Список форумов Балет и Опера Балет и Опера
Форум для обсуждения тем, связанных с балетом и оперой
 
 FAQFAQ   ПоискПоиск   ПользователиПользователи   ГруппыГруппы   РегистрацияРегистрация 
 ПрофильПрофиль   Войти и проверить личные сообщенияВойти и проверить личные сообщения   ВходВход 

Общество Друзья Большого балета
2019-06
На страницу Пред.  1, 2, 3, 4 ... 10, 11, 12  След.
 
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска
Предыдущая тема :: Следующая тема  
Автор Сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20643
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Июн 07, 2019 5:53 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019060705
Тема| Балет, БТ, Премьера, Персоналии, Петр Нарделли
Автор| Елена ФЕДОРЕНКО
Заголовок| «Разве можно было сказать «нет» Бежару?»
Где опубликовано| © Газета «Культура»
Дата публикации| 2019-06-06
Ссылка| http://portal-kultura.ru/articles/balet/259430-razve-mozhno-bylo-skazat-net-bezharu-/
Аннотация| Премьера, ИНТЕРВЬЮ

Большой театр готовится к премьере «Вечера балета», в который войдут два одноактных шедевра: «Парижское веселье», сочиненное Морисом Бежаром в 1978 году на музыку Жака Оффенбаха, и «Симфония до мажор» Жоржа Бизе, поставленная Джорджем Баланчиным в 1947-м.

Основная интрига — 70-минутный опус Бежара, хореографию которого обожали танцевать наши легенды: Майя Плисецкая, Екатерина Максимова, Владимир Васильев.

Для постановки в Большой приехал педагог-репетитор Петр Нарделли. «Культура» попросила его представить спектакль и рассказать о работе с Морисом Бежаром.


Фото: Катерина Новикова

культура: Где и как состоялось Ваше знакомство с Бежаром?
Нарделли: Я — поляк, родился в Польше, окончил балетное училище в Варшаве, работал в «Театре Вельки» в те годы, когда труппу возглавлял Алексей Чичинадзе. В 1970-м я получил приглашение от Розеллы Хайтауэр — руководителя балетной труппы Марсельской оперы. Там довелось встретиться с Рудольфом Нуреевым, в его редакции «Дон Кихота» исполнял цыганский танец. В привычной вам версии его представляет женщина, в нуреевской — солист-мужчина. Вскоре Ролан Пети открыл в городе свой «Бале де Марсель» и взял меня на положение солиста. В молодые годы я работал в разных коллективах, в том числе и в Королевском балете Швеции. В 1973-м получил контракт от Бежара и его труппы «Балет ХХ века». Попал туда по рекомендации Хайтауэр. Она сказала: «Морис, пригласи Петра, не пожалеешь». Розелла — личность легендарная, королева эквилибра и баланса, первая партнерша Нуреева на Западе, в труппе маркиза де Куэваса. Ей Бежар отказать не мог и ответил: «Первый раз в жизни беру танцовщика, которого никогда не встречал».

В середине 70-х к нам приехала Майя Плисецкая. Она говорила только по-русски, я ей помогал с переводом. Она мечтала станцевать «Болеро» на своем вечере в Большом театре. Бежар решил делегировать меня для репетиций с сорока юношами, которые танцуют вокруг стола. Но советское Министерство культуры запретило — постановка показалась эротической. Но Майя — умная женщина, настояла на моем приезде в Австралию, где гастролировал Большой балет, там я и репетировал с московскими артистами. Потом ездил с Майей в Аргентину, Германию и другие страны — везде учил местный кордебалет. В 1979-м я ушел из труппы Бежара, мы с другом открыли балетные классы в Брюсселе — дела шли хорошо, результат нас радовал.

культура: Почему покинули сцену так рано — из-за конфликта?
Нарделли: Никаких столкновений не было. В это невероятное время все хотели видеть балеты Бежара, мы выступали каждый день. Помню, на гастролях в Париже давали 30 спектаклей подряд, без выходных, и внезапно у меня возникло чувство, что я танцую, как машина. Вот и ушел. Однако через два месяца Бежар позвал меня преподавать в его школе «Мудра». Думаю, обо мне как педагоге Морису рассказал Азарий Плисецкий — он тогда вел уроки в бежаровской труппе «Балет ХХ века», ездил с нами в поездки. Прошел год в «Мудре», и Бежар попросил меня отправиться в Штутгарт-балет, чтобы выучить с артистами «Петрушку» — знаменитый спектакль, поставленный на уникального Владимира Васильева. Хотел отказаться, но разве можно было сказать «нет» великому Бежару? Вспоминал спектакль, смотрел записи, готовился. После премьеры мы ужинали с Бежаром и Марсией Хайде, которая руководила штутгартским коллективом. В непринужденной обстановке застолья она попросила поставить с ее артистами «Парижское веселье». В 1983-м я впервые перенес этот балет. После премьеры в Германии посыпались предложения из Австралии, Дании, Чили. В те годы мы тесно общались с Бежаром. В 1987-м он переехал вместе со своей труппой в Лозанну, а я остался в Брюсселе, контакты заметно сократились. Меня удивил его звонок в середине 90-х с просьбой сделать «Девятую симфонию» в Парижской опере. Работа оказалась интересной и невероятно сложной — три сотни артистов на сцене, но я справился.

культура: Чья идея поставить в Москве «Парижское веселье»?
Нарделли: Это желание Большого театра. Лет семь тому назад меня пригласили осуществить «Парижское веселье» в Римской опере. Сейчас труппа сильно выросла, но тогда мне не хватало людей, чтобы сделать спектакль. Я отказался, уже укладывал чемоданы, но как-то странно давила грусть и сожаление — и меня осенило: можно придумать короткую версию из фрагментов балета. Так и сделал, получилось хорошо. Фонд Бежара разрешил, но попросил назвать спектакль «Сюитой из «Парижского веселья». Потом директор балетной школы Академии театра «Ла Скала» Фредерик Оливьери пригласил сделать этот вариант для учеников. Главную роль танцевал Анджело Греко, сейчас он знаменитый премьер в Сан-Франциско; позже — Якопо Тисси, нынешний солист Большого. Махару Вазиеву, который тогда руководил миланским балетом, спектакль нравился. Он и позвал меня в Москву. «Парижское веселье» в Большом — событие историческое: впервые произведение Бежара войдет в репертуар российского театра.

культура: Не все считают выбор правильным.
Нарделли: Я тоже слышал такое мнение — мол, Бежар — это «Жар-птица», «Весна священная», «Болеро», а «Парижское веселье» — произведение нетипичное для хореографа. Не согласен. Бежар — разнообразен, и «Веселье» — важная часть его театра. Балет невероятно трудный: полсотни танцовщиков, 18 солистов и актерское раздолье: у каждого свои художественные задачи и разные вариации.

культура: Как рождалось «Парижское веселье» и почему Бежар обратился к теме после балета Леонида Мясина, поставившего одноименный спектакль в 1938 году?
Нарделли: Морис знал спектакль Мясина и в молодости танцевал в нем. Балет Бежара совсем другой. К музыке, собранной для Мясина Мануэлем Розенталем, хореограф добавил две песни из оперетт. Мануэль, кстати, дирижировал нашей премьерой в 1978-м. Бежар получал удовольствие, создавая этот спектакль. Работа доставляла ему радость, иногда казалось, что на репетициях он развлекался. Началось все с визита журналистки Жаклин Картье — она принесла свой сценарий мюзикла о жизни Оффенбаха. Бежар загорелся идеей сочинить по нему балет, собрал нас всех, рассказал о задуманном, но мы, правда, ничего не поняли. Он сочинял для каждого разные движения, репетировал фрагментами. Когда же он их собрал — получилась прекрасная театральная история.

культура: Можете познакомить с сюжетом?
Нарделли: Главный герой — юноша Бим приезжает в Париж, чтобы учиться танцу. В студии встречает педагога, которая его любит и тиранит одновременно — она хочет сделать его лучшим. Третья роль — сам композитор Жак Оффенбах. Все образы имели прототипы. С композитором понятно, в Биме немало автобиографического: так в детстве называли самого Бежара, он же родился в Марселе и приехал в столицу постигать искусство. Роль создавалась для Виктора Ульяте — потрясающего танцовщика маленького роста. Постепенно я понял, каким удовольствием для Бежара было создавать эту роль, — он вспоминал свое детство и юность, друзей и холодную комнату Парижа, которую снимал во время учебы. Известно, что прообразом педагога была мадам Рузанн (Рузанна Саркисян) — учительница всех знаменитых танцовщиков тех лет. Когда она умерла, ее гроб несли — Бежар и Ролан Пети, Жан Бабиле и Пьер Лакотт. Мадам Рузанн обожали все, даже те, кто не испытывал нежности друг к другу, как Бежар и Пети, например.

В балете — двойная история: реальность, в которой живет Бим, и мир его грез. Действительность и фантазии перемешиваются. Сюжет богатый — его трудно пересказать. Годы Второй империи и начало Третьей республики, стиль второго ампира и сцены в Парижской опере, императрица Евгения и графиня, урожденная Ростопчина, с бородавками на лице.

культура: Кто станцует премьеру?
Нарделли: Состав еще не определен. Бима репетируют Георгий Гусев, Алексей Путинцев, Денис Захаров, но он высоковат. Роль учительницы осваивают Ирина Зиброва, Вера Борисенкова, Анна Антропова и Екатерина Миронова. На очень важную партию Оффенбаха определены два великолепных артиста — Игорь Цвирко и Вячеслав Лопатин. Артисты репетируют с удовольствием, что меня невероятно радует.

культура: Балет наверняка веселый?
Нарделли: Конечно, но реакция бывает разной. Иногда улыбаются, в Штутгарте хохотали все время — Марсия Хайде придавала учительнице черты яркого гротеска. Зрители «Ла Скала» вскакивали со своих мест и финальный канкан смотрели стоя. И в то же время, если спектакль хорошо сделан и исполнен, то к окончанию у меня часто наворачиваются на глаза слезы.

культура: Вы сами танцевали в «Парижском веселье»?
Нарделли: Одного из друзей Бима, мечтал о роли Оффенбаха, но не получилось.

культура: Каким Вам запомнился Бежар?
Нарделли: Невероятно умным. Наверное, это определили гены — ведь он был сыном известного философа Гастона Берже. Все свободное от сочинения танцев время Бежар читал и слушал музыку. «Проглатывал» по книге в день, увлекался старыми фильмами — знал их наизусть. Сейчас хореографы считают себя креативными и успешными, если сочиняют один балет в год. Бежар выпускал пять-шесть спектаклей в сезон, одновременно создавал несколько постановок. Утром ставил под восточную музыку, днем переходил в другой зал и работал с современными мелодиями Булеза, а в третьем — звучал Верди или Пуччини. В один день. Его работоспособность, умение переключаться и скорость мысли поражали. Когда я приехал в труппу, то сразу попал на первую репетицию балета «Голестан», на традиционную восточную музыку, через три недели мы уехали в Иран — балет был уже сделан. Не хочу никого критиковать, но мне странно, когда хореографы приходят к артистам неготовыми. Наверное, это какой-то другой способ работы. Бежар всегда четко знал, чего хочет. Конечно, иногда по ходу репетиций он менял задуманное, но никогда не появлялся в зале с пустой головой, она была переполнена идеями. Работа с ним — процесс гениальный. Иногда он разрешал нам импровизировать, но объяснял, в каком направлении нам фантазировать, во имя чего.

культура: Когда же Бежар спал — по одной книге в день, три балета одновременно, гастроли, текущие театральные хлопоты?
Нарделли: Он, кажется, вообще не отдыхал. Относился к людям, которых заряжают буквально несколько часов сна. Кстати, он смотрел все свои спектакли — сидел с поднятой головой и очень прямой спиной. Однажды я спросил: «Морис, как ты можешь смотреть сотню раз, например, «Весну священную»?» Он ответил: «Мне это необходимо. Возвращаюсь домой, захожу в ванную и под звуки воды в голове открывается «запись» увиденного, и я вновь обдумываю и изобретаю». Он был безумно знаменит, его узнавали на улице и в ресторанах, просили оставить автограф, подписать программку. Бежар — гений, он совершил революцию в балете.

культура: Можете сформулировать — в чем она?
Нарделли: Мужчины в его балетах затанцевали. Конечно, был Дягилев, но до Бежара танец все-таки ассоциировался с белыми пачками и дамами. Иногда он разоблачал мужчин, добавлял в их пластику гибкие, изысканные, поющие, женские движения, но ни одно из них не было бессмысленным, каждый шаг — продуман. Во-вторых, он первым открыл танец — энергичный, чувственный, выразительный — людям. Может, в России, происходило иначе, но в Европе до Бежара балеты посещало высокое общество, их показывали в богатых оперных театрах. А мы танцевали во дворцах спорта и на огромных стадионах. Когда в Мексике Бежар поставил открытие Олимпийских игр, это казалось феноменальным. Сейчас такие опыты хореографов кажутся естественными, но он был первым в этой области.

Бежар обгонял время, в которое жил, лет на пятьдесят, и у него был обостренный нюх на события. В Германии он поставил почти пятичасовой балет «Кольцо вокруг кольца» по оперному циклу «Кольцо нибелунга» Рихарда Вагнера, эту музыку он обожал. Бежар придумал декорацию: на сцене возвели колоссальную стену, которая разрушалась. Но в период репетиций спектакля никто не знал, что реальная берлинская стена скоро падет, — это произошло незадолго до премьеры. Провидец!

Конечно, есть стиль Бежара — особые руки, как в «Болеро», узнаваемые движения, определенная манера. Но все это для него не так важно, как сам театр — яркий, захватывающий, зрелищный, разнообразный. Для мира искусства Бежар — потрясающая фигура. Замечательно, что Махару Вазиеву пришла в голову идея взять «Парижское веселье» в репертуар Большого. Морис — мой духовный отец, я счастлив прославить его имя, ставя балеты в разных странах мира.


Последний раз редактировалось: Елена С. (Ср Июл 03, 2019 3:52 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20643
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Июн 07, 2019 6:59 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019060706
Тема| Балет, Большой театр Беларуси, Персоналии, Инесса Душкевич
Автор| Инна Валевская
Заголовок| «Бей качеством!» Прима белорусского балета Инесса Душкевич отмечает юбилей
«Даже если стираете пальцы в кровь, зритель должен видеть ваши улыбки…»

Где опубликовано| © "Аргументы и факты" в Беларуси № 23 04/06/2019
Дата публикации| 2019-06-04
Ссылка| http://www.aif.by/timefree/culture-news/bey_kachestvom_prima_belorusskogo_baleta_inessa_dushkevich_otmechaet_yubiley
Аннотация| Премьера, ИНТЕРВЬЮ


Инессу Душкевич называют одной из самых загадочных и романтических балерин. © / АиФ

24 июня юбилей отметит народная артистка Беларуси, балерина Инесса Душкевич, которую называют одной из самых загадочных и романтических балерин, тонко и глубоко исполнившей непростые партии Джульетты, Фригии, Жизели, Одетты-Одиллии, Рогнеды и многие другие.

Прима белорусского балета блистала на сцене в 1980-90-х. Ее мастерством восторгались не только белорусские балетоманы, но и театральные критики и пресса всего мира, называвшие ее белорусской Улановой.



Роль преподавателя

- Есть немало примеров, когда ребенок с хорошими данными от природы ничего не добивается в балете. Понятно, что многое зависит от самого человека, а какова роль педагога?


- В училище моим первым педагогом была Эллина Николаевна Синева. В свое время она танцевала в Петербурге, поэтому можно сказать, что у меня петербургская школа. Я проучилась у нее пять лет, она влюбила меня в профессию. Мы, ее ученики, ходили за ней по пятам, гуляли по набережной, провожали домой, часто бывали у нее в гостях, она рассказывала нам о балете. На репетициях Эллина Николаевна говорила нам: «Даже если стираете пальцы в кровь, зритель должен видеть ваши улыбки»… «Нет слова «не могу», есть слово «не хочу»… Как же она была права - иначе в профессии не выжить.

Я не сразу зарекомендовала себя как послушная отличница, потому что была немножко «разбросанной» в смысле внимания - когда у нас были концерты, все за кулисами готовились, повторяли, а я что-то себе придумывала, мечтала, изображала. Эллина Николаевна поначалу боялась выпускать меня на сцену в сольных номерах, потому что не знала, как я поведу себя перед зрителем, не растеряюсь ли, но однажды она все-таки решилась и поняла, что я умею собираться на сцене. Это неплохое качество для артиста балета.

А последние три года я училась у заслуженной артистки БССР Нины Федоровны Млодзинской, которая более 15 лет была ведущей балериной Мариинского театра. Интереснейший человек с весьма острым языком. Если Эллина Николаевна дала нам основу профессии, то Нина Федоровна из нас сделала балерин. Она всегда говорила: «Бей качеством». Действительно, когда ты выдаешь качество, с этим сложно поспорить.

- Вы говорили и о том, что человек, который хочет связать свою жизнь с балетом, должен очень сильно любить танец, иметь огромное желание заниматься. Но, как художественный руководитель хореографического колледжа, часто ли среди своих учеников видите такое отношение?

- Когда они только поступают - редко, но потом дети «заболевают» профессией - большинство, однако не все, к сожалению. Они проводят дни в колледже, ходят в спортивный зал, самостоятельно занимаются - и без этого уже не могут. Это становится их образом жизни.

Верность Большому

- Вам предлагали работу в других театрах. Почему вы не приняли предложения уехать в Москву или Петербург?


- Здесь, в Минске, была очень интересная творческая жизнь, здесь был Елизарьев. Николай Николаевич Боярчиков приглашал меня в труппу Малого театра в Ленинграде (сейчас Михайловский театр в Петербурге) после того, как я станцевала там «Лебединое озеро». Но как раз в тот момент мы с моим партнером по сцене Сашей Курковым готовились к участию во всесоюзном конкурсе артистов балета в Москве. Стали лауреатами, а когда вернулись в Минск, я решила остаться здесь. И не жалею.

Я была занята практически во всем репертуаре театра, на меня ставились спектакли «Ромео и Джульетта», «Болеро», «Страсти». Помимо насыщенной работы в Минске, было много интересных гастролей. В 1993 году меня пригласили для выступления в гала-концертах звезд мирового балета в Японии, в которых принимали участие Майя Плисецкая, Людмила Семеняко, Юрий Васюченко, Фарух Рузиматов, Ирек Мухаммедов и другие исполнители из разных стран. Моим партнером был Вениамин Захаров.

На взлете

- Белорусскому балету, наверное, не на что жаловаться: часто билеты на постановки не купить, иностранные гости в обязательном порядке посещают Большой театр. Но если рассуждать масштабно: искусство балета сегодня на взлете или наоборот? Есть мнение, например, что балет становится очень близок к спорту.


- Классический балет достаточно консервативен. Однако сегодня очень много синтеза и в искусстве, и в спорте. Посмотрите на художественную гимнастику: там работают очень хорошие хореографы. Многие гимнастки предельно музыкальны, они создают интересные образы при великолепной технической подготовке. Тот же синтез мы наблюдаем и в балете - привносятся акробатика, элементы спорта, физические данные танцовщиков должны быть развиты так же хорошо, как в спорте.

Что касается оперы, то у современных певцов должна быть хорошая физическая форма, они должны уметь петь и лежа, и сидя. А драматические актеры должны уметь петь и в то же время двигаться. Сценография сегодня - это не только статичные декорации, но и проекции, анимация, движущиеся подмостки... Происходит проникновение одного искусства в другое, все жанры взаимосвязаны. Я очень люблю современную хореографию, особенно когда ее исполняют профессионалы - это очень интересно. Например, Диана Вишнева - классическая балерина, которая благодаря своему интересу к современной хореографии по личностному росту вышла в мировые лидеры.

- Для поклонников вы звезда. А каково это - быть звездой?

- Как-то иду я после спектакля с друзьями, и мы встречаем их знакомых, которые изумленно спрашивают: «Это что, Душкевич?!» На что им отвечают: «А вы хотите, чтобы она в короне ходила?..» Успех обычно где-то отдельно от тебя, по ощущениям он сиюминутен, потому что каждый день перед тобой новые задачи, над которыми нужно работать. По этому поводу я вспоминаю повесть болгарского писателя Богомила Райнова «Черные лебеди». Там прекрасно показано, что ощущение счастья, удовлетворения наступает очень редко - после удачного спектакля или репетиции. Потом опять - надо… тяжело… больно… преодолеть… выспаться. Если прочесть эту книгу, будет понятно, что наша профессия - это постоянный труд, ощущение успеха мимолетно, потому что на следующий день опять надо идти в репетиционный зал…
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20643
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Июн 07, 2019 9:42 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019060707
Тема| Балет, "Имперский русский балет", Гастроли, Персоналии, ГЕДИМИНАС ТАРАНДА
Автор| КАРИНА ФОРТУС | ФОТО: АРХИВЫ ПРЕСС-СЛУЖБ
Заголовок| ГЕДИМИНАС ТАРАНДА:
«В ЭМОЦИЯХ НИКОГО ОБМАНУТЬ НЕЛЬЗЯ»

Где опубликовано| © журнал "Линия полёта" № 146. стр. 42-44
Дата публикации| 2019 июнь
Ссылка| https://spblp.ru/2019/05/146-iyun-2019-g/
Аннотация| Гастроли, ИНТЕРВЬЮ

ВПЕРВЫЕ ЗА ДОЛГИЕ ГОДЫ В ПЕТЕРБУРГЕ ПРОЙДУТ МАСШТАБНЫЕ ГАСТРОЛИ «ИМПЕРСКОГО РУССКОГО БАЛЕТА» ГЕДИМИНАСА ТАРАНДЫ В РАМКАХ МИРОВОГО ТУРА, ПОСВЯЩЕННОГО 25-ЛЕТИЮ ТРУППЫ. С 14 ИЮНЯ ПО 7 ИЮЛЯ 7 ПОСТАНОВОК БУДУТ ПОКАЗАНЫ В ДК ЛЕНСОВЕТА.

РУКОВОДИТЕЛЬ ЗНАМЕНИТОГО КОЛЛЕКТИВА РАССКАЗАЛ «ЛИНИИ ПОЛЕТА» О ПРОГРАММЕ ГАСТРОЛЕЙ, ИСТОРИИ ПРОЕКТА И ГЕОГРАФИИ РАБОЧИХ И ЛИЧНЫХ ПУТЕШЕСТВИЙ.



Как был создан Имперский русский балет четверть века назад?

В 1993 году Майя Плисецкая обратилась ко мне с просьбой поставить программу ее юбилейных концертов в Японии. Постановка в итоге была признана там лучшей балет ной программой года. По возвращении Майя Михайловна высоко оценила мою работу и высказала напутствие: «Гедиминас, ты должен создать свой балет!» Тогда я уже был уволен из Большого театра, амбиций запустить свой проект у меня не было, однако уже спустя полгода напутствие воплотилось: я основал свою балетную компанию. Название «Имперский Русский балет» — дань памяти императорской семье, ее вкладу в развитие культуры, созданию Большого и Мариинского театров. Также название — напоминание обо всех «императорах сцены» из России, обогативших весь мир, аллюзия на то, что империя русского искусства существует во всем мире. С 1994 го до 2004 года мы вместе с Майей Плисецкой гастролировали вместе, ставили спектакли 10 лет! Для этой великой балерины мы создавали и сценические костюмы, которые покажем и в Петербурге.

Какие воспоминания связывают вас с городом на Неве?

Практически все мои приезды связаны с работой. Дни заняты , зато по ночам мы с друзьями устраиваем прогулки: два часа ночи, город спит, машин нет, людей нет. Мои друзья знают секретные ходы, мы забирались на крыши и любовались этим волшебным спящим городом. В Москве и ночью чувствуется движение, а в Петербурге все останавливается, и ты ощущаешь застывшее величие города.

Что связано у вас с Петербургом балетным?

Неизгладимое воспоминание — выступление Алтынай Асылмуратовой в Мариинском театре, моей любимой балерины. И конечно, у меня тут такое количество друзей, которые выступали с Имперским Русским балетом: Любовь Кунакова, Жанна Аюпова, Фарух Рузиматов, Юлия Махалина, Диана Вишнёва... Лучшие из лучших, с кем довелось поработать!

На ваш взгляд, петербургская балетная школа отличается от московской?

По моему мнению, петербургская школа более консервативна: если было так поставлено, значит так и должно быть, и это прекрасно, потому что позволяет сохранять традиции. Москва более живая: не стоит на месте, движется вперед. В таком бурлении — определенная прелесть, оно прорывается иногда неожиданно, когда смотришь и не понимаешь: что творят эти москвичи?! Московскую школу отличает индивидуализм, стремление внести что-то свое.

Куда отправится Имперский Русский балет после Петербурга?

Болгария, Греция, Италия. Далее — Калининград, Литва и Латвия. В августе 8 спектаклей в Москве. После — 3 месяца в Австралии и Новой Зеландии.

Востребован ли русский балет в мире?

Безусловно. Западная публика может быть менее искушенной в технике исполнения, но в эмоциях никого обмануть нельзя.

Какой спектакль петербургской гастрольной программы вы посоветовали бы неискушенному зрителю?

«Болеро» нравится всем! И консерваторам-классикам, и любителям джаза, модерна или фольклора — даже не знаю, как нам удалось сделать постановку на столь широкий диапазон вкусов. «Болеро» в хореографии Николая Андросова и в моей редакции стало нашей визитной карточкой. Костюмы нам сделала Алла Коженкова, известный художник по костюмам и сценограф, они исполнены в черно-золотых тонах — танцы выглядят гипнотически!

Какие еще постановки и почему были выбраны для этих гастролей?

Лето в Петербурге — это большой туристический сезон, поэтому «Лебединое озеро», один из наших классических спектаклей, мы привозим обязательно. В нашей редакции танцуют два шута, а не один — это фантастические солисты невысокого роста, делающие удивительные трюки с потрясающим актерским мастерством. Будут новые неаполитанский танец и венгерский танец, будет любопытный четвертый акт. «Щелкунчик» — одна из моих любимых и первых постановок. Балет удивительный, необыкновенно теплый, напоминающий домашние спектакли моего детства. В спектакле занято очень много детей, будет участвовать и балетная Школа Ильи Кузнецова. «Дон Кихот» — мой первый спектакль, в котором я вышел в роли Тореадора в Большом театре и который мечтал поставить у себя. Вы увидите много новшеств, актерских драматических ходов. Если собираетесь на наш балет семьей — приходите на «Дон Кихота»! В нем есть такие мизансцены, что можно даже хохотать!

«Спящую красавицу» мы покажем как одноактный балет. Это будет третий акт – «Свадьба Авроры» – с новыми танцами, каких не увидеть в других театрах. Остальное — это спектакли-сюрпризы, которые впервые или редко показываются в Петербурге. Например, «Шехеразада» — безусловно, изюминка нашей программы. Балет сделан по эскизам Бакста: и декорации, и костюмы, и хореография восстановлены практически в оригинале. Балет «Кармен» — еще одна наша изюминка, который восстановили Майя Плисецкая и я для нашей труппы. Спектакль сделан по таким же эскизам, как в Большом театре.

Где вы отдыхаете, когда удается?

Самое любимое место — Финляндия зимой. На свой день рождения я снимаю так домик и наслаждаюсь: озера, сосны, дом — многое напоминает мне Литву. Если говорить о России, даже не вспомню, когда я отдыхал здесь. Я люблю Москву, потому что в ней есть жизнь, бесконечная. Из российских городов упомяну Вологду, Торжок — они вдохновляют, это города, в которых нужно побыть, у них есть свое лицо.

14 ИЮНЯ — 7 ИЮЛЯ, Санкт-Петербург, ДК Ленсовета, Имперский Русский балет imperialballet.ru
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20643
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Июн 07, 2019 10:57 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019060708
Тема| Балет, МАМТ, проект «Точка пересечения», Персоналии,
Автор| Татьяна Кузнецова
Заголовок| Пятая «Точка»
Молодые хореографы в Музтеатре Станиславского

Где опубликовано| © "Коммерсантъ"
Дата публикации| 2019-06-07
Ссылка| https://www.kommersant.ru/doc/3997345
Аннотация|


В спектакле «То, да не то» Евгений Поклитарь (лежит) сорвал мениск, но после антракта встал и затанцевал
Фото: Петр Кассин / Коммерсантъ


Балетная труппа Музыкального театра имени Станиславского и Немировича-Данченко (МАМТ) впервые представила на основной сцене театра шесть лучших спектаклей, созданных молодыми хореографами в рамках проекта «Точка пересечения» за четыре года его существования. Рассказывает Татьяна Кузнецова.

«Точкой пересечения» Музтеатр Станиславского назвал мастерскую молодых хореографов, которую открыл в 2016 году. Начинающих авторов из разных стран приглашали в труппу, позволяли выбрать артистов и давали минимальный бюджет, с тем чтобы через месяц они показали готовую работу на Малой сцене театра. Проект сразу стал популярным, публика шла валом, так что два последних года «Точку пересечения» пришлось показать три раза, а месяц спустя устроить «Перемотку» — повтор лучших работ прошлых лет. Успех на Малой сцене заставил театр показать изделия «мастерских» на основной. Худрук балета Лоран Илер, горячо поддержавший проект, начатый театром еще до его прихода, выбрал из 16 молодежных спектаклей семь лучших. Учитывая, что по правилам «Точки пересечения» каждая экспериментальная работа не должна превышать 20 минут и что все молодые авторы использовали отведенное время по максимуму, гала-концерт получался даже слишком основательным.

Но в ход событий вмешался несчастный случай. Неистовый артист Евгений Поклитарь — по всем параметрам совсем не «классик», однако незаменимый в современных постановках — в первом отделении гала, рванув ураганное соло в спектакле «То, да не то», получил жестокую травму. На балетном жаргоне — «порвал мениск», с этим не то что танцевать — ходить невозможно. Из трех спектаклей второго отделения травмированный танцовщик участвовал в двух. А так как вторых составов в «Точке пересечения» не бывает в принципе (считается, что это одноразовые работы), второе отделение концерта подвисало с одним 20-минутным балетом.

События развивались как в мыльном сериале: героический Поклитарь решился танцевать, юный хореограф Соломон Беррио-Аллен прямо в антракте адаптировал свой балет так, чтобы ему не пришлось делать хотя бы поддержки и присядочный «гусиный шаг», артисты срочно учили обновленный текст. Врач каким-то чудом закрепил солисту колено, вкатив ему лошадиную дозу обезболивающего. Худрук Илер перед занавесом объяснил зрителям ситуацию, завершив свою речь мушкетерским «a la guerre comme a la guerre», публика разразилась сочувственными аплодисментами, и раненый станцевал в миниатюре «Жонглируй», да так ярко и мощно, что не знай я о его мениске, ничего бы не заподозрила. Но, конечно, отработать и последний спектакль — всеми любимый «Чай или кофе?» Андрея Кайдановского — Поклитарь уже не смог.

Помимо драматической истории солиста и сплоченности, продемонстрированной всем коллективом театра, этот вечер удивил двумя обстоятельствами. Во-первых, большая часть работ на основной сцене выглядела лучше, чем на малой,— оркестровая яма и распахнутое пространство делало их как-то взрослее, основательнее, соразмернее. Выиграли в основном «классические» спектакли — с большими прыжками, многофигурными адажио, пуантами или просто требующие широкой амплитуды движений: «Вариации и квартет» в постановке Константина Семенова, «Дежавю» албанского хореографа Эно Печи. В любом случае все эти малобюджетные «домашние эксперименты» выглядели состоятельнее не только недавно показанных в Москве опусов молодых петербургских хореографов из основного репертуара Мариинского театра, но и некоторых новинок Большого вроде богато оформленного «Петрушки».

Во-вторых, Большой зал Музтеатра оказался заполнен. Зрители самого разного возраста пришли на незнакомые имена хореографов, зная наверняка, что здесь не будет фуэте и иных фиоритур,— это пробудившееся любопытство к актуальной хореографии удивительно в стране, где балетом по-прежнему считается только классика, а всемирно признанные современные балеты до сих пор числятся репертуарным риском. Впрочем, гендиректор МАМТ Антон Гетьман рисковать не боится: «На "Точку пересечения" мы продали 85% зала. Тариф, как и во всем мире, на современную программу снижен — средний чек меньше 1500 рублей, на "Лебединое" — в три раза дороже. "Точку пересечения" мы хотели показывать на Большой сцене раз в два года, но по результатам анализа этого вечера не исключено, что сформируем "тройчатку" из этих спектаклей. Конечно, отобранные балеты потребуют другого оформления и дополнительной работы с хореографами». Явно потребуются и вторые составы исполнителей, хотя надо надеяться, что мужественный Поклитарь после операции вернется в свои спектакли и все-таки станцует «Чай или кофе» Андрея Кайдановского, который так и не дождались азартные любители современности.


Последний раз редактировалось: Елена С. (Ср Июл 03, 2019 4:01 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20643
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Сб Июн 08, 2019 9:37 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019060801
Тема| Балет, Марийский театр оперы и балета им. Э. Сапаева, Фестиваль имени Галины Улановой, Персоналии,
Автор| Александр Максов
Заголовок| Фестивали расставляют акценты. В честь великой русской балерины
Где опубликовано| © Портал Музыкальные сезоны
Дата публикации| 2019-06-08
Ссылка| https://musicseasons.org/festivali-rasstavlyayut-akcenty-v-chest-velikoj-russkoj-baleriny/
Аннотация| ФЕСТИВАЛЬ


Из гостеприимной Чувашии легкокрылая муза танца перелетела в хлебосольную Республику Марий Эл. Здесь начинался ежегодный фестиваль имени Галины Улановой. Праздничную атмосферу семнадцатого по счету фестиваля усиливали радостные события – Международный День танца, добравшийся до Йошкар-Олы символ Года театра, который доставили участники Всероссийского театрального марафона и подоспевшая информация Росстата, который поставил Йошкар-Олу на четвертое место по посещаемости театров после Санкт-Петербурга, Москвы и Севастополя.

Идейный вдохновитель и организатор фестиваля – Константин Иванов – учредивший его еще в бытность художественным руководителем театра им Э. Сапаева, ныне уже и как Министр культуры Республики возглавил организационно-творческую подготовку к празднику. И дело не только в должностях. Иванов, сочетающий министерский портфель с ответственностью худрука театра, все свое существо посвятил развитию музыкально-хореографического искусства Марий Эл. Грамотно подумана им афиша, включившая спектакли, неразрывно связанные с именем Галины Сергеевны.

Безусловно, бюджет фестиваля не позволяет роскошествовать. Однако Иванов умеет разумно расходовать материальные средства. Его уважение к артистам побуждает достойно принимать их, держа в поле своего зрения вопросы транспорта, размещения, питания… И потому гастролеры с огромные энтузиазмом стремятся в Йошкар-Олу, стараются максимально выложиться на сцене.

Открыли фестиваль торжественной премьерой «Раймонды». Трудно осознать, как Иванов умудряется успешно руководить культурой в масштабах целого региона, и одновременно сочинять либретто (пусть и редакцию по мотивам М. Петипа и Л. Пашковой), переносить на артистов хореографический текст Петипа и Константина Сергеева и сочинять собственную хореографию. Да еще репетировать, шлифуя технику и стилистику танца.


Сцена из спектакля. Фото – Евгений Никифоров

На сей раз в соратники Иванов избрал уфимского художника Владимира Королева, впервые взявшегося за оформление балетного спектакля. Вообще фестиваль этого года изобиловал творческими дебютами. И «первый блин» ни для кого не стал «комом». Умело сочетая реализм и условность, Королев создал декорации «дышащие».

В центре заднего плана замковая архитектура с характерными зубцами стен и бойницами. Атмосферу европейского средневековья передают свисающие геральдические штандарты. Восхищение вызывают великолепно исполненные рыцарские латы, размещенные в виде кулис. Мгновения – и рыцари обернутся шпалерами с дизайном иллюзорного, мистически светящегося пространства грез Раймонды.

При некоторых купюрах, динамизирующих действие (например, «Мазурки»), Иванову удалось создать достаточно цельное произведение, стремительно завершаемое кульминацией Венгерского Grand pas. Спектакль получился масштабным. В нем задействованы танцовщики Государственного ансамбля танца «Марий Эл» и ученики хореографического колледжа.

Уложив балет в два акта, постановщик сохранил жизнь Абдерахману, побежденному Жаном де Бриенном в поединке. Неудачливый сарацин с позором покидает замок Сибиллы де Дорис (Людмила Королева). К слову, роль Абдерахмана стала большой удачей Артема Васильева. Как и чувашские артисты Алексей Рюмин, Ульяна Альпидовская и Виктория Севоян, Артем значительно набрал актерски и технически. Наблюдать за ростом их сценического творчества чрезвычайно любопытно. Виктория, к примеру, успешно справляется с академической классикой вариаций в «Пахите» и «Тенях», Ульяна проявляет характер в виртуозной партии Жанны («Пламя Парижа»), а Артем оказался способным залить сцену бурным потоком дьявольской страсти. Мятежной энергией он отлично передал и духовные метания своего героя, включившие эротический подтекст и драму уязвленного самолюбия.

Театр приготовил два состава на главные партии спектакля, но Васильеву пока замены не нашлось.

«Раймондой» фестиваль начали, ею же и завершили. В первый день на заглавную роль, в соответствии со статусом, назначили Екатерину Байбаеву, и она исполнила партию корректно, академично, музыкально. В своей Раймонде Байбаева рельефнее выявляет горделивую стать и даже холодноватую девичью замкнутость. Образ Раймонды очень подошел Кристине Михайловой внешне. Она аристократичнее и, в то же время ее царственная героиня не чужда лирике. Балерина демонстрирует гибкость корпуса, хорошее вращение, апломб. Стоит только обратить внимание на линию рук и длить их, не сокращая ладони. В целом же Раймонда стала большой творческой удачей Михайловой. С кажущейся легкостью она преодолела все каверзы партии, включающей пять сложнейших, различных по настроению вариаций, и дуэты (партнер обеих артисток – Александр Петров, вынужденно заменивший травмированного Артема Веденкина).

Радость знакомств с шедевром Александра Глазунова и Петипа приносит зрителям искусство Романа Старикова (Бернар) Даниила Коростылева (Беранже), Анны Григорьевой и Сергея Шабрукова (Сарацинский танец).

В Венгерском танце с интенсивной эмоциональностью солировали Мария Максимова и Кирилл Паршин. Превосходную витальность придали бравурному Испанскому танцу Иван Мелехин и Ксения Царегородцева.

Дирижировал «Раймондой» и всеми другими спектаклями фестиваля Григорий Архипов. И хотя его музыканты порой расходились, а то и выдавали фальшивее ноты, музыкальное сопровождение в целом серьезных нареканий не вызвало. А сочное и чистое звучание скрипки Елены Шрейдер в отличие от пассажей кларнета и трубы (медные инструменты часто дают сбой) и вовсе заслужило «Браво!»

На спектакле присутствовал Глава Республики Марий Эл Александр Евстифеев с супругой Юлией Леонидовной. Они частые гости театра, и в искусстве толк знают.

На XVII-м фестивале имени Улановой «дебютную линию» продолжили москвичи. На главные партии «Жизели» пригласили солиста Московского музыкального театра им. К.С. Станиславского и В.И. Немировича-Данченко Дениса Дмитриева и солистку Театра «Кремлевский балет» Алину Каичеву, никогда партию Жизели прежде не исполнявшую.

Порадовало глубокое проникновение в образ Жизели балерины с явно выраженными драматическими способностями. В радостном эпизоде первого безмятежного свидания с Альбертом исполнительницы этой роли обычно слега намечают тему недомогания героини. Легкая минутная слабость пролетает быстро. Каичева сыграла сцену совершенно неожиданно. Ее Жизель, буквально подкошенная сильным сердечным приступом, безжизненно падает в руки Альберта. И лишь усилием воли заставляет воспрянуть, стараясь не испугать любимого и желая продолжить наивное веселье. Это не первый «звоночек» болезни, а реальная ее опасность и серьезная угроза. Сцена сумасшествия Жизели сыграна артисткой, что называется «на бис». Лицо Жизели изменилось до неузнаваемости, его черты исказила не только физическая боль, но и душевная мука. Техническая сторона тоже вызывала восхищение умением безупречно свертеть tour в attitude и устоять в позе, а затем и плавно сойти с пуантов. Во втором действии Каичева прилежно порхала над сценой, высоко взлетала в надежных руках Альберта-Дмитриева. Если артист придал своему танцу романтическое звучание, то вдумчивый, интеллектуальный Кирилл Паршин в роли лесничего Ганса великолепно отыграл жгучие ревностные переживания своего отвергнутого героя, впрочем, как и в роли Великого Брамина в «Баядерке», следующей за «Жизелью».

С «Баядеркой» связана неведомая зрителям драматическая история. Травма предполагаемого солиста марийского театра заставила экстренно искать замену. Это оказалось непросто. В итоге после всех перипетий поиска на партию Солора пригласили солиста Театра «Кремлевский балет» Егора Мотузова. Он также никогда лично не был знаком с Солором, к тому же отсутствие достаточного опыта дуэтного танца при жутком цейтноте репетиционного времени затрудняло жизнь прима-балерины Большого театра Нины Капцовой – Никии.

Однако все невзгоды остались позади, сомнения отпали: гармоничный дуэт состоялся. Мотузов увлеченно творил на сцене. Портрет своего Солора он нарисовал по преимуществу героическими красками. Но при этом не избежал и проявления сомнений, слабости, раскаяния.

Алмазным резцом вырезала свою Никию Нина Капцова, напитав образ поэзией, безмерным обаянием и тоской. Абсолютное владение балерины телом, безупречный вкус «соткали» эфемерную материю танца и создали впечатление убедительной актерской игры… Нет, не «игры» – проживания роли! Образован удивительный синтез двух сценических стихий, которые вместе обрели интригующе-свежее и восхитительное эстетическое качество.

Наслаждение для художественного взгляда. Любуйся – не налюбуешься.

В «Баядерке» большое количество персонажей. Каждый артист внес свою лепту в это потрясающее многофигурное полотно. Прежде всего, Екатерина Байбаева (своевольная Гамзатти), Максим Новиков (полудикий Магедавея), Роман Стариков (загадочный Золотой божок). Ксения Царегородцева (обаятельно-игривая Ману).

«Ромео и Джульетта» вновь подарили йошкаролинцам встречу с любимыми мастерами – Ольгой Челпановой и Константином Коротковым. Этот авторский спектакль был поставлен Ивановым тринадцать лет назад, но и сегодня смотрится на удивление животрепещуще.

Коротков – зрелый мастер, недавно удостоенный приза «Душа танца» в номинации «Звезда». Со сцены он поверяет тайну идеальной любви в чистых и ясных контурах танца. Ольга ранее стала обладательницей это же приза журнала «Балет». Танцовщики чувствуют себя, как рыбы в воде. Партнерам на сцене и вне ее – Челпановой и Короткову не нужно «играть» любовь и страсть. Они живут этими чувствами, и оттого их сценическое бытование вполне естественно и органично. Актерский ансамбль прекрасно дополняют по-детски непосредственный Роман Стариков (Меркуцио) и Кирилл Паршин, чей злобный Тибальт кажется исчадием ада.

Балетные фестивали – всегда ожидание, и всегда неожиданность. На двух вышеописанных – состоялись открытия, и публика обоих совершила волнующее путешествие в танцевальные миры, отвечая организаторам и артистам благодарными темпераментными аплодисментами.

==========================================================================
Все фото - по ссылке


Последний раз редактировалось: Елена С. (Ср Июл 03, 2019 4:06 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20643
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Сб Июн 08, 2019 9:56 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019060802
Тема| Балет, Свердловский театр оперы и балета, Персоналии, Нина Меновщикова
Автор| Ирина Клепикова
Заголовок| Нина Меновщикова, единственная в истории уральского балета народная артистка СССР, отмечает сегодня 85-летие
Где опубликовано| © Областная газета № 99
Дата публикации| 2019-06-08
Ссылка| https://www.oblgazeta.ru/culture/theatre/42684/
Аннотация| Юбилей


Нина Меновщикова - звание народной артистки СССР было присвоено ей в 1973 году. Среди любимых зрителем балетов с её участием было "Лебединое озеро", где балерина исполняла партию-перевёртыш: Одетта-Одиллия - Белый лебедь и Чёрный лебедь.

Последние годы у неё очень плохо с глазами. Почти не видит. Следствие двух с лишним десятилетий на сцене под слепящими софитами. Муж – народный артист РФ Николай Голышев – купил большой телевизор. Она смотрит балет и фигурное катание. Пытается смотреть. «Не всё вижу. Чаще додумываю, дорисовываю знакомые движения, –с горькой полуулыбкой говорит Нина Меновщикова. Единственная в истории уральского балета народная артистка СССР. Легенда.

«Вот это Чайковский!»

Про «балериной не станет» – фраза от врача. В годы войны, когда от недоедания, болей и слабости в коленях она падала прямо на улице, он посоветовал «отдать девочку в танцы». Смерть трёх детей в семье заставляла прислушаться хоть к какому доброму совету. И хотя для балета по возрасту она была «переростком», а потому никаких особых мечтаний не было – случай, получается, определил судьбу. Правда, отныне и навсегда пришлось жить на сопротивлении.


Каждый выход на сцену был – преодоление. «Всю жизнь помню трудный третий акт «Лебединого озера». Звучит музыка, через несколько тактов мне выбегать, а внутри – одно: боюсь! Но наступает черёд «моего» такта, вылетаю на сцену – и всё забыто…»


Почти 30 главных партий на сцене Свердловского театра оперы и балета. Маша в «Щелкунчике», Никия в «Баядерке», Одетта-Одиллия в «Лебедином озере», Китри в «Дон Кихоте», Медора в «Корсаре», Ширин в «Легенде о любви». А ещё Золушка, Жизель, Эсмеральда… Её Аврора в «Спящей красавице», подобно фарфоровой статуэтке, была классикой жанра. Её Сольвейг в «Пер Гюнте» сравнивали с игрой акварели. Её Золушка в балете Прокофьева была печальна, но не унижена. А Эгина Меновщиковой в «Спартаке» заставила изумиться самых искушённых балетоманов. Дело даже не в том, что лирическая балерина открыла вдруг в себе и предъявила публике новые качества – экспрессию, энергию, напор. Балерина открыла новые черты в самой Эгине. Её куртизанка-повелительница в свой предсмертный час познала силу подлинной любви. Такого акцента не было даже в знаменитой постановке Большого театра.


Не лучшего качества фото запечатлело, однако, одну из знаковых партий Меновщиковой. В "Спартаке" Меновщикова сыграла нюансы характера и судьбы Эгины, которых не было даже в знаменитой постановке Большого театра. Фото: из Личного архива Нины Меновщиковой

– А что было делать? – разводит руками Нина Ивановна. – Роль на сопротивление. Когда меня, небольшого росточка, субтильную, лирическую танцовщицу по природе своей, назначили на роль Эгины (в провинциальном театре нет жёсткого деления на амплуа), я поняла: традиционную обольстительницу, у ног которой всё и вся, с моими данными танцевать нелепо. И я придумала. Один-единственный акцент. В последней сцене со Спартаком Эгина протягивает к нему руки. А он отворачивается. Эгина уязвлена как женщина. Однако отсюда и возникает в ней новое чувство…

Кстати, её приглашали работать в Большой театр. Дважды. Сам Михаил Чулаки, известный композитор, директор главного театра страны. Но она мудро оценила: «Ну куда мне с росточком в 156 см тягаться с примами Большого». Для балерин скромные физические данные – преграда. Но… не препятствие. Для таланта. Даже в условиях «железного занавеса» балерину с далёкого Урала Москва включала в правительственные гастрольные труппы. Именно как явление таланта. Нина Ивановна вспоминает: когда-то в Ирландии ей («туземке из-под Урала с голубыми глазами» – анонсировали её местные газеты) довелось участвовать в необычном вечере. Российские и британские танцовщики в очередь, каждая страна – свой фрагмент, танцевали «Лебединое озеро». Дирижёр был один, и ему пришлось подстраивать оркестр под темпы танца русских и британцев. А они были разные. Посланцам Туманного Альбиона он попенял: «Ну что вы так растягиваете музыку?». Когда же станцевала Меновщикова, буквально вскричал: «Вот это Чайковский!».

Главной особенностью дарования Меновщиковой был глубочайший лиризм, который наиболее ярко воплотился, например, в её любимой партии Жизели


Сцена и... характер
Из воспоминаний Николая ОСТАПЕНКО, партнёра Нины Меновщиковой:


«В танце она была удивительной. У неё был редкий в балеринах скрытый темперамент. Иная на сцене гром и молнии мечет, эмоции изображает – а зритель в зале остаётся холодным. У Меновщиковой даже глаза были говорящие. В «Соборе Парижской Богоматери» она танцевала Эсмеральду, я – Квазимодо. Вот вроде всего-то стоит её Эсмеральда передо мной, никаких па, никаких движений рук, но в глазах – целая жизнь. Боль. Страдание. Недоумение… Мне оставалось только читать её глаза и реагировать. Тем удивительнее, что в самом расцвете карьеры Нина Ивановна стала отказываться от ролей. Многие балерины – особенно сегодня – хватаются за всё подряд. Твоё – не твоё. Сможешь – не сможешь. Лишь бы побольше урвать. А она, помню, отказалась от той же Эсмеральды. «Знаете, – говорит, – есть у нас молодая балерина Лиля Воробьёва. Это её партия…»


«Железный занавес»и «звонкий» кабриоль

Балетный век – 30 с небольшим. Когда первая балерина свердловского балета Меновщикова закончила танцевать, ей предложили должность в городском управлении культуры. Другой почёл бы за честь и шанс. Она же искренне возмутилась: «Как?! Я всю жизнь тружусь – и вдруг стану бумажки перебирать?». И… вернулась в балет репетитором.

Для несведущего репетиторство в балете – нечто второстепенное. Нынешняя практика поспешного натаскивания никудышных учеников перед экзаменами исковеркала природу этого понятия. В балете же репетиторство сохраняет свой высочайший статус. Ни один танцовщик – будь хоть трижды остепенён и признан – не работает без профессионального взгляда со стороны. Repetitor (от лат.) – «тот, кто повторяет». Доводит до совершенства.

– Конечно, самая взыскательная работа – с солистами, – рассказывает Нина Ивановна. – Но они одни не вытянут спектакль. Как часто на своей любимой «Жизели» я наблюдала: и образ главной героини бледнеет, если нет достойного окружения. Если кордебалет не поёт, а рубит движения, «архитектуру строит»…

Известный мастер танца Олег Петров, в труппе которого Нина Ивановна работала репетитором наряду с родным Оперным, с величайшим признанием писал о репетициях Меновщиковой: «…Тело танцовщика, только-только пробуждаясь, набирает силу и эластичность и способно само уже превращать музыку слышимую в музыку зримую. В музыку танца… Она говорит о «чистой» позе и о позе, в которую внесена краска. Краска времени. Сегодняшнего или прошлого. Она говорит о позах, в которых нет «вздоха» – жизни. На репетиции Меновщиковой «спинища» должна стать «спиной», пируэт – «хрустальным», а не «плотским». Кабриоль может быть «звонким», а арабеск «не быстрым, а острым».

Но это с российскими танцовщиками легко изъясняться по поводу «хрустального», а не «плотского» пируэта. А с зарубежными? Когда качество этого самого пируэта зависит ещё и от качества, точности языкового перевода. В 1970–1980-хМеновщикова была делегирована от России на репетиторскую работу в Финляндии (школа русского балета на особом счету во всём мире). Принимающая сторона предоставила полную самостоятельность и свободу, однако с первого же урока Меновщикова столкнулась с проблемой, о которой и не подозревала. В отличие от российских балетных театров, обеспеченных профессиональными полами, что рассеивают энергию танцовщика в момент приземления после прыжка и снижают нагрузку, финские театры таких покрытий не имели. Постоянный контакт с жёстким основанием приводил танцовщиков к ранним проблемам с суставами и позвоночником. Меновщикова решила добиться замены полов на профессиональные, балетные. Эк замахнулась!.. Тогда балерина с Урала разработала для финнов особую, ещё до знаменитых ныне во всём мире методик Асафа Мессерера, систему занятий у станка, которая позволяла укреплять позвоночник. Пардон за подробности анатомии, но не решись та проблема – о каком «душой исполненном полёте» можно было бы говорить?!

И ещё однажды маленькая, хрупкая балерина из России пошла на принимающей территории против системы. Финны – трудяги, готовы дважды на дню заниматься в репетиционном зале. Но выходной – святое! Театр на ключ, все на природу. «У балетных не может быть выходных, – возмутилась русская. – Тем более перед премьерой! Иначе вместо Жизели получится… финское дерево». На неё даже пожаловались в профсоюз. Но было так, как постановила она: у балетного станка – каждый день.

Самым ярким из ТВ-впечатлений стала для неё авангардная постановка «Жизели» шведа Матса Эка. «Героиня одержима страстью, грациозная в неловкости, откровенная в желании, полюбившая и попавшая в сумасшедший дом… Восхищалась – и вспоминала свою, классическую Жизель»

Она поставила в Хельсинкской балетной труппе «Лебединое озеро», «Жизель», готовила танцовщиц для участия в хореографических конкурсах. Но когда прощались, финны всё вспоминали, как жёстко эта маленькая «Ninalle, rakkaudella» – «Ниночка, дорогая» оттачивала в их кордебалете диагональ. Думаете: мелочь? Отнюдь. Идеальный рисунок, созданный балетмейстером, чистая линия, синхронное исполнение – эталон в любом танце.

х х х

…Года три назад, в путешествии по Скандинавии, посчастливилось оказаться в Хельсинки в том самом театре. В фойе среди прочих фото знакомое лицо сразу бросилось в глаза. Фамилия читалась и без переводчика. С остальным помогли – «Класс русской балерины Нины Меновщиковой». Класс! Хоть в финском, хоть в русском это означает не только место действия…


Выпускница Пермского хореографического училища, Нина Меновщикова до Свердловского академического театра оперы и балета работала несколько лет в музыкальных театрах Перми и Куйбышева. В 1986 г. была председателем жюри первого конкурса "Арабеск". Фото: из Личного архива Нины Меновщиковой
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20643
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Сб Июн 08, 2019 10:28 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019060803
Тема| Балет, Якутия, Персоналии, Посельские
Автор| ОЛЬГА ДОНСКАЯ
Заголовок| Когда вся жизнь – балет: семья Посельских от первых па до наших дней
Представители красивой профессии и семейной династии с почти 100-летней историей - о любви, магии сцены и душе танца

Где опубликовано| © газета «КП в Якутии»
Дата публикации| 2019-06-07
Ссылка| https://www.yakutia.kp.ru/daily/26987.7/4046760/
Аннотация|


Работа порождает в семье много споров, но приносит огромное удовлетворение.
Фото: Из личного архива героя публикации


В некоторых отраслях, например, у врачей и учителей, семейные профессиональные династии не редкость. Редакция «КП в Якутии» знакомит читателей с Аркадием и Еленой Посельскими – представителями красивой профессии артистов балета и большой семьи, работающей в республике вот уже несколько десятилетий.

Душа танца

Представители крупных русских балетных школ начали «освоение Севера» не так давно, в 30-е годы XX века. В 1947 году в Якутске был поставлен первый национальный балет «Полевой цветок», где главную партию исполнила Аксинья Посельская.

Аксинья родом из Чурапчинского района, училась балету в якутских драмкружках и прошла двухлетнюю стажировку в Московской академии хореографии. Несмотря на все тяготы, выпавшие на ее долю, она пронесла любовь к искусству через всю свою жизнь. Трепетное отношение к прекрасному ей удалось привить своей дочери Наталье, которая стала ключевой фигурой в развитии классической хореографии в Якутии.

Именно Наталья Посельская открыла первую профессиональную балетную школу на Дальнем Востоке. В дело обучения маленьких танцоров она вложила душу.

«Балет — это то, чем должны дышать дети, встающие к станку и разучивающие свои первые па», - говорила Наталья Семеновна. Двух своих внуков – старшего Аркадия и младшую Алисию – привела в балет именно она. И до конца жизни маленьких артистов учила всему, что знала сама.

Детство за кулисами

Сегодня Аркадий Посельский – солист Государственного театра оперы и балета республики.

- Много моих детских воспоминаний наполнены теплом и волшебством сцен родного театра – почти все детство я провел за кулисами и рос в театральной атмосфере. Но, несмотря на все это, танцевать я не хотел. Бабушка привела меня в училище в пятом классе, и только во время учебы я понял – балет, это то, что меня увлекает. Ежедневные репетиции, уроки – к этому привыкаешь и начинаешь любить. Но после окончания училища в 2006 году я в какой-то момент решил, что надо попробовать себя и в чем-то другом. Поступил на факультет иностранных языков, начал изучать китайский и прожил пару лет в Поднебесной, - вспоминает Аркадий.

Но не сложилось. В чужой стране он остро чувствовал себя не в своей тарелке, и в 2010 году вернулся в Якутию. Вскоре Аркадий влился в труппу родного театра и продолжил семейную династию артистов балета.

«Она была неприступна»

Помимо призвания, на родине его ждала и первая любовь. Елена тоже балерина, их история любви началась в хореографическом училище, где они вместе занимались.

- Я заметил ее, когда Лена перешла в 9 класс. До этого даже как-то не обращал внимания. А потом раз – и щелкнуло. У нее заливистый смех и милые веснушки – и я понял, что пропал. Я добивался ее четыре года, а она была неприступна, - смущенно улыбается Аркадий, глядя на жену.

Лена попала в балет случайно. Ее мама работала неподалеку от училища и заметив вереницу постоянно идущих куда-то детей, задалась вопросом: «Куда же они ходят, если рядом нет школы?» Разгадав эту тайну, вскоре она привела дочь на просмотр, но в силу возраста им посоветовали прийти годом позже.

- В 9 классе мне было совершенно не до мальчиков. В то время я решала, как сложится моя жизнь – танцевать мне дальше или нет. Немного смущало и то, что Аркаша – внук директора школы, - вспоминает Лена.

Решение связать свою жизнь с искусством стало судьбоносным не только в личной жизни – оно подарило якутской сцене талантливую балерину. Сегодня в репертуаре Елены Посельской – ведущие партии в балетах «Ромео и Джульетта», «Белоснежка и семь гномов», «Щелкунчик», «Тщетная предосторожность», «Принцесса Луны» и другие.

Аркадий и Елена вместе уже девятый год, женаты и воспитывают дочь Наташу. Малышку назвали в честь любимой бабушки мужа.

- Если дочь захочет и у нее будут необходимые данные, мы попробуем отдать Наташу в балетную школу. Она частенько бывает с нами в театре, любит танцевать и в свои неполные четыре года невероятно музыкальна, - говорит Лена.

Любовь в балетном зале и вне его

Работа – отдельная тема в семье Посельских. Она порождает много споров и вопросов, но приносит огромное удовлетворение. Поначалу им было трудно танцевать в паре, несмотря на любовь за пределами репетиционного зала. Но через какое-то время они научились понимать друг друга и оставлять работу на работе.

Аркадий и Елена танцевали вместе в балете «Шопениана» и «Тщетная предосторожность», где Елена танцевала ведущую партию, а Аркадий играл… роль ее матери. Также в списке его ролей – главный злодей Ротбарт в «Лебедином озере», злая ведьма Карабос в «Спящей красавице» и обаятельный цыган в «Дон Кихоте». Он силен в характерном танце и актерском мастерстве.

К сожалению, век артиста балета недолог – в 35 лет или чуть позже танцоры выходят на заслуженную пенсию и начинают новую жизнь. Чем Посельские будут заниматься по окончании карьеры, они пока не решили, но это точно будет связано с искусством.

В семье Посельских подрастает еще одна артистка. В Якутской балетной школе учится младшая сестренка Аркадия – Алисия. Сейчас ей 14 лет, и она делает большие успехи. В творческой копилке девочки – участие в нескольких международных и российских танцевальных конкурсах. В отличии от старшего брата, Алисия сама хотела танцевать и отдает профессии все свои силы.

Династия Посельских – тот случай, когда в семье ценят традиции и говорят о них, развивают свое дело и несут его людям.

============================================================================
Все фото - по ссылке
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20643
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вс Июн 09, 2019 1:26 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019060901
Тема| Балет, Ковент-Гарден, Персоналии, Наталья Осипова
Автор| Алёна Пенева
Заголовок| Наталья Осипова:
"Творчество - поиск того, что пробуждает огонь!"

Где опубликовано| © журнал Cosmopolitan, стр. 122-127
Дата публикации| 2019 июнь
Ссылка| https://issuu.com/didriksn/docs/csmpltn62019/126
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ



РЕДАКЦИОННЫЙ ДИРЕКТОР COSMO АЛЁНА ПЕНЕВА ОТПРАВИЛАСЬ В ЛОНДОН, ЧТОБЫ ПОСМОТРЕТЬ, КАК БАЛЕРИНА ТАНЦУЕТ В КОРОЛЕВСКОМ ТЕАТРЕ «КОВЕНТ-ГАРДЕН» И ЗАДАТЬ ЕЙ НЕСКОЛЬКО ВОПРОСОВ. ЗА МАКИЯЖ НАТАЛЬИ ДЛЯ ФОТОСЪЕМКИ ОТВЕЧАЛИ ВИЗАЖИСТЫ L’OREAL PARIS.

COSMOPOLITAN: Наталья, стать балериной, наверное, мечта детства?

НАТАЛЬЯ ОСИПОВА:
Нет. Но папа всегда старался меня чем-то увлечь: народными и грузинскими танцами, плаванием… Я остановилась на гимнастике, однако вскоре получила травму. Но мечтала остаться в спорте, и родители отдали меня в балетное училище. Что такое балет, я не знала, но мне понравилась атмосфера, красивые
девочки с прическами… Поступила с первого раза: выделялась хорошими данными после занятий гимнастикой. Но было скучно, неинтересно, и я постоянно думала: «Еще чуть-чуть, чтоб родители не ругались, потом-то они всё равно поймут, что это не мое, и я отсюда уйду». Одноклассники казались неразговорчивыми, стоя у станка, я с грустью смотрела, как дети из школы напротив выбегают на улицу.

Бешеная конкуренция, как в фильмах «Черный лебедь», «Большой», – это правда?

Да, девочки собирались в группки – дружили друг против друга. Родители активно участвовали в нашей жизни. Мамы созванивались и говорили, кто что не так делает. Мой класс вообще-то был довольно дружным. Но потом случился очень неприятный инцидент: девочки обвинили меня в воровстве. Конечно, это была неправда, но меня тогда даже хотели отчислить. Хорошо, что за меня заступилась подруга. Но после этой истории класс разделился на эдакие кружки – у меня было всего три подруги.

В свое время ты развернулась и ушла из Большого театра… Страшно принимать такое решение?Ты же не могла знать, что спустя несколько лет окажешься в Лондоне и станешь примой.

В тот момент – нестрашно. Мне не нравилось сложившееся положение дел. Решение зрело месяца три, но несколько ситуаций меня подтолкнули. И я утвердилась в этой мысли, подала заявление и через несколько дней уехала.

В Большом, вероятно, считают, что ты должна гордиться такой строчкой в резюме?

Большой театр – легендарная труппа, и просто так оттуда не уходят. Но мне хотелось иметь возможность развивать свой творческий потенциал. Чувствовала, что теряю время. Сейчас я молода, у меня много контрактов за границей, все хотят, чтобы я у них танцевала. Больнее было расставаться с педагогами, друзьями.

Что для тебя значит творчество? Сейчас ты уходишь в современную хореографию, хотя школа-то у тебя классическая.

Для меня творчество – поиск того, что пробуждает в тебе огонь. Если этого нет, я чахну и судорожно ищу возможности движения, чтобы вернуть пламя. Конечно, такое происходит не постоянно, но из этого и состоит творчество, поэтому я и перехожу из театр в театр, танцую в разных труппах, ищу интересную хореографию и хореографов для себя. Я не строю четких планов, всё происходит естественно.

Я была на твоей программе «Легкое дыхание» – просто фантастика. Что в ближайшее время можно увидеть с твоим участием в Москве?

В конце мая – спектакль «Мать» по сказке Ганса Христиана Андерсена, который мы выпустили в Эдинбурге. Поставил его хореограф Артур Пита. В постановке много черного юмора, гротеска, ситуаций, когда сложно понять, где грани реальности. Я исполняю роль матери, а мой друг и один из лучших контемпорари-танцовщиков Джонатан Годар – все остальные роли. Это не балет, не танец и не драматический спектакль – это синтез всех искусств.


ФОТО: MATTHEW EADES СТИЛЬ: ЕЛЕНА ДУДИНА

Куда тебе хочется двигаться дальше – в творчестве, в жизни? Где бы ты хотела жить?

Сейчас я чувствую, что Лондон – мое место для жизни и работы. Что касается творчества, планирую только свои контракты – и то они иногда срываются, потому что хочется чего-то нового. Я – человек-действие, всё может изменить один вечер. Мне интересно исполнять, искать, я интерпретатор. Думаю, что пока буду работать над своими проектами и постановками в таких театрах, как «Ковент-Гарден».

Конечно, сейчас о тебе и так все всё знают, но как бы ты охарактеризовала себя как балерину? Что тебе не нравится в себе?

В творчестве я не классическая балерина, скорее, танцовщица, которая постоянно ищет выход таланту. А в жизни не люблю в себе состояние «между» – у меня либо драма, либо веселье. Когда иду отдыхать с друзьями, я с ними нахожусь буквально полчаса, а потом опять ухожу в свой мир. Эгоизм и зацикленность на работе и себе в дружбе и семье мешают, я очень хочу исправить эти недостатки.

Вот ты заговорила об эгоизме. А личной жизни это касается? Ты хочешь семью и детей?

Семья всегда была моим приоритетом. У меня чудесные родители, которым я очень благодарна. Сейчас мне тридцать три, и я думаю, что уже близка к созданию собственной семьи, мечтаю о ребенке, будем надеяться, всё сложится. А пока мы с моим молодым человеком завели собак: шарпея и самоеда.

Что скажешь о стереотипе «Балерины морят себя голодом»? Как ты поддерживаешь форму?

Да уж, в школе нас постоянно взвешивали. В театре я такого не припомню. Сейчас, когда отдыхаю, ни в чем себя не ограничиваю, даже поправляюсь. Но в период репетиций и спектаклей тело само приходит в нужную форму.

Поделись своими секретами красоты! Это же тяжелейшая профессия – постоянно делают грим, прически…

Я обожаю плавать в бассейне, сидеть в сауне. А с внешностью никаких экспериментов не провожу – просто слежу, чтобы выглядеть как все нормальные женщины.

На съемке ты была в часах Jaeger-LeCoultre. А в жизни носишь украшения?

Обожаю смотреть на ювелирные изделия и фотографироваться в них. Но ношу только помолвочное кольцо. Иначе забываю всё надеть после спектакля. Уже трое часов так потеряла.

А ты вообще позволяешь себе отдых?

Раньше я работала практически без выходных, а сейчас оставляю один свободный день в неделю. Я живу в прекрасном районе Лондона – Маленькая Венеция. Это настоящее счастье – взять утром кофе, погулять, сходить в кино, посидеть на балконе с книгой. Летом езжу, конечно, отдыхать, но не более чем на две недели.

Ты молодая, успешная и красивая женщина. Как проводишь свободное время?

Раньше я была абсолютно сконцентрирована на театре. Отрабатывала движения до 12 ночи, и больше ничего не надо было. Но приоритеты меняются. Сейчас бегу, чтобы взять собачек под бок, посидеть дома с друзьями.

У тебя есть кумиры? Те, на кого ты смотришь и понимаешь: это то, к чему я стремлюсь.

Всегда нужно равняться только на себя и собственную индивидуальность. Но есть люди, которые искренне восхищают: мои любимые балерины Сильви Гиллем и Алессандра Ферри, например. Майя Плисецкая и Наталья Макарова, разумеется. Но быть похожей ни на кого не хочу. Главное – оставаться собой.

И последний вопрос: ты считаешь себя выдающейся балериной?

Надеюсь, я еще много чего успею сделать. Не назвала бы себя хорошей танцовщицей, зато я умею создать атмосферу и поднять энергетику – у зрителей всегда остается сильное впечатление от спектакля.

================================================================================
ВСЕ ФОТО - ПО ССЫЛКЕ ВЫШЕ


=====================================================================
В ДОПОЛНЕНИЕ К ИНТЕРВЬЮ:

7 мая 2019 16:33
Юбилейный выпуск Cosmopolitan: съемка Натальи Осиповой

В процессе съемок обложек для юбилейного номера команда Cosmo сменила несколько континентов, сутки провисела на телефоне и написала километры сообщений ради того, чтобы поймать наших героинь. Где еще снимать приму-балерину лондонского Королевского балета, как не в одном из репетиционных залов театра, в котором она выступает! Смотри, как это было!

https://www.cosmo.ru/news/beauty/yubileynyy-vypusk-cosmopolitan-semka-natali-osipovoy/


Последний раз редактировалось: Елена С. (Вс Июн 09, 2019 5:06 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20643
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вс Июн 09, 2019 4:30 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019060902
Тема| Балет, МАМТ, мастерская молодых хореографов «Точка пересечения», Персоналии,
Автор| павел Ященков
Заголовок| В Музыкальном театре воцарились слухи, сюр и тотальная инсталляция
На сцене МАМТа показали гала-концерт из лучших работ мастерской молодых хореографов «Точка пересечения»

Где опубликовано| © Московский Комсомолец
Дата публикации| 2019-06-09
Ссылка| https://www.mk.ru/culture/2019/06/09/v-muzykalnom-teatre-vocarilis-slukhi-syur-i-totalnaya-installyaciya.html
Аннотация|

В Московском музыкальном театре имени Станиславского и Немировича-Данченко — тотальная инсталляция… В огромном атриуме театра — бамбуковый лес с огромным зеленым носорогом на опушке. У его золотого рога фотографируются зрители. Рядом на полу разбросаны гигантские хрустальные люстры, напротив — такая же огромная, как носорог, черепаха, а на потолке крутятся десятки пропеллеров, и тут же бесконечно вращаются мобили.


Фото: instagram.com@dionisiymus.

Все это элементы декорационного оформления оперных и балетных спектаклей (носорог, к примеру, из «Влюбленного дьявола» — оперной новинки этого сезона, люстры — из «Войны и мира», а мобили — из «Щелкунчика»), выставленные к юбилею главного художника театра Владимира Арефьева. А на основной сцене театра, только в танцевальном формате, на гала-концерте «Точки пересечения» рядом друг с другом также соседствуют классика и эксперимент, провокация и перформанс… Словом, творческая жизнь в театре кипит…

А в фойе и кулуарах «Стасика» обсуждаются бродящие последнее время все с большей интенсивностью слухи о том, что контракт у гендиректора театра Антона Гетьмана заканчивается и новый с ним могут не заключить. Артисты огорчены. Ведь в таком случае театр ждут «темные» времена: в отставку неминуемо подаст, как он уже и намекает в своих интервью, балетный худрук театра, экс-этуаль Парижской оперы Лоран Илер — и тогда скандала, причем уже международного, не избежать. И все это не пойдет театру на пользу.

За прошедшие несколько лет (с момента, когда у театра в качестве гендиректора появился Антон Гетьман) МАМТ уверенными темпами становится все более и более продвинутой по-европейски компанией. При этом театр осуществляет хорошо сбалансированную политику, не забывая при всей своей актуальности и современности и про классику. Сейчас можно констатировать, что «Стасик» постепенно становится первой в России по части современного репертуара труппой, что, кстати, и подтвердил прошедший гала-концерт.

Итак, «Точка пересечения»… Это название удачного экспериментального лабораторного проекта, по сути — творческой мастерской современного танца, что уже несколько лет ежегодно осуществляется в театре на Малой сцене. «Двадцатиминутный балет, минимальный бюджет — и никаких творческих ограничений» — таковы условия. Перед нами воркшоп — распространенная на Западе форма поиска талантливых хореографов, когда театр предоставляет площадку и артистов, а молодые балетмейстеры делают с ними новые работы, лучшие из которых показываются публике.


Впервые у нас в стране такие своеобразные полигоны для демонстрации работ молодых авторов ввел Алексей Ратманский, еще в пору своего руководства балетом Большого театра. Хотя в самом Большом такие показы постепенно заглохли (последний раз на сцене главного театра страны работы начинающих хореографов показывал Сергей Филин почти два года назад), начинание подхватили — такие творческие лаборатории впоследствии появились в Мариинском и Екатеринбургском театрах, но лучше всего прижились они именно в «Стасике».

Начались такие экспериментальные мастерские тут еще до Илера, при Игоре Зеленском, а француз не только одобрил проект, но всячески ему способствовал. Для гала-концерта он отобрал семь балетов от семи хореографов, созданные в первые три года проекта. Однако показать из них получилось только шесть: во время антракта стало известно, что танцовщик Евгений Поклитарь, занятый в двух балетах второго отделения, получил довольно тяжелую травму — порвал мениск. После перерыва к зрителям вышел Илер и сообщил о том, что заявленного третьего балета «Чай или кофе» по причине травмы танцовщика показать не смогут, а в другом балете англичанина Соломона Беррио-Аллена «Жонглируй» хореограф сделал несколько изменений. Закончил он свой спич словами «Show must go on», то есть «Шоу должно продолжаться». Оно и продолжилось как раз балетом «Жонглируй».

Жалко, конечно, что публика не увидела один из самых удачных балетов этого проекта «Чай или кофе», в результате чего смазался финал программы, поскольку несколько сумбурный балет «Дежавю» албанского хореографа Эно Печи для этой цели явно не подходил. Поставленный два года назад балет «Чай или кофе» сразу был номинирован на «Золотую маску». А вскоре хореографа этого балета Андрея Кайдановского пригласили в театр для постановки балета «Пижамная вечеринка», уже вошедшего в репертуар компании, который, в свою очередь, получился настолько удачным, что Илер уже объявил о своих планах показать его в следующем сезоне во время намеченных им гастролей Музыкального театра в Париже.

Но и балет «Жонглируй» оставил совершенно сюрреалистическое впечатление: на фоне страстно обнимающихся и танцующих друг с другом мужчин на верхнем подиуме прогуливалась фигура, одетая в костюм, но без головы. А в самой композиции движения, как во сне или в состоянии невесомости, были плавные, тягучие и нарочито замедленные. Балет напоминал какой-то «открытый космос», а все пять артистов, исполнявшие эту тягучую современную хореографию, казались нереальными. Тем не менее и на этом фоне своей невероятной сосредоточенностью и концентрацией из них выделялись Юрий Выборнов и Евгений Поклитарь, танцевавшие в этом «открытом космосе», словно сомнамбулы. При этом травмированный Евгений Поклитарь в результате некоторых изменений в хореографии (по-моему, они пошли балету даже на пользу) выйти на сцену все-таки смог. Он танцевал на «заморозке», после укола, и не просто проявил при этом героизм, но в дуэте (вместе с Юрием Выборновым) танцовщики показали настоящее мастерство слияния с медитативным музыкальным материалом балета и были прочувствованно самозабвенны.

«Мы часто держимся за вещи, которые не всегда служат нам. Иногда мы должны отпустить эти якоря, чтобы развиться». «Что потеряно — найдено» — такой смысл, по словам хореографа Соломона Беррио-Аллена, он вкладывал в этот опус. И артисты в нем действительно «отпустили якоря», державшие их в рамках классической балетной традиции, и нашли новую интонацию и пластику, так интересно смотревшуюся в этом балете.

Выигрывал на основной сцене не только балет «Жонглируй», дополнительное пространство для классических движений и «воздух» получил построенный в стиле слегка модернизированной классики балет на музыку Баха, Пизенделя и Чайковского «Вариации и квартет», поставленный танцовщиком «Стасика» Константином Семеновым. А такие яркие танцовщики труппы, как Оксана Кардаш, Иннокентий Юлдашев, Елена Соломянко, Ольга Сизых и Сергей Мануйлов, при этом своим исполнением талантливую хореографию еще и украсили.

Балет «Песочные часы» хореографа Ксении Вист, открывший гала-концерт, хотя и невнятен с точки зрения композиции и драматургии, потрясает пластическим совершенством солиста «Стасика» Алексея Любимова, а также завораживающей пластикой тел таких талантливых танцовщиков, как Анна Окунева, Иннокентий Юлдашев, Леонид Блинков, Наталья Клейменова и Георги Смилевски-младший.

Уже не как хореограф, а как главный герой вступил Константин Семенов и в балете «Мы», посвященном «историям жизни обычных людей». Этот балет, так же как и балет израильского хореографа Эяль Дадона «То, да не то», к сожалению, потерялся на большой сцене. Китаянка Диша Жанг, работающая в молодежной компании Гамбургского балета Джона Ноймайера, рассказала в нем истории из жизни офисных работников, которые показаны в ее балете в забавных ситуациях на работе и дома. В качестве отвязного офисного работника можно было видеть здесь и превосходного классического принца этой труппы Дениса Дмитриева. Этот артист, как и его жена, прима Музыкального театра Эрика Микиртичева, которых мы знаем как первоклассных классических танцовщиков, кажется, отлично существуют и в новых, созданных специально для них ролях, прекрасно чувствуя, например, ироничную интонацию балета «То, да не то».

Показывавшиеся до этого в рамках эксперимента на крошечной Малой сцене театра разные балетные постановки по-разному смотрелись на основной сцене. Одним такая трансформация очень пошла, другие, наоборот, подпортила. Но и те и другие двигают развитие театра и его артистов вперед. И будет очень жаль, если непродуманное решение чиновников от культуры это развитие прервет.


Последний раз редактировалось: Елена С. (Ср Июл 03, 2019 4:09 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20643
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Июн 10, 2019 9:08 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019061001
Тема| Балет, БТ, Персоналии, Светлана Захарова
Автор| Ольга Шаблинская
Заголовок| Прима-балерина Светлана Захарова: «Пуанты надо оживить»
Где опубликовано| © "Аргументы и факты"
Дата публикации| 2019-06-10
Ссылка| http://www.aif.ru/culture/person/prima-balerina_svetlana_zaharova_puanty_nado_ozhivit
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

Прима-балерина Большого театра и миланского «Ла Скала», народная артистка России, лауреат Госпремии РФ Светлана Захарова побеседовала с корреспондентом «АиФ».


Светлана Захарова. © / Пресс-служба

Ольга Шаблинская, АиФ.ru: В СССР важных иностранных гостей обязательно вели на «Bolshoi ballet». Это была визитная карточка страны. Остался ли балет Большого национальной гордостью и сегодня?

Светлана Захарова:
Остался. Спектакли, как и прежде, проходят на хорошем уровне, репертуар обширный от известных классических спектаклей до современных постановок. В театр трудно купить билеты, особенно на звездный состав. Хотя бывает, что люди предаются ностальгии и можно услышать: «Раньше было лучше, не то, что сейчас». Но пройдёт ещё некоторое время и уже следующее поколение будет говорить: «Вот в наше время...». Это закономерно. Всегда человек скучает по молодости, и кажется, что прошлые времена были интереснее, насыщеннее и лучше. Возможно, что-то и вправду было лучше. У каждого времени свои кумиры. Но Большой театр всегда был и остаётся гордостью страны. У нас великая школа, мощные традиции, и много ещё людей, которые эти традиции сохраняют и передают.

— Где сейчас танцуют так же хорошо, как у нас?

— В странах, где есть традиционная балетная школа — Франция, Италия, Англия. Азия сейчас очень набирает обороты. Страны, не имеющие балетного прошлого, во всю догоняют Европу.

— Вы — сопредседатель жюри международного балетного приза «Benois de la Danse». В прошлые годы Захарова дважды получала заветную статуэтку. Что сложнее, Светлана? Самой участвовать в конкурсе или «жюрить»?

— Выбирать лучших очень трудно. Когда ты номинант, от тебя ничего не зависит: работа сделана, премьера станцована. Дальше уже всё зависит от вкуса судей. У жюри ответственность больше. Плюс к этому ещё и весь мир следит, кто номинирован, кто победит. Приз давно уже называют «балетным «Оскаром». Это действительно так. В мире существуют многие награды «Лучшая балерина», премии балетных журналов и т.п. Но вот подобного уровня международной награды, где оцениваются балерины и танцовщики, хореографы, композиторы и художники, больше нет.

— А лично вас, как балерину, чем привлекает фестиваль?

— Лично для меня «Benois de la Danse» интересен ещё и тем, что можно за короткое время «объять необъятное». Несмотря на то, что балетный мир достаточно узкий, всё равно ты не можешь проследить за всем, что было поставлено в театрах самых разных точек планеты. А благодаря фестивалю всегда знакомишься с чем-то совершенно новым.

— Но Захарова и сама новатор. Скоро, например, станцуете историю жизни Коко Шанель. В балете такого ведь ещё не было.

- 22 и 23 июня на Исторической сцене Большого театра пройдет мой новый проект «Modanse». Который состоит из двух одноактных балетов: «Как дыхание» балет знаменитого итальянского хореографа Мауро Бигонцетти на музыку Генделя и мировая премьера балета «Gabrielle Chanel» в хореографии Юрия Посохова, на музыку Ильи Демуцкого.

Многие роли достаются большим трудом и терпением, то же я могу сказать о Шанель. Исполнять реальную героиню, женщину с невероятной историей жизни, которая жила, творила, любила и теряла, была успешной и в то же время одинокой непросто. Чтобы понять ее, найти нужный образ, я ездила в Париж, была в ее квартире. Читала ее автобиографию, смотрела фотографии и кино. Вникала в ее внутренний мир.

— Майя Плисецкая рассказывала, что однажды сломала мизинец на руке, ударившись о партнёра. Палец повис, а она крутила фуэте... В балете боль становится частью существования?

— Да, потому что балетные испытывают боль, начиная со школы. Все движения, которые мы делаем, физиологически для человека неестественны. Я не знаю артиста, которого бы обошла боль, травмы. Балет — это не только красота и изящество, красивые пачки, цветы и аплодисменты. Это колоссальный труд, бесконечные репетиции, борьба с болью, ленью, весом. Но ко всему привыкаешь, и такая работа становится нормой для всех, кто посвятил свою жизнь этому прекрасному искусству.

— Балерины говорят, сейчас уже совершенно другие пуанты, не такие, как раньше. Есть даже пластиковые. А у вас какие балетные туфли?

— Я танцую в американских пуантах уже 8 лет. Они сделаны по новым технологиям и продолжают усовершенствоваться. Но идеальных пуантов ещё никто не придумал, поэтому когда я беру в руки новую пару, начинаю их готовить к репетиции. Пришиваю ленточки, резинки, что-то отрезаю и пришиваю, все делаю сама и через этот процесс пуанты обретают мою энергию. Когда их надеваю, они уже мои, прирученные, родные, готовые к работе.

— Наша великая балерина признавалась: пережив предательство любимого и сделав аборт, стала ярче исполнять Жизель, сошедшую с ума от измены возлюбленного. Как это можно объяснить?

— Жизнь меняет со временем любого человека. Ты приобретаешь опыт, испытываешь чувства, эмоции, которые трансформируются в твоих персонажах. Когда у артиста есть интересный жизненный опыт, богатый внутренний мир, на него всегда интереснее смотреть.

— Близкие, посмотрев ваш спектакль, могут устроить дома «разбор полётов»?

— Как правило после спектакля, ни мой репетитор Людмила Ивановна Семеняка, ни моя семья спектакль не разбирают. На следующий день в зале на репетиции с Людмилой Ивановной, мы обсуждаем, что было сделано хорошо, а чего не хватило. Я всегда прислушиваюсь к ее мнению и советам. Моя семья только поддерживает меня и оберегает.

— Ваш супруг — известный скрипач Вадим Репин. Восхищаетесь им?

— Конечно! Я наслаждаюсь, когда Вадим играет, он гениальный скрипач, большое счастье слушать его!

— Так интересно — вы всегда такая сдержанная, а тут аж глаза вспыхнули!

— Правда, такое впечатление, что мы с Вадимом только вчера познакомились, хотя уже 10 лет вместе. То ли время так быстро пролетело, то ли мы его не заметили.


Вадим Репин и Светлана Захарова. Фото: РИА Новости/ Александр Кряже
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20643
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Июн 10, 2019 9:26 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019061002
Тема| Балет, БТ, Персоналии, Светлана Захарова
Автор| Корр. ТАСС Ольга Свистунова
Заголовок| Светлана Захарова отметит юбилей мировой премьерой проекта MODANCE в Большом театре
Балерине исполняется 40 лет

Где опубликовано| © ТАСС
Дата публикации| 2019-06-10
Ссылка| https://tass.ru/kultura/6532361
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ


Светлана Захарова
© Сергей Савостьянов/ТАСС


Прима-балерина Государственного академического Большого театра России (ГАБТ), народная артистка РФ Светлана Захарова, которой в понедельник исполняется 40 лет, отметит юбилей мировой премьерой проекта под названием MODANCE, объявленной на 22-23 июня на Исторической сцене Большого театра. Об этом в интервью ТАСС сообщила сама балерина, уточнив, что конкретно день рождения проведет в самолете, совершающем полет по маршруту Токио - Москва.

"В свой день рождения я буду лететь в самолете по маршруту Токио - Москва", - сказала Захарова, принимая поздравление ТАСС. Балерина пояснила, что возвращается после участия в VI Транссибирском Арт-Фестивале в Японии, где представляла совместную с Вадимом Репиным [всемирно известный скрипач, художественный руководитель Транссибирского Арт-Фестиваля] авторскую программу "Па-де-де на пальцах и для пальцев". Выступления состоялись в трех городах Японии - в Осаке (5 июня), в Токио (8 июня) и в Маэбаси (9 июня).

"Но уже утром во вторник, 11 июня, я буду в Большом театре. Расслабляться нельзя, надо двигаться и дальше развиваться", - заявила Захарова.

Согласившись ответить на несколько вопросов, отправленных по электронной почте, балерина рассказала о своих правилах жизни, начав с темы возраста.

"Еще многому надо научиться"

"Каждому артисту отведено свое время", - убеждена Захарова. "В мире балета очень много примеров долгожителей на сцене. Все зависит от возможности тела, здоровья и сил", - считает она.

По ее словам, "желание тоже немаловажный фактор". "А еще поклонники, которые любят, поддерживают и ждут тебя на сцене, и ради которых иногда приходится совершать маленький подвиг", - назвала собеседница агентства стимулы для творчества.

По поводу возраста она тоже была откровенна. "Сейчас в мире открытой информации в интернете вообще трудно что-то скрывать. Люди становятся старше, и это нормальный, закономерный процесс. Глупо комплексовать на эту тему", - призналась балерина.

"Иметь жизненный опыт - это же замечательно, - заметила она. - Это дает какую-то внутреннюю стабильность. В то же время, я понимаю, что в мире еще столько неизведанного и интересного, еще многому надо научиться".

"Под зорким присмотром"

"Как я уже сказала, расслабляться нельзя, - подчеркнула Захарова. - Достигнув одной успешной цели, надо идти дальше, а не сидеть на месте со своим вчерашним успехом, о котором уже все забыли, кроме тебя".

"Учиться на своих ошибках - тоже входит в мои правила", - заявила прима.

"Я вижу свои недостатки, стараюсь их исправить. Благо, меня окружают профессиональные люди, которым я доверяю. Моя любимая Людмила Ивановна Семеняка [знаменитая балерина, народная артистка СССР], мой репетитор, уже 15 лет мы вместе работаем в Большом театре, от которой ничего не утаишь и не скроешь. Так что я под зорким присмотром!" - сказала она.

"Нет "железного занавеса"

А вот уехать за рубеж для продолжения карьеры, как делали многие известные российские балерины, Захарова, как выяснилось в ходе беседы, подумала лишь однажды.

"Только однажды меня посетила мысль переехать работать в Гранд-Опера, в Париж, когда я работала в Мариинском театре. Но поступило очередное приглашение перейти в Большой театр, и я, безусловно, выбрала Москву", - сказала балерина.

"Уезжать на постоянную основу за границу в моем случае нет необходимости, - продолжила она. - Я свободно гастролирую по всему миру, в лучших театрах планеты и всегда с радостью возвращаюсь домой. Мой дом - Россия, и это уже не искоренить".

"Если меня хотят видеть на мировых сценах, я могу там выступать, - пояснила балерина. - Если я мечтаю о работе с кем-то из хореографов, я сажусь в самолет и лечу к нему. Нашему поколению повезло: нет "железного занавеса".

"В другом амплуа"

Будучи классической балериной, Захарова призналась, что с интересом осваивает современный репертуар.

"Мой первый классический спектакль "Щелкунчик" я станцевала в 16 лет, еще будучи ученицей Академии имени Вагановой, - напомнила балерина. - И с тех пор станцевала огромное количество классических балетов, в разных редакциях на разных континентах".

При этом, по словам Захаровой, "приходит момент, когда интересует что-то новое, вкус меняется, мышление и приоритеты тоже меняются". "И ты начинаешь искать новые формы, искать интересных хореографов, пробовать себя в другом амплуа. Это становится необходимым, а для многих балерин современные постановки просто спасение, возможность продлить сценическую жизнь", - признала Захарова.

Мировая премьера

Рассказывая о ближайших планах, Захарова сообщила, что готовится "к большой премьере, которая запланирована на 22 и 23 июня в Большом театре". Проект называется MODANCE.

"Программа состоит из двух одноактных балетов - "Как дыхание" и Gabrielle CHANEL, - проинформировала балерина. - Первый балет программы - "Как дыхание" - работа итальянского хореографа Мауро Бигонцетти. В музыкальную основу спектакля легли различные произведения Георга Фридриха Генделя".

"Во втором отделении будет исполнена мировая премьера балета Gabrielle CHANEL. Хореограф Юрий Посохов, композитор Илья Демуцкий создали сагу о жизни и творчестве модельера Коко Шанель. Режиссером и автором либретто стал Алексей Франдетти", - представила создателей спектакля исполнительница заглавной партии.

По ее словам, спектакль рассказывает о пути, который проделала Габриэль Шанель, навсегда перевернув мир моды ХХ века, - от неизвестной провинциальной певицы до главы одного из самых влиятельных модных домов мира. В постановке принимают участие артисты балета Большого театра - Денис Савин, Михаил Лобухин, Якопо Тисcи, Вячеслав Лопатин, Ана Туразашвили и другие.

Что касается дальнейших планов, то Светлана Захарова призналась, что у нее "есть мечта, и не одна. Как профессионального, так и личного характера". "Если эти мечты исполнятся, я о них обязательно расскажу", - пообещала балерина.

О Светлане Захаровой

Светлана Захарова родилась в Луцке 10 июня 1979 года. В 1989 году поступила в Киевское хореографическое училище. В 1995 году приняла участие в балетном конкурсе Академии русского балета имени А.Я. Вагановой Vaganova-Prix, где получила второй приз и предложение перейти учиться в Академию сразу на выпускной курс.

В 1996 году окончила Академию имени Вагановой и сразу после выпуска была принята в труппу Мариинского театра, где уже в следующем сезоне заняла положение солистки.

В 2003 году перешла в Большой театр, где по сей день является ведущей солисткой балетной труппы. Исполняет главные партии в балетах классического и современного репертуара.

В апреле 2008 года стала также прима-балериной миланского театра "Ла Скала". Выступала в Москве, Санкт-Петербурге, Лондоне, Берлине, Париже, Вене, Милане, Мадриде, Токио, Баку, Нью-Йорке, Амстердаме и многих других городах мира.

Светлане Захаровой присвоено звание народной артистки РФ. Она является лауреатом Государственной премии РФ и кавалером ордена "За заслуги перед Отечеством".
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20643
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Июн 10, 2019 10:51 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019061003
Тема| Балет, БТ, приз «Бенуа де ля данс», Персоналии,
Автор| Александр Фирер
Заголовок| Килиан «пробил» экран
Где опубликовано| © Портал "Музыкальные сезоны"
Дата публикации| 2019-06-10
Ссылка| https://musicseasons.org/kilian-probil-ekran/
Аннотация|

На Исторической сцене Большого театра прошла XXVII церемония вручения международного балетного приза «Бенуа де ля данс» и два гала-концерта.


Дуэт из “Сильвии”. Никиша Фого и Денис Черевичко

За годы своего существования этот праздник танца с элегантным французским названием Benois de la danse полюбился публике, балетоманам и не в последнюю очередь балетным профессионалам. Пройдя годы скитаний, когда проект, рожденный в России, вынужден был бродить по Европе, «Бенуа» в конце концов вернулся в Москву и стал неотделим от Большого театра. Приз вручается за художественно яркие работы прошедшего календарного года (основные номинации – лучшая танцовщица, лучший танцовщик, лучший хореограф). Победителей награждают статуэткой танцующей пары работы скульптора Игоря Устинова из славного рода Бенуа. Формат события – двухдневный фестиваль: в первый вечер объявляют лауреатов, проходит их награждение и концерт победителей и дипломантов, во второй – в гала танцуют звезды «Бенуа де ля данс» – лауреаты приза прошлых лет.

Своих номинантов выдвигает каждый из членов международного жюри, бессменный председатель которого – выдающийся мэтр хореографии Юрий Григорович. Просматриваются видеозаписи с работами кандидатов на приз, и решением жюри выносится вердикт.

Публика всегда с нетерпением ждет не только объявления результатов, но и яркого сценического представления с участием молодых талантов и уже признанных мастеров. Приз «Бенуа» окрестили балетным «Оскаром». Сравнивать, конечно, эти награды можно, но не отождествлять. Дело в том, что конкурс «Бенуа де ля данс» достаточно субъективный: только восемь членов жюри выбирают и предлагают номинантов. Безусловно, ими оказываются те балеты, и те артисты, которые лучше всего известны членам жюри. В сущности, восемь достойных деятелей хореографии продвигают своих любимых артистов и свои любимые постановки. И не всегда балетные судьи хорошо знакомы со всем мировым креативом прошедшего сезона. Поэтому невольно список номинантов жестко сужается до представителей только тех стран и тех компаний, с которыми непосредственно связаны арбитры «Бенуа». В конечном счете выбор ограничен: за бортом или в стороне могут остаться крупные театры и интереснейшие балетные труппы с их свежими работами, а новые роли замечательных артистов и сочинения талантливых хореографов оказаться незамеченными. Оттого-то порой случаются казусы, когда в номинанты попадают явно нехаризматичные или технически скромные исполнители, а также ординарные постановки. И это при том, что танцевальный мир чрезвычайно богат и разнообразен. Хотя советы давать всегда легче, чем действовать практически, рискну высказать мнение о необходимости несколько изменить систему выдвижения номинантов. Возможно, было бы резонно, чтобы каждый член жюри предлагал в каждой номинации по пять кандидатур, причем только две из них – из собственной компании. А в члены жюри ввести бессменного артистического директора «Бенуа» Нину Кудрявцеву-Лури, владеющую обширной информацией о том, что происходит в танцевальном мире, и зорко следящую за всеми балетными новинками. Составить шорт-лист из самых упоминаемых имен, предложенных жюри на получение приза «Бенуа». И из него выбрать лауреатов.

В этом году в состав жюри вошли сопредседатель Светлана Захарова (прима-балерина Большого театра), Рейчел Мур (директор Музыкального центра, Лос-Анджелес), Аньес Летестю (экс-этуаль Парижской оперы), международная звезда Ана Лагуна, Дёрк Баденхорст (генеральный директор международного конкурса балета, Южная Африка), международная звезда Владимир Малахов, Тед Брандсен (директор Национального балета Нидерландов). Победителями стали танцовщики Элиза Каррийо Кабрера (Государственный балет Берлина), Эшли Баудер (Нью-Йорк сити балет) и Вадим Мунтагиров (Королевский балет, Лондон), хореографы швед Фредрик «Бенке» Ридман и немец Кристиан Шпук, художник шотландец Джон Макфален.

Художественная креативность гала-концерта первого дня фестиваля «Бенуа де ля данс», в котором участвуют номинанты, каждый раз разного уровня, ибо программа такого вечера фактически определяется исключительно вкусом восьмерки-членов жюри текущего года и выступлениями их выдвиженцев. Всегда есть номера курьезные и заслуживающие особого внимания. Они различны по качеству выделки и искусности исполнения. Но гала-концерт интересен своей неожиданностью, разнообразием, контрастностью и порой радикальностью. Так было и на сей раз.

Вечер открылся шутливым видеопосланием легендарного 72-летнего хореографа чеха Иржи Килиана, лично не прибывшего в Москву (по причине своей аэрофобии) за получением приза «За жизнь в искусстве». Ни одно последующее выступление артистов живьем не смогло сравниться с кинотанцем Килиана, тотально завладевшим вниманием публики. Восхищенные зрители от души веселились и были сражены наповал простотой и гениальностью миниатюры-месседжа Килиана, неистощимая фантазия которого бьет ключом. Казалось, он пробился сквозь экран на сцену Большого театра и втягивал своей энергетикой каждого зрителя в танец. Этот номер на зажигательную песню из репертуара знаменитой перуанки Имы Сумак «Мамбо суслика» Килиан исполнил с тростью и в шляпе в духе Фреда Астера. В крупных кинопланах то ноги отбивали чечетку, а то ликовал и лицедействовал верх, будто жил своей отдельной жизнью. Такое блистательное начало концерта непредвиденно стало кульминацией всего вечера.

Приятно удивил лауреат «Бенуа-2019» шведский хореограф Фредрик «Бенке» Ридман, известный своими радикальными версиями известных спектаклей («Лебединое озеро. Перезагрузка», «Щелкунчик. Перезагрузка», «Жар-птица»). Приз он получил за свой «Дуэт с индустриальным роботом» (I часть «Весны священной»): используя компьютерные технологии и робототехнические достижения, Ридман опережает танцтеатральное время. В этом дуэте жирафообразный робот выглядит очень человечным, удивляет глубина чувств, которые способна испытывать машина к несовершенному человеку. Между ними – трогательный тактильный диалог взаимного познания. Поистине новаторская работа Ридмана, к сожалению, не была показана на вечере из-за сложностей транспортировки огромного массивного робота (кажется, что затраты его перевозки были бы сравнимы с доставкой космодрома Байконур на сцену Большого). Но замена этого номера на другой «The treatment» («Лечение») из балета «Щелкунчик. «Перезагрузка» Ридмана не только не разочаровала, но и ошеломила, и позабавила, и заинтриговала. Под музыку Чайковского франтоватый Дроссельмейер-остеопат проделывал чудеса массажа и исцелял суставы скиталицы Мари, управляясь с ней как с отбивной. Фрилансеры Эллен Линдблад и Даниэл Койвунен бескостной пластикой, абсолютной телесной свободой, вольным ощущением себя в пространстве вкупе с доходчивым и неназойливым юмором влюбили в себя зрителя.

Хореография конкурентов Фредрика Ридмана – Хуанхо Аркеса (дипломант) и Кристиана Шпука (лауреат), представленная на вечере соответственно во фрагментах из балетов «Пламя» и «Зимний путь», не впечатлила: хореавторы работают без риска, по европейским универсальным лекалам, не сворачивая с проторенных путей сочинительского конформизма.

Лауреат «Бенуа-2019» истый классик Вадим Мунтагиров, премьер лондонского Королевского балета, на вручение приза не приехал, как и его главный соперник известный виртуоз Даниил Симкин, премьер Американского театра балета. Не было и номинанта Одрика Безара, первого танцовщика Парижской оперы, который вряд ли мог бы претендовать на приз лауреата в такой компании кандидатов. Из присутствующих танцовщиков-номинантов особых похвал заслуживает премьер Большого театра Вячеслав Лопатин. Он вполне мог бы разделить лауреатство с лондонским премьером, но члены жюри предпочли классическую безупречность Мунтагирова в партии Принца Зигфрида пластической незаурядности Лопатина в роли Фавна (за эти работы танцовщики были номинированы). На вечере Лопатин исполнил «Письмо к Руди. Ученик» из балета «Нуреев», представ на пике своего зрелого мастерства. По контрасту с другими участниками гала он выгодно выделялся, публика это сразу почувствовала и наградила его своим призом – самыми бурными аплодисментами.

В своем номере «Carring my own floor» («Моя сцена всегда со мной») кубинский танцовщик и хореограф Абель Рохо, перемещая четыре платформы (каждая размером с большой ноутбук), делал на них пластические упражнения – приседал, нагибался, ложился, вставал на колени, шагал, растягивался, балансировал, не касаясь ногами сцены. Казалось, бестрепетный артист рассматривал сценическое пространство как чужеродную среду. В длиннющем номере под монотонные синкопы Эрика Сати Рохо демонстрировал матричную модель его микро и макромира, которая для него достаточна и на пляжном песке, и на вспаханном поле, и на торфяном болоте, и на сцене Большого. Было видно, что зрители четко разделились на два лагеря: большинство боролось со сном, другие восприняли номер как новую танцевальную форму или как оригинальный этюд со «свежим» предметом. Членов жюри не причислишь к энтузиастам из зрительного зала, они корректно выдали Рохо только диплом.

Неприглядно выглядели танцовщики и в классике. Живчик Андиле Ндлову из Вашингтонского балета (партнерша – Маки Онуки) героически вступал в неравный бой с турами и антраша в вариации Джеймса из «Сильфиды». Большеглазый красавец Даниэль Камарго из Национального балета Нидерландов (партнерша – эффектная Элиза Баденес) в па-де-де из «Дон Кихота» аффектировал страсть и неудачно трюкачествовал. Однако во второй вечер Камарго взял свое, исполнив номер «Огнедышащий» на музыку Людовико Эйнауди в хореографии Катаржины Кожельской: тут он был естественным в своей виртуозности и поистине огнедышащим.

Лучшей из выступивших танцовщиц на вечере среди дипломантов и лауреатов (Эшли Баудер, Элиза Каррийо Кабрера, Майя Махатели, Юань Юань Тань, Кахо Янагисава) выглядела этуаль Парижской оперы очаровательная Амандин Альбисон. Она впечатлила богатством нюансов и чувств, казалось, растворилась в шопеновской гармонии в дуэте из III акта «Дамы с камелиями», в котором ее партнером стал премьер Гамбургского балета Эдвин Ревазов. Самым неудачным оказалось выступление американки Эшли Баудер, примы Нью-Йорк сити балета, в па-де-де из «Коппелии» в хореографии Баланчина и Даниловой (по Петипа). А профессионально несостоятельный партнер Сет Орза из Тихоокеанского Северо-Западного балета только усугублял положение. Считающаяся одной из лучших балерин в своей компании, крепкая техничка Баудер, видимо, все еще не пришла в форму после родов. Танец потяжелевшей танцовщицы обескураживал карикатурной неуклюжестью. Разухабистая манера исполнения шла вразрез изяществу хореографии. И только в какие-то мгновения можно было вспомнить о недавнем прошлом первоклассной балерины. Судя по всему, именно былые заслуги Баудер и мотивировали благосклонное решение жюри присудить ей лауреатский приз.

Украшением вечера стали два номера лауреатов прошлых лет – «Адажиетто» Малера в хореографии Джона Ноймайера и «Другой ты» на «Лунную сонату» Бетховена в постановке Кристал Пайт. Премьеры труппы Джона Ноймайера Анна Лаудере и Эдвин Ревазов томное лирическое «Адажиетто» превратили в песню любви. Танцовщики «Хаббард стрит данс Чикаго» Майкл Гросс и Эндрю Мёрдок в миниатюре «Другой ты» поведали о страстном поединке человека со своим альтер-эго. Впрочем, глубокий опус вызывает поток ассоциаций и может быть истолкован каждым по-своему.

Второй вечер фестиваля «Бенуа» с мировыми, российскими и московскими премьерами по атмосфере был сумеречным: затянутые номера исполнялись в полумраке, а их содержание удручало пессимизмом. Основными хореографами этого гала стали Джон Ноймайер и Анжелика Холина.

Холина смело представила на суд балетной публики фрагменты из своих густонаселенных спектаклей – «Пиковой дамы», «Анны Карениной», «Отелло» в исполнении актеров Вахтанговского театра. А в дуэте Настасьи Филипповны и Парфена Рогожина из «Идиота» актерствовали прима-балерина Большого театра Ольга Смирнова (в ранее ей несвойственной вызывающе агрессивной манере) с партнером Валерием Суановым из филиала Мариинского театра во Владикавказе.

Хореограф набила руку на пластических иллюстрациях хитов мировой драматургии, ставит мастеровито, в манере, которую условно можно назвать Эйфман Light. Она нашла золотую жилу в драмтеатре, укрупнила сценическое движение до полновластного пластического действа с незатейливой лексикой, с педалированием эмоций, с доступными, незамысловатыми метафорами. Зрелище предельно внятное, демократичное, с качественным подбором музыки, и вспомогательную, но немаловажную роль в нем играют небалетные бытовые костюмы и сценографические аксессуары.

Художественный козырь постановщика – жрецы Мельпомены, профессионально владеющие актерской техникой. А для драматических исполнителей подобное сценическое существование в новинку, и их собственный пластический опыт – глоток свежего воздуха. Они вдохновенно бросаются в новое креативное пространство и отдаются ему сполна.

Холина призывает не искать названия жанру или стилю ее постановок. В самом деле это затруднительно. Но единственное, что с определенностью можно сказать, что эти работы – на обочине танца. Потому сочинения Холиной, нестандартно разнообразящие репертуар драматических подмостков, на сцене Большого выглядели самодеятельными, хоть и отлично отрепетированными.

Его величество Танец представляли лучшие премьеры Гамбурского балета Сильвия Аццони, Анна Лаудере, Александр Рябко, Эдвин Ревазов, тонкие интерпретаторы хореографии Джона Ноймайера. Его дуэты всегда отличаются изощренным эстетизмом, каждое движение значимо, проходных нет. Трагическую интонацию расставания в адажио из «Героической симфонии» (II часть балета «Проект – Бетховен») на фоне пламенеющей геометрической декорации точно передавали Анна Лаудере и Эдвин Ревазов. Сильвия Аццони и Александр Рябко в дуэте из балета «Орфей», по-современному поставленному Ноймайером, особенно пронзительны в сцене, когда Орфей, избавившись от темных очков, устремляется к возлюбленной Эвридике. Такие высококачественные выступления с отличной хореографией и поддерживают престиж фестиваля «Бенуа», столь любимого балетной публикой.

К сожалению, «Бенуа» только раз в году!



Фото Михаила Логвинова предоставлены пресс-службой “Бенуа де ля данс”


Последний раз редактировалось: Елена С. (Ср Июл 03, 2019 4:18 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20643
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Июн 10, 2019 3:50 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019061004
Тема| Балет, «Имперский Русский Балет», гастроли в СПБ. Персоналии, Гедиминас Таранда
Автор| Мария КИНГИСЕПП
Заголовок| «Надеемся удивить и порадовать зрителей»
Где опубликовано| © Вечерний Санкт-Петербург
Дата публикации| 2019-06-10
Ссылка| https://vecherka-spb.ru/2019/06/10/nadeemsya-udivit-i-poradovat-zritelej/
Аннотация| Гастроли

После большого перерыва в Петербурге выступит «Имперский Русский Балет». В конце недели в ДК имени Ленсовета начнутся трехнедельные гастроли прославленной труппы под руководством Гедиминаса Таранды. В афише – как известные, так и редко исполняемые классические балеты, в зрительском фойе – интерактивная выставка балетного костюма и уникальных фотографий. В преддверии гастролей корреспондент «Вечёрки» встретилась с легендой Большого театра, артистом, хореографом, режиссером, педагогом и антрепренером.

– Гедиминас Леонович, почему ваш театр так редко приезжает в наш город?

– У нас очень плотный рабочий график. Вот сейчас я здесь, а труппа танцует в Рио-де-Жанейро… Кроме того, у нас множество параллельных культурных проектов, которые требуют сил и времени. Наконец, не было формального предлога, а теперь он появился: нам 25 лет, и в этом году у нас большое юбилейное турне – по России, Европе, Латинской Америке, Азии, Австралии и Новой Зеландии.

– За границей легко поразить воображение зрителей высококлассным русским балетом. А по какому принципу вы составляли афишу для взыскательной петербургской публики?

– В первые три дня мы хотим показать весь спектр своего репертуара. В день открытия даем «Шехеразаду», «Болеро» и «Спящую красавицу». На второй день – «Лебединое озеро», и наше сценографическое решение точно вас удивит, когда вы не увидите привычной картинки – озера и замка. А в «Щелкунчике», кстати, у нас не елка в центре внимания, а огромный и таинственный винтажный шкаф… Шаловливым и при этом элегантным оформлением наших спектаклей мы обязаны талантливым художникам Андрею Злобину и Анне Ипатьевой, с которыми сотрудничаем уже много лет. На третий день мы покажем «Дон Кихота», и обещаю, что вы повеселитесь от души, как веселятся и сами танцовщики. А дальше будем играть блоками: подряд по два-три «Лебединых», по два-три «Щелкунчика» и так далее, как мы обычно играем за границей. С первого же спектакля покажем «Болеро» – это наша визитная карточка, это уникальный и завораживающий балет.

– «Шехеразаду», «Кармен-сюиту» и «Болеро» мало кто исполняет, эти балеты – редкость по нынешним временам…

– Мы получили письма от петербургских зрителей, которые просили поставить эти названия в афишу. «Шехеразада» – это же Михаил Фокин, это дягилевские «Русские сезоны», истоком которых стал петербургский балет. Так что это наш реверанс Питеру, наша благодарность. А вот «Болеро» – это уже «московская история», более жесткая. И совершенно гипнотическая: во время нашего исполнения публику буквально затягивает на сцену – настолько грамотно и классно спектакль построен по драматургии – музыкальной и хореографической.

– Как же это будет выглядеть?

– Я пригласил своих друзей из МХПИ (Московский художественный производственный институт. – Прим. ред.). Это опытные мастера с большим вкусом. Они из самых неожиданных материалов умеют создавать невероятную красоту. В фойе ДК имени Ленсовета они сделают для нас красивую входную арку, увенчанную двуглавым орлом, и проведут подсветку. Подсветим мы и пышный зимний сад, где расположено кафе, и украсим его вполне в балетном духе – воздушной органзой, из которой шьют балетные пачки и «шопеновки».

Центром экспозиции в фойе станет уникальный костюм Майи Михайловны Плисецкой. Это шестиметровый кринолин с вырезом спереди, очень эффектный. Его к юбилею великой балерины сделала Алла Коженкова – известный художник, ученица Николая Акимова. Бахрушинский музей (Государственный центральный театральный музей им. А. А. Бахрушина в Москве. – Прим. ред.) берет этот костюм для своих выставок – для нас это большая честь. Мы привозим и несколько уникальных кукол из коллекции галериста Елены Громовой, которая собирает авторские работы лучших художников-кукольников России.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20643
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Июн 10, 2019 7:38 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019061005
Тема| Балет, Персоналии, Михаил Мессерер
Автор| Павел Ященков
Заголовок| Михаил Мессерер: «Классический балет — высочайшее достижение человеческой цивилизации»
Педагог милостью Божьей
Где опубликовано| © "Московский комсомолец" №27994
Дата публикации| 2019-06-11 (на сайте газеты - 10.06)
Ссылка| https://www.mk.ru/culture/2019/06/10/mikhail-messerer-klassicheskiy-balet-vysochayshee-dostizhenie-chelovecheskoy-civilizacii.html
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

В этом сезоне один из самых прославленных балетных педагогов Михаил Мессерер справляет свой 70-летний юбилей. За эти годы мастер давал свой класс в лучших балетных компаниях мира, включая Королевский балет Великобритании, Парижскую оперу, Американский балетный театр (ABT) и многие другие. Но театр, в котором он вырос, конечно, Большой. Есть у Михаила Григорьевича и еще одна компания, которую он считает своим домом: театр, балетом которого он руководил в течение 10 лет и вывел в число мировых балетных лидеров, — Михайловский театр. Однако в этом сезоне он вынужден был покинуть свою любимую компанию. Почему? Об этом и о многом другом и попытался выяснить в своем «субботнем» разговоре балетный обозреватель «МК».



«Девушки на пальцах и в пачке — это еще не классический балет»

— Вообще-то я планировал прийти в Михайловский на один сезон, — начинает разговор Михаил Григорьевич. — Потом выяснилось, что нужно остаться на второй, третий, пятый… И я всегда думал, что это-то последний. Однако когда кончился мой четвертый контракт с Михайловским театром, я все же сказал, что продлевать его, к сожалению, больше не смогу. Но театр попросил меня остаться еще до конца того сезона, который закончился 28 июля прошлого года. Ко мне опять обратились с продлением, и я сказал, что не смогу дальше оставаться.

— Почему?

— Первый раз, в 2008 году, мы организовали гастроли Михайловского театра в Лондон, и с тех пор я был связан с этим театром. Для меня это был очень интересный и плодотворный период. Я благодарен петербургским зрителям и зрителям со всего света, которые приходили на наши спектакли, и благодарен Михайловскому театру, руководству, артистам. К каждому из них я отношусь как к своим детям. Но все эти годы я всегда помнил, что у меня есть семья, что у меня есть родные дети: младшему сыну, Эжену, как раз 10 лет исполнилось, и представьте, сколько за эти 10 лет я ездил туда-сюда — по выходным с ним только виделся. Дочке 19 исполнилось — и тоже жалко, что я не проводил с ней столько времени, сколько хотел бы, разрываясь между Россией и Англией, где живет моя семья. Они ко мне приезжали, конечно. И все-таки это совсем не то… И я почувствовал, что потом будет поздно. Нужно сейчас уделять больше времени младшему ребенку, и, я думаю, все поймут меня.

— То есть это никак не связано с возвращением к руководству балетом Начо Дуато?

— Наоборот, его возвращение связано с моим уходом. Когда я сообщил, что уезжаю, театр обратился к Начо, у которого тоже заканчивалась работа в Берлине.

— Но тем не менее у вас сохраняются отношения с театром? Вы предполагаете что-то делать для театра — как приглашенный, например, хореограф?

— Театр мне дорог, и, конечно, свои отношения с ним я сохраняю.

— А почему театр не отмечает ваш юбилей?

— Потому что я был в принципе против, чтобы тратить силы труппы на то, чтобы отмечать юбилей руководителя. Мне кажется, это неверно. Мы должны работать во имя зрителя, показывать репертуар. Можно, конечно, попытаться сделать какие-то вещи и без подготовки — но халтурой я не занимаюсь. А в принципе, там и так идет, простите за нескромность, фестиваль моего репертуара.

— С вашим именем связан подъем Михайловского театра — это признано по всему миру. Мы знаем, что в театр к руководству совсем недавно вернулся Начо Дуато — вы и с ним очень плодотворно работали в должности главного балетмейстера в то время, когда он был худруком труппы, в 2011–2014 годах. Это было тоже очень удачное для театра время, потому что именно тогда труппа достигла равновесия в современном и классическом репертуаре. После того как вы уходите, не возникнет ли ситуация, опасная для классического репертуара труппы?

— Ситуация, опасная для классического балета как жанра искусства, периодически возникает всюду. Мне кажется, что классический балет — это высочайшее достижение человеческой цивилизации в области культуры, и его неоднократно пытались скинуть с корабля современности. И сейчас тоже можно услышать, что классический балет устарел, — правда, такое говорится с 20-х годов прошлого века, но он прекрасно выжил (благодаря, кстати, Луначарскому). Российское, а потом и советское искусство торжествовало, когда его представлял балет.

Сейчас современное искусство активно развивается, оно замечательное, но нельзя, как мне кажется, забывать и традицию. И в Михайловском театре мы старались следить именно за этой стороной. Потому что если играет музыка «Лебединого озера» (условно), то это не значит, что на сцене мы видим классический балет. Девушки на пальцах и в пачках — это еще не все. Я старался следить за сохранением стиля исполнения, чтобы артисты понимали, что они делают. Чтобы не получалось так, что и Принц, и Злой Гений танцуют в одной манере, и оба танцуют в манере Спартака. Такие вещи, к сожалению, в некоторых театрах приходится встречать. И мы старались за этим следить — чтобы классический балет сохранялся и был именно классическим. При этом старались держать и современный репертуар.

— Как складываются сегодня ваши взаимоотношения с таким очень неординарным человеком, как Владимир Кехман?

— Я отношусь к нему как к старшему сыну. Радуюсь всем его успехам и расстраиваюсь, если он что-то сделал не так. Но мой младший сын, которому 10 лет, в данный момент требует большего внимания.

«Мама встречалась с английской королевой, но не встречалась со Сталиным. Он только приходил на ее выступления…»

— Михаил Григорьевич, поскольку у вас юбилей, давайте вернемся к самому началу вашей творческой деятельности. Понятно, что ваша мама — одна из самых знаменитых и прославленных советских танцовщиц Большого театра, его легенда, Суламифь Мессерер. Это сразу было предопределено, что вы будете классическим танцовщиком?

— Мама хотела, чтобы я стал танцовщиком, и отдала меня в балетную школу. Я туда, честно сказать, не рвался. Но в школе мне сразу очень понравилось. И я уже не мыслил себя вне балета, вне зависимости от того, что профессия танцовщика тогда была очень престижной… Ну, вы понимаете: заграничные поездки, что для обычного человека было как полет на Марс, бронь от армии, приличные зарплаты, кооперативные дома в центре Москвы, машины и т.д.

— У вас с Григоровичем какие были отношения?

— Добрые, даже чисто по-человечески, а не только профессионально…

— Совсем недавно вышла книга воспоминаний Азария Плисецкого, и там очень хорошая и живая глава — о вас и вашей маме. Мне очень понравился момент, как он описывает прием у королевы Великобритании Елизаветы, где она награждала вашу маму орденом…

— Азарик мне как родной брат, и что бы он ни писал, ни говорил — он мне всегда очень близок.

— А это единственный зарубежный орден, который был у вашей мамы?

— Нет, много. Иосип Броз Тито дал ей какой-то орден, когда она танцевала последний сезон. Румынский орден есть. Иранский шах ей орден вручал. Ну, это помимо, конечно, советских орденов Дружбы народов, звания народной артистки, лауреата Сталинской премии, ордена «Знак почета»…

— А Сталин как к ней относился?

— Говорила, что неоднократно был на ее спектаклях. Когда давали «Пламя Парижа», Сталин всегда приходил.

— А общалась она со Сталиным?

— Не рассказывала никогда. Думаю, что нет.

— А с другими представителями партийной элиты?

— Когда она выручала свою сестру Рахиль, мать Майи Плисецкой, из лагерей, она бегала ко всем. И у заместителей Берии была. К Берии, правда, не попала. Ходила к Меркулову. Она пишет об этом в книге.

— Вы не помогали ей писать воспоминания?

— Нет, она сама писала. Она даже фотографии сама подписывала. К сожалению, она из жизни ушла неожиданно, и книгу ее опубликовать не успели, потому что щепетильно очень относилась к воспоминаниям. Годы проходят, меняется отношение к каким-то жизненным эпизодам, и она то убирала что-то, то поправляла. Я ей помог только в том, что опубликовал ее книгу после ее смерти. Но это только первая часть книги.

— А вы будете вторую часть публиковать?

— Да, хотел бы. Я все надеялся, что вот отработаю сезон в Михайловском театре, вернусь в Лондон — и займусь. И так я проработал 10 лет — не было секунды продохнуть даже.

— Михаил Григорьевич, не могу обойти такую тему, как Майя Михайловна Плисецкая, и ее мемуары тоже, где она много пишет и о вашей маме…

— Майя была гениальной балериной, но разница в возрасте у нас была слишком большой, и я, к сожалению, не могу похвастаться, что с ней близко общался. Какие-то отдельные воспоминания только… Мама и Майя — они очень похожи по темпераменту, даже внешне. И Майя копировала поначалу мою маму в исполнительской манере. Когда, например, смотрю фильм-балет «Бахчисарайский фонтан», то вижу, что Майя — копия мамы.

— Вы из такой интересной семьи, и очень хотелось бы знать о ваших отношениях с Борисом Мессерером и его женой Беллой Ахмадулиной.

— Очень хорошие. У меня со всеми добрые отношения. Белла — довольно далекая родственница, жена двоюродного брата. Конечно, она была уникальным человеком! И я помню все те моменты, когда мы встречались всей семьей. Встреч этих тоже было, к сожалению, не так уж много. Я же в Лондоне жил. В основном мы встречались на юбилеях Александра Михайловича Мессерера, дяди моего (он недавно скончался). Белла всегда грандиозное впечатление производила: занимала собой все пространство, даже когда сидела и просто разговаривала…

Побег из СССР

— Но отойдем от ваших знаменитых родственников и обратимся непосредственно к вашей жизни. Вы, наверное, уже догадываетесь, что я имею в виду ваш знаменитый побег в Японии… Почему и как это произошло?

— Может, современная молодежь меня не поймет, но тогда непросто было жить в Советском Союзе: нельзя было свободно выехать из страны, приходилось слушать ложь без конца… Мне хотелось, чтобы мои дети выросли свободными людьми. Я хотел, чтоб я мог свободно мыслить и говорить то, что считаю нужным; хотел свободно ездить по миру и работать там, куда меня зовут.

— Как вызревало это решение? У Нуреева, например, это произошло в некоторой степени спонтанно, благодаря стечению обстоятельств. Когда вы ехали на гастроли в Японию — уже приняли решение не возвращаться?

— Окончательно — нет, решение тоже было принято в последний момент. Мама моя хорошо все это описала в своей книге в деталях — как постепенно созревало такое желание. А потом сложились так обстоятельства, что мама тоже была в этот момент в Японии. Она преподавала по контракту советского министерства культуры в «Токио-балете» — труппе, у истоков которой она стояла. Сначала при ее непосредственном участии была в Токио создана школа имени Чайковского — первая профессиональная балетная школа в Японии, которая затем переродилась в труппу «Токио-балет». Маму часто туда приглашали, и она в тот момент в очередной раз там работала, а я приехал на гастроли с Большим театром…

— То есть был уникальный момент, который и не подгадаешь больше…

— Да. Ситуация так сложилась, что мне показалось, что вряд ли потом удастся, потому мы и приняли такое решение. И никогда не пожалели. Это был 1980 год.

— После этого вы поселились в Лондоне?

— Семья у меня действительно в Лондоне, но я очень много все эти 38 лет езжу по миру. Несмотря ни на что, вернулся на работу в Россию, поработал тут в Большом театре, ставя «Класс-концерт», лет восемь давал мастер-классы в Мариинском театре — еще до Михайловского. Я всегда с любовью вспоминаю Махара Вазиева, который пригласил меня в Мариинский. А когда Махар ушел, то меня приглашал Юрий Фатеев. И сейчас много преподаю по всему миру. И так было все это время — с тех пор, как я бежал из Советского Союза.

— У вас с Махаром Хасановичем хорошие отношения? Вы часто ходите в Большой?

— В последний свой сезон работы в Мариинском театре Махар представил меня Владимиру Кехману. Подозреваю, что, очевидно, сказал какие-то хорошие слова обо мне. И вот тогда Кехман пригласил меня на постановку балета «Лебединое озеро». Верю, что сейчас Большой театр будет развиваться в правильном направлении, потому что я очень верю в Махара Вазиева. К сожалению, у меня просто нет времени приезжать на спектакли Большого в Москве — чаще смотрю по Интернету. Я иногда попадаю в Мариинский театр, стараюсь попасть и в Королевский балет, и вообще в театры тех городов, где я работаю. Но это очень тяжело. Потому что часто, когда где-то шло что-то очень интересное, у нас в Михайловском — спектакль. Вот сейчас надеюсь наверстать упущенное…

«Кого же мы в Америке к революции призывать будем?»

— С какими труппами вы сотрудничали и сотрудничаете до сих пор?

— 27 лет я преподавал в Лондоне, в балете Ковент-Гардена, как постоянный приглашенный педагог; работал в Английском национальном балете, сотрудничал с Парижской оперой, с Королевским балетом Бирмингема, с Американским балетным театром (ABT), с театром Ла Скала, с балетом Монте-Карло, с театром Сан-Карло в Неаполе, с Римской оперой, с Королевским датским балетом. Королевский шведский балет, Берлинский балет, Мюнхенский балет, Штутгартский балет, Австралийский балет… — всех не перечислить. Только что вернулся из Будапештской оперы.

— Впечатляет! Это вы работали как приглашенный педагог, а были ли у вас какие-то постановки в этих театрах?

— Да и постановки были. Начал я с того, что совместно с мамой ставил «Лебединое озеро» в Швеции. Мне пришлось переставить на основе Бурмейстера версию «Лебединого озера», которую делала Наталья Конюс. Она танцевала когда-то в Музыкальном театре в Москве, но добавила туда еще и что-то из редакции Горского. Но, поскольку тогда же не было особых записей и совершенных видео, спектакль долго не шел, и тогда новый директор Стокгольмского балета решил его восстановить. Я посмотрел кинозаписи того, что она делала, нотации — и на основании этого поставил «Лебединое озеро» в Стокгольме.

Также я ставил в Японии «Баядерку», «Дон Кихота» в Будапеште, «Дон Кихота» в Риме… Уникальный случай, кстати, в ноябре прошлого года произошел: моя редакция «Дон Кихота» была показана одновременно, в один и тот же день, на обоих побережьях (Восточном и Западном) Соединенных Штатов. Михайловский балет давал «Дон Кихота» в Калифорнии, и в тот же день Венгерский национальный балет показывал этот спектакль в Нью-Йорке. Хотя в основном-то я работал, конечно, педагогом.

— Но в Михайловском театре вы ведь проявили себя как замечательный возобновитель старых версий советских балетов, чего до вас не делал никто… Как возникла идея восстановить такой знаменитый балет советских времен, как «Пламя Парижа»?

— Тогда возникла поездка в Америку. Когда встал вопрос, что мы туда повезем, я вспомнил свой разговор с Леонидом Михайловичем Лавровским, с которым мы жили в одном доме. Я был мальчиком, спешил в школу Большого театра, что тогда была на Пушечной улице, рядом с театром, а великий Леонид Михайлович был худруком балета Большого театра, спешил на совещание, и все не было троллейбуса. А остановка была прямо перед нашим домом, мы ждали этот троллейбус. Такси тоже не было. И Леонид Михайлович меня спросил: «Ты куда, на урок? А я вот опаздываю на совещание — нам скоро ехать в Америку». Я был наглый мальчик и спросил: «Леонид Михайлович, а что вы туда везете?» Он перечислил: «Каменный цветок» Григоровича, «Ромео и Джульетту» самого Лавровского… Я спрашиваю: «А «Пламя Парижа» повезете?» А он мне: «Да что ты, мальчик, кого же мы там к революции призывать будем?» Я на всю жизнь это запомнил.

И вот когда встал вопрос, что с Михайловским везем в Нью-Йорк, я и решил: а можно я не соглашусь с создателем тех знаменитых первых гастролей в Америке? Очень удачные то были гастроли, и, повторяю, он был их автором. И мы сделали и отвезли в Америку «Пламя Парижа», которое прошло там с тем успехом, на который я рассчитывал.

— А когда работали над восстановлением советских балетов, вы ставили задачу скрупулезного воссоздания, когда возобновляются разные вроде бы незначительные, но на самом деле очень важные детали?

— Например, при восстановлении «Лебединого озера» задача была сделать его именно таким, каким он шел в Большом театре в 1956 году. Я его видел миллион раз, сам танцевал в нем па-де-труа и на сцене Большого театра, и на сцене Кремлевского дворца, но есть и довольно хорошо записанный спектакль 1957 года, но там видны все персонажи, почти все танцы, хоть и частично. Вячеслав Окунев, художник нашего спектакля, срисовал с кадров этого фильма костюмы. И мы подробнейшим образом сделали те костюмы, которые и были. То есть если там было три пуговицы — мы делали три пуговицы. Порой к классическим балетам сохранились эскизы, но неизвестно, как все шло на самом деле. А здесь — известно.

Кстати, я вернул вариацию Принца, которую мне Асаф Михайлович Мессерер показывал. Для него ее поставил Горский в 20-х годах. Но, поскольку она была настолько виртуозной для того времени, Асаф там делал такие вещи, которые после него никто не мог делать: двойные перекидные, двойной со-де-баск — эта вариация выпала из редакции. Но в основном спектакль оставили практически без изменений.

Что касается знаменитого танца маленьких лебедей, то они шли в двух версиях: иногда — в редакции Горского, а иногда — как у Льва Иванова. Потому что когда спектакль начали возить за границу, на Запад, то оказалось, что везти 4 девочек дешевле, чем 6. И последние годы он так и шел. И мы так делаем: если у нас есть 6 хороших девочек — мы ставим в танец маленьких лебедей 6 девочек, как у Горского; если только 4 — мы ставим 4, как у Иванова. Сейчас я восстанавливаю этот спектакль в Новосибирске, и на гастролях Новосибирского балета в Большом театре в начале августа вы сможете его увидеть. А еще в НОВАТ 12 июня — премьера «Класс-концерта».

— Но это в «Лебедином», от которого многое сохранилось. А как с «Лауренсией» и другими спектаклями?

— Конечно, там не так много сохранилась, но я никогда не говорил, что именно так, как у нас, было у Чабукиани, хотя мне пытались это приписать. Кое-что мне пришлось сократить. Потому что я делал спектакль для современного зрителя. Помню, в Англии мы получили за него номинацию круга английских критиков на лучший классический спектакль балетного сезона, а в нем были такие известные труппы, как Большой театр, Мариинский, Нью-Йорк Сити Балле… Мы скромные люди, поэтому для нас это было очень ценно. Это был 2010 год. Потом нас опять выдвигали, и в 2013 году мы выиграли в номинации как лучшая труппа. А в тот раз, по-моему, выиграл Большой театр.

«Дайте мне хотя бы годик посидеть с сыном»

— Расскажите о своей семье…

— Жена моя, Ольга Сабадош, танцевала в Театре Станиславского и Немировича-Данченко, когда меня туда пригласил в середине 90-х годов руководитель этого театра Дмитрий Брянцев давать классы. Мы с ним всегда дружили. Так сложилось, что мой дядя Александр Михайлович, о котором я уже говорил, в то время работал в конструкторском бюро, и к нему подошел один из его коллег и сказал: «Вы знаете, ваш племянник дает сейчас урок моей дочери». То есть выяснилось, что папа Оли и мой дядя работали в одном конструкторском бюро. Она очень талантливая балерина, потрясающей красоты женщина, и я сразу обратил на нее внимание.

— То есть она ушла из «Стасика»?

— Она переехала ко мне в Лондон. Танцевала в разных антрепризах, а потом, очень быстро, перешла в Королевский оперный театр, где она и сейчас продолжает выступать. Ей 45 лет, на пальцах она уже не танцует. Но, например, в «Дон Кихоте», который не так давно поставил Карлос Акоста, она очень ярко танцует цыганский танец. Ее невозможно не заметить. У нас двое детей, поэтому нам очень важно, чтобы она не была обязана бегать на репетиции с утра до ночи — как должна балерина, постоянно работающая в труппе.

Дочка Мишель год назад поступила в один из главных колледжей Великобритании — Кингс-колледж. Там философию и французский язык изучает. По-французски говорит без акцента, поет и, как и моя жена, очень хорошо играет на рояле: Оля передала это детям. Сын Эжен тоже играет и поет. Балетом дочь немного занималась в раннем возрасте, в Королевской балетной школе, и ей не понравилось. Я тоже пришел на урок, и меня не устроил педагог. Я считаю, что педагог должен быть как врач: основная задача — «не навреди».

— А сына в балет тоже не будете отдавать? Потому что мне некоторые из балетных прим говорят, что категорически в балет детей отдавать не будут: очень сложная профессия, и, мол, не хотим, чтоб дети повторили наши мучения…

— Что касается Эжена, то еще не поздно начать заниматься балетом, так что со следующего года можно попробовать. А таких родителей, о которых вы говорите, я абсолютно понимаю, но не стал бы так драматизировать. Если человек хочет танцевать — ну пусть танцует. И мой сын, кстати, танцует хорошо. Не балет, конечно. Пусть что ему интересно, то и выбирает. Пока он учится в обычной школе.

— А ваши дальнейшие планы?

— Вообще многие труппы приглашают, но я хочу быть сейчас с сыном. Пожалуйста, дайте мне хотя бы годик посидеть с сыном! Я 10 лет не сидел с семьей. Поэтому не знаю, как все сейчас сложится: если сын станет отпускать меня, то буду продолжать работать.


Последний раз редактировалось: Елена С. (Ср Июл 03, 2019 4:41 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20643
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Июн 10, 2019 11:40 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019061006
Тема| Балет, Нуриевский фестиваль, Татарский театр оперы и балета, Персоналии,
Автор| Улькяр Алиева
Заголовок| Балетное многоцветие на Казанской сцене
Где опубликовано| © Belcanto.ru
Дата публикации| 2019-06-10
Ссылка| https://www.belcanto.ru/19061001.html
Аннотация| ФЕСТИВАЛЬ



Прошедший 32-й Международный фестиваль классического балета им. Рудольфа Нуриева на сцене Татарского театра оперы и балета им. М. Джалиля был насыщен яркими событиями: премьерами, выступлениями известных исполнителей, постановками, представляющими весь спектр балетного искусства — от классики до современности.
Нуриевский фестиваль открылся обновлённым балетом «Корсар» в постановке М. Петипа в версии К. Сергеева (режиссёрская концепция В. Яковлева). В течение двух вечеров два великолепных состава исполнителей сражались не только за любовь красавицы Медоры и покровительство паши, но и за благосклонность зрителей. В партии Медоры тонкая, как звенящая струна, прима-балерина татарского театра Кристина Андреева демонстрировала графическую отточенность поз, движений, а миниатюрная и юркая солистка Кремлёвского балета Екатерина Первушина пленяла своей мягкой пластикой и тройными смерчевыми оборотами в фуэте. В партии озорной Гюльнары блистали ведущая солистка татарского театра смуглая красавица Аманда Гомес и опытная солистка Баварского театра Лауретта Саммерскейл.

В партии главного балетного корсара – Конрада – премьер татарского театра Михаил Тимаев был горяч, порывист и романтичен, а солист московского Театра им. Станиславского и Немировича-Данченко («Стасика») Денис Дмитриев с идеальной фактурой для амплуа балетного принца и героического любовника был по-благородному сдержан в проявлении своих чувств. Солист Баварской оперы Йона Акоста создал более привычный комический портрет Ланкедема, ведущий же солист татарского театра Вагнер Карвальо весьма реалистично подошёл к партии основного героя контрсквозного действия, создав отталкивающий и весьма злобный образ купца-рабовладельца.



Как тонко заметил ведущий фестивальных вечеров Сергей Коробков, партия Али – стала знаковой в карьере Р. Нуриева. И как-то символично, что этой партией открыл своё выступление на фестивале любимец казанской публики Олег Ивенко, исполнивший великого танцовщика в фильме «Белый ворон».

Л. Саммерскейл уже на следующий вечер создала нежный, трогательный образ Жизели под чуткий аккомпанемент её партнёра по баварской сцене — кубинского исполнителя Алехандро Виреллеса. Солистка «Стасика» Наталья Клейменова весьма достойно выступила в небольшой, но столь коварной партии мстительной и непреклонной повелительницы вилис – Мирты.

Следует отметить, что особенностью данного фестиваля стал интересный приём организаторов фестиваля: в течение вечеров показывать спектакли с участием одного театра (что весьма логично, так как не требуется дополнительного эмоционального «приноровления» к партнёрам по сцене, а доведённые до автоматизма нюансы в мизансценах лишь усиливают уверенность исполнителей).



Так, замечательное впечатление произвел вечер с участием исполнителей Большого театра Беларуси – Такатоши Мачиямы (Модест Алексеевич), Людмилы Хитровой (Анюта) и Артёма Баньковского (Студент) в спектакле «Анюта» в уже ставшей хрестоматийной постановке В. Васильева. Солистки Мариинки, две Екатерины — очаровательная Е. Кондаурова (Баядерка) и опытная Е. Осмолкина (Гамзатти) — на смерть бились за внимание восточного красавца-воина Тимура Аскерова — Солора.

Солисты Берлинского балета Ксения Овсяник и Денис Виейра в советской классике – балете «Ромео и Джульетта» на музыку С.Прокофева — наполнили столь знакомый сюжет о несчастных веронских влюблённых целомудренной чистотой: физической (первый поцелуй и лёгкий обморок героини, провисающей в поддержке любимого; проноски, когда героиня, поддерживаемая Ромео, невесомо «касается» земли) и духовной, позволяющей им противостоять кровавой родовой вражде.



Советская классика была представлена также балетом Л. Якобсона «Шурале» на музыку татарского композитора Ф. Яруллина. Олег Ивенко в партии титульного героя буквально священнодействовал, властно подчиняя руками своё «поганое царство». Солистка Михайловского театра Сабина Яппарова-пери легко парила в кружении птичьей стаи — женского кордебалета татарского театра — и восторженно замирала в таких крепких и надёжных руках своего коллеги по михайловской сцене с внешностью настоящего балетного батыра и первого парня на селе — Эрнеста Латыпова.

Прима-балерина дрезденской Земперопер Светлана Гилева боролась со своим «alter ego» в двойной партии Одетты-Одиллии за внимание картинного балетного принца — фактурного, элегантного, галантного и артистичного солиста лондонского Ковент-Гардена Вадима Мунтагирова. А Саша Мухамедова из Национального балета Нидерландов в партии Китри не без лукавства разыграла со своим опытным партнёром по сцене — солистом Михайловского театра и одним из самых известных и лучших танцовщиков современности Леонидом Сарафановым — плутоватую «игру» влюблённых, не забывая и про своеобразную «игру» со зрителями.



Современные постановки были представлены несколько спорной в плане сюжетного претворения и композиционного построения, но весьма зрелищной постановкой Г. Ковтуна балета «Спартак» на музыку А. Хачатуряна. В балете «Спартак» хореограф увидел не привычный «гимн к свободе», а драму с притчевым подтекстом — античным, библейским о вражде двух братьев — Красса (Антон Полодюк) и Спартака (Михаил Тимаев) и их борьбе за сердце Клавдии (Аманды Гомес).

Сохраняет Г. Ковтун и постулат Юрия Григоровича о «квартете исполнителей» в данном балете, введя в качестве антитезы главному женскому персонажу образ Ливии (Кристина Андреева), безответно влюблённой в Красса. Для расширения формата постановки и усиления ее смысловой концепции Ковтун вводит в балетный спектакль новшество в виде монументально-хоровых сцен. Весь состав хора театра не просто выпевал изречения античных авторов, но и сам активно участвовал в сценическом действии изображая патрициев и римских матрон. Это позволяет рассматривать всю структуру спектакля как оперу-балет – позабытый, но весьма функциональный (в плане постановочного потенциала) и вновь набирающий популярность музыкально-театральный жанр.



В балетный спектакль Г. Ковтун также вносит лейтобраз матери-волчицы, «цементирующей» конструкцию постановки; повозку, уносящую на колёсах истории (читай, в вечность) тела братьев; барельефные построения с щитами легионеров и «живой» трон на вытянутых руках кордебалета, возвышающих героев постановки. Весьма эффектно выглядит сольная фресковая картина – застывшая в беззвучном «крике» мать, потерявшая своих сыновей (приём, заимствованный из известного балетного спектакля «Фальшивая улыбка» Р. Ф. Рея, но в данной сцене весьма оправданный, в полной мере выражающий горе волчицы).

Нельзя не отметить и великолепное выступление всех исполнителей «второго плана», которые стали достойным обрамлением спектаклей. Это Алина Штейнерг, Мана Кувабара, Ольга Алексеева, Нурлан Канетов, Артём Белов, Антон Полодюк, Алессандро Каггеджи, Максим Поцелуйко, Ильнур Гайфуллин и Фаяз Валиахметов.



Современная хореография была представлена постановкой «Radio&Juliet» известного современного хореографа Эдварда Клюга в исполнении The Great Gatsby Ballet (арт-директор Денис Матвиенко), а также одноактным балетом «Quatro» словенского хореографа на музыку М. Лазар для четырёх солистов, мировая премьера которого состоялась в Казани в 2010 году.

Э. Клюг – это хореограф с особым видением балетного спектакля. И хотя шекспировский сюжет ограничен одноактной структурой, можно находить в спектакле всё новые смысловые подтексты. Тем более, что хореотекст непосредственно связан с текстом песен (точнее, их образным строем). Недаром название его балета состоит из двух составляющих-половинок: первая половинка – название рок-группы (Radio), а вторая половина – название шекспировской трагедии (Juliet).

Завершился 32-й Нуриевский фестиваль гала-концертом «Р. Нуриев. Из прошлого в будущее», ведущим которого выступил А. Лиепа.



Такие вечера не только рай для балетных исполнителей, но и возможность показать зрителю многообразие танца: классические номера, вошедшие в золотой фонд балетного искусства, и стилевые искания современных хореографов. Хрестоматийная балетная классика была представлена дуэтами в хореографии М. Петипа, открывшими и завершившими первое отделение концерта: па-де-де из сцены теней балета «Баядерки» в исполнении Алёны Ковалёвой (Большой театр) и Андрея Ермакова (Мариинского театра) и па-де-де Медоры и Али из балета «Корсар» в исполнении Кристины Кретовой (Большой театр) и Джулиана Маккей (Михайловский театр).

Самые яркие впечатления классической составляющей вечера – это великолепное выступление солистов татарского театра Кристины Андреевой и Олега Ивенко с целым каскадом высоких зависающих прыжков в Pas de Diane (в хореографии А. Вагановой), а также волшебный дуэт Эвелины Годуновой (Государственный балет Берлина) и Леонида Сарафанова (Михайловский театр) в па-де-де из датской классики — балета «Сильфида» (в хореографии А.Бурнонвиля). Сарафанов также блеснул с Евгенией Образцовой (Большой театр) в па-де-де из балета «Спящая красавица», а Годунова со своим партнёром Денисом Черевичко (Венская опера) завершила вечер па-де-де из балета «Дон Кихота», но не в привычной хореографии Петипа, а в версии Нуриева, чья оригинальная постановка весьма популярна на западно-европейской сцене.

Классика ХХ века была исполнена солистами Астана-оперы Анастасией Заклинской и Серика Накыспекова, которые «растворялись» в фокинской любовной неге из балета «Шехеразада». Кристина Кретова (Большой театр) и Джулиан Маккей (Михайловский театр) разыграли сцену ссоры из балета английского классика Ф. Аштона «Маргарита и Арман».



Великий балетмейстер ХХ века Р. Пети прозвучал в исполнении Дениса Черевичко в партии Фредери, для которого прыжок в распахнутое окно стало избавлением от навязчивой любви к Арлезианке, и в выступлении примы Штутгартского театра Марии Эйхвальд и Алессандро Стаяно (Сан-Карло, Неаполь) в малеровской Adagietto – «Гибель Розы».

Современная хореография была представлена премьерой композицией «Фрагменты» в работе татарских хореографов со столь созвучной фестивалю фамилией – Марии и Марселя Нуриевых, которые попытались раскрыть своё видение метафизической концепции «всё возвращается на круги своя», а также композициями «Конь» в постановке К. Мантулевского в исполнении солиста «Стасика» Юрия Выборнова, неофольклорной композиции в хореографии Н. Иванова «Славянский романс» в исполнении Ю. Выборнова и солистки Кремлёвкого балета Екатерины Первушиной, а также «Всё ветер» в хореографии А. Могилёва на музыку Ж. Массне в замечательном исполнении солистов татарского театра Аманды Гомес и Вагнера Карвальо.

Если кратко охарактеризовать творчество Р. Нуриева, то каждое его танцевальное движение – это движение души. И каждый Нуриевский фестиваль на казанской сцене – это не только праздник балетного искусства, который ежегодно дарит своим зрителям Татарский театр оперы и балета, но и дань памяти великому танцовщику, разбудившим в ХХ веке классический балет. А для публики — это шанс познать балетное искусство, направления развития творческой мысли как прошлого, так и настоящего.

Фотографии предоставлены пресс-службой театра
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска Часовой пояс: GMT + 3
На страницу Пред.  1, 2, 3, 4 ... 10, 11, 12  След.
Страница 3 из 12

 
Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах


Яндекс.Метрика