Список форумов Балет и Опера Балет и Опера
Форум для обсуждения тем, связанных с балетом и оперой
 
 FAQFAQ   ПоискПоиск   ПользователиПользователи   ГруппыГруппы   РегистрацияРегистрация 
 ПрофильПрофиль   Войти и проверить личные сообщенияВойти и проверить личные сообщения   ВходВход 

Общество Друзья Большого балета
2018-05
На страницу Пред.  1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9  След.
 
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска
Предыдущая тема :: Следующая тема  
Автор Сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18672
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Май 24, 2018 10:24 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2018052403
Тема| Балет, Opera national de Paris, Премьеры, Интернет-трансляция, Персоналии,
Автор| Мария Сидельникова
Заголовок| Гендерное безразличие
Новые балеты в Парижской опере

Где опубликовано| © Газета "Коммерсантъ" №88, стр. 11
Дата публикации| 2018-05-24
Ссылка| https://www.kommersant.ru/doc/3637109
Аннотация|


Фото: Agathe Poupeney / Opera national de Paris

Сегодня в кинотеатрах Москвы, Санкт-Петербурга и других городов России состоится прямая трансляция вечера одноактных балетов Парижской оперы. «Frolons» Джеймса Тьерре и «The Male Dancer» Ивана Переса — свежайшие премьеры, созданные по заказу худрука труппы Орели Дюпон, «The Art of Not Looking Back» Хофеша Шехтера — новый балет в репертуаре парижан и, наконец, «The Seasons’ Canon» Кристал Пайт — возвращающийся на сцену Opera de Paris хит 2016 года, ради которого и стоит идти в кино. Из Парижа — Мария Сидельникова.

Для московских театралов Джеймс Тьерре в представлениях не нуждается. Внук Чарли Чаплина, клоун, акробат, музыкант, режиссер-визионер и хореограф вот уже много лет приезжает на Чеховский фестиваль в статусе посла французского «нового цирка». На модную междисциплинарность, по-видимому, купилась и руководительница балета Парижской оперы Орели Дюпон, выдав выдумщику в распоряжение треть труппы и интерьеры Opera Garnier. Спешит нарядная публика по парадной лестнице, а у нее под ногами путается балетный артист в золотой шкуре дикобраза с лампочкой между глаз. Чем не цирк? Полулюдьми-полунасекомыми (хочется сказать: кафкианскими, но уж слишком пышны их костюмы) кишат и лестница, и большое фойе, и ротонда. Одни хаотично ползают, другие разъезжают на подложенных под живот тележках, третьи извиваются. Между ними случаются дуэты и прочие взаимодействия, призванные создать иллюзию сюжетности. Ее, ясное дело, здесь нет. Как нет и положенного законами иммерсивного театра вовлечения: ну лестница, ну ползают, ну сколько ж можно. Хотя не исключено, что на большом экране снятые на камеру монстры Тьерре окажутся куда эффектнее и убедительнее.

Хофеш Шехтер — новое имя для Парижской оперы. Но в англоговорящем мире прижившийся в Лондоне израильтянин хорошо известен. Он учился музыке, служил в армии, танцевал в Batsheva Dance Company у Охада Нахарина, а потом приехал в английскую столицу, отрефлексировал прожитое и выбился в многообещающие хореографы. Перенесенный на французов (точнее, на француженок, спектакль рассчитан на девять балерин) балет «The Art of Not Looking Back» Шехтер поставил в 2009 году, на пике своей популярности. И в нем есть все то, за что его часто и не любят: крайности — как движенческие, от задорных племенных плясок до военного паралича, так и музыкальные — то Бах, то отрыжка (для чувствительных выдают беруши). Есть личные травмы, которые он не перестает врачевать из спектакля в спектакль: не оглядываться назад — это не вспоминать мать, бросившую его двухлетним ребенком, и весь балет он ее то проклинает, то неловко объясняется в нежных чувствах. Все у него либо белое, либо — чаще — черное. Полутонов он не признает — даром что амазонское племя бьется в судорогах и мастурбирует в приглушенном свете, который оставляет лишь красивые контуры точеных фигурок. И надо сказать, что в шехтеровских конвульсиях француженки, особенно Марион Барбо, так самозабвенны, словно это шедевр как минимум Пины Бауш. И их отличная работа — единственное оправдание старомодным провокациям.

Приветом из прошлого выглядело и сочинение «The Male Dancer» Ивана Переса на музыку «Stabat Mater» Арво Пярта. Тридцатипятилетний испанец, выросший из танцовщика в хореографа в Нидерландском театре танца (NDT), вдохновился одноименным сочинением английского профессора Рамзи Берта, который более двадцати лет назад выпустил исследование о гомосексуальности в танце. То есть, грубо говоря, написал, что в балете много геев и это нормально. Утверждение это, понятно, сенсацию не произвело. Но Пересу мысль показалась свеженькой, и вот получилась мировая премьера в Опере. Как должен двигаться мужчина-артист? На что это должно быть похоже? Как он должен вести себя на сцене в современном мире и в Парижской опере, в частности? На все эти вопросы хореограф хотел было дать ответ, но дальше травестийной карнавальности, увы, дело не пошло. Десять артистов труппы (в том числе двух этуалей — Уго Маршана и Стефана Буйона) он переодел в женские наряды. Перья, стразы, кринолины, обнаженные ключицы и ягодицы — готовые персонажи для Альмодовара. Красиво. А дальше-то что? Самый выразительный мужской жест, в котором и сила, и слабость, и наглость, и поза, Перес заимствует у «Фавна» Нижинского. Остальное не припомнить. Пресны и мужские дуэты испанца, и соло — выпущенный под финал Маршан в шелковом халате на сцене откровенно скучал от того, что, кроме батманов и терзаний во вращениях, хореограф ему ничего не смог придумать.

Но и дикобразы, и нерадивые матери, и разряженные в пух танцовщики стерлись из памяти с первыми звуками «Времен года» Вивальди в авторской обработке Макса Рихтера. Зрители терпеливо ждали хит канадки Кристал Пайт «The Seasons’ Canon», который она поставила в Опере в 2016 году (“Ъ” писал о нем 30 сентября 2016 года) и за который получила главную балетную награду Benois de la danse. Тогда сокрушались, что на церемонии в Большом не было показано даже отрывка. Зато теперь есть шанс посмотреть спектакль целиком, и хорошо бы его не упустить.


Последний раз редактировалось: Елена С. (Чт Май 24, 2018 10:34 am), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18672
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Май 24, 2018 10:34 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2018052404
Тема| Балет, Большой театр Беларуси, Персоналии, Инесса Душкевич
Автор| СВЕТЛАНА ШИДЛОВСКАЯ
Заголовок| Народная артистка Беларуси Инесса Душкевич: каждый спектакль вбирал в себя всю мою жизнь
Где опубликовано| © "Минск-Новости"
Дата публикации| 2018-05-24
Ссылка| https://minsknews.by/narodnaya-artistka-belarusi-inessa-dushkevich-kazhdyiy-spektakl-vbiral-v-sebya-vsyu-moyu-zhizn/
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

«Весь мир — театр», — повторим следом за Шекспиром. И ответим ему: мир театра — тоже Вселенная. С народной артисткой Беларуси Инессой Душкевич беседовала корреспондент агентства «Минск-Новости».



В эти дни, когда Большой театр Беларуси отмечает юбилей (25 мая ему исполняется 85 лет), очень трудно определить тему для публикации. Все важно, все интересно: история здания Иосифа Лангбарда на макушке Троицкой горы, история коллектива, в репертуаре которого уже 90 опер и балетов, а в творческом багаже — проекты, имеющие европейский резонанс…

У белорусского Большого два мощных артистических крыла — опера и балет. Эти крылья растут и распрямляются для полета в двух знаменитых минских учебных заведениях: академии музыки и хореографической гимназии-колледже.

Инесса Душкевич — одна из тех личностей, персон белорусской культуры, жизнь и творчество которой имеют особый ракурс, когда можно и нужно говорить о взаимосвязи учебного заведения и театра.

В 10 лет Инесса переступила порог хореографического училища (так тогда называлась гимназия-колледж), а в 18 лет была зачислена в труппу Большого театра оперы и балета Белорусской ССР. Солировала 20 лет! Джульетта, Кармен, Жизель, Фригия, Одетта-Одиллия, Рогнеда… Была на сцене романтичной, загадочной, мистической, волевой, одним словом, необыкновенной. В 1989 году, когда наш театр был на гастролях в Великобритании, СМИ назвали Душкевич в числе пяти лучших балерин мира.

Но век балерины — это и есть те самые 20 лет. В 1999-м Инесса Душкевич вернулась в альма-матер. Сначала работала в хореографическом колледже педагогом, а сейчас в должности художественного руководителя.

…Эту хрупкую, почти невесомую женщину с лучистыми глазами мы увидели в репетиционном зале театра, где она вместе с именитыми педагогами колледжа готовит отчетный концерт своего учебного заведения. Он пройдет в Большом театре 27 мая. Первое отделение состоит из фрагментов классики, народно-сценических танцев, современных концертных номеров. Второе — это одноактный балет «Штраусиана» (хореография Владимира Бурмейстера в редакции заслуженной артистки России Нины Дьяченко). Около 60 учащихся колледжа выйдут на сцену белорусского Большого.

— Инесса Анатольевна, а вы когда впервые ступили на эту сцену? Помните?

— Помню! 1970 год. Я, второклассница хореографического училища, танцевала па-де-труа из балета «Щелкунчик». Мне было 11 лет.

— Какие эмоции у вас привязаны к сцене белорусского Большого?

— Восторг, ужас, счастье, печаль, просветление… Кроме классического репертуара я танцевала в спектаклях Валентина Елизарьева. Более того, была в числе тех балерин, на которых он ставил спектакли. Так как героини у Валентина Николаевича всегда выходили натурами страстными, яркими, бескомпромиссными, то и эмоции были соответствующими. «Сотворение мира», «Ромео и Джульетта», «Страсти (Рогнеда»), «Кармина Бурана», «Болеро», «Весна священная» — каждый спектакль вбирал в себя всю мою жизнь: и ту, которую прожила, и даже будущую.

— А награда?..

— За роль, например, Рогнеды я получила Государственную премию Беларуси…

— Говорят, лучшая награда артисту — аплодисменты.

— Правильно говорят. Но материальная поддержка тоже очень нужна. Вообще нужен позитив. Хотя наша профессия предполагает, что артиста лучше держать в черном теле, доброе слово нам необходимо как воздух. Если говорить о начинающих, с которыми я сейчас работаю, то ребенка надо обязательно подхваливать. Однако и кнут никто не отменял. В нашей профессии дети учатся преодолевать себя и физически, и эмоционально. Самая большая победа — это победа над собой.

Однако вернусь к теме сцены. В мое время она была деревянная. Мы танцевали на полу без специального покрытия и, чтобы прикрыть дыры, стелили сценический половик. Делаешь фуэте и попадаешь ногой в дырку… Так что нынешний модернизированный по последнему слову техники Большой театр — благо для всех. У покрытия современной сцены есть амортизация, и танцовщикам легче прыгать. Правда, у этого пола появился угол наклона — покат. Вот, смотрите, и в репетиционном зале тоже покат. А у нас в колледже сцена с другим полом. Поэтому я своим воспитанникам говорю: «Привыкайте к стандартам».

— С какого возраста берете в колледж детей? Труднее или легче работать с ними год от года?

— Профессионально учиться балету приходят после 10 лет. Дети всегда и во все времена разные, есть покладистые, есть ершистые. Бывает, появляется ребенок, на которого хочется тратить и тратить силы. Уже видно: будет толк. Но мы, педагоги, не имеем права кому-то отдавать предпочтение. Другое дело, что возможности у детей разные.

— Балет — сильный жанр для сильных людей. Особый, балетный характер вырабатывают? Или с ним надо родиться?

— Сложный вопрос, на который я дважды отвечу «да». Балетный характер — это сочетание многих свойств и качеств. Любовь к своей профессии. Самокритика. Стрессоустойчивость. Работоспособность… Профессия тяжелая. Стержень духа должен быть несгибаемым.

— Вы ушли со сцены в 38 лет. И что? Никакой зависти к другим балеринам, которые танцуют «ваши» партии?

— Никакой. Я ушла, потому что должен был появиться ребенок. И он появился — сын Дима. А мои, как вы говорите, роли и партии танцуют другие. И когда они это хорошо и даже прекрасно делают, я за них радуюсь.

— Как проведете 25 мая — день рождения Большого театра Беларуси?

— Накануне, 24-го, буду в театре в качестве зрителя на праздничном концерте. От всей души поздравлю эту большую театральную семью, в которой, к счастью, есть и мое место. Самое главное богатство Большого — его коллектив, и он заслуживает похвал, улыбок, цветов…

А 25 мая проведу здесь же, в репетиционном зале. Знаете, подготовка отчетного концерта колледжа тоже дает сильные эмоции. Наши выпускники — без пяти минут артисты. Но на эти пять минут уходит очень много времени…

Справочно

Стали народными артистами Беларуси воспитанники Белорусской хореографической гимназии-колледжа Юрий Троян, Людмила Бржозовская, Владимир Комков, Инесса Душкевич, Владимир Иванов, Виктор Саркисьян, Валентин Дудкевич, Ольга Гайко, Игорь Артамонов, Людмила Кудрявцева, Константин Кузнецов. Все они танцевали либо до сих пор танцуют в Большом театре Беларуси.

Фото из архива Большого театра Беларуси и с сайта БГХГК
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18672
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Май 24, 2018 5:35 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2018052405
Тема| Балет, МТ, Персоналии, Виктория Терешкина
Автор| Игорь Ступников
Заголовок| Портрет примы: Виктория Терешкина
Где опубликовано| © Санкт-Петербургские ведомости
Дата публикации| 2018-05-24
Ссылка| https://spbvedomosti.ru/news/culture/brilliant_iz_nbsp_rossypi_dragotsennostey/
Аннотация|


Фото: Мариинский театр / Наталья Разина / 2014 год

Среди деятелей искусств, недавно награжденных званием «Народный артист Российской Федерации», оказалась прима-балерина Мариинского театра.

Природа не обидела эту балерину ни статью, ни темпераментом, ни обаянием, что важно для танцовщицы, занимающей уже много лет одно из ведущих положений в труппе. Терешкина была и остается неповторимой - элегантная удлиненность линий, огромный шаг, полетный прыжок, стремительность туров и умение властно притягивать к себе зрительское внимание. И ко всему внутренняя собранность, умение подвергнуть анализу и успех, и просчет.

Терешкина окончила Академию русского балета имени А. Я. Вагановой по классу профессора Марины Александровны Васильевой, педагога требовательного и мудрого, закаленного в сложном репертуаре академического театра. С юных лет Виктория усвоила благородный стиль петербургской школы танца, безукоризненность технического исполнения.

Ее путь в искусство начался в Красноярске, где Виктория с четырех лет занималась художественной гимнастикой. Уже тогда она узнала, что такое поражение и что такое победа. Там она и решила стать балериной, поступив в Красноярское хореографическое училище. В Петербург, куда ее пригласили для завершения образования в Академии Вагановой, она приехала в шестнадцать лет, одна, без родительской опеки.

После окончания академии юную балерину приняли в труппу Мариинского театра, где уже в первый сезон ей поручили роль Худышки, злой сестры Золушки, в балете Алексея Ратманского. В том же спектакле были заняты Диана Вишнева и Юлия Махалина. И танцевать с ними в одном ансамбле стало немалым испытанием для юной балерины. Но еще большим «тестом на прочность» стали гастроли в Англии, когда Терешкиной в срочном порядке пришлось заменить отсутствующих звезд и подготовить партию Одетты-Одиллии в «Лебедином озере». Молодая танцовщица отлично справилась с ролью, которая навсегда вошла в ее репертуар.

Количество партий, исполненных балериной, не счесть. Она участвовала почти во всех премьерах театра, создав образы в сочинениях таких разных мастеров, как Мариус Петипа и Джордж Баланчин, Юрий Григорович и Анжелен Прельжокаж, Фредерик Аштон и Уэйн Макгрегор. Среди этой галереи характеров и судеб есть у артистки и свои предпочтения. Словно вихрь появляется на сцене ее Китри в балете «Дон Кихот», ее выход - это и вызов, и обещание тех хореографических сокровищ Петипа, которые она рассыпает перед зрителями. Каждый испанский мотив танцовщица метит прыжком, с азартом взмывает на гребне его набежавших волн...

В мир трагических переживаний погружает зрителей танцовщица в образе царицы Мехменэ Бану в балете Юрия Григоровича «Легенда о любви». Рисунок танца, то острый, как восточная клинопись, то певучий и нежный, исполнен силы чувств. В этой партии танец Терешкиной покоряет великолепно координированным телом, упругостью туго, как тетива, натянутых рук, движениями, вибрирующими, словно летящая стрела.

В балете Джорджа Баланчина «Драгоценности» «Бриллианты» с участием Терешкиной (на снимке) занимают ведущее место. Рафинированный классический танец она наполняет светлой печалью, все эмоции внутри, лишь тень улыбки - знак невозможного счастья.

Одна из последних премьерных ролей Терешкиной - Хозяйка Медной горы в балете Юрия Григоровича «Каменный цветок». Роль словно создана для Терешкиной, танцовщица блистает в этой партии, она неотразимо притягательна и в облике ящерицы, и в образе любящей женщины. Впервые после легендарной Аллы Осипенко, выступившей на премьере в 1957 году, партия Хозяйки нашла идеальную исполнительницу.

Виктория Терешкина гармонична не только на сцене, но и в жизни, мудро сочетая сцену и семью. Ее муж Артем Шпилевский, выпускник Академии Вагановой, танцевал в Мариинском театре, в театрах Германии, Кореи, завершив свою карьеру в Большом театре России. Он окончил Институт международных отношений и открыл свой бизнес. В семье растет дочь, которой родители дали древнеславянское имя Милада, сочетающее два слова «милая» и «ладная». Эти слова вполне подходят и для определения характера и духовного склада самой Виктории Терешкиной.

Материал был опубликован в газете под № 091 (6200) от 24.05.2018 под заголовком «Бриллиант из россыпи драгоценностей».
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18672
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Май 25, 2018 10:54 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2018052501
Тема| Балет, Театр оперы и балета Коми, фестиваль «Сыктывкарса тулыс»
Автор| Фото Марии Шумейко
Заголовок| Шедевры мирового балета украсили сцену Театра оперы и балета Коми
Где опубликовано| © ИА БНК
Дата публикации| 2018-05-25
Ссылка| https://www.bnkomi.ru/data/news/79279/
Аннотация| ФЕСТИВАЛЬ

Шедевры мирового балета представили на фестивале «Сыктывкарса тулыс». Один концерт объединил на сцене Театра оперы и балета Коми фрагменты из «Лебединого озера», «Щелкунчика», «Корсара» и других знаменитых постановок. Все исполнители – лауреаты международных конкурсов и солисты ведущих театров России.


Фото Марии Шумейко

Еще на пресс-конференции перед началом фестиваля руководство театра обещало звездный состав концерта – здесь были лауреаты Международного конкурса Юрия Григоровича «Молодой балет мира», всероссийского «Арабеск», конкурса в Большом, конкурса артистов балета в Гонконге. Ранее республиканский театр не принимал одновременно столь именитых гостей – одно перечисление их наград и регалий в начале вечера заняло порядка семи минут. Ожидание было полностью оправдано и самими номерами, и их профессиональными исполнителями.



Открыло концерт па-де-де из «Корсара» в исполнении Екатерины Байбаевой (Марийский театр оперы и балета) и Сергея Скворцова (Moscow State Ballet). Отрывок из балета о приключениях корсаров проходил без каких-либо декораций, как и все последующие номера. Все внимание зрителя должно было быть сосредоточенно на артистах – их мастерских движениях и умению рассказывать историю в танце.

Продолжил концерт номер на романс «Здесь хорошо…» Сергея Рахманинова с хореографией Алишера Хасанова. Диана Косырева (Большой театр) воплотила образ беженки, которая покидает Крым. В своем отчаянном нежелании расставаться с родиной девушка заламывает руки, с тоской вспоминает, как плавает в море, а в конце со смирением предлагает залу единственное, что берет с собой в путь, - яблоки.

Екатерина Бортякова (Swansea ballet Russe) и Артем Белов (Татарский театр оперы и балета) привезли адажио из «Шурале» - классику, основанную на татарском фольклоре.



Если адажио погружало публику в волшебный мир, то гопак Ильи Владимирова (Большой театр) переключил их на историю казачьих вольниц. Фрагмент из «Тараса Бульбы» он исполнял с той дерзостью, что приписывают казакам, а воздушность и легкость его движениям добавлял сам костюм – традиционные шаровары развевались и хлопали при каждом прыжке.

Полноценный сюжет воплотили на сцене Мария Мишина и Александр Смольянинов (Большой театр). Их дуэт барышни и хулигана не мог не вызвать у зрителя теплой улыбки: самодовольный, драчливый юноша нахрапом пытается завоевать любовь тонкой и хрупкой девушки, а, потеряв голову, рвет на себе рубашку.

Настоящим открытием стало выступление дуэта Елены Петриченко и Сергея Чумакова (Москва). Они известны созданием жанра «акробалет». Исполнители номера «Между небом и землей» предстали в костюмах ангелоподобных существ, у каждого только одно крыло и лишь вместе они могли стать чем-то целым. Это красивое художественное решение лишь добавило танцу интимности, но особое восхищение вызвали вплетенные в номер сложные акробатические поддержки.



Завершил первое отделение гала-концерта па-де-де из «Талисмана» в исполнении Мидори Тэрада и Окавая Коя (Татарский театр оперы и балета).

Второе отделение концерта тоже началось с па-де-де, но уже из «Пламени Парижа» в исполнении Марии Мишиной и Ильи Владимирова. Затем зал подхватила волна вечной классики – адажио из «Лебединого озера» Екатерины Байбаевой и Сергея Скворцова. Серьезный тон снизили до веселого и игривого Екатерина Бортякова и Артем Белов с номером «Краковяк, или танцовщики поневоле»

Не смогли обойти стороной артисты и фрагменты из современных постановок. Модерновый «Путь Харона» Константина Кейхеля преобразил Окаву Коя в отчаянно одинокого странника, а его партнершу Мидори Тэрада в женщину, что не хочет и не готова отпустить возлюбленного. Каждое движение здесь – это самовыражение состояния души, и, подчеркивая тоску и боль утраты, оба героя были одеты в черные, траурные одежды.

Вновь зазвучал со сцены Чайковский, на этот раз – восточный танец из «Щелкунчика». Елена Петриченко сама подготовила хореографию для этого номера: гармоничный и эффектный синтез балета и акробатики, со сложными углами, стойками.

Завершил второе отделение па-де-де из «Дон Кихота» в исполнении Дианы Косыревой и Александра Смольянинова. Особо внимательные зрители могли заметить, что артистка на сцене выполнила сразу 32 фуэте.

На репетицию такого масштабного и сложного концерта у артистов был всего день. С полудня они тренировались на сцене – приноравливались к ее глубине, ширине.

Главный балетмейстер Театра оперы и балета Коми Наталья Терентьева высоко оценила как талант артистов, так и саму идею гала-концертов лауреатов:

- Такие концерты необходимы на фестивалях. Во-первых, подбор материала – это образцы хореографического искусства. Во-вторых, исполнители не только лауреаты всяческих конкурсов, это и представители разных театров. Мы видим звезд наших театров. Исполнены шедевры мирового хореографического искусства – и исполнены на высочайшем профессиональном уровне.

В беседе с БНК балетмейстер отметила, что сегодня ее труппа не работает – все они были зрителями этого концерта. Он должен был не только показать им образцы мировой хореографии, но и дать своеобразный урок.

===============================================

Все фото - по ссылке
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18672
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Май 25, 2018 9:20 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2018052502
Тема| Балет, Театр оперы и балета , XXXI Международный фестиваль классического балета имени Рудольфа Нуриева
Автор| Зиновий Бельцев
Заголовок| Классика по-нуриевски: балетный байопик и французский контемпорари
Где опубликовано| © МК в Казани
Дата публикации| 2018-05-25
Ссылка| http://kazan.mk.ru/culture/2018/05/25/klassika-ponurievski-kazanskiy-festival-baleta.html
Аннотация| ФЕСТИВАЛЬ

В Казани завершился XXXI Международный фестиваль классического балета имени Рудольфа Нуриева. Обозреватель «Казанского репортера» вспоминает самые яркие спектакли в афише музыкального форума.


Фото: Владимир Васильев

Две недели – как один день. Насыщенный, многокрасочный, разнообразный и не перестававший удивлять каждой своей минутой. Девять балетов и юбилейный концерт Казанского хореографического училища, около полутора десятков приглашенных звезд и около десяти с половиной тысяч зрителей – такова статистика нынешнего фестиваля.

Своеобразными сочными «вишенками» на фестивальном «тортике» стали постмодернистские постановки – балетный байопик «Чайковский. Pro et Contra» Санкт-Петербургского государственного академического театра балета Бориса Эйфмана и три одноактных спектакля Московского музыкального театра имени К. С. Станиславского и Вл. И. Немировича-Данченко – «Сюита в белом» Сергея Лифаря на музыку Эдуара Лало, «Маленькая смерть» Иржи Килиана на музыку Вольфганга Амадея Моцарта и «Вторая деталь» Уильяма Форсайта на музыку Тома Виллемса, поставленные в лучших традициях современного сценического танца.

КОМПОЗИТОР, РАСПЯТЫЙ ВВЕРХ НОГАМИ

Свою версию жизни Петра Ильича, вошедшего в пятерку самых исполняемых в мире композиторов, представил главный современный российский хореограф, как принято называть в прессе знаменитого петербуржца. «The New York Times» так прямо и заявил: «Балетный мир, находящийся в поиске главного хореографа, может прекратить поиск. Он найден, и это – Борис Эйфман».

Собственно, история спектакля восходит еще к 1993 году. Тогда он назывался просто «Чайковский» и хореограф, по его же собственному признанию, еще не в полной мере ощутил глубину страданий Чайковского. В новом прочтении 2016 года психологический балет обогатился новым хореографическим решением, новыми костюмами, новыми декорациями и новыми световыми решениями. Стихия творческих мук Петра Ильича предстает перед зрителем в виде его бредовых предсмертных видений, где воедино сплетены реальные персонажи – меценатка Надежда Филаретовна фон Мекк и жена Антонина Ивановна Милюкова – и герои произведений Чайковского – колдун Ротбарт из «Лебединого озера», мастер Дроссельмейер, Принц и Маша из «Щелкунчика», Онегин, Ленский, Татьяна и Ольга из «Евгения Онегина», Герман и Графиня из «Пиковой дамы».

Раздвоившись, композитор заново переживает добро и зло, угнездившиеся в его душе. Жизнь Чайковского предстает как нескончаемый диалог с самим собой, а его творчество – как публичная исповедь. Не имеет смысла пересказывать сюжет, поскольку в марте этого года Борис Эйфман уже презентовал снятый им фильм-балет «Чайковский. Pro et Contra», а это значит, что каждый из нас сможет – если захочет, конечно, – увидеть все сам.

Хореографическое решение балета – точно такое же смешение всего и вся: узнаваемые цитаты из Мэтью Боурна, Мориса Бежара, Эдвальда Смирнова и ряда других великих хореографов мира, сшитые собственными придумками Бориса Эйфмана, ассоциативно всплывающие в памяти картины великих живописцев, где петербургские офорты, снятие с Креста и положение во Гроб – не единственные. Финальная сцена – смерть Чайковского – решена как сцена распятия апостола Петра: композитор лежит на зеленом сукне игрового стола вверх ногами. «Цитирование, симуляция, ре-апроприация – все это не просто термины современного искусства, это его сущность», – некогда заявил французский философ Жан Бодрийяр, описывая постмодерн. А принцип коллажа, как известно, один из основополагающих принципов постмодернизма. И Борис Эйфман охотно пользуется им для своих ультрасовременных постановок, неизменно восхищая этим своего зрителя.

ЧЕРНОЕ И БЕЛОЕ

Вечер одноактных балетов, представленных Московским музыкальным театром имени К. С. Станиславского и Вл. И. Немировича-Данченко, открывала «Сюита в белом». Эту изящную миниатюру Серж Лифарь создал в 1943 году для Opera de Paris, когда в столице Франции вовсю хозяйничали гитлеровцы. В России она впервые была поставлена чуть меньше года назад и теперь москвичи привезли ее в Казань.

Хореограф так описывал свое детище: «Этот балет – настоящий парад технических возможностей, итог нескольких лет развития классического танца, отчет, предъявленный будущему хореографом настоящего... В “Сюите в белом” я занимался чистым танцем; единственным моим желанием было создание чарующих видений – рисунка, в котором не было бы ничего “сочиненного”, рассудочного. В результате получилась череда маленьких технических этюдов, самостоятельных хореографических набросков, объединенных общим неоклассическим стилем».

И все же этот балет – явный протест против жестокой реальности: миру, где царствует хаос, противопоставлены упорядоченность и гармония четких балетных линий. Белое и черное на сцене как жизнь и смерть за стенами парижского театра. Надо было только понять, почувствовать это.

Балерины порхают, едва касаясь пуантами сцены, танцовщики – синхронизированны и филигранны в движениях. И этим балет невероятно сложен для исполнения. Впрочем, как и для восприятия. Российский зритель не привык к бессюжетным постановкам. И уж тем более это оказалось почти неподъемным для психики казанцев. Любуясь изяществом приезжей московской труппы, они в то же время пытались уловить тайный смысл во всех передвижениях на сцене. Но постановщики – Клод Бесси, одна из любимейших балерин Сержа Лифаря, и Лоран Илер, любимый ученик Рудольфа Нуриева, – не оставили ни малейшего шанса зрителю: шедевр французской неоклассики идет без декораций.

Выстраивая своеобразную башню из слоновой кости в архитектонике движений, артисты московского балета были несколько напряжены – меньше года прошло с премьерного представления и, по-видимому, синхронность и изящество еще не вошли в плоть и кровь их танца.

ДОСТИГНУТЬ НАИВЫСШЕЙ ТОЧКИ

«Маленькая смерть» сумевшего смешать современный танец с балетным искусством Иржи Килиана – лучшее доказательство правоты его прозвища «танцевальный Пикассо». Этот балет для шести мужчин, шести женщин и шести рапир в России впервые был поставлен именно Московским музыкальным театром имени К. С. Станиславского и Вл. И. Немировича-Данченко. Название этого танцевального эскиза лучше читать по-французски – «Petite mort». Тогда сразу станет ясна концепция произведения. Дело в том, что это идиоматическое выражение означает наивысшую точку наслаждения в плотской любви.

И артистам предстояло создать образ оргазма в хореографическом прочтении двух концертов для фортепиано с оркестром Вольфганга Амадея Моцарта – ля мажор KV 488, Adagio и до мажор KV 467, Andante. От целомудренности до порока – один шаг. И чешский хореограф делает его на глазах у изумленной публики. Делает очень нервно, эмоционально, но вместе с тем очень философски, красиво, без излишней детализации, потребовавшей бы возрастного ограничения зрителей.

Рудольф Нуриев искренне восхищался Иржи Килианом, повторяя, что у него «самые “золотые” уши. Он превращает метафоры в движения. Килиан слышит музыку и видит движения».

оворят, что костюмы – девяносто процентов успеха спектакля. Иржи Килиан не нуждается в них. Здесь нет ни привычных пуант, ни корсетов, ни балетных пачек. Тело артистов максимально открыто – на них лишь шорты и лифы. Хореограф даже как бы вступает в определенную игру со зрителем: и в любви, если вспомнить второй смысл названия, и в смерти, если не знать тонкостей французской речи, человек наг, предельно открыт, максимально беззащитен. И даже те платья, в которые все же наряжаются балерины по ходу действия, – обманки, декорации, часть великой сексуальной игры.


Должен признаться, что это самый яркий, самый аккуратно исполненный, самый завораживающий одноактный балет, представленный Московским музыкальным театром. Быть может потому, что «Маленькая смерть» идет на его сцене уже с 2010 года, правда, с перерывами, а вот «Сюита в белом» и «Вторая деталь» – премьеры прошлогоднего июля.

ЭЛЕКТРИЗОВАННАЯ МЕХАНИКА ДВИЖЕНИЙ

Лоран Илер, экс-etoile Opera de Paris, а ныне художественный руководитель балетной труппы Московского музыкального театра имени К. С. Станиславского и Вл. И. Немировича-Данченко, первый француз после Мариуса Петипа, возглавивший русский балет, так пояснил концепцию вечера одноактных балетов: «Я хочу показать три разных почерка, три разных мира, дополняющих друг друга и переплетающихся между собой. Все балеты без нарративных историй и достаточно символичны. “Сюита в белом” Лифаря – один из немногих спектаклей (если не единственный), предлагающих богатое разнообразие в технике, стиле, настроениях. Килиан – гений, “рассказывающий” музыку, умеющий соединить любовь и трагедию, у него всегда присутствует драматическое измерение. Когда мелодии и хореография настолько взаимосвязаны, тело становится невероятно выразительным, и танцовщики вынуждены провести ювелирную работу, полностью овладеть техникой, чтобы она ожила. «Вторая деталь» экстремала Форсайта раздвигает возможности тела за пределы тех границ, какие только можно вообразить».

Самое точное определение Уильяма Форсайта – «архитектор движения». «Вторая деталь» поставлена на музыку голландца Тома Виллемса. Впрочем, музыкой назвать это удивительное нагромождение звуков можно с определенной осторожностью. Четырнадцать танцовщиков в лаконичных небесно-голубых костюмах под изобретательный синтетический бит создают на сцене механику гармонии. И каждый жест танцовщиками исполняется супервыворотно и суперточно.

Но белый мятый кусок ткани, босоногий, с распущенными волосами, – не сразу поймешь, что это балерина, – жестко вторгается в эту механическую упорядоченность и пытается разрушить ее уже ставшую привычной заданность движений. Ей, конечно же, этого не удается, и она падает замертво, оборвав хореографический текст.

И тогда один из танцовщиков опрокидывает стоящую весь спектакль на авансцене табличку с коротким словом «THE». Напомню, что эти три буквы в английском языке означают определенный артикль. В спектакле, по-видимому, он символизирует индивидуальность, конкретность объекта, каковым является танцовщица, вносящая хаос в монолитную безликость сценических движений всех остальных участников действа. Опрокидывание таблички – символическая расправа с индивидуальностью.

уть более двух десятков минут длится «Вторая деталь». Ровно столько же длится недоумение в зале. Что здесь является второй деталью? И где тогда первая? И есть ли третья? Уильям Форсайт не дает ответа ни на один вопрос. Его contemporary dance учит человека понимать свое тело, владеть им и регулировать с помощью пластики свои чувства и эмоции. И если вспомнить, что еще мало кому известного американца пригласил в Opera de Paris Рудольф Нуриев, то появление этого балета на Нуриевском фестивале вполне оправданно.


Фотографии: с официальных сайтов театров
По ссылке
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18672
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Сб Май 26, 2018 12:30 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2018052601
Тема| Балет, Детский музыкальный театр имени Наталии Сац, Персоналии, Кирилл Симонов
Автор| Татьяна Эсаулова
Заголовок| "Гулливер" стал квестом
Где опубликовано| © Российская Газета
Дата публикации| 2018-05-26
Ссылка| https://rg.ru/2018/05/26/teatr-imeni-natalii-sac-predstavil-balet-gulliver.html
Аннотация| ПРЕМЬЕРА

Спектакль по роману Джонатана Свифта "Путешестия Гулливера" поставил хореограф Кирилл Симонов. Автор музыки - Алексей Ларин.


Фото: Елена Лапина/предоставлено Детским музыкальным театром имени Наталии Сац

Балет "Путешествия Гулливера" был заявлен как эффектная, зрелищная постановка: сама идея обращения к знаменитому роману Джонатана Свифта подразумевает фантазийный жанр спектакля. По просьбе театра композитор Алексей Ларин к своему балету "Гулливер в стране лилипутов", представленному в Большом театре на конкурсе "Лучший спектакль для детей", дописал вторую часть - путешествие главного героя в страну великанов.

Задачей постановщиков было заставить современную детскую аудиторию, "поколение гаджетов" поверить в этот мир великанов и крохотных лилипутов. В постановочную команду вошли художники Филипп Виноградов и Валентина Останькович, художник по свету Евгений Ганзбург, дирижер и музыкальный руководитель Алевтина Йоффе.

В итоге спектакль, оформленный новейшими техническими достижениями, включая 3D-mapping, произвел ошеломляющее впечатление. По сути, это синтетическое балетное действо, в котором переплелись мультипликация и кинематограф, анимация и мюзикл. Постоянная "игра с масштабами" визуализирует два фантастических мира, и те же самые артисты, которые в первом акте играли лилипутов, во втором - превратились в гигантские фигуры великанов.

В музыкальном плане Алексей Ларин остроумно задействовал контрастные тембры симфонического оркестра, - тубу в низком регистре в обрисовке Гуливера в обществе лилипутов, и, пронзительную флейту-пикколо, которая становится лейтмотивом Гулливера в стране великанов. Музыка балета - не менее яркая, чем представление: запоминающийся мотив странствий с фанфарами-призывами, нежная и пленительная тема тоски Гулливера по дому, прекрасная по оркестровке картина шторма, мелодии "музыкальной шкатулки" лилипутского государства.

Разнообразие найденных декорационных решений не истощалось в течение всего спектакля. 3D-проекции на заднике сцены рисовали странствия героя, повстречавшего на своем пути индусов, эскимосов, японцев, русских и обычных современных путешественников. Это было и настоящее буйство красок, радужных переливов, анимационных картинок с полосатыми ледниками, фиолетовыми слонами, красно-зелеными бабочками и золотыми рыбками.

Действие развивалось стремительно, так, что было невозможно рассмотреть все детали постановки. В противовес гигантским стоптанным, "видавшим виды" сапогам Гулливера, вокруг которых суетятся крошечные лилипуты, на заднике сцены - огромная проекция изящного экзерсиса, который методично выполняют ноги Гулливера под марш-гротеск. Интересно придумана сцена битвы - те же стройные ноги на проекции, только что исполнявшие балетные па, вдруг начинают грубо затаптывать лилипутские вражеские войска, а по сцене в этот момент носятся по волнам маленькие радиоуправляемые кораблики.

Чтобы показать милых и добрых лилипутов, Кирилл Симонов придумал им забавные движения и жесты. Хореография великанов была представлена скорее визуально-проекционными изображениями, в которых большую роль играли мимика укрупненных лиц. Авторы балета активно использовали приемы кинематографа. Для спектакля провели специальные съемки, где артисты театра в роскошных исторических костюмах, с мушками и в париках, пиршествуют за богато накрытым столом (гигантская проекция на заднике) и удивляются, глядя на лилипутского Гулливера, танцующего на сцене-столе, где каждая чашка и вилка больше его в 2 раза. На проекции также эффектно демонстрировалась снятая в увеличении настоящая "хореография лица" главного героя, наблюдающего за злыми лилипутами, замышляющими ослепить его. В итоге Гулливера спасает военный вертолет. Финальная сцена происходит в современном аэропорту, у стойки регистрации на новый рейс, давая публике возможность продолжить в своем воображении путешествовать дальше.

Прямая речь

Кирилл Симонов, хореограф-постановщик:


- Никогда не думал, что буду ставить детские спектакли. Решившись на эту постановку, я вдруг понял, что мне очень нравится этим заниматься. Сам спектакль я скорее бы назвал квест - интерактивное сказочное путешествие в мир фантазии. Постановка такого сюжета - реально потребовала очень больших усилий.

"Путешествия Гулливера" - спектакль сложносочиненный: в нем видна огромная работа художников - Филиппа Виноградова и Вали Останькович. Обычно я придумываю все сам, но здесь без художников было невозможно обойтись, и мы провели огромное количество времени, создавая сценические эффекты. Наша фантазия работала безостановочно, ведь детский театр должен не только удивлять, радовать, но и развивать. Ничего похожего до этого я еще не делал. Свифт написал свой роман совсем не для детей, в его сочинении много политики и сарказма. Создавая детский спектакль, мы рассказываем ту знаменитую историю, которую нам читали в детстве в переведенном варианте - сказке. Думаю, что это одно из моих самых прекрасных путешествий.

Справка "РГ":

Премьера балета "Путешествия Гулливера" состоялась в рамках Открытого фестиваля искусств "Черешневый лес", партнерство с которым Детского музыкального театра имени Наталии Сац начиналось с представления премьеры спектакля Георгия Исаакяна по фильму Федерико Феллини "Репетиция оркестра". В рамках фестиваля проходила и премьера балета Кирилла Симонова "Синяя птица".


Последний раз редактировалось: Елена С. (Пн Май 28, 2018 9:20 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18672
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Сб Май 26, 2018 12:45 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2018052602
Тема| Балет, Приморская сцена Мариинского театра, Персоналии, Ирина Сапожникова
Автор| Андрей Аврамчук
Заголовок| Ирина Сапожникова
Где опубликовано| © La Personne
Дата публикации| 2018-05-25
Ссылка| https://www.lapersonne.com/post/primmariinsky-irina-sapozhnikova
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

Ирина Сапожникова – самый настоящий бриллиант, скрывающийся в отдалённой части нашей страны. И путешествие во Владивосток на Приморскую сцену Мариинского театра стоило того, чтобы её увидеть. О важности школы и индивидуальности читайте в интервью Андрея Аврамчука для La Personne.



У Ирины был не самый простой путь. Не особо выделяясь во время учёбы, она добилась невероятных высот и сейчас является примой одного из самых престижных театров страны. Всем начинающим артистам балета есть чему поучиться у Ирины, ведь её путь — это путь усилий и достижения того, о чём в школе она даже не могла мечтать.

Расскажите, пожалуйста, о вашем пути от школы до статуса примы.

Начала я свой путь с Башкирского хореографического училища имени Рудольфа Нуреева, сейчас его переименовали в колледж. Училище поддерживает старые классические традиции вагановской школы. Педагоги в основном закончили как раз академии в Петербурге или Москве. Но отличия небольшие, и в нашей школе уже сформировался свой стиль и костяк, появилась история.

После окончания училища я шесть лет работала в Башкирском государственном театре оперы и балета. Моя карьера развивалась стремительно — ко второму году работы в театре я прошла весь кордебалет, начала танцевать сольные партии, активно участвовать в различных конкурсах.

И как раз конкурсы дают очень мощный толчок, потому что они тебя полностью меняют. Даже мой педагог Галина Георгиевна Сабирова, которая работала со мной в театре и была мне как вторая мама, недавно призналась, что, выпуская меня из училища, она никогда бы не подумала, что я буду танцевать ведущие партии. Максимум «Щелкунчик» или «Золушка» — то, что подходит мне по внешности и характеру. Но именно из-за конкурсов моя карьера начала стремительно развиваться: мне дали сначала одну ведущую роль, потом вторую, третью и так далее. Какие-то наши примы уходили в декрет, их роли нужно было танцевать. У меня получалось, и меня отмечали. Например, очень серьёзным достижением для меня стала одна из моих любимейших партий — Никии в «Баядерке», хотя я не была уверена, смогу ли я, осилю ли. Очень глубокая и драматичная роль, невероятный, волшебный спектакль… Очень надеюсь, что скоро и у нас во Владивостоке его поставят, и наши дорогие зрители тоже смогут им насладиться.

Потом я услышала, что во Владивостоке открывается новый театр, и рискнула. Это был шаг в неизвестность — я не знала, что здесь будет — но я на него решилась. Первые два года в Приморском театре оперы и балета стали испытанием. Признаюсь, тогда работы было мало, выживать было сложно, держать себя в форме тоже… Всё было сложно. Такой театр был совершенно новым явлением для Владивостока: никто о нём не знал, костюмеры не знали, как застёгивать, гримёры не знали, как гримировать.

Я выжила благодаря своему опыту и убеждениям: я верю, что всё, что происходит в жизни, происходит для чего-то. Я всегда в это верила. Всё происходит так, как нам уготовано. Этот мой переезд научил меня многому: как не сломаться, как не уйти на дно — наоборот, я закалила свой характер, собралась и выжила. Всем нам очень повезло, что здесь решили открыть Приморскую сцену Мариинского театра. Это какое-то совершенно новое событие в мире искусства — филиал Мариинского театра. Вот сейчас, я знаю, и во Владикавказе один открылся, но в любом случае мы первые. После этого всё стало налаживаться: я привыкла к городу, приехали педагоги из Петербурга, что достаточно важно, появился интересный репертуар. И вот я всё ещё здесь.

Есть ли что-то, чего вы не знали, пока учились в школе, а узнали только после окончания?

Достаточно много нюансов. Когда я училась в школе, я не была подающей надежды девочкой, на которую делали ставки. Я просто хотела быть не хуже, чем все. У меня немного мягковатый для балета характер, мне не хватает твёрдости идти в гору. Я даже не думала, что настолько заболею профессией. Я всегда любила танцевать, всегда любила сцену, но никогда не видела себя на сцене Мариинского театра, а сейчас регулярно выступаю там с гастролями. Вот говорят же: «Не бойтесь мечтать — мечты сбываются». Но о таком я даже не мечтала!

В школе у тебя есть педагог. Он с тобой возится, заставляет, выворачивает ноги. Там ещё не у всех есть понимание, зачем всё это. Я, конечно, была прилежной ученицей, но не такой, чтобы постоянно самостоятельно работать над собой. Но мне почему-то всегда везло. И, наверное, самое большое отличие школы от театра в том, что в театре ты никому не нужен, ты принадлежишь сам себе. И очень многие ломаются и выходят из формы. Внезапно над тобой никто не стоит с палкой и не толкает тебя. Не пришел на урок — твои проблемы. Танцевать-то тебе, ломать ноги тоже тебе, если не будешь заниматься. Важно развивать в себе сознательность уже в школе. Это надо не кому-то, а мне. Мне надо беречь свои ноги, своё тело, потому что это — мой хлеб.

Что бы вы могли посоветовать нынешним ученикам?

Много всего, если честно. Если ты работаешь, честно трудишься, и тебе кажется, что мир несправедлив: тебя куда-то не ставят, не дают ролей позначительнее, нужно верить, что справедливость существует, и мой опыт это доказывает. У меня тоже были ситуации, когда меня не любило руководство. И это нормально, кому-то ты нравишься, кому-то — нет. Но если продолжать упорно трудиться, если есть безумное желание, то обязательно всего добьешься. Конечно, какая-то изюминка, какой-то дар от Бога тоже важен. Но куда важнее — не опускать руки. И однажды окажешься там, где даже не мечтал.

В российских театрах, особенно на Приморской сцене, очень много артистов балета, приехавших из-за границы. Насколько важна именно российская балетная школа, чтобы потом работать в российских театрах?

Очень важна. Русскую школу балета видно сразу. Даже когда приезжаешь на конкурс, можно сразу сказать, у кого русский педагог. Сразу! Это руки, чистота, аккуратность, приверженность канонам. Ты не меняешь всё под себя, как любят делать очень многие молодые ребята, которые накручивают непонятно что, но никакого исторического шарма не сохраняется — Петипа уже не Петипа. Если менять то, что не получается, то какая вообще во мне ценность как в балерине, если я не могу исполнить оригинальную постановку.

У нас очень много иностранцев, и иногда случается, что сразу после приезда их нужно немного «причесать» под русскую школу. И педагогам, конечно, приходится работать с ребятами, чтобы они не выделялись. И это непростая работа, особенно учитывая, что у нас около половины ребят не из России. Иностранцев много чему не учат или учат, но по-другому, и это большой вызов. Но наши педагоги хорошо с этим справляются. По крайней мере, все понимают, что сюда едет много иностранцев. Владивосток же очень далеко, и многие русские боятся сюда ехать. Но я бы этого не боялась. У нас уже репертуар, у нас педагоги, мы во всём придерживаемся канонов Мариинского. Так что я призываю ребят ехать сюда.

Как бы вы оценили соотношение влияния школы и собственных амбиций и желаний? Например, у кого больше шансов на успех: среднего выпускника Московской школы или выпускника какой-нибудь менее известной школы, но который постоянно работает над собой?

Конечно, когда говоришь, что закончил Москву или Питер, это играет большую роль. Начнём с того, что в Академии Вагановой проходной экзамен такой, что туда берут идеальных по пропорциям, смотрят на родителей, размер головы… Все, кто не попадает в Академию, разъезжаются по другим школам. Но я всё же считаю, что если ты достоин и работаешь над собой, ты сможешь устроиться. Необязательно быть из известной школы. Моя школа, пусть и известная, но это не Московская академия или Академия Вагановой. Может быть, в Мариинском театре это и играет роль, но в целом не особо.

Замечали ли вы схожесть людей, закончивших одну школу? Признаки, по которым сразу видно, что человек, допустим, из Пермской школы.

Нет, я считаю, что у хороших артистов есть индивидуальность. Конечно, вагановских видно сразу, ведь туда берут только очень высоких, но даже там сейчас уже не всё так явно. По крайней мере, я сразу не могу сказать, что вот это московская школа, это вагановская, а это пермская. Очень многое зависит от педагога.

Вы уже три раза ездили с гастролями в Мариинский театр. Как вы думаете, Приморский филиал — это относительно самостоятельный театр или всё же чувствуется статус филиала?

Мы, конечно, филиал, но у нас своя история, у нас совершенно другая ситуация. Конечно, какие-то организационные моменты диктуются Мариинским — например, хореография. Да и в Петербурге я уже начала чувствовать себя довольно комфортно: артисты Мариинского театра уже знают нас, шутим между собой, что мы коллеги. Но у нас всё равно очень много нюансов. Мы далеко, у нас не так много людей в труппе, у нас не такая большая аудитория, как в Петербурге. Мы живем немного своей жизнью в своих реалиях. Административный контроль идёт из Петербурга, да, но художественные моменты больше решаются нашими руководителями.

А публика? Она сильно отличается?

Конечно. В Петербурге публика очень холодная. К концу спектакля они, конечно, разогреваются, но они уже столько видели, что стали очень требовательными. Исполнение для них должно быть идеальным. А у нас зрители настолько ждали этого театра, балета и оперы, что они нас, как мне кажется, обожают! У нас почти у каждого есть уже поклонники, которые пишут и спрашивают о выступлениях. И они прямо следят за нашими достижениями, прошлым, спектаклями. Это же так приятно! Когда ты понимаешь, что танцуешь не просто так, что есть отдача, что людям не всё равно!

Например, мне одна девочка подарила календарик. А потом пришли её родители и сказали, что она меня увидела в «Кармен-сюите» и не просто захотела стать балериной, а теперь это цель её жизни!

Я думаю, что не зря здесь появился театр оперы и балета. И я вижу огромный потенциал, особенно в будущем. Не только в театре, но и во Владивостоке. Сравнивая, что было пять лет назад и что есть сейчас, разница просто невероятная. И публика здесь очень тёплая, за что ей большое спасибо!

И действительно. Первое, что замечаешь, приехав во Владивосток — это насколько стратегически выгодная позиция у Приморской сцены. Весь город переполнен туристами из Кореи, Китая и Японии. А в этих странах балет пользуется огромным спросом. Поэтому Приморская сцена имеет потенциал служить неким окном для стран Азии в мир русского балета. А это и развитие российского туризма, и развитие самого театра. Ну и, конечно же, сам театр тоже понимает свою позицию, пытаясь адаптироваться под туристический график и давая гастроли сначала в Китае, потом в Корее, а теперь и строя планы по «захвату» Японии. Гастроли, которые пользуются небывалым спросом. Во многом за счёт уникальности некоторых постановок театра и художественного руководителя балетной труппы.

Ваш художественный руководитель, Эльдар Алиев, ставит собственные спектакли, которые пользуются успехом и за рубежом. Как бы Вы оценили его стиль? В чем отличие этих постановок?

Эльдар провёл огромную работу, когда приехал сюда. До него не было практически ничего, а он отличный административный руководитель. Ему нужно, чтобы всё было чётко, чтобы всё работало, как часы. Он, конечно, иногда строг, но я его понимаю. Если бы он был мягок и боялся обидеть, то ничего бы не получилось.

Его спектакли очень живые: в «Щелкунчике» все декорации двигаются, пушки стреляют — он у нас просто волшебный. Главное отличие его постановок в том, что он старается уложить привычную историю в более компактную, при этом не жертвуя сюжетом. Все постановки отлично подходят для нашего театра. И люди их полюбили.

Конечно, мы сейчас готовим и будем ставить новое. Репертуар будет расти, это неизбежно. Этого хотят и зрители, и мы.

А Петербург не против этого?

Я, если честно, не знаю всех нюансов, но, кажется, они не против. Спектакли хорошо продаются. И мы не можем поставить, например, Мариинского «Корсара» — у нас просто недостаточно людей в труппе. А вариант Эльдара очень красивый и достойный. Он, конечно, безумно сложный. Например, в «Корсаре» я иногда даже не успеваю снять пуанты за спектакль, где у меня четыре переодевания в двух актах и четырех картинах. Он любит, чтобы артист был в форме именно за счёт спектаклей. И это здорово.

Особая благодарность Приморской сцене Мариинского театра за помощь в создании материала.

======================================================

Все фото - по ссылке
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18672
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Сб Май 26, 2018 1:13 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2018052603
Тема| Балет, МГАХ, Персоналии, Ирина Сырова
Автор| Карина Житкова
Заголовок| Ирина Сырова
Где опубликовано| © La Personne
Дата публикации| 2018-05-26
Ссылка| https://www.lapersonne.com/post/bolshoi-ballet-academy-irina-syrova
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

Ирина Юрьевна Сырова, один из старейших педагогов Московской академии хореографии, где преподает уже 39 лет! Мы решили, что интервью у Ирины Юрьевны возьмет ее ученица Карина Житкова, которая провела с ней в балетном классе много лет и до сих пор вспоминает с теплотой это время. О своей методике, ученицах и родной школе читайте в нашем интервью.



Ирина Юрьевна, вы в свое время выпускались из Пермского хореографического училища, сейчас вы являетесь профессором кафедры классического танца Московской государственной академии хореографии. Кто был вашим педагогом в Перми? Кто вкладывал в вас основы основ, был вашим наставником?

Основным моим педагогом в училище была Кузнецова Галина Константиновна, начиная с 5 класса я училась и выпустилась у нее. Затем она преподавала уже в московском училище и мне так повезло по жизни, что долгие свои творческие годы я провела под ее неусыпным наблюдением и постоянной помощью. Таким образом, я и закрепилась здесь как педагог, и уже 39 лет преподаю в Московской академии хореографии.

А как вы поняли, что хотите преподавать?

Когда я окончила училище и пришла в театр, меня сразу привлекли к работе в хореографическом училище в качестве педагога, я работала на заменах. Видимо, во мне сразу увидели какую-то педагогическую жилку, поэтому я имела опыт еще до того, как получила педагогическое образование в ГИТИСе. Полтора года назад я была на юбилее Пермского хореографического училища, ко мне подошел мужчина и говорит: «Вы помните, как у нас заменяли в третьем классе?».

Я счастлива, что училась в Перми и очень люблю нашу школу, хоть «нашей» сейчас, наверное, для меня больше является Московская академия. Думаю, «наша» для меня – и там, и там.

На своём творческом пути мне посчастливилось работать с замечательными пермскими педагогами: основы, важные человеческие и профессиональные качества в академии в меня вкладывали вы, затем Людмила Шипулина в Муз. театре Станиславского, Елена Барановская в Одесском театре оперы и балета, Галина Шляпина в Кремле. Насколько, по вашему мнению, сейчас сильна пермская школа, ведь сложно отрицать, что она выпускала просто грандиозных танцовщиков в разное время?

Я считаю, что свой высокий уровень Пермское училище держит и сейчас. Я давала там мастер-классы не так давно и заметила, что там много сильных преподавателей. К сожалению, многие уже ушли от нас – Людмила Павловна Сахарова и Нинель Даниловна Сильванович. Это были люди, влюбленные в свое дело, очень серьезно относящиеся к нему и, конечно, традиции, которые заложила еще Екатерина Николаевна Гейденрейх, очень бережно сохранялись преподавателями и всеми нами, учащимися. В основном в училище поступали иногородние дети, те, кто очень хотел учиться, и серьезно относились к делу. Наверное, из всего этого зародилось такое зерно профессионализма, которое в последствии дало свои плоды.

Галина Константиновна Кузнецова, ваш наставник, она тоже рано начала свою педагогическую деятельность?

Да, в 22 года она уже начала преподавать, ее как раз привлекла Екатерина Гейденрейх. С 1974 года она уже начала работать в Москве . Галина Константиновна была необыкновенным педагогом и человеком, в ней удивительным образом сочеталась требовательность и доброжелательность. Она была человеком очень эмоциональным и увлеченным, именно этим и вела за собой своих учеников. Мы восхищались, когда она что-то придумывала, показывала, у нее это всегда получалось очень легко. Я не знаю ни одного человека, кто относился бы к ней равнодушно или отрицательно, такого просто не могло быть. Галина Константиновна очень много мне дала в профессиональном плане. Когда я начинала свою деятельность. В ГИТИСе я училась у Жемчужиной Елены Николаевны, и в первые годы они с двух сторон опекали и поддерживали меня, приходили на уроки, честно высказывали свои пожелания. У меня до сих пор хранятся записи тех замечаний, я их перечитываю и очень ими дорожу.

К вам в ученицы попадают уже в средних-старших классах. Каков Ваш подход к девочкам в такой сложный для них период? Ведь это время происходит становление характера, смена приоритетов, взросление. Я помню, что на ваших уроках всегда была строгая дисциплина, но не было муштры.

Мне кажется , что требовательность в нашем деле необходима, мы не добьемся ничего мягкостью и уговорами. Требовательность должна сочетаться с уважительностью, доброжелательным посылом, с умением добиться того, что нужно. Ученик должен понять, что все требования только для его же блага. Другого рецепта я не знаю. Конечно, психологически мы реагируем уже в классе, иногда приходишь в класс с определенным уроком, а начинаешь заниматься и видишь, что дети в данный момент плохо тебя слышат или мышцы у них не так отвечают на движения, которые им задаешь – вот тут и приходится корректировать по ходу.

Педагог должен обладать внутренним чутьем, должен реагировать на все, но при этом уметь заставить, потребовать результата так, чтобы ребенок сам захотел это сделать.

На чем основана ваша методика преподавания? Из чего складывается система обучения? Это полностью разработанная вами система или она в чем-то основана на опыте других педагогов?

Насчет особой методики сказать трудно, но большое значение играет опыт. В чем наша профессия прекрасна и трудна? Мы всю жизнь должны учиться: и на своих ошибках, и на уроках других педагогов. Мы учимся и на экзаменах: после них проходит обсуждение и члены комиссии высказывают свое мнение. Приходится заново анализировать свою работу и искать варианты преодоления трудностей.

Естественно, есть фундамент, без которого артист балета не может состояться, нельзя сказать, что вот этому можно научиться только в младших классах, а этому – только в средних, у нас есть вещи, которыми мы занимаемся всю свою жизнь. Наш фундамент – это правильная постановка ног, корпуса, головы, рук, приобретение свободы движения, мягкости. Должно быть ощущение, что танец – это так же естественно, как разговор. Нет прописных уроков, занимаясь которыми мы с уверенностью сможем чего-то добиться. У нас абсолютно авторская работа – каждый день мы придумываем новый урок, в зависимости от программы, от наличия профессиональных данных, уровня подготовки детей и этапа обучения. Все это мы должны учитывать ежедневно.

Школа – это приобретение необходимых для профессии навыков, мы должны обучить детей грамоте. На основе этой грамоты и воспитанного тела артист в театре уже продолжает немного другое обучение. Даже урок там строится по-другому, он направлен на то, чтобы поддерживать форму, чтобы добиваться качеств, необходимых для выхода на сцену. Но если в педагоге заложено стремление улучшать артиста, а не только поддерживать форму, он всегда будет так строить урок, что он будет учить артистов чему-то новому.

Ваши ученицы работают в лучших театрах страны, поддерживаете ли Вы связь с ними?

Да, с очень многими. У меня есть Инна Воронина, мой первый выпуск 1991-го года, она работала в Муз. театре Станиславского и до сих пор мы с ней общаемся. Много учениц в Японии и даже в Америке.

Вы воспитали множество балерин! Что меняется в студентах со временем? Ведь сейчас, даже по сравнению с нашим выпуском у учеников немного другие приоритеты, в чем-то они свободнее и взрослее. Как это отражается на учебе?

Да, это очень заметно. Отличие нынешних детей в том, что они более разбросаны, у них огромное поле деятельности вне профессии, им надо все успеть, много чего увидеть, пообщаться, множество социальных сетей, интернет – все это дает им большие возможности, но они не так сосредоточены, не так нацелены на профессию, как это было раньше. Есть исключения, конечно, но в целом, особенно последние 10 лет, разница очень заметна. Всегда есть люди одержимые, влюбленные в свою профессию, готовые сутками работать. Я думаю, что честное отношение и любовь к своему делу у самого педагога может вдохновлять учеников, увлекать их.

На заинтересованность влияет, конечно, занятость в репертуаре, где большое значение имеют такие факторы как, например, рост, а в классе могут быть совершенно разные девочки и их всех надо стараться задействовать в общей сценической практике. За все годы работы, пожалуй, остались единицы, кто был равнодушен к профессии, сейчас даже не могу вспомнить. Может быть мне везло, но мои ученики всегда были увлечены своим делом, хотя трудностей бывало много.

Только что закончились Государственные экзамены, что бы вы могли пожелать выпускникам в этот период перехода во взрослую новую жизнь?

Конечно, удачно устроиться, чтобы каждый из них получил возможность реализовать те знания и умения, которые они получили в школе. Чтобы повезло! Это тоже важно, но главное – работоспособность, честное и добросовестное отношение к своему делу. В чем еще сложность нашей профессии – обмануть никого невозможно. Ты выходишь на сцену и что ты из себя представляешь, то и увидит зритель, нельзя ни за чем скрыться, сколько не ищи выгодные ракурсы. Но суть, профессионализм, музыкальность всегда видны. Поэтому желаю им искреннего отношения к своему делу и чтобы им за это обязательно была награда в виде достойного места в профессии.


Фото личный архив Ирины Юрьевны Сыровой
================================================================
Все фото - по ссылке
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18672
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вс Май 27, 2018 2:51 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2018052701
Тема| Балет, Челябинский театр оперы и балета, Премьера, Персоналии,
Автор| Ксения Шумина
Заголовок| Приходите, дети, в Африку гулять
В оперном театре — премьера: балет «Приключения доктора Айболита»

Где опубликовано| © Челябинский обзор
Дата публикации| 2018-05-27
Ссылка| https://ob-zor.ru/v-opernom-teatre-premera-balet-priklyucheniya-doktora-aybolita
Аннотация| ПРЕМЬЕРА



Сказочный детский балет — редкий жанр на провинциальных подмостках. Челябинский театр оперы и балета рискнул — вложил массу сил и времени в постановку знаменитого произведения Чуковского. И не прогадал — корреспондент «Челябинского обзора», давно вышедший из детского возраста, с удовольствием посмотрел на Айболита, Бармалея, зверей и шайку разбойников.

— Хотите глянуть на Бармалея? Ничего такой получился, рыжий, красивый, страшный, — такими словами художник Мария Высотская, автор декораций и костюмов, встречает журналистов за кулисами.

Бармалей, облаченный в пиратские стрейч-лохмотья, декорированные мехом и заклепками, немногословен. Он позирует на камеру, широким жестом обнимает Марию и характерным балетным шагом удаляется в гримерку — входить в образ.

В этот же момент мимо проходят белый пудель под два метра ростом и рыжее пушистое существо, апельсиновым цветом намекающее на лисье происхождение.

— Детский балет — очень сложный жанр, на мне как на художнике лежит большая ответственность, — продолжает Мария. — С одной стороны, спектакль должен быть ярким, красочным, необычным. С другой стороны, так как основной зритель — дети, персонажи должны легко угадываться. Наши герои — звери, и они должны быть внешне зверями, и при этом дети должны в них влюбиться. Если этого не произойдет — пишите пропало! При этом еще костюмы должны быть сверхудобными — героям надо танцевать, двигаться. Я обошла, наверное, все магазины тканей в Челябинске, а часть материала еще и пришлось заказывать из Москвы.

Как только занавес открылся, сомнения в том, влюбятся ли дети, рассеялись. Появление собаки Аввы, Петуха, обезьяны Чичи, Лисы, Ванечки, Танечки и прочих персонажей сразу вызвало в зале оживленный визг и бесконечные вопросы: «а это кто?», «а почему мишка ругается?», «а зачем дядя в белом халате берет шприц?» и так далее.

Пластически балет получился очень выразительным. Доктор Айболит танцевал интеллигентного мудреца — сдержанно, с выверенностью каждого жеста и движения. Партии шайки разбойников временами напоминали то тусовку на деревенской дискотеке, то танцевальное шоу в хорошем хипстер-клубе — в зависимости от того, как менялся моральный облик непутевых злодеев. Звери были настоящими животными — непосредственными, гибкими, чуть шероховатыми; в общем, артисты передали их природу более чем достоверно.

Ну, и конечно, адскую смесь зла, горячности и темперамента дал Бармалей. Артист Зураб Микеладзе отмерил персонажу детской сказки ровно столько драматизма и нерва, сколько это было нужно.

Сегодняшние дети — абсолютные визуалы, и спектакли необходимо оформлять, учитывая эту особенность. В «Приключениях доктора Айболита» — масса спецэффектов, видеопроекций, очень интересных символических решений. Все это органично сочетается с музыкой композитора Игоря Морозова. Кстати, либретто балета написал сам постановщик — Юрий Выскубенко, на основе первоисточника Петра Аболимова.

— Спектакль я очень «сжал», чтобы не было ни одного статичного и скучного эпизода. Действо идет быстро, красиво, при том, что в спектакле задействовано 40 человек, — рассказывает Выскубенко. — В нескольких сценах участвуют учащиеся детского колледжа, с которым мы плотно сотрудничаем. Поэтому, пользуясь случаем, мы хотим сказать, что объявляем набор детей в эту школу при южноуральском институте. Мы рады, что ряды балерунов и балерин пополнятся новой талантливой молодежью.

Пусть «Приключения доктора Айболита» и адресованы детям, но все же основной месседж этого спектакля легко прочтется и взрослыми. В последней сцене Айболит и его друзья перевоспитывают зло — крокодил выплевывает исправившегося Бармалея, он и разбойники присоединяются к доктору и его пациентам, и все вместе идут навстречу новым добрым делам. Таким образом конфликт плохого и хорошего исчерпывается полной победой последнего. То есть врага не всегда обязательно уничтожать — порой его можно переделать и взять в свой лагерь. Очень полезная мысль. И детям, как нам кажется, тоже.

=====================================================
Все фото - по ссылке
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18672
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вс Май 27, 2018 3:01 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2018052702
Тема| Балет, Латвийская Национальная опера, программа «Возможно»
Автор| Андрей Шаврей (журналист)
Заголовок| В латвийском балете все возможно — это стало ясно за один вечер
Где опубликовано| © Rus.Lsm.lv
Дата публикации| 2018-05-27
Ссылка| https://rus.lsm.lv/statja/kultura/kultura/v-latviyskom-balete-vse-vozmozhno--eto-stalo-jasno-za-odin-vecher-kultura1kb.a279833/
Аннотация|




На сцене нового зала Латвийской Национальной оперы уже несколько лет под занавес сезона предлагают программу «Возможно». На сей раз она вызвала абсолютное восхищение у публики (преимущественно профессиональной).

В рамках концертов этой программы участвуют молодые хореографы и начинающие артисты балета, недавние выпускники Рижского хореографического, поддерживаемые их более опытными коллегами, в данном случае — зачастую примами и ведущими солистами Латвийского национального балета.

Программа концерта выдалась плотной, в трех отделениях — и, что важно, в нем практически не было проходных номеров. Считается, что, «возможно», многие номера этой программы в будущем продемонстрируют и на основной, большой сцене главного театра страны. Но всю эту программу можно показывать там уже хоть сегодня.

В первом отделении представили одноактный балет «Лейла», о судьбе женщины Востока. В конце все умерли, убиты с подачи ведущего солиста балета Раймонда Мартынова. В хореографии Анастасии Блажновой танцевали также Юлия Брауэре, премьер латвийского балета (с недавних пор и педагог) Сергей Нейкшин, Ринголд Жигис.

Второе отделение открылось па-деде принцессы Форины и Синей птицы из «Спящей красавицы» Петра Чайковского в исполнении Марты Озолини и Артура Соколова. В классической версии Мариуса Петипа. В дальнейшем великий Петипа показывался на сцене еще раз, сменяясь современными номерами.

Например, многоопытный ведущий солист латвийского балета и молодой хореограф Раймонд Мартынов предложи яркий и темпераментный номер Human с солистом Гонзало Прециадо Азанза (гость из солнечной Испании). После чего вновь последовала классика от Петипа — па-де-де из «Жизели» Адольфа Адана в достойном исполнении Элины Агаевой и Айдена Вильяма Конефри.

Let it go — современную хореографию Евгению Траутмане исполнила Паулина Друка. После чего представили фрагмент из балета «Кармен» — танцевала Паула Лиелдиджа-Колбина. Что немаловажно, «Кармен» шла в хореографии Александра Лембергса, бывшего главным балетмейстером нашего балета в 1960-80-х годах.

Faire las pas — обнаженный по пояс Сергей Нейкшин и прекрасная Юлия Брауэжре выдали номер от молодого хореографа Миланы Комаровой. После чего Анна Русске и Донат Рудзитис исполнили фрагмент из «Корсара» Адольфа Адана в версии по-прежнему бессмертного Петипа.

Третье отделение началось вновь с классики Петипа — Йоланта Лубея и Карлис Цирулис на выдающемся уровне исполнили па-де-де из «Спящей красавицы» Чайковского. После чего вышел «Лебедь» из «Карнавала животных» Сен-Санса — хореографию именитого Раду Политару танцевал молодой солист латвийского балета Кирилл Байдук.

Over the hills (хореография Антона Фрейманса в исполнении Аны Русске и самого Фрейманса). Potestatem на музыку Вивальди (хореография уже достаточно опытного молодого хореографа Александры Астреины, танцевала Паула Лиелдиджа-Колбина). Дмитрий Гайткевич предложил номер «Я вновь слышу» на музыку Жоржа Бизе (солисты — Мария Бурцева и Артур Соколов), а Яна Милберта-Шмите — свои «Вариации» на музыку Чайковского.

Еще один номер от Миланы Комаровой — Memories are madeof this — исполнили Марта Озолиня и Айден Вильям Конефри. Double trouble от Элзы Леймане танцевала Алисе Томковича, а завершился концерт «тарантеллой» в исполнении Паулины Лруик и Кирилла Байдука.

Все возможно!
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18672
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Май 28, 2018 11:42 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2018052801
Тема| Балет, БТ, Персоналии, Нина Капцова
Автор| автор Мария Погребняк/фото архив героя
Заголовок| Прима Большого театра Нина Капцова — о ростовском детстве и иголках в своих пуантах
«КОНЕЧНО, ЛЮДЯМ СКУЧНО СМОТРЕТЬ КИНО, ГДЕ ТАНЦОРОВ БАЛЕТА НЕ БЬЮТ ПАЛКАМИ»
Где опубликовано| © журнал «НАЦИЯ» (Ростов-на-Дону)
Дата публикации| 2018-05-28
Ссылка| https://nationmagazine.ru/people/prima-bolshogo-teatra-nina-kaptsova-o-rostovskom-detstve-i-igolkakh-v-svoikh-puantakh-/
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ



На минувшей неделе в ростовском музтеатре прошел международный фестиваль «Лето балета». В нем приняли участие ведущие солисты Большого, Берлинского, Мариинского и Михайловского театров. В «Баядерке» танцевала прекрасная Нина Капцова, прима Большого, урожденная ростовчанка.

— Вы по-прежнему называете жерделу жерделой, а тютину — тютиной?

— Конечно, называю, от этого никуда не деться, я коренная ростовчанка. Я вообще осталась очень южным человеком — люблю тепло, жару, солнышко. В Москве всегда мерзну, мне там не хватает этого.

— Что вы запомнили из ростовского детства? И что еще ростовское осталось в вашем характере?

— О, я всегда очень любила пирожные с заварным кремом в «Колосе». И гулять по парку Горького: он рядом с квартирой моей бабушки, у которой я часто гостила. Всегда там гуляю, когда приезжаю.

О ростовских чертах в характере… Не знаю даже. Все приезжие отличаются от москвичей каким-то провинциальным взглядом на жизнь. Приходится подстраиваться под столицу, включаться в ее ритм.


Нина Капцова, 39 лет. Балетом начала заниматься в Ростове, затем училась в Московской государственной академии хореографии. Окончила с красным дипломом, в 1996-м была принята в труппу Большого театра. В 2010-м стала заслуженной артисткой России, а в 2011-м — примой-балериной Большого театра.
Замужем за пианистом Алексеем Мелентьевым, воспитывает 4-летнюю дочь.



— Как ваши родители согласились отпустить вас в Москву, в интернат? Это же был конец 80-х-начало 90-х, все разваливалось. Страшно было за взрослых, что же говорить о маленькой девочке.

— Ну, когда они согласились, еще не было полного развала. Это был 1988 год, не 1992-й, большая разница. Мама видела, что у меня действительно есть способности. Да, стоял выбор между размеренной комфортной жизнью, похожей на тысячи других жизней, и неизвестностью, авантюрой.

Я была не одна в семье, у меня есть родная старшая сестра, она тогда как раз поступила в институт. Мама с папой поделили семью пополам, это было сложное решение, и я очень благодарна, что они его приняли. Поехали вместе со мной поступать, оформили в интернат. В течение первых 2,5 лет родители приезжали по очереди на полгода: договаривались на работе проходить в Москве курсы повышения квалификации. Мы виделись 1-2 раза в неделю, меня забирали на ночь к себе. Мне это помогало пережить трудности: в интернате мне было очень непросто.

Я была домашним ребенком. И с самого начала стала выделяться, у меня оценки были выше, чем у других. Из-за этого возникали сложности в общении с детьми. Мне старались навредить — дети очень жестокие, это правда. Они не хотели, чтобы я высыпалась и успевала сделать домашнее задание, будили меня посреди ночи. Включали свет, кричали: все, хватит спать! Или после уборки вываливали мои вещи из шкафчика, чтобы я снова их туда складывала. Вроде бы мелочи, но неприятные.
В конце концов родители сняли квартиру в Москве. И начались 1990-е. Иногородним было тяжелее, чем москвичам: местным выдавали какие-то продукты по талонам, а приезжим нет. Мне было тогда 14 лет, тяжелая учеба, подростковый возраст. Мама изощрялась: из скудного набора продуктов пыталась приготовить что-то вкусненькое. Но часто мы сидели только на гречке и хлебе. Но помню, что меня всячески пытались оградить от бытовых проблем.

— Смотрели фильм Тодоровского «Большой»? И — какой лучший фильм о балете? «Черный лебедь» Аранофски, нет?

— Ой, давайте не будем уже про этот «Большой»! Конечно, людям всегда интересно закулисье, как живут артисты. Но правды вам никогда не покажут — это неинтересно. В кино все надо приукрасить, чтобы было больше впечатлений. Это всегда сильная гипербола и обман. Правда — в документальном кино, но правду не любят.
Конечно, скучно смотреть кино, где танцовщикам не подсыпают гвозди в туфли и не бьют их палками. Зрителям надо, чтобы били, иначе они просто не будут смотреть. Люди же хотят потом обсудить: ой, там такое за кулисами творится, это вообще! «Черный лебедь» — тоже далеко от реальности.
Мне в детстве очень нравился фильм «Анна Павлова» (лента 1983 года о жизни легендарной русской балерины, режиссер Эдуард Лотяну). Она была моим кумиром. На тот момент фильм казался мне правдивым и жестким.

— И все-таки что в этих рассказах о жестокости и высокой конкуренции в балете — правда? Битое стекло в пуантах?..

— Ну, битое стекло — это слишком жестко. Но однажды я находила иголки в своих пуантах, да. У кого-то ленточки от туфель отпарывают. Мне как-то рассказывали, что у одной девочки, которая должна была ехать на конкурс, исчезли туфли. Потом выяснилось, что конкурентки по училищу закинули их на антресоль. Она их обнаружила, когда выпускалась уже. Там, на антресолях, кстати, не только ее пуанты были.
Да, плетут интриги, бывает планомерная травля. Когда такое происходило со мной, я не кричала: вот, у меня есть завистники, недруги! У меня вообще простая позиция — не думать ни о ком зло и не делать зла никому. Любого человека надо принимать таким, какой он есть, либо держаться от него подальше.
Балет — это сложный мир, в котором нужно уметь оставаться собой. Жизнь тебя бьет-бьет — а ты по-прежнему открыт и доброжелателен к людям. Чтобы наедине с собой тебе не было стыдно, обидно и больно.

— Что прима Большого театра умеет такого, чего не умеет обычный человек?

— Исполнить подряд 32 фуэте (смеется). Если говорить о повседневной жизни: лучше развита зрительная память, потому что весь хореографический текст учится глазами. Смотришь, потом повторяешь; танец не просто физическое движение, это работа мозга. Не только тело, но и голова очень устает во время танца. Ведь ты во время спектакля проживаешь свою роль, рассказываешь коротко чью-то жизнь. Наизнанку выворачиваешься, потом идешь за кулисы опустошенный. Поэтому, например, интервью сразу после спектакля дать физически невозможно. После сверхнапряжения приходит пустота, слова не сказать. У меня и на сцене бывает, надо что-то партнеру шепнуть, но я не могу.

— О чем бы вы хотели предупредить родителей, которые хотят отдать своего ребенка в балет?

— Отдавайте, только если он сам этого очень хочет. Я знаю много историй, когда кого-то привели насильно, и это было мучение. Из-под палки не получится ничего, ребенок будет плохо учиться и карьеры не сделает.

Надо учитывать генетику: допустим, у родственников есть предрасположенность к полноте. Из-за лишнего веса или низкого роста запросто могут отчислить. Был случай: родители высокие, девочка все не растет — стоял вопрос об исключении. Мама еле уговорила комиссию: мол, сама была низкой, а потом резко выросла. С девочкой, к счастью, так и произошло.

Еще, конечно, танцоры более выносливы, у нас лучше развита дыхательная система.

Учиться всегда тяжело, это рутина, постоянный труд. Первые годы, когда балерины маленькие (в училище принимают с 10 лет), педагоги учат так: представьте, что у вас на ноге бабочка, и вы ее подбрасываете, такая получается учеба со сказкой. Хотя мне этого не надо было, я с самого начала работала, как взрослая, относилась ко всему серьезно, меня за это хвалили.

=======================================================
Все фото - по ссылке
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18672
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Май 28, 2018 12:05 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2018052802
Тема| Балет, БТ, МГАХ, отчетный концерт
Автор| Валерий Модестов
Заголовок| Московской школе балета - 245 лет
Где опубликовано| © Вечерняя Москва
Дата публикации| 2018-05-28
Ссылка| http://vm.ru/news/497082.html
Аннотация| отчетный концерт

Нынешний отчетный концерт учащихся одной из старейших балетных школ мира – Московской Академии хореографии – проходил в рамках Года великого хореографа и педагога Мариуса Петипа, чье имя неразрывно связано с историей русского классического балета.

Концерт учащихся на прославленной сцене Большого театра – ответственный экзамен для Академии, ее ректора профессора Марины Леоновой, всех ее педагогов и, конечно, для самих учащихся. Это своеобразное представление театральному сообществу столицы будущих артистов балета, некоторые из них наверняка станут звездами.

Особенность нынешнего отчетного концерта, придуманного народной артисткой России Мариной Леоновой, – прежде всего, в том, что он в основном состоял из произведений Мариуса Петипа.

Открывала концерт танцевальная сюита «Оживленный сад» из балета «Корсар». Редакцию этого легендарного творения Петипа выполнил с расчетом на возможности учащихся всех уровней – от малышей до выпускников – преподаватель Академии Юрий Бурлака. Блистала в сюите Александра Трикоз, она создала запоминающийся образ своей Медоры.

Дуэт Медоры и Конрада из 1-го акта «Корсара» виртуозно исполнили лауреаты недавнего Московского международного балетного конкурса Елизавета Кокорева и Денис Захаров.

Позже в дивертисментном отделении концерта Александра Трикоз в паре с обаятельным виртуозом Игорем Горелкиным достойно предстала в Па де де из балета «Тщетная предосторожность» (хореогр. А. Горский). Их чистоте и точности в классике может позавидовать любой профессионал.


Валерий Модестов, "Вечерняя Москва"
Миниатюра «Вариации на тему рококо»


Второе отделение было полностью отдано миниатюре Алексея Мирошниченко «Вариации на тему рококо» на музыку Чайковского, который в беседе с виолончелистом Фитценхагеном сказал: «Рококо – это лёгкая безмятежная радостность».

Решенная в стиле неоклассики композиция Мирошниченко состоит из двух классических па де де и одного па де труа в сочетании с изобретательными ансамблями. Семь талантливых обладающих чувством пластического юмора танцовщиков (Александра Трикоз и Игорь Горелкин; Елизавета Кокорева и Денис Захаров; Никита Опарин, Полина Афанасьева и Марк Чино) представили ироничную пародию современного хореографа на куртуазность французских придворных в балетах эпохи Рококо.

Марк Чино, замечательно исполнивший свою партию в Па де труа из «Вариаций на тему рококо» вдохновенно станцевал с Елизаветой Егоровой Па де де из балета Чайковского «Спящая красавица» (хореогр. М. Петипа), в котором вновь показал себя не только блестящим классическим танцовщиком, но прекрасным кавалером в дуэтном танце.

А еще были другие запомнившиеся фрагменты из балетов Мариуса Петипа: знаменитый Танец пиратов из балета «Корсар» и не менее знаменитый Танец с барабанами из балета «Баядерка», а также Pas de six из балета «Эсмеральда» с талантливым Дмитрием Смилевски в роли Гренгуара, представившие разножанровую хореографическую подготовку будущих артистов балета.

Заключал концерт темпераментный Венгерский танец из балета Глазунова – Петипа «Раймонда» в исполнении студентов старших курсов Академии.

Зрители благодарными аплодисментами долго не отпускали юных артистов и их педагогов со сцены.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18672
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Май 28, 2018 11:37 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2018052803
Тема| Балет, Татарский театр оперы и балета, XXXI Международный фестиваль классического балета имени Рудольфа Нуриева
Автор| Улькяр Алиева
Заголовок| Мозаичное панно 31-го Нуриевского фестиваля
Где опубликовано| © Belcanto.ru
Дата публикации| 2018-05-28
Ссылка| http://belcanto.ru/18052811.html
Аннотация| ФЕСТИВАЛЬ



Уже в тридцать первый раз сцена Татарского театра оперы и балета открывает свою завесу, чтобы в рамках традиционного Международного фестиваля классического балета им. Рудольфа Нуриева показать всю палитру классического наследия и творческие искания уже признанных современных мэтров балетного искусства.

Нуриевский фестиваль – один из самых известных и престижных фестивалей академического искусства не только на постсоветском пространстве. Он занимает достойное место в плотном графике международных балетных форумов. Надо отдать должное организаторам фестиваля: они каждый раз стараются преподнести своему зрителю, помимо программы фестиваля, целый ряд мероприятий, дополнительно раскрывающих весь спектр мира балета.

Впервые, в рамках XXXI Нуриевского фестиваля, состоялась презентация проекта «Ballet feat. Cinema» (Балетный подвиг. Кинематограф), в котором были представлены фильмы, посвящённые великому танцовщику ХХ века – фильм-воспоминание о приезде Рудольфа Нуриева в Казань «Визит» реж. Б. Юсупова, «Прощание с Родиной» реж. Ф. Давлетшина, «Танцующий в пустыне» реж. Р. Реймонда. В рамках данной программы были также представлены видеолекции киноведа А. Хайбуллиной; балетный мастер-класс премьера балетной труппы татарского театра Олега Ивенко, снявшегося в роли Рудольфа Нуриева в фильме английского режиссера Р. Файнса «The White Crow» («Белый ворон»), а также, в рамках вечера «Балет в кино», презентация фильма «Курбан-роман» режиссера С. Юзеева и творческая встреча с создателями фильма.

В рамках другого проекта — «Ballet talk» (Разговоры о балете) — впервые на постсоветском пространстве был представлен уже апробированный на Западе цикл лекций, раскрывающий историю и особенности предстоящего спектакля. С лекциями выступили московский балетовед А. Максов, а также казанские музыковеды Е. Хадеева и А. Маклыгина.

Нуриев, будучи директором балетной труппы Парижской оперы, поверил в талант многих молодых и малоизвестных хореографов и исполнителей, ставших в последствии культовыми фигурами в балете. Среди них был и Лоран Илер, который в настоящее время является художественным руководителем балета Московского Музыкального театра им. К.С. Станиславского и Вл.И. Немировича-Данченко. На творческом вечере экс-этуаль Opera de Paris поделился своими воспоминаниями о совместной работе с Рудольфом Нуриевым.

Однако самая главная составляющая Нуриевского фестиваля – это спектакли с лучшими исполнителями мировой балетной сцены. В рамках фестиваля была представлена деликатно обновлённая художественным руководителем балетной труппы театра Владимиром Яковлевым редакция классического спектакля «Баядерка» Л. Минкуса.

Следует отметить, что на сей раз фестиваль прошёл под эгидой двух знаковых для балетного мира дат — 80-летия со дня рождения Рудольфа Нуриева и 200-летия выдающегося хореографа Мариуса Петипа. Не случайно организаторы открыли прошедший фестиваль с балета «Баядерка» на музыку Л. Минкуса – апофеоза творческой мысли М. Петипа и балета, принёсший Р. Нуриеву как первый успех на сцене Кировского театра, так и в Париже. И именно в этом балете тяжело больной танцовщик в последний раз выступил перед публикой.

Обновлённая «Баядерка» оставила самые благоприятные впечатления. Общий положительный эффект от постановки был немного «утяжелён» давящей сценографией – целым пантеоном индуистских богов (хотя достаточно было одного бога Вишну, которому служит титульная героиня) и загромождённой декоративными деталями сцена «Теней».

В премьерном спектакле были заняты два состава исполнителей, каждый из которых оказался по-своему интересным. Никия – Кристина Андреева (Татарский театр оперы и балета) – пленяла изяществом, трепетностью и трогательной непосредственностью, Матильда Фрустье (Балет Сан-Франциско) — пластичностью, сдержанностью и «закрытостью» от враждебного мира. Солор — Олег Ивенко (Татарский театр оперы и балета) был мужественен, импозантен и уверен в себе, а Игорь Цвирко (Большой театр) более лиричен и артистичен. Гамзатти — Аманда Гомес (Татарский театра оперы и балета) была одержима любовью, яростью, ревностью, Анна Тихомирова (Большой театр) — красива и аристократична в своей строгой манере классического танца.

Прекрасное впечатление (несмотря на ряд нюансов) оставило выступление английской балерины Лауретты Саммерскейл (Национальный балет Мюнхена) и венгерского танцовщика Иштвана Саймона (Дрезден балет). А вот выступление ведущего дуэта в спектакле «Дон Кихот» с участием кубинских исполнителей – улыбчивой Адиарис Алмейды и энергичного Йона Акосты оставил неоднозначное впечатление: всё было по-южному искристо, легко, темпераментно и … технически небрежно. В который раз автор этих срок вынуждена констатировать, что имея прекрасные технические данные и природный артистизм, кубинские исполнители умудряются так «неряшливо» обращаться с классическим хореотекстом, увлекаясь желанием покорить (не без успеха) публику не красотой классического танца, а внешними трюковыми эффектами.

Советская балетная классика была представлена двумя спектаклями: знаковым для татарского музыкального-сценического искусства легендарным балетом «Шурале» Ф. Яруллина в постановке Л. Якобсона с участием артистичного Руслана Савденова (Theatre du Capitol, Тулуза), и обаятельного дуэта Мариинского театра – изящной и женственно-нежной Ренаты Шакировой (Сююмбике) и мужественного, фактурного Тимура Аскерова (Былтыр), а также балетом «Ромео и Джульетта» С. Прокофьева в постановке Б. Мягкова.

Свой очередной день рождения исполнительница главной партии Джульетты — прима Татарского театра Кристина Андреева — провела на сцене и выступление всех её коллег по сцене – Михаила Тимаева (Ромео), Олега Ивенко (Меркуцио), Артёма Белова (Тибальд), Ильнура Гайфуллина (Парис) и Алессандро Каггеджи (Бенволио) — стало достойным золотым обрамлением столь очаровательного «балетного бриллианта» Татарского театра.

Уже четверть века действует Казанское хореографическое училище, подготовившее за эти годы целую плеяду замечательных исполнителей, представляющих своё искусство за рубежом и являющиеся основным «костяком» балетной труппы Татарского театра. Поэтому не случайно празднование столь знаменательной даты было решено провести в рамках Нуриевского фестиваля. В этот юбилейный вечер на одной сцене выступили гордость КХОУ — солистка Цюрихского балета Виктория Капитонова, солист дублинского «Риверданса» Рифат Габдулхаков, премьер румынского Teatrul de Balet Sibiu Кирилл Ермоленко, Айсылу Мирхафизхан и Эльмира Серикова (Москва), солистки Астраханского театра оперы и балета Мария Стец и Айгюль Альмухаметова, а также ведущие солисты балетной труппы Татарского театра – и совсем ещё юные талантливые участники, которые в будущем, без сомнения, продолжат традиции татарского балетного исполнительского искусства.

Привлекательная особенность всех международных фестивалей — приглашение и показ ярких постановок, осуществлённых другими балетными театрами, которые неизменно вызывают интерес у публики. На сей раз в статусе приглашённого на фестиваль гостя — Санкт-Петербургский государственный академический театр балета Бориса Эйфмана, который привёз свой последний спектакль «Чайковский. PRO et CONTRA», раскрывающий предсмертные видения умирающего композитора. А также выступление балетной труппы Московского академического музыкального театра им. К. Станиславского и Вл. Немировича-Данченко, завершившее этот великолепный балетный праздник тремя одноактными балетами-миниатюрами – утончённой «Сюитой в белом» в хореографии Сержа Лифаря, соблазнительно-чувственная «Маленькая смерть» в хореографии Иржи Килиана и ярко-динамичная «Вторая деталь» в хореографии Уильяма Форсайта.

Подводя итоги ХХХI Казанского балетного форума отметим, что все представленные постановки были настолько заряжены внутренней энергией, что создавалось ощущение, словно каждый спектакль — это не красота отдельного аккорда с его самодовлеющим звучанием, а целый свод аккордовых созвучий, гармонично вплетающихся в такое ярко-мозаичное и каждый раз неповторимо-многоцветное балетное панно Нуриевского фестиваля.

Фото: stanmus.ru
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18672
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Май 28, 2018 11:50 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2018052804
Тема| Балет, БТ, "Коппелия", “Пьеса для него”
Автор| Алла МИХАЛËВА
Заголовок| Жизнь в двух ипостасях
Где опубликовано| © «Экран и сцена» № 9
Дата публикации| 2018-05-25
Ссылка| http://screenstage.ru/?p=8663
Аннотация| Премьера


Сцена из спектакля “Love Song”. Фото Д.ЮСУПОВА

В конце апреля в Большом театре одна за другой состоялись две премьеры. “Коппелия” и вечер солистов балета “Пьеса для него” представили жизнь первого театра страны в двух совершенно разных ипостасях.

“Коппелию” по записям Николая Сергеева, хранящимся в Гарвардском университете, на сцене Большого Сергей Вихарев поставил в 2009 году. Предполагалось, что в нынешнем сезоне он выпустит здесь же обновленную редакцию балета. Но трагическая смерть хореографа разрушила планы театра, принявшего решение вернуть в репертуар прежнюю версию спектакля.

“Коппелия” принадлежит к немногочисленным комическим балетам и, благодаря милому простодушию сюжета, эффектным характерным танцам и изысканным классическим вариациям, способна доставить удовольствие любому зрителю – от неофита до балетомана.

В чарующей, как называл ее Александр Бенуа, музыке Лео Делиба есть нечто гипнотическое, как, впрочем, и в либретто, отталкивающемся от новеллы Гофмана, чьих героев хореограф Сен-Леон и либреттист Нюиттер поселили в патриархальном городке. Самая большая драма здесь – переживания местной барышни Сванильды из-за жениха, увлекшегося загадочной девушкой в окошке. На протяжении веков балет менялся, одни танцы исключались, другие добавлялись, вариации перемещались по актам. Неизменными оставались лишь соразмерность и гармония. Вариант Сергея Вихарева – реконструкция петербургского спектакля 1894 года, в свою очередь являющегося восстанов-лением постановки Мариуса Петипа 1884 года. Возобновлением занимался тогдашний репетитор Мариинского театра Энрико Чекетти, партию Сванильды исполняла танцовщица-виртуозка Перина Леньяни.

Екатерина Крысанова – сегодняшняя Коппелия – тоже виртуозна: она завоевывает зал первой же вариацией, бисером рассыпая мелкие движения. Ее Cванильда – московская прима танцевала эту партию и раньше – обаятельна, лукава, находчива. В пантомиме Крысанова естественна, в танце легка. Финальное торжественное па де де исполняет, кажется, без каких-либо усилий, по-петербургски рафинированно, с настоящим балеринским апломбом и достоинством. Ее партнер Вячеслав Лопатин, один из первых исполнителей партии Франца в спектакле 2009 года, способен эффектно зависать в прыжках единственной мужской вариации.

Кордебалет радовал четкостью и стройностью “вальса часов”, а исполнительницы вариаций внятностью и чувством стиля. В первую очередь это относится к тонкому исполнению “Молитвы” Аной Туразашвили.

Одноактные балеты современных хореографов под общим названием “Пьеса для него” стали бенефисом мужчин-солистов.

Открывало вечер “Обручение ради смеха” (музыка одноименного вокального цикла Франсиса Пуленка на стихи Л. де Вильморен) питерского хореографа Антона Пимонова. Балет в неоклассическом духе больше говорит о хорошем вкусе, культуре, широте кругозора и чувстве стиля постановщика, чем о его индивидуальности. Красивые, но несколько однообразные перетекания соло в дуэты, дуэтов в трио, трио в многофигурные композиции поглощают собой солиста Владислава Козлова, делая его одним из семи исполнителей не самого выгодного для бенефицианта опуса.

Зато шанс станцевать “Фавна” – версию знакового балета Клода Дебюсси одного из самых знаменитых хореографов современности Сиди Ларби Шеркауи – подарок любому танцовщику. Его получили премьер Вячеслав Лопатин и Георгий Гусев, выступавший во второй день показов в дуэте с Дарьей Ловцовой. “Фавн” – балет о просыпающейся чувственности – требует особой гибкости и пластической смелости. Кажется, еще чуть-чуть, и молодые исполнители, передающие характер движений двух полумифических существ, постигнут тотемную подоплеку хореографического текста.

Роковые любовь, ревность, измена царят в балете “Юг”: тюрьма, с ее жестокими порядками и потасовками, любовная идиллия, вечерний променад, душераздирающая сцена в ресторане (герой, вышедший из тюрьмы, застает возлюбленную в объятиях соперника) рассказаны средствами танго, на языке которого классические танцовщики говорят с особым шиком. Экзотичная история, достойная латиноамериканского сериала, не была бы интересна, если бы не трио исполнителей – Игорь Цвирко, Мария Виноградова, Денис Савин. Постановщики из Аргентины (Марихо Альварес, Пилар Альварес и Клаудио Хоффман) дали возможность солистам продемонстрировать свой темперамент: Цвирко – открытый, Савину – предельно сдержанный.

А перед этим Цвирко и Савин выступили в совершенно ином качестве. Парадоксалист Андрей Кайдановский поставил изящно-шутливый номер “Love Song” (на музыку пронзительной песни Жака Бреля “Ne me quitte pas”), где герой, переживающий расставание с возлюбленной, упорно прокручивает в памяти моменты прошлого. Цвирко самым эксцентричным образом выясняет отношения со взбалмошной пассией (снова великолепная Екатерина Крысанова), а за переживания отвечает Денис Савин, скульптурной лепкой лица напоминающий самого Жака Бреля. Остроумная экстравагантная хореография, артистизм и азарт исполнителей, наслаждающихся материалом, придают маленькому балету подлинный блеск.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18672
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Май 28, 2018 11:55 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2018052805
Тема| Балет, МАМТ, Премьера, Гала в честь Петипа, Персоналии, Дмитрий Брянцев, Марко Геке, Охад Нахарин
Автор| Алла МИХАЛËВА
Заголовок| «Проделки» Лорана
Где опубликовано| © «Экран и сцена» № 9
Дата публикации| 2018-05-25
Ссылка| http://screenstage.ru/?p=8665
Аннотация| Премьера. Гала в честь Петипа


Сцена из спектакля “Пахита”. Фото С.АВВАКУМ

Лоран Илер, уже более года руководящий Музыкальным театром имени К.С.Станиславского и Вл.И.Немировича-Данченко, продолжает избранную репертуарную линию – “вечера балета”, скрывающие под этим скромным названием работы лучших хореографов XX века. Прошлым летом афишу украсила программа – “Лифарь/Килиан/Форсайт”. В конце ушедшего года балетную антологию пополнили одноактовки Баланчина, Тейлора, Гарнье и Экмана. Столь мощного “хореографического присутствия” не знает ни одна танцевальная сцена России. И вот – очередная премьера, объединившая в пространстве одного вечера постановки Дмитрия Брянцева, Марко Геке и Охада Нахарина.

Лоран Илер с чисто галльской отвагой свел вместе несочетаемое – постфокинский, постбаланчинский “Призрачный бал” Брянцева с, казалось бы, неприемлемым для классических танцовщиков опусом Геке “Одинокий Джордж” и захлестывающим энергией “Минус 16” Нахарина.

Вернув на сцену “Призрачный бал”, маэстро создал оммаж Дмитрию Брянцеву, на протяжении почти двадцати лет определявшему творческое лицо МАМТа. Знаменитый спектакль для пяти пар на музыку Ф.Шопена – одна из лучших постановок трагически погибшего хореографа – изысканный образец российского неоклассического репертуара: балет полутонов, вздохов, перешептываний и утонченных любовных переживаний. Новое поколение солистов отлично справилось с хореографическим текстом, но передать все нюансы чувств удается не всегда.

Выплывающий из темноты “Одинокий Джордж” изъясняется на совершенно другом хореографическом языке, его освоение – подвиг для классических исполнителей, даже для таких “полиглотов” как артисты Музыкального театра. Но при всей лингвистической инаковости в “Призрачном бале” и “Одиноком Джордже” есть общая лирическая интонация, свойственная работам Геке (скажем, “Нижинскому”, показанному в Москве этой осенью).

Свой балет на музыку Д.Шостаковича хореограф посвятил гигантской черепахе по имени Одинокий Джордж, умершей в сто лет. Эти “сто лет одиночества” Геке колдовским образом сумел выразить через рефлексирующую и нервную пластику артистов. Трепет руки, начинающийся с пальцев, охватывающий всю кисть и бегущий вверх – фирменный прием хореографа. Эти вибрации оказывают магическое воздействие, гипнотизируют, рождают тревогу, впрочем, нейтрализуемую юмором. В порывах артистов, безуспешно пытающихся сквозь путы, сковывающие тело (плотскую оболочку Геке называет тюрьмой), прорваться друг к другу, есть что-то от пингвинов или иных, трогательных в своей неуклюжести, существ. Характер движений постоянно меняется: робкие и неуверенные, они превращаются в смелые и колющие, мельканием конечностей заставляющие вспомнить персонажей мультфильмов. Рука то изгибается волной, то выпрямляется и вращается от локтя. Остается восхищаться тем, как станиславцам удалось не просто освоить, но присвоить бесконечно выразительную пластику, предложенную Марко Геке.

Для финала Лоран Илер выбрал беспроигрышный вариант. “Минус 16” Охада Нахарина может оставить равнодушным только безнадежного зануду. Спектакль начинается в антракте, когда на пустой сцене импровизирует Максим Севагин, сосредоточенно и непринужденно выделывая различные па. Затем следует ударный номер из спектакля “Анафаза”, не раз виденного Москвой. Танцовщики в строгих мужских костюмах располагаются полукругом, делая энергичные ритмичные движения, а затем начинают раздеваться под звуки пасхальной песни. Сила номера – в энергетике артистов, слаженно совершающих некий ритуал, что отлично удается артистам Театра имени Станиславского и Немировича-Данченко. Срывая с себя одежду, они словно обнажают себя душевно. По силе выброса коллективной энергии этот танец может сравниться с “Болеро” Бежара. Завершается же спектакль не менее эффектно: артисты выбегают в зал и выводят на сцену зрителей. Нахарин – создатель собственного языка “гага”, сверхзадачей которого является самоидентификация человека. То ли сидящие в зале угадали идеи маэстро, то ли артисты Музыкального театра знают “волшебное” слово, но те, кого они вывели в этот вечер на сцену, лихо отплясывали вместе с профессионалами и, похоже, не испытывали никакого зажима.

Лоран Илер – второй после Петипа француз, возглавляющий балетную труппу в России. И гала в честь 200-летия своего великого соотечественника он построил на встрече русской и французской школ, включив в программу выступления учащихся Московской академии балета и Школы Парижской оперы. Первые грамотно и старательно станцевали сюиту “Оживленный сад” из балета “Корсар” в постановке Юрия Бурлаки, “оживленную” па де де Медоры и Конрада в уверенном исполнении лауреатов последнего московского конкурса Елизаветы Кокоревой и Дениса Захарова. Юные французы не мучились с классикой и вдохновенно преподнесли “Весну и осень” Джона Ноймайера на музыку А.Дворжака, донеся до зала брожение весенних сил.

Завершало вечер Гран па из “Пахиты” в хореографии Петипа и постановке самого Лорана Илера в версии Парижской Оперы и пачках а-ля Opera de Paris. Но главным здесь стало мастерство танцовщиков – и кордебалета, и солистов, особенно, ведущей пары – Оксаны Кардаш и Дмитрия Соболевского, блеснувших русской эмоциональностью и отточенной французской техникой.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска Часовой пояс: GMT + 3
На страницу Пред.  1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9  След.
Страница 7 из 9

 
Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах


Яндекс.Метрика