Список форумов Балет и Опера Балет и Опера
Форум для обсуждения тем, связанных с балетом и оперой
 
 FAQFAQ   ПоискПоиск   ПользователиПользователи   ГруппыГруппы   РегистрацияРегистрация 
 ПрофильПрофиль   Войти и проверить личные сообщенияВойти и проверить личные сообщения   ВходВход 

Общество Друзья Большого балета
2019-08
На страницу Пред.  1, 2, 3, 4  След.
 
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска
Предыдущая тема :: Следующая тема  
Автор Сообщение
atv
Заслуженный участник форума
Заслуженный участник форума


Зарегистрирован: 05.09.2003
Сообщения: 4323

СообщениеДобавлено: Вт Авг 20, 2019 12:49 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019081904
Тема| Балет, БТ, гастроли в Лондоне, Персоналии, Екатерина Крысанова, Давид Мотта Соарес, Маргарита Шрайнер, Игорь Цвирко, Элеонора Севенард, Артемий Беляков, Юлия Степанова, Денис Родькин, Руслан Скворцов, Денис Савин
Автор| Лейла Гучмазова
Заголовок| Обещал вернуться
Завершились трехнедельные гастроли Большого театра в Лондоне

Где опубликовано| Российская газета - Федеральный выпуск № 183(7941)
Дата публикации| 2019-08-19
Ссылка| https://rg.ru/2019/08/19/zavershilis-trehnedelnye-gastroli-bolshogo-teatra-v-londone.html
Аннотация| ГАСТРОЛИ


Партию Эгины из балета Арама Хачатуряна "Спартак" исполнила Светлана Захарова. Фото: Наталья Воронова

Этот тест давно известен: хочешь увидеть все возможности труппы - посмотри ее на гастролях. Тур Большого балета в Лондоне подошел для такой проверки идеально, ведь труппе пришлось справляться со шлейфом обстоятельств.

До поездки в Британию балет Большого одолел бесконечно долгий основной сезон со всеми положенными премьерами, вводами и менее крупными гастролями. Выступления на самой престижной сцене Лондона Royal Opera House, он же театр Ковент-Гарден, планировались объемными и шли с 29 июня по 18 августа - это три недели непрерывных спектаклей, часто дважды в день. Плюс моральный фактор, кажется, донесенный репетиторами до последнего лебедя кордебалета: гастроли посвятили памяти легендарного британского импресарио Виктора Хоххаузера, умершего в Лондоне на 96-м году жизни незадолго до приезда Большого.

Более полувека назад именно Хоххаузер вместе с женой Лилиан помог отечественному балету пробить "железный занавес", выполнив сложнейшую продюсерскую задачу и заодно радикально улучшив имидж страны через искусство. Во многом благодаря чете Хоххаузеров мир увидел, что не весь русский балет после революции остался на Западе, одобрил бренды "Большой балет" и "Киров/Мариинский балет" и полюбил их так, что запала хватает по сей день. Возможно, уход Хоххаузера обозначил конец эпохи, тем важнее было утвердить перед разборчивой публикой нынешний уровень труппы Большого театра.
Напомним, театр 8 раз показал "Лебединое озеро", 7 раз исполнил "Спартака", дважды удивил публику "Светлым ручьем" Алексея Ратманского и завершил гастроли серией из 4 обреченных на успех "Дон Кихотов", что в любой географии не надоедят публике никогда.
The Times включила "Дон Кихот" в список избранных зрелищ для выходных.
"Большой балет завершает свои лондонские гастроли блестяще поставленной Алексеем Фадеечевым романтической комедией Петипа, созданной еще в XIX веке. Никто не танцует так, как русские. Все билеты проданы, но можно попробовать поймать возвраты. Королевская опера, Лондон, сегодня и завтра".

Можно сколько угодно удивляться возрасту балета, живущего на московской сцене в разных редакциях с 1869 года - почти полтора века, потешаться над отдаленностью либретто от оригинала Сервантеса, спорить о напичканных в спектакль за годы износа вставках, но от его обаяния никуда не деться: лихость русской балетной "испанщины" по-прежнему восхищает. Дирекция Большого балета хорошо продумала ходы и именно в этом спектакле представила Лондону новое поколение малоизвестных и совсем не известных артистов, деликатно поддержав их опытными коллегами.

В ролях Китри и Базиля виртуозничали Екатерина Крысанова и Давид Мотта Соарес, Маргарита Шрайнер и Игорь Цвирко, Элеонора Севенард и Артемий Беляков, Юлия Степанова и Денис Родькин. Сплошь новые для Лондона имена среди соло уличных танцовщиц, тореадоров и повелительниц дриад, и при въедливости завсегдатаев Ковент-Гарден у многих из них теперь наверняка появились поклонники.
По запросу "bolshoi ballet tour london 2019" мониторится вся британская пресса со множеством отзывов на гастроли, и итог по горячим следам внушает оптимизм. Очевидно, что есть нужда в классических названиях репертуара и в новинках: прессу подивил хохот заглушающего оркестр зала от работ Руслана Скворцова и Дениса Савина в комедийном "Светлом ручье". Очевидно, что Большой осторожно проводит смену поколений, неизбежную в жестоком искусстве академического танца. И очевидно, что Большой снова будет желанным гостем Лондона в самое ближайшее время.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 11785

СообщениеДобавлено: Вт Авг 20, 2019 5:03 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019082001
Тема| Балет, БТ, Гастроли в Лондоне, Персоналии
Автор| Павел Ященков
Заголовок| Балетная труппа Большого театра завершила триумфальные гастроли в Великобритании
Местные критики назвали их самыми масштабными в истории

Где опубликовано| Московский комсомолец
Дата публикации| 2019-08-20
Ссылка| https://www.mk.ru/culture/2019/08/20/baletnaya-truppa-bolshogo-teatra-zavershila-triumfalnye-gastroli-v-velikobritanii.html
Аннотация| ГАСТРОЛИ

В минувшее воскресенье в 14.35 по московскому времени в аэропорту «Домодедово» приземлился самолет авиакомпании British Airways рейса Лондон–Москва с артистами балетной труппы Большого на борту. Так закончились триумфальные гастроли Большого театра в британской столице, самые масштабные, по оценке английских критиков, за всю историю. 13 контейнеров сценического оборудования, декораций и реквизита, коллектив в 270 человек, включая оркестр, ажиотажный спрос на билеты, восторг публики и несмолкающие аплодисменты.



Гастроли Большого театра в Лондоне давно уже стали доброй традицией. Только в XXI столетии это уже шестой приезд легендарного коллектива в британскую столицу. А впервые Большой театр приехал сюда в 1956 году. Гастроли продлились тогда две недели и вошли в историю. Показывали такие спектакли, как «Жизель», «Ромео и Джульетта» и «Бахчисарайский фонтан».

В минувшее воскресенье в 14.35 по московскому времени в аэропорту «Домодедово» приземлился самолет авиакомпании British Airways рейса Лондон–Москва с артистами балетной труппы Большого на борту. Так закончились триумфальные гастроли Большого театра в британской столице, самые масштабные, по оценке английских критиков, за всю историю. 13 контейнеров сценического оборудования, декораций и реквизита, коллектив в 270 человек, включая оркестр, ажиотажный спрос на билеты, восторг публики и несмолкающие аплодисменты.

Гастроли Большого театра в Лондоне давно уже стали доброй традицией. Только в XXI столетии это уже шестой приезд легендарного коллектива в британскую столицу. А впервые Большой театр приехал сюда в 1956 году. Гастроли продлились тогда две недели и вошли в историю. Показывали такие спектакли, как «Жизель», «Ромео и Джульетта» и «Бахчисарайский фонтан».

«Ковент-Гарден буквально ломился: люди стояли в проходах между рядами, сидели перед оркестровой ямой, буквально свисали с балконов, овации продолжались 90 минут», — вспоминали участники первых гастролей, а выступившая на них в роли Джульетты Галина Уланова навсегда осталась символом несгибаемой верности, хрупкости и чистоты. Символом русского балета…

Три года назад, когда нынешний руководитель балета Большого Махар Вазиев только приступил к выполнению своих обязанностей, пышными гастролями в Лондоне отметили 60 летие тех исторических гастролей, но нынешний приезд смог затмить даже предыдущий. То были самые продолжительные гастроли Большого театра в Лондоне. Три недели и четыре постановки. В репертуаре — самые знаковые балеты: восемь спектаклей «Лебединое озеро», семь «Спартаков», четыре «Дон Кихота». Вначале предполагалось вывезти еще и нашумевший балет Кирилла Серебренникова «Нуреев», но он оказался таким громоздким по декорациям и затратным по финансам, что британская сторона вынуждена была отказаться от этого проекта, заменив его балетом «Светлый ручей».

Объявление из двух слов «sold out», что в переводе с английского означает «все билеты проданы», стало неопровержимым доказательством успеха гастролей балета Большого.

«Большой» — это старый и знаменитый знак гарантированного качества, чье сияние не меркло никогда. «Большой» — синоним [русского] балета в лучших его проявлениях», — писала в дни гастролей британская пресса. Лестные слова перепали и на долю возглавившего эти гастроли руководителя Большого театра Махара Вазиева, который, по словам «Таймс», «безусловно доказал свою силу».

Действительно, руководитель балетной труппы ГАБТ Махар Вазиев смог вывести балетную труппу на принципиально иной профессиональный уровень. С его приходом качество балета в Большом поднялось на новую высоту и вновь привело к взрывному международному успеху. «Так может танцевать только балет Большого театра! Не только солисты, но и уровень кордебалета восхитительный, ошеломительный», — писала в дни гастролей «Таймс», отмечая беспрецедентно высокий уровень труппы.

Стоит отметить и стратегию Махара Вазиева, грамотно сформировавшего гастрольную программу. Для начала гастролей он выбрал «Спартак», сразу же отправивший англичан в нокаут: «Спартак», как сам Большой (что по-русски и означает «большой»), огромен по своим масштабам, потрясающ по силе воздействия и абсолютно не отмечен изяществом и утонченностью. Он своего рода ударная «боевая лошадь», выступающая под ударную музыку Арама Хачатуряна. И смотреть его — сущее удовольствие благодаря исполненным великолепного мастерства «подвигам» ведущих артистов, глуповатой аффектированности в балетных приемах ведения войны, мелодраматическому дуэту и кинематографичности «повествования», — писал Рослин Салкэс из «Обсервер», ставя спектаклю четыре звезды.

Похвалы критики достались тут абсолютно всем артистам, участвовавшим в спектакле, но особый успех в этом балете выпал на долю главной балетной звезды Большого — Светланы Захаровой: «Что можно сказать об очаровательной Светлане Захаровой? Королева Большого, и только. И ей это прекрасно известно. В партии коварной куртизанки Эгины, способствовавшей краху Спартака, тонкая, как тростинка, балерина «бесстыдно» демонстрировала свое великолепное телосложение и сексуальность. Публика просто упивалась ею», — восхищалась Дебра Крейн ее танцем.

Второй балет, выбранный Махаром Вазиевым для Лондона, был «Лебединое озеро» в редакции Юрия Григоровича: «Большой продолжил свой сезон «Лебединым озером», которое, как и ожидалось, станцевал великолепно. Bolshoi по-английски означает «большой», и труппа заполняет собой всю сцену в бесконечной череде впечатляющих номеров. Волны танцовщиков накатывают одна за другой, как если бы нескончаемый поток поставлял на сцену все эти крылья. И очень трудно не заметить, что в каждом ансамбле, будь то квартет или дюжина, танцовщики идеально подобраны по росту. Это роскошь, которую мало какая труппа может себе позволить. Каждый солист безупречен, а лебединый кордебалет, исполняющий традиционную хореографию Иванова, производит величественное и волшебное впечатление своей синхронностью — изумительное зрелище» — такой вердикт вынес об этом спектакле Дэвид Дугилл в «Санди таймс», особо отмечая исполнителей главных партий: «Ольга Смирнова — Одетта–Одиллия и Семен Чудин — принц Зигфрид — составляют безукоризненный и в техническом отношении умопомрачительный дуэт».

Успех нарастал, а волна ажиотажа стала зашкаливать уже на следующий день, когда на сцену в «Лебедином» вышла Светлана Захарова со своим партнером Денисом Родькиным, а в партии Злого гения Лондон увидел Михаила Крючкова. Затем настал черед балета современного хореографа Алексея Ратманского «Светлый ручей», показывающего уже не исторические, ставшие знаковыми постановки, а те балеты, которые ставятся в Большом сегодня.

«Большой балет прибывает в Лондон с блестящим набором золотой классики и еще одним спектаклем на десерт, который любителям балета ни в коем случае нельзя пропустить», — захлебывалась в канун гастролей ежедневная британская газета Express, призывая обязательно посмотреть этот балет.

Несмотря на то что «Светлый ручей» когда-то уже привозили в британскую столицу, для нынешнего поколения английских зрителей он оказался абсолютно неизвестен. Это тот самый балет Шостаковича про колхозную жизнь, который так разгневал когда-то Сталина, а в начале 2000 х его поставил Ратманский, оставив прежнее либретто. На него поначалу хуже всего продавались и даже уценялись билеты, но, когда англичане его увидели, восторгам не было предела: «Русские суперзвезды привезли в Лондон тайное сокровище, ослепительное чистой радостью и мастерской подачей. Выпросите, украдите или займите билет — спектакль покажут еще только один раз, и все. Могу понять, почему Сталин этот балет запретил. Слишком уж он веселый, от начала до конца», — пишет Стефан Кириазис из той же Express, ставя балету пять звезд из пяти возможных.

«Ни одного тусклого мгновения, ни одного напрасного движения. Не так часто приходится видеть, как Большой танцует настоящий, полный драйва комический балет. «Светлый ручей» дает артистам возможность подурачиться всласть. И с какой же охотой они это делают! Никогда не слышала такого громкого смеха на представлении балета, как во время второго акта «Светлого ручья», когда Руслан Скворцов, классический танцовщик, надел пуанты и тюлевую пачку, с тем чтобы притвориться сильфидой и соблазнить ничего не подозревающего Пожилого дачника (Юрий Островский)», — пишет про балет английский критик Дебра Крейн из «Таймс».

Несмотря на более критические отзывы в английской прессе на спектакль «Дон Кихот», его исполнение и особенно оформление, тем не менее именно им поставил Махар Вазиев в конце гастролей эффектную точку. «Дон Кихот» — балет, в котором артисты Большого театра традиционно смогли показать свое исключительное техническое и актерское мастерство, с восторгом встреченное английской публикой. Открытием этих гастролей стал и танцовщик Игорь Цвирко. «Маргарита Шрайнер — миниатюрная, дерзкая и уравновешенная Китри, дразнящая и убедительная. Работа ее ног — никогда не слишком роскошная — была компактной, с заводными пируэтами и аккуратными поворотами в ее вариации Дульсинеи во сне Дон Кихота. Игорь Цвирко сделал Базиля полным мальчишеского обаяния», — пишет Bechtrack, далее отмечая «захватывающее дух» па-де-де с «точным фуэте» Шрайнер и «двойными saut de basque Цвирко», и ставит спектаклю четыре звезды. А британцы устраивают на заключительном спектакле, состоявшемся в минувшую субботу, оглушительную и долго не смолкающую овацию, сопровождающуюся криками: «Браво, Большой!».

Лондон успел закрепить свои позиции, заблаговременно пригласив Большой театр приехать вновь еще через три года.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 11785

СообщениеДобавлено: Вт Авг 20, 2019 5:45 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019082002
Тема| Балет, БТ, Гастроли в Лондоне, Персоналии, М. Вазиев
Автор| Владимир Полканов
Заголовок| Большой театр привел в восторг лондонскую публику
Гастроли балетной труппы под руководством Махара Вазиева собрали аншлаг
Где опубликовано| Независимая газета
Дата публикации| 2019-08-20
Ссылка http://www.ng.ru/culture/2019-08-20/7_7654_ballet.html
Аннотация| ГАСТРОЛИ

Московский Большой театр триумфально завершил трехнедельные гастроли в Лондоне, проведя 21 показ четырех спектаклей. В репертуар прошедшего турне вошли знаковые постановки – «главный» русский балет «Лебединое озеро», классический «Дон Кихот», советская визитная карточка Большого «Спартак» и относительно новый, но уже вошедший в историю «Светлый ручей». В гастролях принял участие коллектив из 270 человек – артисты во главе с руководителем балетной труппы Махаром Вазиевым.
Гастроли показали как высочайший уровень отечественного балета, так и огромный интерес к нему со стороны западной публики. Подтверждение – аншлаги во время спектаклей в королевском Ковент-Гардене (билеты на все постановки были полностью раскуплены заранее), овации зрителей и восторженные отзывы критиков. Такого потрясающего успеха у русского балета за рубежом не было уже долгие годы, если не десятилетия – притом, что эти спектакли британский зритель уже видел в исполнении Большого ранее.

«Махар Вазиев, безусловно, доказал свою силу. Другие режиссеры-постановщики, возможно, работали дольше него – Джон Ноймайер в Гамбурге, Хельги Томассон в Сан-Франциско, Кевин Маккензи в Нью-Йорке, – но никто так триумфально не ставил три самых сложных балетных постановок в мире», – пишет Times. «Огромное удовольствие от «Лебединого озера», драмы «Спартака» или огненных страстей «Дон Кихота». В наши дни очень редко можно увидеть грандиозный классический балет таким свежими взглядом», – признаются в Express. «Потрясающая возможность увидеть совершенно другую сторону русского балета – возрожденную и восхитительно исполненную труппой, которая воплотила в себе искусство классического балета», – пишут британские СМИ.
На старте сезона Большой представил в Лондоне все многообразие своих балетных дарований разных поколений. Светлана Захарова, Екатерина Шипулина, Екатерина Крысанова, Анна Никулина, Юлия Степанова, Ольга Смирнова, Дарья Хохлова, Руслан Скворцов, Артем Овчаренко, Семен Чудин, Денис Родькин, Игорь Цвирко, Артемий Беляков – и Алена Ковалева, Элеонора Севенард, Маргарита Шрайнер, Анастасия Денисова, Якопо Тисси, Давид Мотта Соарес. После этих гастролей балетный мир открыл для себя новых звезд в Большом театре.

«Так может танцевать только балет Большого театра! Не только солисты, но и уровень кордебалета восхитительный, ошеломительный», – не скупится на комплименты Times. Наблюдатели утверждают: Махар Вазиев практически возродил балет Большого театра и вновь привел его к взрывному международному успеху. Махар Вазиев возглавляет хореографическую труппу главного театра страны с 2016 года, а до этого он в течение 13 лет руководил родным Мариинским театром, где многие годы был солистом, еще семь лет заслуженный артист России стоял во главе балетной труппы миланского театра Ла Скала.

«Нужна ли нам сегодня компания, которая танцует классические спектакли замечательно и только? Нет, конечно. Это убийственно. Мы не можем довольствоваться тем, чего добились. Любое завоевание мгновенно становится вчерашним днем – так устроен театр. Надо идти вперед. Как? Создавать новые проекты, способствующие росту, причем безостановочному. Значение имеет и система проката балетных спектаклей, и то, как они собираются в афишу, – рассказывал мэтр в интервью СМИ. – Давайте честно и без уничижительных амбиций: что такое руководить балетом Большого? Помогать расти. Если вы не создадите здесь атмосферу, когда артист из самого дальнего ряда кордебалета будет чувствовать, что в нем заинтересованы, никогда ничего не измените».
Кроме организации гастролей в Лондоне Махар Вазиев провел ряд встреч с ведущими хореографами мира, которые уже начинают создание новых балетов для труппы Большого театра. Акрам Хан, Кристофер Уилдон, Кристиан Шпук – вот некоторые имена, с кем хореографическая труппа под руководством Махара Вазиева будет работать в ближайшее время. Большой театр продолжит работать и со знаменитыми российскими хореографами, которые уже покорили мир, – такими как Алексей Ратманский и Юрий Посохов.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
atv
Заслуженный участник форума
Заслуженный участник форума


Зарегистрирован: 05.09.2003
Сообщения: 4323

СообщениеДобавлено: Ср Авг 21, 2019 2:16 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019082003
Тема| Танец, XXI международный фестиваль современного танца Open Look, Art Project Bora, Modern Table, Персоналии, Наталья Каспарова, Вадим Каспаров, Фабьен Приовиль, Азуса Сеяма, Юя Кавагути, Ким Бо Ра, Ким Дже Дук
Автор| Татьяна Кузнецова
Заголовок| Азия обставила Европу
В Петербурге завершился Open Look

Где опубликовано| Газета "Коммерсантъ" №148 от 20.08.2019, стр. 11
Дата публикации| 2019-08-20
Ссылка https://www.kommersant.ru/doc/4065786
Аннотация| ФЕСТИВАЛЬ


Фото: Татьяна Юдина

XXI международный фестиваль современного танца Open Look, проходивший при поддержке комитета по культуре Санкт-Петербурга на Новой и учебной сценах Александринского театра, финишировал марафоном, который Европа проиграла Юго-Восточной Азии. Из Петербурга — Татьяна Кузнецова.

За 21 год жизни отважный маленький Open Look, придуманный руководителями дома танца «Каннон данс» Натальей и Вадимом Каспаровыми для обмена опытом российских энтузиастов современного танца, обзавелся обширными международными связями, удобными площадками и завидной популярностью. Мастер-классы по всевозможным техникам современного танца по-прежнему составляют ядро фестиваля, но их полезный эффект очевиден лишь студентам, в то время как публичная программа просвещает все расширяющиеся круги зрителей. Под финал пятидневного Open Look в день давали по три представления. Все аншлаговые, несмотря на различное качество — художественное и техническое.

Европа выглядела устало-исчерпанной. Германия представила Фабьена Приовиля и Азусу Сеяму: в спектакле «Время для нас» немолодая пара бывших танцовщиков Пины Бауш в растянутых трениках и шерстяных носках изучала аспекты семейной близости. Их взгляды, реплики, игры с мячом, нехитрые «лежачие» поддержки-подпорки и потягивания свидетельствовали о взаимопонимании, а также об уверенности в том, что эти домашние радости могут быть интересны кому-либо, кроме их самих (судя по поддержке серьезных государственных институций — уверенности небезосновательной). Германия, ставшая второй родиной для японки Юи Кавагути, поддержала и ее проект «Андрополароид 1.1». В нем хореографиня, изучавшая различные способы самовыражения — от классического танца до вокала (и, судя по ее выступлению, не преуспевшая ни в одном), делилась своим пятилетним опытом ассимиляции посредством кувырков, колес, подскоков и обильных порт-де-бра. Новую родину олицетворяла трикотажная фуфайка с капюшоном, которую японка сначала потоптала, потом надела задом наперед и лишь к финалу нашла ей верное применение. Развешанные по сцене светодиоды, мигавшие наподобие стробоскопа и, возможно, призванные заретушировать интеллектуальную и телесную скудость авторского высказывания, свою задачу выполнили лишь отчасти.

В сравнении со Старым Светом десант из Кореи сражал энергией — исполнительской и сочинительской, был многолюден, зрелищен и стилен. Компания Art Project Bora показала две работы своей руководительницы Ким Бо Ра, весьма остроумно и тактично внедряющей старинные обрядовые элементы в свою хореографию. В «Гакси» изящная Ким, забинтованная в прозрачный целлофан и одетая в широкие бумажные штаны, сложенные наподобие оригами, крошечными шажками обходила сцену по световому лучу, закрыв лицо веером, деликатными рывками меняя положение тела и нежно ломая руки в изысканном растительном рисунке. Сама-то она полагала, что танцует сатиру на отжившие традиции, но выглядело это столь завораживающе красиво, что традициям хотелось пожелать вечной жизни. В спектакле «Язык хвоста» хореограф высмеивала «лицемерный культурализм» с помощью стилизованной пластики животных. Артисты, одетые во все белое, так грациозно ходили на четвереньках, прогибая корпус, приподнявшись на высокие полупальцы и опираясь на кончики пальцев рук, так мягко и привольно вынимали конечности в разные стороны, с такой невероятной амплитудой взмывали в воздух с полных растяжек и так яростно колотились корпусом в темповых кульминациях, что чувственное восприятие диковинного зрелища заставило позабыть, что перед нами «процесс демонтажа и рекомбинации структурных и семиотических элементов».
Компания Modern Table хореографа Ким Дже Дука представила его работу «Скорость» — 60 минут головокружительного виртуозного мужского танца под живую музыку и вокал (в руках музыкантов национальные инструменты временами звучали космической электроникой, а певец Сы Джун Чжон выдавал пассажи, недоступные человеческой глотке). Скорость здесь действительно захватывала дух: на утрированно медленных комбинациях хореограф не мог продержаться и двух минут, а в эффектных стоп-паузах танцовщики замирали в таких трудных и неустойчивых позах (на полупальцах, на выпаде, с телом, растянутым параллельно сцене), что эти передышки казались кульминацией танца, а не поводом перевести дух или полюбоваться общей композицией. Восемь солистов танцевали с зашкаливающим темпераментом, отчаянно — будто в последний раз, сохраняя при этом истинно кордебалетную чистоту и ровность. Ким Дже Дука можно было бы назвать корейским Марко Геке — по бешеному темпу жестикуляции и работе корпуса; но в отличие от культового немца, использующего строго отмеренное количество движений, кореец кидает в свой плавильный котел любые ингредиенты. Вредит «Скорости» разве что избыточность: хореограф никак не может прервать поток комбинаций, и к финалу спектакль превращается в почти кинематографический каскад приемов всевозможных единоборств. Но все же только сноб предпочтет умствования вялых европейских кошечек просчитанной необузданности корейских летающих «тигров».
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
atv
Заслуженный участник форума
Заслуженный участник форума


Зарегистрирован: 05.09.2003
Сообщения: 4323

СообщениеДобавлено: Чт Авг 22, 2019 12:57 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019082101
Тема| Балет, Иерусалимский балет, Персоналии, Франциска Манн, Надя Тимофеева, Маша Селектор, Сара Лемперт, Анаэль Затейкина, Саша Шевцов, Ави Лернер, Адам Гринфельд
Автор| Лина Гончарская
Заголовок| "Иерусалимский балет" представляет мировую премьеру: Memento
Где опубликовано| NEWSru.co.il: новости Израиля
Дата публикации| 2019-08-21
Ссылка http://www.newsru.co.il/rest/21aug2019/lina444.html
Аннотация| ПРЕМЬЕРА


Фото: Леонид Хромченко

Балет о знаменитой еврейской танцовщице Франциске Манн, подстрелившей двух нацистских офицеров во время эротического танца в Освенциме – танца, ставшего для нее последним.

Новый балет художественного руководителя труппы "Иерусалимский балет" Нади Тимофеевой Memento посвящен памяти еврейской танцовщицы Франциски Манн, застрелившей двух нацистских офицеров во время эротического танца в Освенциме. Ее героический – и, безусловно, завораживающий своей дерзостью поступок по сей день остается одним из самых необычных актов еврейского сопротивления.
Эта удивительная история, рассказанная языком современной неоклассики, впервые выводит на сцену незнакомый большому балету эпизод времен Катастрофы. Серия захватывающих картин повествует о жизни и смерти Франциски с 1939-го по 1943 годы: о первых днях ее триумфа на балетной сцене, о жизни ее семьи в оживленной Варшаве, о нацистском вторжении в Польшу, о ее выступлениях в ночном клубе, о ее пребывании в гетто и о ее последнем танце в лагере смерти.
"Сама по себе тема балерины, которая не сдается, мне очень близка, потому что это суть нашей профессии, – говорит хореограф Надя Тимофеева, в прошлом балерина. – С самого юного возраста всем, кто занимается балетом, приходится бороться, бороться против собственной природы – потому что балет абсолютно противоестественное искусство, основанное на очень жесткой дисциплине. Тебе приходится постоянно преодолевать физическую боль, быть сконцентрированным, делать все очень быстро – только тогда ты сможешь все преодолеть. Логично, что именно у балерины хватило сил и наглости дать отпор палачам. Что она не готова была сдаться просто так. Настоящая балерина никогда не сдаётся, она борется до последнего".
Франциска Манн, урожденная Розенберг, появилась на свет в 1917 году в Варшаве, в еврейской семье. С детства занималась балетом, училась у лучших педагогов, в 22 года заняла четвертое место на международном конкурсе в Брюсселе, в котором принимали участие лучшие молодые танцоры мира. Она была энергичной, амбициозной и старательной, считалась одной из самых красивых и перспективных молодых балерин своего времени. В начале Второй мировой войны, уже будучи замужем за Манном, стала узницей Варшавского гетто, однако продолжала танцевать в знаменитом клубе "Мелоди Палас", где развлекались высшие немецкие чины.
После восстания в Варшавском гетто в 1943 году обозленные нацисты начали отправлять набитые евреями поезда в Треблинку. Однако зажиточным еврейским семействам пока еще удавалось откупиться от принудительного "переселения"; у Германии же зрел план, как заставить их добровольно расстаться со своими капиталами.
Еврейские фонды в то время посылали из Швейцарии в Варшаву паспорта с гражданством южноамериканских стран, в гостинице "Польша" за полторы тысячи долларов – огромная сумма по тем временам – стряпались фальшивые визы, а доставляла их в гетто не кто иной как молодая танцовщица Франциска Манн. Ибо именно она пользовалась у немцев особыми привилегиями: ей разрешалось носить шубы, покидать зону гетто в любое время и так далее.
Манн передавала евреям гетто документы, а в арийскую зону доставляла деньги и драгоценности. Евреев, которые уже обзавелись документами, поселяли в упомянутой гостинице "Польша".
В июле 1943 года в гостиницу приехала полиция, около трехсот постояльцев депортировали в лагерь для интернированных во французском Виттеле, остальных же (около трех тысяч человек) в комфортабельном поезде отправили якобы в немецкий лагерь Бургау на юге Германии, чтобы оттуда переправить в Швейцарию.
В составе этой группы оказалась и Франциска Манн. Ехали долго, пока поезд не остановился в концлагере Освенцим. Там новоприбывших с распростертыми объятиями встретил "сотрудник Министерства иностранных дел Третьего рейха" Франц Хесслер, который в действительности был начальником лагерной охраны Освенцима-Биркенау, и предложил им "принять душ в целях дезинфекции".
26-летнюю Франциску вместе с другими женщинами отвели в барак, который на самом деле был раздевалкой рядом с газовыми камерами (крематорий II). Иллюзии балерины к тому моменту уже развеялись, но позволить себе умереть просто так строптивая Манн не могла.
Существуют две версии того, что случилось с Франциской. Согласно одной из них, Манн начала медленно раздеваться, размахивая в воздухе одеждами и совершая соблазнительные танцевальные движения. Нацистские офицеры не сводили с девушки глаз: ее стриптиз буквально загипнотизировал охранников. Пользуясь моментом, она внезапно напала на одного из нацистов, выхватила у него оружие и произвела три выстрела, в результате которых были ранены два офицера: гауптшарфюрер Эммерих и еще один палач, Йозеф Шиллингер.
Опять же по одной из версий, прибежавший на звук выстрелов комендант Освенцима Рудольф Хесс приказал перекрыть выходы из раздевалок и расстрелять всех. По другой, восставших женщин расстреляли из автоматов сбежавшиеся на шум солдаты. Согласно третьей, женщин вывели на улицу и казнили, а Франциска покончила с собой с помощью отнятого пистолета. Так или иначе, в тот же день, 23 октября 1943 года, Франциска Манн погибла в лагере смерти Освенцим-Биркенау.
Надя Тимофеева выбрала собственную версию: "Разумеется, это звучит очень эффектно – балерина станцевала стриптиз в газовой камере... Но она же все-таки еврейская девушка, несмотря на то, что вовсю пользовалась чарами признанной красавицы. Я перечитала множество источников, и в некоторых из них написано, что охранник просто подошел к ней и резко сдернул с нее одежду, а она в ответ выхватила у него из кобуры пистолет. Поэтому у нас в спектакле это не будет однозначный стриптиз. Я могу представить себя на ее месте и знаю, что поступила бы точно так же, но я себя слабо представляю вот в таком виде, размахивающей одеждами перед газовой камерой... Мне хотелось, чтобы это выглядело более правдиво".
В балете Memento действуют два лагеря – евреи и нацисты, и для каждого из них Надя Тимофеева придумала свой хореографический язык. В пластике евреев доминируют элементы народного танца, нацисты пользуются словарем современной неоклассики.
Есть и совсем любопытные сцены: в то время был очень популярен степс на пуантах, жанр, исчезнувший в наше время. Так вот, в ночном клубе Франциска Манн исполняет степс на пуантах. Всего же в постановке участвуют двенадцать танцовщиков, причем на роль отца героини Тимофеева пригласила Адама Гринфельда, инвалида-колясочника, ветерана ЦАХАЛ, который долгие годы танцует в спецпроектах и даже победил в нескольких конкурсах.
"Он приехал к нам на репетицию, мы сделали пробы, и я поняла, что это то, что нужно, – вспоминает Надя Тимофеева. – Он ребенок уцелевших в Катастрофе, его мама выжила в Освенциме – она уже была в газовой камере, но на их партию не хватило газа, папа был в другом концлагере и тоже чудом выжил... Мистическая история, но случилась еще одна: я попросила Инну Полонскую – это скульптор, керамист и бесконечно талантливый человек, моя подруга, которая делает дизайн декораций и костюмов, – сделать бюстик Бетховена. И сказала Адаму, чтобы он ехал в гетто с бюстиком Бетховена на руках. И тут он вспомнил, что его отец привез из Лодзи точно такой же бюстик Бетховена... Вот такие странные случайности с этим балетом происходят".
Разрабатывая декорации и костюмы, авторы Memento стремились к исторической достоверности; к примеру, по словам Нади, в 1939 году была одна форма СС, а в Освенциме уже другая (обратите внимание на эти мелкие детали – из них строится этот восхитительный балет). В написании либретто Наде помогал известный российский писатель Михаил Садовский. И, наконец, совершенно дивный саундтрек, составленный самой Надей Тимофеевой из музыки Равеля, Лорда Бернерса, Исаака Шварца, Шопена и Бетховена. "Мне очень нравится немецкий язык в финале Девятой симфонии Бетховена – и вызывает ужас немецкий язык нацистов. Оттого я провожу параллель между двумя этими немецкими языками, – поясняет Надя. – Шопен – потому что речь идет о польской танцовщице и о нацизме, а он – поляк и антисемит. Ну и Гитлер, конечно, гениальный был человек, потому что смог прозомбировать население своей паранойей, а это зомбирование лучше "Болеро" Равеля проиллюстрировать ничего не может. Я сделала такую компиляцию – на фоне "Болеро" звучит речь Гитлера".
Нас ожидают сразу две премьеры Memento: в Тель-Авиве и в Иерусалиме. В Тель-Авиве роль Франциски исполняет Маша Селектор, прима-балерина труппы, в Иерусалиме – Сара Лемперт, молодая балерина, выпускница Иерусалимской балетной школы Нади Тимофеевой.
Сестру Франциски Манн танцует Анаэль Затейкина, Мужа – Саша Шевцов, Нациста – Ави Лернер. По словам Нади Тимофеевой, Нацист в балете – собирательный образ: "Среди них ведь были интеллигенты, при этом они легко убивали, они были милыми и приятными – и одновременно монстрами. Они могли целый день отработать в газовых камерах – а потом безмятежно веселиться на какой-нибудь вечеринке... То есть страшные несовместимые вещи, которые я пытаюсь показать в балете".
К слову, у Нациста в спектакле есть команда: он появляется в окружении шести арийских девушек. Но не будем утомлять вас спойлерами – напомним лишь, что в сентябре нас ожидает мировая премьера Memento – балета о балерине, балета о танце, балета об Освенциме, балета о Катастрофе.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
atv
Заслуженный участник форума
Заслуженный участник форума


Зарегистрирован: 05.09.2003
Сообщения: 4323

СообщениеДобавлено: Чт Авг 22, 2019 12:57 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019082102
Тема| Балет, БТ, Персоналии, Махар Вазиев
Автор| Айгуль Хабибуллина
Заголовок| «Никому нельзя давать покоя»
Руководитель балетной труппы Большого Махар Вазиев — о творческих провокациях, жестких требованиях и феноменальных гастролях в Лондоне

Где опубликовано| Известия
Дата публикации| 2019-08-21
Ссылка https://iz.ru/912186/aigul-khabibullina/nikomu-nelzia-davat-pokoia
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ


Фото: ИЗВЕСТИЯ/Александр Казаков

17 августа завершились трехнедельные гастроли балета Большого театра в Лондоне. В британской столице труппа представила четыре спектакля — «Спартак», «Лебединое озеро», «Дон Кихот» и «Светлый ручей». Все билеты были раскуплены. Публика и пресса остались в восторге от постановок. Журналисты отмечали, что такого триумфа балет Большого не видел несколько десятков лет. «Известия» поговорили об этом с руководителем труппы Махаром Вазиевым.

О гастролях

— Махар Хасанович, насколько, на ваш взгляд, всё получилось в Лондоне? Какие у вас остались впечатления?


— По прессе, отзывам и теплому приему — гастроли прошли замечательно. Когда люди говорят и пишут, что так может танцевать только балет Большого театра, — это приятно.
С другой стороны, это колоссальная работа. Мы трудились на износ в течение всего сезона. Новым звездам, молодым артистам еще требуется время, чтобы они чувствовали себя уверенно, но в целом все прошло отлично. Было много творческих открытий и приятных неожиданностей. Безусловная звезда — Светлана Захарова. Это уникальная балерина, ей всегда уделяют особое внимание, и она действительно многое сделала и еще сделает. Но также находкой стала Настя Денисова в партии Фригии («Спартак»). Критики отмечали ее трогательность, хрупкость, эмоциональность. А как раскрылся в партии Красса («Спартак») Артемий Беляков! Для многих это стало неожиданностью. Игорь Цвирко, Эля Севенард, Алена Ковалева и другие. Мне казалось, я не в театре, а на стадионе — настолько был мощный прием.
И, конечно, горжусь кордебалетом. Массовые сцены были на самом высоком уровне, чему я очень рад. И вообще балет Большого театра — устойчивый мостик общения со всем миром. Представляете, мы ездим в Лондон уже 63 года — и каждый раз почти полный аншлаг. Мы сейчас дали 21 спектакль — ни одного свободного места. В этом заслуга и наших предшественников, но и сегодняшнее поколение артистов невероятно ярко себя проявляет.

— 63 года в Лондоне. Классические спектакли, которые вы привозили, англичане видели не один раз. Требуют ли зрители чего-то новенького?

— Это хороший вопрос. Я порой думаю: ведь классический балет живет по своим законам. Например, что можно назвать совершенством в нашем искусстве? Большинство людей скажут — акт теней в «Баядерке». Мариус Петипа поставил его в 1877 году, а лучше еще никто не сделал. Наша ценность еще и в истории. Шедевры классики потому и шедевры, что позволяют каждому поколению раскрыть себя. Да, мы, к примеру, привезли в Лондон тот же «Спартак», но уже с другими артистами. Сумасшедший прием, который нам устроил английский зритель, говорит о ценности этих спектаклей.
Мы привозим и будем привозить и новое тоже. Но мы также всегда будем бережно относиться к традициям и сохранять то лучшее, что накоплено до сегодняшнего момента. Если мы блестяще танцуем «Спартак» и «Лебединое озеро», если мир хочет нас видеть в этих постановках, то это же счастье.
Взять «Лебединое озеро» — сколько в нем состоялось балерин! Майя Михайловна Плисецкая, Галина Уланова, Наталия Дудинская. Ведь не на них ставили спектакли, а кажется, что на них. Казалось бы, есть определенная хореография, у артисток немало ограничений, голову в другую сторону повернуть нельзя, плечо в эту сторону повести нельзя и прочее. Но эти творческие ограничения дают внутреннюю свободу — так и появляются яркие звезды. Поэтому молодые артисты всегда приносят в классические спектакли что-то свое, новое.

— А молодые и талантливые — это для вас риск или вы обычно точно знаете, что человек «выстрелит» и понравится публике?

— Это же не рулетка. Это прежде всего кропотливая работа и репетиции. Если ты знаешь своих актеров, понимаешь их плюсы и минусы, то исходишь из того, в какой партии они сегодня могут себя наиболее ярко проявить и «выстрелить», как вы сказали.
Я прихожу, присматриваюсь. Вижу, что человек готов, — вывожу на сцену. Понятно, что когда вы привозите их в Лондон, то переживаете, понравятся ли они зрителям, как к ним отнесутся. Но это дело художественного вкуса. Всегда хочется, чтобы они оставляли яркие впечатления. В конце концов, люди приходят на артистов. В этом смысле я всегда очень тщательно и взвешенно делаю выбор.

О работе с труппой

— Говорят, вы жесткий руководитель. Как работаете с труппой?

— Жесткость должна быть направлена на требования, а не людей. Иногда артисты воспринимают на свой счет. Рассчитывать, что они останутся в хорошем настроении, сложно. Но если не быть жестким и даже жестоким по отношению к требованиям, я не представляю, какого результата можно добиться. У нас системная, ежедневная работа.
Дело не в моем характере. Думаю, у меня просто сложилось понимание того, как достигается результат. Особенно если речь идет о массовых сценах, где участвуют 30–40 человек. Я не представляю, как можно всем всё объяснять в миролюбивой форме. У вас нет столько времени. Артисты воспринимают по-разному. Кому-то достаточно взгляда, с кем-то жестче, с кем-то мягче. Вы должны знать своих людей, чтобы на их языке объяснять задачи. В конце концов, всё определяется результатом. Всё остальное меня не так уж сильно интересует.
К тому же Большой — театр с огромной историей. Это мощнейший фундамент, на котором нужно продолжать строить красиво и высококачественно. Для этого нужны внимание, жесткость и четкость.
Я не люблю людей, которые жалуются. Я говорю: «Нужно сделать так». Артисты мне нередко отвечают: «Это невозможно». Тогда я предлагаю: «Давай я найду солиста, который сможет». Они берутся за работу, пробуют, репетируют. Сначала не получается, но через какое-то время ты видишь, что у них глаза сияют. Они преодолевают себя. В творчестве надо делать невозможное, провоцировать. Это своего рода провокация артистов.

— С массовыми сценами понятно, а индивидуальную работу проводите?

— Мне важен каждый человек, и это не просто слова. Я считаю, что каждый артист, неважно, прима-балерина, ведущий солист или участник кордебалета, должен чувствовать, что он мне нужен и что я его вижу. Вы должны быть в них заинтересованы, дать им шанс. Любой творческий коллектив без конкуренции — скучен.
Статус примы-балерины или ведущего солиста не значит, что вы всего достигли и можете расслабиться. Молодые должны наступать на пятки и не давать покоя. У нас каждый артист, в том числе кордебалета, может договориться с педагогом на постановку какого-то номера. Затем мы устраиваем просмотры. Я всегда говорю: если убедишь, даю слово, что получишь это на сцене. Нет никаких препятствий. Это тоже творческая провокация. Никому нельзя давать покоя.
Бывает, что артист кордебалета готовит характерную партию — и все в школе. Человек получает возможность воплотить это на сцене. У нас сегодня много молодых артистов, которые именно так и получили сольные партии. Нужно вкалывать. Скажем так, век артиста балета недолгий. Нельзя упускать ни малейшего момента. Упаси бог руководителю прозевать чей-то талант. Это слишком большая роскошь — разбрасываться творческими судьбами.
Я с ними с утра до ночи. Смотрю, требую, объясняю, слушаю, опять смотрю. Мне говорят: как вы так на всех спектаклях и репетициях? Это моя работа. Мы всегда после выступлений задерживаемся, обсуждаем, как прошло. Иначе и быть не может.

О работе в Большом

— В одном из интервью вы говорили, что недостаточно просто поставить спектакль с замечательной хореографией. А что еще нужно?


— Мы делали и будем делать новые проекты. Но, понимаете, в любом новом проекте ты никогда не знаешь, что получится. Сегодняшние хореографы очень редко способны создать некую историю. Они больше увлечены абстрактными размышлениями и пытаются в форме найти содержание. Иногда получается, а иногда нет.
Я нередко видел замечательные, не только балетные, спектакли, но в очень плохом исполнении. Как правило, я не досиживаю до конца, ухожу. А иногда бывает так, что постановка не очень удачная, но как блестяще играют актеры! Поэтому, отвечая на ваш вопрос, скажу, что самое главное — создать плеяду супертанцовщиков и супертанцовщиц. Если удастся это сделать, им будет подвластно всё. Вы уже априори будете уверены в качестве исполнения.
Я хочу, чтобы компания была лучше и лучше, хочу, чтобы мы поднялись на более высокий уровень. Это то, чем мы занимаемся каждый день. Поэтому основной упор — на исполнение. Я считаю, что в балете Большого театра не должно быть ведомых. Все должны быть ведущими на своем месте.
Это доминирующая мысль. Представьте, в следующем сезоне у нас будет пять премьер. Новая редакция «Жизели» Алексея Ратманского, «Мастер и Маргарита» Эдварда Клюга, а также три одноактных постановки. Вы не найдете компаний, тем более академических, которые способны за сезон выпустить пять новых работ. Не каждая труппа может себе такое позволить. Это очень сложно. При этом мы должны обеспечивать и текущий репертуар на двух сценах. Море других новых проектов. Мы должны ежедневно заниматься тем, чтобы еще больше поднять качество исполнения. Это главный вопрос для меня.

— Что вам пришлось изменить, когда вы пришли в Большой в 2016 году?

— Я был поражен, когда узнал, что в театре только одних солистов — 63! Я понимал, что это западня для компании. Во-первых, мы прозеваем много молодых артистов, потому что у них нет никакого шанса выбиться. Во-вторых, действующих солистов надо обеспечивать работой.
Постепенно я сократил их количество. Мы никого не выгоняли, но исходили из того, чего достиг человек и заработал ли балетную пенсию. Дальше вопрос: нужен он нам или нет? Я всегда разговаривал с артистами заранее, за год, за полгода, и объяснял, что его карьера в Большом заканчивается, но он может продолжить работать в других театрах. Это было непросто.
Сегодня у нас такой проблемы нет. В целом, когда я пришел в 2016 году в театр, мне было не до удивлений. Я понимал, что нужно работать, всех увлечь и заразить творчеством. Это я и делаю по сей день. Мне кажется, истинный профессионал выделяется тем, что когда он что-то говорит или показывает, ни у кого не возникает вопросов.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
atv
Заслуженный участник форума
Заслуженный участник форума


Зарегистрирован: 05.09.2003
Сообщения: 4323

СообщениеДобавлено: Сб Авг 24, 2019 12:23 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019082401
Тема| Танец, ХХI международный фестиваль современного танца Open Look, «Каннон данс», Персоналии, Вадим Каспаров, Наталья Каспарова, Валерия Каспарова, Ксения Михеева
Автор| Светлана Улановская
Заголовок| Свой взгляд на танец. Фестиваль Open Look завершился в Петербурге
Где опубликовано| «Санкт-Петербургские ведомости» № 156 (6509)
Дата публикации| 2019-08-23
Ссылка| https://spbvedomosti.ru/news/culture/svoy-vzglyad-na-tanets-festival-open-look-zavershilsya-v-peterburge/
Аннотация| ФЕСТИВАЛЬ

На Новой сцене Александринского театра завершился ХХI международный фестиваль современного танца Open Look.

Фестиваль, возникший в 1999 году благодаря частной инициативе сподвижников современного танца Натальи и Вадима Каспаровых, пользуется широким международным авторитетом. Спектакли известных зарубежных танцкомпаний соседствуют в его программе с работами отечественных хореографов. И хоть в этом году организаторы отказались от проведения масштабной национальной платформы современного танца Russian Look, российские премьеры произвели яркое впечатление.
Особенностью нынешнего феста стал акцент на постановках молодой генерации отечественного contemporary dance. Программу спектаклей открывал проект Stage ON Валерии Каспаровой, танцовщицы, хореографа, педагога, ассистента художественного руководителя петербургского дома танца «Каннон данс». Новый проект - экспериментальная и редкая работа. В ней публику не перегружали нарочитой концептуальностью, а приглашали насладиться позитивными рок-н-ролльными ритмами The Beatles и юношеской энергией, которую щедро выплескивали в зал 11 артистов. Спектакль можно назвать коллективным портретом танцовщиков «Каннон данс». Его хореография вырастала из индивидуальных особенностей молодых исполнителей, для каждого из которых нашелся сольный фрагмент в общей многофигурной композиции. Артисты работали с такой неистовой самоотдачей и мастерством, что вызывали чувство гордости за отечественных танцовщиков, чьи тела способны осваивать сложнейшую хореографическую лексику.
Еще один спектакль Валерии Каспаровой - дуэт Come away - был совершенно иным по настрою и постановочным приемам. Эмоционально насыщенный диалог исполнителей (Артур Галимуллин и Евгения Сабурова) можно охарактеризовать известной фразой: «Ни с тобой, ни без тебя». За краткие минуты хореографу удалось показать целую историю взаимоотношений - от первых робких ухаживаний до мучительной (не)возможности быть вместе.

Событием фестиваля стала премьера спектакля «Неуместный человек» петербургского хореографа Ксении Михеевой. В творческой биографии автора - учеба в школе балета имени Аскольда Макарова, зарубежные стажировки, работа танцовщицей в театре «Провинциальные танцы», педагогом и хореографом - в «Каннон данс» и Академии танца Бориса Эйфмана, наконец, создание собственного коллектива. Постановки Михеевой очень театральны, танец в них сочетается с крепко выстроенной режиссурой, яркими психологическими характеристиками героев, литературной первоосновой сценического действия. «Неуместный человек» инспирирован чеховской драматургией и, в частности, пьесой «Дядя Ваня». Однако постановка не превращается в пластический пересказ сюжета и выходит за рамки конкретного драматического текста. Это авторский спектакль, интерпретирующий чеховские образы и характеры, дух и атмосферу его произведений.
Как и в «Грозе» (номинированная на «Золотую маску» постановка Ксении Михеевой 2017 года), в новой работе важную смысловую роль играет пространство. Если в «Грозе» хореограф помещала героев в давящую металлическую конструкцию-клетку, то в «Неуместном человеке» - в огромный аквариум, установленный в цехе «Севкабель Порта». Его прозрачные стены рождают в воображении множество ассоциаций: это и хрупкость человеческой жизни, и ограничивающая свободу искусственная среда, и невидимый барьер, который делает тщетными любые усилия героев. Используемые хореографом предметы быта немногочисленны, но красноречивы: спасательный круг символизирует надежду, пустые чашки - безысходность и скуку, стол, от которого остался один каркас, - иллюзорность всего прочного... Жители этого странного мира проводят много времени вместе, флиртуют, выпивают, бьются головой о стену, предаются бессмысленным забавам. Их действия только усиливают атмосферу мучительного безделья, тихо тлеющих страстей, невыносимой безысходности устремлений.
В финале вместо упорядоченного пространства начальных сцен мы видим покосившийся мир - угрожающе накренившиеся стены, разбросанные повсюду предметы. Внешний хаос становится метафорой внутреннего состояния героев - опустошенного и лишенного сострадания друг к другу. «Ничего я не хочу, ничего мне не нужно, никого я не люблю...» - говорит словами чеховского Астрова один из них. Но нельзя не заметить авторской симпатии и сопереживания по отношению к этим чудаковатым и мятущимся персонажам, благодаря чему возникает щемяще искренняя интонация. А это не столь уж частое явление в современном танце.
«Наши хореографы ищут себя, свой взгляд на современный танец», - говорит директор фестиваля Вадим Каспаров. Именно на формирование такого взгляда, открытого опыту мировой хореографии и не теряющего из виду богатство собственных танцевально-пластических традиций, и нацелен фестиваль Open Look.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
atv
Заслуженный участник форума
Заслуженный участник форума


Зарегистрирован: 05.09.2003
Сообщения: 4323

СообщениеДобавлено: Сб Авг 24, 2019 12:24 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019082402
Тема| Балет, Танец, Балет Евгения Панфилова, Персоналии, Дмитрий Антипов
Автор| Николай Разумов
Заголовок| Балет Евгения Панфилова откроет сезон в Перми мировой премьерой
Где опубликовано| газета «ЗВЕЗДА»
Дата публикации| 2019-08-23
Ссылка| https://zwezda.su/culture/2019/balet_evgeniya_panfilova_otkroet_sezon_v_permi_mirovoy_prem_eroy_102
Аннотация| ПРЕМЬЕРА

Три одноактных балета из цикла «Литературный курс» – «Десять негритят», «Дом, из которого построен Джек» и «Человека воздуха» – зрители увидят 5 сентября.

О том, как родилась идея спектакля и какое влияние оказал на постановку художник-сюрреалист Рене Магритт, «Звезде» рассказал хореограф Дмитрий Антипов, педагог школы русского балета в Лондоне.

Идея родилась в Лондоне

С Балетом Евгения Панфилова я знаком треть моей жизни – около 10 лет. Время от времени мы сотрудничаем, и каждый раз результат становится все более интересным. Первая совместная работа состоялась в 2012 году. Были малые постановки, затем – проекты для мастерской Владимира Васильева. Идея цикла балетов «Литературный курс» родилась в Лондоне, где я встретился с директором театра и артистами, приехавшими выступить в Оксфорде. Мы поняли, что у нас есть родственные идеи, которые нужно облечь в форму. Последние два года я много интересовался искусством Великобритании и Европы и хотел вынести на сцену интересные произведения. И мы поняли, что танец, мировая литература и живопись может связать интернациональную аудиторию.
Ориентировать международную премьеру на один город нельзя. «Литературный курс» стартует в Перми, и мы уже анонсировали гастроли Балета Евгения Панфилова в Лондоне. Я постараюсь сделать постановку актуальной, принимая во внимание вкусы зрителей разных стран.

Нет ничего неважного

В Лондоне я начал работать два сезона назад. Мне давно хотелось жить и работать в этом городе, поэтому, когда меня пригласили поставить спектакль для школы русского балета, я не раздумывал. Премьера моего одноактного балета «Ангел для меня» состоялась в сентябре 2017 года в театре «Палладиум». Дальше все пошло по накатанной, но непростой дорожке. Накатанной, потому что это моя профессия. Но это совершенно другая страна – люди, менталитет, принципы ведения дел. В Лондоне смешиваются культуры. Это позволяет находить интересные сочетания.
Самым значимым своим достижением я считаю то, что не останавливаюсь ни на секунду. Я нахожусь в постоянном поиске. Множество проектов в разных городах и странах научили меня ценить время, людей и возможности. Никогда нельзя заранее знать, что значимо, а что – нет. Надо радоваться любому событию. Студент научился делать простейший элемент – это победа и его, и моя. Выигранный конкурс, премьера балета – тоже победа! Оглядываясь назад, я понимаю, что нет ничего неважного.

В соавторах – Кристи и Магритт

Я выбрал роман «Десять негритят» Агаты Кристи, потому что его можно интересно интерпретировать. В произведении правила игры были заданы человеком, которого никто не знал. В спектакле будут заданы правила игры, от которой никто не сможет отказаться. Агата Кристи стала для меня сценаристом, а подсказки, как сделать постановку, не иллюстрируя произведение дословно, я нашел в творчестве художника-сюрреалиста Рене Магритта. А в его картине «Сын человеческий» нашлись отправные точки для идеи следующего балета – «Человек воздуха». Символы, заимствованные у Магритта, легли в основу костюмов для артистов.
Детективный сюжет связан с символикой сюрреалистов. В детективе ищут преступника. Сюрреалисты задают загадку, и мы ищем ключ к ней. Так у нас появился человек-загадка. Тот, кто создает мир вокруг себя. Помните английский детский стишок «Дом, который построил Джек»? В нем все тот же человек-загадка, вокруг которого все завязано. Это стихотворение стало ключом ко всей трилогии. События нарастают, как снежный ком, вокруг и внутри пространства – дома, который построил Джек. Но театр – это не здание, это люди. Поэтому я изменил концепцию на «Дом, из которого построен Джек». И для артистов, и для зрителей будет интересно посмотреть на театр глазами постановщика, который не является частью дома, который построил Мастер. Задачи, которые я ставлю перед артистами, связаны с их личностями и жизнью за пределами работы и в работе. Я надеюсь, что они будут проживать и вытанцовывать самих себя, но по моим правилам игры.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20551
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Сб Авг 24, 2019 10:30 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019082403
Тема| Балет, Танец, XIV Международный фестиваль-школы современного искусства «Территория», Персоналии, Акрам Хан
Автор| Александр Фирер
Заголовок| Чужая война
Где опубликовано| портал "Музыкальные сезоны"
Дата публикации| 2019-08-21
Ссылка| https://musicseasons.org/chuzhaya-vojna/
Аннотация|


©Jean Louis Fernandez

Украшением XIV Международного фестиваля-школы современного искусства «Территория» стал антивоенный спектакль-манифест Акрама Хана «Xenos» на сцене МАМТа. Слово «xenos» с греческого переводится как «чужестранец» или «чужой». Гражданин Великобритании, выходец из семьи эмигрантов из Бангладеш Акрам Хан приурочил эту работу к 100-летию со дня окончания Первой мировой войны, посвятив ее памяти сипаев, более полутора миллионов которых были поставлены колониальной Индией в качестве пушечного мяса для воюющей Англии. 45-летний танцовщик и хореограф Акрам Хан знаменит тем, что классический индийский катхак он скрестил с современным танцем, создав неповторимый авторский пластический стиль: в нем и поставлен «Xenos».

Акрам Хан в команде со сценаристом Рут Литтл, сценографом Миреллой Вайнгартен и художником по свету Майклом Халлсом создали длящийся чуть более часа исповедальный опус-монолог, очень человечный и мощный по эмоциональному воздействию спектакль с пронзительным звучанием тем смерти, бесконечности жизни и времени и осмысливающий аспекты человеческой памяти. Соавтор-соратник хореографа Винченцо Ламанья собрал в гомогенный поток индийскую музыку и европейскую. А пять исполнителей (вокал, перкуссия/вокал, контрабас/вокал, скрипка и баритон-саксофон) появляются в общем полумраке происходящего высоко над планшетом сцены, будто поющие ангелы в небесах.

Со сцены крутым подъемом устремлена ввысь плоскость (в начале спектакля опутанная канатами, в финале засыпанная пеплом) как земляная насыпь со стороны окопа или траншеи. У ее подножия расположились два музыканта, выстукивающие ритмическую композицию на мридангамах (традиционный барабан – один из восьми священных музыкальных инструментов в Индии) и погруженные в исполняемые ими карнатические песнопения, передающиеся из рода в род в вокальной манере коннакол. На авансцене разбросаны уютные атрибуты-символы мирной жизни: подушки, стулья, чемодан, качели, граммофон. С колосников на все отрешенно взирают фонари – глаза времени. В спектакле с началом войны, нарушая законы гравитации, наверх канатами безвозвратно утягиваются эти предметы налаженного быта, дабы быть поглощенными жерлом брани.

Акрам Хан появляется внезапно, врываясь в действие и падая на сцену, весь обвитый канатом. В коллективном образе человека, брошенного солдатом на поля сражений. Возможно, тут воевал и танцовщик. Канаты, впивающиеся в тело новобранца, будто путы войны, а бубенцы на ногах кажутся бременем каторжника. Канат станет кабелем связиста-окопника, а домашний граммофон превратится в громкоговоритель и некое сопло прожектора, патрульно высвечивающего безжизненную пустыню после боя. Война пробуждает в человеке звериные инстинкты: в полуживотной пластике героя бьется неровный пульс крадущегося или загнанного зверька, будто пытающегося высвободиться из капкана. И он беззащитен перед смертью.

Спектакль в прямом смысле двухуровневый. Сверху на гребне насыпи действие иллюстративно (с пантомимой событий и судьбами персонажей) и метафорично одновременно. Внизу у рампы – реальное измерение, танец Акрама Хана, его сиюминутное личностное выражение своих эмоций, чувств, переживаний и сопереживаний своему персонажу и конкретным человеческим историям.

Первое соло на авансцене с дробью голых пяток, декоративностью катхаковских кистей, с ферматами замираний и с танцевальными кругами, преобразующимися в протяженные спирали, – отчаянный крик утратившего мирную жизнь. В «расстрельном» эпизоде на вершине окопа как на лезвии бритвы персонаж Акрама Хана под ритуальность музыки «проживает» тысячи смертей: подкошенный пулей он падает навзничь, цепляется за канаты, сползая вниз и неуклонно взбираясь на верх бруствера. В финале под моцартовскую реквиемную «Lacrimosa», аранжированно стонущую, пронизанную монотонным гулом и с органно-хоральным звучанием, весь перемазанный в земле герой, хватаясь за голову, в неистовых кружениях и падениях на колени яростного напряженного соло ожесточенно передает ломку потрясения телесного и душевного. В вихре вращений, во взрывных синкопах он будто пытается сбросить оболочку военной реальности.

С завидным темпераментом Акрам Хан умеет завладеть сценой, он подчиняет всех своему воздействию. Ему дано любое сценическое проявление обратить во вдохновенное действо и пластическое откровение. Его финальный монолог «на истребление» на самом деле – танец жизни, исполненный страдания. Своими драматическим красноречием рук, смерчевыми шене с пульсирующей ритмичностью, гибким выразительным корпусом Акрам Хан умело превращает пластику в повествование. Тело говорит правду. Тело как архив. Персонаж по имени Чужой, как видится, взывает к мирозданию, к небесам, к людям: «Это не война, это конец света… Я убивал. Я был убит. Не достаточно ли?» (Эти слова звучат в начале и в конце спектакля). И скатывающиеся с вершины окопа на авансцену мириады шишек-микровселенных кажутся миллионами жизней, похищенных войной и пришедших им на смену.

В «Xenos» заключен конкретный протест против любой агрессии, воззвание к миру, могучий витальный посыл. Не патетичный, но очень гуманный. Актуальное послание человечеству.

Фото Jean Louis Fernandez


Последний раз редактировалось: Елена С. (Пт Сен 06, 2019 9:36 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20551
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вс Авг 25, 2019 9:13 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019082501
Тема| Балет, Образовательный центр «Сириус» (Сочи), Персоналии, Юрий Бурлака, Владимир Малахов
Автор|
Заголовок| ЮРИЙ БУРЛАКА И ВЛАДИМИР МАЛАХОВ: О ЖИЗНИ В БАЛЕТЕ
Где опубликовано| сайт центра «Сириус»
Дата публикации| 2019-08-16
Ссылка| https://sochisirius.ru/news/2912
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ



Оба артиста балета были выпускниками класса знаменитого профессора Петра Пестова, имя которого знает весь балетный мир. Творческая карьера Владимира Малахова по большей части сложилась за границей, обладатель приза Международной ассоциации деятелей хореографии «Benois de la dance», призер и лауреат Международных конкурсов артистов балета. Юрий Бурлака, напротив, после выпуска из МГАХ работал в России, руководил балетной труппой Большого театра, сейчас – главный балетмейстер Самарского театра оперы и балета.

«Большое счастье, что у вас есть Сириус, – место, где вы можете бесконечно развиваться в профессии», – с этих слов Юрий Бурлака и Владимир Малахов начали встречу.

Впереди предстоял профессиональный разговор о том, что творческий путь артиста балета – это прежде всего титанический труд, строгая дисциплина и безмерное старание, и лишь во вторую очередь – овации и любовь зрителя.

Владимир Малахов: «После окончания хореографического училища я начал работать в Московском классическом балете, где сразу попал на позицию ведущего танцовщика. Карьера складывалась довольно успешно, но давалась это большими усилиями. Уже в работе часто вспоминал Петра Антоновича, который (все знают) был чрезвычайно строгим воспитателем: отдыхать давал по минимум, а требовал втройне. Мы не знали, что такое похвала. Когда он говорил: "Ничего, сегодня было немножко лучше" – для каждого в классе это была личная победа. "Чистота движений" – вот что было для него исключительно принципиальным.

Юрий Бурлака: «В силу разных обстоятельств есть вещи, которых сегодня не хватает отечественной балетной школе. Можно сказать – мы только приходим к новой хореографии, которая долгое время была под запретом. Я занимаюсь русской классической хореографией, всячески ее пропагандирую. Но можно накапливать опыт разных культур и разных школ по примеру Владимира Малахова. Современную хореографию, которая к нам только приходит, мой коллега давно уже исполнил, прочувствовав, что называется, телом, поэтому общение с ним на профессиональные темы откроет вам много нового».

Владимир Малахов: «Любовь к прежним редакциям хореографии, в том числе великого Петипа, и музыкальный опыт передаются. У Юрия Петровича огромная коллекция музыкальной литературы, среди которых есть абсолютно уникальные клавиры (по ним он восстанавливает старые балеты). Наблюдая за его увлеченностью, я тоже занялся собирательством старых изданий и нот, которые крайне сложно найти».

Юрий Бурлака: «Вы знаете, в детстве я хотел стать музыкантом, играл на скрипке. Потом скрипка внезапно разонравилась и увлекло фортепиано. В хореографическом кружке оказался однажды и по чистой случайности – танцовщикам там аккомпанировал баянист, и мне захотелось туда исключительно из-за баяна. Так, можно сказать, случайно произошел главный выбор в моей жизни».

Владимир Малахов: «О строгости великого Пестова слагали легенды: никогда не забуду, как нас выгоняли из класса, если мы работали, по его мнению, не достаточно усердно. Только спустя годы я раскусил хитрость одноклассников, некоторые из которых перед уроком выпивали по пять стаканов воды, а потом с них сходило по семь потов. Признались только на выпускном. Кроме шуток, было тяжело: ты работаешь-работаешь, а тебе педагог "Что деточка, даже не вспотел? Уходи, значит, пока от станка". И ты начинаешь все делать вдвое, втрое усерднее».

Юрий Бурлака: «Наша профессия имеет много слагаемых. И если их разложить, мы поймем, что это не только хореография, не только какая-то механика. Это огромное количество всего, что связано с искусством балета – от музыки до истории. Мы очень благодарны нашим педагогам за то, что они развивали нас разносторонне, прежде всего делая образованными людьми».

Владимир Малахов: «Работа с лучшими педагогами поможет исполнить вашу мечту – танцевать профессионально на ведущих мировых площадках. Вам нужно запомнить одно: когда слушаешь наставника, учиться слышать не только хорошее, но и критику, замечания. Это очень важный момент развития – не жалеть себя, вместе с ним появляется желание и возможность что-то исправить».
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
atv
Заслуженный участник форума
Заслуженный участник форума


Зарегистрирован: 05.09.2003
Сообщения: 4323

СообщениеДобавлено: Вс Авг 25, 2019 11:40 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019082502
Тема| Танец, ХХI международный фестиваль современного танца Open Look, «Каннон данс», СИГА, Арт-проект БОРА, Modern Table, Персоналии, Валерия Каспарова, Ксения Михеева, Пьер Жинер, Фуфуа д’Имобилите, Теро Сааринен, Киммо Похьонен, Юя Кавагучи, Ёсимаса Исибаси, Майкл Гетман
Автор| Наталия Звенигородская
Заголовок| На OPEN LOOK раздавали силиконовые сердца
XXI Международный фестиваль современного танца оказался самым технологичным в истории

Где опубликовано| Независимая газета
Дата публикации| 2019-08-20
Ссылка| http://www.ng.ru/culture/2019-08-20/7_7654_dance.html
Аннотация| ФЕСТИВАЛЬ


Танцовщица Юи Кавагучи установила сердечную связь со зрителями.
Фото Casanova Sorolla/Open Look


В Петербурге завершился XXI Международный фестиваль современного танца. В его афишу были включены спектакли танцевальных трупп из Германии, Японии, Швейцарии, Финляндии, Израиля. Россию представляли работы резидентов устроителя фестиваля Дома танца «Каннон Данс» Ксении Михеевой и Валерии Каспаровой. Центральным проектом стала программа Focus Korea. Выступления трех абсолютно разных корейских компаний современного танца – СИГА, Арт-проект БОРА и Modern Table – с честью продемонстрировали, чего могут добиться в непростом деле вчерашние новички.
Нынешний OPEN LOOK стал самым технологичным в истории. Обволакивающее 3D, созданные к фестивалю VR-инсталляции, светодизайн, мультимедийные чудеса, а в финале – «планетарные танцы» от французского художника Пьера Жинера с уникальной проекцией на купол питерского Планетария.
Но из каких бы дальних или близких краев ни съехались участники фестиваля, какая бы разноголосица языков contemporary (современный танец. – «НГ») ни звучала на Новой сцене Александринского театра или в пространстве «Севкабель Порт», какие бы спецэффекты ни поражали воображение зрителя, очевидно было одно общее стремление или, точнее, не всегда даже отрефлексированная потребность – поговорить или вместе подумать о важном. Важном всегда, но особенно важном – сегодня. Всюду – от Хельсинки до Ирана, от Токио до Соуэто, от Тель-Авива или Сеула до Женевы, Парижа или Кейптауна.
Многие из этих точек на карте соединил своей танц-прогулкой в жанре «документальной хореографии» танцовщик и перформер Фуфуа д’Имобилите. Швейцарская компания «Неопост Фуфуа» показала в рамках фестиваля работу «Dancewalk – Ретроперспектива», отчет о четырехстах километрах, протанцованных Фуфуа д’Имобилите по всему миру начиная с 2015 года. В первые минуты витиевато приплясывающий по дорогам мира человек вызывает едва ли не раздражение – то ли фигляр скуки ради, то ли с жиру бесится. Но очень скоро он втягивает в свою орбиту, и начинаешь думать, как было бы здорово, вот так, пританцовывая вне всяких правил, весело добираться до работы. Освобождаться в движении от негатива. Танц-прогулка ничего не эстетизирует, никого не дискриминирует. Чувствуешь свободу в повседневном, рождаемом внутренним, сиюминутным импульсом творчестве. Думаешь о никого не задевающем радостном праве на субъективность, на инаковость, на новые ощущения. О природных силах и человеческой жажде перемен. Об удовольствии двигаться вперед. Постепенно герой собирает вокруг себя людей, организует их, его танц-демарш превращается в манифест, а значит – чуть-чуть теряет в свободе. Но ведь в Иране или в Боснии это оправданно… Там ведь что-то неправильное творится. И вот уже прогулка становится демонстрацией. Мы же знаем, как лучше. Как надо. Железной рукой (или танцующей ногой) загоним человечество к счастью. Нет, ничего такого веселый, тренированный, симпатичный, очень выносливый и свободолюбивый человек Фуфуа д’Имобилите, конечно, и в мыслях не держал. Но ведь мы свободны думать, что думается.
Мысли о человеческом частном и общечеловеческом рождает по-скандинавски крупно рубленый, мощный и трогательный дуэт «Дыхание». Диалог ведут всемирно знаменитые финны – танцовщик-хореограф Теро Сааринен и аккордеонист Киммо Похьонен. Двое немолодых мужчин в сочиненном для них и только в их исполнении возможном танце проходят путь от тупого тестостеронового бодания к тончайшим эмоциональным нюансам. Страстно и одновременно невозмутимо, с юмором, с совершенно особой телесной и душевной виртуозностью.
Потребность в диалоге вызвала к жизни и 3D-проект танцовщицы Юи Кавагучи и визуального художника Ёсимаса Исибаси. Название «МатчАтриа» состоит из двух частей: матча – чай, атриум – предсердие. Чайная церемония превращается в «сердечную церемонию», когда каждому из 30 зрителей танцовщица вручает по силиконовому сердцу натуральной величины. Все они связаны со специально разработанным прибором, который фиксирует сердцебиение Юи и через динамик транслирует его в режиме реального времени – зрители физически связаны с танцовщицей. Несколько формально, но посыл вполне ясен.
Одна из заслуг, а то и функций современного танца, расцветшего во всем разнообразии красок из танца, называемого когда-то (в противовес классическому балету) свободным, заключается в расширении интеллектуального, чувственного и эмоционального диапазона, в раскрепощении восприятия и развитии способности понять и принять многое, разное. В рассеивании призрачных противоречий. А еще – в культивировании навыка ставить себя на место перформера, сочувствовать, соощущать с ним физически и через это – сопереживать.
Без такого навыка нет, пожалуй, смысла смотреть постановку израильского хореографа Майкла Гетмана «Am I» («Это я»), созданную специально для танцовщицы Талии Паз. Пройдя долгую жизнь в танце, поработав с Охадом Нахарином и Матсом Эком, поучаствовав в спектаклях Иржи Килиана, Каролин Карлсон, Ицика Галили и других лидеров современной хореографии, она захотела рассказать о том, что пережила и что кипит в ней сегодня. Эта пластика рождена не привнесенным извне «художественным замыслом» хореографа, а внутренним состоянием героини здесь и сейчас. Того, кто через соощущение движения сумеет поймать схожее состояние, пройти с ней через все перипетии, достичь психофизического выплеска, ожидает такой редкий сегодня в театре катарсис. Драма частной жизни конкретной немолодой женщины перестанет быть «чьей-то», чужой историей. И что замечательно – никакого ложного пафоса.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20551
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Авг 26, 2019 4:27 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019082601
Тема| Балет, Персоналии, Михаил Мессерер
Автор| Лейла Гучмазова
Заголовок| Михаил Мессерер: "Я не прекращаю отношения с Михайловским театром"
Где опубликовано| Российская Газета
Дата публикации| 2019-08-26
Ссылка| https://rg.ru/2019/08/26/mihail-messerer-ia-ne-prekrashchaiu-otnosheniia-s-mihajlovskim-teatrom.html
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

В конце сезона на Исторической сцене Большого театра прошли гастроли Новосибирского театра оперы и балета. Особое значение они приобрели в связи с тем, что из Сибири привезли так называемое старомосковское "Лебединое озеро", некогда рожденное именно в Большом, но не шедшее здесь 44 года. С балетмейстером, восстановившим спектакль, наследником знаменитой театральной династии Михаилом Мессерером - эксклюзивное интервью "РГ".


Фото: Руслан Шамуков/ТАСС

Михаил Григорьевич, вы десять лет проработали в Михайловском театре и официально ушли с поста именно в закончившемся сезоне, мотивируя уход личными обстоятельствами. Почему сейчас, если эти обстоятельства сложились давно? Да и до Михайловского вы работали почти во всех ведущих труппах мира…

Михаил Мессерер:
Это верно, в Михайловский театр я пришел с серьезным международным опытом и багажом, но ехал вообще-то на один сезон, не думая, что будет интересно остаться. Педагогическая часть моей работы - самая важная, но так получилось, что репертуар Михайловского надо было обновлять. Все время планировал остаться на "еще один сезон", но каждый раз появлялись новые проекты. То взялся ставить "Пламя Парижа", то Фонд Аштона поручил перенести "Тщетную предосторожность"… После пяти лет окончательно собрался уйти, потом - "ну еще полсезона", и так далее.

Семья все это время оставалась в Лондоне, где жена выходит на сцену Ковент-Гарден, а детей выдернуть из системы образования невозможно. То есть, вопрос о переезде даже не стоял. Теперь моему сыну десять лет, это тот пик, когда я ему нужен. Я не прекращаю отношения с Михайловским, ведь большинство репертуарных позиций идут в моей редакции: "Лебединое озеро", "Дон Кихот", "Лауренсия", "Золушка". "Жизель" идет в версии Никиты Долгушина, но тоже мне дорога. Далеко не все удалось сделать, но, безусловно, многое. Я получал всяческую поддержку, и сейчас отношусь к театру, как к старшему сыну, радуюсь успехам и огорчаюсь проблемам, но младшему я сейчас нужнее.

В каком виде вы приняли труппу? Как поднялся ее уровень, я наблюдала своими глазами. При вас балет Михайловского театра встал в один ряд с лучшими труппами мира.

Михаил Мессерер:
Что касается международной репутации, то действительно, театр успешно показал себя и в Нью-Йорке, и в Лондоне, и я знал, на каком языке говорить со зрителями. В наш третий приезд на Альбион нам присвоили премию британской критики British Award как лучшей балетной компании, хотя были более крупные российские труппы-киты, где то ли 300, то ли 400 танцовщиков. А у нас 140… Главное, Михайловскому театру удалось показать, что классический балет может быть представлен не шестью-семью названиями, их гораздо больше.

Вы всегда деликатно говорите о своей знаменитой семье - чем этот почетный шлейф мешал вам и в чем помогал?

Михаил Мессерер
: Мне обычно было труднее, еще со школы, поскольку фамилия обязывает. Принимают всегда по одежке - по семье, но провожают-то по тому, как проявился, и раз меня продолжают приглашать, значит, моя работа приносит какую-то пользу. Так было и до перестройки, и во время, и после. Новый всплеск интереса к русскому балету начался в 80-х годах с развитием видеотехники, на него повлияли Нуреев, Барышников, Лиепа, Мухамедов, Малахов и многие другие. Но если русских танцовщиков-конкурентов за границей часто принимали в штыки, то педагогов - "добро пожаловать, научите, чего нам не хватает".

Вас называют одним из главных пропагандистов российского классического балета на Западе. Какие перспективы у российского и мирового балета?

Михаил Мессерер
: В России только в 90-х появилась свобода выезда, я к тому моменту уже лет 15 здесь не жил. Очевидно, что неизбежная глобализация балета стирает его локальную специфику. Взаимовлияние полезно, лучше иметь много разных стилей, чем больше разнообразия, тем интереснее. Да и невозможно закрыть глаза и выключить Интернет. Но надеюсь, что педагоги будут иметь твердые основы и чувство меры - для себя я это считаю долгом. Вся балетная классика в мире славится как русская - "Лебединое озеро", "Спящая красавица", "Щелкунчик", "Корсар", "Баядерка". Она котируется. Сейчас в российские труппы потянулись иностранцы, все хотят поработать, но Михайловский тут оказался первым, уговорив предоставлять рабочие визы иностранцам-танцовщикам. Я надеюсь, что в преподавании сохранится база, логика классического танца, которую я сам перенимал. Надеюсь на молодых педагогов - моих учеников. Виктор Лебедев (хотя ему еще много лет танцевать), Леонид Сарафанов, Иван Зайцев... В западных труппах у меня занимались молодые ребята, сейчас они тоже сами преподают - это как чаша Грааля будущим поколениям.

Как вы видите свою дальнейшую карьеру - звездный коуч? У вас репутация: Мессерер может приехать на неделю и поднять качество исполнения, привезти любую труппу и показать уровень. На чем сосредоточитесь?

Михаил Мессерер
: Прежде всего, хочу быть хорошим отцом. Но продолжу отношения с друзьями. За последнее десятилетие, несмотря на безумную занятость в Михайловском, умудрялся выбраться поработать с Американским театром балета в Нью-Йорке, с труппами Вены, Копенгагена и Хельсинки. В Риме и Будапеште поставил "Дон Кихота", давал мастер-классы в Английском национальном балете. Сам уж не понимаю, как все успевал.


Последний раз редактировалось: Елена С. (Пт Сен 06, 2019 9:39 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20551
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Авг 26, 2019 4:33 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019082602
Тема| Балет, "Арена ди Верона", Премьера, Персоналии, Сергей Полунин, Алина Кожокару
Автор| корр. ТАСС
Заголовок| Премьера балета "Ромео и Джульетта" с Сергеем Полуниным пройдет в Вероне
В проекте задействованы 26 артистов из 10 стран

Где опубликовано| ТАСС
Дата публикации| 2019-08-26
Ссылка| https://tass.ru/kultura/6798486
Аннотация| ПРЕМЬЕРА

Премьерный показ балета "Ромео и Джульетта" на музыку Сергея Прокофьева, главные роли в котором исполнят российский танцовщик Сергей Полунин и румынская балерина Алина Кожокару, состоится на сцене итальянского амфитеатра "Арена ди Верона". Об этом ТАСС сообщили в пресс-службе Полунина, выступившего инициатором проекта.

"С Йоханом Кобборгом (постановщиком проекта - прим. ТАСС) мы дружим уже лет 10, и я всегда мечтал с ним поработать как с хореографом, с постановщиком. В классическом балете он для меня гений, и я хотел помочь Йохану раскрыть его талант по-новому, хотел, чтобы он поставил классический балет, но в новом формате, в новом видении - классический балет будущего. Для первой такой совместной работы мы взяли "Ромео и Джульетту" - классический сюжет, классическую музыку, классический балет. А в будущем мы будем рассказывать абсолютно неизвестные сюжеты, создавать нечто совершенно новое", - цитирует пресс-служба исполнителя главной роли.

Сценографом балета стал Дэвид Умемото, в проекте задействованы 26 артистов из 10 стран. Полунин отметил, что Кобборг собрал звездный состав: "Прежде всего необходимо сказать об Алине Кожокару: она танцовщица мирового уровня, идеальная Джульетта, я еще учился в школе, а она уже была звездой. Для меня большая честь и ответственность - танцевать вместе с Алиной". Полунин исполнит роль Ромео впервые.

Роль Тибальта исполняет Николас Гайфуллин, Меркуцио - Валентино Зуккетти. Также в балете заняты Татьяна Татич, Винни Диас, Килиан Смит и другие артисты балета. Полунин добавил, что по ходу спектакля танцовщики кордебалета перевоплощаются в разных персонажей: членов семьи Капулетти, семьи Монтекки, горожан, гостей бала. "Все смотрится как интересный фильм: эмоции подаются быстро, нет ничего лишнего, все понятно; скучно точно не будет", - считает артист.

Имена авторов дизайна костюмов организаторы держат в секрете, а в афише обозначают их как "анонимная творческая коллаборация". "Это мои друзья, которые захотели поддержать меня. Однако мы договорились, что пока не будем раскрывать их имена, так даже интереснее. Но костюмы - это что-то невероятное!" - поделился Полунин.

Он рассказал, что новая постановка покажет зрителю, в каком направлении должен развиваться балет. "Зритель должен идти на балет не как в музей, а на сегодняшнее отображение времени. Поэтому у нас классические, но современные декорации, классические, но современные костюмы, классическая, но современная хореография. Наши "Ромео и Джульетта" - не модерн, а именно классические шаги и комбинации, но поставленные по-современному", - пояснил танцовщик.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20551
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Авг 26, 2019 5:08 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019082603
Тема| Балет, Башкирский театр оперы и балета, XXII Международный фестиваль балетного искусства имени Рудольфа Нуреева, Персоналии, Леонора Куватова
Автор| Алла Докучаева
Заголовок| В ожидании балетного марафона. О программе Нуреевского фестиваля в Уфе
Где опубликовано| Еженедельник "Аргументы и Факты" № 34 (Уфа)
Дата публикации| 2019-08-20
Ссылка| https://ufa.aif.ru/culture/art/v_ozhidanii_baletnogo_marafona_o_programme_nureevskogo_festivalya_v_ufe
Аннотация| ФЕСТИВАЛЬ

Главный балетмейстер Башкирского театра оперы и балета – об афише фестиваля, громких именах и памяти великого земляка.


Леонора Куватова с Юрием Григоровичем в музее Рудольфа Нуреева. © / Из личного архива

С 7 по 19 сентября в Уфе, на сцене Башкирского театра оперы и балета пройдет XXII Международный фестиваль балетного искусства имени Рудольфа Нуреева. По традиции он соберёт признанных мастеров хореографии и начинающих танцоров. О предстоящем культурном событии рассказала главный балетмейстер театра Леонора Куватова.

Праздничные сюрпризы

Алла Докучаева, «АиФ-Уфа»: Леонора Сафыевна, вспоминая первые Нуреевские фестивали, не перестаешь удивляться и радоваться, насколько они разрослись и географически, и представительски, и творчески, превратившись в праздники для зрителей и престижные выступления для артистов. Какие сюрпризы приготовлены в нынешнем сентябре?

Леонора Куватова:
Наш генеральный директор Ильмар Альмухаметов, человек весьма креативный, предложил трудную для исполнения, но чрезвычайно интересную идею: провести не один, как обычно, а три гала-концерта, причём именные, с посвящением выдающимся личностям в истории балета. Один из них – поклон великому композитору Петру Чайковскому, балеты на музыку которого входят в сокровищницу мировой классики.

Пройдёт вечер и в честь нашего великого земляка, чьё имя носит фестиваль: в программе отрывки из балетов, в которых блистал Рудольф Нуреев. Третий гала посвящён знаменитому хореографу Юрию Григоровичу, многолетним сотрудничеством с которым гордится наш театр. Кстати, сама мысль об этом фестивале родилась именно у Юрия Николаевича, и он помогал осуществлять идею тогдашнему художественному руководителю балетной труппы Шамилю Терегулову.

– Какие театры ждём в гости?

– Некоторые уже бывали на Нуреевских фестивалях: в этот раз челябинцы покажут балеты «Анна Каренина» и «Кармина Бурана», а Екатеринбургский театр привезет одноактные балеты «Вальпургиева ночь» и «Наяда и рыбак». Последний поставил Юрий Бурлака, пригласил меня на премьеру – очень понравилось. Ждём Московский музыкальный театр им.Наталии Сац с одноактными спектаклями «Шехерезада», «Шопениана» и «Половецкие пляски».

Из Мариинского театра приедут Марина Ширинкина и Алексей Тимофеев, из Баварского гостеатра – Лауретта Саммерскалес и Дмитрий Выскубенко, из знаменитого балета Бориса Эйфмана – Нина Змиевец и Денис Климук. Дмитрий Гуданов из Большого театра, из Челябинского Татьяна Предеина, ученица Екатерины Максимовой.

– А как будет представлен наш коллектив?

– В программе – «Лебединое озеро» и «Легенда о любви», где в главных партиях вместе с нашими исполнителями станцуют солисты известных театров. В «Легенде» заняты Софья Гаврюшина и Рустем Исхаков, а также Мария Виноградова и Иван Васильев из Большого, в «Лебедином» – их коллеги Дарья Хохлова и Артемий Беляков. В концерте увидим «смешанную» пару – Валерию Исаеву с танцовщиком из Казани Олегом Ивенко, наш «доморощенный» дуэт – Гузель Сулейманову и Сергея Бикбулатова. Безусловно, интерес вызовет участие нашей воспитанницы Ирины Сапожниковой и её партнёра Надырбека Каната – они из Владивостокского театра, который теперь является второй площадкой Мариинки.

– Словом, афиша пестрит известными в балетном мире именами – это изюминка Нуреевского фестиваля. А что он даёт молодёжи, кроме знакомства с лучшими представителями танцевальных трупп разных городов?

– Это уже немало для творческого роста. А ещё их собственное участие в выдающемся событии. Надо видеть, с каким энтузиазмом наши артисты готовятся к фестивалю, как хотят выступать, доказывать, что многое умеют. Этот смотр балетного искусства – праздник не только для зрителей, но и для участников. Обязательный его штрих – молодёжные концертные номера. Нынче хореограф Ринат Абушахманов поставил для восьмерых танцовщиков «Октет», включив в эту группу ребят, только что окончивших наш колледж, – Аню Григорьеву, Салавата Булатова, Айрата Масегутова, Расиля Сагитова.

Памяти гения

– Хореографический колледж, носящий имя мировой знаменитости, наверняка привлекает внимание гостей города. Есть что им показать, кроме самого здания с барельефом – бывшей школы, где учился гений балета?


– У нас действует небольшой музей, который формировали с огромной любовью. Если бы помещение позволяло, сделали бы большую экспозицию, но не хватает площадей даже для занятий. Надежду возлагаем на давно обещанный учебный театр, там можно было бы в коридорах разместить фотогалерею – кадров с присутствием Нуреева немало – и открыть в этом здании музей городского значения. Но главное – в колледже живет духовная память о великом земляке: обучение строим на традициях вагановской хореографической школы, которая дала основу для развития его таланта, в Питере же обучались и большинство наших педагогов. Рудольф Нуреев был новатором в танце, мы тоже стараемся не стоять на месте, расширили программу по современной хореографии, которая очень интересует творческую молодёжь. Постоянно готовим номера в современной манере танца. И не забываем классику балета, в которой Нуреев был неповторим.

– Вопрос не только как худруку балетной труппы, но и как Почетному гражданину Уфы: что нужно сделать для дальнейшего увековечения памяти знаменитого земляка в нашем городе?

– Отвечу как коренная уфимка: поставить ему достойный памятник. Сейчас проект разрабатывается, нам с директором колледжа Олией Вильдановой показывали наброски. Но этот процесс необходимо ускорить. И раскинуть вокруг памятника зелёную зону – сквер или парк, чтобы у уфимцев появилось ещё одно любимое место, связанное с именем их гениального земляка, которым восхищается весь мир. Сегодня на уровне государства наследие замечательного танцовщика изучается и пропагандируется. Один из примеров – традиционно проводимый в Уфе Международный фестиваль.

Кстати

В конце августа балетная труппа Башкирского театра оперы и балета выезжает во Францию, где покажет балет «Баядерка» Людвига Минкуса на XX фестивале российского искусства в Каннах.

«Это один из лучших балетных спектаклей современного репертуара, который и раньше ставился на башкирской сцене, всегда пользовался любовью зрителей, – говорит ветеран журналистики Нина Жиленко. – Этот балет знаменателен для Рудольфа Нуреева: он танцевал в нём на сцене Кировского театра. Именно в партии Солора своими умопомрачительными прыжками и вращениями Нуреев покорил парижскую публику в июне 1961 года во время знаменитых гастролей, после которых остался на Западе. «Баядерка» стала его последним триумфом: за три месяца до смерти он поставил её в парижской Гранд-опера. В марте 2003 года фрагмент балета – сцена «Тени» – был сделан по просьбе итальянских импресарио и показан в Милане на вечере памяти Рудольфа Нуреева, посвящённом 65-летию со дня его рождения. И осенью того же года балет поставлен полностью (блестящая балетмейстерская работа Шамиля Терегулова). В ноябре состоялась премьера, а через месяц башкирская труппа уже гастролировала с «Баядеркой» по городам Италии».

В последние годы исполнительский состав пополнился новыми талантливыми исполнителями: Олег Шайбаков, Рустам Исхаков, Анна Хасанова, Ирина Сапожникова, Софья Гаврюшина, Валерия Исаева...
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20551
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Авг 28, 2019 9:27 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019082801
Тема| Современный танец, Международный фестиваль современного танца, Персоналии, Ирина Черномурова
Автор| Ольга Русанова
Заголовок| ИРИНА ЧЕРНОМУРОВА:
DANCEINVERSION – ЭТО БОЛЬ И НАСЛАЖДЕНИЕ, УПОЕНИЕ ФОРМОЙ И МОЩНЫЕ СЮЖЕТЫ

Где опубликовано| Журнал Музыкальная жизнь
Дата публикации| 2019-08-28
Ссылка| http://muzlifemagazine.ru/irina-chernomurova-danceinversion-yeto-bol-i-nasl/
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

10 сентября в Большом театре открывается DanceInversion – крупнейший в нашей стране международный фестиваль современного танца. Почти два месяца на пяти московских сценах будут выступать девять танцевальных компаний мира. И это лучший подарок фестиваля к собственному 20-летию. Об этапах развития проекта, его афише, формате Ольга Русанова (ОР) поговорила с его художественным руководителем и продюсером Ириной Черномуровой (ИЧ).

ОР В этом году исполняется 20 лет фестивалю DanceInversion, на котором мы все в каком-то смысле выросли как профессионалы, потому что изначально это было окно в мир – мир современного танца. И что очень важно, фестиваль неуклонно развивался, рос, креп… Потому что часто бывает иначе: яркое начало, вспышка, а потом затея превращается в рутину, сбавляет обороты.

ИЧ Я с вами согласна: проще сделать фестиваль один раз, «выстрелить», гораздо сложнее создавать проекты, которые живут во времени. Они должны развиваться, вслушиваться в окружающий мир, вслушиваться в себя и периодически нуждаются в переосмыслении. Первые фестивали рождались легко, мы были ненасытны. В России тогда вообще не было фестивалей такого рода, даже в столице, нам нетрудно было «кидать шары»: все было в новинку. Вообще, первый этап был замечательным: мы сами учились и как-то быстро-быстро представили несколько роскошных культовых имен. Сейчас я думаю: боже мой, к нам приезжал Иржи Килиан, который с тех пор так больше в России и не был (теперь уже из-за заболевания, которое позволяет ему передвигаться только на машине). Ян Фабр, Триша Браун, Анжелен Прельжокаж – фантастические первые топ-имена, которые были представлены.

А вот дальше стали возникать проблемы, потому что очевидного и прекрасного не так много. Как жить дальше, как развивать, как показывать современный танец? Кто приходит на смену топовым фигурам? Тут требовались дополнительные усилия и знания, надо было становиться профессионалами – ведь на первом этапе мы были очень хорошими учениками, влюбленными в идею показать другой, неклассический танец. А ответить на вопрос, в какую сторону развивается современный танец, что и как в нем открывать, что привозить, оказалось куда сложнее.

ОР К тому же у вас конкуренция огромная, потому что Чеховский фестиваль, например, тоже привозит много современного танца…

ИЧ Эта ситуация возникла лет 10 назад… Поначалу никакой конкуренции не было, мы чувствовали себя свободно. В эту область современного танца как раз никто не ходил. Более того, нас еще согревала идея русских «босоножек» (так мы называем танец без пуанта), они очень хотели прорваться в центральные города (а главным тогда был Витебский фестиваль). Молодые Оля Пона, Таня Баганова, прекрасный Женя Панфилов… На первых фестивалях мы всегда показывали наши группы – гала-концерты, спектакли, чтобы помочь их становлению, признанию. И мне кажется, эта работа способствовала тому, чтобы их признало профессиональное сообщество, а на «Золотой Маске» появилась номинация «современный танец».

ОР Сейчас даже трудно поверить, что ее когда-то не было.

ИЧ Не было, не было. Это же все появилось после наших фестивалей – Европейского фестиваля современного танца (EDF) и Фестиваля современного американского танца (ADF). Именно из них вырос DanceInversion.

ОР А в последние годы российских групп у вас как раз нет…

ИЧ Объясню, почему. По мере того, как они встали на ноги и легализовались, их стала представлять «Золотая Маска»: стало бессмысленно работать в дубль. И мы, выполнив миссию презентации русского контемпорари на территории академического театра, передали эту работу «Золотой Маске».

ОР Итак, в 2003 году вы превратились в DanceInversion (в переводе – «инверсия танца»).

ИЧ Да, потому что в какой-то момент поняли, что деление на территории стало очень сковывать. Стоит ли делить танец на американский модерн и европейский контемпорари? И когда наш выбор пал на канадского хореографа Эдуарда Лока (приезжал на наш фестиваль в 2003-м), стало понятно, что надо делать пространство единым, тогда мы и решили называться «DanceInversion», перестав быть только «Евродансом» (EDF) и «Американ данс фестивалем» (ADF). Для начала надо было осознать, что танец многообразен, он существует в разных точках мира, и мы объединились под этим названием, предполагая, что теперь любая инверсия танца может стать предметом показа на фестивале.

ОР Сейчас у вас выстроилась концепция, в основе которой – широкая география. Я вспоминаю ваши фестивали 2, 4, 6 лет назад: вы привозили труппы из Австралии, Новой Зеландии, Бразилии…

ИЧ Да, за эти 20 лет мы делали не только фестивали, но и Недели немецкой, французской хореографии, американского танца, а еще отдельные проекты – как, например, «Жизель» Матса Эка (Балет Лионской оперы). Стало вдруг очевидно, что мультикультурность в определенной мере опасна, потому что она ведет к универсализму и нивелировке каких-то важных вещей. И я сказала себе: надо искать хореографов, которые несут в себе другой генетический код – тот, что всегда питал европейское искусство и продолжает его питать. Поворот к элементам национального в танце дает свой результат до сих пор. Акрам Хан – британский танцовщик бангладешского происхождения, Сиди Лярби Шеркауи – бельгиец с марокканскими корнями, Шен Вей – китайский художник и хореограф, работающий в Нью-Йорке… Вдруг возник ряд имен, компаний и территорий, которые представляют свой необычный взгляд на искусство и современный танец. Думаю, это был правильный ход, который дал нам возможность жить дальше.

ОР Хочу обратить внимание на важную особенность вашего формата: вы сочетаете то, что давно уже любимо публикой…

ИЧ …назовем это классикой…

ОР …да, и в данном случае – это, например, NDT (Нидерландский театр танца) – я перехожу уже к афише предстоящего фестиваля. А с другой стороны – вы всегда открываете новые миры. На юбилейном фестивале будет Китай…

ИЧ …а также Ливан, испанские баски, американский степ.

ОР Вообще юбилейная афиша мне кажется особенно мощной – девять спектаклей, да каких!

ИЧ Да, девять спектаклей девяти компаний мира. Это некоторый предел, такой фестиваль сделать непросто (в прошлый раз, скажем, спектаклей было восемь). Ведь наш принцип неизменен: обязательно давать что-то новое, открывать компании для России. А иногда и представить страну, как мы это делали с Новой Зеландией, Бразилией, ЮАР. Юбилейная программа продолжает эту традицию: мы не хватаемся за известные бренды, за то, что на слуху, что публика любит. Конечно, немного опасно привозить новое и неизвестное, зато очень интересно. И мне кажется, наши зрители как раз ждут открытий: какие будут новые компании, новые хореографы?

ОР Перейдем к афише этого года. Прокомментируйте, пожалуйста, ваш выбор.

ИЧ Я очень горжусь испанским спектаклем «Оскара» хореографа Маркоса Морау. Это имя уже очень известно в Европе, а мы его еще не знаем. Этот спектакль компании басков «Кукай» уже объездил несколько фестивалей, в том числе побывал в Монте-Карло и не только. Мне приятно узнавать об этом – значит, я не ошиблась в выборе.

Еще о национальном. Мы всегда на фестивалях представляли Америку, но сейчас я поставила задачу найти что-то необычное. У меня была идея показать компанию степа – лучше американцев его никто не исполняет, мы знаем это искусство по голливудским фильмам, по Фреду Астеру. И наконец теперь звезды сошлись, и мы представляем компанию «Дорранс дэнс», которая абсолютно эксклюзивна и необычайно востребована: их трудно поймать. Все три их пьесы основаны на степе, но при этом в них есть «прививка» контемпорари дэнс. Так что мы показываем американский степ не в эстрадном виде, не в том, к которому приучил Астер, а в сочетании с современным танцем: это пьесы со своим развитием, сюжетом. И это подлинное национальное искусство США.

ОР А у нас степ называется чечеткой…

ИЧ Да, у нас тоже есть, но американцы придали этому танцу особый шик. И конечно, эта джазовая импровизационная природа музыки, которая лежит в основе самого танца, очень важна.

ОР Теперь о Китае. Летом было много китайских компаний на Чеховском фестивале, у вас с китайского спектакля все и начинается…

ИЧ Да, я решила привезти компанию «Павлин» со спектаклем «Весна священная» хореографа Ян Липин. Думаю, нашей публике будет интересно увидеть знакомый сюжет и услышать знаменитую музыку в сочетании с китайской философией. Это не «Весна священная» Нижинского–Рериха, Бежара или Татьяны Багановой. Это красивый спектакль с тибетскими напевами, тибетской философией, почти тибетской службой – настоящее священнодействие.

ОР А почему компания называется «Павлин»?

ИЧ Потому что за основу танцовщики взяли движения этой птицы и превратили их в высокое искусство. Ян Липин – это культовая фигура в Китае, заполучить ее сложно. Летом они показали этот спектакль в Лондоне, потом в Эдинбурге.

ОР Одно из главных открытий юбилейного фестиваля – ливанская группа Омара Ражеха.

ИЧ Думаю, многие удивятся, что танец существует в регионе, который мы привыкли видеть только в тревожных новостях. «Минарет» – это очень трагический, очень честный спектакль и при этом актуальный – как раз о том, как погибают культурные ценности на вечно пылающем Ближнем Востоке. Расскажу только одну сцену: в какой-то момент над залом возникает летающий дрон. При этом создается полное ощущение бомбежки. Хореограф достигает такого эмоционального накала, что ты просто кожей чувствуешь, как страшно, когда на твоих глазах разрушается то прекрасное, что человечество всегда умело создавать. Это спектакль-боль, спектакль-крик о том, чего мы не должны делать, если называем себя человеческой цивилизацией. Я считаю, замечательно, что современный танец может быть актуальным, заниматься не только формальными поисками, а открывать смыслы, вскрывать болевые точки, а хореограф может услышать мир так, как слышит его Ражех.

ОР В аннотации я прочла, что это память о разрушенной мечети.

ИЧ Да, это события последнего десятилетия. Но вспоминаются многие вещи: разрушенная Пальмира, разграбленный Багдад. Казалось бы, XXI век, но какое варварское состояние голов, умов… Театральные средства здесь вроде бы простые, но они бомбят душу. Вообще, балет и танец – это, слава богу, далеко не только наслаждение. И в нашем фестивале есть разное: и боль, и наслаждение, и упоение формой, и мощные сюжеты.

Тот же любимый в Москве Балет Лионской оперы всегда прекрасно танцевал хореографию конца XX века: Матса Эка, Килиана. И вдруг спектакль «Улица Ванденбранден, 31». Меня он поразил: в нем все боли и проблемы Европы – растерянность, одиночество, неприкаянность. Это театр на острие событий. Они плачут и переживают о том, что мы не можем найти свой дом в этом мире. Это не тот Лионский балет, который мы привыкли видеть.

Первый раз приедет балет Норвегии – балет «Гедда Габлер», созданный по мотивам очень известной в России пьесы Ибсена. Труппа развивается буквально на глазах. Марит Моум Ауне – не просто хореограф, но в первую очередь режиссер. «Гедду Габлер» стоит посмотреть в том числе и потому, что это полнометражный балет, а с ними, как известно, огромная проблема. Короткая пьеса – это здорово, это такие поэтические высказывания, но публике часто нужны более полнокровные, полносюжетные спектакли. Мне было важно показать, что сюжетный балет не умирает, а продолжает искать себя. И «Гедда Габлер» – один из таких образцов.

Акрама Хана в этом году много. Но каждый раз он в разных ипостасях: на Чеховском фестивале показали «Жизель» – это его постановка, но в исполнении не его компании, а Английского национального балета. В июле в МАМТ в рамках фестиваля «Территория» представили спектакль «Xenos», которым он прощался со сценой как танцовщик. А мы покажем Акрама Хана-хореографа с его собственной компанией, причем это его последняя премьера – «Перехитрить дьявола». Выбор был сделан еще до того, как спектакль был выпущен, он связан с нашей огромной любовью к этому хореографу, с нашими прекрасными отношениями и абсолютной уверенностью в том, что он сделает что-то чрезвычайно интересное. Самое главное: я верю в глубину этого человека, глубину его размышлений о мире. Если говорить о самом танце – интересно, как он работает с телом, что через тело он нам рассказывает. Потому что это глубокий мастер, философ, при этом очень оригинальный хореограф, потому что его природа, эти национальные крови, в которые попала европейская «прививка», дают в танце изумительный результат. Московская премьера состоится 8 октября, после выступления труппы Акрама Хана с этим спектаклем в Штутгарте и Авиньоне.

ОР В вашей юбилейной афише целый ряд и других знаменитых имен…

ИЧ Да, мы много показывали экспериментального, нового. Но наступает момент, когда надо танец опять собрать и посмотреть на все через призму классики. В 2011 году мы провели фестиваль, посвященный национальным компаниям, которые стали лицом национального искусства. Теперь продолжаем эту тему: пригласили балет Осло, NDT, у которого свой большой классический репертуар и который продолжает давать миру имена прекрасных хореографов. Пол Лайтфут, когда мы привозили его впервые в 2011 году, только стал руководителем компании (вместе с Соль Леон). А теперь, наоборот, он попрощался с этим театром, видимо, теперь и у него, и у театра начнется новый этап. «Отключка» и «Несравненная Одиссея» в нашей нынешней афише (23-25 октября, на Новой сцене Большого театра) – это они, Пол Лайтфут и Соль Леон.

Еще в этой же программе два важных имени хореографов – Кристал Пайт («Заявление») и Марко Гёке («Проснулся слепым»), обе пьесы специально созданы для NDT.

Вообще, завершать фестиваль должна была испанская компания «Кукай». Но у нас совпали интересы с фестивалем «Золотая Маска», который празднует 25-летие, у них идет свой юбилейный мини-фестиваль. И мы по случаю наших юбилеев решили объединить усилия. «Автобиография» – это совместное приношение и завершение обоих фестивалей. Спектакль уже показывали в России на Платоновском фестивале. Это замечательный Уэйн МакГрегор. Он и Кристофер Уилдон – сегодня два ведущих хореографа, которые работают на территории Великобритании. Оба – главные приглашенные хореографы Королевского балета. МакГрегор ежегодно создает балеты для Королевского балета, но в данном случае это его компания и его осмысление пути хореографа и танца вообще. Работа эта, в общем, – классика. Потому что МакГрегор, как и Пол Лайтфут, – это классики первого двадцатилетия XXI века. Таким будет наше завершающее дружественное пожатие, наш заключительный аккорд.

P.S. За 20 лет на фестивале DanceInversion в Москве были представлены пять континентов и острова Новой Зеландии, Ирландия и Куба, 30 стран, 78 компаний и почти 90 хореографов.


Последний раз редактировалось: Елена С. (Пт Сен 06, 2019 9:43 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска Часовой пояс: GMT + 3
На страницу Пред.  1, 2, 3, 4  След.
Страница 3 из 4

 
Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах


Яндекс.Метрика