Список форумов Балет и Опера Балет и Опера
Форум для обсуждения тем, связанных с балетом и оперой
 
 FAQFAQ   ПоискПоиск   ПользователиПользователи   ГруппыГруппы   РегистрацияРегистрация 
 ПрофильПрофиль   Войти и проверить личные сообщенияВойти и проверить личные сообщения   ВходВход 

Общество Друзья Большого балета
2018-10
На страницу Пред.  1, 2, 3
 
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> Газетный киоск
Предыдущая тема :: Следующая тема  
Автор Сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20208
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Ноя 01, 2018 9:49 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2018103201
Тема| Музыка, Опера, МТ, Премьера, Персоналии,
Автор| Владимир Дудин
Заголовок| Мариинский театр представил «Путеводитель по оркестру»
Где опубликовано| © «Санкт-Петербургские ведомости» № 202 (6311)
Дата публикации| 2018-10-30
Ссылка| https://spbvedomosti.ru/news/culture/britten_i_grisha/
Аннотация| ПРЕМЬЕРА

В Мариинском театре отметили 105-летие со дня рождения британского гения ХХ века Бенджамина Бриттена. Представили премьеру его «Путеводителя по оркестру» и нового юного исполнителя партии Майлза в опере «Поворот винта» - 12-летнего ученика Хорового училища Григория Андрулиса.



Произведений Бриттена в репертуаре Мариинского театра немного - оперы «Поворот винта» и «Сон в летнюю ночь». Теперь появился еще его знаменитый «Путеводитель по оркестру», музыкально и содержательно менее развлекательный, чем «Петя и Волк» Сергея Прокофьева, более развернутый, рассчитанный на более взрослую аудиторию. Потому он дается в один вечер с «Простой симфонией» Бриттена. Кстати, смело можно будет взяться в будущем и за удивительное творческое «лего» Бриттена - интерактивный проект «Давайте ставить оперу».

Камерная опера «Поворот винта» по новелле Генри Джеймса была поставлена в Мариинском театре в 2006 году шотландцем Дэвидом Маквикаром, одним из лучших режиссеров современности. В своих интерпретациях классики он никогда не прибегает к скандальному осовремениванию, сохраняя исторический контекст. При этом его версии опер Верди или Гуно, Чилеа или Берлиоза обретают актуальность куда более беспощадную, чем при всевозможных перелицовываниях и переносах во времени.

Маквикар ведет открытый диалог с композитором и либреттистом. Цветовая гамма в «Повороте винта» - нечто от дагерротипа в серо-коричневых тонах, от помутневшего зеркала. Художник-постановщик Таня Маккаллин вместе с художником по свету Адамом Сильверманом создали пространство с возможностью показа разных планов, с иллюзией скрытой камеры. Почти готическая история о том, как два призрака - Питер Куинт и Мисс Джессел, много грешившие при жизни, - решают завладеть душами детей, чтобы через них вернуться в реальность, подана здесь в сочетании эстетского и ужасного, мистического. Музыкальный материал (за который, согласно партитуре, должен отвечать камерный оркестр из 13 инструментов) вкупе со стремительно меняющимися крупными и общими, задними и передними планами создает ощущение зыбкости сознания. В этой опере не может быть неточных движений, оттяжек и остановок, это чревато мгновенным развалом.

Дети в произведениях Бриттена занимают особое место. Композитор писал для них и детскую музыку, преимущественно хоровую, как, например, водевиль «Золотая тщета», цикл «Рождественские песни» и многое другое. В «Повороте винта» он сделал мальчика исполнителем с полноценными взрослыми задачами. Так бескомпромиссно подошел он к решению художественной цели - поручить не травестийному меццо-сопрано, а настоящему подростку исполнить роль мальчика из новеллы. А ведь в финале оперы мальчик погибает.

Бриттен вслед за Джеймсом показал, каким беспомощным становится мир взрослых, защищая детей от злых сил, и как сильны могут быть дети, принимающие мужественные решения. Произнеся в «Повороте винта» фразу: «Питер Куинт - дьявол!», мальчик как бы убивает призрака, лишая его власти над собой, но умирает и сам на руках Гувернантки (на снимке: в этой роли - Ирина Васильева).

До Григория Андрулиса роль Майлза пели и другие мальчики. Но после первого исполнителя этой партии Николая Ирви, также учащегося Хорового училища, исполнившего эту партию на премьере в 2006 году (сегодня он - солист хора Мариинского театра), Григорий очень успешно взял непростую бриттеновскую высоту. В его голосе была слышна не только отличная вокальная техника (педагог - Надежда Дробышевская), но, что важнее, - артистизм, интонационное богатство, глубина понимания. Правда, боевое крещение Григория случилось минувшим летом в концертном исполнении оперы «Затмение» Александра Раскатова. Там ему пришлось исполнять партию маленького Сергея Муравьева-Апостола, по сути - ангела, после чего этому молодому человеку уже ничего не должно быть страшно.

Маэстро Гавриэль Гейне вел оркестр, словно ограждая сознание - свое и слушателей - от затягивающей мистики и атмосферы давящего ужаса.

День рождения Бриттена - 22 ноября, а 10 ноября в Концертном зале Мариинского театра можно будет услышать и «Путеводитель по оркестру», и «Золотую тщету» в исполнении хора мальчиков Хорового училища им. М. И. Глинки под управлением Владимира Беглецова в сопровождении пианиста Алексея Гориболя.

Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 202 (6311) от 30.10.2018 под заголовком «Бриттен и Гриша».
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20208
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Ноя 05, 2018 6:14 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2018103202
Тема| Музыка, Опера, БТ, Премьера, Персоналии, ЕВГЕНИЙ ПИСАРЕВ
Автор| ВАЛЕРИЯ БАБУШКИНА | ФОТО: ДАМИР ЮСУПОВ
Заголовок| «МЕНЯ ВСЕГДА ИНТЕРЕСОВАЛИ МУЗЫКАЛЬНЫЕ СПЕКТАКЛИ»
ЕВГЕНИЙ ПИСАРЕВ – О СВОЕЙ НОВОЙ ПОСТАНОВКЕ В БОЛЬШОМ ТЕАТРЕ

Где опубликовано| © Театрал
Дата публикации| 2018-10-31
Ссылка| http://www.teatral-online.ru/news/22849/
Аннотация| ПРЕМЬЕРА, ИНТЕРВЬЮ



В Большом театре вовсю идет подготовка к премьере «Севильского цирюльника» Россини, которую представят на Новой сцене 3 ноября. За постановку одной из самых популярных в мире опер взялся Евгений Писарев. Накануне премьеры режиссер рассказал «Театралу» о своей новой работе.

Евгений Александрович, как появилась идея поставить «Севильского цирюльника» в Большом театре?

- Это предложение поступило от Большого театра. Четыре года назад я поставил на Новой сцене «Свадьбу Фигаро», которая с успехом идет по сей день. В новом сезоне Владимир Урин предложил мне продолжить сотрудничество.

- Вам интересней ставить драматические спектакли или музыкальные?

- Меня всегда интересовали музыкальные спектакли, я много работал в этом жанре. Но именно в опере я все же чувствую себя гостем. Конечно, я больше привержен драматическому театру. Как говорят, в гостях хорошо, а дома лучше. И каждый мой поход «налево» это подтверждает.

- Как проходили репетиции? С какими трудностями пришлось столкнуться?

- Репетиции длились почти два месяца. Сказать честно, процесс был непростым. Я впервые работал с таким количеством иностранных солистов – Италия, Германия, Румыния, Польша… Какофония перевода сопровождала меня бесконечно. Это, конечно, очень затрудняло процесс. Потом это шлягерная опера, одна из самых попсовых. То, как ты ее поставишь, не сильно повлияет на успех. Здесь всем правит музыка, важно хорошо спеть и сыграть. Радость узнавания мелодий Россини никто не отменял. К тому же, эта опера настолько заезжена и заиграна, что освежить ее, встряхнуть вековую пыль было довольно сложно.

- Какой в итоге получилась постановка - классической или современной?

- Я шел за музыкой Россини - светлой, жизнерадостной, остроумной и при всем этом доминирующей, диктующей направленность и характер. Вместе с художником Зиновием Марголиным мы придумали, как сделать спектакль классическим, но при этом современным. Для этого мы обратились к приему «театр в театре». Действие разворачивается в двух пространствах: на сцене, стилизованной под классический итальянский театр, и в «закулисье», решенном как театр современный. Получилось два разных мира – нарядный гротесковый и реальный бытовой. В первом из них живут персонажи XVIII века в париках и соответствующих костюмах. Во втором – современные артисты в кедах и спортивной одежде, которые ведут себя как обычные люди - звонят по мобильному, едят бутерброды, ругаются…Это мир артистов, играющих вполне себе реальных людей, которые, выходя на сцену, превращаются в волшебных персонажей Джоаккино Россини.
=================================================================
Все фото - по ссылке
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 11645

СообщениеДобавлено: Вт Ноя 06, 2018 7:37 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2018103203
Тема| Музыка, Опера, «Новая опера», Премьера, «Мадам «Батерфляй», Персоналии
Автор| Александр Матусевич
Заголовок| Визит старой драмы
Где опубликовано| Газета "Культура"
Дата публикации| 2018-10-29
Ссылка| http://portal-kultura.ru/articles/opera/220344-vizit-staroy-dramy/
Аннотация| Премьера

В московской «Новой опере» имени Евгения Колобова появилась одна из самых популярных опер мирового репертуара — «Мадам Баттерфляй» Джакомо Пуччини.

Когда-то Евгений Колобов сетовал на то, что в большинстве оперных театров мира идет одно и то же, и их основной репертуарный список весьма скуден. «Сколько можно ставить «Тоску»?!» — восклицал он в сердцах и начинал строить свой театр с эксклюзива — что в Свердловске, что в Ленинграде, что в московском «Стасике». «Новая опера» потому и новая, что, верная колобовским заветам, любит нехоженые тропы — «Мария Стюарт» и «Двое Фоскари», «Валли» и «Гамлет», «Каприччио» и «Саломея» и многое-многое другое было и остается по-настоящему эксклюзивным для российского музыкального театра.

Однако живой оперный дом не может быть только обителью раритетов. Уже при Евгении Владимировиче, пусть и в оригинальных редакциях и трактовках, но «вечнозеленые» хиты прописывались на сцене в Каретном — «Онегин» и «Травиата», «Риголетто» и «Паяцы». Через несколько лет после ухода мастера руки дошли и до одного из самых исполняемых в мире композиторов: сначала появился комический «Джанни Скикки», потом третья по счету в столице «Богема», а в прошлом году и приснопамятная «Тоска», правда, пока лишь в концертной версии.

«Мадам Баттерфляй» в новом столетии в столицу приходит уже в четвертый раз: до того были и рафинированная версия Роберта Уилсона в Большом, и искренняя и трогательная работа Людмилы Налетовой в «Стасике», и, наконец, возобновление исторического спектакля Наталии Сац в театре ее имени (работа Георгия Исаакяна). Попытать счастья с этим опусом «Новая опера» доверила молодому режиссеру Денису Азарову. Юность амбициозна, так что желание сделать все по-своему, не так, как у других, не повториться ни в коем случае ни в чем, понятна. Впрочем, страстным желанием оригинальности пылают и куда более маститые постановщики. Когда-то это дает замечательные плоды, в иных случаях — вызывает лишь недоумение.

У Азарова вышло пятьдесят на пятьдесят. Японская драма у него разворачивается не на Луне и не на развалинах античного Рима, что уже здорово. Этнографический колорит заявлен в костюмах Чио-Чио-сан (в первом акте) и ее многочисленных родственников (художник по костюмам Павел Каплевич), а современная японская массовая культура врывается в виде радужной свиты принца Ямадори и в образе американки Кэт, «настоящей» жены ветреного Пинкертона. Здесь узнаваема стилистика аниме. Азаров вроде бы внимателен к музыке Пуччини, слушает и не перечит. В то же время к тексту либреттистов Джакозы и Иллики особого пиетета он не испытывает. Зато в спектакле гипертрофированно прочерчена линия вестернизации: обилие американских флагов, рекламная надпись «Joy» во всю стену жилища и как венец — сама Баттерфляй в спортивном костюме и в белом парике под голливудский стандарт.0

На все три акта художник Алексей Трегубов предлагает зрителю унылый бетонный ангар (привет от законопаченных миров Дмитрия Чернякова), в котором тускло мерцают люминисцентные лампы, а Баттерфляй мечется вокруг макета американского домика-мечты, обитого сайдингом. На уровне идеи такой видеоряд считывается однозначно, и его метафоричность легко оценить, но с точки зрения театральности решение абсолютно проигрышное. Картинка навевает зубодробительную скуку сразу, как входишь в зал (по моде нынешнего века занавесом сценическое пространство не отделено), — и она не рассеивается, несмотря на звездно-полосатые хоругви и аниме-оживляж. Пожалуй, сценография в итоге — самое слабое место новой работы театра на Каретном, хотя видеоконтент (кинохроника послевоенной Японии или разлетающиеся в финале бабочки-тени) и световая партитура Сергея Скорнецкого пытаются скрасить и разнообразить маловыразительную картинку.

Самое сильное — музыкальное решение. Оркестр театра под водительством главного дирижера Яна Латама-Кёнига звучит зашкаливающе экспрессивно, с оголенным нервом, но при этом ни разу не заглушая певцов, добиваясь в плотной пуччиниевской партитуре и яркости, и прозрачности одновременно. Божественно поет женский хор (хормейстер Юлия Сенюкова): тончайшие пианиссимо мерно струящихся голосов словно говорят о самом главном в опере — о красоте музыки. Квартет протагонистов оказывается на высоте — «Новая опера» вновь выставляет сильный состав, подтверждая реноме театра, в котором к пению относятся не по остаточному принципу. Лишь Илья Кузьмин (Шарплес) поет в благородно-сдержанной манере, округлым культурным звуком настаивая на интеллигентности и умеренности своего персонажа. Трое других пленяют по-настоящему веристской экспрессией. Мощные и яркие голоса Светланы Касьян (Чио-Чио-сан) и Хачатура Бадаляна (Пинкертон) смело пронзают оркестровые толщи и поражают стабильностью и уверенностью звучания верхов. Анастасия Бибичева (Сузуки) прекрасно держит ансамбль, мягким звуком оттеняя экспрессию главной героини и лишь иногда позволяя всполохам подспудно тлеющего драматизма вырываться наружу.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
atv
Заслуженный участник форума
Заслуженный участник форума


Зарегистрирован: 05.09.2003
Сообщения: 4138

СообщениеДобавлено: Пн Ноя 19, 2018 1:48 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2018103204
Тема| Музыка, Опера, Medici. tv, Персоналии, Эрве Буасьер
Автор| Елена Черемных
Заголовок| ЭРВЕ БУАСЬЕР: МЫ ДЕЛАЕМ СЕРЬЕЗНУЮ МУЗЫКУ ДОСТУПНОЙ ВСЕМ
Где опубликовано| «Музыкальная жизнь»
Дата публикации| 2018-10-31
Ссылка| http://mz.kmpztr.ru/yerve-buaser-my-delaem-sereznuyu-muzy
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

Цифровая платформа Medici. tv – мировой лидер по трансляциям классической музыки. На сегодняшний день каталог Мedici.tv представляет собой богатейшее собрание – более 2000 программ (концерты, оперы, балеты, документальные фильмы, архивные видео, образовательные программы, мастер-классы) и 3000 музыкальных произведений в исполнении топовых музыкантов и исполнительских коллективов. Результатом успешного сотрудничества с Россией стали трансляции XV Конкурса Чайковского (12 млн зрителей), июньский концерт на Красной площади, приуроченный к открытию Чемпионата мира по футболу (550 тыс. просмотров) и сентябрьское открытие Концертного зала «Зарядье».
О бизнес-модели канала, его тактике и стратегии на мировом рынке классической музыки с директором и учредителем Medici. tv Эрве Буасьером поговорила Елена Черемных.

ЕЧ В релизе, присланном перед нашей встречей, сказано, что у Medici. tv 240 тысяч уникальных подписчиков. Заимствуя из психологии понятие «проекция», предполагаю, что свой канал вы тоже считаете уникальным.

ЭБ Когда создавался этот проект (а это было ровно десять лет назад), его уникальность заключалась в возможности соединить каждого потребителя с важными явлениями классической музыки – с фестивалями, концертами, оперными и балетными событиями. Мы исходили из того, что не у каждого человека есть возможность ходить в концертные залы, в оперные театры, не говоря о том, чтобы постоянно путешествовать за своими любимыми музыкантами по свету. Когда все это мы только начинали, уникальной была как раз ситуация вовлечения в мир музыки каждого, кому это интересно, через интернет. Сейчас, может быть, это все уже выглядит не так революционно. Но в то время мы первые, можно сказать, стали развивать интернет-коммуникацию выдающихся музыкантов с простыми любителями музыки.

ЕЧ Когда это случилось, у «диванных» меломанов уже имелся какой-никакой ресурс: во Франции существовал посвященный искусству телеканал «La 7», позже возник европейский телеканал Mezzo, целиком специализирующийся на классической музыке. Собственно, как вы позиционировали себя в общей с ними медийной нише?

ЭБ С самого начала мы рассматривали этих двух игроков, как и других участников рынка, не в качестве конкурентов, а как соучастников того, что собирались делать мы сами. Коллеги по нише для нас – это дополнительные возможности расширить и обогатить рынок классической музыки. Потому что в контексте всех медиаресурсов сам по себе этот рынок настолько маленький, что мне было совершенно очевидно: незачем тратить энергию на то, чтобы друг с другом сражаться. Наоборот, надо было искать возможности союзничества и создавать какие-то альянсы. Поэтому мы стали привлекать к своей работе Mezzo, а они, в свою очередь, привлекают нас. И я этому рад, поскольку именно таким образом картина происходящего на территории классической музыки приобретает определенную полноту и объемность.

ЕЧ А в чем принципиальное различие Medici. tv и канала Mezzo? Мне, например, одинаково просто лазить и к вам, и к ним через интернет.

ЭБ Самое главное различие в том, что Mezzo, как и аналогичный ему ARTE, работает в формате телеканала. Они несколько раз показывают ту или иную запись, и потом она уходит. Вам наверняка знакомо такое выражение телевизионщиков – «снять с эфира». А уникальность Medici. tv как online-платформы именно в том, что у вас в любой момент есть доступ ко всем архивным записям. А вот на Mezzo вы можете смотреть что-то интересующее вас только по предложенному вам расписанию. Сейчас в библиотеке Medici. tv – 2000 записей, а скоро их будет гораздо больше. И любой из них вы можете воспользоваться в удобное для вас время.

ЕЧ Если я все правильно понимаю, после того как истекает 90-дневное право бесплатного пользования вашим архивом, как минимум, человек должен стать вашим подписчиком. При этом на подписчиках Medici. tv зарабатывает миллион евро, при ежегодном валовом доходе в 5 миллионов евро. Вопрос: как строится бизнес-модель Medici. tv?

ЭБ Подписки, конечно, не единственный источник нашего дохода. Наша бизнес-модель очень диверсифицирована: помимо подписки, есть дистрибуция – мы продаем записи и права на записи, есть экспертиза – мы осуществляем эксперт¬ные разработки по линии партнерства с телеканалами и другими медиаресурсами, а еще есть образовательный сегмент – мы организовали специальный сервис для консерваторий, библиотек, университетов. Эти организации заключают договор непосредственно с Medici, а их студенты, преподаватели могут пользоваться льготным доступом к нашим каталогам. Это очень стабильный бизнес. На данный момент у нас 220 партнеров по всему миру – в США, в Латинской Америке, в Азии. Главное, это очень лояльные клиенты – не было случаев, чтобы они отменяли подписку. Довольно сложно бывает заключить с ними первичный договор. Но зато потом они сами с охотой продлевают подписку. Это, повторюсь, очень стабильный бизнес.

ЕЧ Я была в прошлом году в Вербье и знаю, что вами проводились трансляции почти всех фестивальных концертов. В то же самое время по другую сторону Альп шел Зальцбургский оперный фестиваль, где тоже много чего интересного происходило…

ЭБ Фестиваль в Вербье – один из самых первых и важных наших партнеров. Там Medici. tv родилось: в 2007-м мы в тестовом режиме вели оттуда первую трансляцию. Это был наш пилотный проект. Шаг за шагом мы, действительно, расширились до уровня прошлогодних почти тотальных трансляций оттуда. Но и на Зальцбургском оперном фестивале мы работаем каждый год. В среднем, из Зальцбурга мы даем по 3–4 записи. Минувшим летом записали три оперы. А за год до этого транслировали «Милосердие Тита» и Реквием Моцарта в исполнении пермских коллективов musicAeterna под управлением Теодора Курентзиса, а еще «Аиду» с прекрасной Анной Нетребко. Кстати, Курентзису при случае передайте, что я его большой фанат.

ЕЧ Приятно такое слышать. Но отчего же ваш канал игнорировал минувшим летом возможность трансляции всех симфоний Бетховена в исполнении musicAeterna?

ЭБ В этом году у нас был договор с Зальцбургом на показы трех опер – это «Саломея» в постановке Ромео Кастеллуччи, «Пиковая дама» с Марисом Янсонсом и «Коронация Поппеи» под управлением Уильяма Кристи. Снимать все подряд мы просто не можем – нам бы это стоило несметных денег, и мы бы вылетели в трубу. И все же очевидно, что мы стараемся работать в трех направлениях: камерном – на фестивале в Вербье, оперном – на фестивале в Зальцбурге, ну а оркестрово-симфоническим сегментом нас «подпитывает» Люцернский фестиваль. В этом году мы делали там две записи – с Риккардо Шайи и с Франсуа Ксавье Ротом и Соль Габеттой. Моей задачей как раз и было составить такую сбалансированную стратегию. Нам, конечно, удобно, что три наиболее резонансных в событийном отношении фестиваля сосредоточены в очень обозримой локации – в Швейцарии. Хотя официально Зальц¬бург – это Австрия. Но, как вы верно заметили, в Альпах действительно все очень близко.

ЕЧ В каталоге вашей платформы 185 опер и всего 81 балет. Почему такой дисбаланс?

ЭБ Это действительно так. И это связано в первую очередь с давними традициями на телеканалах, потому что в Европе у них была обязанность показывать определенное количество часов классической музыки, куда включались и оперные записи. На балеты это не распространялось. Сейчас ситуация меняется: все больше и больше запросов появляется именно на записи балетов. В России картина немного другая: тут балет всегда очень ценился и имел большое значение. Но в Европе и США записей балета очень мало. К тому же существует и огромная проблема с покупкой прав. Если с концертом все довольно понятно – ты платишь оркестру, дирижеру и солисту, то в опере и в балете задействовано огромное количество людей – постановщик, сценограф, большой штат исполнителей, солисты, хор. Поэтому из двух тысяч записей в нашем архиве половина – это документальные фильмы, мастер-классы и так далее, а на оставшуюся тысячу – 700 концертов и только 300 опер и балетов

ЕЧ В Европе сейчас популярны разговоры о том, что классика – удовольствие буржуазное, и ее потребительскую аудиторию составляют, в основном, люди старшего возраста.

ЭБ Если в Европе и США средний возраст оперно-концертной аудитории – 70+, то нашим подписчикам в среднем 50–55 лет, а это большой прорыв. В Китае, например, дела обстоят совсем по-другому: там средний возраст посетителей концертов классической музыки – 30–35 лет. Должен сказать, что нам уже удалось привлечь людей в среднем на 15 лет моложе европейской концертной аудитории. Но вот что еще важно. Примерно треть наших подписчиков никогда не была на концертах, потому что это либо слишком дорого, либо они стеснялись оказаться в непривычных для своего социального статуса обстоятельствах. Благодаря трансляциям, картина, конечно, стала сдвигаться. Мы не можем поменять демографию одним щелчком, но есть чувство, что мы движемся в правильном направлении. Часто людям это помогает преодолеть барьер: они смотрят концерты онлайн и затем не боятся прийти и в концертные залы.

ЕЧ То есть ваш канал – это еще и социальная терапия?

ЭБ В общем, да. Наша цель проста: классика в любое время, в любом месте и для каждого человека. Нам очень важно сломать стену между людьми – теми, кому повезло получить хорошее образование, и всеми остальными. Поэтому мы и делаем серьезную музыку доступной всем. Так как это онлайн – это бесплатно. Мы убеждены, что искусство может сделать жизнь лучше. Приведу пример: во время тура Марты Аргерих по странам Латинской Америки мы транслировали ее концерт из Буэнос-Айреса (пианистка выступала на сцене Teatro Colón). Одна 60-летняя аргентинка написала нам, что, мечтая всю жизнь услышать Марту Аргерих, так и не смогла приобрести билеты на этот концерт – не по карману. Но, благодаря трансляции Medici. tv, Марта сама «пришла к ней в дом».
Возвращаясь к разговору о помолодевшей интернет-аудитории, хочу сказать еще одну вещь. Каждый раз, когда классическая музыка умело использована в фильме или в рекламе, люди моментально обращают на нее внимание. И тогда они понимают, что эта музыка – и для них тоже, а не только для их дедушек и бабушек. На вовлечение неофитов как раз рассчитан наш ресурс.

ЕЧ Мне кажется, неофиту достаточно популистского «музея классики», который эксплуатируется и телевидением, и кино, и рекламой. А как быть с современной музыкой, где достаточно много явлений, способных взорвать мозг, в том числе и молодежи?

ЭБ Эту область надо исследовать тщательнее и глубже. Вы же знаете, телеканалы все время запрашивают одни и те же произведения и большие классические концерты – Чайковского, Моцарта, Бетховена, Шуберта. Но если вы изучите нашу годовую программу, то из 70–80 прямых трансляций обнаружите 20–25% современных произведений или даже мировых премьер. А ведь они и станут классикой завтрашнего дня, не говоря о том, что они открывают двери новым слушателям. И раз снова речь зашла о молодежной аудитории, я думаю, что конкурсы, которые мы представляем на нашем ресурсе, немного отвечают на ваш вопрос. Все конкурсы – это начальный этап карьеры музыканта. И даже чисто возрастное соприкосновение с молодыми пианистами, скрипачами, певцами способно эмоционально впечатлить их сверстников.

ЕЧ Огромная аудитория ваших трансляций Конкурса Чайковского в 2015 году – тому готовое подтверждение.

ЭБ Это был крайне успешный проект. Мы ведь добавили разнообразия в контент и позволили людям посмотреть на конкурс и снаружи, и изнутри. По количеству просмотров это было небывалое достижение: наши трансляции посмотрели более 12 миллионов человек.

ЕЧ С другими конкурсами – то же самое?

ЭБ Конкурс Чайковского я могу сравнить разве что с Олимпийскими играми. Он гораздо больше, чем тот же конкурс Вана Клиберна или конкурс в Лидсе, на которых только одна номинация – «фортепиано». Конкурс Чайковского гораздо крупнее: четыре номинации – это же о чем-то говорит? В основном-то ведь конкурсы специализируются на одном инструменте: «Сибелиуса» – на скрипке, «Рубинштейна» – на фортепиано. А объем и поразительное содержание Конкурса Чайковского дает нам возможность создавать гораздо больше материалов.
Дело еще и в том, что конкурс Клиберна в Форт-Уорте или конкурс Шопена в Варшаве обычно затрагивают жизнь одного города. А онлайн-трансляции Конкурса Чайковского смотрят по всей России. Когда мы проверяли статистику, мы были поражены, увидев сотни городов в России, которые присоединились к нашим трансляциям. Это просто невероятно! Да и в мире к нему огромный интерес. Я уж не говорю о том, как сам был изумлен в Москве, где видел, как в 8 утра люди занимали очередь в Большой зал консерватории, чтобы попасть на первый тур, прослушивания которого начинались в 10 утра. Такого нигде больше нет.

ЕЧ Ужасно любопытно спросить вот о чем. Когда Medici. tv записывали в 2016-м декабрьское выступление Симфонического оркестра Татарстана под управлением Александра Сладковского в Золотом зале Музикферайна в Вене, была доля риска в продвижении на вашем ресурсе достаточно еще экзотического для европейцев коллектива?

ЭБ Нам очень важно показывать все многообразие «источников музыки». Конечно, у нас есть записи из Мариинского и Большого театров, у нас есть Даниил Трифонов, но это не единственные представители классической музыки в России. Сладковский в Казани делает потрясающую работу. Одно дело возглавить оркестр в Москве или Санкт-Пе тербурге, но какую огромную и глубокую работу с оркестром надо проделать в таком менее известном месте, где нет этой двухвековой традиции симфонических оркестров! Мы должны такие события привечать и праздновать. У меня это вызывает аналогию с тем, что Гергиев сейчас делает во Владивостоке. Согласитесь, та же идея предложить постоянную культурную повестку аудитории, которая не была до этого близка к оперной и симфонической классике. У Владивостока потрясающая локация: грубо говоря, два часа от Пекина, два часа от Японии, от Кореи. Если рассматривать все население вокруг Владивостока, то это просто огромный потенциал для знакомства новой аудитории с классической музыкой. Я думаю, поддерживать и продвигать такие проекты важно. В России, я знаю, их называют «региональными». Но они, по-моему, уже преодолели свою региональность.

ЕЧ В ноябре вы презентуете вашу платформу на Культурном форуме в Санкт-Петербурге. Почему вам это важно?

ЭБ Ну, мы же понимаем, что культурный форум – как и экономический – действительно становится ключевым местом для встречи людей, которые работают в данной сфере. Когда, например, я был там в прошлом году, то узнал о проекте панкавказского оркестра, в который будут вовлечены все музыкальные силы Кавказского региона. Мне кажется, в таких ситуациях возникает огромная потребность в обмене опытом, а также в соответствующего уровня разговоре о менеджменте. И если уж у нас есть возможность на форуме встретиться с этими людьми, рассказать им о нас, подумать, как мы можем развивать новые проекты, то это прекрасно. Мы должны быть щедрыми, как минимум. Форум становится очень важным местом не только для встречи «больших шишек», но главным образом для того, чтобы делиться опытом со всеми его – успешными и неудачными – составляющими. Согласитесь, для обмена идеями форум – подходящее место.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20208
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Фев 25, 2019 10:42 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2018103205
Тема| Музыка, Опера, Музыкальный театр им. Станиславского и Немировича-Данченко, Персоналии, Александр Титель
Автор| Владимир МОЛЧАНОВ
Заголовок| Без права на забвение
Где опубликовано| © Газета "Театральный курьер"
Дата публикации| 2018-10-24
Ссылка| http://teatrgazeta.ru/archives/4023
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

Московский академический музыкальный театр имени К.С.Станиславского и Вл.И. Немировича-Данченко отсчитывает свою историю с декабря 1918 года. Более четверти века его возглавляет художественный руководитель и главный режиссер оперной труппы народный артист РФ Александр Титель.



— Александр, скажите, вы поняли, зачем Станиславский и Немирович-Данченко решили открыть свои оперные студии? Им чего-то не хватало?

— Я понял это, когда учился в ГИТИСе у моего мастера Льва Дмитриевича Михайлова, который был двадцать лет главным режиссером этого театра.

— После Баратова.

— Да, Баратов был его учителем. Московский художественный театр, созданный Станиславский и Немировичем, являл какую-то новую правду на сцене, новые человеческие отношения, новую жизнь, новую драматургию, возникшую вокруг него. И вот 20 лет спустя, 1918 год, представьте, в стране идет гражданская война, хаос, голод. Люди питались одной селедкой, и то, если повезет. Мы знаем, как умирал несчастный Блок, гибли люди вокруг, какой был голод и холод вокруг, но в то же время возникало новое революционное искусство, и возникало очень много хорошего, интересного. И в это время Большой театр приглашает двух метров с целью организовать студию, помочь обновлению театра на рельсах новой художественной эстетики, новой правды.

В то время Большой театр уже считался замшелым и кондовым, и Станиславский взялся за работу и организовал студию в здании Большого театра. А Немирович-Данченко, как человек более искушенный, понимавший, в какую мощную, уже сложившуюся эстетическую систему он попадает, сразу отказался и организовал свою музыкальную студию при МХТ. Через полгода Станиславский тоже это понял и перевел студию из Большого театра в свой дом в Леонтьевском переулке. И в этом доме, в знаменитом зале с колоннами, он решил, что будет делать «Онегина». Это была его первая полнометражная опера. До этого они делали только отрывки, концерты. Впоследствии в 1926 году две студии: одна — Немировича, другая — Станиславского, перебрались в то здание, которое они занимают и по сей день, на Большой Дмитровке-17 в бывший некогда особняк Салтыковых.

— Мои первые воспоминания об этом театре очень своеобразные. Я родился в пятистах метрах от него на бывшей улице Москвина. Бабушка и мама мне в юности очень не советовали туда ходить, потому что там был театр-варьете «Шантеклер», потом театр-кабаре «Максим», и это считалось не очень приличным. А потом папа меня начал туда водить, потому что режиссер Леонид Баратов поставил три папиных оперы, но я видел только одну — «Улица Дель-Корно».

— Да, была она, я помню.

— Но, вы знаете, чего мне не хватает в вашем театре после реставрации? Я пришел и был потрясен — в общем чужой для меня театр, совершенно европейский, западный, в котором не пахло гримом и кулисами.

— Я думаю, в зале и не должно пахнуть. А вот за кулисами пусть пахнет. Но зато театр сохранил свою уникальную архитектуру — московский ампир. Когда была реконструкция, архитекторы очень уговаривали нас: «Давайте, сделаем вот здесь немножко позолоты, здесь мрамор, а тут бронзу…» Мы отбивались от них руками и ногами, чтобы сохранился вот этот простой московский усадебный стиль.

— А почему вы юбилейный сезон открыли целой серией произведений Прокофьева?

— Прокофьев — один из тех великих композиторов 20 века, которые заходили со служебного входа в наш театр, и много его замечательных произведений увидели там свет рампы и были услышаны. В том числе и «Семен Котко», над которым начинал работать еще Всеволод Мейерхольд.

— Пока его не арестовали.

— Да. Потом эта работа восстановилась.

— Ее продолжила Серафима Бирман.

— Я не могу этого сейчас вспомнить. И впервые «Семен Котко» потом появился в другом театре. А приносил он его сюда, так же, как он приносил партитуру «Обручение в монастыре», и спектакль был уже сделан практически, только война помешала. Он даже был записан на радио.

— Я заметил, есть театры у которых постоянная публика, не вся эта публика богата, иногда им трудно попасть, но тем не менее, в этом серьезное отличие вашего театра от Большого. К вам больше ходят постоянные…

— Да.

— В Большой понятно, шампанское французское в буфете, все очень красиво, все дорого, нельзя не сходить, а как же не повести свою очередную пятую жену-модель на «Катерину Измайлову», где она заснет. Это я сам наблюдал.

— Ну, Большой, это как Третьяковская галерея, как Кремль — туда надо.

— А к вам приходят те, кто любит этот театр.

— Любят театр, любят его репертуар, его артистов, эстетику, которую этот театр, как мне кажется, пропагандирует, развивает.

— Скажите, а вот артисты, которые у вас в театре сегодня, это же не ваши студенты, как правило?

— Есть и наши.

— У вас по-прежнему курс Игоря Ясуловича? Оттуда кто-то приходит?

— Да, приходят.

— А в остальном все происходит на прослушивании?

— Конечно. На конкурсах, очень серьезных, которые проходят, как правило, в три тура.

— Вот этими конкурсами вы занимаетесь много лет. Чем они сегодня отличаются от тех, когда вы только пришли в театр?

— Конкурсы мало отличаются, а вот конкурсанты да. Во-первых, их стало больше. Конкурсы становятся все более и более масштабными. Больше людей хотят принять в них участие. Когда мы начинали, у нас было шесть человек, потом одиннадцать, пятнадцать, потом семьдесят-восемьдесят. А теперь в течение года прослушиваем не менее сотни молодых людей, как правило, студентов или аспирантов, или выпускников московских, питерских вузов, а то и сибирских. Знаете, какая-то такая тенденция наблюдается -технически певцы лучше оснащены, они готовы к исполнению достаточно сложных произведений, но часто мне не хватает их личного соучастия в том, что они делают.

— В том плане, что они приходят и отрабатывают: три-четыре дня репетиции, и они поют?

— Ну как бы да, и они демонстрируют свои вокальные возможности, не то, что они думают о жизни, что их занимает, что их беспокоит, что их радует, что их тревожит через это произведение, через эту музыку. Все это не глубоко. А хочется, чтобы тебя взволновали, потому что музыка — это самое душевное искусство, это искусство, которое в большей степени адресовано к нашим эмоциям. И я даже как-то разговаривал с нашими молодыми певцами: «Ребята, русская музыка требует очень глубокого сопереживания, очень глубокого соучастия». Я не хочу принизить ни итальянскую, ни французскую музыку, но они немножко на другом замешаны. Невозможно петь Мусоргского или Чайковского, не погрузившись абсолютно в эту стихию. Вот мне иногда не хватает их индивидуальности, которая проявляет себя в этих музыкальных волнах: что за пловец, чья голова там белеет, между этими гребешками, выплывет или не выплывет, понимаете?

— У вас все время было не так много главных режиссеров, их можно пересчитать: И.М.Туманов, Л.В.Баратов, Л.Д.Михайлов и вы.

— Еще И.Г. Шароев.

— Я помню тот период, когда еще Вальтер Фельзенштейн сотрудничал с театром Станиславского.

— Он оставил даже удивительное для меня свидетельство о спектакле Станиславского «Евгений Онегин», которому к тому времени (к 70-м годам) было уже пятьдесят лет. Его передавали как дитя из рук одной няни, в руки другой, и артисты передавали и режиссеры. И Фельзенштейн пишет, что не может спектакль жить так долго, театр не музей. Но когда он увидел его на сцене, он изумился тому, как его любовно держат. Не бывает так, невозможно, он сделан на другом воздухе, на другой воде, на другом замесе. «Онегин» жил с 1922 года и в последний раз был сыгран, по-моему, в 2003 году, перед тем, как театр закрылся на реконструкцию. Специально была объявлена афиша, прощание со спектаклем. вот считайте 81 год. Это абсолютный рекорд Гиннеса.

— Скажите, а почему вдруг такой интерес в нескольких театрах возник к «Пиковой даме»?

— Я, действительно, поставил «Пиковую даму», правда, уже два года назад.

— В Большом она появилась до вас.

— Вы знаете, возможно, потому что я услышал эту музыку по-другому, потому что всегда существовала некоторая перекличка времен. Вот Пушкин пишет свою «Пиковую даму» в 30-х годах XIX века, он пишет о старой графине. Но Чайковский пишет оперу в конце 80-х начале 90-х годов XIX века и это совсем другая музыка, она так далека от Золотого века, и недаром все постановщики с этим мучились. Немирович-Данченко хотел перенести этот сюжет во времена Александра III, у него была разработка, но он не поставил, а Станиславский поставил. Михайлов перенес действие во время Александра I. Но для меня в этой музыке абсолютно Серебряный век. Это уже другое время, другая эстетика, это заглядывание в страшный и трагический XX век, который «сулит нам, раздувая вены, все разрушая рубежи, неслыханные перемены, невиданные мятежи» — это Блок.

Ранний Блок, Гиппиус, Анненский и Белый — эта культура родственна Чайковскому с его метаниями, сомнениями, и конечно с поиском гармонии и в любви, и в жизни. Именно это и побудило меня уговорить Лазарева и Бархина — моих прекрасных сотоварищей — перенести сюжет «Пиковой дамы» в начало XX века на рубеже Первой мировой войны, которая собственно и разрушила весь европейский мир, порядок на многие-многие десятилетия — это ведь была катастрофа для Европы.

— Сколько вообще у вас сейчас спектаклей в репертуаре?

— Наверное, двадцать пять, не меньше.

— Балет?

— Балета поменьше.

— Юбилейный сезон театра вы открыли циклом Прокофьева. А премьеры какие-то ожидаются?

— Будет новая постановка «Януфа» любимого мною чешского композитора Леоша Яначека. И будет новый спектакль «Макбет», который поставил Кама Гинкас вместе с нашим главным дирижером Феликсом Коробовым. 22-23 декабря у нас будут два Гала-концерта, посвященных 100-летию, где выступят все наши ведущие артисты. А уже в феврале мы покажем мировую премьеру — оперу российского композитора Александра Вустина «Влюбленный дьявол», никогда не шедшую нигде, пролежавшую тридцать лет в столе, по новелле Жака Казота -современника французской революции, сложившего голову на эшафоте. Очень любопытное сочинение, за пультом будет один из знаменитых ныне дирижеров Владимир Юровский.

— А кто отыскал Вустина? Вы или Юровский?

— Я бы сказал — вместе. Мне о его опере рассказал его коллега, и я попросил его о встрече, и о том, чтобы он нам сыграл это. И я это услышал. А потом, когда я узнал, что Володя Юровский пригласил Вустина на свои концерты в качестве резидента, как это принято в Европе, то я спросил у него: «А знаешь ты про эту оперу?» Он ответил: «Нет». После этого он послушал, и ему ужасно понравилось. Мы решили ее делать. Мы с Володей давно договорились, что к 100-летию обязательно отыщем какое-то неизвестное сочинение. Это так важно для нашего театра, ведь он так много работал с современными авторами и должен эту линию продолжать.

Владимир МОЛЧАНОВ
Ведущий программы «Рандеву с дилетантом»
на радио «Орфей»
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> Газетный киоск Часовой пояс: GMT + 3
На страницу Пред.  1, 2, 3
Страница 3 из 3

 
Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах


Яндекс.Метрика