Список форумов Балет и Опера Балет и Опера
Форум для обсуждения тем, связанных с балетом и оперой
 
 FAQFAQ   ПоискПоиск   ПользователиПользователи   ГруппыГруппы   РегистрацияРегистрация 
 ПрофильПрофиль   Войти и проверить личные сообщенияВойти и проверить личные сообщения   ВходВход 

Общество Друзья Большого балета
2006-04
На страницу 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9  След.
 
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска
Предыдущая тема :: Следующая тема  
Автор Сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 10256

СообщениеДобавлено: Пн Апр 03, 2006 9:45 am    Заголовок сообщения: 2006-04 Ответить с цитатой

В этом разделе газетного киоска помещаются ссылки на статьи, вышедшие в апреле 2006 года (первый номер ссылки - 2006040101 означает: год - 2006, апрель месяц - 04, первый день месяца - 01, первый порядковый номер ссылки за данный день - 01 ). Пустой бланк для библиографической карточки.

Номер ссылки|
Тема|
Авторы|
Заголовок|
Где опубликовано|
Дата публикации|
Ссылка|
Аннотация|


Последний раз редактировалось: Наталия (Вт Апр 04, 2006 10:20 am), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 10256

СообщениеДобавлено: Пн Апр 03, 2006 9:46 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2006040301
Тема| Балет, БТ, Персоналии, А. Ратманский
Авторы| Владимир КОТЫХОВ
Заголовок| Вперед, к победе диктатуры!
Большой для Ратманского оказался слишком Большим
Где опубликовано| «Московский комсомолец»
Дата публикации| 20060403
Ссылка| http://www.mk.ru/numbers/2111/article72669.htm
Аннотация|

Первый балетный сезон в Большом театре, после закрытия на реконструкцию исторического здания, близится к завершению. И что же? Как выглядит балетное тело и дело первого театра страны, все так же мы впереди планеты всей или планета впереди нас?

Всякое сравнение хромает, но как не сравнивать, когда Санкт-Петербургский театр балета Бориса Эйфмана показывал свои спектакли в двух шагах от Большого. С таким успехом, которым за последнее время не была отмечена ни одна балетная премьера в Большом. У входа — толпа охотников за лишним билетиком, в зале — “зрителей полный стадион”, на сцене — фантастически изобретательная хореография, первоклассные артисты-танцоры, мощный танец, уникальный кордебалет. На фоне этого буйства имперский облик большого балета начал тускнеть, а в голове взвихрились крамольные мысли и сравнения.

Зачем нам это нужно

Сезон начался с фестиваля, посвященного юбилею Майи Плисецкой. Отметить день рождения первой леди мирового балета — дело благородное. К тому же имя Плисецкой действует столь магически, что одно его упоминание в афише гарантирует успех любому проекту. Здесь был триумф, правда личный, Майи Михайловны. Что до театра, то возобновление легендарной “Кармен-сюиты” оказалось неоправданным. Зачем возрождать спектакль, если в театре нет балерины, способной вписаться в это горячее балетное сочинение, требующее не только танца, но и яркой актерской индивидуальности. В премьерном спектакле танцевали ведущие артисты Большого — Светлана Захарова, Андрей Уваров, Марк Перетокин. Но смотрелись они по-балетному стандартно. Те, кто видел давнюю “Кармен” на сцене Большого или в записи, а спектакль показывали в юбилейные дни по ТВ, могли сравнить два спектакля. Один, где сгорали в любовном треугольнике Плисецкая, Александр Годунов, Сергей Радченко, и нынешний — стерильный и лишенный намека на страсть.

Во времена СССР, когда почти ничего было нельзя, а министр культуры Екатерина Фурцева высказывала анекдотические афоризмы: “Майя, прикройте ляжки, это Большой театр” — в адрес Плисецкой-Кармен или в сторону Мориса Бежара: “У Бежара только Бог и секс, а нам ни того, ни другого не надо”, балетные артисты бились и за новую хореографию, и за новый репертуар. И, несмотря на все препоны и трудности, побеждали. На сцене были и страсть, и чувственность, и эротизм.

Сегодня никто ни за что не бьется. Наоборот, стараются быть подальше от нового. Когда несколько лет назад Эйфман ставил в Большом “Русского Гамлета”, ведущие артисты отказывались от участия в спектакле. Боялись травм. Травмы — конечно, страшно. От них не застрахован никто, и профессия балетного артиста — одна из опаснейших. Но удивительно, что на “Гамлете” никто не травмировался, а на родной классике получают травмы.

Еще один пример по части боязни или равнодушия. Сейчас в Большой приезжает давать класс в прошлом великолепный танцовщик, а теперь педагог — Микаэль Денар. И оказывается, его уроки никому не нужны. “Зачем нам эта техника, где она нам пригодится?” — удивляются артисты.

Игра в карты без азарта

Но сказать, что ничего нового в Большом не появляется, нельзя. Есть новое, но художественным открытием оно не становится. В нынешнем сезоне художественный руководитель балета Алексей Ратманский пристегнул к “Кармен-сюите” свою новинку — балет “Игра в карты” на музыку Стравинского. Но если это новизна, то тогда лучше пусть идет старина. “Игра в карты” — нечто среднее между Баланчиным, Ноймайером и кем-то еще. Безликая композиция, лишенная идеи и хореографической оригинальности. Показываться с такими опусами главному балетмейстеру театра нельзя. Представил Большой и новую “Золушку” (хореограф Юрий Посохов). Спектакль из серии тех, которые должны идти два раза — первый и последний. Стопроцентное отсутствие хореографии в балете, о котором сам композитор Сергей Прокофьев писал: “Для меня очень важно было, чтобы балет “Золушка” получился наиболее танцевальным, чтобы танцы вытекали из сюжетной канвы, были разнообразными и чтобы артисты балета имели возможность в достаточной мере потанцевать и показать свое искусство”. Создатели балета приложили массу сил, чтобы сделать все наоборот: танцы не вытекают и не втекают. Не сложилось у постановщиков и с концептуальной перестройкой “Золушки”.

Может первый театр страны позволять себе подобные эксперименты? Нет. Тем более что до опытно-лабораторной работы, то ее уже и в предыдущие сезоны хватало, а больших, полнометражных спектаклей не случилось. Если бы не возобновление “Золотого века”, созданного Юрием Григоровичем в 1982-м, то нынешний балетный сезон можно было бы назвать провальным.

С миру по звезде

Есть такой анекдот. В Союзе композиторов СССР проходит урок военной подготовки. Выстраиваются члены союза в шеренгу. Военрук говорит: “По порядку номеров рассчитайсь!” Вся шеренга делает шаг вперед и хором кричит: “Первый!” В Большом тоже все первые, и это хорошо: что за артист без звездных амбиций? Если судить по цветочным клумбам, которые преподносят балетным артистам после спектакля, то так оно и есть: все звезды. Но если серьезно, то со звездами не все благополучно.

У мужчин до недавнего времени классический репертуар держался на роскошной тройке: Сергей Филин, Андрей Уваров, Николай Цискаридзе. Но возраст и травмы делают свое дело. Есть кто-то, кто может приблизиться к ним, кто дышит им в спину? Есть Дмитрий Гуданов, но этот премьер тоже уже не юноша; можно назвать стильного демиклассического танцовщика Яна Годовского. Некоторое время назад подавал надежды Александр Волчков, но последнее время несколько сник. Есть еще приглашенная звезда — премьер Национальной оперы Украины, грандиозный Денис Матвиенко. Он демонстрирует феерический танец, на фоне которого звезды Большого ярко тухнут. Среди девушек лидируют эффектная, темпераментная Мария Александрова и перешедшая в Большой из Мариинки Светлана Захарова (блистательная классическая прима, но слишком холодная и не получившая в Большом репертуар, отвечающий ее индивидуальности). Ярко заявили о себе в последнее время молодые артистки Анна Антоничева, Екатерина Шипулина, Наталья Осипова.

Ходят слухи, что театр ведет переговоры о переходе в Большой еще одной звезды Мариинки, Дианы Вишневой. Это было бы замечательно, как было бы прекрасно, если бы театр перетянул к себе и Матвиенко. Только как они впишутся в репертуар? Бриллиант — он везде бриллиант, а как с оформлением? И не слишком ли это простой путь — переманивать уже сложившихся артистов из других театров; гораздо труднее, но и почетнее воспитывать своих.

Как звезды танцуют? По-разному. Порой доходит до анекдота. Творческий вечер Игоря Моисеева в Кремлевском дворце. Смотрю на сцену, программку еще не успел изучить, гадаю: “Кто же это на сцене? Почему такой рваный, несобранный танец? Почему артистов слегка заносит то вправо, то влево? А исполняется хореография Баланчина, где все должно быть выверено до миллиметра…” После исполнения заглядываю в программку — не может быть! — да это же все VIPы Большого балета: Светлана Захарова, Мария Александрова, Сергей Филин, Андрей Уваров, Николай Цискаридзе. Возможно, это случайность, что у артистов Большого что-то не сложилось в этот вечер, но таких случайностей быть не может. А вот артисты труппы Мориса Бежара, Катерина Шалкина — Жюльен Фавро, на этом же концерте произвели фантастическое впечатление. Они исполнили дуэт из известного балета Бежара “Ромео и Юлия” на музыку Берлиоза на одном дыхании. “Что-то необыкновенное, — восторженно перешептываются балетоманы, глядя на чувственный, поэтичный танец. — Где Бежар находит таких красавцев?”

А где находит Борис Эйфман своих артистов? Он их не находит, а воспитывает, вылепливая из молодых выпускников хореографических училищ, от которых порой отказываются ведущие академические театры, звезд. Это невероятно трудный путь, но результат впечатляет. В показанной Эйфманом в Москве “Анне Карениной” танцевали Альберт Галичанин (Каренин), Юрий Смекалов (Вронский), Мария Абашова (Анна Каренина). Каждый из этих троих, закрученных Эйфманом в пламенный любовный треугольник, поражает актерской выразительностью, когда каждый жест, движение, поворот головы, взгляд — все работает на образ. Никакой балетной карамельности, ужимок. И перетягивания одеяла на себя, все трое работают на спектакль. Каждый — индивидуальность, а вместе — ансамбль. Смотришь и поражаешься, как им это удается. Артисты большого балета развалились бы уже на десятой минуте танца, который по сложности превосходит самые смелые композиции, когда-либо виденные в балете. И какой кордебалет!

А ведь могут, когда захотят

Что такое кордебалет в балетном спектакле? Это все. Энергия, нерв, пульс постановки. “В моих спектаклях кордебалет — главная действующая пружина и энергия спектакля, — говорит Эйфман. — Меняются солисты, но эмоциональный градус спектаклей не спадает, и это благодаря кордебалету”.

В показанном в Москве балете “Анна Каренина” кордебалет Эйфмана производит потрясающее впечатление. Это мощный танцевальный ураган, захватывающий в свою стремительную воронку. Все артисты — молодые, красивые, поражающие и своим внешним обликом, и тем, как осмысленно они проживают свою сценическую жизнь. Эйфман предлагает им феноменальный ритм, невероятно сложную хореографию, но никаких усилий, напряжения, все легко, на одном дыхании.

На кордебалет Большого театра смотреть грустно. И это при том, что никаких сложных, закрученных танцевальных па им никто не предлагает. В классических балетах линии смазаны, а артисты производят впечатление случайно попавших в спектакль людей. Никаких сложных актерских или танцевальных задач выполнить они не могут. Аморфная масса случайно попавших в балетный спектакль людей. В “Золушке” Юрия Посохова кордебалет вообще производит угнетающее впечатление. Поражало и то, что так мало кордебалетных артистов, какие-то одинокие пары. Куда же он весь делся? Нет впечатляющих танцев у кордебалета и в постановках худрука балета Алексея Ратманского. Как нет и чистого танца. Кто-то ошибется или собьет рядом стоящего артиста, а кто-то и упадет. В нечеловеческом искусстве, как классический балет, бывают всякие случайности, но не до такой же степени. А самое неприятное — то, что у кордебалетных артистов отсутствует понимание стиля спектакля. Танцуют все одинаково и бездушно — и “Жизель”, и “Спартака”, и “Лебединое озеро”…

Но случаются и исключения, как произошло на премьере возобновленного балета Юрия Григоровича “Золотой век”. Артистов, танцующих в премьерном составе, невозможно было узнать. В сложнейшей хореографии Григоровича главные персонажи просто купаются. Изумительная Анна Антоничева, темпераментный, острый Ринат Арифулин, трогательная Екатерина Крысанова. И, конечно, феерический Денис Матвиенко с полетным прыжком. Не замечаешь, когда он касается пола, — артист парит над сценой, подобно диковинной птице. А какой кордебалет! Смотришь за артистами и спрашиваешь себя: “Кто это? А это кто? Какая удивительная девушка, надо же, какой необыкновенный парень! Неужели это кордебалет Большого?!” Оказывается, могут танцевать и в Большом, если есть кто-то, кто увлечет танцем.

Греет, но не светит

Проще всего, говоря о сегодняшнем дне большого балетного королевства, ностальгировать о прошлом. Когда в области балета мы были впереди планеты всей, а при появлении в театре главного балетмейстера Юрия Григоровича все смолкали и трепетали. Прошлое замечательно, потому что прошло. А что до Юрия Григоровича, то этот выдающийся хореограф, конечно, держал труппу в форме, но не только он, но и система. Когда нельзя было подписать личный контракт с западными импресарио, находиться за границей дольше положенного срока, когда артисты даже не знали, что кто-то из зарубежных хореографов приглашает их выступить в своем спектакле. Подобные приглашения Минкульт им не передавал. Не стоит грустить о крепостном прошлом балета. Империя рухнула, а с ней — имперская роскошь, а также табу, запреты. Теперь можно все, что не запрещено законом, — ездить по миру, подписывать личные контракты, выступать на любой сцене мира.

Так в чем же проблема? Это отсутствие художественной идеи и лидера-балетмейстера. Возглавляющий балетную труппу Алексей Ратманский — способный хореограф, но не очень мощный организатор. Большой театр оказался для Ратманского слишком большим. Как у всякого талантливого человека, у него есть удачные работы, есть и не очень, и это нормально, но не случилось такой постановки, о которой можно было бы говорить как о художественном взрыве, о триумфе балетной труппы и хореографа. Может быть, это произойдет позже, но пока самые яркие спектакли, идущие в Большом, — это старая и не очень старая, советская классика: балеты Юрия Григоровича.

Когда-то Юрия Григоровича называли диктатором, а кто не диктатор? И может ли театральная или балетная труппа полнокровно и ярко работать без художественной диктатуры? Диктаторы — Игорь Моисеев, Бежар, Ноймайер, Эйфман, от которого артисты просто стонут, Михаил Барышников, когда находился во главе Американского балетного театра. Диким диктатором был и Рудольф Нуреев, несколько лет возглавляющий балет Парижской оперы. Эта диктатура дает фантастический художественный результат.

Светит ли подобная диктатура большому балету? Нет. Поговаривают, что место Ратманского стремится занять Николай Цискаридзе. Вряд ли это случится, а если подобное произойдет, то это будет крах. Цискаридзе — замечательный танцовщик, но никакой не организатор и, конечно, не художественный лидер, хотя по части телевизионного мельтешения может сравниться только с Анастасией Волочковой.

Итак, а кто бы, если бы? Могу назвать лишь четырех персон, которые в состоянии подтолкнуть большой балет вперед. И сразу оговорюсь, что никто из них никогда не встанет во главе балетной труппы Большого. Это Борис Эйфман, который не оставит свой коллектив, к тому же маэстро строит в Петербурге Дворец танца. Это выдающийся танцовщик, организатор и успешный бизнесмен, в прошлом наш соотечественник, а теперь настоящий американец Михаил Барышников. Но он поклялся никогда не возвращаться в Россию. Это Юрий Григорович, но и тут — “нет”: невозможно дважды войти в одну и ту же реку, да и возраст не тот. И это Нина Ананиашвили, у которой есть организаторский талант, художественный вкус, мощные международные связи. Но Нина уже возглавляет балетную труппу Тбилисского театра оперы и балета. Есть и заграница, но и она не поможет: импортных хореографов-лидеров — не больше десяти. И все они при деле. Так что диктатура откладывается на неопределенное время. Но помечтать о ней можно.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 10256

СообщениеДобавлено: Пн Апр 03, 2006 9:52 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2006040302
Тема| Современный танец, Балет Евгения Панфилова, Гала-концерт,
Авторы| Татьяна Кузнецова Фото: Юрий Мартьянов / Коммерсантъ
Заголовок| Торс-мажор
// Гала-концерт "Балета Евгения Панфилова"
Где опубликовано| «Коммерсант»
Дата публикации| 20060403
Ссылка| http://www.kommersant.ru/doc.html?docId=662958&IssueId=30058
Аннотация|

Малом театре гала-концертом триумфально закончились шестидневные гастроли пермского "Балета Евгения Панфилова", посвященные 50-летию его покойного создателя. ТАТЬЯНУ Ъ-КУЗНЕЦОВУ до слез растрогал энтузиазм публики, принимавшей хореографию пермского самородка за последнее слово современного балета.

Худрук и первый танцовщик «Балета Евгения Панфилова» Сергей Райник манипулирует зрителями с уверенностью кукловода

Всю неделю на концерты пермского коллектива ходили завзятые театралы, благо администрация щедро раздавала бесплатные пропуска: благородные московские старушки, помнящие театральные события тридцатилетней давности, их седовласые спутники, восторженные немолодые девушки и – (специфичная аудитория панфиловцев) романтичные парни парами и поодиночке. От спектакля к спектаклю публики становилось все больше, аплодисменты – громче, а крики "браво" – решительнее. Финальный гала побил рекорды зрительской любви: артистов долго не отпускали, дарили цветы, а прорвавшаяся на сцену немолодая зрительница разразилась стихами, в которых описание собственных ощущений "шок, наслажденье, блаженство" рифмовалось с эстетическим выводом – "совершенство". Под овации публики пылкая дама вручила панфиловцам самодельную "Золотую маску" (восстановленный спектакль 1992 года "Клетка для попугаев" участвует в конкурсе), видимо, не надеясь на вкус жюри.
Во всем этом не было ничего удивительного – народная любовь преследовала архангельского самородка и при жизни. Крестьянский парень из деревни Пятково профессионального хореографического образования не получил: в балетные дебри влез уже после армии – в 21 год поступил в пермский "кулек" (Институт культуры) и почти сразу создал свой коллектив. Ставил истово, искренне и много, сразу завоевав множество почитателей: его возбужденное и морализаторское искусство отвечало чаяниям отечественного зрителя, который всегда ждал от театра страстей и пророчеств. Сам хореограф, трагически погибший три с лишним года назад, гордился любовью зрителей, однако жаждал признания критиков-профессионалов. Но так и не дождался. Антология избранных фрагментов из спектаклей Евгения Панфилова, из которых состояла программа гала, позволяет понять почему.
Евгению Панфилову еще четверть века назад удалось вывести формулу востребованного балета, который в России до сих пор считают "современным": шлягерная музыка, общедоступная идея, крупные движения (желательно с примесью акробатики), полуобнаженные тренированные тела, аффектированная эмоциональность, контрастная броскость композиции. Первый же массовый номер удовлетворял всем требованиям: на главную тему из "Призрака оперы" босые артисты в черных двойках на голое тело (женщины целомудренно прикрыты белыми бюстгальтерами) отчаянно метались по сцене, распахнув руки. Сталкиваясь, терлись друг об друга грудью, томно поводили запрокинутыми головами. С разбегу бросались на пол, перекатывались со случайным партнером, делали пару перекидных–разножек и неслись дальше – в кулисы, в неизвестность, переходя с бега на классические жете. Потому что по замыслу автора метались в поисках не просто секса, но настоящей любви.
В дуэтах и соло, из которых в основном состояла программа, тоже либо обретали любовь, либо прощались с нею. Под русскую песню "Ой, да не вечер" – по-спортивному откровенно: подготовка – бросок партнерши на плечо, ее винтообразное сползание на пол, прогиб–мостик–переворот. Под итальянский хит – разрежая акробатику долгими взглядами в упор и разрабатывая популярную тему матриархата: публика взвыла от сочувствия и понимания, когда магнитофонный тенор взял верхнее ля, а танцовщица взяла на руки партнера. Худрук труппы Сергей Райник, любимый панфиловский премьер, постаревший и потяжелевший, с усилием разъезжался на прямой шпагат, медленно приседал по четвертой позиции, нервно всплескивал раскинутыми руками, резко вспрыгивал, коряво выбрасывал ноги в батманах и угасал в позе умирающего лебедя – номер назывался "Без тебя".
Передовые взгляды хореографа отражало "Трио вдвоем" – двое мужчин тянулись друг к другу, но не оставляли вниманием и женщину, передавая ее с рук на руки. Несколько номеров "Мужской рапсодии" позволили продемонстрировать стать мужского состава труппы, особенно эффектным было замедленное дефиле с обнаженными торсами и взглядами, требовательно устремленными в зал. Великолепную форму явил солист Алексей Колбин, романтично кружась и патетически взмахивая длинными рукавами белой рубахи,– оставалось только пожалеть о его неиспользованных возможностях классического танцовщика.
И только под финал пафос высокодуховности дал сбой: откровенный китч "Половецких плясок", в котором черно-золотые "половцы" в шальварах с разрезом от талии до середины ляжек вышвыривали ноги в прыжках и выворачивали руки славянским женщинам в белокурых париках и пеньюарах, обнажил эстрадную подкладку нашего "современного балета". Сам Евгений Панфилов никогда бы не пустил в Москву такую очевидную пошлятину: он слишком ценил свой статус властителя умов, чтобы признаться в примитивной развлекательности своего ремесла.

Гала-концерт участников театра "Балет Евгения Панфилова" (Пермь) на сцене Малого театра







Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 10256

СообщениеДобавлено: Пн Апр 03, 2006 9:56 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2006040303
Тема| Балет, Премии, «Benois de la dance»
Авторы| Майя Крылова
Заголовок| Танец как награда
Приз «Бенуа» преобразован в международный балетный фестиваль
Где опубликовано| «Независимая газета»
Дата публикации| 20060403
Ссылка| http://www.ng.ru/culture/2006-04-03/8_dance.html
Аннотация|

В Большом театре состоится Фестиваль мирового балета. Именно так теперь называется приз «Benois de la dance», учрежденный в 1991 году Международным союзом деятелей хореографии. 25 и 26 апреля в Москве выступят звезды танца из многих стран мира, а специальное жюри наградит лучших исполнителей и постановщиков прошлого сезона.
В свое время «Бенуа де ла данс» был основан как конкурс балетных дарований. Это могут быть балерины, танцовщики и хореографы, иногда театральные художники. Кого именно считать дарованием, решает ареопаг маститых деятелей мирового балета, без помощи промежуточных инстанций и отборочных комиссий. Судьи приза «Бенуа» сами себе комиссия. Каждый член жюри вправе выдвинуть номинантов, каких ему хочется, а потом, отсмотрев видеозаписи и собравшись вместе, мастера оценивают соискателей по списку. И нет диктата одного художественного «изма»: на равных соревнуются классика, модерн-данс и авангардные проекты.
Жюри традиционно возглавляет Юрий Григорович. В этом году с ним работают бывший премьер Мариинского театра Сергей Викулов, экс-звезда Парижской оперы Доминик Кальфуни, одна из главных авангардисток мирового балета Анна Лагуна, бывший солист ГАБТа Ирек Мухамедов, сделавший карьеру в Королевском балете Великобритании, худрук американского Балета Цинциннати Виктория Морган, глава балета Венской оперы Дьюла Харангозо и представитель Южной Кореи Цой Тхэ-Чжи.
В первое время событие выглядело как церемония награждения лауреатов с последующим концертом. Уже три года как приз «Бенуа» расширен до двухдневного балетного фестиваля: в первый день награждают и танцуют, во второй – просто танцуют (гала «звезд» мирового балета). Собственно говоря, «Бенуа» – награда балетоманам за их верную любовь к балету. Возможность за раз увидеть отличных танцовщиков и превосходных балерин, не часто приезжающих в Россию, дорогого стоит.
В списках номинантов «Бенуа-2006» шестнадцать человек. Среди хореографов – Ан Сун-Су (корейское «Болеро») и Борис Эйфман, попавший на конкурс за балет «Анна Каренина». Они соревнуются с Николя ле Ришем, танцовщиком и хореографом Парижской оперы (балет «Калигула»), с Сарой Слиппер (труппа Цинциннати, балет «Превосходное равновесие») и с Оливером Хинделом (спектакль «Времена года», Бирмингемский королевский балет). У нас широко известна лишь постановка Эйфмана, да кое-кто из специалистов видел «Калигулу» (отклики были на уровне «средне»).
У балерин ситуация интригующая. В списке нет ни одной представительницы Большого театра: неужели «выдвиженцы» не увидели в Москве никого достойного? Но есть две балерины из Мариинки. Никому не известная Ольга Есина танцует в кордебалете театра и, как объяснила журналистам на пресс-конференции ее коллега по труппе Диана Вишнева, вышла в партии Одетты–Одиллии всего два раза. И вот так, сразу, выдвинули начинающую девочку на международную премию. Вторая претендентка из Мариинки, Екатерина Кандаурова, запомнилась блестящим исполнением балетов Форсайта, но номинирована за роль Заремы в старом советском спектакле «Бахчисарайский фонтан». Есть еще кореянка Ким Джу-Вон и японка из Испании Тамако Акийяма. А участие Джанессы Туше из балета Цинциннати (главная роль в «Золушке») – видимо, случайное совпадение с фактом, что балет поставлен в той же труппе Викторией Морган, членом жюри.
В мужском списке номинантов Джозеф Гатти (опять славный город Цинциннати!) выдвинут за па-де-де из «Корсара», а танцовщик Ван Ди – всего лишь за номер, показанный на конкурсе балета. Видимо, артисты станцевали гениально. Чтобы номинироваться на международную премию, им даже больших ролей в спектакле не понадобилось. Рядом присутствуют Бенджамен Пеш из Парижа (за партию Ромео), Славомир Возняк из Варшавы (балет «Спартак») и южнокореец Ким Хен-Ун (за местного «Корсара»). Замечательный танцовщик Леонид Сарафанов из Мариинки номинирован за гастрольное выступление в Австрии (Альберт в тамошней «Жизели»). И опять никого из Большого театра…
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 10256

СообщениеДобавлено: Пн Апр 03, 2006 10:35 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2006040304
Тема| Балет, БТ, «Золотой век», Персоналии, Ю. Гоигорович, Р. Скворцов, А. Воробьев, Н. Капцова, Е. Крысанова
Авторы| Сергей Конаев
Заголовок| Человек при деле
Большой театр вернулся в "Золотой век"
Где опубликовано| «Итоги»
Дата публикации| 20060402
Ссылка|http://www.itogi.ru/Paper2006.nsf/Article/Itogi_2006_04_02_00_2742.html
Аннотация|

Главную партию в балете "Золотой век" исполнил Денис Матвиенко
(Фото: ДАМИР ЮСУПОВ/БОЛЬШОЙ ТЕАТР)

Возобновив "Золотой век", Большой театр сформировал юбилейную коллекцию оригинальных балетов Дмитрия Шостаковича. Однако в третий раз ставить балет композитора так, как он был сочинен в начале 30-х, театр не решился. Это грозило повторением подходов, уже опробованных худруком балета Алексеем Ратманским: жанрово-комедийного, как в "Светлом ручье" (2003), или иронично-гламурного, как в "Болте" (2005). Вероятно, поэтому Юрия Григоровича попросили воскресить его версию балета 1982 года.

Григорович, как известно, отказался от сюжета о вояже советской футбольной команды за рубеж. У него молодой рыбак Борис уводит танцовщицу Риту из ресторана "Золотой век" - притона нэпманского и уголовного элемента, уводит, несмотря на козни главаря банды Яшки. Изменяя либретто и дополняя партитуру, Григорович хотел развернуть увлекавший его мир темных страстей, а затем показать торжество чистой любви и идеи служения на благо общества. Хореограф сознавал "ненормальность", по советским меркам, своего трагического дара и изыскал такие формы, которые позволили бы ему остаться в ладу с властью и "заслужить покой" - недаром "Мастер и Маргарита" всегда была его любимой книгой. В 1982 году Григорович не отступил от излюбленной сюжетной схемы, но продолжать ее разработку было бессмысленно. Поэтому за "Золотым веком" не последовало новых балетов.

Возобновление постановки ценно в той мере, в какой она была и осталась запоздалым реваншем театрального формализма 20-х годов. Спектакль вобрал в себя эксперименты Лопухова и Голейзовского, Мейерхольда и Таирова, мюзик-холл и ТРАМ, фраки и прозодежду. Морской пейзаж и урбанистические виды в декорации Симона Вирсаладзе решены кубистски - через преломления и сочленения плоскостей и геометрических фигур. Подбором одежд, цветов и эстетски выстроенным светом хореограф и художник воздали должное мейерхольдовской идее цветовой характеристики персонажей. Они создали сценическое полотно, где положение бело-красных и черно-лиловых пятен на фоне, прорезанном ослепительно белыми или равномерно залитом лимонными лучами, так же важно, как расстановка персонажей и ритм перестроений, свой для каждой группы.

Но и в нынешней, урезанной до двух актов редакции трактовка положительного героя и конфликт остались прежними. Новизна могла бы появиться, если бы Григорович отказался от идеи борьбы социальных лагерей, если бы в вымороченный, парадно-зловещий ресторанный мир, блистательно решенный хореографически и режиссерски, за Ритой приходил герой цельный и положительный, но никем и ничем не связанный, человек ниоткуда. Тогда спокойнее воспринимались бы самоповторы Григоровича и заиграли бы два "балета в балете" - вставные адажио Риты и Бориса на медленные части форте-пьянных концертов Шостаковича, завершающие каждый акт.

Тогда, быть может, соперничество Бориса (Руслан Скворцов) и Яшки (Александр Воробьев сыграл его джентльменом-неврастеником) не отдавало бы наивным рационализмом. И Нина Капцова в роли Риты была бы интересна не только в моменты ожесточения, а каждую минуту, как сейчас Екатерина Крысанова - в роли Люськи, сообщницы и подружки Яшки. Ее неустанный, беспечный, деятельный танец выражает счастье человека при деле - и это самый замечательный поворот темы труда, какой дала трилогия балетов Шостаковича в Большом театре.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 10256

СообщениеДобавлено: Пн Апр 03, 2006 10:46 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2006040305
Тема| Балет, БТ, Персоналии, Д. Белоговловцев
Авторы| Дмитрий Абаулин
Заголовок| От Яшки до Спартака
Дмитрия Белоголовцева отчислили из балетмейстеров
Где опубликовано| «Российская газета»
Дата публикации| 20060403
Ссылка| http://www.rg.ru/2006/04/03/spartak.html
Аннотация|

Начался гастрольный тур балета Большого театра по городам Великобритании. Гастроли открылись в Бирмингеме спектаклем "Спартак". Заглавную роль в самом знаменитом балете советской эпохи исполняет Дмитрий Белоголовцев. Накануне отлета в Англию танцовщик ответил на вопросы "РГ".

Российская газета | На гастролях вы танцуете и Спартака, и Злого гения в "Лебедином озере". Какое у вас все же амплуа?

Дмитрий Белоголовцев | На этом вопросе я стараюсь не зацикливаться. Танцевать надо по возможности все - и классику, и современную хореографию. Недостатка в работе у меня никогда не было - я оказывался занят почти во всех самых интересных премьерах театра.

РГ | На днях прошла премьера "Золотого века". В свое время вы танцевали Яшку - это ваша первая роль в Большом, а уже через год - Спартак. Как вы думаете, почему на вас обратил внимание Юрий Григорович?

Белоголовцев | Я выступал на конкурсе и танцевал там танго из "Золотого века". Потом меня вызвали и сказали: "Юрий Николаевич дает тебе "Золотой век". Ты можешь выбрать или Бориса, или Яшку". Мне показалось, что Яшка интереснее. А "Спартак"... Со Спартаками всегда были проблемы. В тот момент танцевали Клевцов и Васюченко. Васюченко завершал карьеру, поэтому меня и назначили. Тогда не было принято отказываться от роли. Тем более когда ты такой молодой, нужно цепляться за партии.

РГ | А сейчас почему вас нет в составе "Золотого века"?

Белоголовцев | Расписание репетиций было составлено так, что пришлось выбирать: или "Золушка", или "Золотой век".

РГ | Не жалеете, что выбрали "Золушку"?

Белоголовцев | Все - и солисты, и кордебалет - работали с интересом, а это далеко не всегда бывает. Никого не приходилось заставлять. Может быть, это зависит от балетмейстера. Юрий Посохов - человек по-настоящему творческий. Он всех "заводил".

РГ | Перед отъездом за рубеж Посохов был ведущим солистом Большого. Вы застали его в театре?

Белоголовцев | Мы работали вместе только полгода, и я видел его только в "Блудном сыне". По-настоящему я с ним познакомился, только когда он ставил у нас "Магриттоманию".

РГ | Вы были первым исполнителем этого балета в России. Большая была разница в работе над балетами? Все-таки "Золушка" - это развернутая многоактная история, а "Магриттомания" - набор бессюжетных танцевальных зарисовок.

Белоголовцев | Разница в другом. "Магриттоманию" Посохов поставил сначала в Сан-Франциско, а над переносом большую часть времени работал его ассистент. Балетмейстер приехал дней за десять до премьеры, сказал, что все неправильно, очень многое переделал. А "Золушка" ставилась с нуля, и мы шли вместе с самого начала.

РГ | Посохов начал ставить, будучи активным танцовщиком. Нынешний руководитель балета Большого театра Алексей Ратманский многие годы и танцевал, и ставил. Вы ведь тоже учитесь на балетмейстерском отделении?

Белоголовцев | Я вас разочарую - уже не учусь. Меня отчислили.

РГ | За что?

Белоголовцев | За непосещаемость. Совмещать сцену и учебу оказалось физически невозможно. Ребятам из кордебалета или вторым солистам попроще. А у меня все время получалось, что в единственный выходной нужно с девяти утра до шести вечера сидеть на лекциях.

РГ | А со временем надеетесь окончить балетмейстерское образование?

Белоголовцев | В принципе, я окончил Московское хореографическое училище, у меня есть диплом педагога. Хотя мне кажется, что бумажка в нашем деле не так уж много значит. Если я куда-то приду на работу, то смотреть будут не на бумажки, а на то, что я умею как профессионал.

РГ | Вы едете в Англию не в первый раз?
Белоголовцев | Да, но обычно гастроли проходят в Лондоне. На этот раз - четыре города, в которых я никогда не был. А Лондон - в августе.

РГ | Правда ли, что в Лондоне критика более придирчивая, чем в других странах?

Белоголовцев | Мне кажется, она там более адекватная, чем у нас. Во всяком случае когда я читаю английскую прессу, я гораздо чаще соглашаюсь с мнением автора.

РГ | А публика сильно отличается от нашей?

Белоголовцев | Не очень, особенно по сравнению с бразильской или аргентинской. Там зрители свистят и улюлюкают, ногами топают, если им нравится. А в Японии все наоборот: все очень аккуратные, спокойные. А потом, когда выходишь после спектакля, тебя ждет толпа. Японцы вообще большие поклонники балета.

РГ | История балета XX века знает много замечательных дуэтов: Дудинская-Сергеев, Максимова-Васильев, например. Почему сейчас постоянных дуэтов стало меньше? Пришло время индивидуальных карьер?

Белоголовцев | Такая сейчас репертуарная политика. На мой взгляд, это не всегда правильно. Если танцуешь с кем-то постоянно, то перед спектаклем за два-три дня проверил поддержки, дуэты - и все. А если каждый раз новая партнерша, то приходится больше репетировать.

РГ | Вы родились не в Москве. А как попали в Московское хореографическое училище?

Белоголовцев | Отец у меня военный, и семья перемещалась по стране. Я родился во Львове.

РГ | Кто привел вас в балет?

Белоголовцев | Мама. Она всегда любила балет, танцевала сама - для души. Случайно услышала о наборе в хореографическое училище и отвела.

РГ | Никогда не говорили ей: что ж ты, мама, сделала?

Белоголовцев | Однажды была история. У меня сыну пять лет, и мама стала покупать ему какие-то книжки про балет. Я что-то сказал по этому поводу, и она спросила: "Разве ты не хочешь, чтобы он пошел в балет?" Я ответил: "Да упаси господи!". И в этот момент мама на меня так посмотрела...
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 10256

СообщениеДобавлено: Пн Апр 03, 2006 5:00 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2006040306
Тема| Балет, Премии, «Benois de la dance»,
Авторы| Александр ФИРЕР
Заголовок| ЧТО В ИМЕНИ?
Объявлены номинанты на приз «Бенуа»
Где опубликовано| «Вечерняя Москва»
Дата публикации| 20060403
Ссылка| http://vmdaily.ru/main/viewarticle.php?id=22251
Аннотация|

«Benois de la dance», учрежденная в 1991 году Международным союзом деятелей хореографии, будет вручаться в этом году в 14-й раз. Церемония награждения лучших хореографов и танцовщиков года, а также галаконцерт с участием финалистов и лауреатов пройдут 25 апреля на сцене Большого театра. А на следующий день там же состоится гала-концерт лауреатов приза «Бенуа» прошлых лет.
В состав жюри «Benois de la dance», бессменно возглавляемого Юрием Григоровичем, ныне вошли, в частности, бывший премьер Большого и Королевского балета Великобритании Ирек Мухамедов, блистательный в прошлом танцовщик Мариинского театра Серей Викулов, а также Доминик Кальфуни и Ана Лагуна. Легендарная французская балерина Доминик Кальфуни (кстати, еще и мама самой молодой звезды парижской Оперы 22летнего Матье Ганьо) когда-то всем на удивление бросила звездный Олимп парижской оперы и отправилась в Марсель за своим пигмалионом Роланом Пети. Известная танцовщица Ана Лагуна – муза и спутница знаменитого хореографа Матса Эка.
Интрига фестиваля «Бенуа» заключается в том, что каждый член жюри предлагает своих претендентов. Среди хореографов-номинантов этого года есть совсем неизвестные имена: Ан Сун-Су из Сеула, Сара Слиппер из балета Цинциннати. Но не слишком радуют и те, что на слуху. Борис Эйфман выдвинут за «Анну Каренину», уже получившую разгромную критику в прессе. А Николя Ле Риш – блистательный французский танцовщик (а теперь еще и хореограф), любимец парижан и москвичей, – за провальный балет «Калигула».
Не менее загадочно звучат имена номинантов среди танцовщиков: Ким Чжу-Вон и Ким Хен-Ун из Кореи, Джанесса Туше из балета Цинциннати, Ван Ди из Ансамбля песни и пляски Китайской армии за исполнение номера «Останься со мной». Из тех, кто хорошо известен в балетном мире, – Бенжамен Пеш, звезда парижской оперы, выдвинутый за отнюдь не лучшую свою партию – Ромео (бесспорно, коронная его партия – Федерико из балета «Арлезианка»).
Очень достойно представлен среди кандидатов Мариинский театр. Прежде всего это Леонид Сарафанов, известный своим виртуозным и чистым исполнением классики. Затем самая стильная балерина Мариинки Екатерина Кондаурова, которая особенно прославилась благодаря балетам Форсайта. А совсем юная Ольга Есина, третий сезон танцующая в кордебалете, выдвинута за партию Одетты-Одиллии, которую она исполнила всего несколько раз. Из Большого театра, как ни странно, на премию не выдвинут никто.
В этом году на «Бенуа» представлено не так много ярких номинантов. Зато грандиозным обещает стать гала-концерт «Звезды «Бенуа де ля данс». В нем примут участие истинные мировые звезды – просто балетный планетарий.
Лучший танцовщик «Нью-Йорк Сити балет» Дэмиан Вотцел, изысканные артисты из Штутгарта Сю Джин Канг и Роберт Тюсли, лучший любовный дуэт из лондонского «Ковент Гарден» Алина Кожокару и Йохан Кобборг, известная Джулия Кент из «Американского балетного театра», из Мариинки – Ульяна Лопаткина, носящая титул «божественная». Из Большого – Надежда Грачева, Галина Степаненко, Николай Цискаридзе и Светлана Захарова, которая покажет премьеру номера, поставленного специально для нее японским хореографом, а также впервые представит в России свою интерпретацию Фокинского «Лебедя».
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 10256

СообщениеДобавлено: Вт Апр 04, 2006 10:19 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2006040401
Тема| Современный танец, «Балет Евгения Панфилова», «Клетка для попугаев», «Половецкие пляски», «БлокАда»,
Авторы| Анна Гордеева
Заголовок| Сразу во многих измерениях
Завершились гастроли «Балета Евгения Панфилова»
Где опубликовано| «Время новостей»
Дата публикации| 20060404
Ссылка| http://www.vremya.ru/2006/57/10/149026.html
Аннотация|



Отличная площадка в центре города -- Малый театр. Но никакой рекламы, ни одной афиши по городу; но даже программок не выпущено, перед каждым спектаклем какая-то дама с величавостью ведущей детского утренника зачитывала по трансляции имена солистов и туманные (порой, к сожалению, даже стихотворные) пояснения к спектаклям. И развевающаяся на фасаде театра холстина-афиша переврала название одной из одноактовок, а спектакль, исполняемый одной из трех трупп театра, приписала другой. Пермский театр Евгения Панфилова, работающий в совершенно столичном качестве (никаких там скидок «на провинцию»), оказался представлен в Москве в безнадежно убогой организационной рамке.

А работают они действительно замечательно. Когда умирает создатель авторского театра (Панфилов погиб три с половиной года назад, ему было 46), у театра немного шансов остаться на прежнем уровне, тем более у театра балетного. Этих гастролей все ждали с нервом, с опаской: как сохраняется труппа? Как держится-помнится репертуар? Что нового в репертуаре появляется? И ответы, данные «Балетом Евгения Панфилова», позволяют надеяться на прочное будущее пермской труппы. И вспоминаешь не драматические театры, погибшие (пусть не организационно, но художественно) вслед за уходом лидера, но New York City Ballet, вполне счастливо существующий на баланчинском репертуаре.

Ничего не потеряно в качестве исполнения. Ни синхронность кордебалета, ни отвага солистов, с легкостью шарашащих рискованные акробатические трюки. Репертуар остался все тем же -- и все так же с веселым панфиловским цинизмом он делится на яркую, броскую, предназначенную для зарабатывания денег попсу и сложно-выверенные, не дающие зрителям поблажек спектакли.

Попсу работают при этом так же честно, хотя сам Панфилов, сдается мне, хохотал, сочиняя «Половецкие пляски» -- с завоевателями Руси, что сигают над сценой все в черном и золотом, а разрезы штанов вдоль бедер демонстрируют значительные части задниц, и с пленными русскими девушками, что шествуют печально в прозрачных светлых туниках и все как одна в белокурых париках. Но рядом с этой попсой - ставший последним панфиловский спектакль, «БлокАда» -- неудобная, мрачная, с агрессией Шостаковича и пыльными -- как из праха выкопанные письма -- записями песен военных лет. И до того искренняя, что оторопь берет. А рядом -- восстановленная «Клетка для попугаев».

Важно, что восстановленная и что восстановление в полной мере удалось -- Панфилов сочинил за жизнь около сотни спектаклей, и теперь это -- будущий хлеб театра. «Клетка», спектакль 1992 года, соединяет в себе лучшие черты панфиловского балета. Хореографу было мало плоскости сцены -- и он сотворил спектакль, часть действия в котором происходит на высоких жердочках клетки. Два обитающих в ней «попугая» (Алексей Колбин и Алексей Расторгуев) на этих жердочках сидят, с них свисают в немыслимых для человека позах -- и хореография захватывает высоту, третье измерение. Несколько «измерений» и в сюжете спектакля: «этюдно-подражательные» радости (как ходят герои, отлично переваливаясь по-птичьи, как всматриваются в окружающий мир, характерно передвигаясь вдоль границы своего домика), гейская love story, общий сюжет о взаимоотношениях артиста и публики (вокруг клетки бегают «зрительницы», присаживаются на стоящую рядом лежанку, внимательно за птичками наблюдают). «Клетка», как премьера, выставлена в этом году на «Золотую маску» (потому ее еще сыграют 10 апреля) -- и хотя конкурс в современном танце в этом году очень суров (еще три первоклассных спектакля), можно надеяться на то, что та точность, с которой артисты воспроизводят сплавленную в один спектакль насмешку, наблюдательность и тоску Панфилова, произведет впечатление на жюри.

Два спектакля, сделанных в театре уже без Панфилова, -- «Тирбушон» Алексея Расторгуева и «Мио, мой бедный Мио» Сергея Райника (премьер труппы стал теперь и ее худруком), не претендуют на великие открытия в танце, но четко обозначают пути, интересные только что начавшим ставить спектакли артистам. Райник исследует амплуа, выданные когда-то Панфиловым солистам, и сочиняет вариации на темы. Сам он в этом спектакле, как всегда был ранее, брутальный страдалец с тяжким грузом в душе; азартная и тяжкая пластика. Алексей Колбин -- принц, удивленная жертва; обморочные позы, умирания, потеря сил. У Райника не хватает еще чисто режиссерских умений -- у спектакля несколько ложных финалов, что создает усталость текста. Лучше с чисто режиссерскими вещами справляется в своем спектакле Расторгуев, но у него беднее чисто танцевальная лексика. В своей танцверсии «Ночного дозора» (как еще назвать спектакль, в котором парни в черном и парни в белом остервенело вцепляются в драке друг в друга, а их предводители иронично раскланиваются, а в финале и вовсе меняются черно-белыми костюмчиками?) он больше внимания отдал ритму, чем мелодии; впрочем, несколько кусков довольно эффектны.

В последний день гастролей какая-то дама выскочила на сцену со стихами самоличного сочинения (они были ужасны), и дымящийся от самодовольства продюсер гастролей пообещал еще не раз привезти театр в Москву. Ну, конечно, это же такой хороший бизнес -- люди станцуют, как в Европе, а ты даже на корректора для афиши не потратишься. Но Панфилов воспринимал российскую действительность такой, какова она есть. Никому не жаловался. Театр и в этом продолжает жить по его правилам.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 10256

СообщениеДобавлено: Вт Апр 04, 2006 10:37 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2006040402
Тема| Балет, БТ, Финансы
Авторы| Маргарита Удовиченко
Заголовок| По Большому счету
Где опубликовано| «Финанс» № 13
Дата публикации| 20060403
Ссылка| http://www.finansmag.ru/27092
Аннотация|

Опыт. Большой театр на себе испытал все «прелести» антикризисного менеджмента, благодаря которому музыкальный «музей» превратился в успешное театральное предприятие. Правда, его руководство экономика, похоже, волнует больше, чем творчество.



Кризис жанра. В советскую эпоху летучие, высокотехничные, нереально прекрасные балеты Государственного академического Большого театра (ГАБТ) были больше, чем просто локальными культурными достижениями — они были идеологическим символом благополучия и процветания всей коммунистической державы. Символом, пригодным как для внутреннего пользования, так и для экспорта. Почти таким же мощным и действенным, как полеты в космос и улыбка Гагарина. Большой находился под пристальным, пристрастным вниманием государства и особой опекой ЦК КПСС, поэтому в театре были особые условия, зарплаты и льготы. Все это исчезло вместе со Страной Советов. Такому огромному и консервативному организму, какой представлял собой Большой в эпоху перемен, было крайне сложно адаптироваться к новым экономическим и общественно-политическим условиям. При потере поддержки со стороны государства, и финансовой в первую очередь, театру нужно было самостоятельно приспосабливаться к рыночной экономике.
Но в лихих 90-х он погряз в кадровых войнах, исправно менял худруков и директоров и изредка выпускал негромкие премьеры. Артисты же, преимущественно из кордебалета, взяв отпуск в родном театре, сбивались в «звездные» группы и разъезжали по миру с гастролями, незаконно используя брэнд Большого в личных целях, что, разумеется, не способствовало укреплению его авторитета. Лучшие сотрудники — в особенности оперные певцы, дирижеры и музыканты оркестра — уезжали жить и работать на Запад. ГАБТ медленно, но верно скатывался к обочине мирового музыкального процесса. Под легендарными колоннами театра сновали сотни спекулянтов, наживавшихся на продаже билетов. Ситуация в театре однозначно требовала новых подходов, причем именно управленческих.

Покажи мне деньги. Приход на пост гендиректора ГАБТа Анатолия Иксанова в сентябре 2000-го в широких театральных кругах был мало кем замечен, потому что одновременно с ним художественным руководителем театра был назначен прославленный дирижер Геннадий Рождественский (он уйдет в отставку через полтора года, так и не реализовав свой главный творческий проект — постановку первой редакции оперы Прокофьева «Игрок»). А худруки Большого традиционно вызывали больший интерес, чем директора. Но между тем именно появление Анатолия Иксанова ознаменовало начало нового периода в истории Большого театра. Периода с явной экономической окраской.
Сразу же осознав, что в чрезвычайно запутанных делах театра в одиночку разобраться физически невозможно, Анатолий Иксанов прибегнул к помощи международной консалтинговой компании McKinsey, имевшей большой опыт по оптимизации управления музеев и театров — в России к тому времени подобный проект был осуществлен с петербургским «Эрмитажем». «Наша первоначальная задача была провести диагностику состояния театра, разработать стратегию развития, то есть создать оптимальные условия для раскрытия творческого потенциала и провести управленческие усовершенствования. В тот период театр просто задыхался от недостатка финансирования: он терял таланты, выпускал две-три новых постановки в год, а это очень мало. Уровень зарплат солистов был на порядок ниже зарплат, которые получают солисты в любом ведущем театре мира. В такой ситуации реализовывать амбициозные творческие замыслы было просто невозможно», — вспоминает партнер McKinsey & Company Виталий Клинцов.
После диагностики была разработана долгосрочная программа необходимых театру усовершенствований, но из более чем десяти пунктов сразу же были выделены две основные инициативы, которые требовали немедленной реализации, — реорганизация продажи билетов и создание эффективной работы со спонсорами — членами попечительского совета. Приоритетной задачей было максимально быстрое увеличение доходов театра.
Большая часть денег, которые зрители платили за билеты (две трети), оказывалась в руках спекулянтов и до театра не доходила — по самым грубым оценкам, в их карманах оседало около $2,5 млн. Даже если перекупщики не все продавали, в убытке они не были — «товар» реализовывался на порядок выше номинала. «Тогда билеты официально стоили мизерных денег, — объясняет Виталий Клинцов, — и спекулянт выкупал за копейки по 100-200 штук. Не только у кассиров, но и у артистов, которым таким образом компенсировали маленькую зарплату. Анализируя ситуацию, мы внедрились в ряды перекупщиков и выяснили, сколько они зарабатывают. Для выхода из ситуации было решено изменить систему ценообразования».
Были оставлены недорогие билеты — по 10 и 20 рублей — примерно на 300 мест, но резко подняты цены на лучшие места. Разница в ценах в зависимости от места стала более существенной. Стало учитываться множество факторов: день и время спектакля (пятничные и субботние спектакли дороже, чем идущие во вторник, вечерние — чем утренние), популярность постановки (балет дороже, чем опера, одноактные балеты дешевле двух-, трехактных). По спекулянтам нанесли еще один весомый удар — открыли кассу непосредственно в основном здании театра, ранее ближайший пункт продажи билетов располагался в здании соседнего Молодежного театра (РАМТа). Стало возможным купить билеты через интернет — услуга, нацеленная на состоятельных россиян и иностранцев.

«Могучая кучка». В мире существует две модели финансирования репертуарных театров — американская, когда доход некоммерческой организации в основном обеспечивается спонсорами и постоянными благотворителями, и европейская, когда театр существует за счет государственных субсидий: репертуарные театры никогда не самоокупались. Чтобы развиваться, Большому надо было перестать целиком и полностью зависеть от государства и отыскать дополнительные источники доходов. Проблему помогли решить активная работа со спонсорами, которая раньше велась бессистемно и хаотично, а также создание в 2001 году попечительского совета.
В театре выделили отдельное подразделение по работе с благотворителями, разработали стратегию их привлечения и подготовили подробное мотивированное объяснение их выгод от подобного сотрудничества, в первую очередь налоговых и имиджевых. Важным было наладить эффективную работу фандрейзеров, учесть возможные мотивы оказания помощи — от альтруистичной любви к искусству до стремления прорекламировать себя должным образом и иметь доступ к vip-ложам — и обеспечить прозрачность расходования спонсорских средств. Сегодня материальную помощь театру оказывают концерны Shell, BMW, Samsung, Hennessy, Банк Москвы, банк «Сосьете Женераль Восток» и др. Театру помогают не только крупные компании, но и частные лица, и разброс спонсорских взносов велик — от $10 до $100 тыс.
А вот чтобы стать попечителем Большого театра, недостаточно единожды перечислить на его счет внушительную сумму. Для этого вам, во-первых, нужно быть богатым — членство в этом привилегированном «клубе» обходится в $250 тыс. в год, а во-вторых, быть готовым помогать не только материально, но и генерировать идеи, давать грамотные бизнес-советы, оказывать методологическую и юридическую поддержку. То есть оказывать всеобъемлющую помощь в решении насущных проблем Большого и реализации его амбициозных задач в осуществлении новых постановок, организации гастролей, привлечении звезд и т. д. Выполнение всех этих условий позволяет носить гордое звание мецената высокого полета и спасителя отечественной культуры — обычно это оказывает весьма благотворное влияние на самый спорный имидж.
В состав попечительского совета входят «Лукойл», «Базовый элемент», «Транснефть», Внешторгбанк, «Северсталь-групп», а также представляющие сами себя Виктор Вексельберг (миллиардер № 5 в рейтинге «Ф.»), Алишер Усманов (№ 20) и Петр Авен (№ 40). Как привлекались члены совета? Был составлен целевой список, а потом организовывались встречи с представителями российской бизнес-элиты. Согласились на предложение Большого, конечно, не все.
По уставу попечители не имеют права вмешиваться в творческую деятельность театра, но, ознакомившись с долгосрочным репертуарным планом, могут выбирать постановки, которые им ближе по духу, и оказывать им целевую поддержку. Миллиардер № 10 Алексей Мордашов явно не равнодушен к русским классикам XX века — его «Северсталь-групп» выделила оперу «Леди Макбет Мценского уезда» и балеты «Болт» и «Золотой век» Шостаковича, а также оперу «Огненный ангел» Прокофьева. «Базовый элемент» предпочел поддержать драматичного «Мазепу» Чайковского, а Внешторгбанк — авангардную оперу Стравинского «Похождение повесы» и благолепную «Снегурочку» Римского-Корсакова. Так в ГАБТе удалось внедрить смешанную модель финансирования: театр обеспечивают и государство, и благотворители.

Для удобства. После решения первостепенного денежного вопроса Большой взялся за оптимизацию внутренних процессов, которые не были выстроены. В театре царил административный и кадровый хаос: ответственность за важнейшие решения лежала на всех руководителях вместе и ни на ком в отдельности, десятки людей вообще не могли четко сформулировать, в чем именно состоит их работа, долгосрочного планирования не существовало в принципе. Чтобы решить стратегическую задачу — перейти на усиленный режим работы, в 2002 году было создано новое подразделение, занимающееся координацией работы всех внутренних служб театра. «Продюсерский центр был призван придать управлению творческим процессом более осмысленный, рациональный, экономически более целесообразный характер, обеспечить интенсивный график выпуска новых постановок и гастрольной деятельности. Обоснованная амбиция Большого театра — находиться в мировом музыкальном контексте. И было бы нелепо полагать, что если мы будем планировать нашу жизнь на полгода вперед, то в этот контекст попадем. Чтобы жить и работать с коллегами в одном ритме, приходится планировать на два-четыре года вперед. Тогда у нас возникает обоснованная возможность приглашать лучших солистов, режиссеров, художников», — рассуждает заместитель гендиректора Большого театра и руководитель продюсерского центра Антон Гетман.
Новое подразделение занимается как стратегическим, долгосрочным планированием, так и планированием текущего репертуара, а также организацией гастролей, международной деятельностью, координацией и выпуском новых постановок. Важная функция — составление бюджета будущего спектакля, подсчет всего того, чем необходимо обеспечить постановочную группу, — гонорары, авторские отчисления или приобретение авторских прав, переезды, перелеты, проживание в гостиницах и т. д.
В театре выстроена система, когда один исполнительный продюсер полностью отвечает за одну конкретную постановку (иногда — за несколько). Он выстраивает план выпуска спектакля, ведет переговоры и заключает контракты с приглашенными звездами, утрясает проблемы по авторским правам, в общем, осуществляет более 200 операций. «Принципиальное качество для продюсера — умение разговаривать и слушать, расположить к себе творца — какой бы у того ни был сложный характер. Продюсеры — в известной степени психотерапевты, потому что бывает трудно, бывают истерики, бывают недовольства, разочарования. Театр делают персоналии, и к каждому нужно найти подход. Наша задача — создать те условия, в которых творить будет комфортно», — говорит Антон Гетман.

Достижения и скандалы. Чем конкретно можно гордиться новому руководству? Прежде всего цифрами. Бюджет за последние четыре года вырос в три раза — если в 2001 году он составлял $17,7 млн, то в 2005-м — $53,7 млн. Государство теперь выделяет театру в четыре раза больше средств — с $10,1 млн отчисления выросли до $39,5 млн. Попечители и спонсоры приносят $3 млн (ранее — $1,9 млн). Но главное, что если в начале 2000-х Большой зарабатывал на билетах $5,7 млн, то теперь — $11,2 млн. Правда, спекулянты как были, так и остались — Анатолий Иксанов уверяет, что раньше их было несравненно больше, тем не менее полностью искоренить «мафию» у него не получилось. Ей удается зарабатывать даже на спектаклях, цены на которые необоснованно завышены, как, например, на балет Григоровича «Золотой век». В день премьеры самый дешевый билет в кассе стоил 2,9 тыс. рублей. Право, «залатанная» старая постановка без капли оригинальности и новизны того не стоила.
За последнюю пятилетку театру удалось наладить партнерские отношения с ведущими музыкальными центрами мира. Впервые за 18 лет труппа Большого выступила на сцене лондонского Ковент-Гардена, впервые за 13 лет — на сцене Парижской оперы и спустя десятилетие оказалась на гастролях в Метрополитен-Опера. Также у миланского Ла Скала был приобретен легендарный «Фальстаф», поставленный Джорджо Стрелером в 1980 году. Правда, критики театра сразу же напомнили Большому, что раньше он был силен собственными, а не перенесенными чужими постановками.
Хотя этот аргумент кажется притянутым «за уши». Главный музыкальный театр страны, отметивший в конце марта 230-й день рождения, плодовит как никогда, и даже после закрытия основной сцены он умудряется выпускать премьеру за премьерой: за последние четыре месяца было показано три новые постановки — «Война и мир», «Золушка» и «Золотой век». Но ни одна из них событием не стала. Вообще создается впечатление, что в обществе куда больше обсуждаются не достоинства свеженьких опер и балетов, а бесконечные скандалы.
Их за последние годы было немало. Вспомнить хотя бы увольнение из театра Анастасии Волочковой и два судебных иска, которые она вчинила Большому и лично Анатолию Иксанову. Первое разбирательство за незаконное увольнение балерина выиграла, потому что театр при этом допустил все мыслимые нарушения. Правда, восстановленной судом артистке перестали давать главные партии. И тогда она подала в суд на гендиректора Большого, якобы публично ущемляющего ее честь и достоинство, но на этот раз проиграла. Резонанс в обществе вызвало и массовое увольнение 300 сотрудников в августе прошлого года. Правда, наученный горьким опытом театр смог провести неприятную процедуру «чисто», без нарушений, и как следствие выиграл все судебные разбирательства с уволенными. Досталось Большому и за скандал перед декабрьской премьерой «Войны и мира», когда главный дирижер спектакля Мстислав Ростропович за несколько дней до события разругался с руководством театра из-за несоблюдения условий контракта, и за демонстративный выход из состава попечительского совета московского мэра Юрия Лужкова. Но самые бурные обсуждения касались «Детей Розенталя», современной хулиганской оперы на либретто cкандального писателя Владимира Сорокина, и начавшейся реконструкции основного здания, на которую, по предварительным подсчетам, государство потратит никак не меньше 20 млрд рублей.
i
АНАТОЛИЙ ИКСАНОВ — дипломированный театральный менеджер. В 1977 году окончил ЛГИТМиК по диковинной на тот момент специальности «экономика и организация театрального дела», после чего 20 лет проработал в товстоноговском БДТ сначала главным администратором, потом замдиректора и, наконец, директором. В начале 90-х стажировался в США, где узнал о фандрейзинге и организовал по возвращении благотворительный фонд БДТ.

АЛЕКСАНДРА ДУРСЕНЕВА, солистка Большого театра:
- Если раньше на мои заработки в театре прожить было невозможно — $1 тыс. отпускных казалась фантастикой, поэтому я постоянно работала по контракту на Западе, то за последние годы мы стали получать в три-четыре раза больше. И $4 тыс. в месяц уже кажутся вполне обыденной суммой. Но чтобы зарабатывать столько, надо ежемесячно участвовать в пяти-шести спектаклях. А если твоих названий в афише нет, приходится довольствоваться мизерной фиксированной зарплатой в 3 тыс. рублей. Правда, оперная дирекция при планировании текущего репертуара старается никого не обидеть. У нас в труппе хорошие, человеческие отношения, нет повального блата и большая степень свободы — мы более самостоятельные артисты, чем в других театрах. Сейчас в театре идет масштабная работа, и позитивные перемены налицо. Плохо только, что у нас с руководством нет непосредственной связи. Раньше можно было прийти на что-то пожаловаться. Но Анатолий Иксанов сразу же стал позиционировать себя как менеджер, а не отец артистов. Правда, я знаю несколько случаев, когда он поступил очень порядочно, сделав то, что совершенно не был обязан.

ЗУРАБ СОТКИЛАВА, оперный певец:
- Из-за реконструкции основного здания масштабные русские оперы перестали появляться в афише, потому что их нельзя перенести на Новую сцену. Но и «Хованщина», и «Борис Годунов», и «Пиковая дама» могли бы идти в Кремлевском дворце, но этого не происходит — там показали всего несколько спектаклей, да и то балеты. Репертуарная политика театра — выпускать постановки, которые могут поместиться на Новой сцене. Но я, например, не считаю филиал — Большим театром, ведь там не шли те великие спектакли, не выступали те великие артисты, которые сделали ему имя. В недавней премьере «Война и мир» мне, кроме оркестра, ничего не понравилось. Есть много театров, где можно экспериментировать, — в Большом эксперименты не нужны. Там надо ставить то, что хорошо апробировано, и приглашать лучших мировых артистов. Сейчас действует контрактная система, и это стало возможным.

Дело о реконструкции
Работы по реконструкции и реставрации Большого театра ведутся с 1990 года, хотя основное здание закрыли только летом прошлого года. До недавнего времени никто не представлял себе объема проблемы и громадности той суммы, которую государству придется выделить из бюджета. Председатель совета директоров СУИ-холдинга (генподрядчик реконструкции) Азарий Лапидус объясняет: «Во время работы театра было невозможно оценить фактическое состояние здания. Теперь же можно сказать, что несущие конструкции находятся в гораздо худшем состоянии: некоторые стены держались только за счет собственного веса». Когда театр обозначил все свои нужды и требования, оказалось, что на реконструкцию, которую планируют завершить в 2008 году, понадобится 25 млрд рублей, то есть почти $1 млрд (для сравнения — на реконструкцию Мариинского театра планируют потратить $360 млн). После того как глава Минэкономразвития Герман Греф заявил о «фантастичности суммы», из небытия выплыла скандально известная компания «Мабетекс», которая проявила желание реконструировать Большой всего за 9 млрд рублей. Попытка внедриться в процесс реконструкции не удалась. Но аппетиты пришлось поумерить и отказаться от сооружения подземной автостоянки и переделки художественно-производственных мастерских. В результате сумма сократилась до 20,5 млрд рублей.
i
ФАНДРЕЙЗИНГ (от англ. fund-raising) — сбор внебюджетных, спонсорских средств для осуществления социально значимых проектов, программ, акций или поддержки некоммерческих организаций — культурных, образовательных, здравоохранительных.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 10256

СообщениеДобавлено: Вт Апр 04, 2006 10:45 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2006040403
Тема| Балет, БТ, Финансы, Персоналии, А. Иксанов
Авторы| Маргарита Удовиченко
Заголовок| Анатолий Иксанов: «У нас не скандал, у нас рабочая ситуация»
Где опубликовано| «Финанс» № 13
Дата публикации| 20060403
Ссылка| http://www.finansmag.ru/27094
Аннотация| Интервью. Генеральный директор ГАБТа Анатолий Иксанов рассказал,что нужно сделать для превращения театра XIX века в современную площадку.

- Анатолий Геннадьевич, что вы сделали за шесть лет на посту гендиректора театра?

- Есть такая поговорка «нет денег — нечего строить». Поэтому для того, чтобы что-то менять в театре, надо было найти дополнительные источники доходов. С задачей мы справились, что позволило увеличить и заработную плату, и количество новых постановок, а это вещь крайне дорогостоящая в оперно-балетном искусстве. Далее мы возобновили творческие отношения с ведущими музыкальными театрами Европы: парижской Гранд-опера, Ковент-Гарденом. Нельзя сказать, что мы куда-то уходили с мировых площадок, но уровень наших гастролей стал иным — по важности, по реакции публики, по уровню профессиональной подготовки туров. Создание попечительского совета гарантировало получение дополнительных доходов на годы вперед, а это дало возможность от текущего планирования творческой деятельности перейти на перспективное — и это тоже завоевание последних пяти лет. Еще один важный момент — открытие Новой сцены и тем самым создание возможности для закрытия на ремонт основного здания. Этот процесс был очень длительным: было разработано девять вариантов проекта реконструкции и только последний был утвержден.

- Придя в Большой, вы сразу же изменили «билетную» политику. В чем именно состояла проблема? И каков был рост доходов от реализации билетов?

- Проблема была в том, что цены на билеты, которые предлагал театр, были гораздо ниже их рыночной стоимости. Разница между двумя ценами оседала в карманах сотен спекулянтов, которые наводняли подходы к театру и начинали мучить прохожих предложениями билетов в Большой уже у метро (спекулянты остались и сейчас, но их единицы). Нами совместно с компанией McKinsey была проведена большая работа — кардинально изменена система продажи билетов. По нашим первоначальным расчетам, доходы от реализации билетов должны были увеличиться на $2 млн, в результате, когда мы все довели до ума, доходы возросли на $4,6 млн — такой был потенциал. Как только доходы стали увеличиваться, мы тут же начали повышать заработную плату.

- И насколько за последние годы повысились зарплаты в театре?

- Зарплаты творческих работников выросли в 5 раз, остального персонала — в 3 раза по сравнению с 2000 годом. Здесь очень важную роль сыграл президентский грант. Мы полностью переработали системы мотивации и оплаты труда. Зарплаты у артистов складываются из фиксированной и переменной частей, последняя зависит от качества и количества исполняемых ролей.

- Сколько в среднем получают звезды и рядовые артисты?

- В опере качество исполнительского мастерства оценивается по пятибалльной системе комиссией, состоящей из режиссеров и дирижеров, которые присутствуют на каждом спектакле, оценивают работу артистов и по результатам сезона пофамильно расставляют баллы. Также оценивается и сложность каждой партии. Эти две цифры и определяют оплату труда за спектакль. Дальше она умножается на количество спектаклей... В балете другая система оплаты, учитывающая специфику танцевального жанра. Прима-балерина и ведущий артист балета получают в среднем 100 тыс. рублей в месяц, в кордебалете — около 25 тыс. рублей.

- Почему Большой решил «избавиться» от 300 человек летом прошлого года?

- Была абсолютная, стопроцентная необходимость сокращения персонала: Большой театр по численности был и остается крупнейшим театром в мире. Можно было бы сократить гораздо больше людей — качество выпускаемой нами продукции от этого не изменилось бы, а может, и улучшилось. Но действующее трудовое законодательство не позволяет нам этого сделать: например, мы не имеем права сокращать матерей-одиночек и людей предпенсионного возраста. Отсюда очень много проблем — с формированием труппы, с привлечением молодежи. Избавиться от части кадрового балласта нам помогло закрытие основного здания и такое понятие как «сокращение численности в связи с уменьшением объема работ».

- Среди уволенных был не только технический персонал, но и творческие работники. Как определялось, кто именно должен уйти?
- Весь прошлый год до закрытия театра нами проводились аттестации по всем творческим коллективам. Аттестационные комиссии для пущей объективности возглавляли сторонние специалисты. По результатам аттестаций и были проведены сокращения. Но балласт остался. В 2002 году был введен новый трудовой кодекс, и в соответствии с ним творческие работники теоретически могли быть переведены на так называемую контрактную систему, которую используют все ведущие театры мира. Но чтобы это можно было сделать, правительство должно утвердить перечень творческих профессий, но он до сих пор не утвержден. Поэтому у нас связаны руки, поэтому нет ротации внутри творческого коллектива. А если нет ротации, театр начинает закисать.

- Массовое увольнение сотрудников имело какие-то негативные последствия?

- Мы отдавали себе отчет в том, насколько это непростая ситуация, юридически непростая, и поэтому выверяли каждый шаг. Все процедуры должны были соответствовать закону — по сути, по срокам, по документам. Потому что, если допустить хоть малейшую ошибку, суд восстановит всех уволенных. У нас все было разработано буквально по дням, когда что должно быть сделано. В театре была проверка прокуратуры на законность проводимых сокращений, была проверка инспекции по труду. Они подтвердили, что нарушений нет. В результате все судебные разбирательства были нами выиграны.

- Как появилась идея создания при Большом театре попечительского совета? Как отбирались его члены?

- В 1991 году, в переломный для страны период, я оказался в США на стажировке и оттуда привез идею фандрейзинга и попечительских советов. По возвращении мною был создан первый попечительский совет и фонд при БДТ, который, кстати, по сей день работает успешно, это показывает, что мы его ладненько сконструировалиѕ В 90-е годы Большому театру спонсоры давали деньги, но, во-первых, это были разовые пожертвования, во-вторых, их делали исключительно западные компании. Мы поставили перед собой задачу привести работу со спонсорами-попечителями в определенную систему, с тем чтобы мы точно знали, сколько у нас денег в долгосрочной перспективе, и привлечь в совет именно российские фирмы. Нам было важно доказать отечественному бизнесу необходимость поддержки отечественной культуры. И нам это удалось.

- Как вы отреагировали на демонстративный выход из попечительского совета Юрия Лужкова?

- Этот поступок был для меня абсолютно неожиданным и странным, вызвал сначала недоумение, потом обиду. Причина, по которой Юрий Лужков, по словам его пресс-секретаря, вышел из совета, а именно из-за несогласия с завышенной суммой реконструкции Большого театра, показалась мне абсурдной. Потому что попечительский совет никакого отношения к реконструкции не имеет. Этот эмоциональный поступок для нас ничего не изменил, как и для остальных попечителей.

- Удалось ли разрешить вопрос о сокращении госфинансирования реконструкции основного здания?

- Да, практически все спорные вопросы нам удалось утрясти. И работы идут полным ходом. Я прекрасно понимаю, что суммы, которые, по расчетам, придется затратить на реконструкцию, велики для государства, но это уникальный по сложности объект, какого еще не было в мире. Здесь важно и сохранение памятника архитектуры, а значит, неизменность существующих габаритов и объемов здания и создание новых технических и технологических условий. Мы очень ограничены в пространстве, в этом смысле Ковент-Гардену и Ла Скала, которые недавно прошли процесс реконструкции, было гораздо проще — они расширялись влево, вправо, достраивались сзади. Нам приходится уходить под землю, чтобы из театра XIX века, которым Большой оставался до сих пор, сделать театр XXI века.

- Почему процесс реконструкции сопровождается бурным
обсуждением в обществе? Как повлияло на Большой возникновение из ниоткуда печально известного «Мабетекса»?


- Во-первых, сумма действительно велика. Во-вторых, нельзя сбрасывать со счетов и субъективные моменты — изначально было множество организаций, желавших участвовать в процессе реконструкции. Это ведь лакомый кусок — и большие деньги, и занятость людей на долгое время. Сложная сама по себе ситуация искусственно подогревалась: те, кто не выигрывал в конкурсах, поднимали общественную волну. Возникновение «Мабетекса» было активной попыткой внедриться в процесс реконструкции, причем уже на том этапе, когда проект был принят и утвержден, попыткой отменить результаты проведенных конкурсов. Естественно, этого сделать не удалось. Потому что конкурсы проводили вполне открыто, и их законность подтвердили и Минэкономразвития, и Счетная палата, и другие организации. Я не удивлюсь, если будут предприниматься новые попытки теперь уже внедриться на субподряд.

- Что сделано для удержания труппы во время периода реконструкции?

- Несмотря на то что Основная сцена закрылась, мы продолжаем выпускать четыре-пять премьер в год. Принципиально важно занимать людей в новых работах. Потому что если артист не занят, он начинают интриговать. И если руководитель не занимается коллективом, коллектив занимается руководителем. Еще нужно сохранить репертуар — к сожалению, не все спектакли мы можем играть на Новой сцене, она слишком маленькая для монументальных постановок. Поэтому мы задействовали сцену Кремлевского дворца, показываем там «Дочь фараона», «Евгения Онегина», «Ивана Сусанина». И конечно, огромное количество гастролей. Просто непрерывных.

- Многие воспринимают Большой театр как нечто незыблемое, как музей. Возможно, этим был вызван шквал критики, который обрушился на театр в преддверии премьеры «Детей Розенталя»?

- Это не совсем так, под этим «Розенталем» было множество слоев. А вообще постоянно идут споры о том, что такое Большой театр — музей или живой организм. Я считаю, что живой организм. В этом смысле нам очень помогло открытие Новой сцены, которую мы позиционировали как экспериментальную. И здесь у нас были развязаны руки. Я никогда бы не решился поставить «Детей Розенталя» на Основной сцене. А это ведь первая опера, которую за многие десятилетия театр сам заказал. Это ведь не песенку написать, это работа многих-многих месяцев, а то и лет. Но мы смогли убедить Леонида Десятникова принять участие в проекте. Он согласился, потому что новый Большой для него был интересен.

- Театр выиграл или проиграл из-за этой устроенной депутатами и примкнувшими бури в стакане воды?

- Конечно, выиграл. И прежде всего потому, что об опере стали говорить и спорить. Это доказало, что опера — жанр живой, а не умирающий, как многие считают. Мы объявили о желании делать «Детей Розенталя» за полтора года до премьеры, и на устроенной по этому поводу пресс-конференции один из журналистов спросил, не боимся ли мы скандала, а значит, и провала. Я ответил: «Поверьте, реклама оперы уже началась — с этого вопроса». Естественно, задолго до премьеры все билеты были проданы. Прошлой осенью мы свозили «Розенталя» в Петербург. Тоже бурные обсуждения, отчаянные споры, но яблоку в зале негде было упасть. Как говорится, любая реклама хороша, кроме некролога. Все, что происходит в Большом театре, рассматривается под микроскопом. Любое локальное событие раздувается в скандал. Мне постоянно говорят: «Вот, у вас снова скандал!» А я отвечаю: «У нас не скандал, у нас рабочая ситуация».
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 10256

СообщениеДобавлено: Вт Апр 04, 2006 3:21 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2006040404
Тема| Балет, Парижская опера, Вечер одноактных балетов, «Bella Figura», «Дыхание времени» , «Воздух», Персоналии, И. Килиан, А. Лаграа, С. Тесигавара
Авторы| Гюляра Садых-заде
Заголовок| Духи ветра и дыхание времени
Вечер одноактных балетов в Palais Garnier
Где опубликовано| «Газета»
Дата публикации| 20060404
Ссылка| http://www.gzt.ru/culture/2006/04/03/210124.html
Аннотация|

В Парижскую оперу все чаще приглашают поработать мастеров современного танца. В прошлом сезоне оперу Глюка «Орфей и Эвридика» ставила «бабушка» contemporary danse Пина Бауш. В этом сезоне главным событием стала постановка на сцене пафосного Palais Garnier одноактных балетов, представляющих за один вечер стиль и философию хореографов трех разных поколений: Иржи Килиана, Абу Лаграа и Сабуро Тесигавара. Опус последнего называется «Воздух».



Один из самых авторитетных балетмейстеров среднего поколения, танцор и скульптор, Сабуро изучал танцы и пластические искусства в Токио и в Лондоне и основал в 1980-х вместе со своей студенткой Кай Мията группу Karas. Начиная с середины 90-х годов он активно ставит примерно по одному спектаклю в год, каждый из которых становится сенсацией.
Тесигавара ищет и находит новые пластические возможности тела и строит на них блестящий и холодный танец, в котором чисто японское, отрешенно-медитативное мироощущение, и японские визуальные мотивы преломлены сквозь призму эстетского минималистского танца.
«Я был художником, но не был удовлетворен. Я хотел иметь прямой контакт с живым материалом. И мое собственное тело стало этим материалом», - писал Тесигавара в начале пути. Первые свои опусы он танцевал сам, затем стал сочинять многофигурные композиции, обнаруживая в них удивительную способность изящно и разнообразно передавать в танце тончайшие субстанции. «Воздух», восстановленный на сцене Garnier, - это утонченная четырехчастная хореографическая фантазия на тему ветра, моря и одиночества. Сцена пустынна, как бывает пустынен пляж осенью. На заднем плане - нечто вроде нарисованной мозаичной стены. Желтые, песочные и голубые квадратики складываются в плавно-волнистые горизонтальные линии, навевая поэтические ассоциации с песчаными дюнами и морским прибоем. На переднем плане - гибкая фигура Митеки Кудо: полощутся тонкие руки, словно пушистый ковыль под порывами ветра, такой часто растет на дюнах. На заднем плане - силуэт Шарлотт Рэнсон: она колеблется нефиксированно, неоформленно, в своем ритме. Текучие, зыбкие, удлиненные линии, прозрачные, невесомые ткани костюмов и голос одинокого рояля, выводящего простейший звукоряд (музыка Джона Кейджа).
Во второй части - Dream («Сон») - в водоросли женских рук вторгается активное мужское начало: звезда парижской труппы Кадер Беларби танцует энергическое соло. В финале - In a Landscape («В пейзаже») - к нему присоединяется романтичный Джереми Белингард.
Следующая композиция вечера - «Дыхание времени» - поставлена относительно молодым французским хореографом Абу Лаграа. Закончив национальную консерваторию в Лионе, он основал в 1997 году группу La Baraka и поставил с той поры шесть балетов, в которых активно осваивал хип-хоп, синтезированный с элементами этно и классического танца. Лаграа так же, как и японец, размышляет на тему воздуха и ветра. Но он гораздо более многословен, а его хореографическое мышление менее концентрированно и эмблематично. Лаграа сочинил протяженную 46-минутную композицию, нечеткую по форме и довольно загадочную по содержанию. Судя по косвенным признакам, Лаграа интересует человек, который вынужден противостоять натиску стихий.
Черное и мрачное пространство сцены косо окаймлено ледяными белыми завесами, сквозь них незаметно «просачиваются» танцоры, постепенно заполняющие и обживающие сцену. В центре - женская фигура (Мари-Агнес Гило) и ее экспрессивный, угловатый, тяготеющий к земле танец. Ее партнеры (Манюэль Легри и Вильфрид Ромоли) обволакивают женщину телами и плетут сложный, полифоничный, извилистый узор: патетика и нежность, страсть и жалость.
Третью часть балетного вечера составила знаменитая Bella Figura («Прекрасная фигура») Иржи Килиана. Созданная в 1995 году для труппы Нидерландского театра танца (NDT-1), она многократно переносилась на разные сцены. Килиан, патриарх жанра, сотворил необыкновенно красивое, парадоксальное по смене настроений и новаторское по театральным приемам, зрелище, удивительно цельное, гармоничное и, вместе с тем, чарующе таинственное. Находки Килиана в Bella Figura неоднократно тиражировались потом в балетах его эпигонов: и прием «обволакивающей поддержки», когда балерину словно обхватывает занавес, и она, полускрытая материей, словно парит. И прием моделирования сцены с помощью опускающихся полотнищ: они «отсекают» от зала куски сцены, образуя укромные ниши, в которые, как в рамки картины, искусно вписаны «прекрасные фигуры». Балерины в пышных красных юбках и топлесс, с выразительными извивами рук; подвижный, изменчивый, выражающий мельчайшие движения души, танец на старинную музыку Перголези, Вивальди и Торелли. Килиан - замечательный мастер неоклассического стиля - словно приглашает в увлекательное путешествие по самым затаенным уголкам человеческой души, используя в своем арсенале и классику, и фольклор, и джаз.
В Bella Figura Килиана блистали лучшие танцоры парижской труппы, и несмотря на лаконичность балета, Килиан успел выразить в нем столь сильные, точные эмоции и глубокие мысли, которые и во сне не привидятся его более молодому коллеге Абу Лаграа.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 10256

СообщениеДобавлено: Вт Апр 04, 2006 3:24 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2006040405
Тема| Балет, МТ, «Драгоценности», Записи спектаклей
Авторы| Ирина Губская
Заголовок| Драгоценности в записи
Где опубликовано| «Город» № 12
Дата публикации| 20060403
Ссылка| http://www.gorod-spb.ru/story.php?st=7136
Аннотация|

В Мариинском театре необычное событие. В афише на одной неделе три раза фигурируют "Драгоценности" Джорджа Баланчина. Даже для фанатов этого хореографа, каковым является сегодня Мариинский балет, это немного слишком. Если бы не одно обстоятельство.
Мариинский балет наконец собрался записать на видео свои спектакли. Последний раз такое событие было в 1987-м, когда в Петербург приехала на гастроли труппа Мориса Бежара и совместно с Кировским балетом была показана программа "Гран-па в белую ночь". Конечно, с того времени собрался огромный архив записей, сделанных телевидением, но официально распространяемых видеокассет, DVD и т.п. балет не имеет. Роскошь увековечить спектакли и выдающихся исполнителей позволяла себе только опера.
Почему сложилась такая ситуация? Логика театра была проста: если зритель купит запись и сможет в любой момент посмотреть ее дома, то зачем ему идти в театр и тратить деньги на билет. А театр как бы теряет доход. Похоже, в конце концов, решили, что записи, наоборот, -- один из способов рекламы, к тому же не расходный, а этот самый доход приносящий. И тот, кто посмотрит запись, будет стремиться увидеть все "вживую". В результате предстоят записи "Драгоценностей", "Дон Кихота", "Лебединого озера", "Ундины".
Начать запись именно с "Драгоценностей" решили потому, что в каждой из трех частей этого спектакля имеются разные сольные партии, что позволит зафиксировать мастерство значительной части звезд Мариинского балета, в том числе Ульяны Лопаткиной, Жанны Аюповой, Игоря Зеленского, Андриана Фадеева, Игоря Колба. Правда, участие Дианы Вишневой остается под вопросом: похоже, происходит накладка с ее гастрольным графиком.
Хочется надеяться, что это первый шаг, и пока театр будет на реконструкции, здесь займутся, например, съемками фильмов о своих звездах. Уже пора.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 10256

СообщениеДобавлено: Ср Апр 05, 2006 9:56 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2006040501
Тема| Балет, Современный танец, Премии, «Золотая маска», Номинанты
Авторы| Майя Крылова
Заголовок| Танцующие в «Маске»
Обещания и прогнозы балетных номинаций национального театрального фестиваля
Где опубликовано| «Независимая газета»
Дата публикации| 20060405
Ссылка| http://www.ng.ru/culture/2006-04-05/7_dancing.html
Аннотация|

Спектакль 'Немного ностальгии' – один из вероятных претендентов на победу. Фото предоставлено пресс-службой Фестиваля 'Золотая маска'

Фестиваль «Золотая маска» в разгаре, но большинство танцевальных и балетных спектаклей уже показано. В конкурсе участвуют шесть балетов и четыре проекта современного танца – лучшее, что смог предложить прошедший театральный сезон. Между собой в отдельных номинациях соревнуются исполнители и постановщики.
Пять балерин и танцовщиц претендуют на лучшую женскую роль, три солиста разыгрывают ставки в номинации «Лучшая мужская роль», столько же хореографов ищут наград в своей категории. Плюс сценограф Семен Пастух: он отмечен за балет «Болт», но в рамках номинации «Работа художника в музыкальном театре» обречен на спор с оперными коллегами. Кстати, список номинированных балетов по количеству уступает опере: балетов меньше на три. И примерно такое соотношение на «Маске» складывается не в первый раз. Что поделаешь: оперная режиссура, в отличие от балетной, в стране явно на подъеме. Не случайно половина балетного списка – это продукция западных хореографов…
Соревнование танцевальных опусов на «Золотой маске» таит в себе несколько небольших, но увесистых подводных камней. В Москву не приехали спектакли Мариинского театра, что лишило афишу большого куска импозантности. Для такого поступка у театра есть формальная причина – одноактные балеты «Approximate sonata» (хореограф – Уильям Форсайт) и «Reverence» (автор – Дэвид Доусон) уже показывали на прошлогодних гастролях Мариинки в Москве. Но ведь то было в другом контексте. А для публики не увидеть петербургский балет рядом с остальными номинантами – значит не понять, куда в балете нынче ветер дует и с каким соусом есть других претендентов на награды.
Нет, жюри, конечно, познает все. Для просмотра судей «Маски» специально на отвезли в Петербург. Только мы в столице остались без двух опусов ведущих европейских мастеров, качественно исполняемых труппой Мариинки. Эти балеты – как две стороны одной медали. Форсайтовская игра ракурсами на скорости – аверс, а медитативные, медленно перетекающие одна в другую, позировки Доусона – реверс. В обоих случаях есть и пуанты, и выворотность ног, но все равно танцевать это надо с резким отходом от привычек русской классической школы. Как известно, последнее дается нашим классическим танцовщикам труднее всего. Номинант из Мариинки Александр Сергеев (он выдвинут за исполнение Доусона) со своей задачей справился.
На таком фоне невозможно представить, что «Маску» может получить «Анна Каренина» Бориса Эйфмана. (Об этом балете «НГ» неоднократно писала.) Хотелось бы думать, что жюри под руководством Владимира Васильева прельстится другими номинантами. Благо есть еще «Сон в летнюю ночь» – балет Ноймайера, поставленный в Большом театре. С номинанткой на лучшую женскую роль Светланой Захаровой в главной партии Титании. И с номинантом Яном Годовским, впечатляюще сыгравшим роль шута Пэка. Еще один балет ГАБТа на фестивале – «Болт» Алексея Ратманского (он тоже соискатель «Маски»). Здесь стоит обратить внимание на Дениса Савина, отмеченного экспертным советом за роль недотепы Дениски, заводского вредителя поневоле. Правда, огрехи постановки в «Болте» и недостатки коллективного исполнения в «Сне» делают эти опусы конкурентно уязвимыми. Но все равно они лучше, чем хроника женских истерик, сочиненная Эйфманом, хотя Каренина в исполнении Марии Абашовой (номинантка «Маски») получилась эффектная.
В современном танце наиболее авангардный и, пожалуй, самый качественный проект называется «Мухи». Не только сам спектакль, но и две авторши-исполнительницы, Дина Хусейн и Анна Абалихина, номинированы по всем статьям: за балет и за исполнение. Но именно пластическая «продвинутость» истории про женские фобии наверняка не позволит проекту быть награжденным. Та же участь, видимо, ожидает «Двери» – совместный русско-эстонский проект по произведениям Даниила Хармса. Жюри может смутить явный абсурдизм замысла и воплощения, к тому же налицо монотонность действия и слащавый финал. Наиболее вероятные кандидаты на победу – «Немного ностальгии» из Челябинска и «Клетка для попугаев» из Перми. Первый опус, собранный из движений мускулистых мальчиков вокруг конструкций цвета березки, вроде бы и бессюжетный, но ясно, что речь идет о том, как широка страна моя родная. Второй – пластическая притча о свободе и жизни в клетке, причем все назидательно рассказано, даже ленивый поймет.
Есть еще красноярский спектакль «Ромео и Джульетта»: Шекспир, Средневековье, бурные страсти. Но о нем как о единственном на «Маске» балете, который в Москве еще не видели, речь пойдет в другой статье.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 10256

СообщениеДобавлено: Ср Апр 05, 2006 10:00 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2006040502
Тема| Балет, Проекты А. Лиепы, «Синий бог», Персоналии, Н. Цискаридзе
Авторы| Трофимова Ольга
Заголовок| Сенсационное заявление звезды балета в Новосибирске.
Николай Цискаридзе: Танцы надоели, на жизнь буду зарабатывать вышивкой!
Где опубликовано| «Комсомольская правда в Новосибирске»
Дата публикации| 20050405
Ссылка| http://nsk.kp.ru/2006/04/04/doc109518/
Аннотация|



Премьер Большого театра прилетел в наш город с гастролями «Кремлевского балета»

Новосибирск театральный замер в ожидании. Наконец-то на сцене оперного театра выступят настоящие звезды балетной сцены: Николай Цискаридзе и Илзе Лиепа. Да еще и представят они уникальный проект — два восстановленных балета дялигиевских Русских сезонов — «Синего бога» и «Жар-птицу», которые были показаны в Париже в начале прошлого века. Декорации начали монтировать за сутки до первого представления.

— Мы не собираемся превращать наши спектакли в сундук с древностями, — сказал Андрис Лиепа, один из инициаторов проекта «Русские сезоны. XXI век». — И вместе с возрождением внедряем и новое. Особенно это касается некоторых элементов сценографии и светового оформления: у нас только в «Жар-птице» 120 цветовых положений!
...Цискаридзе и Илзе Лиепа прилетели в Новосибирск в субботу утром. Увы, но из-за непредсказуемого сибирского климата у Николая начались проблемы со здоровьем. Ни с того ни с сего во время обеда в ресторане «Островский» у танцовщика пошла носом кровь.
— Прошу прощения, но это все ваша погода, — объяснил Цискаридзе свое недомогание.
Хотя, наверное, дает о себе знать и немалая нагрузка. Ведь в последнее время Николай принимал участие не только в балетных проектах. То он в клипах звезд эстрады снимается, то Лолиту Милявскую на ее творческом вечере на сцене на руках носит, а тут еще принял участие в... кукольном спектакле, который номинируется на «Золотую маску».
— Я обычный человек, которому порядком надоела профессия, — объяснил такую разносторонность танцор. — Я люблю балет, но, поверьте, это очень нудно. Поэтому я радуюсь каждой возможности делать что-то еще.
Как оказалось, больше всего на свете звезда российского балета любит просто лежать на диване или... вышивать.
— Мне кажется, я уже давно могу вышивкой на жизнь зарабатывать, — признался он. — Это умение осталось у меня с советских времен, когда самому приходилось штопать балетные туфли. Теперь ничего штопать не надо, а умение осталось. Вот я и вышиваю в свободное от работы время. Кстати, я чувствую себя абсолютно счастливым, когда заканчивается работа и начинается отпуск. У нас ведь даже сны и те превращаются в ночные кошмары о работе.
И Николай рассказал, что всех без исключения танцовщиков всю жизнь преследуют два ночных кошмара: либо они видят, как опаздывают выйти на сцену, либо выходят на сцену в партии, которую не знают.
К счастью, эти кошмары в Новосибирске не стали явью. Спектакли, которые показал «Кремлевский балет», — это красочная феерия декораций и костюмов. Чего вовсе нельзя сказать об исполнении. Понятно, что последнее замечание не относится к приехавшим звездам. Однако именно они поддерживали немалый зрительский интерес, отчего два вечера подряд в оперном театре был аншлаг. Вот только Лиепа и Цискаридзе вышли лишь в одном из заявленных спектаклей — в «Синем боге». Хореография этого балета оказалось полностью утеряна. Так что заново поставил спектакль артистический директор Английского национального балета Уэйн Иглинг. Увы, получилось не очень. Зрителям осталось наслаждаться лишь «Жар-птицей». Но заявленные звезды в этом балете не танцевали.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 10256

СообщениеДобавлено: Ср Апр 05, 2006 10:42 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2006040503
Тема| Балет, Театр классического балета
Авторы|
Заголовок| Все жанры, кроме скучного
Где опубликовано| «Литературная газета»
Дата публикации| 20060405
Ссылка| http://lgz.ru/archives/html_arch/lg142006/Polosy/11_1.htm
Аннотация|


Государственный академический театр классического балета под руководством Натальи Касаткиной и Владимира Василёва отмечает в этом году сразу три юбилея. Правда, два из них – 75-летие одного из художественных руководителей театра Владимира Василёва и 50-летие совместной жизни прославленных хореографов – уже позади. Поздравительные телеграммы в адрес Владимира Василёва от президента РФ, министра культуры, многочисленных друзей и почитателей таланта зачитывались в итальянском городе Падуя, в Teatro Verdi Padova перед спектаклем «Ромео и Джульетта». Почти всегда знаменательные даты в жизни этого театра приходятся на время зарубежных гастролей, где труппа проводит большую часть сезона, – у театра пока нет собственной сцены.
Зато главное событие года – 40-летие театра – его художественные руководители решили отметить в Москве. И отметить прежде всего показом своих лучших спектаклей на лучших сценических площадках столицы: Новая сцена Большого театра, театр «Новая опера», Московский международный дом музыки и, конечно, главная сцена страны – Государственный Кремлёвский дворец. Программа выступлений станет своеобразным подведением итогов, а достижениям театра за прошедшие годы могут позавидовать многие балетные труппы мира. Среди воспитанников театра золотые медалисты и лауреаты международных конкурсов, обладатели Гран-при Парижской академии танца. Театp не случайно называют «школой звёзд»: миpовое пpизнание получили аpтисты Иpек Мухамедов, Александр Годунов, Галина Степаненко, Владимиp Малахов.
В репертуаре театра сегодня более 20 спектаклей, и каждый из них доказывает, что балет, классический и современный, отнюдь не изысканный деликатес для избранных ценителей, а великолепное зрелище, в основе которого всегда понятные всем зрителям человеческие чувства и поступки. Не случайно девиз театра – все жанры, кроме скучного.
И убедиться в этом можно уже 13 апреля, когда в Государственном Кремлёвском дворце пройдёт один из самых ярких и нашумевших спектаклей в постановке Н. Касаткиной и В. Василёва – балет «Спартак» на великую музыку Арама Хачатуряна. Сразу же после первого показа нового «Спартака» мнения критиков разделились. Кто-то критиковал балет за избыток эротики, а кто-то за её недостаток. Кто-то называл спектакль прорывом в искусство XXI века, а кого-то балет настолько возмутил, что досталось даже Пьеру Кардену, осмелившемуся назвать спектакль выдающимся произведением искусства. Однако восторженный приём публики расставил всё на свои места. Интерес к спектаклю не утихает, в ближайшем будущем его уже ждут зрители Израиля, Мексики и Китая.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска Часовой пояс: GMT + 3
На страницу 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9  След.
Страница 1 из 9

 
Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах


Яндекс.Метрика