елена Полтавская
Заголовок| Лабораторная работа: как Большой справляется с неопределенностью
В нынешнем непростом сезоне вынужденные эксперименты задают новые тренды развития

Где опубликовано| © Газета «Известия»
Дата публикации| 2020-11-17
Ссылка| https://iz.ru/1087682/elena-poltavskaia/laboratornaia-rabota-kak-bolshoi-spravliaetsia-s-neopredelennostiu
Аннотация| Премьеры

Большой театр в конце ноября запланировал повторить программу одноактных балетов «Четыре персонажа в поисках сюжета», которой открыл многострадальный 245-й сезон. Она была подготовлена в разгар карантина при участии четырех иностранных хореографов. Спектакль, задуманный как лабораторная работа, быстрый ответ балета на критическую ситуацию, вошел в репертуар Большого. Что помогает театру не только выживать, но и задавать новые тренды — в материале «Известий».

В ожидании премьер

В ситуации абсолютной непредсказуемости, в которую попали театры из-за пандемии, многие гадали, как будет выкручиваться главный театр страны и что предложит в новом сезоне зрителю, который не привык сидеть дома и продолжает ходить в театр и на концерты даже под угрозой заражения.

Логично было предположить, что сезон начнется с премьеры балета «Мастер и Маргарита» румынского хореографа Эдварда Клюга, которая до пандемии была намечена на 21 мая. Клюг приезжал в Москву в январе, репетировал с артистами. Хореограф задумал оригинальную инсценировку многопланового густонаселенного булгаковского романа: поместить всех героев в заброшенный бассейн, облицованный бледно-зеленой плиткой. Роль Маргариты репетировали Екатерина Крысанова и Ольга Смирнова. А Воланд достался Владиславу Лантратову. В любом случае, как бы ни выглядело художественное решение, артисты Большого театра способны выжать максимум из любой хореографии. Но с наступлением карантина премьеру Эдварда Клюга перенесли на осень 2021 года.

Весной буквально за неделю до премьеры отменили многообещающий вечер одноактных балетов «Танцемания»/Made in Bolshoi/«Времена года» Вячеслава Самодурова, Антона Пимонова и Артемия Белякова.

Неожиданный поворот

Перед открытием сезона руководство Большого театра срочно пересматривало планы, ориентируясь по ситуации. Так, молодые европейские хореографы неожиданно обошли отечественных: балетный сезон открылся вечером одноактных балетов, поставленных специально для труппы, — «Четыре персонажа в поисках сюжета». Итальянец Симоне Валастро, который больше 20 лет танцевал в Парижской опере, создал Just на музыку Дэвида Лэнга, француз Мартин Шекс, работающий в Дюссельдорфе, поставил гипнотический Silentium Арво Пярта, болгарин Димо Милев, педагог-репетитор Нидерландского театра танца — камерную историю человеческих страхов «Угасание», пуэрториканец из Швейцарии Брайан Ариас — самый масштабный, часовой балет «Девятый вал», вдохновленный картинами Ивана Айвазовского.

Хореографы в России были мало кому известны (директор балета Махар Вазиев отбирал их, просматривая видеозаписи), но зрители приняли программу тепло. Мнения критиков разделились: кто-то упрекал «Девятый вал» во вторичности, припоминая Ариасу работы Кристал Пайт и Джастина Пека, а кто-то, наоборот, оценил красоту многофигурных композиций, тонких ансамблей и текучих волнообразных перестроений. Больше всего публике понравился 15-минутный, энергетически взрывной и по-европейски стильный Just Симоне Валастро и камерное, тонкое «Угасание». В Silentium все любовались безупречной работой прима-балерины Светланы Захаровой. Вообще-то программе очень повезло с артистами: в балетах оказались заняты все ведущие солисты (Ольга Смирнова, Екатерина Крысанова, Евгения Образцова, Владислав Лантратов, Артемий Беляков, Якопо Тисси), истосковавшиеся по работе за несколько месяцев простоя.

Генеральный директор Большого театра Владимир Урин в интервью «Российской газете» признался, что поначалу отнесся к инициативе Махара Вазиева скептически. Любой внеплановый спектакль — большая организационная работа и дополнительные расходы. Но здесь театру помог бизнесмен Олег Дерипаска, который не намерен останавливаться на достигнутом и планирует осуществлять подобные проекты на регулярной основе. Его первый проект оказался успешным: не секрет, что часто экспериментальные постановки на Новой сцене после нескольких представлений исчезают из репертуара, но «Четырех персонажей» театр решил повторить в ноябре, что свидетельствует о нежелании расставаться с новой работой.

Счастливый билет

Хореографы, вернувшиеся домой после двухмесячного пребывания в России, тоже признают, что работа в Большом театре их изменила.

— Когда я ставил балет в Большом, был полон энергии, как 15-летний мальчишка, — говорит Симоне Валастро. — А теперь ощущаю себя по-настоящему взрослым. Этот опыт помог мне перерезать пуповину с Парижской оперой. Я танцевал на ее сцене 20 лет и ставил балеты в основном на коллег и друзей. А тут первый раз в жизни создал балет для другой компании. Всё было иным: артисты, язык, школа, культурные коды. Я знал, что рано или поздно это произойдет, но не рассчитывал, что в Большом театре. Теперь ощущаю себя независимым хореографом, чувствую, что могу ставить где угодно. В Парижской опере ты всегда ученик, студент, даже в 40-летнем возрасте. А здесь я впервые самостоятельно обсуждал условия своего контракта и за моей спиной не стояла огромная институция, которая оберегает и в тоже время ограничивает свободу. Я наконец попал в мир взрослых.

Брайан Ариас отмечает выдающийся уровень исполнения артистов Большого театра.

— Энергетика, преданность работе и дисциплина артистов Большого театра уникальны, — говорит он. — Я вернулся домой с новым представлением о том, как надо работать. Человек всегда может сделать лучше. Просто иногда он не представляет себе свои возможности и то, как далеко может зайти. Артисты Большого театра в этом плане — исключение. Меня покорили их скромность и стойкость. В театральном искусстве нечасто встретишь людей, готовых репетировать каждый день с полудня до десяти часов вечера. Напомню, что в моей постановке участвует 40 танцовщиков! Когда я впервые оказался с ними в одном зале, то не поверил, что всё это происходит на самом деле. Меня поразило, насколько артисты Большого театра целеустремленны и преданы своему делу. Думаю, я перенял часть этой ментальности и рабочей этики. Теперь мне будет тяжело смириться с чем-то меньшим, как хореограф я стал более требовательным.

Мартин Шекс, независимый хореограф, работающий по всему миру, считает определяющими особенностями русской школы балета особую тонкость и деликатность. По его мнению, это проявляется во всем: от движений рук до отношения к сцене. Также его впечатлило бережное отношение русских танцовщиков к традициям.

— После премьеры я прочитал несколько критических статей, — рассказывает Шекс. — О моем балете были разные мнения, он вызвал дискуссию. Сложилось ощущение, что критики несколько растеряны и смущены, а это как раз и было моей целью. Так что я рад такой реакции. Сложно сказать, как этот проект изменил меня, но я уже точно не тот человек, который приехал в Москву несколько месяцев назад. Думаю, сильнее всего на меня повлияла работа со Светланой Захаровой. Я благодарен ей за все моменты, что нам удалось разделить в репетиционном зале.

Димо Милев оказался единственным хореографом, который не смог присутствовать на премьере в Большом театре: за несколько дней до спектакля он был вынужден вернуться в Нидерландский театр танца.

— В этом проекте всё было настолько неожиданно для меня, что я даже не успел как следует понервничать, — вспоминает Димо. — Но адаптировался в Большом театре я достаточно быстро, во многом благодаря поддержке Махара Вазиева и его шуткам. После возвращения в Нидерланды пришлось отсидеть положенный карантин, и с того момента я работал над новым спектаклем для NDT2, премьера которого прошла онлайн. Очень рад, что программу повторяют в ноябре. С удовольствием вернулся бы в Москву даже в качестве обычного туриста, показал бы город своей семье, встретился со всеми знакомыми. Мой балет в Большом театре репетирует с артистами Ян Годовский, он был увлечен процессом с самого начала, пробовал делать многие движения и точно понимает, чего нужно добиться. Я ему абсолютно доверяю и не волнуюсь за качество спектакля. «Четыре персонажа в поисках сюжета» — замечательный опыт, но я всё тот же Димо. Большой театр не изменил меня, но открыл новые горизонты, я научился лучше взаимодействовать с людьми.

Новые тренды

24–26 ноября театр намеревался повторить программу «Четыре персонажа в поисках сюжета», а на 10–12 декабря было назначено долгожданное возвращение отложенной премьеры – трех одноактных балетов российских хореографов «Танцемания»/Made in Bolshoi/«Времена года».

— У нас много договоренностей с зарубежными хореографами, но это не означает, что мы не будем поддерживать наших, — комментирует директор балетной труппы Большого театра Махар Вазиев. — Вячеслав Самодуров, например, поднявший балет в Екатеринбурге, очень талантлив и интересен. Он выпускник Академии хореографии им. А.Я. Вагановой, танцевал в Мариинском, потом уехал за границу и работал в Нидерландах, Англии. Когда я заказывал ему эту работу, Вячеслав спросил: «Что вы хотите, чтобы я поставил?» — «Что-то сумасшедшее». — «Это мне нравится». Антон Пимонов тоже отлично себя зарекомендовал, он много ставит и в Мариинке, и в Екатеринбурге. Удивительно слышит музыку. Также я следил за нашим танцовщиком Артемием Беляковым, который дорос уже до премьера. У него много работ и как у хореографа. И я понял, что он интересно ставит, интересно мыслит. Этот вечер современной хореографии можно назвать русским проектом. Надеюсь, что получится интересная работа, хотя любая премьера — это риск. Но я всегда готов пожертвовать девятью неудачными работами, чтобы получить десятую — удачную. Это стимулирует и самих хореографов. Каждому хочется, чтобы его работа стала жемчужиной вечера.

В новом сезоне Большой театр превратился в своего рода режиссерскую лабораторию: здесь рождаются новые балеты, молодые российские хореографы конкурируют с европейскими, артисты активно вовлечены в творческий процесс, что позволяет поддерживать форму в таких непростых условиях. Атмосфера здоровой конкуренции, которую так любит и всегда инициирует Махар Вазиев, в любом случае идет на пользу театру. В ситуации общей турбулентности, когда все спектакли под вопросом, именно экспериментальные работы входят в репертуар и, возможно, задают новые тренды развития.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 22287
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вт Ноя 17, 2020 11:48 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2020111703
Тема| Балет, Самарский театр оперы и балета, Премьеры, Персоналии, Дмитрий Шостакович, Юрий Бурлака, Максим Петров, Евгений Хохлов
Автор| Ирина Каракозова
Заголовок| САМАРА. ШОСТАКОВИЧ. БАЛЕТ. ВЗГЛЯД КУЛЬТУРОЛОГА НА ПРЕМЬЕРУ В САМАРСКОМ АКАДЕМИЧЕСКОМ ТЕАТРЕ ОПЕРЫ И БАЛЕТА. 8.11.2020
Где опубликовано| © "Миры Орфея"
Дата публикации| 2020-11-11
Ссылка| http://orfeiart.ru/?p=1742
Аннотация| Премьеры



Эту премьеру ждали. Она должна была пройти в мае в честь 75-летия Великой Победы. По известным обстоятельствам, она состоялась в ноябре. И это, безусловно, яркое событие не только для культурного мира Самары. Хотя для Самары оно имеет еще и особое, знАковое значение. Самару многое связывает с именем Д.Д.Шостаковича. Во время Великой Отечественной войны Шостаковича эвакуировали с семьей в Куйбышев. Именно в театре Оперы и Балета (тогда это был Дворец культуры) 5 марта 1942-го года состоялась премьера Седьмой «Ленинградской» симфонии композитора. Велась прямая радиотрансляция, великая музыка мужества, сопротивления и веры в победу за короткое время стала известна во всем мире.

Балетное творчество Шостаковича так же имеет большую историю. В его семье все любили балет, и первое сочинения для этого жанра искусства молодой композитор создал в начале 20-х годов. Это были «Три фантастических танца». В дальнейшем последуют и официальные предложения, и многие известные балетмейстеры обратятся к творчеству великого композитора.

В Куйбышеве еще в 1961-ом году была осуществлена постановка балета на тему «Ленинградской» симфонии, а в 1986-ом году Игорь Чернышов – главный балетмейстер театра – пригласил поставить балет на музыку «Ленинградской» симфонии И.Бельского (дирижер-постановщик А.Говоров). Это было авторское интересное прочтение. Постановка имела большой успех у зрителей, и долго оставалось в афишах театра. Вообще, в городе чтят память великого композитора. В прошлом году в честь юбилея Шостаковича в сквере у театра установлен памятник – дар Зураба Церетели, проведен Первый музыкальный фестиваль им.Шостаковича, инициатором и руководителем которого при поддержке администрации Самары был молодой, но уже известный тенор, Валерий Макаров. В музее театра находится бюст Д.Шостаковича, недавно подаренный вдовой композитора Ириной Шостакович

Поэтому новый художественный проект, созданный главным приглашенным балетмейстером Самарского Академического театра оперы и балета Юрием Бурлака и главным дирижером, художественным руководителем театра Евгением Хохловым, совершенно закономерен. И уникален. Ведь он включил как возобновленную «Ленинградскую» симфонию, так и множество забытых и редко исполняемых номеров и фрагментов из огромного наследия композитора, бережно воссозданных Ю.Бурлака. Приятным сюрпризом стала премьера «Фортепианного концерта» (балет сочинил молодой петербургский балетмейстер Максим Петров на музыку первого концерта для фортепиано с оркестром Д.Шостаковича). Публике так же была представлена ретроспектива фрагментов постановок Якобсона, Лопухова, Бельского, Брянцева, Мартиросяна. Итак…

8 ноября 2020-го года «Самара. Шостакович. Балет» – премьера. Прежде всего огромная благодарность за колоссальный творческий труд главному дирижеру-постановщику, художественному руководителю театра Евгению Хохлову. Он инициатор самой идеи, получившей столь вдохновенное воплощение на сцене театра.

8-го октября за пультом стоял Андрей Данилов. И это было не просто блистательное исполнение. Тем более что Маэстро по стечению обстоятельств, по дирижерской солидарности, как отметил Е.Хохлов, внепланово дирижировал премьеру. И сделал это не просто великолепно. Оркестр звучал потрясающе, безупречно под мастерски вдохновенным управлением Андрея Данилова.

ДИВЕРТИСМЕНТ, так назвали 1-ое отделение.

Балетмейстер-постановщик – главный приглашенный балетмейстер САТОБ Юрий Бурлака.

Дирижёр-постановщик – главный дирижер САТОБ Евгений Хохлов.

Художник-постановщик – Александр Пырялин (по эскизам Леонида Чупятова к балету Федора Лопухова на музыку Владимира Дешевова «Красный вихрь», 1924).

Художник по костюмам, художник по свету – Елена Соловьева.



Его открыло «Трагическое скерцо» на музыку 2-ой части 10-ой Симфонии ми минор в хореографии И.Бельского. Исполнители: Антон Зимин, Дмитрий Мамутин, Александр Насонов, Алексей Селиванов – все великолепные танцовщики. В этом окружении невероятная, блистательная Анастасия Тетченко. Партия Свободы в ее исполнении воскрешает в памяти знаменитую картину Делакруа, Танец Анастасии Тетченко – неудержимый порыв, его не остановить никакими усилиями угнетателей, ее финальное торжество закономерно и жизнеутверждающе.

Далее была «Старая фотография» Вероники Земляковой и Дмитрия Пономарева. Это номер из балета «Страница прошлого» хореографа Дмитрия Брянцева. Рабочий и его подруга в исполнении прекрасных самарских танцовщиков, кажется, действительно сошли со старинной фотографии. В этом номере звучат четвертая и шестая части из Второй балетной сюиты Дмитрия Шостаковича (1951, Op. 89B).

В 1929-ом году Шостакович получил заказ написать музыку к балету «Золотой век». Тема была близка композитору еще и потому, что в либретто речь шла о злоключениях советских футболистов на промышленной выставке «Золотой Век» в условно враждебной капиталистической стране. Шостакович же очень любил футбол. Балетоманы со стажем, конечно, не забыли знаменитую постановку Ю. Григоровича в Большом театре с Наталией Бессмертновой и Гедиминасам Тарандой. В новый спектакль самарского театра вошел фрагмент из постановки Л.Якобсона «Танец Западной комсомолки и четырех спортсменов». Виктория Черкасова, Сергей Букатин, Светлин Стоянов и А.Шумухаметов были в нем очень выразительны, спортивны и безукоризненно точны.

Очень хороши в «Праздничном вальсе» А.Куткова и К.Сафронов.

В заключение первого действия совершенно очаровательны в «Танце с зонтиками» из «Вальса-шутки» учащиеся Самарского хореографического училища.

ФОРТЕПИАННЫЙ КОНЦЕРТ.

Дирижёр-постановщик – главный дирижёр САТОБ Евгений Хохлов.

Художники-сценографы – Настя Травкина и Сергей Жданов.

Художник по костюмам – лауреат премии «Золотая Маска» Татьяна Ногинова.

Художник по свету – номинант премии «Золотая Маска» Константин Бинкин.

Это безусловная премьера и прекрасный сюрприз для публики. Неоклассический балет «Фортепианный концерт» – первая работа, которую для САТОБ осуществил Максим Петров, хореограф из Санкт-Петербурга – его балеты идут в Мариинском театре. Вот как рассказывает об этой работе балетмейстер: «Артисты первый раз столкнулись с большой абстрактной работой, которая сочинялась специально для них. Первое время им был непривычен предложенный мной пластический язык, хотя он основан на известных им элементах. Все танцовщики учились в разных школах, и моей задачей было сгладить эту разницу, показав артистов с выгодной для них стороны. Ребята быстро поняли, работали самоотверженно, и мне было очень комфортно с ними».

Результат впечатляющ. Екатерина Панченко, Игорь Кочуров, Марина Накадзима, Сергей Гаген, Эльвира Ахмадишина, Алиса Карпычева, Олеся Севостьянова, Виктория Черкасова, Жозефина Чун—Цзын-Нга, Джотаро Каназаси, Максим Маренин, Светлин Стоянов, Илья Черкасов, Виталий Яманчев – были равно убедительны как в пластическом техническом плане, так и передаче всех нюансов необычайно насыщенной драматургически музыки Д. Шостаковича. Отметим профессиональное исполнение партии фортепиано Романа Ерицева.

«ЛЕНИНГРАДСКАЯ» СИМФОНИЯ.

Дирижёр-постановщик – Евгений Хохлов.

Художник-постановщик – Андрей Войтенко (по эскизам Михаила Гордона).

Художник по костюмам – Татьяна Ногинова (по эскизам Михаила Гордона).

Художник по свету – Александр Наумов.



Третий акт – это апофеоз. Одноактный балет на музыку первой части Седьмой «Ленинградской» симфонии до мажор (1941, Op.60). Напомним еще раз – премьера симфонии состоялась в Куйбышеве в 1942-ом году. Балет на эту музыку в советское время ставился в разных театрах многократно. Впервые же балет на музыку «Ленинградской» симфонии поставили в 1945-ом году в Нью-Йорке. Постановку осуществил балетмейстер Михаил Мясин с труппой «Балле Рюсс Хайлайтс». Как и куйбышевский спектакль 1986-го года, постановка нынешнего оформлена по мотивам сценографии Михаила Гордона. Возвращением «Ленинградской» симфонии на самарскую сцену руководил балетмейстер-репетитор Мариинского театра Вячеслав Хомяков.

Три части: «Безмятежное счастье», «Нашествие», «Реквием». Абстрактная эстетика «Хореографического симфонизма», точное пластическое решение в гармонии с эстетикой музыки композитора. Герои – Юноша и Девушка, чью безмятежную жизнь нарушает нашествие Варваров. Ценой жизни Юноша дает отпор врагам. Это если коротко. На сцене же артисты самарского балета воссоздали симфонию Любви, Мужества, Скорби и Победы Добра над злом. Трогательны в дуэтном танце Марина Накадзима и Сергей Гаген. Прекрасны все солистки балета. Воплощение зла – четыре варвара и сопутствующие им темные силы.

Все же особо отмечаю оркестр. В 1997-ом году в Самарской филармонии «Ленинградской» симфонией дирижировал Мстислав Ростропович. Тогда филармонический оркестр был дополнен музыкантами оркестра театра. Незабываемо. Ударные в Нашествии, казалось, заполнили не только зал, неотвратимо они рвались вне его пределов, в мир. И вот 8-го ноября, самарский оркестр под управлением Андрея Данилова достиг такого же эффекта. Великолепное Мастерство! И, конечно, прекрасны все солисты во всех сценах – счастья, скорби, памяти…

Вот такая была Премьера. Самарский Балет – балет международного класса. Артисты могут все. В этот вечер они сотворили очередной шедевр. Браво. И многократное. Браво, восхищение оркестру и маэстро Андрею Данилову. Всем постановщикам спектакля под руководством Евгения Хохлова и Юрия Бурлаки. С новой выдающейся работой балет Самарского Академического театра оперы и балета!
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 22287
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Ноя 18, 2020 9:39 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2020111801
Тема| Балет, Киев Модерн-балет, Персоналии, Раду Поклитару
Автор| Софія Зінов'єва
Заголовок| У меня было полное ощущение, что театр надо закрывать — Раду Поклитару об украинском искусстве
Где опубликовано| © Факты / Lifestyle
Дата публикации| 2020-11-18
Ссылка| https://fakty.com.ua/ru/kultura/20201118-u-mene-bulo-povne-vidchuttya-shho-teatr-treba-zakryvaty-radu-poklitaru-pro-ukrayinske-mystetstvo/
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

15 лет работы, пять Киевских пекторалей за лучшую постановку, семь полнометражных и 16 одноактных балетов — все это об авторском театре современной хореографии Киев Модерн-балет, недавно удивившем всех онлайн-премьерой Маленького принца. Балет, созданный при поддержке Украинского культурного фонда, успел покорить зрителей с пустым залом — показ осуществлялся в форме бесплатной онлайн-трансляции.

Киев Модерн-балет — единственный в Украине полноценный театр современной хореографии. Новые прочтения классики, откровенные костюмы, эксперименты с музыкой, 3D-спецэффекты на сцене — благодаря этому театр и имеет постоянных зрителей, и уже много лет добивается звания национального.

О том, как пришла идея поставить онлайн-спектакль, карантинных ограничениях, самом благодарном зрителе, кризисе в украинском балете и вдохновении Факты ICTV пообщались с главным балетмейстером театра Киев Модерн-балет Раду Поклитару.



— Как пришла идея поставить бесплатный онлайн-балет?

— В этом году Киев Модерн-балету удалось выиграть грант Украинского культурного фонда. Однако началась пандемия, и всем победителям были разосланы письма о том, что проекты, которые рассчитаны на показ перед зрителем, не поддерживаются. Пришлось переобуваться в воздухе, чтобы сохранить финансирование. Мы переделали проект под онлайн, в дальнейшем он будет функционировать как обычный театральный продукт.

В результате вынужденной перемены мы получили уникальный опыт и огромное количество зрителей, которого не было ни на одной нашей премьере. К тому моменту, как мы закрыли онлайн-трансляцию, балет посмотрело 17 тыс. человек, при том что зал Октябрьского дворца вмещает 2 тыс.

— Не задумывались о том, чтобы продолжать работать в таком формате, но сделать показы платными?

— Я сомневаюсь, что наш зритель будет платить за то, что можно найти и скачать бесплатно. Однако мы уже обсуждали варианты, как можно это монетизировать, так как сейчас все ведущие театры мира показывают свои представления онлайн, и мы не знаем, что будет дальше с карантином.

— Как карантин повлиял на работу вашего театра?

— Главная проблема всех театров нашей страны — это уменьшение зрительского, а вместе с ним и финансового потока. Но все не так плачевно, мы имеем возможность репетировать и работать при шахматной рассадке в зале и заполненности на 50%.

На карантине нам удалось поставить даже не один спектакль. В январе мы зовем всех на премьеру балета Девять свиданий на музыку Шопена. Очень камерная постановка, в которой участвуют только три человека. История про первое свидание одной пары, которое повторяется девять раз.

— Есть ли разница в восприятии украинским и зарубежным зрителем ваших спектаклей, как воспринимают перепостановку классики, сексуализированные образы?

— Балет не требует перевода ни на один язык, зритель потребляет искусство в том виде, в котором оно было создано автором. Поэтому большой разницы я не чувствую. Например, об эстонцах сложился стереотип про их медлительность, но когда мы выступали в Таллинне на фестивале, мы получили самую яркую реакцию за все время. После окончания спектакля они грохотали ногами, хлопали, кричали, свистели.

В Украине у нас есть свой любимый зритель, который уже привык к нашей эстетике, любит наше творчество и приходит на каждую премьеру.



— К чему вы стремитесь со своим балетом?

— Долгое время пытаюсь добиться абсолютно заслуженного звания Национального театра современной хореографии. В законе сказано, что национальным может быть только один театр в каждом направлении, в случае с Киев Модерн-балетом мы уверены, что мы одни в Украине.

Однако несмотря на то, что на протяжении 15 лет я общаюсь со всеми министрами культуры, преодолеть этот этап нам пока не удается.

— Какая ваша любимая постановка Киев Модерн-балета?

— Конечно же последняя — Маленький принц. Он, как младший ребенок в семье — любимчик, еще ходит с трудом, нуждается в поддержке. Потом, когда я поставлю другой балет, возможно, он займет его место.

— Вы создавали Маленького принца как спектакль для детей?

— Я все создаю, как спектакль для себя, но учитывая, что в каждом человеке есть ребенок, то определенная детскость этом балете есть. Щелкунчик тоже создавался как сказка для взрослых, но потом мы увидели, с каким восторгом дети смотрят этот спектакль и замечают в нем совершенно не то, что взрослые.

Я думаю, то же самое будет с Маленьким принцем. Мало кто знает точно сюжетную линию маленького принца, каждый находит в нем что-то свое.

— Назовите топ-3 украинских культурных продукта, которые вас вдохновляют.

— Благодаря карантину мне удалось посмотреть сразу несколько спектаклей Дмитрия Богомазова в театре имени Ивана Франка, и я в полном восторге.

Я очень давно занимаюсь танцем, и мне частенько бывает ужасно скучно на балетных спектаклях, я засыпаю уже во время первого акта, а в Драматическом театре мне интересно от начала до конца.

Продукт номер два — Анатолий Криволап, которого все знают как самого дорогого художника нашей страны. Я был на его выставках и это произвело на меня совершенно невероятное впечатление, в такие моменты я горд за Украину и ее культуру.

Следующий культурный продукт — это метры украинской академической музыки – Мирослав Скорик, Евгений Станкович и Валентин Сильвестров. В музыкальной среде их называют Три С. Я очень горд, что в 2012 году нам с Мирославом Скориком удалось создать проект, который не имел и не имеет аналогов в украинской культуре — спектакль Перекресток.

Я слушаю и переслушиваю то, что они создали и это постоянно меня вдохновляет.

— Вы можете составить впечатление об украинском балете и о том, какое место он занимает в мировом балетном искусстве?

— Как политкорректный человек я должен сказать, что наш балет занимает топовое место в мировой культуре и стоит наряду с ведущими театрами мира, но это не так. Общий уровень достаточно высокий, часто бывает не стыдно за то, что происходит на сцене, но если мы говорим про Нью-Йорк Сити балет, парижскую Гранд-Опера, то мы не можем стоять рядом с этим качеством.

Финансирование по остаточному принципу — это большая проблема. Представим молодого человека, только закончившего балетное училище, стоящего перед выбором — поехать работать в Европу или остаться в Украине из чувства патриотизма.

При сравнении зарплат он сразу понимает, как поступить, потому что в 18 лет хочется начать достойно жить, а не существовать.

Я думаю, что после карантина на плаву останется не много трупп. В труппе Киев Модерн-балета в середине карантина артист уволился и пошел работать в офис. Я очень болезненно к этому отношусь, но понимаю, почему так происходит.

— Вы очень тщательно отбираете артистов и художников, как попасть в вашу команду?

— Если мы говорим про артистов, то это очень сомнительная лотерея. Потому что на основании двухчасового кастинга я должен понять как танцор будет работать ближайшие пять лет. Он должен быть координированным, талантливым, а я пытаюсь угадать его личностные качества.

Композиторы, декораторы, художники — это скорее соавторы, у них должно быть свое особое видение.

— Вам важно, чтобы оно совпадало с вашим?

— Невозможно полное совпадение, мы все разные люди. Мне нравится, когда люди привносят частичку себя и своего видения, и если это не идет вразрез с общей концепцией, то делает проект только богаче.

— В какой момент вы поняли, что Модерн-балет — не просто работа для вас?

— Я либо отказываюсь от работы, либо делаю ее как можно, лучше и когда Владимир Филиппов предложил мне создать этот балет, я не думал, что это временно.

Я и представить не мог все те сложности, которые предстоят мне и моему детищу. У меня есть ощущение, что театр Киев Модерн-балет — это лучшее, что я создал в жизни, и это имеет полное право определять мою дальнейшую судьбу.

— Были ли кризисные ситуации?

— В 2013 году, когда случился кризис внутри коллектива, ушло 11 артистов из труппы, а тогдашний министр культуры наотрез отказался рассматривать наше предложение о присвоении звания национального театра.

У меня было полное ощущение, что театр надо закрывать, потому что я не в силах восстанавливать больше половины труппы и репертуар. Но потом я взял себя в руки, набрал артистов, и мы продолжили.

В какой-то момент я понял, что нигде и ни с кем я не смогу создать того качества продукта, как в собственноручно созданном коллективе. Когда мы ставили Маленького принца, у меня были проблемы со здоровьем, и я не мог показывать движения в полную силу, сидел и объяснял. Артисты понимали меня с полуслова, никто и не догадался, что постановщик этого гранд-балета просидел все репетиции на стуле.

— Вы видите будущее балета вместе с собой?

— В какой-то момент мне все равно придется уйти, но мне нравится, как ставят молодые хореографы нашего театра. Когда я смотрю их постановки, я вижу, что они совсем другие, и это прекрасно.

Я сам начинал с миниатюр, и изначально именно миниатюры сделали мое творческое имя. Я стараюсь минимизировать свое вмешательство в их постановки, потому что верю в их талант.

====================================================================
ВСЕ ФОТО - ПО ССЫЛКЕ
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 22287
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Ноя 19, 2020 8:44 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2020111901
Тема| Балет, Премьера, Персоналии, Булат Аюханов
Автор| Галия Шимырбаева
Заголовок| «Железный» Аюханов поставил новый балет
Где опубликовано| © Республиканская газета «Казахстанская правда»
Дата публикации| 2020-11-18
Ссылка| https://www.kazpravda.kz/articles/view/zheleznii-auhanov--postavil-novii-balet
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

«Если я ставлю задачу, то должен ее выполнить. Причем со знаком плюс, – заявил Булат Аюханов после того, как сделал невозможное – поставил оперу-балет «Аида», не имея фактически ни здоровья, ни денег. Чтобы выйти с премьерой к зрителю, осталась самая малость – дождаться окончания санитарно-эпидемиологического режима.



На интервью народный артист пришел, сильно припадая на одну ногу.

– У меня травма тазобедренного сустава: упал, вовремя не пошел в больницу, – сообщил Булат Газизович. – Более того, приехал домой – закинул ногу на лестницу, полез за архивом, еще раз упал, получил трещину крестца. Уговорили на операцию, а я, дурак, доверился. Просыпаюсь – ноги онемели. Видимо, задели нерв. Медицина – центры израильские, немецкие, американские, российские – не пошла мне на пользу. Теперь с утра полдня учусь разговаривать, полдня – ходить, могу еще пару па сделать – я не хочу сдаваться. Вот поставил «Аиду».

– Почему в столь трудное время именно этот балет?

– Надо начать с того – почему именно балет-оперу? Потому что меня воспитала оперная симфоническая музыка, я с детства знал все классические оперы наизусть. «Пиковая дама», «Евгений Онегин», «Трубадур», «Травиата», «Аида», «Севильский цирюльник»… Чайковский, Верди, Бизе… Когда учился в ГИТИСе (1959–1964), на сцене Дворца съездов выступала Ла-Скала. Я не пожалел последних денег, чтобы посмотреть всех его звезд. Опера – это проверенное академическое качество. Я благодарен ей за то, что она познакомила меня с классической музыкой. Я же много лет играл вместо концертмейстера. Научился это делать и воспитал в себе осторожное отношение к классике. До, ре, ми, фа, соль, ля, си – это не просто ноты, это тональности и рисунки музыки, если бы я знал ее теорию, сам бы писал балеты.

Говорят, что классика умерла. Да ничего подобного. Она будет царить, пока есть такие, как я. Поэтому я и восстанавливаю статус «Аиды». Такой жанр, как балетная опера, – это другой ключ к пониманию образа, благодаря ей я вернул зрителей в концерт­ные залы. Я боялся браться за «Аиду», она долго лежала у меня в душе. Но я – «железный» Аюха­нов. Если поставлю задачу, то должен сделать. Причем со знаком плюс. Художник, даже постаревший, не может разрываться между бешбармаком, пловом и балетом. Что-то должно быть одно. Я выбрал балет, но нервничаю: а вдруг не получится? Сейчас проснулась ярость – как это?! У меня – и не получится? Ничего подобного!

Балет – это тонкое, рафинированное искусство, превращенное в загадку. Я в своих балетных постановках реанимирую свои молодые амбиции, потому что когда был студентом, то не полностью использовал заложенные во мне резервы. Видите, у меня запонки – серп и молот. Это в честь балета «Серп и молот», где есть партии Сталина, Карла Маркса, Ленина, где я сам танцевал некоторые партии. Теперь ставлю маленькие концертные номера, испытанные коллективом за 50 лет. Например, сюиту на музыку Клода Дебюсси хочу поставить. Если не помру, конечно. 82 года – это не шутки. Я постарел? Скажите честно?

– Не очень. Вы молоды душой, такой же боевой дух, как и раньше.

– У меня смех сквозь слезы. Карантины меня деморализовали, я на стенку лез без работы. Начал сиделкам рассказывать про оперу «Аида», про то, что такое балет, и как к нему прикос­нуться сердцем. Для меня балет – это бальзам, а постановка – это возможность показать то, что умею. А умею я много такого, чего не умеет никто. Это моя нескромность, но я постпред народной массы. Я сверкаю при свете солн­ца и даже луны, потому что никому не завидую. Сегодняшние герои вокального и балетного фронта убеждают меня не стареть быстро. Оперная и симфоническая музыка меня заряжают. Поэтому все время стараюсь слушать Марию Каллас.

Бедно ведь жить не прикажешь, а у нас получается, что бедность (на постановку «Аиды» выделено до обидного мало денег) рождает синтез творческого, бытового, наземного, небесного. Меня это стимулирует. В моей балетной «Аиде» другой образ главной героини. В опере с ее законченной совершенной драматургией каждая нота балетная, и это помогло срежиссировать мне красивый балет на слова «Пойдем же, следуй за мной, и ты узнаешь, по плечу ли тебе бороться со мной»…

Я «бабочку» (галстук. – Ред.) надел лично для Вас. Был бы я пошустрее, то привез бы их из фирменных магазинов Франции, когда получал там Сократовскую премию (международная Сократовская премия в области культуры и искусства – International Socrates Prize). А эта «бабочка» чисто моя, авторская. Дома у меня целый склад одежды и ­белья, гардероб не меньше, чем у Екатерины II, но в 82 года я снова оказался в пеленках. Меня сейчас заворачивают в одежды. Дочь говорит: «Ты должен держать марку». Даже сиделки коман­дуют мною: «То не надо, наденьте это». Иногда они ссорятся между собой за то, как одеть меня.

Да, я не паникер, я исполнительный человек. Мне нельзя мешать, когда я работаю. Для меня работа – не просто кусок хлеба, а мой облик, мое содержание. Мне не надо нравиться зрителю. Он давно в меня влюблен, а я отвечаю ему взаимностью. Я держу в своем балете только людей перспективных. Для меня перспективные – это душа и сердце, бывает так, что у балерины есть и руки, и ноги, а сердца нет. Артисты наши растут на репертуаре. Поэтому у меня иногда случаются удачи.

– Вы все такой же хулиган?

– Нет, я не хулиган. Из меня его делают. Когда подходят с дешевыми шутками, я могу в сердцах ляпнуть грубость, чтобы отстали. Вот так я защищаю искусство.

– А если бы Вы поддались когда-то влиянию однокашника Нуреева и тоже уехали от нас?

– Если бы я уехал, то кто бы воевал? Когда я окончил ­ГИТИС, для меня в Казахстане не оказалось места балетмейстера. И я уехал в Харьков, труппа там мне понравилась, но мама категоричным тоном заявила: «Ни в коем случае! Позвони министру культуры». Я позвонил. Министр, Ляйля Галимовна Галимжанова, сказала, что я – достояние респуб­лики, и что без меня балетному кораблю не сдвинуться с места. И мне доверили художественное руководство Алматинским балетным училищем. В общем, все карты в руки. Я был молодой, всего 26 лет, но уже не сопливый. Еще в те годы мы с балериной Манской и скрипачом Миклашевским организовали театр двух актеров с двумя отделениями: первое – страницы казахского эпоса, второе – концертные номера. В театре оперы и балета имени Абая, где я числился артистом балета с правом ставить спектакли, меня терроризировали, и я решил создать свой коллектив. Так при Казахконцерте появился «Молодой балет Алма-Аты». В 1975 году наш коллектив стал ансамблем классического танца, в 2003-м – Академическим теат­ром танца.

За своих артистов я всегда стоял горой. Казахи ведь доверчивый народ, часто «садятся в лужу», а я давал возможность этой луже высохнуть. В общем, от скромности я не умру. Наверху моя самонадеянность не нравилась, но терпели. Не за талант, а за осмысленное искусство. Балет – это наука, там есть много вопросов, на которые нужно искать ответы. Чем отличаются российские балеты от казахского? Почему западные балерины не умеют танцевать адажио (у них набор хореографии – лишь бы быть красивой)?

В 90-е я ездил на птицефабрики, чтобы артисты не сидели голодными, из дома таскал крупы – я же запасливый. Чтобы они бросили курить эту вонючую «Приму», покупал «Мальборо» и «Уинстон».

– Вы сами тоже курите?

– Бросил два года назад. Не бросил бы, но голова стала болеть. Я вообще много от чего отказался сейчас. Пить теперь мне можно только лекарства, волосы вот впервые за 20 лет перестал красить. Сижу сейчас на диете, хотя всегда любил поесть, и учеников своих водил в рестораны, чтобы научить вкус­но есть и пить, держать вилку и нож. Гулять так гулять – вот мой девиз!

Когда моя сестра, ныне покойная, говорила, что я не тех угощаю, отвечал, что кормлю людей не потому, чтобы заработать очки, я просто люблю тех, кто ко мне тянется, и что для меня существует только одна профессия – ЧЕЛОВЕК! Я всегда помню о том, что от сумы и тюрьмы зарекаться не надо. Бывало, пристает к тебе на улице пропащий человек, называет тебя по имени, приглядишься, а это – известный художник или композитор! А я стал знаменитым не из-за балета, а когда Нуреев убежал. Зная, что мы однокашники по Ленинградскому балетному училищу имени Агриппины Вагановой (сейчас – Академия русского балета ее имени), кэгэбэшники, ведомства всякие расспрашивали меня о нем много.

– У вас было много общего. Оба – дети репрессированных отцов, например...

– Нет, у нас одинакового было мало. Он в марте родился, а я – в сентябре. Я его таскал на оперу, он меня на симфонические концерты.

И воспитывали нас с ним по-разному. Детство у него было более суровым, сиротским, а меня, младшего, дома берегли как девочку-неженку: тяжелого не поднимай, гвозди не забивай, это не твоя профессия. До ­10-го класса я даже не знал, что должен был быть Куватовым, но у меня фамилия мамы, потому что папиных документов у нее не было и в графе «отец» стоял прочерк.

Кто-то слух пустил, что я родился в тюрьме. Нет! Я даже не знал, что отца, второго секретаря Семипалатинского крайкома партии, репрессировали. От меня скрывали, что мы – семья врага народа. Но если я враг, то кто же тогда друг? Я ведь, как человек благодарный, все время боялся подвести государство, а потому держал и держу марку.

– Будете еще выходить на сцену?

– Если бы я не хромал, я бы не вышел – выскочил. Последний раз я танцевал 14 февраля 2019 года в «Пиковой даме» – старую графиню. Плисецкая танцевала почти до последнего, но это не ориентир для меня, у меня танцует душа.

– Когда и где предполагается премьера «Аиды»?

– Она должна была состоять­ся еще в прошлом декабре, но – коронавирус…

==========================================================================
ВСЕ ФОТО - ПО ССЫЛКЕ
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 22287
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Ноя 19, 2020 9:17 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2020111902
Тема| Балет, Самарский театр оперы и балета, Премьеры, Персоналии, Дмитрий Шостакович, Юрий Бурлака, Максим Петров, Евгений Хохлов
Автор| Богдан Королёк
Заголовок| Поднимите мне золотые веки
Новая и хорошо забытая хореография в Самаре

Где опубликовано| © NO FIXED POINTS
Дата публикации| 2020-11-16
Ссылка| https://nofixedpoints.com/korolyoksatob
Аннотация| Премьеры

Трудные времена не ощутимы в Самарской опере: в конце октября там показали балеты советского классика Владимира Бурмейстера, а уже 7 ноября выпустили следующую премьеру под названием «Самара Шостакович Балет 1».

Первую серию работ на музыку композитора, чье имя в городе и театре произносят с благоговением, комментирует Богдан Королёк.


Сцена из «Ленинградской симфонии». Юноша — Игорь Кочуров.
Фото: Антон Сенько/САТОБ


В проекте новая программа выглядит красиво: миниатюры знаменитых советских авторов, затем оригинальный балет и перенесенная из Мариинского театра «Ленинградская симфония», важное для Самары название. Самая популярная симфония Дмитрия Шостаковича впервые была исполнена именно в этом театре, который в 1942 году назывался Дворцом культуры имени Куйбышева; в балете Игоря Бельского, поставленном 19 лет спустя в Ленинграде, использована ее первая часть.

Однако первое отделение будто нарочно составилось так, чтобы развенчать мифы обо всех советских хореографах сразу. Можно было решить, что легендарный знаток классического танца Федор Лопухов едва умел сложить элементарные па в связную комбинацию — именно так выглядел «Праздничный вальс», — а ироничный Игорь Бельский до конца жизни всерьез предлагал бороться с мировым злом, швыряя в него батманы («Трагическое скерцо», поставленное им для студентов Академии Вагановой и ставшее его последней работой).

Впрочем, гораздо важнее, что старые номера представили в невыгодном свете труппу. Дмитрию Пономарёву и Веронике Земляковой пришлось долго доказывать, что отставленный зад и стопы утюжком — это очень смешно («Старая фотография» Дмитрия Брянцева). Корпулентный Кирилл Софронов и вчерашняя выпускница Анастасия Кутковая, походившие в «Праздничном вальсе» на папу с дочкой, убеждали, что эстрадно-парковая хореография сталинской поры, нашпигованная трюками, теряет смысл без должной ловкости и храбрости исполнителей. «Танец Западной комсомолки и четырех спортсменов» Леонида Якобсона едва ли был понятен и зрителям, и танцовщикам, от которых требовалось изобразить актуальные представления хореографа о легкой атлетике на 1930 год. «Танец с зонтиками», вяло прощебеченный младшеклассницами хореографического колледжа, напоследок одарил публику сонной благодатью школьных концертов. Шостакович остался моложе и злее своих балетных интерпретаторов — что и показали дирижеры Евгений Хохлов и заменивший его на втором спектакле Андрей Данилов.

«Фортепианный концерт», заказанный петербургскому хореографу Максиму Петрову, вернул танец из архивно-исследовательской области в современность. Литературной фабулы нет; сцену украшает эффектная абстрактная живопись группы Bojemoi, ее оттеняют строгие костюмы Татьяны Ногиновой. Прямых соответствий музыке тоже нет: в отличие от советских предшественников, Петров не стал обыгрывать жанровую чересполосицу Шостаковича, «Свадьбу Шнеерсона» и прочие голоса времени, которые вобрал Первый фортепианный концерт, сочинение 1933 года. Хореография остроумна в музыкальном отношении, и оркестр, а также пианист Роман Ерицев и трубач Сергей Чеботаренко много способствовали успеху новинки.

В балете, поставленном для двух пар и малого кордебалета, полно недостатков: заусенцы в построении танцевальных фраз; однообразие дуэтов, где кавалер почти безотрывно держится за талию партнерши; неуклюжая финальная мизансцена. Однако в нем есть строгость танцевального выражения: нельзя сказать, что 28-летний Петров уже нашел в толще классических па собственный язык, но ясно, что его не интересуют танцевальная пиротехника и спецэффекты. Дьявол этой хореографии, уложенной ровным и очень плотным слоем — в мелких деталях и переменах интонации. Ноги пока еще с трудом находят правильные позиции на большой скорости, зажатые плечи и руки не дают необходимой маневренности, концовки протяженных танцевальных фраз с непривычки обрублены. Интереснее всего увидеть «Фортепианный концерт» через год: именно в этом балете труппа (и ее визави по ту сторону рампы) будет расти и цвесть, случись только ему появляться в афише почаще. Молодой состав и сейчас вышел на поклоны с видом победителей, а солисты Марина Накадзима, Сергей Гаген, Игорь Кочуров и Джотаро Каназаси провели свои партии стильно и остро безо всяких оговорок.

После этого «Ленинградскую симфонию» трудно воспринимать, не имея в виду 1961 год постановки. Игорь Бельский отважился взять музыку, за которой тянулся тяжкий мифологический шлейф, и высказаться на тему войны, не прибегая к мелодраме и бытовой иллюстративности. Однако на следующий радикальный шаг — отказаться от гротескного изображения врагов — не решился: на знаменитую «тему нашествия» вывел коричневый строй солдат-швейков в рогатеньких шлемах и трущегося об их сапоги Предателя. С тех пор отечественный балет повис между условностью и морализаторством, большим танцем и большими идеями. (Нечто подобное самарские зрители видели в «Вариациях» Бурмейстера, который двинулся было в сторону чистой формы, но все-таки приписал либретто с неизбежными Поэтом и Музой.)

Артисты, с которыми работал репетитор Мариинского театра Вячеслав Хомяков, восприняли пафос этой хореографии с удивительной трезвостью, не пропустив его мимо себя и не утрировав. Юношеский задор обновленной самарской труппы оказался балету очень к лицу. Зал реагировал восторженно. При этом сложно понять, воздействует ли на современных зрителей «Ленинградской симфонии» чисто пластический механизм — или все дело в музыке, хорошо знакомой, громогласной, настойчивой, сразу разводящей своих и чужих, по большому счету не требующей сценических пояснений, словом, отнюдь не гениальной музыке, в которой малое художественное содержание задавлено большим идейно-этическим грузом, — но кто знает, чтó думают на этот счет посетители премьеры, да и кто я такой, чтобы спустя столько лет оценивать музыку Шостаковича и самарские методы работы с ней.

==================================================================
ВСЕ ФОТО - ПО ССЫЛКЕ
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 22287
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Ноя 19, 2020 9:24 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2020111903
Тема| Балет, Всероссийский конкурс артистов балета и хореографов, Персоналии,
Автор| Ляззат Кусаинова
Заголовок| Бахчисарайский фонтан и не только
Где опубликовано| © "Новое поколение" (Казахстан)
Дата публикации| 2020-11-19
Ссылка| https://www.np.kz/news.php?id=410
Аннотация|

В Москве прошел всероссийский конкурс артистов балета и хореографов на сцене Московского государственного академического детского музыкального театра имени Натальи Сац. Впервые в этом году смотр хореографии проводился в форматах онлайн и офлайн

В день открытия конкурса гости и участники стали свидетелями премьерного показа спектакля “Бахчисарайский фонтан” Марийского театра оперы и балета. Зритель также насладился постановкой “Стойкий оловянный солдатик”, представленной Театром имени Сац и киносекцией от Госфильмофонда. А еще мероприятие подарило показ дебютной персональной выставки главного редактора журнала о балете La Personne Алисы Аслановой “Красота в глазах смотрящего”. Как признается балетный фотограф, каждая работа - плод совместного творчества с ее героем. А профессионал ее профиля передает индивидуальность танцора в движении, ведь оно никогда не лжет.

Изначально проведение масштабного мероприятия планировалось в другом городе. Из-за пандемии организаторы были вынуждены сменить локацию конкурса с Ярославля на Москву. “В прошлом году мы впервые провели конкурс за пределами столицы. Это было сделано для объединения культурного пространства России, поддержки регионов, привлечения интереса зрителей и будущих исполнителей всей страны к классическому искусству.



И мы не ошиблись, благодаря смотру в 2019 году Ярославль, в котором нет музыкального театра, на время стал центром культурной жизни страны. В этом году состязание должно было вновь пройти на гостеприимной сцене КЗЦ “Миллениум”, но пандемия внесла свои коррективы. Мы возвращаемся на родную площадку Театра имени Н. Сац, но впервые с офлайн и онлайн программами. Это позволит жителям всей России не только наблюдать за захватывающими состязаниями конкурсантов, но и посмотреть спектакли, выставки, послушать лекции от балетоведов”, - отметил генеральный директор Росконцерта Андрей Малышев.

В рамках конкурса проводили мастер-классы от ведущих специалистов, среди которых заслуженный артист Украины, художественный руководитель балета Новосибирского оперного театра, премьер Мариинского театра Денис Матвиенко, основательница Центра классической и современной хореографии Petipa Dance Нина Мадан. Отдельную лабораторию классического танца провел заслуженный артист России, профессор Академии русского балета имени А.Я. Вагановой Илья Кузнецов.

За время конкурса прошел цикл лекций, посвященных истории балета и классическому наследию от Виолетты Майниеце, известного балетного критика. А также состоялся виртуальный “Вечер балета”, на котором юные дарования смогли просмотреть ключевые фрагменты балета.

Для конкурса 2020 год стал значимым, ведь специальность “классический танец” завершает четырехлетний цикл балетного состязания. Победители этого этапа получили право участия в Международном конкурсе без прохождения отборочного тура: “Сегодня мы становимся свидетелями завершения четырехлетнего конкурсного цикла специальностей, когда новые молодые российские таланты продемонстрируют мастерство в классическом танце.

Необходимо отметить, что это одновременно и отборочный этап к XIV Международному конкурсу артистов балета и хореографов, который состоится на сцене Большого театра 5-15 июля 2021 года. Традиционно участников и гостей мероприятия ждет интереснейшая внеконкурсная программа. Просветительские мероприятия, посвященные истории балета, дадут возможность каждому ощутить незримую связь времен, объединяемых в красоте и величии хореографии”, - поделилась Министр культуры РФ Ольга Любимова.

Мероприятия такого уровня помогают участникам раскрывать свой хореографический потенциал. Многие из них в будущем становятся солистами, артистами, участниками трупп престижных театров: Большого театра России (Екатерина Клявлина, Анна Григорьева, Денис Захаров, Илья Владимиров, Григорий Иконников), Московского академического музыкального театра имени Станиславского и Немировича-Данченко (Ирина Захарова), Московского государственного академического музыкального театра имени Н.И. Сац (Арина Осипюк, Варвара Серова, Иван Титов) и других столичных коллективов.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 22287
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Ноя 20, 2020 10:34 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2020112001
Тема| Балет, Юбилей, Персоналии, Майя Плисецкая
Автор| Анна Галайда
Заголовок| Из века в век перелетая
Большой и Мариинский театры отмечают юбилей Майи Плисецкой

Где опубликовано| © Российская газета - Столичный выпуск № 262(8316)
Дата публикации| 2020-11-20
Ссылка| https://rg.ru/2020/11/20/reg-cfo/bolshoj-i-mariinskij-teatry-otmechaiut-iubilej-maji-pliseckoj.html
Аннотация|

Явления столь безусловного и более глобального в балете, как Майя Плисецкая, за последние полвека не было.


Плисецкая была единственной и неповторимой и осталась такой до последнего появления на публике. Фото: Виктор Васенин

Балетному миру, превыше всего ценящему ушедшее величие, Плисецкая так и не позволила узнать себя в амплуа "великой старухи": ее поступь на высоченных шпильках оставалась легка, осанка царственна, шея неправдоподобно гибка, а руки сохраняли "лебединость". Она была единственной и неповторимой, когда танцевала, и осталась такой же до последнего появления на публике. Формальные цифры, отмерявшие мафусаилов век, и блистательная дива, появлявшаяся в разных частях света в нарядах от Кардена, оставались параллельными прямыми, вроде бы и пересекающимися, но за пределами человеческого воображения. Коллеги разных поколений до сих пор пытаются найти в словах эквивалент ее дара. И, несмотря на прославленную остроту балетных языков, не могут вывести формулу этого необыкновенного воздействия на публику, которое сохраняет свою интенсивность даже сквозь десятилетия, преодолевая статичность кинокамер и плохое качество старых фотопленок.

ДАЛЕЕ ЧИТАЕМ ПО ССЫЛКЕ
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 22287
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Ноя 20, 2020 12:58 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2020112002
Тема| Балет, фестиваль Context. Diana Vishneva,Перрмский театр оперы и балета, Персоналии, Диана Вишнева, Алексей Мирошниченко
Автор| Подготовил Егор Хлыстов
Заголовок| «Найти идею — всегда самое сложное». Создатели балета «Шахерезада» — о работе над постановкой
Где опубликовано| © Snob.ru
Дата публикации| 2020-11-19
Ссылка| https://snob.ru/entry/200538/
Аннотация|

18 ноября эксклюзивно на платформе live.contextfest.com в рамках фестиваля Context. Diana Vishneva показали запись российской премьеры спектакля Пермского театра оперы и балета «Шахерезада» в постановке Алексея Мирошниченко. Главные партии в нем исполнили звезды мирового балета Диана Вишнева, прима-балерина Мариинского театра, и Марсело Гомес, премьер Дрезденской государственной оперы и Балета Сарасоты (Sarasota Ballet)


Фото: Андрей Чунтомов

Одноактный балет на музыку симфонической сюиты «Шехеразада» Н. Римского-Корсакова рассказывает о судьбе одной из самых удивительных женщин ХХ века — последней императрицы Ирана Фарах Пехлеви. Для хореографа Алексея Мирошниченко это второй спектакль, который он создал, работая с документальными фактами истории (его «Золушка» 2016 года была отражением реалий советского балетного мира; за тот спектакль Мирошниченко был отмечен премией «Золотая Маска»). И это его первый балет, в котором он обходится без пуантного танца.

Партнерами хореографа стали его постоянные художники-соавторы. Сценограф Альона Пикалова виртуозно вписала документальные объекты и предметы иранского искусства в художественные координаты спектакля. Татьяна Ногинова мастерски отразила в балетных костюмах дизайнерский облик выбранной эпохи. А свет, поставленный художником Алексеем Хорошевым, изобразил воображаемый мир на границе между действительностью и сказкой (премия «Золотая Маска» за лучшую работу художника по свету в музыкальном театре). Свою игру с ощущением времени и пространства ведет и музыкальный руководитель премьеры Артем Абашев, в руках которого сюита Римского-Корсакова сверкает множеством красок.



Диана Вишнева: «Нечасто случается в профессии, что спектакль основан на реальных исторических фактах»

Я, конечно, не ожидала, что буду играть императрицу, которая еще и жива. Я вообще человек восточный, татарских кровей, и для меня вот эта философия Востока в сочетании с современностью, само то, что Алексей Мирошниченко нашел для меня эту историю, невероятно.

Всю свою карьеру я танцевала Зобеиду в «Шехеразаде» Михаила Фокина в Мариинском театре. А тут — совершенно другая история. Нечасто случается в профессии, что спектакль основан не на аллегории, сказке, фольклоре или абстрактном сюжете, а на реальных исторических фактах.

Здесь, во-первых, нет той кровожадности, которая есть в фокинской «Шехеразаде», где развязка — в том, что всех убивают из-за неповиновения Зобеиды. Во-вторых, у Алексея оттанцована увертюра, где он показывает парад в Персеполисе. И конец — он невероятно печален и показывает одиночество Фарах, которая потеряла все. Мы путешествуем по памяти Фарах. Поэтому никакого отголоска фокинского спектакля у меня здесь не было.

То, что я хорошо помню в работе, — это большой объем сценария, который прислал Алексей, большое количество ссылок на документальные видео, фотографии. Для меня вообще все начинается с насыщения информацией, и потом я ее перекладываю уже на движение, танец. Даже если я готовлю роль из классического репертуара, я обычно все равно очень много смотрю, читаю, изучаю, сравниваю.

Потом ты погружаешься в материал, и уже необходимо думать о том, что лично тебя как-то затрагивает, и ты ставишь для себя какие-то вопросы, ищешь ракурсы. Ну а дальше ты идешь в зал, и хореограф тебе показывает уже хореографический текст. И с этим объемом знаний ты обратно погружаешься в танец, и все это переходит в какую-то иллюстративную историю.

Перед выходом на сцену мне, например, очень важно было увидеть фотографии моей героини, чтобы почувствовать ее мимику. Это не значит, что мне надо было ее скопировать, но внутреннее ощущение считывается зрителем. Мне важно было настроиться, мне важен был грим, даже то, как она держала руки: я заметила, что на множестве приемов и во время официальных визитов она всегда одинаково держит руки. Это же жест, а жест превращается в хореографию.

Когда ты играешь человека, а он — твой современник и может тебе позвонить по телефону и рассказать о своих впечатлениях от спектакля, а после этого ты можешь с ним встретиться, — такое, наверное, случается один раз в жизни, если случается вообще. Когда Фарах Пехлеви узнала, что где-то в Перми ставят балет про нее, она была ошарашена и сказала, что хочет обязательно познакомиться. И буквально перед самым закрытием границ на карантин у нас с Алексеем получилось с ней встретиться. Это что-то невероятное — когда императрица может позвонить и говорить с тобой по мобильному телефону. Это будоражит.

Она невероятно элегантна, буквально излучает свет. Фарах провела с нами два с половиной часа, хотя до этого у нее были какие-то встречи свои, интервью. Она благодарила нас. После этого мы ей подарили диск с записью спектакля, и она позвонила через некоторое время и рассказала, что собрала свой самый ближний круг, устроила просмотр и была еще больше потрясена. Сказала, что хочет показать теперь балет в Париже, но, как видите, ситуация в мире немного поменялась.

Алексей Мирошниченко: «Никакого отношения к моему балету “Тысяча и одна ночь” не имеет»

В данном случае и хореограф, и либреттист, и постановщик — это один и тот же человек, это я. Как правило, я сам пишу либретто для своих спектаклей, а потом, в процессе постановки переписываю его сообразно тому, как в реальности ставится балет. Потому что есть вещи, которым хореография противится, есть законы жанра: соло, дуэты, большие ансамбли, малые ансамбли и так далее. И хореографическая мысль может найти много путей. Иногда ты с самого начала что-то задумал, а потом ставишь это — и чувствуешь, что надо сделать по-другому.

Постановка начинается, естественно, с идеи. У меня здесь соединились две цели. Во-первых, я давно хотел поставить спектакль для Дианы Вишневой, потому что она всегда волновала меня как балерина, как талантливый человек, который может сделать очень интересное хореографическое высказывание. Во-вторых, я одиннадцать сезонов провел в Перми, и поскольку Пермь тесно связана с именем Дягилева, то мне хотелось в первую очередь посмотреть, что из дягилевского наследия у нас выпало.

В общем, мне хотелось сделать «Шахерезаду». Я собрал свою команду, моих постоянных соавторов: Татьяну Ногинову, Альону Пикалову, Алексея Хорошева. И мы начали искать. Мы начали искать женщину, которая была бы связана с Востоком и чью историю можно было бы поставить на музыку Римского-Корсакова. Идей было много, но мы остановили свой выбор на личности Фарах Пехлеви.

Название «Шахерезада» у многих ассоциируется со сборником сказок «Тысяча и одна ночь», но в нашем случае это другая история, это биографический балет. Никакого отношения к моему балету «Тысяча и одна ночь» — этот прекрасный арабский литературный памятник — не имеет. Осталось название «Шахерезада»: было бы глупо называть спектакль «Фарах Пехлеви», потому что так называется сюита Римского-Корсакова, потому что Восток, потому что Иран.

Все, что связано с жизнью Фарах Пехлеви, с точки зрения современного человека можно назвать сказкой. Потому что в современном мире, когда большинство монархий и империй прекратили свое существование, король, королева, шахиня («шахбану») — это для нас что-то из разряда сказок. Тем более что Фарах Пехлеви была не номинальной королевой, это была полновластная правительница. Мало того, это единственная коронованная женщина в персидской истории после VII века, она была легитимной императрицей. То есть это реальная политическая фигура.

Найти идею — всегда самое сложное. Дальше эта глобальная первоначальная идея «что делать» требует последующих «как делать»; это бесконечное открывание каких-то шкатулочек. В случае «Шахерезады» это заняло минимум два года. Сам балет идет час, а музыки чуть больше сорока минут, потому что там есть места без музыки вообще. И для того, чтобы вписать целую жизнь в такой хронометраж, в эти четыре части симфонической сюиты Римского-Корсакова, нужно было изучить море информации об этой женщине. Было перечитано очень много, изучена ее биография, пересмотрено множество документальных фильмов.

Потом нужно было решить про музыку: какая ее часть какому эпизоду биографии Фарах Пехлеви будет соответствовать. Например, в сюите Римского-Корсакова первая часть называется «Море Синдбада» — это очень мощная музыка, огромная, действительно море. Что на нее ставить? Вот в балете по Михаилу Фокину, который поставил Андрис Лиепа в Мариинском театре, эта часть сюиты звучит просто как увертюра — на нее ничего не поставлено: опущен занавес, вы сидите в зале и слушаете музыку. Мне же ничего не оставалось, я понимал, что на нее можно поставить только «Персеполь» — празднование 2500-летия Персидской империи в 1971 году.

Это очень серьезная дата, и, конечно, ее пышно отмечали, были приглашены более шестидесяти глав государств: короли, королевы, принцы, принцессы, президенты, из Советского Союза приехал Николай Подгорный.  Было решено построить в Персеполе целый палаточный город — он назывался «Золотой город». Провели парад, где, можно сказать, 2500 лет Персидской империи представили в исторических костюмах: там были ладьи, в которых гребли рабы, и армия Дария, и армия Кира Великого; это все есть в документальных фильмах.

Я решил ставить этот «Персеполь», хотя и понимал, что это безумно трудно и усложняет всю логистику. Не могут пройти парадом два человека — мы же делаем не карикатуру. Поэтому я по документальным фильмам скопировал шаг участников парада, разложил по музыке, и у меня получилось, что нужно минимум семьдесят человек. И ты никуда не денешься. Мне очень не хотелось с этим связываться, потому что в спектакле и так участвует вся труппа — нет свободных семидесяти человек. В Пермском театре вообще нет регулярного миманса.

В итоге мы пригласили к сотрудничеству Пермский военный институт Росгвардии, и нам дали семьдесят курсантов. Я приходил и отбирал их по росту, по подходящей внешности, чтобы они были в состоянии ходить с выправкой. Потом нужно было отправить им репетитора, потому что в постановке они же не просто ходят: у одних такая поза, у других — другая, одни — лучники, другие — копьеносцы, флагоносцы, третьи — с дротиками идут и так далее. Я понимал, с чем связываюсь, но есть художественная необходимость: во-первых, больше на эту музыку поставить ничего нельзя, а во-вторых, это действительно очень яркий момент в истории Ирана. Это празднование похоже на сказку. Поэтому, когда у человека, который слышит название «Шахерезада», возникает ассоциация со сказкой, мы его не обманываем. Это сказка, которая была былью.

=====================================================================
ВСЕ ФОТО - ПО ССЫЛКЕ
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 22287
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Ноя 20, 2020 2:06 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2020112003
Тема| Балет, БТ, Персоналии, Майя Плисецкая
Автор| -
Заголовок| Правила жизни Майи Плисецкой
Где опубликовано| © журнал Esquire
Дата публикации| 2020-11-20
Ссылка| https://esquire.ru/rules/7802-plisetskaya/
Аннотация|

Артистка балета, умерла 2 мая 2015 в возрасте 89 лет в Мюнхене



Целью моей жизни всегда был танец. И эта цель достигнута.

Я всегда ленилась. Если можно было сделать комбинацию один раз, я делала ее один, а не десять. Не всегда получалось фуэте, иногда выходило, иногда нет. Ну и что! И даже сейчас я думаю, что благодаря своей лености я сохранила ноги.

Мой дед был зубной врач, жили мы на Сретенке. Там я родилась.

Из-за того, что родилась на российской земле, я исчисляю свою жизнь эпохами «царствования» наших вождей. Ни одной моей коллеге из Финляндии или Франции не придет в голову соизмерять этапы своей биографии по именам президентов или премьер-министров.

Я с детских лет не в ладах с неправдой. Она меня коробит пуще красной тряпки.

Мама была киноактрисой и снялась по крайней мере в десяти фильмах. Фильмы тогда еще были незвуковые. Она играла узбечек, а всегда в Азии были сплошные трагедии. Она играла прокаженную, где ее топтали лошади. Какой-то другой фильм, где ее сжигали живьем в каком-то доме. Вообще, я просто обрыдалась, хотя она сидела рядом со мной в кинотеатре, держала меня за руку и говорила: «Я здесь, я с тобой», а все равно я сердилась, что она мне мешала плакать.

Мой отец был консулом на Шпицбергене, я там жила два года. Там, знаете, было не до кино, не до чего. Потом наступили страшные годы, когда его арестовали, расстреляли, мать попала в ГУЛАГ. Так что детство было не очень веселое.

Мой отец верил, что система человеческих отношений в новом строящемся обществе будет справедливее, чем в прошлых веках. Но десятилетия идут, а система человеческих отношений к лучшему не меняется.

Нас с Щедриным (Родион Щедрин, композитор, муж Майи Плисецкой. — Esquire) познакомила Лиля Брик, которая обожала знакомить.

Однажды я сказала Славе Ростроповичу, что Родион подарил мне «Даму с собачкой». Он говорит: «Статуэтку?» Я говорю: «Нет, балет!»

Мы снимаем квартиру. Это, как в старину говорили, меблированные комнаты. Я не нахожу радости в том, чтобы шиковать. Я нахожу в этом заботы. Если иметь дом, его же надо убирать, содержать. Караул! А так, как в гостинице, — мне удобно.

Бывает, творческие люди, даже близкие, как-то завидуют друг другу. С Щедриным этого не может быть. Он болеет за меня как никто.

Если бы у нас был даже один ребенок, у нас была бы другая жизнь. Мы бы заботились только о нем, думали только о нем, жили бы только ради него. А я тогда к такой жертвенности не была готова. Рождение ребенка — это минимум один пропущенный год карьеры. Я была не уверена в том, что, испортив фигуру и пропустив год, смогла бы вернуться на сцену. Риск был огромен. И я не рискнула.

Влияние Нуреева на балет огромно. Но сегодня он бы не произвел такого фурора. Сегодня многие так танцуют.

Мне кажется, не зря существует мнение, что если в картинную галерею привести дикаря, он ткнет пальцем в шедевр.

Когда я вижу сейчас голых, таких, сяких на сцене, я радуюсь и потираю руки: вот вам, ешьте! Нам-то ничего не разрешали! Ведь получалось, что коммунисты в шубах делали своих детей.

Идиотизм советской власти границ не знал. Мы даже в балете танцевали только оптимизм. Побеждали злого гения.

Если меня дирижеры спрашивали про темп, я всегда говорила: играйте как написано у композитора в партитуре. «А если кто-то из солистов не успевает?» — «Тогда пусть идет домой».

Колено всегда болит, всю жизнь. Я думаю, что вообще практически никакие травмы не проходят. У спортсменов то же самое, еще хуже. Они хромые, кривые. Потому что насилие над телом.

Я ела всегда много и диет не соблюдала. И вес мой был чуть-чуть больше, чем нужно.

Хлеб с маслом — лучшее, что придумали люди.

Нет человека, который бы мне не сказал, когда меня видит в первый раз: «Ой, а я думал, что вы высокая». У меня 165 см, рост средний, нормальный.

Люди любят понимать, сопереживать. Можно на сцене делать много технически замечательных, совершенных трюков, а зритель пришел домой, поужинал — и забыл.

Я танцевала всегда только для зрителей. После ухода со сцены не танцевала ни разу. Что-что, а танцевать для себя мне в голову не приходило.

Я не вижу в старости, в морщинах красоты. Я вообще старыми людьми не очень-то восторгаюсь. А уж молодящийся старичок или старушка — это вообще смешно.

Зрители всегда воспринимали меня с открытым сердцем. Может быть, поэтому я и живу так долго.

Я не простила своих врагов и не собираюсь этого делать. С какой стати? За что мне их прощать, скажите на милость? Люди не меняются, это мое глубокое убеждение. И пусть знают, я ничего не забыла и ничего не простила.

Измениться труднее, чем за волосы себя поднять.

Я умру, но Кармен — нет.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска Часовой пояс: GMT + 3
На страницу Пред.  1, 2, 3, 4, 5  След.
Страница 4 из 5

 
Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах


Яндекс.Метрика