Список форумов Балет и Опера Балет и Опера
Форум для обсуждения тем, связанных с балетом и оперой
 
 FAQFAQ   ПоискПоиск   ПользователиПользователи   ГруппыГруппы   РегистрацияРегистрация 
 ПрофильПрофиль   Войти и проверить личные сообщенияВойти и проверить личные сообщения   ВходВход 

Общество Друзья Большого балета
2018-07
На страницу Пред.  1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8  След.
 
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска
Предыдущая тема :: Следующая тема  
Автор Сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20275
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Июл 12, 2018 7:19 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2018071201
Тема| Балет, БКЗ «Октябрьский», Гала-концерт артистов балета «Звезды 21 века», Персоналии,
Автор| Текст: Ирина Сорина. Фото: Светлана Аввакум
Заголовок| Санкт-Петербург принял балетный «Оскар» (фото)
Где опубликовано| © Петербургский авангард
Дата публикации| 2018-07-12
Ссылка| http://avangard.rosbalt.ru/review/sankt-peterburg-prinyal-baletnyj-oskar/
Аннотация|

Вот уже 25 лет на лучших театральных площадках мира проходит гала-концерт артистов балета «Звезды 21 века» — как назвал его Олег Виноградов, «своеобразный балетный "Оскар"», самое престижное событие в мире балета. Организовывают его Соломон и Надя Тенсер. Соломон Тенсер — генеральный продюсер антрепризы Stars of the 21-st Sentury, а Надя Веселова-Тенсер — арт-директор антрепризы. Именно благодаря этой паре в прошлом году в Санкт-Петербурге состоялось чествование народного артиста СССР, лауреата государственных премий Олега Виноградова, более 20 лет руководившего балетом Мариинского (ранее Кировского) театра, которому в прошлом году исполнилось 80 лет. Теперь балетмейстер представлял гала-концерт звезд балета как его арт-директор.



К своему 25-летию этот проект, наконец, добрался до Санкт-Петербурга, родного города Нади Веселовой. В нашей стране такой концерт проходил только в Москве.

О том, что зрителей ждет неординарное зрелище, можно было судить уже потому, что с середины дня у служебного подъезда концертного зала «Октябрьский» собралась толпа балетоманов (точнее, балетоманок) в надежде увидеть после репетиции этуаль Парижской оперы Матье Ганье. Когда почти через двенадцать часов артисты выходили из театра после окончания спектакля, дамы по-прежнему были на своем посту!


На гала-концерте Матье Ганье с молодой солисткой «Гранд Опера» исполнили дуэт из балета Прокофьева «Золушка» в хореографии Рудольфа Нуреева, который перенес действие балета в эпоху немого кино Голливуда. Как обычно делал Нуреев в своих постановках, он постарался предельно усложнить партии, особенно — мужские, но французский дуэт справился со всеми сложностями легко и изящно. Во втором отделении французы покорили зрителей, исполнив замечательный дуэт из балета «Дети райка» (Les Entans du paradis). Музыка — Марк-Оливье Дюпен, хореография — Хосе Мартинес.


А открыло концерт звезд балета выступление детского хореографического коллектива из Ростова-на-Дону «Тысячелетие», победителя нескольких, в том числе, и международных конкурсов. Их танец «Калинка» был восторженно принят зрителями: юные танцовщики заканчивали свой номер под овацию зала.


Далее на сцену вышли именитые российские артисты, чтобы исполнить «наше все» — отрывки из балетов Петипа на музыку Чайковского. И если с «Лебединым озером», как говорится, не сложилось (адажио из балета «Лебединое озеро» солисты Мариинского театра Оксана Скорик и Евгений Иванченко, как и вариацию Одиллии Элеонора Севенард из Большого театра исполнили без особого блеска), то па-де-де из балета «Спящая красавица» в исполнении той же Элеоноры Севенард и премьера Большого театра Дениса Родькина было безупречным.


Кстати, Элеонора, выпускница Вагановской академии 2017 года, вариацию Одиллии на репетиции исполнила значительно лучше. Но, видимо, сказалось волнение, ведь она только год назад закончила академию хореографии и сразу была приглашена в Большой театр. И вот уже выступает рядом со звездами мирового балета.

Зарубежные звезды исполняли современную хореографию. Игоне де Йонг и Марийн Радемакер представляли национальный балет Нидерландов. Во всем мире эту труппу знают как Dutch National Ballet или Het. Артисты исполнили номер Ханса ван Манена, ставящего в первую очередь именно для этого коллектива.


Это был номер «Три гносианы» (Trois Gnossiennes) на музыку Эрика Сати. Помимо этого, они исполнили дуэт из балета «Мата Хари», поставленного руководителем труппы Тедом Брандсеном на произведения композитора Тарика Гамильтона О’Регана.


Мария Яковлева и Эно Печи (Венский театр оперы и балета) исполнили миниатюру на музыку Шопена, поставленную Эно Печи, «Опус N25». Партию фортепиано практичести «с листа» виртуозно сыграл Геннадий Меркулов.


Другим номером их программы был дуэт из балета «Летучая мышь» на музыку Иоганна Штрауса в постановке Ролана Пети, полный изящества и юмора.


Хореографию Ролана Пети исполняли и премьеры театра Ла Скала Николетта Манни и Тимофей Андриященко. В 2013 году Тимофей, в то время представлявший Латвию, был награжден золотой медалью в младшей группе на XII Международном балетном конкурсе в Москве. В исполнении солистов Ла Скала зрители увидели фрагмент из знаменитого балета «Кармен».


В далеком 1949 году этот балет Ролан Пети поставил на себя (партия Хозе) и свою супругу Зизи Жанмер, заставив ее перед этим коротко постричься. С тех пор такая стрижка является непременным атрибутом всех исполнительниц этой партии.


Длинноногая, в коротенькой юбочке, со стрижкой «под мальчика», Жанмер никак не напоминала цыганку, скорее это француженка, дама полусвета, коварная, обольстительная. Ее танец просто наполнен эротикой. Есть запись этого балета 1980 года, где главные партии исполняет та же Жанмер и Барышников. К сожалению, именно чувственной эротики не хватило в исполнении Манни и Андриященко. Более органично они смотрелись в дуэте из балета «Караваджо» на музыку Клаудио Монтеверди в постановке Мауро Бигонзетти.


А завершали оба отделения прима Государственного балета Берлина Яна Саленко и премьер Мариинского театра Кимин Ким. В первом отделении они исполнили па-де-де из балета «Корсар» в хореографии Мариуса Петипа.


А закончили концерт знаменитым па-де-де из балета «Дон Кихот» в постановке Александра Горского. Здесь уж они продемонстрировали весь технический балетный арсенал. Зал просто неистовал, наблюдая за стремительными вращениями, взрывными прыжками, высокими поддержками. Заключительная кода шла уже под сплошные аплодисменты в такт музыки.


Это представляло особую сложность, потому что надо было не сбиться с собственного ритма. Кимин вихрем пронесся в жете ан турнант по кругу, а заключительное фуэте, причем в усложненном варианте, Яна исполнила, что называется «на кончике марки».


После концерта зрители долго не отпускали артистов со сцены. Такое событие, как гала-концерт звезд мирового балета, случается в Петербурге нечасто, поэтому публике хотелось продлить счастье встречи.

Фото: Светлана Аввакум
=========================================================
Все фото - по ссылке


Последний раз редактировалось: Елена С. (Чт Июл 12, 2018 7:52 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20275
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Июл 12, 2018 7:44 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2018071202
Тема| Балет, Михайловский театр, Персоналии, Михаил Мессерер
Автор| Софья Козич
Заголовок| «Танцевать в роли»
Где опубликовано| © журнал «Инфоскоп» спецвыпуск "Балет"
Дата публикации| 2018-07
Ссылка| https://mikhailovsky.ru/press/media/interview/tantsevat_v_roli/
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ



Михаил Мессерер рассказал «Инфоскопу», как формируется репертуар, зачем артисты учатся у мистера Youtube и трудно ли жить на две страны.

Михаил Мессерер — наследник династии выдающихся танцовщиков и педагогов — убежал из Советского Союза в 1980 году и работал приглашенным педагогом в самых известных балетных театрах мира. В 2009 году он стал руководителем балетной труппы Михайловского театра и вывел ее на уровень трупп Мариинского и Большого. Он рассказал «Инфоскопу», как формируется репертуар, зачем артисты учатся у мистера Youtube и трудно ли жить на две страны.

— Скоро будет 10 лет, как вы работаете в Михайловском театре. С вашим приходом труппа изменилась. На какие качества обращаете внимание, когда формируете труппу и набираете артистов?

МГ:
Наши артисты обладают комбинацией природных данных и умениям совершенствоваться. Важны талант, врожденные физические качества, музыкальность, которую мы почитаем в театре, классическая чистота (в школе это не всегда удается привить) и умение танцевать — не просто выполнять движения, а танцевать в роли и понимать, что именно ты танцуешь. Мы стараемся за этим следить.

— Вы много путешествовали по миру, и у вас в труппе сейчас много иностранных артистов. Вы можете сравнить разные балетные школы?

МГ:
Все смешалось сейчас. Огромное влияние на танцовщиков оказывает тот педагог, чье имя мистер Youtube. Танцовщики всех континентов смотрят видеозаписи друг друга — в ютьюбе и соцсетях, перенимая как хорошие вещи, так и плохие, поэтому я бы не назвал Youtube тонким наставником. Но уровень техники, в частности из-за «него», настолько шагнул вперед, что вырваться и стать звездой за счет только техники на общем блестящем уровне трудно. Надежда на то, что будет улучшаться и драматическая составляющая. Люди прекрасно выполняют отдельные движения, но правильно уложить их в контекст спектакля не всегда всем удается.

— За последние 10 лет балет Михайловского театра получил международное признание. Критики из разных стран приезжают в Петербург, чтобы не пропустить ваши премьеры. Что отличает вашу труппу от конкурентов?

МГ
: В отличие от гигантов — Большого или Мариинского театров — мы — труппа скромная. У нас всего 140 артистов. Мы не можем давать два спектакля в один и тот же вечер, в то время как, например, Мариинский дает несколько одновременно, да еще порой на разных континентах, что, конечно, здорово, но зато у нас есть возможность контролировать качество. Мы обязаны тщательно относиться к выбору постановок, так как не можем позволить себе промахнуться, ведь бюджет у нас в разы меньше, чем у театров с федеральной поддержкой, мы театр городского подчинения, нас поддерживает правительство Санкт-Петербурга.

— В связи с недавним громким успехом вашей «Золушки» — спектакля, впервые поставленного в Большом театре в Москве в 1945 году, -хочется спросить, как именно вы выбираете, какой балет ввести в репертуар Михайловского театра в каждом следующем сезоне?

МГ:
Необходимо думать прежде всего об интересах зрителей и артистов. И эти вещи связаны: если артисты танцуют хорошо, то и зрителям приятно. В интересах зрителя мы не должны повторять репертуар Мариинского театра. Хоть мы находимся в центре города и к нам легче доехать, люди все-таки ходят в оба театра, поэтому если названия балетов и пересекаются, то у нас идут другие версии. Проще, когда ставишь название, которое не идет в другом театре. Например, мне давно хотелось поставить балет «Коппелия», и мы даже собирались сделать это на закрытие текущего сезона или в начале следующего. Этот камерный спектакль, которого нет в репертуаре Мариинского, походит нашей труппе и нужен петербургским зрителям. Кажется, балетных премьер у нас не будет еще долго. Надеюсь, мою версию «Коппелии» удастся поставить в Новосибирском театре.

— Владимир Кехман возглавляет оба театра, в Новосибирске возможностей больше, чем здесь?

МГ:
Новосибирский театр федерального подчинения, и у них, как я понимаю, есть средства. Если звезды сойдутся, «Коппелию» покажем в Новосибирске осенью. Вообще Кехман делает очень много для обоих театров, это человек безудержной энергии, он легко справляется этими обязанностями.

— Вы поставили «Дон Кихота» и «Золушку» сначала в Михайловском театре, а затем — в Новосибирском. Планируете ли в дальнейшем переносить постановки Михайловского в Новосибирск?

МГ
: Сейчас ситуация складывается так, что скорее уж постановки Новосибирского театра будут дублироваться в Михайловском — я имею ввиду «Коппелию». Вообще же, если зритель получает спектакль удачный, свежий, то, мне кажется, не столь уж важно, где он был поставлен изначально. Например, из истории мы знаем, что многие десятилетия в Москву переносили петербургские и ленинградские спектакли, но великий Большой театр от этого не стал меньшим. Наоборот, невозможно представить себе его славную историю без постановок, рожденных на Неве, — таких, как «Ромео и Джульетта», «Бахчисарайский фонтан», «Пламя Парижа», «Каменный цветок», не говоря уже о спектаклях XIX века.

— Вы работаете в основном в Петербурге. А ваша семья осталась в Лондоне?

МГ: Да, семья в Лондоне. Тяжело жить на две страны, много работы, а я еще и в Новосибирск летаю, это неблизко. В общем, спасибо Александру Второму, что он вовремя продал Аляску...


Последний раз редактировалось: Елена С. (Ср Авг 22, 2018 11:48 am), всего редактировалось 2 раз(а)
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20275
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Июл 12, 2018 2:27 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2018071203
Тема| Балет, Музыкальный театр Карелии, Премьера, Персоналии, Кирилл Симонов
Автор| корр.
Заголовок| Музыкальный театр Карелии закрывает сезон на драматической ноте
Где опубликовано| © Интернет-газета «СТОЛИЦА на Onego.ru»
Дата публикации| 2018-07-03
Ссылка| https://stolicaonego.ru/news/muzykalnyj-teatr-karelii-zakryvaet-sezon-na-dramaticheskoj-note/
Аннотация| ПРЕМЬЕРА

Премьера балета "Коппелия" в постановке Кирилла Симонова 4 и 5 июля завершит сезон в Музыкальном театре.

"Моя постановка – это в первую очередь драматическая история, – говорит автор спектакля, отмечая при этом, что, несмотря на сложную смысловую нагрузку, новый балет Музыкального театра получился зрелищным и эмоционально ярким.

Автором либретто выступила известный питерский драматург Ольга Погодина-Кузмина. Хореографический стиль спектакля – неоклассика. За дирижерским пультом – Анатолий Рыбалко. В команде постановщиков – лауреат "Золотой маски" Александр Мустонен (свет) и Павол Юраш, театральный художник из Словакии, уже признанный в Европе, но впервые представляющий свое творчество на российской сцене.

"Коппелия" – балет выдающегося французского композитора Лео Делиба, созданный им по мотивам новеллы Гофмана "Песочный человек". Герой, любивший жизнерадостную девушку Клару, был очарован прекрасной и таинственной Олимпией, которая оказалась механической куклой. В судьбе юноши зловещую роль играет некий Коппелиус, в котором он видит Песочного человека из страшных сказок его детства.

В XIX веке создатели балета убрали из него всю мистику – и появилась веселая история о ссоре и примирении двух влюбленных, за полтора столетия перетанцованная всеми ведущими мировыми балетными труппами. Кирилл Симонов вместе с Ольгой Погодиной-Кузминой вернули Гофмана с его мотивами мистики и рока в "Коппелию", и в результате легкий комедийный сюжет зазвучал как трагедия крушения человеческой жизни.

В новой версии "Коппелии" действие происходит в России в двух временных отрезках, которые автор либретто образно определила как время "между страхом и мечтанием". Пролог к основным событиям происходит в 1937 году, а весь спектакль – в 1960-е годы во дворе обычной советской хрущевки.

Типичный советский двор и трехэтажную хрущевку на сцене Музыкального театра построил известный европейский театральный художник Павол Юраш (Словакия). Ему принадлежит и авторство костюмов, сложный принт которых потребовал даже спецзаказа и был напечатан для театра в Санкт-Петербурге.

В "Коппелии" занята вся балетная труппа Музыкального театра. Наряду с классическими танцами в спектакле много номеров, музыка которых основана на национальном фольклоре, – польская мазурка, венгерский чардаш, шотландская жига и др.

Это дает возможность показать в выгодном свете работу кордебалета, добавить спектаклю зрелищной и эмоциональной яркости. Разнообразие классического и характерного танца "Коппелии" в спектакле Кирилла Симонова передается через неоклассику, которая является основой авторского стиля хореографа.

Главные партии на премьерных показах 4 и 5 июля исполнят солисты балета Московского Государственного академического музыкального театра имени Н. И. Сац Алевтина Касаткина (Коппелия) и Сергей Беломысов (Натанаэль).


Последний раз редактировалось: Елена С. (Чт Июл 12, 2018 7:53 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20275
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Июл 12, 2018 6:08 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2018071204
Тема| Балет, БТ, Персоналии, Денис Родькин, Элеонора Севенард
Автор| Юлия Шаповалова
Заголовок| «Все балеты — про любовь»: Денис Родькин и Элеонора Севенард о работе в Большом театре, партнёрстве и конкуренции
Где опубликовано| © RT на русском
Дата публикации| 2018-07-12
Ссылка| https://russian.rt.com/nopolitics/article/535660-rodkin-sevenard-intervyu
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

Денис Родькин и Элеонора Севенард — на сегодняшний день самая яркая пара Большого театра. Он — премьер и лауреат премии президента России, она — подающая надежды артистка балетной труппы и к тому же внучатая племянница известной балерины Матильды Кшесинской. В интервью RT Родькин и Севенард поделились карьерными планами, вспомнили о своих неудачах и успехах, а также рассказали, как их личные отношения влияют на работу в главном театре страны.


© elya_7ard / instagram

— Вы оба — артисты Большого театра, и вы оба в своё время были учениками Николая Цискаридзе. Его многие критикуют, но вот вы, Денис, его поддерживали неоднократно.

Денис Родькин:
Бывших учителей не бывает. Николай Максимович для нас и сейчас учитель, мы всегда с ним советуемся. И, как человек с большим опытом в своём деле, он нам подсказывает очень мудрые вещи.

— Насколько разным был подход к каждому из вас во время обучения? Наверняка вы делились этим друг с другом, сравнивали.

Д.Р.:
Скажу честно, что к мальчикам Николай Максимович относится немного пожёстче. Потому что мы по своей природе более выдержанны. Он всегда говорил: «Деня, я на тебя ругаюсь больше, потому что ты мальчик». Вот, наверное, и Эля никогда мне историй не рассказывала, в которых бы Николай Максимович ругался. На меня он ругался, но я сейчас понимаю, что он это делал во благо мне.

Элеонора Севенард: Разница ещё в том, что Денис работал с Николаем Максимовичем в театре. Я ещё училась в школе, получала образование артиста балета, чтобы потом прийти в театр. И, конечно, отличался подход.

Д.Р.: Когда я приезжаю к нему в Вагановскую академию, то вижу, что по сути ничего не изменилось. Он так же строг, он так же требует всё сейчас и сразу. Наверное, это правильно, потому что наша профессия очень короткая и заканчивается в лучшем случае для мальчиков лет в 40. Надо за короткий период успеть очень многое.

— Вы, Денис, хотя и очень молоды, но уже опытный танцор. Элеонора — ещё юная балерина. Как у вас происходит обмен опытом?

Э.С.:
Опыт — это очень важно, и я стараюсь прислушиваться к тому, что говорят Денис и мой педагог в театре. Пытаюсь вспомнить замечания Николая Максимовича и советы нашего художественного руководителя. И, конечно, когда партнёр понимает, как найти подход, — это очень помогает, на сцене сразу легче танцевать.

Д.Р.: Конечно же, я с Элей делюсь опытом. По большому счёту главная задача партнёра — преподнести выигрышно балерину. Для меня балет — это всё же более женское искусство, нежели мужское.

Я не приемлю, когда партнёр с партнёршей начинают конкурировать на сцене. Так не должно быть, должен быть дуэт.

А все балеты — они про любовь. И должна быть любовь между партнёрами. Но есть, конечно, такие балеты, как «Спартак». И все балеты Юрия Николаевича (Григоровича. — RT), по большому счёту, балеты мужские. Но всё же для меня балет — это символ женского искусства.

— Денис, вы выпускник неакадемической балетной школы. Скажите, дополнительные навыки вроде степа дают какое-либо преимущество перед другими артистами?

Д.Р.:
Степ, на самом деле, дал мне многое. Я более раскрепощённый на сцене, потому что степ предполагает свободу. А балет, именно классический балет, — это определённые позиции. Если это первая позиция — это первая позиция. Вторая — вторая. И, соответственно, когда ты живёшь в этих ограничениях, то на сцене бываешь иногда немножко зажатый. Я попытался соединить свои навыки степа и балет, и получилось вроде бы всё правильно по позициям и в то же время свободно.

— А вы когда-нибудь падали прямо во время спектакля?

Д.Р.:
Я падал один раз на балете «Спартак». Было очень обидно. Поскользнулся. Но я как-то так встал, что никто ничего не заметил.

— Элеонора, а что касается вас? И вообще, что делать, если такое произойдёт?

Э.С.:
Нужно продолжать танцевать. Если, конечно, ты не получаешь какую-то травму.

Д.Р.: Ну вот Эля тоже недавно немножко поскользнулась на гастролях в Китае.

Э.С.: Да, к сожалению, так случилось. У балерины, которая танцевала передо мной, разорвались бусы… а я этого не видела и поскользнулась. Это всё случайно произошло.

— Но об этом потом снимут, конечно же, фильм и преподнесут это так, будто всё было сделано специально.

Д.Р.:
Никому никогда в пуанты ничего не подсыпали! Вот на моём веку — точно.

Э.С.: И на моём тем более.

— Раз мы вспомнили Китай и ваши гастроли: все в один голос говорят, что китайская публика совершенно потрясающая…

Д.Р.:
Это правда, да. Они очень восторженно всё воспринимали. Вообще вся Азия русский балет принимает с особым восторгом. Наверное, первое место всё равно здесь занимает Япония.

Китайцы сильно шумят в зале, поддерживают артиста. Японцы более сдержанны.

Но потом, когда ты выходишь после спектакля, они выстраиваются в огромные очереди — и ты чувствуешь себя не артистом балета, а какой-то голливудской звездой. Такие толпы, все тебя фотографируют, пытаются взять автограф…

Э.С.: Подарки, да…

Д.Р.: Подарочки. Ты после спектакля приходишь с кучей каких-то маленьких японских печений. Один раз мне даже умудрились подарить пиво. Более того, пиво мне подарили во льду. То есть Япония настолько предусмотрительная страна… Японцы, видимо, поняли, что я очень хочу пить после спектакля, а воду пить неинтересно. И они подарили пиво.

Э.С.: Мне подарили один раз коробку клубники. Дарят даже такие необычные подарки.

— Элеонора, вы внучатая племянница, точнее сказать, праправнучатая племянница балерины Матильды Кшесинской. И это, наверное, накладывает определённую ответственность. Кажется, что люди будут тыкать пальцем и говорить: «А, ну-ну, сейчас посмотрим». Это вам мешает?

Э.С.:
Я не знаю, поскольку не сохранилось записей, где танцует Матильда Феликсовна. Конечно, сравнивать сложно. Мне кажется, даже невозможно, поскольку никто не видел, как она танцевала. Сохранились только какие-то письменные свидетельства, где описывается, что она была очень эмоциональной и отличалась этим от своих современниц и коллег по сцене. Что она была виртуозной и первой исполнила 32 фуэте. И, конечно, мне с детства об этом говорили в семье, мне хотелось тоже научиться исполнять 32 фуэте. Не знаю, для меня странно, когда пытаются сравнивать нас. Наверное, потому что это практически невозможно.

— А если говорить о наследии Кшесинской в вашей семье?

Э.С.:
Мой отец очень активно — наверное, именно в момент, когда я появилась на свет, — начал изучать историю семьи. Он ездил во Францию, искал учениц Матильды Феликсовны, которые учились в её балетной студии в Париже. Искал по русским ресторанам. Он не знал французского языка — просто приходил и пытался узнать у тех, кто говорил по-русски, какую-то информацию. И так действительно нашёл её учениц. Они очень много рассказали ему.

У нас хранились костюмы семьи Кшесинских. Не только Матильды Феликсовны — её отца, брата.

И это всё было очень интересно. Мы занимались балетом, мама очень любила и любит балет и вообще театр. Мы с детства ходили на оперу, на балет, на драматические спектакли, мюзиклы. Занимались хореографией. И всё постепенно вылилось в то, что сейчас я работаю в Большом театре. Я очень рада, что всё так сложилось.

— Надо сказать, к чести сотрудников Большого театра, они очень ревностно охраняли ваш покой во время скандала, связанного с выходом фильма Алексея Учителя «Матильда». На вашу работу эта история как-то повлияла?

Э.С.:
Да, я считаю, что было очень много лишнего шума. Наверное, многие сами это поняли, когда посмотрели фильм. Конечно, в театре ко мне подходили из нашей пресс-службы, спрашивали, хочется ли мне вокруг себя какого-то дополнительного внимания. И поскольку я только начала свой первый сезон в театре, мне, конечно, было важнее проявить себя самостоятельно как балерине. Я старалась, наверное, более тихо себя вести и не давать лишнего повода...

— Есть ли сейчас какие-то спектакли, в которых вы вместе работаете на сцене?

Э.С.:
Ну, например, «Анна Каренина» Джона Ноймайера. Денис исполняет главную роль, Вронского, я исполняю роль княжны Сорокиной. Но это не классический балет. Не знаю — неоклассический, наверное.

— А каково это — танцевать на одной сцене с близким человеком?

Д.Р.:
Я лично волнуюсь чуть больше, потому что если вдруг что-то не так, то, конечно, будет обидно. Если у Эли что-то не получается в своих вариациях, мне обидно немножко, что не получилось что-то.

Э.С.: А я чувствую себя увереннее.

Д.Р.: В адажио я всегда уверен, потому что я знаю, что всё будет нормально в моих руках.

Э.С.: Да и я уверена, что, когда Денис рядом, всё будет хорошо в любой ситуации, он всегда поможет и подскажет.

Д.Р.: И подниму в любой ситуации.

Э.С.: И поднимет в любой ситуации.

— Кстати, а сколько положено балерине весить?

Д.Р.:
Это сложный вопрос. Есть балерины не очень высокого роста, но тяжёлые. Я не знаю, с чем это связано. А есть высокие балерины и лёгкие. То есть чёткую цифру, сколько должна весить балерина, я не могу вам назвать. Я могу только взять, поднять и понять, лёгкая она или нет.

К тому же все думают, что партнёр балерину постоянно на себе таскает. Нет, конечно. Балерина должна помогать партнёру.

Есть определённая техника, где она партнёру помогает делать правильный подход на поддержку, наверху собираться. Поэтому нет чёткой цифры, сколько должна весить балерина.

— Где-то в районе 50 кг, наверное?

Д.Р.:
Ну желательно до 50 кг.

— Вы правы по поводу техники. Я видела, как балерина поднимала партнёра…

Д.Р.:
Было такое. Было такое, что партнёр держался за балерину, и у нас… Не буду говорить. Но, вообще, есть такие ребята. Ну не дано, понимаете! Во многом от природы партнёрство даётся.

— Вернёмся к теме близких отношений в театре. Как ко всему этому относятся в руководстве? Не говорят, что любовь мешает работе?

Д.Р.:
Нет, конечно. Для руководителя главное, чтобы человеку было хорошо и комфортно. А когда человеку хорошо и комфортно, он на сцене даёт желаемый результат.

Э.С.: У нас просто пока ещё не было такого опыта, наверное. В театре мы вместе танцуем только в одном спектакле. Но мне всегда спокойнее, как я уже сказала. И, кажется, наш художественный руководитель, наоборот, очень даже рад за нас.

— Элеонора, а какая партия для вас самая желанная на сегодняшний день?

Э.С.:
Нет одной партии. Мне кажется, существует очень много интересных ролей. Ну, наверное, сейчас мне хочется больше танцевать классику. Поскольку я только выпустилась, а на классике и воспитывается тело балерины, это такая основа. Хочется попробовать очень многое именно в классических спектаклях, в классических постановках. Это, конечно, и «Баядерка», и «Спящая красавица», и «Дон Кихот».

— Денис, если у Эли это первый сезон в Большом, вы уже сбились со счёту — то ли девятый, то ли десятый. А у вас не было мысли попробовать себя где-то ещё? Может быть, в Нью-Йорке... Или пока ваша занятость не позволяет вам никуда двигаться?

Д.Р.:
Я считаю, что из Большого театра ни в коем случае никуда нельзя уходить. В Большой театр можно приходить, но уходить уже нельзя. В Большом театре абсолютно мой репертуар, я себя чувствую здесь на своём месте. Как говорят, это для меня уже как второй дом. Я не представляю себя без Большого театра. А что касается каких-то гостевых контрактов — это, конечно же, всегда очень приятно. Да и полезно.

— Я знаю, что пять лет назад вы закончили балетмейстерско-педагогический факультет Московской академии хореографии. Как вы видите своё будущее в этой профессии?

Д.Р.:
Пока я не вижу себя ни балетмейстером, ни педагогом. Вообще никак не вижу. Более того, я сейчас стараюсь получить второе высшее образование — это факультет культурной политики гуманитарного управления в МГУ.

— Неужели чиновником будете?

Д.Р.:
Я не знаю. Понимаете, мы не знаем, что будет с нами через четыре дня. И всегда второе образование полезно.

— Есть в вашей профессии такое безобразнейшее качество, как зависть. Как пережить, когда завидуют вам? И как самим не скатиться до этого низменного чувства, не завидовать другим? Как держаться в русле здорового соперничества?

Д.Р.:
Я никогда не стараюсь ни на кого смотреть. Просто есть мой путь — и я всегда его придерживаюсь.

Михаил Барышников сказал великие слова, что он пытается танцевать не лучше кого-то, а лучше себя. И мне это очень близко.

Я понимаю, что смысла в таком качестве, как зависть, нет. Оно только разрушает изнутри. И поэтому я иду по своему пути. Главное — идти по нему уверенно и всегда только наверх.

Э.С.: Мне ещё с первых классов в академии педагог говорила, что в балете должна быть конкуренция. Если кто-то делает что-то лучше тебя — ты должен стремиться к тому, чтобы потом сделать это лучше. Ну, может быть, только вначале. То есть ты должен не то чтобы завидовать, а пытаться совершенствоваться и добиваться результатов. Но завидовать, конечно, бесполезно: это ничему не поможет. Нужно идти в зал и делать успехи.

— Театр, понятное дело, особая творческая среда. И тут внутренние отношения довольно-таки хитрые. Кого-то из артистов Большого вы могли бы назвать своим другом?

Э.С.:
Дениса.

Д.Р.: Элю.

— Поняли вас.

Д.Р.:
Понимаете, друзья — это такое понятие, что вот ты с ним можешь, например, после репетиции куда-то пойти…

— Пивка попить — такое может быть? Или артисты Большого театра — это же небожители, они не пьют пиво?

Д.Р.:
Нет, пьём пиво, конечно.

— С разрешения Владимира Урина (директора Большого театра. — RT)?

Д.Р.:
Нет, с разрешения руководителя балета Большого театра. Конечно, можем и выпить вместе. Для меня дружба — это когда ты доверяешь полностью человеку. Мне кажется, в балете вот таких прямо друзей быть просто по природе не может.

— К теме еды: я слышала, что артисты до такой степени выкладываются во время спектакля, что после него могут и кусок торта себе позволить, и кусок колбасы...

Д.Р.:
Вы знаете, после спектакля я вообще есть не могу, я только пить хочу. Потому что теряешь столько жидкости… Есть — только на следующий день.

Э.С.: Нельзя сравнивать балет и спорт — это разные вещи. Но если считать, наверное, калории, сжигаемые во время нагрузки (всё равно идёт физическая нагрузка на тело), мне кажется, мы можем…

— Сейчас в России проходит чемпионат мира по футболу. Основные гулянья идут практически у вас под носом, возле Большого театра. Вы следили за играми?

Д.Р.:
Безусловно, следили. И очень болели за нашу команду. Когда мы проиграли в последнем матче, я очень расстроился, потому что хотел, чтобы мы стали чемпионами мира, честно скажу. Но за такую команду, которая у нас была на чемпионате, совершенно не стыдно. Они показали прекрасный футбол.

У меня тоже была возможность стать футболистом. Поэтому мне это всё близко.

Я очень переживал. И, конечно, когда наши забивали голы — сам себя не узнавал, как я радовался!

— В общем, вы свои ноги пустили в другое русло…

Д.Р.:
Скорее всего, не я, а моя мама. Потому что, если характер, который у меня есть сейчас, перенести в детство, я бы, наверное, ушёл в футбол.

— Кстати, 7-го числа, когда наши играли с хорватами, а я как раз была на «Борисе Годунове», невозможно было посмотреть счёт…

Э.С.: Балерины за кулисами и режиссёры — все следили.

— А сейчас, когда российская сборная выбыла, вы за кого-то болеете?

Д.Р.:
Я буду болеть за Францию, честно скажу.

Э.С.: Я, наверное, тоже.

— И маленький блицопрос напоследок. Ваш любимый балет?

Э.С.:
«Щелкунчик».

Д.Р.: Мой — «Баядерка».

— Любимый элемент в танце?

Э.С.:
Вращения… Фуэте, например.

Д.Р.: А я люблю двойной кабриоль назад. Это когда разбегаешься и двумя ногами бьёшь в воздухе.

— Личный секрет поддержания физической формы?

Д.Р.:
Для меня — каждодневные занятия, репетиции и регулярные спектакли.

Э.С.: То же самое.

— Вопрос Денису, на который он уже ответил. Если бы не были артистом балета, то…

Д.Р.:
Я был бы футболистом или машинистом поезда. Машинистом поезда — потому что каждый год я ездил отдыхать не на море, а к дедушке в Красноярский край. Так как денег на самолёт у нас не было, мы ехали четыре дня поездом. И меня настолько это всё вдохновляло, это было настолько романтично, что я хотел быть машинистом поезда Москва — Владивосток. При этом, не меняясь ни с кем, одному неделю ехать. Но ещё не поздно. Футбол — уже точно нет, а вот машинист…



====================================================================
Все фото - по ссылке


Последний раз редактировалось: Елена С. (Чт Июл 12, 2018 7:53 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20275
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Июл 12, 2018 7:52 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2018071205
Тема| Балет, труппа "Балет Москва", Персоналии, Елена Тупысева
Автор| корр.
Заголовок| Директор «Балета Москва» Елена Тупысева: У нас классные зрители
Где опубликовано| © Официальный сайт Мэра Москвы
Дата публикации| 2018-07-12
Ссылка| https://www.mos.ru/news/item/42577073/
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ



Руководитель одного из самых интересных современных хореографических коллективов столицы — о мечтах, экспериментах и будущем российского балета.
Под занавес сезона хореографический театр «Балет Москва» представил премьеру абстрактного балета «Транскрипция цвета». 14 артистов современной труппы в ярких костюмах под музыку американского композитора-минималиста Джона Кулиджа Адамса изображают картину Ласло Мохой-Надя — художника, фотографа, теоретика искусства, преподавателя легендарной немецкой школы Баухаус. За хореографию взялся Хуанхо Аркес, который три года назад поставил с артистами «Балета Москва» спектакль «Минос. Эрос».

Директор театра Елена Тупысева рассказала, как изменился «Балет Москва» за шесть лет работы под ее началом и чем живет один из самых перспективных хореографических коллективов столицы сегодня.

— Елена, на создание балета «Транскрипция цвета» хореографа Хуанхо Аркеса вдохновила картина «Конструкция АII» Ласло Мохой-Надя. Как получилось сделать танец из картины?

— Это была идея Хуанхо Аркеса. Он вдохновился конструктивизмом, долго искал картину, которая стала бы отправной точкой спектакля. Хуанхо работал с танцевальным драматургом Фабьеной Вегт. Они проанализировали картину, ее формы, краски, геометрию, расположение фигур. У них не было задачи воссоздать картину на сцене. Они взяли основное: костюмы артистов перекликаются с красками картины, линолеум, на котором они танцуют, — цвета холста и так далее.

В принципе, зрителям даже необязательно знать, что это все сделано по картине. Все-таки это абстрактный балет. Каждый там видит что-то свое.

— У абстрактной картины Мохой-Надя нет сюжета. А что происходит в балете? О чем он, какое настроение передает?

— С одной стороны, спектакль бессюжетный, но события все равно каким-то образом развиваются. Здесь, мне кажется, на первый план выходит оригинальная хореография Хуанхо. Есть три главных… нет, не героини, а артистки. Они представляют три цвета: желтый, красный и белый. У каждого — свое настроение, свое значение. Красный в интерпретации хореографа очень влиятельный, энергичный, доминирующий. Белый — элегантный, воздушный, невесомый, готов со всеми сотрудничать и вступать в диалог. Желтый тоже доминирующий, но не такой жесткий, как красный.

— Сколько времени ушло на репетиции?

— Семь недель. Шесть недель шли репетиции в зале и еще одну — на сцене. В принципе, на часовой одноактный спектакль в среднем столько времени и уходит. Обычный срок.

— Балет поставлен на музыку Джона Адамса. Это выбор хореографа?

— Немного добавлю: это программное произведение Адамса, трехчастное оркестровое «Учение о гармонии» 1985 года. Хуанхо очень долго искал музыку, потому что хотел взять для этого балета цельное произведение, но которое в каждой части было бы разным по настроению. Для него это было удобнее, чем делать нарезку из разных произведений. И эта композиция идеально легла под наш бессюжетный балет. Она задает тон, настроение.

— Насколько эта постановка отличается от всего, что делал «Балет Москва» ранее?

— Я не могу сказать, что мы никогда такого не делали, что это для нас новый опыт, — нет, это не так, тем более что мы уже сотрудничали с Хуанхо. Три года назад он ставил у нас балет «Минос», в основе которого греческий миф о Минотавре. Но я считаю, что «Транскрипция цвета» — очень удачный балет, для артистов это был технический, хореографический вызов. 14 человек на сцене, сложные движения. Классическому артисту, который никогда не работал с современной хореографией, было бы трудно исполнить этот спектакль, выучить его быстро.

— Ваш спектакль «Кафе Идиот», ставший лауреатом «Золотой маски» два года назад, был попыткой вписать роман Достоевского в современный контекст. Можно ли то же самое сказать о «Транскрипции цвета»?

— Да, наверное, в чем-то есть переосмысление прошлого. Но «Кафе Идиот» — совершенно другой спектакль. Его ставил хореограф Александр Пепеляев, он часто работает на литературной основе. Он старался передать настроение, а не пересказать роман. Там несколько артистов могут исполнять роль одного и того же героя, например, одного героя могут изображать три артиста. Саша хотел поработать с атмосферой Достоевского, а Хуанхо ставил задачу быть в диалоге с картиной, написанной сто лет назад. Он этим вдохновлялся.

Артисты должны обладать сумасшедшей харизмой

— «Балет Москва» выступает на двух площадках — в Центре имени Всеволода Мейерхольда и в Культурном центре ЗИЛ. Где вам комфортнее?


— Здесь следует говорить о технических особенностях площадок. Нам больше нравится играть на камерных сценах, таких как в Центре имени Мейерхольда, но ряд спектаклей идет только в Культурном центре ЗИЛ, оснащенном специальным оборудованием. Например, в «Транскрипции света» у Хуанхо задействовано штанкетное хозяйство: с помощью сценической машинерии мы опускаем и поднимаем декорацию.

— Какой спектакль «Балета Москва» вы лично особенно любите?

— «Застывший смех» австрийского хореографа Криса Херинга. Мы выпустили эту постановку четыре года назад. Крис всегда работает с композитором Андреасом Бергером, который постоянно находится в зале и очень сильно влияет на процесс. Он, не зная русского языка, записал голоса артистов — как музыку. Во время спектакля они танцуют под свои разговоры. Иногда они говорят что-то хором, иногда вдвоем, иногда втроем. Еще одна особенность в том, что ключевую роль играла импровизация: артисты только за неделю до выхода спектакля узнали, какую форму он в конце концов обретет. Мне бы хотелось пригласить Криса еще раз поработать с нами.

— С какими еще хореографами вы хотели бы поработать?

— У меня есть любимый хореограф в современном танце — бельгийка Анна ван ден Брук. Мы работали вместе еще до того, как в моей жизни появился «Балет Москва». В прошлом году она приезжала к нам, смотрела труппу. Но из-за нехватки времени, к сожалению, пока не получилось сотрудничества. У нее очень сложные для артистов спектакли, очень изматывающие физически, а она достаточно педантичный хореограф, который требует точнейшую партитуру исполнения. Но мне нравится ее подход. Она остается одним из приоритетов для нас в будущем.

Еще хореограф Понтус Лидберг, художественный руководитель Датского театра танца. Он работает на стыке современного танца и современного балета. И еще одна мечта, наверное недостижимая, — канадский хореограф Кристал Пайт, которая сейчас работает в Европе. У нее очень интересные, очень театральные работы.

— Приступив к работе с «Балетом Москва», вы говорили, что женский состав в театре хороший, а вот мужчин маловато. Тогда вы отметили, что это общая проблема всех театров. Как думаете, с чем это связано?

— Кризиса кадров нет, но стало сложнее найти интересных артистов среди мужчин, которые, с одной стороны, были бы технически и эмоционально готовы к тому, что мы делаем, потому что мы занимаемся не классическим танцем, а современным. К этому надо иметь большой интерес. С другой стороны, артисты должны быть с сумасшедшей харизмой, но при этом дисциплинированные.

Но сейчас мужской состав в «Балете Москва» хороший, сильный — такой же, как и женский. Кстати, у нас работает несколько иностранцев: голландец, швед, японец, австралиец, израильтянка и японка.

— Если сравнивать Москву с другими мировыми столицами, в чем достоинства и недостатки московского балета?

— Главное достоинство — в Москве работают два замечательных театра: Большой театр и Музыкальный театр имени Станиславского и Немировича-Данченко. И труппы, и репертуар на самом высоком уровне. Они сохраняют музейность и традицию спектаклей XIX века, то, чего в Европе практически не осталось.

А недостаток, я думаю, в том, что молодым хореографам у нас не дают ставить так много, как, например, в европейских театрах. В Европе они не боятся рисковать, даже если получится неудачная работа. Да, существует хореографическая мастерская в Большом, есть проект «Точка пересечения» в Театре имени Станиславского и Немировича-Данченко, но этого мало. Я думаю, российские театры могли бы сделать больше для будущего балета. Мы слишком много занимаемся прошлым, традициями. Это тоже очень важно, но нужно заниматься и новыми постановками.

Предпочитаю проекты, где текст не является главным

— Однажды вы сказали, что вам интересно знакомить артистов с авторами новой формации. Открыты ли они к экспериментам и новациям?


— Не всегда. В современной труппе, естественно, были открыты, а вот в классической... Раньше у артистов было популярное мнение, что если ты не танцуешь классику XIX века, то выйдешь из формы, так как в современной хореографии нет таких прыжков и вращений. Но сейчас артисты больше готовы принимать новое.

— А как ваш зритель относится к контемпорари?

— Это современные люди, которые положительно относятся к новым веяниям. Они готовы рискнуть и прийти, не зная, чего ожидать. Вообще у нас классные зрители, мы нашли свою публику. Кстати, для балетной публики она молодая — 25–35 лет. Они очень активные, пишут много отзывов.

— Елена, в какие столичные театры вы любите ходить сами? Какие спектакли смотрите?

— В Театре наций я люблю «Сказки Пушкина» Роберта Уилсона, в «Гоголь-центре» — постановки Евгения Кулагина и Ивана Евстигнеева. Вообще предпочитаю проекты, где текст не является главным инструментом. Мне очень нравится то, что делают наши коллеги из Центра имени Мейерхольда. Но, к сожалению, свободного времени у меня очень мало.

— Сотрудничает ли «Балет Москва» с другими театрами?

— Недавно мы ездили в Воронеж, там есть Камерный театр под руководством Михаила Бычкова. Они хотели создать современную труппу при театре. Мы проводили двухдневный набор в эту труппу, уже даже парочку постановок для нее сделали. А два года назад наши хореографы-резиденты Анастасия Кадрулева и Артем Игнатьев работали в Большом театре в качестве хореографов над оперой Гектора Берлиоза «Осуждение Фауста» в постановке Петера Штайна.

========================================================
Все фото - по ссылке
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20275
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Июл 13, 2018 7:45 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2018071301
Тема| Балет, Балет Парижской оперы, Гастроли в Новосибирске, Персоналии,
Автор| Александр Рябин
Заголовок| Нелетные танцы
Балет Парижской оперы выступил в Новосибирске

Где опубликовано| © Газета "Коммерсантъ" №122 , стр. 11
Дата публикации| 2018-07-13
Ссылка| https://www.kommersant.ru/doc/3683506
Аннотация| ГАСТРОЛИ


Фото: Алексей Цилер/Новосибирский театр оперы и балета

В Россию приехал с гастролями балет Парижской оперы. Парижане показали в Новосибирске четыре одноактных балета — это «Фавн» Сиди Ларби Шеркауи, «Три гноссиены» Ханса ван Манена, «Искусство не смотреть назад» Хофеша Шехтера и «Времена года» Кристал Пайт. Из Новосибирска — Александр Рябин.

Мариус Иванович Петипа, сам того не зная, превративший русский балет в достояние мировой культуры, отмечает в этом году двухсотлетие. Сегодня в наших широтах он кажется главным балетным французом, за фамилией его шлейфом тянется романтизированное представление о танце: блистательная этуаль, галантный партнер-подставка, порхающий кордебалет сильфид, аттитюды и арабески.

Все это демонстрировал балет Парижской оперы в свой предыдущий визит: в 2010 году лучшая в мире классическая балетная труппа показывала в Москве и Новосибирске псевдореконструкторскую фантазию Пьера Лакотта на тему «Пахиты». Не то теперь — романтический миф о балете и о самих себе парижане всеми доступными способами разрушали. В показанных балетах нет воздыханий о старине, как нет и сильфидной легкости, а незыблемые прежде иерархические границы размылись. И главное, вопреки чаяниям отечественных балетоманов в программе гастролей ни малейшего намека на юбилей Петипа. В конце концов для Парижской оперы он лицо второстепенное — лишь однажды выступил на этой сцене и ни одного балета там не поставил.

Французы представили балет как искусство телесной виртуозности, искусство тела не эфемерного и парящего, а явленного в его физической тяжести; искусство обращаться с музыкой иначе, чем предполагает строгость к букве партитуры у романтиков или хореографов модернистского мышления, заданного Джорджем Баланчиным, со всей художественной вольностью.

Единственным и кратким кивком собственно классическому танцу оказался балет Ханса ван Манена «Три гноссиены» на музыку Эрика Сати. В этой кукольной миниатюре Людмила Пальеро и Флориан Маньене сработали холодно, чисто и чуть сонно — этуали продемонстрировали форму и каркас балета голландского хореографа без видимого позыва вытаскивать из связок столь любимую в России «душу танца». Сати же, чьи «Гноссиены» честно сыграла на рояле Елена Боннэ, единственный остался нетронут вставками и рекомпозициями.

С остальной музыкой дело обстояло иначе. В «Фавне» Сиди Ларби Шеркауи в изнеженную партитуру Дебюсси вековой давности просочилась псевдоэтническая зловещесть вставных фрагментов, сочиненных индийцем Нитином Соуни. В хитросплетениях хтонического дуэта на фоне мрачного хвойного леса (с одинокой березой) Жюльетт Илер и Марк Моро действовали с заметной осторожностью и легким напряжением, с подстершимся эротизмом.

«Искусство не смотреть назад» — кажущаяся истеричной, а на деле крайне рационально устроенная работа Хефеша Шехтера. Под адовые крики хореографа (перед спектаклем выдавали беруши), его же смех, сменяющийся истерическими всхлипами, и музыку все того же Соуни, Джона Зорна и Баха звучит автобиографический рассказ Шехтера о травме, оставшейся после того, как мать бросила его в двухлетнем возрасте. Девять танцовщиц исполняют жесткие танцевальные паттерны, постоянно возвращаясь к ним, будто Шехтер то и дело нажимает перемотку пленки. Череда диких кривляний под искаженный смех, ритуалы в духе Пины Бауш, истерические port de bras под Баха, полукоматозный рейв и прочее выстроено в строгую геометрию линий и групп. Дисциплинарная покорность классического экзерсиса, требование мягкости и женственности тела, с одной стороны, и пластически разнузданный протест — с другой должны давать ответ на вопрос, как же не смотреть назад: высказать, промотать, не простить, забыть. Но легко заключить и другое: чтобы не смотреть, надо постоянно разглядывать одно и то же.

«Времена года. Канон» Кристал Пайт поставлены на музыку облюбованного всеми хореографами мира Макса Рихтера, который раскромсал и пересобрал для современности затюканный хит Вивальди. Балет этот, монументальный и одновременно очень сентиментальный, был поставлен специально для парижской труппы. То и дело из нагруженного бешеной работой кордебалета выделяется героиня, борющаяся с окружающей энтропией. Привычный лексикон Пайт накрепко сросся с миленькой и одухотворенной музыкой Рихтера. Как и ее знаменитый коллега Уильям Форсайт, она добирается до простой конструктивной музыкальной основы, в которой расставляет птиц, пускает телами волны и ветром «Грозы» подбрасывает тела в воздух.

Сегодня хореографы верят в тело как в материю без мифологизации: Фавн, например, просто животное, герои Пайт — трансформеры. Тела у них не взмывают, им чужда романтическая тяга балета (или представлений о балете) к полетности. Парижане показали очень осязаемые и человеческие работы — балеты без сказок, балеты, не доверяющие тому самому прошлому, где царили великие балерины и великие мифы. А сама парижская труппа в этой программе — механизм, отшлифованная общность, тела, воспитанные в культивированной всем ХХ веком традиции делать универсальных танцовщиков.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20275
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Июл 13, 2018 7:54 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2018071302
Тема| Балет, филиал Мариинского театра в Республике Северная Осетия-Алания, Премьера, Персоналии, Валерий Суанов
Автор| Ольга Холянова, Санкт-Петербург
Заголовок| Питер принял на ура
Заслуженный успех владикавказского филиала Мариинского театра

Где опубликовано| © газета "Северная Осетия"
Дата публикации| 2018-07-13
Ссылка| http://iratta.com/sevos/17472-piter-prinyal-na-ura.html
Аннотация| ПРЕМЬЕРА, ГАСТРОЛИ

10 июля филиал Мариинского театра во Владикавказе впервые выступил в Петербурге на фестивале "Звезды белых ночей". Премьерным выступлением стал балет "Портрет Дориана Грея" на музыку Альфреда Шнитке, Мурата Кабардокова и Абеля Коженевского в постановке Валерия Суанова. И можно смело сказать, что премьера на сцене Концертного зала Мариинского театра прошла с огромным успехом!

Заслуженный успех владикавказского филиала Мариинского театра

Хорошим предзнаменованием можно было считать уже случившийся аншлаг: даже обладателям контрамарок со свободными местами могли предложить в лучшем случае "принести стульчик на четвертый ярус" или вообще постоять в проходе. Огромная афиша спектакля занимала чуть ли не половину здания Концертного зала. Но дело не только в рекламе: фестиваль "Звезды белых ночей" обладает такой репутацией, что билеты почти на все мероприятия разлетаются за несколько месяцев. Тем большую ответственность чувствовали, вероятно, юные танцоры молодежной труппы театра оперы и балета Северной Осетии, впервые оказавшись на петербургской сцене.

В первые минуты спектакля волнение ощущалось почти на физическом уровне: атмосферу на сцене можно было, что называется, резать ножом. Но уже через несколько минут напряжение волшебным образом спало, и зрители полностью отдались печальной истории преображения прекрасного Дориана Грея.

Хореограф-постановщик Валерий Суанов не зря обещал, что спектакль "предельно простой, предельно доступный для любого практически зрителя" – периодами это был не балет даже, а, скорее, пантомима. Особенно выразительно, на грани гротеска, эту пантомиму играли два антагониста – злой гений и добрый друг Дориана, они же лорд Генри в исполнении заслуженного артиста РСО-А Казбека Шанаева и художник Бэзил в исполнении Азамата Цаболова.

Ах, как непреклонно лорд Генри давил на Дориана, меняя юношу по своему образу и подобию! Настоящий злодей, не снимающий при этом невозмутимой маски английского лорда! Немного волновало, как справится с заглавной ролью Дориана Грея Аслан Хугаев, бывший артист ансамбля "Алан", который 15 лет занимался народными танцами. Но хореограф так вылепил его роль, что у зрителя ни на секунду не закралось мысли, будто он хоть в чем-то отстает от других танцоров. А главное – Аслану было где развернуться, проявить недюжинный артистизм и бешеный темперамент, завораживающий зал!

Но, наверное, самая многоплановая роль досталась все же исполнительнице роли Сибилы Вейн Виоле Магомедхановой. Если Дориан последовательно и упорно превращался из идеалиста в злодея, то актриса Сибила представала перед нами то в печальном образе Джульетты, то любимой избалованной дочерью и сестрой, то настолько одержимой любовью, что разрушала драматургию "спектакля в спектакле" – ее "Джульетта номер два" отказывается играть трагедию: она влюблена и верит, что любовь может принести только счастье. И тут же образ героини снова становится трагичным – преданная Дорианом Сибила кончает с собой. Виоле с блеском удалось передать и ребячливость, и непосредственность Сибилы, и ее неистовые душевные муки.

Особое внимание петербургского зрителя заслужили декорации. Дело в том, что Концертный зал Мариинского театра отличается необычной конструкцией – за круглой сценой есть еще несколько рядов мест для зрителей. Бешеной популярностью эти места пользуются, когда за дирижерским пультом стоит сам Валерий Гергиев, ведь это, наверное, единственная в мире возможность для зрителя увидеть лицо маэстро во время концерта. Но обычно из-за этой особенности сцены оформление спектаклей в концертном зале склонно к аскетичности. К счастью, владикавказскому филиалу Мариинки удалось весьма удачно обыграть особенности зала.

Прежде всего, задуманная постановщиком сцена, когда Дориан и другие актеры становятся зрителями "Ромео и Джульетты", как будто специально была написана для Концертного зала Мариинского театра, настолько естественно смотрелись актеры на зрительских местах. Кроме того, несмотря на необычную форму сцены, удалось разместить и огромный портрет Дориана Грея, скрытый за алыми занавесями, и алые же ленты, на которых крутили акробатические этюды одалиски из сцены, где лорд Генри предлагает Дориану погрузиться в "чад кутежа". Часто посещающие Концертный зал зрители были в восторге, отмечая, что такие великолепные декорации – уникальный случай для этого зала.

Окончание спектакля сопровождалось не просто бурными аплодисментами – зрители на верхних ярусах и часть партера встали. С благодарностью аплодировали и артистам, и хореографу-постановщику Валерию Суанову.

Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20275
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Июл 13, 2018 1:21 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2018071303
Тема| Балет, БТ, Возобновление, Персоналии, Пьер Лакотт
Автор| Елена ФЕДОРЕНКО
Заголовок| Пьер Лакотт: «Кшесинскую хорошо знал, мы были соседями»
Где опубликовано| © Газета «Культура»
Дата публикации| 2018-07-12
Ссылка| http://portal-kultura.ru/articles/balet/212204-per-lakott-kshesinskuyu-khorosho-znal-my-byli-sosedyami/
Аннотация| Интервью

19 июля на Историческую сцену Большого театра возвращается «Дочь фараона», сочиненная Пьером Лакоттом по мотивам одноименного опуса Мариуса Петипа. Страстный любитель раритетов, мастер по восстановлению утраченных танцев, Лакотт занимается стилизацией старинных шедевров, чем известен всему миру. Балет об ожившей египетской мумии хореограф впервые осуществил в ГАБТе в год миллениума, публика встретила пышный и многолюдный спектакль восторженно, но он исчез из репертуара, был восстановлен и снова отправлен в «архив». Нынешнее появление «Дочери фараона», по сути, третье и посвящено 200-летнему юбилею Петипа. «Культура» поговорила со знаменитым французским хореографом о предстоящей премьере.


Фото: Илья Питалев/РИА Новости


культура: Как восприняли новость о возобновлении «Дочери фараона»?
Лакотт: С огромной радостью. С этим названием связаны чудесные воспоминания об интересной и интенсивной работе, что мы проделали вместе с моей ассистенткой Анн Сальмон. «Дочь фараона» — первый балет, который я осуществил в Большом театре. Тогда им руководил Владимир Васильев. От него я получил приглашение, он мне во всем помогал. К нам на репетиции постоянно приходила Катя Максимова, знакомая мне еще по балету «Натали», который я ставил для нее в начале 80-х. Еще была жива Марина Семенова, танцевавшая Аспиччию в 20-е годы в Ленинграде.

Мастерские сделали замечательные декорации и сшили богатые костюмы. В залах и на сцене царила удивительная атмосфера. «Дочь фараона» прекрасно подходит для труппы Большого и дает возможность представить компанию во всем ее блеске. В балете много интересных и важных персонажей второго плана: Обезьянка, Черный невольник, рыбаки, па д’аксьон, вариации рек. Разные танцы и характеры. Всем сердцем надеюсь, что артисты будут с радостью исполнять эти роли, и верю, что успех повторится. Хочу поблагодарить руководство театра — Владимира Урина и Махара Вазиева — за возвращение спектакля в репертуар. Возможно, в дальнейшем на Исторической сцене вновь появится мой балет — «Марко Спада».

культура: В распределении ролей принимали участие? Ведь Вы хорошо знаете труппу, и, наверное, у Вас есть свои фавориты?
Лакотт: Окончательное решение, конечно, было за театром. Я же отправил Махару Вазиеву пожелания по составам, и он занял названных мной артистов, кроме Игоря Цвирко (по неофициальным данным, Цвирко покидает ГАБТ. — «Культура»). Конечно, у меня есть фавориты, что, по-моему, даже симпатично. Дочь фараона вновь танцует великолепная Светлана Захарова. Она — чудо, я ею восхищаюсь. Партнер Светланы — Денис Родькин, у него изумительные физические данные, и как индивидуальность он, похоже, интересно развивается. Среди моих любимчиков Евгения Образцова и Ольга Смирнова — выдающиеся балерины. Рад, что шанс выйти в роли Таора выпал Артемию Белякову, его Аспиччией будет Екатерина Шипулина — исключительно красивая женщина. Есть и новые, незнакомые мне молодые артисты. Посмотрим, что у них получится.

культура: Сами примете участие в репетициях или прилетите только к премьере? Без Вас ее трудно представить.
Лакотт: К сожалению, присутствовать не смогу. Увы, мое здоровье сегодня таково, каким оно должно быть в мои годы — 86 лет. Врач не советует рисковать, говорит, что в жару путешествия мне противопоказаны. Однажды в аналогичную погоду я полетел в Нью-Йорк, где Большой гастролировал с «Дочерью фараона» на сцене «Метрополитен», и там у меня случился сильнейший сердечный приступ. Надеюсь, в Москву сможет приехать моя супруга Гилен Тесмар (выдающаяся французская балерина и педагог. — «Культура») — она прекрасно знает мои стиль и требования. Думаю, ее талант и вкус помогут в репетициях. Когда станет прохладнее, планирую посетить Москву и встретиться с друзьями. Хотя сейчас я далеко, но сердцем — с ними. Всем желаю радости и счастья.

культура: Вы возродили немало утраченных шедевров. Помимо «Дочери фараона» и «Марко Спады», мы видели «Ундину» и «Сильфиду». Парижская опера приезжала с «Пахитой». И, конечно, прелестная «Натали, или Швейцарская молочница». С кем из сочинителей прошлого Вам комфортнее всего?
Лакотт: Конечно, Мариус Петипа — родной дедушка всем нам. Считаю, что он дал искусству очень много. Обожаю «Баядерку» — один из первых образцов его большого великолепного стиля. Близок мне выдумщик Филиппо Тальони, восхищаюсь сочинениями Джорджа Баланчина. Вот — наши духовные наставники в мире танца, создавшие благодатную почву для роста всех последующих поколений артистов и хореографов.

культура: Как Вы думаете, почему именно после «Дочери фараона» Петипа получил должность балетмейстера?
Лакотт: Это был первый масштабный спектакль, поставленный им, причем очень быстро. Своего рода путешествие в прошлое, в Египет, к пирамидам. С роскошными декорациями, пышными костюмами. Мне кажется, что все свое сердце и весь свой талант он отдал этому произведению. Мне «Дочь фараона» тоже принесла счастье.

культура: Как точнее называть Ваши балеты — возобновлениями, свободными фантазиями, стилизациями, реконструкциями?
Лакотт: Трудно твердо и четко обозначить — как. Я с молодых лет изучал балетную старину — по книгам, архивам, музейным экспозициям и по рассказам своих русских педагогов. Отправной точкой для меня стала «Сильфида» Тальони, к ней я испытываю особую нежность. Признаюсь, что такие огромные балеты, как «Дочь фараона» и «Марко Спада», который на премьере танцевали Рудольф Нуреев и Гилен Тесмар, доставляли мне много радости. Удача, что я мог ставить их по всему миру.

культура: Есть ли планы на будущее или Вы настроены на отдых?
Лакотт: Впереди большой проект с Парижской оперой. Директор балетной труппы Орели Дюпон предложила мне осуществить оригинальный балет по замечательному роману Стендаля «Красное и черное». Музыка Жюля Массне — очень красивая, я нашел его восхитительную, редко исполняемую партитуру. Декорации и костюмы буду придумывать сам. Невероятно счастлив, что смогу начать репетиции и в 2021 году выпустить мировую премьеру, возлагаю на нее большие надежды. А еще Парижская опера через два года возобновляет мою «Коппелию». Чуть раньше поставлю ее для Венской оперы.

культура: Почему Вы так часто сами выступаете в роли художника? Профессионалам не доверяете?
Лакотт: Никто для тебя так не поработает, как ты сам. Бывает трудно объяснить коллегам, что замыслил, — легче сделать самому. Началось все с «Натали, или Швейцарской молочницы». Никто не мог понять, что мне нужно, я даже впал в гнев. Тогда решил сам нарисовать эскизы декораций и костюмов. Лучше ведь спорить с самим собой. Впрочем, у меня есть и иной опыт. С художницей Луизой Спинателли мы работали над «Пахитой» и вполне счастливо.

культура: Как относитесь к музыке Пуни? Ведь из-за претензий к ней первый раз сняли с репертуара Большого Вашу «Дочь фараона».
Лакотт: Дискуссии на эту тему велись всегда. Конечно, Пуни — не великий композитор, как и Минкус. Оба писали дансантную музыку и работали вместе с хореографами — Артуром Сен-Леоном, Жюлем Перро. Пуни сочинял простые мелодии, порой очень красивые. И партитура «Дочери фараона», где есть прекрасные пассажи, хорошо оркестрована, ее отлично исполняет оркестр Большого театра. Меньше повезло с «Ундиной» того же композитора — в неудачной оркестровке на первый план выходил аккомпанемент, заглушая ведущие темы.

культура: Вы чаще всего имеете дело с романтической эпохой. Что для Вас в ней особо дорого? Сами — романтик?
Лакотт: Наверное, романтик, но люблю жизнь такой, какая она есть, с ее новейшими изобретениями. Я открыт техническому прогрессу. Рос я в определенной обстановке — в годы войны о многом можно было только мечтать. А мечты — они и есть романтизм, не так ли?

Главные черты романтического балета — лиризм и чистота, умение увлечь зрителя, взять его за руку и увести от повседневности, забот, проблем. Отправиться с ним в иные миры и заставить забыть о любых трудностях. Несколько часов в театре человек должен быть счастлив. И, конечно, все романтические спектакли — о любви.

культура: Вы часто вспоминаете своего педагога Любовь Егорову — приму-балерину Мариинской труппы дореволюционных лет. Недавно прочла, что Вы брали уроки и у Матильды Кшесинской. Это правда?
Лакотт: Кшесинскую я хорошо знал, мы жили по соседству в квартале Отой, часто встречал ее на улице, в театре, в метро. Маленькая женщина, несколько нервозная, подвижная, с очень живыми глазами. Но я никогда с ней не занимался. Ведь я был учеником Любови Егоровой и не хотел причинять ей боль. Она стала для меня второй матерью, я ее обожал. Восторгался ею как каким-то невероятным чудом, оставался с ней до ее последних дней. На свой первый урок я пришел в девять лет. Мы чувствовали особое к себе отношение: наставница щедро отдавала нам все, что знала, научила меня русскому репертуару. У нее была исключительная память и большой талант. А партнеры! Она работала с Петипа, выступала с Христианом Иогансоном — последним, кто танцевал с первой романтической балериной Марией Тальони.

культура: Классический танец родился на Вашей родине. Француз Петипа довел систему классики до совершенства — в России. Теперь в балетные театры наших стран пришел сontemporary dance. Вам он близок?
Лакотт: Будем надеяться, что в России не допустят таких глупостей в области современного танца, какие случились у нас. Многие балетмейстеры сегодня экспериментируют ради эпатажа. Смотришь спектакль и понимаешь, что главная задача постановщика — не движение, не танец, а только потребность шокировать. Зачем?

Ничего не имею против современного балета, но пусть он будет талантлив. Есть великие мастера — Джон Ноймайер, Матс Эк, Иржи Килиан. Преклоняюсь перед ними, они исключительные, блестящие хореографы. Алексей Ратманский тоже очень талантливый человек, у него большая интересная карьера. Но есть много молодых постановщиков, которым лучше сидеть дома.

культура: Как во Франции относятся к Мариусу Петипа?
Лакотт: С должным почтением. Его балеты — в репертуаре Оперá, как и всех европейских театров. Сколько он дал миру танца. Его талант, знания, культура навсегда объединили наши страны. Сегодня без наследия Петипа невозможно представить себе искусство классического балета. Я написал об этом развернутую статью в «Ревю де Данс» к 200-летию со дня рождения гениального хореографа. Дань чести и восторга мы отдаем ему каждый день — не только в год юбилейных торжеств.

Редакция благодарит за помощь в организации и проведении интервью начальника пресс-службы ГАБТа Катерину НОВИКОВУ


Последний раз редактировалось: Елена С. (Вс Авг 19, 2018 8:26 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20275
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Сб Июл 14, 2018 11:06 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2018071401
Тема| Балет, фестиваль «Гамбургские балетные дни», Национальный балет Канады
Автор| Ольга Борщёва
Заголовок| Три спектакля Национального балета Канады
Где опубликовано| © Belcanto.ru
Дата публикации| 2018-07-13
Ссылка| http://belcanto.ru/18071301.html
Аннотация|



3 июля в рамках ежегодного фестиваля «Гамбургские балетные дни» были показаны три постановки Национального балета Канады. О них рассказала наш корреспондент в Гамбурге Ольга Борщёва.

1. «Преследующий мечту никогда не остаётся надолго» («The Dreamers Ever Leave You»)

Музыка: Любомир Мельник
Хореография: Роберт Бине
Костюмы: Робин Кларке
Мировая премьера: 31 августа 2016 года, Художественная галерея Онтарио

Балет передаёт настроение и атмосферу работ Лоурена Харриса (1885-1970) – одного из основателей канадской национальной школы живописи (наряду с другими представителями «Группы семи»). Лоурен Харрис изображал природу Северной Канады в мистическом ключе: бело-голубые вершины, озёра и айсберги. Как на его картинах, на сцене чёрные горы стоят в белом, голубом, желтом воздухе. Абстрактный балет длится около тридцати минут, в нём участвует тринадцать человек. Все они двигаются так плавно-пластично, что даже классические поддержки лишаются зафиксированной точности и перетекают друг в друга, напоминая о художественной гимнастике. Точно так же лилась непрерывным потоком музыка между пальцами бородатого минималиста Любомира Мельника, «самого быстрого пианиста в мире», который сам исполнял своё произведение. Если есть настроение, можно взамен послушать, например, как Владимир Мартынов играет свой «Этюд на пришествие героя», эффект от бесконечных повторов будет приблизительно таким же.



2. «Человек в чёрном» («The Man in Black»)

Музыка: Джонни Кэш
Хореография: Джеймс Куделька
Мировая премьера: 23 апреля 2010, БалетМет, Колумбус, Огайо

Балет идёт двадцать минут, проиллюстрировано шесть кантри-песен Джонни Кэша, на сцене собранно двигаются трое мужчин и женщина. Передать смысл происходящего можно так: и современным парням с дикого Запада бывает грустно, хочется кого-нибудь пристрелить, иногда даже себя, но их всегда спасает крепкая дружба, сильные руки товарищей. По сцене бьют каблуками ковбойских сапог и строят цепи – дружеские узы, передавая энергию и напряжение человеческих отношений. Женщина здесь, конечно, не объект особого отношения, а равное звено в подвижном ряду, хотя некоторые поддержки и конфигурации выделяют её.



3. «Начало» («Emergence»)

Музыка: Оуэн Белтон
Хореография: Кристал Пит
Костюмы: Линда Хоу
Мировая премьера: 4 марта 2009 года, Национальный балет Канады, Торонто

В балете, длящемся приблизительно сорок минут, на примере насекомых как метафоры показано инстинктивное возникновение социальной организации. Вначале медленно просыпается и шевелит конечностями одно членистоногое, затем всё больше особей, самок и самцов, выходит из черного кокона-гнезда и строит ряды, у них появляются индивидуальные лица, они считают шепотом. В ритмичном технически блестяще отработанном танце начало мира предстаёт как нечто пугающее: зарождающаяся армия муравьев кажется агрессивно-тоталитарной и внушает страх.

Foto: Karolina Kuras, Aleksandar Antonijevic, Bruce Zinger
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20275
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Сб Июл 14, 2018 3:01 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2018071402
Тема| Балет, балет Парижской оперы, Гастроли В Новосибирске, Персоналии, Орели Дюпон
Автор| корр.
Заголовок| Орели Дюпон: «Парижская опера счастлива быть в Новосибирске»
Где опубликовано| © сайт театра
Дата публикации| 2018-07-12
Ссылка| https://novat.nsk.ru/news/events/oreli_dyupon_parizhskaya_opera_schastliva_byt_v_novosibirske/
Аннотация| Гастроли



11 июля в НОВАТе состоялся первый показ гастрольных спектаклей балета Парижской оперы. Знаменитый балетный коллектив, возглавляемый Орели Дюпон, привёз в Новосибирск впечатляющую программу из четырех одноактных балетов, созданных современными хореографами.

Перед спектаклем в Зале имени Исидора Зака состоялась пресс-конференция, в которой приняли участие художественный руководитель балета Парижской оперы Орели Дюпон, художественный руководитель НОВАТа Владимир Кехман и руководитель балета НОВАТа Денис Матвиенко.

Открывая пресс-конференцию, Владимир Кехман назвал гастроли «историческими» и отметил: «Я хотел бы поблагодарить Орели Дюпон, которая согласилась представить на сцене нашего театра одну из самых красивых эстетских программ балета Парижской оперы. И, конечно, мы должны поблагодарить Министерство культуры и Министерство финансов Российской федерации, без поддержки которых этот проект не мог быть осуществлён».

Орели Дюпон: «Парижская опера счастлива быть в Новосибирске. Мы уже приезжали в 2010 году с балетом «Пахита», это классический французский балет. На этот раз Владимир Кехман предложил привезти более современные спектакли. Задачи, которые ставит перед собой наша труппа – поддерживать традиции классического балета и одновременно воплощать идеи современной хореографии. Спектакли, которые мы предлагаем новосибирской публике, могут затронуть каждого сидящего в зале. Надеюсь, мы покажем зрителям что-то, что затронет их душу».

Руководитель балета НОВАТа Денис Матвиенко, признался, что накануне посмотрев репетиции балетов, привезённых парижской труппой, он остался под большим впечатлением: «Нам очень повезло, что Орели Дюпон с артистами приехала и привезла частичку Парижской оперы к нам. Мы увидим потрясающие спектакли. Для наших зрителей и артистов НОВАТа есть возможность увидеть иной балет. Это поистине огромное творчество. Это спектакли, которые вызывают у всех много эмоций. И я уверен, что никто не останется безразличным».

Спектакли балета Парижской оперы посетил ВРИО губернатора Андрей Травников. За несколько минут до показа он пообщался с новосибирскими журналистами и сообщил, что будет продлён срок соглашения, заключённого между Новосибирским театром оперы и балета и региональным министерством культуры. Благодаря соглашению, отдельные категории жителей области могли бесплатно посещать спектакли НОВАТа: «Я очень позитивно оцениваю опыт такого сотрудничества: за это время более 50 тысяч новосибирцев, которые не имели возможности приобрести билеты (студенты, многодетные семьи, пенсионеры, ветераны, инвалиды), смогли посетить лучшие постановки нашего театра оперы и балета. Соглашение завершает свое действие в этом году. Я считаю, что нам нужно продолжить это взаимовыгодное сотрудничество в интересах театра, правительства и, конечно же, в интересах жителей Новосибирской области».

Первый показ гастрольных спектаклей прошёл с аншлагом, и новосибирцы восторженно приняли новаторскую балетную программу Парижской оперы: зрители несколько минут стоя аплодировали парижанам, снова и снова вызывая танцовщиков на сцену.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20275
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вс Июл 15, 2018 9:40 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2018071501
Тема| Балет, БТ, Персоналии, Марианна Гомес
Автор| Ольга Шаблинская
Заголовок| Очарованная Москвой. Как бразильянка стала балериной Большого театра
Где опубликовано| © Еженедельник "Аргументы и Факты" № 28 11/07/2018
Дата публикации| 2018-07-11
Ссылка| http://www.aif.ru/culture/person/ocharovannaya_moskvoy_kak_brazilyanka_gomes_stala_balerinoy_bolshogo_teatra
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

Бразильская балерина Марианна Гомес, танцующая в Большом театре, говорит, что после 13 лет в России стала чуть-чуть русской и стала болеть в футболе ещё и за русскую сборную.


Марианна Гомес. © / Из личного архива

Шансов — один на миллион

— Выросла я в бразильском городе Салвадор, столице штата Байя. Семья у нас простая, родители не имели высшего образования, мама работала продавцом одежды в маленьком магазине. Когда мне было 6 лет, а сестре 7, мама, чтобы я и Изабелла не увидели ничего плохого по телевизору, настаивала, чтобы мы смотрели только канал «Культура», который тоже есть в Бразилии. Однажды мама меня подозвала: «Смотри, это балет». Показывали спектакль «Спящая красавица» в Большом театре в постановке Григоровича. Я смотрела его потом раз 10... Главную партию танцевала Нина Семизорова, Фею Сирени Нина Сперанская, которая потом, кстати, стала моим педагогом. Я посмотрела и сказала: «Мам, я это хочу». Она помахала рукой в воздухе, мол, нереально. «Мама, но я хочу быть такой же, как они». — «Шансов — один на миллион». И привела пример — пилот Айртон Сенна, парень из бедной семьи из Сан-Паулу, ставший всемирно знаменитым автогонщиком, трёхкратным чемпионом мира Формулы-1. Тогда Айртон постоянно побеждал, все про него говорили: один на миллион. Тогда я сказала: «Я тоже хочу быть Айртоном Сенна».

Мама была в шоке от моего желания заниматься балетом, папа тоже не в восторге: в Бразилии искусством никак не заработаешь, тем более, у нас театров почти нет, мы с родителями ни разу не смотрели ни одного спектакля. Отец хотел, чтобы я училась в институте, стала журналисткой.

Занятия балетом в Бразилии — дорогое хобби даже для детей богатых. Что уж говорить о семьях со скромным достатком. И обычная школа у нас платная. Бесплатное государственное обучение тоже есть, но оно совсем плохое. В платной школе давали скидки — 50 процентов, если ты на первом месте по успеваемости, 25 процентов — если на втором. Поэтому я стала лучшей ученицей и почти шантажом заставила родителей платить за мой балет: «У меня есть скидка, я хорошо учусь. Поэтому у вас освобождается сумма». Им сказать было нечего. На балет я ходила не 3 раза в неделю, как все, а каждый день. Родители не могли платить за все уроки, поэтому маме пришлось работать секретаршей в балетной школе, чтобы я училась бесплатно.

Я репетировала с Максимовой

В 14 лет увидела по телевизору: в Бразилии в городе Жойнвилле открылась школа Большого театра. Приезжали русские педагоги, Владимир Васильев с Екатериной Максимовой, проводили отбор детей. Из 1400 заявок они приглашали на просмотры только 470 детей. Я сказала маме: «Всё, я хочу туда!». И полетела — до Южной Бразилии от нас было 5 часов. Из 470 детей взяли 13. Когда меня приняли в школу Большого театра, я давала в своем городке Лауро де Фрейтас лекции и классы для бедных детей и взамен получила билет на самолёт в Жойнвилее.

С 14 лет я жила одна в чужом городе. Но к нам приезжали русские звезды балета, учили, давали оценки. Я была в восторге. Однажды у меня была возможность репетировать с Екатериной Максимовой — мы готовили «Щелкунчик» в школе, я была солисткой. Никогда не думала, что такое может произойти в моей жизни.

Из 13 детей в первые три месяца остались только 4. Было реально тяжело — утром учиться в обычной школе, а потом весь день до позднего вечера заниматься балетом.
В 15 лет мне и ещё трем девочкам предложили 15-дневную стажировку в Москве. Был январь, я первый раз увидела снег. А ещё — балет вживую, настоящий оркестр, посетив «Лебединое озеро» в Большом театре. После двух недель занятий мне сказали: при просмотре все русские педагоги и Владимир Васильев сказали, что готовы мне предложить стажировку на год в Большом театре. Без зарплаты, просто ходишь на класс. Естественно, я согласилась. Через 12 месяцев, когда танцевала уже почти весь репертуар, мне предложили работать в Большом.

Это был 2006 год. В Москве где я только не жила! Первое место — в квартире на Старом Арбате. За комнату я платила 400 долларов. Жла с семьей, люди были очень простые, но очень хорошие, ни слова по-английски, конечно. Помню, как мы ходили на рынок, покупали продукты, потом все распределялось по порциям на конкретного человека. Это было непривычно — в Бразилии у нас все накладывают еду с общей тарелки. Сколько хочешь. Где деньги брала? В Бразилии мой пример был для всех экзотикой: бразильянка уезжает в Большой театр. Я попала в прессу, давала много интервью. Одна фабрика по производству оптики, первый мой спонсор, пригласила меня в свою рекламу: для каталогов я снималась в балетной пачке и очках. Раз в месяц мне платили какую-то сумму, почти всё шло на жилье. В Бразилии на 400 долларов может безбедно существовать целая семья. Самой главной проблемой был холод. Когда нет солнца, какая-то депрессия появляется. Всё серое и грустное. 13 лет назад в Москве зимой лёд был везде. Помню бабушек, которые постоянно падали на улице — не чистили город. У меня не было зимней одежды, я не знала, как одеваться. Это была школа жизни. До этого я даже не видела специальной обуви для зимы — у нас такой не продается.

Русская любовь

Когда я звонила домой по специальной карточке и произносила: «Алло, мама», вдруг понимала, что уже 10 дней не разговаривала ни с кем. Молчала. Никто вокруг не говорил по-английски. Зато это мне дало возможность выучить русский очень быстро. Тогда не было Wi-Fi, не было смартфонов, онлайн-переводов, как сейчас, на чемпионате мира. Сегодня весь город по-английски в метро разговаривает. Думаю — где вы были раньше? (Смеется.) Супермаркетов тогда ещё не было, а в обычных магазинах я не могла купить продукты, не зная языка. Пережить всё это было тяжело. Плюс в театре своя жизнь, которая даже для русских непроста. В театре никто не понимал, что я там делаю, иностранцев до меня не было.

К счастью, мой педагог Светлана Дзантемировна Адырхаева — я её очень люблю, до сих пор только к ней хожу на класс — очень меня поддержала. Она потом рассказывала, что сама не говорила по-русски, когда приехала из Осетии в Питер в Вагановскую школу. В работе проблем не было — все названия в балете французские, они универсальные.

Спустя много лет мама мне сказала: «Если бы я знала, как у тебя всё будет непросто, я бы никогда на это не пошла». Хорошо, что и я не знала. С закрытыми глазами ты можешь идти дальше, чем с открытыми. Люблю фразу одного французского писателя: «Не знал, что это невозможно — пошёл и сделал». Вот это про меня.

С Юрием Николаевичем Григоровичем была интересная история. Шёл второй мой год в театре, я была в составе артистов, исполняющих народ в «Золотом веке». Там есть момент, когда девочки на сцене вот так ручки должны держать, в стиле русского танца. (Показывает.) А я руки крест-накрест сложила на груди. И Григорович как закричит из зала замечание в микрофон: «Вторая девушка, ты что, не знаешь, как русские народные танцы нужно ходить?». Он даже не знал, на кого он орет. И кто-то ему сказал на ухо, что девушка, оказывается, не русская, и он просил прощения в микрофон: «Ой, извините, да, девушка из Бразилии, наверное, точно не знает, как русские руки складывают». Так мы познакомились с Григоровичем. Сейчас, естественно, у нас постоянные репетиции, «Щелкунчик», «Спартак» танцуем часто, он приходит на прогоны. Я считаю, он просто гений.

Я никогда не мечтала стать прима-балериной. Правда. Я танцую в кордебалете и очень горжусь тем, что работаю в лучшем театре мира.
В театре у нас все пары балетные. Мы работаем с 10 утра до 10 вечера — естественно, как ты найдешь кого-то небалетного. Но я не сдавалась. Думала — нет, когда-нибудь встречу кого-то. Но наш артист балета Никита Капустин начал мне писать и ухаживать. Никита говорит, он уже давно пытался общаться, мы знали друг друга уже лет 5, но я была очень закрыта. А потом поняла: он для меня так много делает и мне так хорошо. И почему бы и не пробовать, почему бы нет... Никогда не думала, что буду жить с русским, да ещё и с балетным. У меня ведь даже было правило не ходить на свидания — мне вообще ничего не нравилось в русских мужчинах — ни манеры, ни менталитет. Мы с Никитой живём уже год вместе, снимаем вместе квартиру. Мне всё нравится, всё устраивает. Мы занимаемся одним и тем же, думаем одинаково, стремимся к одному и тому же, у нас много общего. Спустя 13 лет, наверное, я чуть-чуть поменялась, я уже не совсем бразильянка, стала чуть-чуть русской. Однажды я была на ужине, там были дипломаты из нашего посольства и девушка-переводчица русская. И она мне сказала: «Слушайте, вы так хорошо говорите по-португальски». Я говорю: «Нет, я хорошо говорю по-русски, португальский — мой язык». Часто меня принимают за русскую. Не верят, что иностранка, я сколько раз паспорт показываю. После моего интервью про футбол на Матч-ТВ в комментариях писали ВКонтакте: она не бразильянка, это маркетинг. (Смеется.)

В России я перестала есть мясо — хотя это странно звучит для бразильянки. Но здесь правда очень невкусное мясо. А вот что нравится — это свекольник, суп, который, к сожалению, только летом можно заказать в кафе. Иногда я хочу его зимой, но его нигде нет! Сама я научилась готовить сырники. Но дома готовит больше Никита. Вот пельмени недавно меня заставил попробовать. Меня удивляет, что у вас салат всегда с майонезом, всё такое жирное. Наверное, из-за такой зимы вы везде добавляете жир... Для меня это было странно. У нас в Бразилии все продукты чистые, со вкусом, салат — это блюдо здоровое.
Чемпионат мира по футболу в дни спектаклей смотрим из раздевалки, в антракте. Когда вы сыграли с Саудовской Аравией 5:0, мне стало интересно, я стала болеть за Россию. Когда Россия выиграла у Испании, мне позвонила мама из Бразилии и поздравила меня.

Но в первую очередь я болею за Бразилию, потому что футбол — это наша культура, это то, что мы умеем делать. Если балет — это ваше, то футбол — наше. Это очень важно для нас, как народа, это объединяет наш народ, для нас это что-то значит. Во время матча ЧМ всё останавливаются, выходной день, мы все смотрим футбол. После прошлого чемпионата Мира, когда Бразилия проиграла 7:1 Германии, я была в Москве, смотрела всё по телевизору и я плакала. Но я не плакала из-за футбола, нет. Я плакала, видя болельщиков. Дети, пенсионеры, все плачут. И они всё равно пели песню «Я бразилец и горжусь этим». Я болею за свой народ, а потом за Россию. Даже пошутила в театре: если Россия выиграет Чемпионат Мира, я возьму русское гражданство.

Никита болел за Россию и за Бразилию. Я ему говорила: «Лучше бы за Бразилию болел, выгодно, больше шансов».

Звезда у нас Неймар. Ещё мне очень понравился Марсело, который, к сожалению, получил травму. У нашей сборной иногда не хватает чувства команды, но все наши умеют «танцевать» с мячом. У каждого до единого есть эта самба. Это талант, которого я не вижу, например, у немцев, они умеют играть вместе, у них есть схема. Но вот самбы в футболе у них нет.
Из ваших мне нравится Дзюба и Головин. И очень-очень люблю вашего тренера сборной. Черчесов друг моего педагога, он тоже осетин. Был на спектакле и фуршете в честь юбилея Светланы Дзантемировны. Я танцевала, как её ученица. Потом мы фотографировались, шутили. У Черчесова отличное чувство юмора. Немножко строгое.

Раньше, я помню, считала дни, чтобы уехать в отпуск, а сейчас обожаю Москву. Европейский город, чистый, красивый. В Бразилию я решила ездить уже не раз в год, а раз в два года — цены на билеты безумные. Самые дешевые 100 тысяч. Но это с большой пересадкой в 15 часов.

Как-то давно я в метро услышала фразу про себя: «И чё улыбается, как дура? Будто выиграла миллион». Я уже понимала тогда по-русски и подумала: вот это да! (Смеется.) После 13 лет в России считаю немножко неуместным улыбаться и здороваться с незнакомыми людьми. Я не старалась стать, как русская, просто, когда живешь в стране, ты адаптируешься. Уже знаю все эти фразы «Смех без причины — признак дурачины».

Однажды приехала танцевать в Бразилию и мы с мамой поселились в гостинице. После завтрака мама говорит: «Ты с ума сошла? Ты не замечаешь людей, не смотришь, не улыбаешься, не говоришь всем «Доброе утро!». — «Мам, это нормально, это же гостиница». А она стала жаловаться, говорить, что я стала другая, закрытая, что у меня не сердце, а камень. Раньше я думала, что вернусь в Бразилию. Теперь не уверена в этом. Конечно, многое изменила в моей жизни любовь. Потом, я получила высшее образование здесь, которое в Бразилии не востребовано. Я педагог балета, окончила Институт русского театра, училась у Светланы Дзантемировны.

Дети? Мы с Никитой пока об этом не думаем. Ещё рано, еще столько работать. Сначала надо о балете думать, а потом обо всём остальном.

=========================================================

Все фото и видео - по ссылке


Последний раз редактировалось: Елена С. (Вс Июл 15, 2018 1:09 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20275
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вс Июл 15, 2018 11:43 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2018071502
Тема| Балет, БТ, "Ромео и Джульетта", Персоналии, Алексей Ратманский
Автор| Людмила Краснова
Заголовок| Балет "Ромео и Джульетта" Сергея Прокофьева на сцене Большого театра в период ЧМ по футболу
Где опубликовано| © Ревизор.ru
Дата публикации| 2018-07-15
Ссылка| http://www.rewizor.ru/theatre/catalog/bolshoy-teatr/romeo-i-djuletta/retsenzii/balet-romeo-i-djuletta-s-prokofeva-na-stsene-bolshogo-teatra-v-period-chm-po-futbolu/
Аннотация|

На сцене Большого театра прошли показы балета "Ромео и Джульетта" Сергея Прокофьева, приуроченные к ЧМ по футболу


На фото: Джульетта – Екатерина Крысанова, Парис – Егор Хромушин. Фото Дамира Юсупова/ Большой театр

Новая версия балета представлена на прославленной сцене в хореографии Алексея Ратманского. Автор сценографии и художник по костюмам Ричард Хадсон. Художник по свету Дженнифер Типтон. Дирижёр-постановщик Павел Клиничев. За дирижёрским пультом был Алексей Богорад. Премьера состоялась 22 ноября 2017 года.

Балет "Ромео и Джульетта" Прокофьева всегда занимал видное место в репертуаре Большого театра. Сценическая жизнь этого шедевра связана с именами, составляющими "золотой фонд" артистов балета Большого театра. Это Галина Уланова, Наталья Бессмертнова, Майя Плисецкая, Михаил Лавровский, Екатерина Максимова, Владимир Васильев, Надежда Павлова.

Именно с этого спектакля в прошлом веке началась мировая слава балета Большого театра, когда на сцене театра "Ковент Гарден" в Лондоне был показан балет С. Прокофьева во время знаменитых заграничных гастролей Большого театра. Этот исторический, практически мистический момент до сих пор волнует и ставит вопросы, на которые невозможно ответить. Что надо было сотворить артистам балета, чтобы чопорная, элитная лондонская публика, с представителями правящей королевской семьи, пришедшая в театр прибранными, при полном параде, превратилась в конце спектакля в орущую толпу, со слезами на щеках, с размытой слезами тушью под глазами, с растрёпанными причёсками? Публика забыла о правилах сословного поведения и превратилась в обыкновенных людей, глубоко сопереживающих героям на сцене. Было явлено чудо, именуемое высоким искусством.

Опыт предыдущих поколений исполнителей Большого театра, безусловно, довлеет над теми, кто берёт в работу исторические произведения русской классики. Учитывая скандальный эффект недавних постановок, например, русских опер на сцене Большого театра, было опасение, как бы и на этот раз чего такого бы не вышло. Сразу следует сказать, что новая постановка балета "Ромео и Джульетта" Прокофьева на сцене Большого театра имеет все шансы стать в один ряд с предыдущими историческими версиями этого шедевра.

Хореограф новой версии балета Алексей Ратманский, объясняя своё обращение к этому произведению, говорит, что "Ромео и Джульетта" одна из главных балетных партитур в истории театра. На сегодняшний день сюжетный балет остаётся наиболее популярным у широкой публики во всём мире. Главной же силой балета "Ромео и Джульетта" хореограф считает музыку Прокофьева, которая больше, чем любая хореография. И, конечно, творение В. Шекспира, в котором любовь и сила духа главных героев, поединки, смерть, противостояния семейных кланов – всё это прекрасно передаётся языком танца.

Если определять своеобразие новой постановки балета "Ромео и Джульетта" в хореографии Алексея Ратманского, то неизменно внимание привлекает весь комплекс изобразительных средств, используемых в постановке. Спектакль начинается с занавеса, который встречает зрителей, пришедших на балет. Цвет этой важной детали тёмно-красный, цвет крови, расписанный золотыми розанами в строгом ритмическом порядке.

Все сцены спектакля воспринимаются как прекрасные иллюстрации к старинному изданию трагедии В. Шекспира "Ромео и Джульетта". Это ожившие иллюстрации к древнему сюжету. Эпоха ренессанса узнаётся во всех деталях костюмов персонажей, в ярких красках, в изысканных формах, как будто сошедших с картин Рафаэля, Боттичели, Леонардо да Винчи. Это роскошная, изысканная работа сценографа и художника по костюмам Ричарда Хадсона.

Балет – территория танца. Сам Ратманский, рассказывая о новой постановке, подчёркивает, что человеческие взаимоотношения, скорее всего, современные в этом балете. Исполнители стараются сделать их максимально достоверными, уточняет хореограф.

Исполнители, артисты балетной труппы Большого театра, соответствуют легендарной славе великих предшественников, принадлежащих истории театра. Танец в спектакле идеальный, он полностью соответствует характерам сценических персонажей и находится в абсолютной гармонии с музыкой Прокофьева. Сочетание с визуальным рядом художественного оформления спектакля полностью подчиняет внимание зрителей, заставляя их переживать всё происходящее на сцене.

Как замечательно подобраны исполнители! Хрупкая, стремительная, игривая Джульетта-девочка в исполнении Анастасии Сташкевич, заслуженной артистки Республики Северная Осетия-Алания, приковала к себе зрительское внимание, заставила следить за каждым своим движением.

Ромео в исполнении Вячеслава Лопатина, заслуженного артиста Республики Северная Осетия-Алания, романтический герой, мечтательный, порывистый. Встреча Ромео и Джульетты соединила их, сковала вольтовой дугой навсегда. Этот момент осязаемо обозначился исполнителями в спектакле.

Как выразительно, контрастно представлены характеры Меркуцио-Артур Мкртчан и Тибальда-Александр Водолетов! А уж мастерство фехтования, без преувеличения, на Олимпийском уровне!

Замечательно была исполнена партия Кормилицы Джульетты - Анастасия Винокур. Заботливая няня, реально заменившая Джульетте родную маму, везде следующая за своей любимицей, знающая все её тайны.

Под покровом ночи Ромео в саду, под окнами у дома Джульетты. На этот сюжет в музыкальной культуре достаточно много написано. Наиболее известный пример в одноимённой опере Ш. Гуно. В музыке Прокофьева ощущается благотворное влияние великого предшественника в лирическом звучании этой сцены.

Бесспорным достоинством новой постановки балета "Ромео и Джульетта" на сцене Большого театра являются динамичные массовые сцены. Это и безмятежные танцы молодёжи на площади, и жестокие, беспощадные поединки с бессмысленными жертвами. Эти сцены решены балетным языком, присущим балету Большого театра. Как говорит А. Ратманский, каждый жест, каждое движение подаются крупно, преувеличенно. Хореограф видит в этом нацеленность на успех, на прямой контакт с публикой, на желание эмоционально захватить публику. Фирменный почерк артистов балета Большого театра проявляется в смелости, в широте движений, в их красоте. По словам хореографа, палитра красок, которыми пользуются артисты Большого театра, стала более разнообразной и яркой.

Большой успех новой постановки балета "Ромео и Джульетта" С. Прокофьева на сцене Большого театра в хореографии А. Ратманского подтверждает славу ведущей в мире балетной труппы. Публика единодушно приветствовала спектакль, исполнителей длительной овацией.

===========================================================
Все фото и Видео - по ссылке


Последний раз редактировалось: Елена С. (Вс Июл 15, 2018 1:09 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20275
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вс Июл 15, 2018 1:04 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2018071503
Тема| Балет, БТ, Персоналии, Мария Александрова, Владислав Лантратов
Автор| АЛЕКСЕЙ БЕЛЯКОВ
Заголовок| Легенда о любви: Мария Александрова и Владислав Лантратов
Где опубликовано| © журнал "Татлер"
Дата публикации| 2018-07-08
Ссылка| https://www.tatler.ru/heroes/legenda-o-lyubvi-mariya-aleksandrova-i-vladislav-lantratov
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

Вольная балерина Мария Александрова и премьер Большого Владислав Лантратов рассказали «Татлеру» о том, как началось их личное па-де-де и когда вместо «браво!» можно будет кричать «горько!».



Второго августа 2013 года Мария Александрова танцевала в «Баядерке» на сцене лондонского Ковент-Гарден. И порвала ахиллово сухожилие. Сразу со сцены ее увезли в больницу, наложили гипс. Она прилетела в Москву – лечиться, восстанавливаться, учиться заново ходить. Никому не говорила об этом, но думала, что на сцену уже не вернется. Какой там балет? И тут пришла эсэмэс: «Возвращайся, мне скучно!» Три слова, но в них было сказано все. Владислав Лантратов тогда был всего лишь ее сценическим партнером. Да, хороший партнер, надежный, симпатичный. Не более. Но вот этих трех слов Маша будто ждала.

– Мне много писали, поддерживали, – рассказывает она сейчас. – Но только один человек потребовал от меня действия. Это был Влад.

Вскоре Лантратов написал снова: на днях будет репетировать со своим педагогом, и там есть еще один зал, куда Маша может прийти и позаниматься одна, никто ее не увидит. «Пока они репетировали, – вспоминает Маша, – я в пустом зале растягивалась, разминалась. Потом спустилась к ним. И Влад с педагогом уже занимались со мной – чтобы я вместе с ними что-то делала». Лантратов подхватывает: «Мой педагог Валерий Степанович Лагунов заставлял Машу заново изучать балет, с азов: вставать в первую позицию, потом делать батман тандю...» «И Влад всегда был рядом, – перебивает Маша. – Он все это время терпел, при этом мы общались как друзья и как партнеры – и все. Он был для меня закрыт, я знала, что у него есть свои отношения. Но постепенно почувствовала, что этот человек мне дорог. Потому что он сделал для меня столько. Благодаря ему я поняла: вернусь!»

Об их паре можно снимать кино. Хорошую, красивую мелодраму. Есть все составляющие кассового успеха: русский балет, две мировые звезды, травма, постепенное сближение, любовь. Маша кажется своенравной, немного капризной. Имеет право: балерина – это женщина в квадрате. Влад выглядит рубахой-парнем, у него обаятельная улыбка и легкие небрежные жесты. Мы сидим в ресторане «Большой» (а в каком же еще?), они вышли с репетиции, никуда не спешат. Время от времени обмениваются быстрыми взглядами. Так умеют только танцовщики – секундным взглядом послать целый месседж. Влад вдруг наклоняется к Маше, разглядывая серебряные серьги:

– Так, а что это у тебя, я таких не помню!

– Купила на прошлой неделе, пока ты репетировал, – Маша смеется и поясняет мне:

– Просто обычно Владислав покупает украшения. Он знает, что мне нравится.

– А что вам нравится? – уточняю я.

Вмешивается Влад.

– А это знаю только я, – смеется он

Лантратов показывает свое кольцо с двумя сплетенными орлами. Его подарила Маша, когда три года назад он дебютировал в роли Принца Зигфрида в «Лебедином озере». Александрова была в том спектакле Одеттой и Одиллией. Кольцо сделал ювелир Петр Аксёнов, их давний друг. Он же убедил их сняться для «Татлера» в Риме.

– Рим – это была давняя мечта! – восклицает Влад. – Гулять по этим улочкам, по Колизею, попасть в удачный час, без столпотворения, в галереи Ватикана. Я счастлив, что именно так случилось открытие Рима для Маши.

Дело в том, что прима и мировая звезда Мария Александрова ни разу не была в Риме. Везде была, в той же Италии танцевала и в неаполитанском театре Сан-Карло, и в Турине. В Вероне они с Владом как-то устроили целое шоу на знаменитой античной арене. Шоу для себя: на арене никого не было, что большая редкость, даже ни одного туриста из Китая. Премьер Большого театра и народная артистка России решили порезвиться.

– Мы люди балетные, – говорит Александрова. – Мы привыкли «делать» пространство. И когда увидели эту пустую огромную арену, она на нас произвела неизгладимое впечатление. Мы бегали, Владик прыгал, поднимал меня...


НЕТ, БЫЛИ СПЛЕТНИ, ДРЯЗГИ – ЭТО ЖЕ БОЛЬШОЙ ТЕАТР, ЭТО ЖЕ БАЛЕТ, ЭТО ЖЕ ДВЕ ЗВЕЗДЫ.


Она вернулась на сцену через семь месяцев после того, как в первый раз пришла в зал к Владу тогда, в 2013-м, хотя ей пророчили два года на восстановление. В феврале 2014-го Александрова станцевала в Сан-Карло в «Корсаре» («Сложнейший балет для девочки!» – комментирует сейчас Лантратов). Зал кричал «браво!», а Маша за кулисами переводила дыхание: «Смогла!»

– Ну и, конечно, я поняла, что влюбилась, – говорит Маша. – А дальше... Теперь, наверное, твой выход, Влад?

– А я просто понял, что не могу без этого человека – и все. И с тех пор мы вместе. Я ее добился.

– Добился, да, – кивает Маша. – Он украл мое сердце. Он меня приручил.

Маша на тот момент была в разводе. («В том браке не было ничего интересного», – говорит она.) Но это было действительно укрощение строптивой. Балерины – особые существа, зависли между небом и землей. Белые лебеди – черные лебеди. Балерины круче всех женщин. Потому что сам по себе балет – это как армия, монастырь и фабрика, вместе взятые.

Правда, началось их знакомство сухо и профессионально. Это было восемь лет назад. Тридцатиоднолетняя Александрова, давно прима Большого театра, взяла себе нового партнера в балет «Светлый ручей» – двадцатилетнего Лантратова. Да, это был ее выбор.

– Но ты все равно не узнаешь человека, пока не начнешь работать, – объясняет Маша. – А времени было очень мало. Разговор с партнером у нас в балете строится так: «Я делаю так-то и так-то». И все. И не спрашиваю, можешь ты или не можешь. То есть это надо сделать. И дальше я смотрю, получается у нас или не получается.

Случалось, Маша ругала Влада, но для него это было делом обычным, рабочим процессом. Влад в балете с рождения. Мама Инна Лещинская – ведущая танцовщица Музтеатра Станиславского, старший брат Антон Лещинский – в прошлом танцовщик Большого. Отец Валерий Лантратов – народный артист России, педагог. Сам Влад чертовски талантлив и техничен, не зря же Кирилл Серебренников доверил именно ему роль Рудольфа Нуреева в своем спектакле. Лантратов танцует всю классику Большого, весь репертуар Григоровича.

Так вот, Влад и Маша стали репетировать. Она «Ручей» сто раз танцевала, знала в нем каждый «камушек», а новый партнер – это значит проходить с ним заново весь маршрут. Тратить на него драгоценное время. А у Александровой другие балеты, гастроли, выступления.

Наконец они вышли на сцену.

– Наш спектакль мне очень понравился, – говорит Маша. – Как Влад держался на сцене, как он мною руководил. Тогда я подумала: «Как хорошо, что рискнула с ним!»

Потом прима ввела юношу в «Дон Кихота», в другие балеты. Приятный, надежный парень – это она тоже для себя отметила.

– Но дистанция между нами никуда не уходила.

А потом случилась травма в Ковент-Гарден. Дальше вы уже знаете. Нет, были сплетни, дрязги – это же Большой театр, это же балет, это же две звезды. Но им было все равно, они очень самодостаточный дуэт. Даже на сцене продолжают свои отношения. Александрова может, как она это называет, «пошалить».

– О да, – усмехается Влад. – Она любит устроить сюрприз.

– Вдруг пойти не в ту сторону, – говорит Маша.

– Слегка, незаметно для зрителя изменить порядок, – объясняет Влад. – Сделать шаг в другую сторону. Неожиданно. Повернуть голову: не на меня посмотреть, а отвернуться.

– Или Влад предлагает мне руку, а я ведь могу и отказаться...

– Это легкая импровизация, которая никак не влияет на рисунок танца. Зритель ничего не заметит. Это только для нас двоих.


«ВЫ КОГДА-НИБУДЬ ПОПАДАЛИ В СУББОТУ НА ПАТРИАРШИЕ? ТУДА ПРИЕЗЖАЮТ ВСЕ ЭТИ СВАДЬБЫ. И ВСЕГДА САМЫЙ НЕСЧАСТНЫЙ – ЖЕНИХ».


Вначале прошлого года Александрова ушла из Большого. Нет, она продолжает танцевать там свои балеты, но больше не состоит в штате. Маша давно в таком статусе, что вправе выбирать себе сцены, балеты, кулисы. Лантратов остается премьером главного театра страны. Что для них изменилось? Да особенно ничего. Разве что стало больше расставаний.

– Да, для нас нет сцены важнее Большого, тем более что мы оба представители московской школы, – говорит Влад. – Но мы научились быть более открытыми миру, мы используем те возможности, что дает судьба. Я считаю, что это правильно для артиста. Наш век короток. Когда, если не сейчас?

В августе, когда все поедут в Сен-Тропе, Лантратов и Александрова улетят на World Ballet Festival в Токио. Вместе – там у них десять гала-концертов. Они вообще рады, что у них почти нет свободного времени. Во время разлук созваниваются, очень часто. Общение по видео не любят оба.

– Вроде вот она, рядом, а не дотронешься, – объясняет Влад.

Встречаясь в Москве, они ходят на рынки – Даниловский или Усачевский. Болтают с продавцами, пробуют все подряд. Маша обязательно покупает зелень: шпинат, рукколу, салат. И еще помидоры. Потом они вместе готовят.

– И что, – спрашиваю я, – не убиваете друг друга, когда рядом готовите?

– Нет, – смеется Влад. – Мы же договариваемся, кто что делает.

У них есть участок земли в Подмосковье, пока они только думают, что там построить.

– Стройка – это же кошмар! – говорю.

Маша улыбается:

– Страшнее Большого театра все равно ничего нет, поверьте.

Последний и главный вопрос: когда свадьба? Маша с Владом обмениваются теми самыми мгновенными взглядами. Маша начинает свое адажио:

– Я глубоко убеждена: тянуть мужчину жениться – это одна из глупейших задач. Вы когда-нибудь попадали в субботу на Патриаршие? Туда приезжают все эти свадьбы. И всегда самый несчастный – жених. Это неправильно. Это должен быть счастливый человек, который приводит женщину в свой мир. Он должен руководить этим процессом. Поэтому, мне кажется, это вопрос к мужчине в первую очередь.

Влад с улыбкой исполняет батман тандю:

– Придет время.. – и повторяет, уже без улыбки: – Придет время.


ФОТО:ЧАРЛЬЗ ТОМПСОН. СТИЛЬ: ПЕТР АКСЕНОВ. ПРОДЮСЕР: ПЕТР АКСЕНОВ. БЛАГОДАРИМ HOTEL DE RUSSIE ЗА ПОМОЩЬ В ОРГАНИЗАЦИИ СЪЕМКИ.

============================================================
Все фото - по ссылке
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20275
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Июл 16, 2018 12:58 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2018071601
Тема| Балет, The Moscow State Ballet, Премьера, Персоналии,
Автор| Андрей Шаврей
Заголовок| Андрей Шаврей: «Спартак» - чемпион, даже если это балет в «Дзинтари»
Где опубликовано| © Rus.Lsm.lv
Дата публикации| 2018-07-16
Ссылка| https://rus.lsm.lv/statja/za-efirom/za-efirom/andrey-shavrey-spartak-chempion-dazhe-esli-eto-balet-v-dzintari.a285483/
Аннотация| Премьера




В зале «Дзинтари» представили премьеру балета Арама Хачатуряна «Спартак» в постановке The Moscow State Ballet. Кажется, все помнят легендарную версию Юрия Григоровича с Владимиром Васильевым, Марисом Лиепой, Екатериной Максимовой и Михалом Лавровским. Кстати, это версии в апреле текущего года исполнилось полвека. Но ко всем новым вариантам многие заведомо относятся по-прежнему со скепсисом, а зря.
Кажется, все ясно - юрмальский зал, пусть и знаменитый, но совершенно не пригоден к такой масштабной постановке. Вообще, к балету не приспособлен. Тем не менее ухитрялись тут проводить масштабные мероприятия - например, конкурс «Новая волна» (извините, если кого-то обидел упоминанием опального мероприятия).


Но если говорить о балете, то в данном случае вообще сложности - высота сцены не только в глубине, но и в середине такая, что есть опасность, что если солист балета поднимет во вдохновенной поддержке партнершу, то стоит опасаться того, что в процессе дама может повредить очаровательную головку.

Впрочем, в «Дзинтари» уже более десяти лет в начале августа проводится международный фестиваль «Звезды балета» в Юрмале и... эксцессов не было. Так что доказано опытным путем: в юрмальском зале можно не только петь, но и танцевать. Но можно ли на этой сцене танцевать великий «Спартак»? Одно это уже могло бы заинтересовать среднестатистического балетомана. Тем более, вот вы лично, например, помните, когда у нас в последний раз показывали "Спартак"? Ну, если не считать пару номеров в различных гала-концертах на сцене Латвийской Национальной опере...

На моей памяти в последний раз показ «Спартака» в Латвии проходил именно в нашей Опере, это было в феврале 2003 года, когда нам представили постановку Академического театра классического балета из Москвы в версии Натальи Касаткиной и Владимира Василёва, знаменитой супружеской пары хореографов, при Григоровиче танцевавшей как раз в Большом театре.

Став балетмейстерами, они во многом были своеобразными диссидентами по отношению к главному хореографу советской империи. В 1977-м организовали собственный театр, который, преодолев всевозможные препятствия, занял одно из ведущих мест в балетном мире. Кстати, в 1984-м в Риге они ставили «Сотворение мира» Андрея Петрова и тогда это было событие. Дело в том, что главную роль (Адама) в «Сотворении...» в семидесятых танцевал в Ленинграде Михаил Барышников, роль была написана специально для него, так что после его эмиграции не только имя его, но и само название знаменитого балета было под запретом. Но в Риге ту постановку разрешили.

Что до «Спартака», то после версии Григоровича (хотя до него были версии не менее именитых Игоря Моисеева, а также и Леонида Якобсона) любой иной «Спартак» - занятие как бы сомнительное. Так что не удивляет, что даже постановку именитых Касаткиной и Василёва критики пинали с удовольствием и изо всех сил. Хотя танцевали действительно звезды балета (Геннадий Янин, Ольга Павлова), хотя были сделаны триста действительно роскошных костюмов, украшенных ювелирными изделиями, хотя крупнейший сценограф всего бывшего СССР Иосиф Сумбатишвили сотворил грандиозные декорации аж на шесть тонн, а консультантом по роли Спартака был сам Михаил Лавровский, получивший за этот спектакль в 1970-м Ленинскую премию с Григоровичем, Васильевым и Лиепой.

Все это, по словам критики, меркнет на фоне именно хореографии. Один писал, что это «шоу, для поколения, выбирающего "Пепси"». Другой - что это не балет, а цирковое представление, в лучшем случае - акробатика. И ничем не оправдано пение Эрика Курмангалиева в финале и выход таксы Буси. Цитата: «Римляне или летят с мечом на все, что движется, или трахают все, что шевелится». Дескать, «только этого мало».

Так вот, в случае со «Спартаком» всегда стоит предупреждать тех, кто видел постановку Григоровича - забудьте о ней. Если только, конечно, такое возможно. Или предложу немного иной вариант...

Понятно, например, что Фигаро у нас только один. Тот, которого играл Андрей Миронов, упавший в обмороке именно в образе героя Бомарше на сцене Латвийской оперы и умерший через полтора суток. И вот когда всего лишь через семь лет своего «Фигаро» поставил в «Ленкоме» Марк Захаров, все критики обрушились на него: «Как он посмел?». И ничего не помогло - ни то, что «Женитьба Фигаро» мировое достояние (и что, его больше не играть?), ни то, что спектакль тот был посвящен памяти великого артиста.

Но прошло еще пятнадцать лет и появилась совершенно новая и, пожалуй, чуть ли не гениальная постановка «Женитьбы Фигаро».

Кто был режиссером? Пожалуйста, знакомьтесь - Кирилл Серебренников. А кто играл Фигаро? Опять Миронов! Евгений Миронов. И, что характерно, играл так, что невольно вспомнились слова мудрейшего Зиновия Гердта, осторожно говорившего еще в девяностых о Евгении: «Этот Миронов с годами, думаю, затмит того Миронова...».

Так вот, это к тому, что у совершенства пределов, как известно, нет и The Moscow State Ballet это попытался успешно доказать. Не будем говорить о постановке, что это было гениально. Но публика, на три четверть заполнившая большой юрмальский зал, постановку приняла на ура. И было за что. Хотя бы за то, что масштабное действо они все-таки уместили на небольшой сцене. И никто не ударился головой о потолок.

Кстати, многие с любопытством наблюдали, как зачастую опытные артисты (сорок артистов, выпускники ведущих балетных школ России) притормаживали движение, чтоб «не вылететь в зал». Для них сцена была явно маловата. Но все обошлось. Я бы им всем автоматически дал заслуженных артистов за подвиг, достойный подвига Спартака - достичь свободы хореографического полета в не самых удобных условиях.

И на этом фоне меркло то, что была фонограмма (куда уж тут еще и оркестр умещать?), зато музыка Арама Хачатуряна, соединившего в этом своем творении величайшую мощь и необычайную нежность - на века! И не страшно, что не было декораций, тут пришел на помощь технический прогресс - на заднике сцены проецировались видеоизображения, представлявшие собой то роскошные палаццо, то итальянские горные пейзажи. У нас и на более просторной сцене Латвийской оперы сейчас преимущественно так.

В конце концов, приятно уже одно то, что курортная публика увидела самую свежую московскую премьеру «Спартака», состоявшуюся буквально пару месяцев назад.

Тут еще и трюки, поставленные Андреем Макаровым, мастером спорта, воспитавшем трех чемпионов мира по единоборствам, постановщик каскадерских сцен и боев на «Мосфильме».

Самое главное - это версия Михаила Лавровского (совместно с Ириной Лазаревой), который и сам танцевал у Григоровича Спартака. «Спартак - это сила, сила духа, это бой и борьба!», - темпераментно восклицал Лавровский совсем недавно, лет пятнадцать назад, открывая мемориальную доску в честь своего коллеги Мариса Лиепы на входе Рижского хореографического училища. И эта страсть в нынешней хореографии представлена достаточно максимально.

Два с половиной часа перед нами разворачивалась картина противостояния, прямо скажем, политических конкурентов (актуально всегда). И тут невольно задумываешься, кто из них более прав - раб Спартак (Сергей Скворцов, ведущий солист театра, лауреат международных конкурсов) или аристократ Красс (Алексей Конкин, тоже ведущий солист театра и тоже лауреат международных конкурсов)? Или более права Фригия (Людмила Титова, лауреат международных и Всероссийских конкурсов) или Эгина (просто солистка театра Марина Романова)?

По идее должна была победить любовь. Публика внимала и млела, лицезрея эротические сцены: «Эх, так бы в жизни!». Но, как и положено в великой классике, все умерли. Практически моментально. И получили свою порцию оваций. А Красс господина Конкина, наиболее понравившийся публике, еще получил и цветы (жаль, что единственный из всех).

Для информации: художественный руководитель театра Людмила Титова руководит театром с 2016 года. Она окончила Московскую Государственную Академию Хореографии при Большом театре. Она знает, что «Спартак» - чемпион. Впрочем, Красс тоже не аутсайдер...
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20275
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Июл 16, 2018 8:24 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2018071602
Тема| Балет, балет Парижской национальной оперы, Гастроли, Персоналии, Орели Дюпон
Автор| Автор: Евгения Буторина
Заголовок| Орели Дюпон: "Мы стараемся затронуть каждого сидящего в зале"
Где опубликовано| © Ревизор.ru
Дата публикации| 2018-07-16
Ссылка| http://www.rewizor.ru/theatre/catalog/novosibirskiy-teatr-opery-i-baleta/intervu/gastroli-baleta-parijskoy-natsionalnoy-opery-na-stsene-novosibirskogo-gosudarstvennogo-akademichesko/
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

Гастроли балета Парижской национальной оперы на сцене Новосибирского государственного академического театра оперы и балета – самое яркое, интересное и значимое культурное событие этого лета.



Ревизор.ru побеседовал с Орели Дюпон, которая с 2016 года является художественным руководителем балета Парижской национальной оперы. Орели Дюпон поступила в Балетную школу Парижской оперы в 1983 году. В 1986, в возрасте 16 лет, она была принята в кордебалет Оперы. В 1992 году получила Золотую медаль на конкурсе в Варне (по младшей группе), в 1993 – Приз зрительских симпатий, а в 1994 – Приз Клуба Карпо. В 1996 году получила звание Первой солистки. 31 декабря 1998 года удостоена звания Этуаль. Кавалер французского Ордена искусств и литературы.

Два вечера новосибирцам показывали четыре одноактных балета, по которым можно наблюдать развитие современного хореографического искусства.

"Три гносианы" нидерландского хореографа Хансаван Манена (Lestroisgnossiennes) на музыку Эрика Сати, созданный в 1982 году и ставший уже классическим. "Фавн" (Faun) в постановке Сиди Ларби Шеркауи. Концептуальный и шокирующий "Искусство не смотреть назад" (Theartofnotlookingback) израильтянина Хофеша Шехтера и "Времена года. Канон" (Theseasons’ canon) на музыку Макса Рихтера по мотивам Антонио Вивальди, который в 2016 году был поставлен специально для балета Парижской оперы хореографом Кристалл Пайт.

Перед гастролями состоялась пресс-конференция, где журналисты смогли задать вопросы художественному руководителю балета Парижской Национальной Оперы Орели Дюпон. Новосибирские зрители уже знакомы со знаменитой этуалью, в 2010 году балет Парижской оперы приезжал в столицу Сибири со спектаклем "Пахита". Но тогда Орели танцевала. А сегодня руководит балетом, участвует в подборе репертуара и учит танцевать других.

Трудно стать этуаль?

– Да, конечно, нужно постоянно учиться. И не только хореографии.

Необходимо накопить большой багаж знаний. И еще пока ты учишься, ты встречаешь огромное количество людей, и нужно уметь понимать их.
И когда ты становишься этуаль, ты уже имеешь достаточно большой багаж знаний и опыта общения с людьми. И сейчас я очень хочу его разделить с теми людьми, которые сейчас приходят в нашу балетную труппу.

По какому принципу подбирается репертуар балета Парижской оперы?

– Я стараюсь так формировать репертуар, чтобы там была и классика, и современность. У нас есть спектакли, которые всегда в репертуаре, которые любимы нашими зрителями, – например, "Лебединое озеро", "Золушка". Над ними тоже работаем. Несмотря на то, что сами балеты не меняются, меняются исполнители.

Задачи, которые ставит перед собой наша труппа – поддерживать традиции классического балета и одновременно воплощать идеи современной хореографии.
И мы постоянно работаем над расширением репертуара, ищем новые постановки. Когда-то новым словом в хореографии стал балет "Три гносианы". Теперь он воспринимается уже почти как классика.


"Три гносианы". Пара танцует под рояль. Но пианист – не аккомпаниатор, а полноправный участник спектакля. Героиня – еще на пуантах, но актуальны свободные подхваты, намеренная простота танцевальных па. Балет уже начал отходить от классических рамок, но для хореографа все еще очень важна внешняя красота рисунка, хотя танцовщикам уже дана куда большая, чем в классическом балете, свобода выражения эмоций.


– Я думаю, что моя задача как художественного руководителя, – продолжает Орели Дюпон, – сделать так, чтобы артистам труппы было интересно работать, было что танцевать. И я постоянно должна что-то новое предлагать нашим артистам, чтобы они могли развиваться в своей карьере.

И еще мы все время работаем над привлечением зрителей, думаем, чем можем заинтересовать тех, кто уже многое видел, и тех, кто никогда прежде не увлекался балетом. Парижская опера счастлива быть в Новосибирске. Надеюсь, мы покажем зрителям что-то, что затронет их душу. И откроем вечер очень современным балетом "Фавн" на музыку Клода Дебюсси и Нитина Соуни.


"Фавн" (Faun) в постановке Сиди Ларби Шеркауи – это прямое обращение к "Послеполуденному отдыху Фавна". Оно и было создано к 100-летию "Русских сезонов" в 2009 году.

Глубокий дремучий лес, в котором не танцует, а живет фавн. Не эфемерное мифическое существо, а истинное дитя природы, очень земное и неотделимое от этого леса.

Их танец с нимфой – потрясающе пластичный, удивительно синхронный, соединяющий высокое и низменное в той точной пропорции, которая создает иллюзию полного слияния с природой, но остается искусством.

Предельно эмоциональный и откровенный разговор о страсти, не о любви.



Балет Хофеша Шехтера "Искусство не смотреть назад" (Theartofnotlookingback) вызвал много споров. Мало того, что эстетика балета непривычна, на входе в зал выдают беруши, чтобы зрители смогли ими воспользоваться. Вы не боитесь, что его плохо примут?

– Хорошо или плохо – подходит любой вариант, лишь бы не равнодушно.
Я думаю, что зритель будет ходить в оперный театр, потому что знает, что там он может найти то, что не сможет забыть. Мы стараемся затронуть каждого сидящего в зале.


В балете "Искусство не смотреть назад" аккомпанементом звучит голос автора, крики и гул. Движения танцовщиц нарочито уродливы, дерганы, некрасивы порой до неприличия. Здесь важен именно смысл. И чтобы достучаться до сердец зрителя, пробудить эмоции, хореограф намеренно раздражает, провоцирует, бьет по нервам всеми доступными способами – и звуковыми, и световыми, и визуальными.

Балет начинается с фразы на английском языке "Моя мать оставила меня, когда мне было два года". Далее речь продолжается, ускоряясь, и я не уверена, что и в англоязычной стране можно разобрать, о чем именно говорит автор. Но и не надо разбирать, ибо дальше начинается танец. Бесконечное движение по замкнутому кругу – девять женщин танцуют завораживающий своей неправильностью танец. Становятся в классическую стойку для батмана, выстраиваются в праздничную ханукию – традиционный еврейский девятисвечник, – чтобы вновь распасться и корчиться на полу. И так несколько раз за тридцать минут балета. От хаоса к порядку, от порядка к хаосу. И снова и снова звучит голос Шехтера: "Я тебя не прощаю"…

Балет-провокация, протест, крик. Если мы не научимся отпускать свое прошлое, мы так и будем метаться по кругу, в котором даже прекрасные танцовщицы теряют человеческий облик, красота сменяется уродством.

Идея неоднозначная, требующая осмысления и раздумий. Эстетически очень непривычный балет. И равнодушных в зале точно не было.



Вы говорили, что привезли три репертуарных спектакля и "Времена года. Канон". Это значит, что спектакль не стоит в вашем репертуаре?

– Наоборот, репертуарными я назвала спектакли, которые идут в других театрах, мы просто взяли и поставили их у себя. А балет Кристалл Пайт был создан специально для нашего балета. Мы стараемся приглашать разных хореографов, которые работают в разных стилях. Чем чаще артист сталкивается с необходимостью работать в новой технике и с новыми людьми, тем дальше он сможет продвинуться в своей карьере. Чем больше разнообразных спектаклей мы можем предложить публике, тем больше зрителей можем привлечь.


Пятьдесят четыре танцовщика на сцене двигаются, словно единое существо. Рой. Времена года – как времена жизни: время любви и ненависти, умирания и возрождения. Рой распадается на отдельные личности, взлетает над сценой и улетает вдаль. Потрясающая пластика рук, когда ты воочию видишь лапки ос. Удивительная картина, созданная телами танцовщиков.

Завораживающая музыка Макса Рихтера и совершенная пластика не дают отодвинуться, отгородиться. Ты – зритель – тоже становишься частью этого роя, участником этого действа.
И слова из буклета "Сегодня балет Парижской оперы – один из основных центров живого современного искусства" обретают смысл и плоть.


================================================================
Все фото - по ссылке
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска Часовой пояс: GMT + 3
На страницу Пред.  1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8  След.
Страница 3 из 8

 
Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах


Яндекс.Метрика