Список форумов Балет и Опера Балет и Опера
Форум для обсуждения тем, связанных с балетом и оперой
 
 FAQFAQ   ПоискПоиск   ПользователиПользователи   ГруппыГруппы   РегистрацияРегистрация 
 ПрофильПрофиль   Войти и проверить личные сообщенияВойти и проверить личные сообщения   ВходВход 

Общество Друзья Большого балета
2017-08
На страницу Пред.  1, 2, 3, 4  След.
 
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска
Предыдущая тема :: Следующая тема  
Автор Сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18290
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Сб Авг 12, 2017 9:48 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2017081202
Тема| Балет, БУЭНОС-АЙРЕС, Гала-концерт, Персоналии, Денис Родькин, Юлия Степанова, Дмитрий Загребин
Автор| Корр. Елена Кондратьева
Заголовок| Артисты балета Большого театра выступили на концерте в Аргентине
Денис Родькин и Юлия Степанова исполнили отрывки из балетов "Баядерка" и "Лебединое озеро"

Где опубликовано| © ТАСС
Дата публикации| 2017-08-12
Ссылка| http://tass.ru/kultura/4478121
Аннотация|


Денис Родькин и Юлия Степанова© Елена Кондратьева/ТАСС


БУЭНОС-АЙРЕС, 12 августа. /Корр. Елена Кондратьева/. Гала-концерт с участием артистов балета из разных стран прошел в пятницу в аргентинской столице. На сцену театра Coliseo, в частности, вышли премьер и прима-балерина Большого театра Денис Родькин и Юлия Степанова.

В первом акте артисты исполнили отрывок из балета "Баядерка". Они также закрывали гала-концерт исполнением партий принца Зигфрида и Одиллии из балета "Лебединое озеро".

Как отметил Родькин в беседе с корреспондентом ТАСС, в Аргентине он выступает впервые. "Я был один раз в Бразилии, танцевал балет "Спартак" с Большим театром. Но частным образом в Латинской Америке я впервые", - сказал он.

По словам премьера Большого театра, местная балетная школа у него ассоциируется прежде всего с танцовщиком Хулио Боккой, который 20 лет танцевал в труппе Американского театра балета. "Я знаю его с самого раннего детства, и он всегда меня впечатлял и впечатляет до сих пор. Какие-то вещи, которые он делал на сцене, до сих пор повторить очень сложно, я бы даже сказал практически невозможно", - добавил он.

В концерте принял участие россиянин Дмитрий Загребин, который до 2011 года входил в труппу Большого театра. Сейчас он является солистом Шведского Королевского балета. Он исполнил па-де-де Актеона из балета "Эсмеральда". Его партнером в номере стала солистка Американского театра балета Изабелла Бойлстон, исполнившая партию Дианы.

Кроме того, на сцене Coliseo выступили украинец Иван Путров, входящий в труппу Королевского балета Ковент Гарден, и датчанин Албан Лендорф из Американского балетного театра, а также артисты балетной труппы Оперного театра Штутгарта и Английского национального балета.

В субботу все участники гала-концерта вновь выступят перед аргентинской публикой. По словам организаторов, билеты были полностью раскуплены на обе даты.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18290
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Сб Авг 12, 2017 10:00 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2017081203
Тема| Балет, Театр классического балета, Персоналии, Наталия Касаткина
Автор| Татьяна Хорошилова
Заголовок| Двое в одном плаще
Гость «СОЮЗа» — прославленная балерина Наталия Касаткина

Где опубликовано| © СОЮЗ. БЕЛАРУСЬ-РОССИЯ
Дата публикации| 2017-08-10
Ссылка| https://www.sb.by/articles/dvoe-v-odnom-plashche.html
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

В спектаклях Большого театра Наталия Касаткина прославилась в характерных партиях, а потом вместе со спутником жизни Владимиром Василёвым стала ставить свои спектакли. Среди их учеников — Галина Степаненко, Александр Годунов, Владимир Малахов, Ирек Мухамедов. Сегодня руководитель Театра классического балета Наталия Дмитриевна Касаткина — гость «СОЮЗа».


Наталия Касаткина и Владимир Василёв вот уже 40 лет руководят Театром классического балета.
РИА НОВОСТИ


— В Москве открылся фестиваль Театра классического балета Касаткиной и Василёва, какова его программа?

— В программе — «Жизель», «Дама с камелиями», «Коппелия», «Лебединое озеро», «Спящая красавица», «Дон Кихот», «Спартак», «Щелкунчик»...

— Чем обоснован такой выбор?

— Чтобы было разнообразие, чтобы зрителю было интересно.

— У вашего театра нет своего здания, приходится выступать на разных сценах. Какая самая любимая?

— Артисты любят Кремль и его просторную сцену. Моя же любимая — это сцена Большого театра, где я протанцевала более двадцати лет.

— После завершения фестиваля ваш театр уезжает на гастроли?

— Германия, Швейцария, Чехия. Везем наш авторский спектакль «Ромео и Джульетта».

— Приходилось гастролировать в Беларуси?

— В последний раз мы возили туда вечер Стравинского — «Весну священную» и «Жар–птицу», гастроли проходили в Большом государственном театре оперы и балета. Белорусы высоко оценили наш спектакль.

— У вас свой подход к классике.

— Мы всегда сохраняем классические фрагменты в чистом виде. «Жизель» у нас — чистый классический вариант, восстановленный Леонидом Лавровским. С нами репетировала Галина Сергеевна Уланова. В других спектаклях мы сохраняем классические шедевры, поставленные нашими предшественниками, а драматургия — наша.

— Кто ваш зритель?

— Наши спектакли для семейного просмотра — на них приходят и бабушки с внуками, и мамы с детьми. «Спартак» очень любят студенты. В труппе артисты от 17 до 25 лет. Это выпускники лучших школ Москвы, Петербурга, Перми. Воспитание балетом — все равно что армия. На первом месте — дисциплина. Балет — это тяжелый вид искусства. Если его не любить, то это каторга. У нас в театре 70 артистов, остаются только те, кто любит балет. Практически каждый из них имеет соло. Мы очень ценим индивидуальность. Девочки «Жизель» танцуют идеально ровно, но каждая может станцевать соло. Авторские театры надо беречь и давать им развиваться.

— В кабинете у вас на видном месте скрипка...

— Я начинала на скрипке. Мама — писательница Анна Кардашова. Последняя ее книга была о нас с Василёвым — «Два героя в одном плаще». Папа — инженер–строитель, он построил все высотные здания в Москве, постамент под мухинскую скульптуру «Рабочий и колхозница» — тоже папина разработка.

— Что вам в творчестве не удалось сделать, о чем жалеете?

— В Большом театре я станцевала все. Я очень любила характерные танцы, заканчивала как чисто классическая балерина.

— У вас есть любимая партия?

— Бесноватая в «Весне священной» Стравинского и Фригия в «Спартаке» Якобсона.

— Как вы отдыхаете?

— За работой. На даче в Снегирях сижу на балконе и пишу новое либретто или записываю хореографию. Мы с Василёвым сейчас работаем с Эдуардом Артемьевым, делаем новую постановку, созваниваемся. Василёв живет в Снегирях. Две кошки с ним — Степанида и Ефросинья.

— Расскажите о ближайшем юбилее.

— 40 лет назад, 26 августа, мы с Василёвым пришли в этот коллектив, когда Игорь Александрович Моисеев, он же организатор этого коллектива, ушел из него. Когда министр культуры СССР Демичев спросил у него, кого хотите видеть вместо себя, он сказал: «Только Василёва и Касаткину». Он руководил нами, и мы у него многому научились, например, как строить драматургию спектакля. Сейчас у нас в репертуаре около 30 спектаклей, но собственной сцены так и нет.

— У вас счастливая жизнь?

— Очень.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18290
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Сб Авг 12, 2017 10:40 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2017081204
Тема| Балет, «Ла Скала», Персоналии, Тимофей Андрияшенко
Автор| Андрей Шаврей (журналист)
Заголовок| Рижанин Тимофей Андрияшенко из «Ла Скала» — «Надеюсь станцевать однажды и на родине, но...»
Где опубликовано| © LSM.lv
Дата публикации| 2017-08-11
Ссылка| http://rus.lsm.lv/statja/kultura/kultura/rizhanin-timofey-andrijashenko-iz-la-skala-nadeyus-stancevat-odnazhdi-i-na-rodine-no...-kultura1kb.a246323/
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ


TEATRO ALLA SCALA

Родившийся в Риге Тимофей Андрияшенко уже с ноября 2014 года — в хореографической труппе всемирно знаменитого миланского театра «Ла Скала», случай для нас уникальный. На родине Тимофей теперь бывает редко, но сейчас он буквально на пару дней приезжал в Ригу, посетил концерт «Звезды балета в Юрмале», после которого Rus.lm.lv удалось задать несколько вопросов артисту.
Но прежде стоит напомнить, как Тимофей, учившийся в Рижской хореографической школе, совсем юным попал в Италию.

«В 2009 году я оказался на конкурсе в Сполето, это недалеко от Рима, — рассказывает он. — Я на том конкурсе взял Гран-при. И там же познакомился с директрисой замечательного небольшого частного хореографического колледжа, которая предложила учиться у нее.

"Вообще-то там плата за год обучения 16 тысяч евро, но она мне предложила заниматься с ней бесплатно. Это предложение, разумеется, меня сразу заинтересовало. Пару месяцев мы переписывались и созванивались. В результате я приехал в Италию на месяц и так там и остался".

В Италии с Тимофеем много занимался и некогда ведущий солист латвийского балета Андрей Румянцев, который, увы, несколько лет назад ушел из жизни. Но он еще успел порадоваться победе своего ученика на знаменитом конкурсе балета Москве в 2013 году (Андрияшенко получил «золото» в младшей группе).

Между прочим, это было первое рижское «золото» на престижнейшем конкурсе после аж 44-летнего перерыва — в 1969-м победителем этого конкурса стал некогда выпускник рижского хореографического Михаил Барышников. А в этом году у рижской школы появилось и третье «золото», которое завоевала Эвелина Годунова, танцующая сейчас в Южной Корее.

— Я сейчас в отпуске, в Латвию приехал на шесть дней, чтобы повидать семью, — рассказал Тимофей в разговоре с Rus.lsm.lv. — Но еще приеду в конце августа. Стараюсь приезжать почаще, но, поскольку сейчас много работы, пока что возможность приехать на родину — два раза в год.

— Говорят, вы заходили и в нашу Оперу. Хотели повидать коллег?
— В Оперу заходил позаниматься. Даже если мы в отпуске, то стараемся не терять полностью форму. Господин Лейманис (руководитель Латвийского национального балета — прим. Rus.lsm.lv) разрешил позаниматься с рижской труппой.

— Уже известно, что будете танцевать в «Ла Скала» в новом сезоне?
— О будущих ролях много сказать не могу, так как еще точно не знаю, что буду танцевать. Но могу сказать, что в этом сезоне я дебютировал в нескольких новых для меня ролях: это Ромео в «Ромео и Джульетте» в постановке Макмиллана, Оберон во «Сне в летнюю ночь» Баланчина, первое движение в Symphony in C Баланчина и в роли Раба в новой постановке «Шехерезады» в постановке Сциглиано.

По возвращении из отпуска первым спектаклем, в котором я участвую, будет «Онегин» Джона Кранко.

— То, что вы танцуете с действующей легендой мирового балета Робертом Болле в одном спектакле — это действительно невероятно!
— С Роберто Болле мне посчастливилось станцевать впервые на его гала-концерте Roberto Bolle & Friends. Он с Луиджи Бонино (художественный руководитель и репетитор хореографии Ролана Пети) решили дать мне возможность станцевать с Роберто дуэт из Proust au les intermittences du coeur Пети. Конечно, это было только в моих мечтах « станцевать в том гала и тем более вместе с Роберто Боллом, это удалось.

— Что танцевали перед отпуском?
— В конце июля ездил в город Коста Меса в Калифорнии, на гастроли. Мы привозили туда «Жизель». Этот спектакль, можно сказать, главный конек театра, не только благодаря отличному составу ведущих артистов и их профессиональным качествам, но и качеству исполнения хореографического материала кордебалетом.

— А когда же мы увидим вас, танцующим в Риге?
— Надеюсь однажды станцевать и в Риге, на моей «первой» и родной сцене, но пока еще рано что-то сообщать на эту тему.

— Спасибо за беседу и успехов!
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18290
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Сб Авг 12, 2017 11:02 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2017081205
Тема| Балет, БТ, Гастроли в США, Персоналии,
Автор| ВИТАЛИЙ ОРЛОВ
Заголовок| Большой театр, Шекспир, Шостакович
Где опубликовано| © Русская Реклама
Дата публикации| 2017-08-08
Ссылка| https://news.rusrek.com/ru/russkaya-obshina/sobytiya-russkaya-obshina/462128-bolshoj-teatr-shekspir-shostakovich.html
Аннотация| ГАСТРОЛИ



Участник Фестиваля искусств Линкольн-центра – 2017 Большой театр России показал один из своих лучших хитов последнего времени – балет «Укрощение строптивой», причудливо соединивший вместе знаменитые имена разных времен и народов.

В основе сюжета – одна из самых острых комедий Шекспира «Укрощение строптивой», музыка собрана из 25-ти опусов Шостаковича, написанная композитором преимущественно к кинофильмам: «Гамлет», «Овод», «Москва-Черемушки», «Встречный», «Великий гражданин» и др.; хореография одного из лучших французских балетмейстеров Жана-Кристофа Майо, ныне худрука знаменитого Балета Монте-Карло. Команда исполнителей – новое балетное поколение, открытое миру и готовое к переменам, одной из старейших в мире балетной труппы. А все вместе составили единый ансамбль, которому удалось создать яркий и эмоциональный спектакль.

«Укрощение строптивой» – первая в российской истории полнометражная постановка современного западного хореографа. На музыку Шостаковича, в которую влюблен Майо, хореограф поставил уже несколько балетов. Однако в репертуаре Большого уже имелись все три балета Шостаковича, а потому он обратился к его музыке для кино: «Я открыл для себя его киномузыку, которую раньше плохо знал. Это уникальная музыка, в ней проявляется вся его гротескная, сатирическая сущность. Как будто это свободное дыхание, которого он не мог позволить себе в симфониях».

В Нью-Йорке в спектакле Большого театра играет оркестр New York City Ballet под управлением дирижера-постановщика Игоря Дронова. Психология персонажей, а вовсе не ренессансный антураж и извилистые подробности сюжета занимают Майо в этой самой эротичной из всех комедий Шекспира. Никакой ренессансной Италии в спектакле нет: Эрнест Пиньон-Эрнест, постоянный сценограф Майо, выстроил белоснежную двускатную лестницу, которая способна трансформироваться то в площадь, то в зал палаццо, то в церковь, то в проселочную дорогу. Костюмы – полупрозрачные, освобождающие тело, но с легким намеком на историзм, – сделал Огюстен Майо, сын хореографа. «Укрощение строптивой» хореограф не превратил в арену для мачо, где демонстрируется усмирение вздорных претензий слабого пола. Для него Петруччо и Катарина – идеальная пара именно потому, что оба – исключение из правил: оба – экстремалы эмоций, оба не желают подчиняться общепринятым нормам.

Однако постановка Майо не превратилась в балет-дуэт с антуражем из второстепенных персонажей: в шекспировской пьесе хореограф разглядел четыре разных мужских характера и столько же женских. Так что в этом «Укрощении строптивой» получили право голоса и Бьянка с Люченцо, и женихи Гортензио и Гремио, и молодой отец Катарины, и молодящаяся вдова. И даже отсутствующая у Шекспира «гувернантка» нашла себе пару. Возможно, многоголосию балета поспособствовали артисты Большого – пластичные лицедеи, оснащенные превосходной техникой и готовые принять любые предложения постановщика.

В списке занятых в спектакле артистов – лучшие молодые балерины Большого во главе с Екатериной Крысановой и Ольгой Смирновой и самые яркие танцовщики – Владислав Лантратов, Денис Савин, Семен Чудин, Вячеслав Лопатин, Игорь Цвирко, Александр Волчков.

28-летний премьер Большого театра Владислав Лантратов, получивший в течение короткого времени множества премий и призов, станцевал главные партии во всех классических балетах, спектаклях советского наследия и только за последние два года пополнил репертуар небывалым количеством новых ролей. Среди них – Арман в «Даме с камелиями» и Жан де Бриен в «Раймонде», Ферхад в «Легенде о любви» и Зигфрид в «Лебедином озере». В недавней премьере Большого театра – «Дон Кихоте» – танцовщику отдали первый спектакль. А с недавних пор имя суперзведы будет навсегда связано со скандальным балетом-оперой-драмой Большого театра в постановке Кирилла Серебренникова, посвященным Рудольфу Нуриеву и запрещенным после генерального прогона. Роль Нуриева на прогоне исполнял харизматичный, дерзкий, амбициозный Владислав Лантратов.

Говорят, на репетициях «Укрощения строптивой» не стихал хохот: хореограф и артисты состязались в остроумии. Искрометный хореографический юмор Майо и его неподражаемое умение рассказывать истории человеческими телами дали возможность получиться гомерически смешному спектаклю, сделанному на уровне высокого мастерства.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18290
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Сб Авг 12, 2017 11:46 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2017081206
Тема| Балет, БТ, Гастроли в США, Персоналии,
Автор| НИНА АЛОВЕРТ / Фотографии Нины Аловерт
Заголовок| Балет Большого театра на фестивале в Линкольн центре
Где опубликовано| © Elegant New York
Дата публикации| 2017-08-04
Ссылка| http://elegantnewyork.com/alovert-bolshoy-lincoln/
Аннотация| ГАСТРОЛИ

Закончились короткие гастроли балета Большого театра в Нью-Йорке, которые проходили в рамках ежегодного Фестиваля в Линкольн Центре.



Главным событием этих гастролей стал балет «Укрощение строптивой» француза, хореографа с мировым именем Жана –Кристофа Майо. Он поставил спектакль специально для Большого театра в 2014 году.

Майо, в прошлом – танцовщик театра Ноймайера, в 1988 году по приглашению Каролины, Принцессы Монако, возглавил Балет Монте Карло.

Майо не ставит для других театров, он предпочитает своих исполнителей, артистов, которых он знает. Балет, в его постановке, для Большого театра –исключение из правил.

Для балета хореограф использовал музыку своего любимого композитора Д.Д. Шостаковича к кинофильмам и «Камерную симфонию». Оформлял балет Эрнест Пиньон-Эрнест. Костюмы принадлежат сыну хореографа Огюсену Доха Майо (это его дебют как художника по костюмам).

Такова краткая информация о создателях балета.

Жан-Кристоф Майо для нашего времени – уникален. Во всем мире немного осталось хореографов, которые сумеют поставить балет, как театральный спектакль, построить драматургию и рассказать сюжет средствами танца.

С уже написанным либретто Майо работает как соавтор. Так в балете по пьесе «Укрощение строптивой» появились действующие лица и целые сцены, которых нет у Шекспира. И напротив, ряд сцен и действующих лиц исчезли совсем. Майо поставил балет не об «укрощении», а о любви. Герои спектакля Майо, Катарина и Петруччо, все время разыгрывают роли, на самом деле им несвойственные. И весь спектакль главным образом о том, как они постепенно исцеляются от этого любовью.

В целом балет Майо – эротичная, сатирическая, гротескная, местами лирическая комедия. Поэтому выбранная им музыка Шостаковича, тоже гротесковая и сатирическая, вполне соответствует комедийной части балета.

Под эти известные мелодии идет настоящая вакханалия в доме Баптиста (вполне еще молодого отца Катарины и Бианки), прислуга и гости веселятся в ожидании жениха Катарины. Петруччо, пьяный вдрызг ( или разыгрывает пьяного ) с цветком в зубах скатывается с лестницы к гостям. Его разудалый проход-пляс между гостями идет под «Ах, вы сени, мои сени»… жених «гуляет»!

Абсолютное несогласие вызывает только выбор «траурного марша» из 11 симфонии Шостаковича. Композитор начал симфонию с обработки известной похоронной песни конца 19 века: «Вы жертвою пали в борьбе роковой…». Эта трагическая песня не может быть использована для путешествия Катарины и Петруччо, поставленного с достаточной долей иронии.

Спектакль начинает домоуправительница, которой нет в пьесе Шекспира. Перед занавесом появляется стройная красавица в современном брючном костюме, садится у рампы, меняет свои туфли на высоких каблуках на балетные пуанты, перемигивается с оркестрантами, встает, поднимает занавес – начинается действие.

Этот образ – пародия на современных «гламурных» девиц. Высокая, красивая, в меру соблазнительная, (в чем она не сомневается), в меру пошловатая. Несомненно, любовница хозяина дома и рассматривает это как естественную составную часть своей работы, но и к другим мужчинам благосклонна. Ее очень точно танцует Янина Париенко.

Весь первый акт – это фейерверк, бурный поток сцен, сменяющих одна другую: несчастная, а потому озлобленная Катарина резкими батманами разгоняет предполагаемых женихов, обижает сестру. Все это, по-видимом, происходит не впервые.

И вдруг на сцену врывается новый для всех персонаж в плаще из перьев, в шляпе, надвинутой на одну бровь, – Петруччо.. Начинается поединок между героями, которые оба категорически не вписываются в окружение и потому оба чужды всему миру. Поединок заканчивается согласием Петруччо жениться, да и Катарина не очень решительно протестует.

И все это развивается стремительно, одна танцевальная мизансцена сменяет другую, прыжки, поцелуи, пощечина… не успеваешь следить. И неожиданно трогательное прощание Катарины с отцом почти трагическое: куда этот жених уводит ее из родного дома от любимого на самом–то деле отца? Куда этот бандит уводит его дочь, строптивую, но, наверно, все- таки любимую? Грустно.

Во втором акте Майо совсем не следовал пьесе. Он поставил свою сцену: молодые идут ночью по лесу в дом Петруччо (плюс введена сцена разбойников, которые охотятся за ожерельем Катарины, узнаваемая пародия на одну из сцен в классическом балете «Корсар»).

Весь путь героев в лесу– это по сути уже своего рода любовная игра, завершающаяся соединением в любви.

С любовного ложа встают другие люди, преображенные, любящие. Поставлена это «дорога любви», как самая сильная эротическая сцена во всем спектакле. Хореограф создал ее с большим вниманием к самым мелким деталям хореографическим и пантомимным, воспроизводя с большой силой и чувством меры все тонкости страха, сексуального влечения, внезапной борьбы, внезапной нежности героев.

А затем, вновь веселье в доме Баптиста: готовятся к свадьбе Бьянки и Люченцио. Майо поставил им любовный дуэт, тоже сексуальный, но «с другой интонацией».

Катарина боялась мужчины, за которого вышла замуж, боялась его поцелуев и объятий.

Бьянка, нежная, наивная скромница, готова сию минуту к любовным радостям чуть ли не на глазах у гостей. Затем происходит преображение Бьянки: выйдя, наконец, замуж, она может больше не прикидываться кроткой овечкой и превращается в ту капризную, взбалмошную особу, какой она по сути и является.

Элегантные, спокойные спускаются с лестницы Катарина и Петруччо и весело разыгрывают перед гостями повелителя-мужа и послушную жену.

Но к концу балета действие замедляется. Слишком часто повторяются сцены с тем же сюжетом: любящая семейная пара и капризные жены.. Хотя поцелуй героев «под занавес» можно считать концовкой балета.

О танцовщиках, занятых в спектакле, можно было бы написать отдельную статью… В целом труппа Большого театра находится в прекрасной форме. Умением танцевать не только классические балеты, но и «игровые» они владеют давно.

Балет поставлен вокруг центральной пары: Катарины и Петруччо. Балет главным образом поставлен об их любви. Я видела только один состав.

В этом составе главной фигурой и главной актерской удачей спектакля является Петруччо в исполнении Владислава Лантратова. Танцовщик – талантливый балетный актер.

В балете Майо нет сольных вариаций «на аплодисменты». Хореография подчинена смыслу всего балета и данного образа в каждой минуте пребывания героя на сцене. И Лантратов великолепен от первой минуты появления на сцене до последнего заключительного поцелуя.

На протяжении всего спектакля он проигрывает разные «лики» Петруччо. Лантратов появляется на сцене, как вихрь, как будто мчался откуда-то и не может остановиться. Какая-то неукротимая энергия заставляет его двигаться, танцевать, «наигрывать» образ удалого и бесшабашного «бандита», готового в любую минуту к любой выдумке, авантюре.

Есть в его поведении вызов окружению не менее яркий, чем у Катарины.

Все кажется не поставленным хореографом, а сплошной импровизацией: взлетел над головами участников балета, приполз к ногам сидящей Катарины, ухмыльнулся, поцеловал, уверенный в своем неотразимом мужском обаянии. И очень разгневался и еще больше – удивился, получив пощечину.

И только во время путешествия по лесу спадает с него маска непобедимого удальца, и появляется Петруччо влюбленный, нежный, заботливый. Так, уложив заснувшую от усталости Катарину на ложе, Петруччо пытается привлечь ее внимание приподнимая то одну ее руку, то другую, но Катарина спит. И Петруччо не пользуется моментом ее беспомощности, уходит. Этот эпизод является одним из самых эмоциональных в накаленной эротической атмосфере путешествия в ночи, как в постановке, так и у артиста.

Екатерина Крысанова в роли Катарины в первом действии вызывает восхищение почти до конца акта. Хорошая фигура, безупречная техника… несчастная, агрессивная Катарина… Всё радует в актрисе, пока Катарина измывается над окружающими и вступает в поединок с Петруччо. Но когда начинаются любовные сцены, не происходит превращения. Выручает Майо, потому что его хореография, мизансцены поставлены исчерпывающе точными по смыслу, а Крысанова – идеальная исполнительница.

Все солисты хороши, по-актерски разнообразны и выразительны. Исполнители отца, женихов, слуги Петруччо, вдовы: Юлия Гребенщикова, Георгий Гусев, Вячеслав Лопатин, Игорь Цвирко, Артемий Беляков. Об Янине Париенко я уже писала.

Но остается вторая пара, почти антипод первой: Бианка и ее жених Лученцио, Ольга Смирнова и Семен Чудин.

Смирнова принадлежит к балеринам, которые почти не мимируют на сцене и производят впечатление на зрителя танцем, поворотом головы, движением кистей… какими-то флюидами, исходящими от нее самой… Профессия актера немного мистическое явление.

Смирнова, которую я видела только в классических балетах, в такой необычной роли – хороша. Аристократичная, высокая, красивая в танце… И еще – глаза! Глаза у балерины особенные, ее взгляд то ли обращен «внутрь», то ли она видит что-то, другим невидимое. Но с самого начала она только кажется антиподом Катарины. В Бианке Смирновой с начала спектакля чувствуется что-то ненатуральное, фальшивое, что и открывается в последней сцене: стервозность, неумение любить. Как зритель это чувствует – один из секретов актерского воздействия на зал.

Балерина танцует последний дуэт с Люченцио так красиво, что зритель смотрит, затаив дыхание. Дуэт этот и поставлен прекрасно, в нём Бианка доигрывает роль нежной и любящей. Уж так хороша, так покорна, так влюблена…

Но Семен Чудин не находит с ней контакта. Люченцио в балете – некий вариант Ленского: поэт, ничего в окружающей действительности не понимает, «верит, что душа родная соединиться с ним должна» и что его стихи – лучший подарок невесте. Словом, – не умен, но восторженный поэт.

К сожалению, Чудин ничего этого не чувствует, роль Люченцио явно – не его амплуа.

Но в целом весь спектакль производит незабываемое впечатление, это заметное событие в современном балетном мире.


«ДРАГОЦЕННОСТИ» Дж.Бланчина

В этом году в рамках Фестиваля в Линкольн Центре были показаны «Драгоценности» Дж.Баланчина в честь 50 летия со дня премьеры одного из лучших балетов хореографа. Это был необычный вечер: первую часть – «Изумруды» – танцевали артисты балета Парижской Оперы. «Рубины» танцевала труппа, созданная Баланчиным, а «Бриллианты» – балет Большого театра.

Французам не повезло: «Изумруды» довольно скучная часть балета, нужна очень талантливая балерина, чтобы «Изумруды» смотрелись с интересом. У французов такой балерины не было.

Баланчинская труппа станцевала «Рубины», как и полагается труппе этого театра: в бешеном темпе, энергично, с акцентированием деталей хореографии. Поскольку главный исполнитель Хоакин Де Луз – невысокого роста, то и партнерша Меган Фэрчайлд была ему подстать.

А в третьем акте открылся занавес – и зал просто ахнул от восторга: на сцене стояли высокие красавицы в белых пачках –женский кордебалет Большого театра как олицетворение красоты классического балета.

Я видела в главных партиях совсем молодую 18-летнюю танцовщицу Алену Ковалеву. Она пришла в Большой театр в прошлом году, окончив петербургскую Академию Балета им. А.Я. Вагановой, и ей сразу стали давать сольные партии. Ковалева произвела очень хорошее впечатление. Высокая, длинноногая, музыкальная и женственная. Во всяком случае, в ней чувствуется богатый потенциал.

====================================================

ВСЕ ФОТО - ПО ССЫЛКЕ
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18290
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вс Авг 13, 2017 9:25 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2017081301
Тема| Современный танец, XIX Международный фестиваль современного танца «Open Look» (СПб)
Автор| Екатерина Беляева
Заголовок| Поговори со мной. В Петербурге завершился XIX Международный фестиваль современного танца «Open Look»
Где опубликовано| © Газета "Музыкальное обозрение"
Дата публикации| 2017-08-11
Ссылка| http://muzobozrenie.ru/v-peterburge-zavershilsya-xix-mezhdunarodny-j-festival-sovremennogo-tantsa-open-look/
Аннотация| ФЕСТИВАЛЬ


Tero Saarinen Company (Финляндия). “Повзрослевшие/Morphed”. Фото Дарья Попова

В Петербурге завершился XIX Международный фестиваль современного танца «Open Look». Он проходил с 29 июня по 9 июля. Открывался фест энергичной Dancewalk – танцевальной прогулкой, модным сейчас жанром, который напоминает античные праздничные шествия, когда в танцевальную процессию, руководимую так называемым протагонистом, вовлекаются все желающие, включая прохожих. Танцевальная лихорадка охватила самые людные места города – мосты, набережные, скверы. А заканчивался форум в театре «Балтийский дом» показом провокационной новинки Вима Вандекейбуса, руководителя компании «Ультима вез», «Мокьюментари на современного спасителя». В этом спектакле знаменитый бельгиец злобно разбирался со своими учителями – учеными-иезуитами и психоаналитиками. В балете он уничтожил планету, сохранил жизнь нескольким моральным уродам, собрал их в одном закутке и заставил сосуществовать. Кто-то звал бога, кто-то пытался настроить отношения в группе с помощью формул современных психологов, но ничего не получалось.

Первые восемь дней на фестивале выступали иностранные гастролеры, а в последние четыре дня добавился смотр премьер российских трупп, специализирующихся на contemporary dance. Кроме ежедневных спектаклей, которые игрались в многочисленных залах Новой Сцены Александринского театр с 18 часов до полуночи, была обширная лекционная программа, кинопоказы, и сразу на нескольких арендованных организаторами фестиваля-школы Наталией и Вадимом Каспаровыми площадках Санкт-Петербурга российские и зарубежные гуру современного танца давали мастер-классы. Бессменный руководитель Дома танца «Каннон Данс» В. Каспаров решил отметить романтичное 19-летие форума такой афишей, которая продвинет локальный фест на несколько позиций вперед. И у него получилось. Приехали Теро Сааринен, Джозеф Надж, Фуфуа Димобилите (псевдоним Фредерика Гафнера), Каори Ито, Томер Сапир, Вим Вандекейбус, Томас Нун и другие. Представительная афиша «Open Look», мощная география «Russian Look» (русская часть программы) и грамотный пиар должны, наконец, сослужить хорошую службу Театру танца «Каннон Данс», который до сих пор не имеет своей собственной площадки. Каспаров очень надеется, что после такого фестиваля городские власти найдут для пионеров питерского contemporary dance какой-то постоянный дом, за который не нужно будет платить аренду. Им бы мог стать в свое время ДК имени Первой пятилетки, но оборудованное под нужны школы современного танца конструктивистское здание было снесено ради строительства Мариинки-2.


Каори Ито / Kaori Ito (Швейцария) "Я танцую, потому что не верю словам". Фото Дарья Попова

Пионеры первой пятилетки

Наталья и Вадим Каспаров действительно стоят у истоков отечественного contemporary dance в его питерском изводе. Совсем не случайно именно они возглавляют этот фестиваль, расцветающий на глазах. Все начиналось с крошечных start up’ов Вадима, профессионального спортсмена, в середине 90-х, которые один за другим терпели крах в постсоветском Ленинграде. Его жена Наталия, гимнастка по образованию, захотела сама учиться современному танцу, и когда обнаружилось, что в Питере это научиться негде, надолго уехала в Австрию. Чтобы семья воссоединилась, нужно было либо уезжать из России, либо создавать школу в Петербурге и приглашать западных педагогов на мастер-классы. В 1997 году Каспаровы на свой страх и риск пригласили педагога джаз-танца Фила ЛаДука, который до того, как стать педагогом, долго танцевал и ставил на Бродвее. Отчаявшись найти подходящий для занятий зал, за три недели до приезда американского мэтра, они смогли арендовать заброшенные помещения ДК имени Первой пятилетки. Зал отремонтировали, запланированный мастер-класс провели, а потом решили организовать любительскую группу для взрослых. Через год сделали ремонт, нашли в ДК дополнительные пространства и их тоже превратили в репетиционные залы, открыли школу. В 1997 году в группе занималось 40 человек, а к середине 1998 число выросло до трехсот: двести взрослых и сто детей. Из детской группы сделали первую танцевальную компанию «Каннон Данс». Но показывать детские перформансы было совершенно негде, пока в недрах все того же ДК не обнаружился заброшенный театр. Вскоре «С’Танция» (новое название отремонтированного и оборудованного театра) в ДК Пятилетки, стала одной их самых модных альтернативных площадок города, где выступали «Каннон Данс», Игуан Данс Театр, «Комик-Трест» и другие. В 1999 здесь провели пилотный фестиваль современного танца. Это был даже не фестиваль, а показы спектакля американской компании Bill Young and Dancers, которые вместе с русско-американскими образовательными классами объединились в небывалый Summer Dance Workshops – небывалое для Петербурга мероприятия по обмену опытом с американскими танцовщиками и педагогами. Следующий фестиваль вырос вокруг имен двух американских джазовых хореографов Кетти Янг и Денни Бурачески, который когда-то работал вместе с Лайзой Минелли. Для продвижения фестиваля СМИ требовались громкие имена, и Каспаровы их находили. Первый форум назывался «Фестиваль джаз-танца и музыки», и это привлекло внимание и тех, кому интересен танец, и тех, кто любит джаз. Нынешнее название «Открытый взгляд» фест получил в 2000, и тогда же форуму был задан формат фестиваля-школы, причем первое время мастер-классы имели приоритет. До 2005 года включительно фестиваль проходил в ДК, потом переехал в Театр Консерватории. Последние четыре года фестивале проходит на Новой Сцене Александринского театра, переводит свою верную аудиторию из уютных подвалов в модные black box’ы, с задворок Крюкова канала на помпезные брега Фонтанки. Аудитория феста стремительно молодеет, становится более хипстерской, состоит не столько из фанов contemporary dance, сколько из адептов современного искусства в целом – молодых людей, которые в Москве ходят в Гараж.


Ultima Vez / Ультима Вез(Бельгия) "Мокьюментари на современного спасителя". Фото Дарья Попова

Антраша свисс

Одним их самых интересных участников фестиваля-2017 стал Фуфуа Димобилите, он же Фредерик Гафнер. Перформер родился в 1969 году в Женеве в семье директора балетной школы и прима-балерины «Балета Маркиза дэ Куэвас» Беатрис Консуэло и Клода Гафнера, премьера балетной труппы Большого театра Женевы и известного хореографа. Всего три года он проработал в Штутгартском балете, затем уехал оттуда в Америку, чтобы танцевать в труппе Мерса Каннингема. Через 8 лет он закончил свою работу в государственных компаниях и стал заниматься только собственными проектами. Одним из направлений, которое Фуфуа если не придумал, то развил до полноценного танцевального жанра, стала Dancewalk. Гафнер как раз и был протагонистом танц-прогулки по Петербургу в день открытия фестиваля. Кроме того он придумал еще одну интеллектуальную прогулку по истории балета, которую назвал «Хореохроники». Это спектакль одного актера и двух осветителей, длящийся в зависимости от ситуации от полутора до трех часов. Понятно, что в литературном Петербурге это были три часа, да еще и игрались «Хроники» в двухстах метрах от улицы зодчего Росси. Чувствуя, что «Open Look» в этом сезоне настроен логоцентрично (выжившие в спектакле Вандекейбуса «человеки» болтают весь спектакль, и муза русской программы тоже окажется мэтром разговорного жанра), Фуфуа не боится много рассказывать. Сначала он дурачится, заигрывает с залом, после сам себя за это осуждает и приступает к изложению своей краткой истории танца. Когда Фуфуа показывает какое-то движение или танцует целую вариацию (Джеймса, например), он предельно серьезен, а когда говорит, то вышучивает все и вся. Швейцарцы, мол, придумали одно из ключевых движений романтического балета, оно так и называется «антраша свисс» (подразумевается перефразированное название «антраша сис» – прыжок с шестью скрещиваниями ног из пятой позиции). Любопытные наблюдения делает артист, когда представляет ключевых персон танца из XX века. Нижинский ввел обязательный наклон корпуса вперед. Баланчину нравилось, что в Нью-Йорке все скоростное, особенно такси, поэтому он ускорил всю технику классического танца. У Каннингема музыка и хореография в первый раз встречались только на сцене. Еще Каннингем изобрел контактную импровизацию, и женщины начали запросто поднимать мужчин. Так изменился мировой баланс. Триша Браун заставляла своих танцовщиков бегать по сцене и прыгать по крышам, возникло целое направление. Люсинда Чайльдс ввела в оборот повторяющиеся бесконечно повседневные движения. Пина Бауш задавала вопросы. И так далее. Краткий курс истории танца, который составил Гафнер, раскрасив собственными импровизациями, выглядел немного пародийно, но это вовсе не была поверхностная «классика за пол часика».



Продолжение обзора событий XIX Международного фестиваля «Open Look» читайте в бумажном выпуске газеты в сентябре.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18290
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вс Авг 13, 2017 9:31 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2017081302
Тема| Современный танец, Международный фестиваль современного танца в Монпелье
Автор| Наталия КОЛЕСОВА
Заголовок| Толерантный Монпелье
Где опубликовано| © Газета «Экран и сцена» № 15
Дата публикации| 2017-08-11
Ссылка| http://screenstage.ru/?p=7157
Аннотация| ФЕСТИВАЛЬ


Сцена из спектакля “Dance”
Фото Jaime Roquedela Gruz


Фестиваль современного танца в Монпелье ежегодно собирает на юге Франции не только представителей средиземноморского региона, но и гостей со всего мира – коллег из Европы, Бразилии, Америки, Аргентины. В этом году афишу фестиваля украсили имена Анжелена Прельжокажа (его труппа представила спектакли, поставленные Прельжокажем в 2013 году для прослаленного театра New York City Ballet, – “Spectral Evidence” и “La Stravaganza”), Люсинды Чайльдс (ее “Dance” исполнила труппа Лионской Оперы), Эммануэля Гата. “Голландский национальный балет” привез программу “Посвящение Хансу ван Манену”, величайшему хореографу ХХ века. Одновременно со звездными именами на разных площадках города – в Opera Comedie, театре La Vignette, Opera Berlioz-Corum, театре L’Agora (сказочной сцене под открытым небом в стенах средневекового монастыря) выступали экспериментаторы разных стилей, жанров, возрастов, национальностей и степеней профессиональной серьезности. Тем и привлекателен фестиваль современного танца в Монпелье – он лишен снобизма и демократично предоставляет право на высказывание не только именитым участникам, но и тем, кто порой интуитивно и даже наивно прокладывает свой путь в пространстве contemporary dance. Фестиваль ежегодно представляет множество проектов, в этом году здесь показали 16 премьер и 21 спектакль приглашенных компаний. Об этом с гордостью рассказывал директор фестиваля танца в Монпелье Жан-Поль Монтанари. Мэр города Филипп Сорель – искренний энтузиаст фестиваля, который с каждым годом становится все более представительным. Есть даже надежда, что и российские хореографы со временем появятся на здешних сценах.

Драматургия, заключенная в соседстве на афише разных, порой противостоящих друг другу творческих индивидуальностей, триумфы одних и права на ошибку других придавали атмосфере фестиваля особую напряженность. Впрочем, зрители Монпелье с одинаковым энтузиазмом принимали работы признанных мэтров и малоизвестных дебютантов.

Своего апогея фестиваль достиг на спектакле с выразительно-лаконичным названием “Dance” (“Танец”) Люсинды Чайльдс, возрожденном в 2016 году ее же шедевре 1979 года. В конце 1970-х она тесно общалась с выдающимися художниками Робертом Раушенбергом и Ивонной Райнер, постановки же отличались минимализмом и образностью. Бесспорным достижением тех лет была для Люсинды Чайльдс и совместная работа с Робертом Уилсоном и Филипом Глассом над их знаковой оперой “Эйнштейн на пляже”.

В 1979 году постановщица вместе с Соль ЛеВитт сняла “Танец” на пленку – пятьдесят минут “чистого балета”. Ни сценографии, ни костюмов – лишь белые трико, свет и медитативная ритмичная музыка Филипа Гласса, которой, казалось, не будет конца.

Для спектакля Лионской Оперы был создан новый видеоряд с участием тех же артистов, вышедших на сцену. Это произвело поразительный эффект: режиссер Мари-Элен Ребуа под управлением Люсинды Чайльдс сняла как бы “спектакль в спектакле”. Описывать результат – сложнейшая задача. Как и пытаться передать поразительный эффект от происходящего на сцене. Зрителям предоставляется возможность видеть наслоенные, наложенные друг на друга движения: видеоряд танца становится здесь фоном, декорацией и объемным пространством для движений реальных танцовщиков. Невероятно сложна структура спектакля, во время которого из боковых кулис появляются пары, солисты, квартеты – и все стремительно движутся в одном ритме, пролетая сцену в комбинациях прыжков, вращений, связок. При этом каждая пара синхронизирована с изображением на проекции, как бы удваивающим движение и количество исполнителей. Музыка Филипа Гласса жестока, она не дает ни мгновения передышки, требует идеальной четкости исполнения фигур и отточенности движений. Ее особенность такова, что уже минут через двадцать погружает зрителей в подобие транса, а у самых чувствительных даже сбивается сердечный ритм. Спектакль “Танец” многонаселен, и чтобы исполнители появлялись на сцене точно и в сложнейшей, изощренной последовательности, ассистенты хореографа с “раскадровками” эпизодов стоят за кулисами и отдают команды стартовать каждой следующей группе.

В простреле прожекторов движения балетных артистов выглядят очень графично, черно-белые кадры фильма рифмуются с их белыми фигурами на черном фоне. Первая часть спектакля завораживает массовыми сценами, пробежками, полетами. Во второй мы видим элегантное, замедленное женское соло (в первой версии его исполняла сама Люсинда Чайльдс). Третья часть – самая трудная, для нескольких дуэтов – вызывает в зрительном зале бурю восторга. Сценический минимализм воплощает самую суть танца – эфемерного искусства, рождающегося и тут же умирающего на наших глазах.

Одним из ярчайших эпизодов фестиваля оказался проект “Duos” (“Дуэты”) Эммануэля Гата. Постановки этого уроженца Израиля, работающего во Франции уже больше десяти лет, всегда были смелы и оригинальны, но на этот раз хореограф превзошел самого себя. Его дерзкая фантазия заставила сделать весь город площадкой для эксперимента. Танцовщики труппы Эммануэля Гата появлялись в самых неожиданных (правда, заранее объявленных) местах Монпелье несколько дней подряд. Пять оригинальных дуэтов исполнялись пятью разными парами в необычных городских пространствах. Внезапное появление танцовщиков, чьи тела были загримированы в стиле боди-арт, становилось сюрпризом для горожан и гостей фестиваля. Зрители следовали за артистами то по крыше концертного зала Corum, то по площади перед мэрией, то в пространстве книжного магазина FNAC в крупнейшем торговом центре Монпелье “Poligon”. Вписанные в городские пейзажи двадцатиминутные дуэты, во время которых артисты медленно и бесконтактно “переливались” из позы в позу, а то вдруг стремительно меняли дислокацию, производили сильное впечатление. Казалось, это импровизация. На самом деле все дуэты были четко выстроенными и зафиксированными миниатюрами. Лишь городская среда вносила в их композиции свои коррективы. Так произошло, например, на Place du Nombre d’Or, где в дуэт высокого, загримированного в черно-желтое юноши и крепкого невысокого атлета с выбеленной кожей вмешались сначала струи городского фонтана, забившие прямо из камней площади, а потом и большая собака, вступившая в дуэт и резвившаяся среди струй наравне с артистами. Близость зрителей (как в дуэте оранжево-красной девушки и белого юноши в пространстве FNAC) создавала для исполнителей особые трудности. Артистам приходилось медленно перемещаться с площадки на лестницу и, практически не касаясь друг друга, меняя “текучие” позы, приноравливаться к плотному окружению толпы. Почти безмолвно перекидываясь командами-кодами, танцовщики не теряли страстности взаимодействия. Удивительный опыт Эммануэля Гата и его труппы выглядит многообещающе – в подобном стиле представления таятся глубокие и непредсказуемые возможности.

Отдельно стоило бы сказать о перформерах, занимающих все больше места в фестивальной афише. Эта область визуального искусства лишь условно может быть отнесена к современному танцу, но она, безусловно, претендует на некое пограничное пространство. Пока удалось увидеть весьма робкие в эстетическом, но весьма агрессивные в практическом исполнении опыты. Один из них – “Endo” Дэвида Вампака: на протяжении часа перформер и его партнерша в обнаженном виде двигаются по сцене, постепенно обливаясь краской. Под конец живописными разводами от соприкосновений с телами покрывается вся сценическая выгородка. Образовавшаяся “живопись” оказывается вполне пригодной для экспонирования.

Другой опыт – “Autoctonos” Эйлен Паролин – довольно беспомощный с профессиональной точки зрения пассаж. Сама постановщица хотя бы умеет двигаться под невыносимый стук молоточков по струнам открытого фортепиано, но ее партнерши не выдерживают критики. Иногда перформанс как жанр бывает трудно уличить в непрофессионализме, но здесь исполнителям, безусловно, не удалось подняться выше самодеятельного уровня. На общем впечатлении от фестивальной программы это не отразилось, но навеяло мысли о необходимости более строгого отбора участников.

Фабрис Рамалингом, пригласивший в свою постановку “Nos, tupi or not tupi” трех азартных молодых танцовщиков хип-хоп из Бразилии – Эдуардо Хермансона, Ренанна Фонтура и Тито Ласерда, совершил небезопасную попытку создать на базе хип-хопа новую стилистику. Опасность заключалась в том, что постановщик сознательно пожертвовал всеми выигрышными и эффектными элементами этого жанра. Стараясь “расчленить” хип-хоп с его акробатическим напором на составные элементы, замедлить темп танца, разбить его паузами, использовать не ритмичную музыку, а агрессивные низкочастотные колебания звуков и треск микрофонов, он подверг исполнителей и зрителей серьезному испытанию. Синхронность в движениях и юмор некоторых сцен все же примиряли с хаотичностью композиции, медлительными кадрами видео бытовой жизни Бразилии, нежеланием привести действие к заключительному аккорду.

И совсем уже постмодернистское смешение жанров, эстетик, высокого и низкого поджидало зрителей на представлении Марлен Монтейро Фрейтас “Вакханки – Прелюдия к одной чистке”. Декларируя борьбу между началами, символизируемыми Дионисом и Аполлоном, португальская постановщица заполнила сцену музыкантами, играющими на духовых инструментах, впавшими в состояние транса мистериальными персонажами, певцом-декламатором с голосом Леонарда Коэна, неудовлетворенными женщинами и мужчинами с эксгибиционистскими наклонностями, танцующими пародийный танец живота. Узнаваемые мелодии этюдов Эрика Сати и главной темы из “Крестного отца” Нино Роты перемежались с пронзительными звуками труб. Эпизод подробных документальных съемок родов азиатской женщины, как ни странно, смотрелся с большим интересом и выглядел самым адекватным моментом спектакля. Во всяком случае, он был гораздо более внятен, чем финал под “Болеро” Равеля – торжество постмодернистской вседозволенности.

Что ни говори, демократичность, великодушие и доброжелательность – лучшие качества фестивальной публики в Монпелье. Здесь восторгаются такими бесспорными шедеврами, как “Танец” Люсинды Чайльдс и Филипа Гласса и ничего не освистывают. Толерантность и открытость эксперименту – та почва, на которой у искусства современного танца всегда будет шанс развиваться и двигаться вперед.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18290
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Авг 14, 2017 1:52 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2017081401
Тема| Балет, Приморская сцена Мариинского театра, Гастроли в Китае
Автор| Инна Эстрина
Заголовок| Балетная труппа Мариинки с триумфом выступила на фестивале в Китае
Где опубликовано| © «DEITA.RU»
Дата публикации| 2017-08-14
Ссылка| http://deita.ru/news/baletnaya-truppa-mariinki-s-triumfom-vystupila-na-festivale-v-kitae/
Аннотация| ГАСТРОЛИ

Впервые артисты балета Приморской сцены Мариинского театра показывали свое искусство в Поднебесной, сообщает ИА «Deita.ru».



На II китайско-российском фестивале культуры и искусства в Харбине артисты показали балет Адольфа Адана «Корсар». Эта постановка в редакции главного балетмейстера Приморской сцены Мариинского театра Эльдара Алиева с использованием фрагментов хореографии Мариуса Петипа особенно впечатлила жителей Поднебесной. Именно по просьбам организаторов в Китае был показан балет «Корсар», который по праву отнесен к «золотому фонду» мирового танцевального искусства. Первое представление состоялось в Парижской Опере 23 января 1856 года. С тех пор «Корсар» неизменно присутствует в репертуаре ведущих мировых театров, в том числе и Мариинки. В основе красочного балета – одноименная поэма Джорджа Байрона.
Балетная труппа совместно с оркестром Приморской сцены Мариинского театра блестяще выступила на фестивале в Китае и вызвала большой интерес публики.

«Думаю, что такой интерес Китая к русскому классическому балету – не случаен, - ответил на вопрос ИА «Deita.ru» Эльдар Алиев, - «Корни» китайского балета – в России. Наши лучшие представители, а именно Петр Андреевич Гусев, были основателями китайского классического балета. Там на протяжении многих лет работали лучшие педагоги, что послужило «началом» китайского классического балета.

«Результаты этой работы можно увидеть и на II-ом Международном Дальневосточном фестивале «Мариинский». Впервые на Приморской сцене Мариинсокго театра в рамках фестиваля свое искусство показал Национальный балет Китая. Это было очень интересное, яркое и самобытное представление. Труппа Национального балета Китая представлена замечательными артистами. Мы с ними много сотрудничаем, в том числе и с Пекинской Академией танца, которая, на мой взгляд, является уникальным учебным заведением.

Отмечу, что интерес к нашему балету есть не только в Китае, но и в Японии, Филиппинах, Корее. К примеру, корейский балет тоже можно назвать уникальным Почему? (улыбается). Прогресс, который они сделали, благодаря педагогам из России, за последние 20 лет - просто феноменальный!», - сказал Эльдар Алиев.

В рамках фестиваля были показаны два балета «Корсар», главные партии исполнили ведущие солисты Ирина Сапожникова, Анна Самострелова и Сергей Уманец, дирижёр - Антон Торбеев.

Также на сцене Большого театра Харбина выступил симфонический оркестр Приморской сцены Мариинского театра. Прозвучали музыкальные произведения великих композиторов - Пятая симфония Петра Чайковского и Первый концерт для скрипки с оркестром Макса Бруха, солист - Даниэль Лозакович, Швеция.
Добавим, что накануне этот концерт прозвучал на II Международном Дальневосточном фестивале «Мариинский».
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18290
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вт Авг 15, 2017 12:51 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2017081501
Тема| Балет, США, БТ, Гастроли
Автор| Александр Генис, Соломон Волков
Заголовок| Нью-Йоркский альманах. Балетный выпуск
Где опубликовано| © Радио Свобода, Нью-Йоркский альманах. Балетный выпуск
Дата публикации| 2017-08-14
Ссылка| https://www.svoboda.org/a/28675433.html
Аннотация| ГАСТРОЛИ

Александр Генис: В эфире - НЙ альманах, который мы с культурологом и музыковедом Соломоном Волковым ведем из бродвейской студии Радио Свобода.

Наш сегодняшний выпуск Нью-йоркского альманаха целиком посвящен балету. Это, конечно, не случайность: балет по-прежнему остался привилегированным искусством в России, он, как вы любите говорить, является визитной карточкой русского искусства во всем мире. За балетом следят, все новости из Большого театра аукаются в американской прессе. Поэтому такой скандал вызвала, например, история с балетом «Нуреева», которую отменили накануне премьеры. Но как бы на Западе ни относились к России, какие бы отношения ни были между Россией и Америкой, балет за это не отвечает. Об этом говорят гастроли Большого театра, которые с огромным успехом прошли в Нью-Йорке.

Соломон Волков: Я хотел бы подчеркнуть, что в отличие от предыдущих гастролей, на сей раз никаких пикетов, никаких протестов не наблюдалось, атмосфера была праздничная, чрезвычайно дружелюбная. На сей раз Большой театр продемонстрировал балет «Укрощение строптивой», естественно по сюжету Шекспира, который поставил французский хореограф, руководитель балета Монако Жан-Кристоф Майо. Он поставил балет, который получил «Золотую маску» несколько лет назад в Москве — это очень престижная награда. Этот балет является на сегодняшний момент новой визитной карточкой Большого. Потому что предыдущими были «Лебединое озеро» или «Спартак» Григоровича. Когда Большой появлялся, он привозил какой-нибудь из этих балетов. Но на сей раз - «Укрощение строптивой». Я должен сказать, что танцовщики с огромным воодушевлением и наслаждением танцуют этот балет.

Александр Генис: Но начать надо, наверное, с музыки Шостаковича.

Соломон Волков: Это особая статья. Когда я уходил с этого представления «Укрощение строптивой», прошло оно с колоссальным успехом, зал неистовствовал, моя основная мысль была: какой все-таки гений Дмитрий Шостакович. У меня есть такое мое домашнее, но работающее, мне кажется, определение, гениального произведения. Это такое произведение, которое поддается любой возможной или даже невозможной интерпретации. К примеру, «Гамлет», поставленный на языке глухонемых, есть и такая постановка, и она работает. В данном случае Майо, пришла в голову замечательная идея, которая на первый взгляд могла показаться неожиданной, мне говорили люди из Большого театра, что они очень волновались, когда узнали, что Майо решил нарезать кусочки из разных произведений Шостаковича - из его балетов, из музыки к кинофильмам, к спектаклям, даже Восьмой квартет в переложении для камерного оркестра использован. Сплетено такое лоскутное одеяло. И, вы знаете, это работает. Причем, самым неожиданным образом, что и доказывает мою идею о том, что гениальное произведение выдерживает любую интерпретацию. Конкретный пример из этой постановки. Я время от времени во время этого балета подскакивал, потому что вдруг раздается мелодия знаменитой песни из кинофильма «Встреча» «Любимая, что ж ты не рада»...

Александр Генис: В сочетании с шекспировской темой.

Соломон Волков: Майо подошел к этому как человек, который совершенно не имеет представления о контексте.

Александр Генис: Для него это - просто музыкальные пласты, вне зависимости от традиций.

Соломон Волков: Звучит романс из «Овода», даже «Чижик-Пыжик». Никто, естественно, из американской публики не узнает мелодий, но под это можно танцевать. У Шостаковича есть замечательное произведение Восьмой квартет — это автобиографическое произведение, трагическое до предела. У этого квартета особая история. Шостакович его написал как реквием по самому себе, о чем и прямо сказал своим близким. Естественно, он не мог предложить для исполнения в Советском Союзе реквием по самому себе, потому оно формально было посвящено жертвам фашизма. Но под жертвой тоталитарного режима в данном случае Шостакович подразумевал себя. Там звучит песня «Замучен тяжелой неволей», которая использована и в балете Майо. Под эту музыку происходит сцена инсценированного грабежа, который Петруччо изображает для Катарины. Но это еще ничего. Дальше трагический кусок из этого произведения, где проходит особая тема, музыкальная монограмма самого Шостаковича, он свои собственные страдания изображает. Но под эту музыку идет длительная и очень, я бы сказал, натуралистическая любовная сцена. Тут у Майо есть, конечно, аллюзия, на знаменитую постельную сцену в «Леди Макбет Мценского уезда», которая так разозлила Сталина, что он разразился тогда статьей «Сумбур вместо музыки». Но я понимаю, что содержание Восьмого квартета Майо в данном случае совершенно не волновало. Эта музыка может также отображать и любовную страсть. В первый момент это был шок для меня, а дальше я уже смотрел на сцену, и эта музыка соответствовала тому, что показывали на сцене. Поэтому я могу с полной ответственностью сказать: да, Восьмой концерт Дмитрия Шостаковича — это такое же гениальное произведение, как и «Гамлет» Шекспира, потому что оба эти произведения поддаются любым интерпретациям.

Александр Генис: Для меня в музыке Шекспир — это «Ромео и Джульетта» Прокофьев, максимальное приближение к Шекспиру. А как Шекспир укладывается в этот спектакль?

Соломон Волков: На этот спектакль появилась рецензия в «Нью-Йорк Таймс», где говорилось, что разобраться в том, кто есть кто в этом спектакле, невозможно. И не нужно, я бы сказал. Потому что, во-первых, сама пьеса шекспировская запутанная, это пьеса в пьесе, спектакль в спектакле, плюс пары влюбленных или не влюбленных, которые одним или другим способом воссоединяются, по-моему, совершенно невозможно ни уследить, ни запомнить всего этого. Майо это не волновало. Тут ведь есть еще одна проблема. Вы знаете, что «Укрощение строптивой», как и «Венецианский купец» Шекспира — две пьесы шекспировского канона, которые являются на сегодняшний момент наиболее не политкорректными.

Александр Генис: Это еще мягко сказано. “Строптивая” - комедия просто оскорбительная для феминизма.

Соломон Волков: Большие проблемы - отношения Шекспира к евреям и его взгляд на роль и положение женщины.

Александр Генис: О чем говорить, если там мужчина бьет женщину.

Соломон Волков: Но у Майо сначала женщина бьет мужчину, Катарина бьет Петруччо, дает ему колоссальную пощечину. В каком-то смысле это эмоциональный центр спектакля, потому что все останавливается, Петруччо открывает рот — это такой немой крик, вроде «Крика» Мунка, все замирает, и он стирает буквально (очень сильно поставленный, между прочим, эпизод) со своего лица кричащую маску, это жуткое оскорбление, которое ему нанесено, и заменяет ее на улыбку, возобновляя диалог с Катариной. То есть, Майо, понимая, что будут претензии по части политкорректности, шекспировскую домостроевскую комедии представил как историю борьбы двух равных независимых личностей, которые в этой борьбе - «в борьбе обретете вы счастье свое», обрели взаимное тяготение.

Александр Генис: И это, надо сказать, очень точно передает смысл комедии. Потому что как бы она ни казалась нам политнекорректной, но смысл ее заключается именно в том, что борьба рождает любовь. И эта война полов ничуть не отменяет любовь между полами, иначе нас не было бы на свете. Шекспир очень тонко это сделал. Это довольно ранняя комедия Шекспира, там очень много физического юмора, именно поэтому она так популярна в Голливуде. Существует по меньшей мере 16 экранизаций этой комедии, причем первый раз ее поставили в 1908 году.

Соломон Волков: На заре кинематографа.

Александр Генис:. И понятно, почему — это типично голливудские идиомы. Все эти перестановки, все эти комические ситуации, quid pro quo, физический юмор - все это замечательно, особенно, когда играла Элизабет Тейлор. Но мне больше всего нравится та интерпретация этой комедии, которую поставил Коул Портер в своем мюзикле, из которого потом сделали фильм. Это было в 1953 году, так что фильм - мой ровесник, мы родились в один год.

В этом замечательном мюзикле, один из лучших, которые я видел, очень усложненная сюжетная ситуация. ставят спектакль по Шекспиру, конфликт - отношения между бывшим мужем и бывшей женой проецируются на шекспировскую ситуацию. Говорят, что в основе лежали настоящие скандалы, когда муж и жена играли в этой пьесе на Бродвее в 1935 году. То есть за фильмом тянулся длинный шлейф обстоятельств. Но я вспомнил об этом не поэтому. Весь мюзикл замечательно поставлен в типично голливудском стиле, но вдруг эпизод, будто вклеенный из кино другого времени, всего две минуты, но из нашего времени. Что же произошло? Танец, совершенно ни на что не похожий. Это был, насколько я понимаю, дебют Боба Фосси, которому дали поставить джазовый танец в этом мюзикле. Эти две минуты открыли для него путь и в большое кино, и в лучшие театры, путь к премиям, к славе, и все потому ,что эти две минуты забыть было нельзя. Музыку, под которую танцевали в этом замечательном фрагменте, я и предлагаю вспомнить сейчас.

(Музыка)





Александр Генис: Большой театр привез «Драгоценности» Баланчина. Но самое интересное, что нью-йоркцы смогли увидеть сразу три «Драгоценности» - в постановке Парижского театра, Нью-Йоркского театра и Большого театра. Таким образом было отмечено 50-летие спектакля.

Соломон Волков: Эти три труппы появились на одной сцене. Они менялись по ходу показа спектакля, одна труппа играла один фрагмент, другая - другой, они менялись. Но сначала я хочу напомнить нашим слушателям о самом балете «Драгоценности». Это был первый полнометражный опыт бессюжетного балета, уже в этом его историческое значение. Затем, что очень тоже важно, Баланчин помещал себя в исторический контекст. Я вообще считаю, что он - Моцарт ХХ века. Баланчин творил интуитивно он, такая же загадка, как и с Моцартом. Я, например, ненавижу созданный Томом Хэнксом образ Моцарта в «Амадеусе», потому что там он изображен таким дурацким хихикающим идиотом, каковым, безусловно, не был. Я знаю, что вы не согласны со мной.

Александр Генис: Не в этом дело. Я уверен, что Моцарт не был идиотом. Более того, я абсолютно уверен в том, что не так-то просто ему все это давалось. Сохранились черновики, как черновики Пушкина, черновики Матисса, они показывают: все, что кажется нам созданным легко, продукт труда, ничего другого не бывает.

Соломон Волков: Но у Баланчина это лилось естественно. Сто с лишним балетом, которые он сочинил, у него никогда не прерывался поток гениального вдохновения, он оставил беспрецедентное наследие. В этом балете Баланчин создал оммаж трем странам, которым он был обязан своим творчеством. Это - Россия, он родился в Петербурге, учился там, в значительной степени сложился в дореволюционном Петербурге и также он вырос как хореограф, первые его шаги были в дореволюционном Петрограде.

Затем - Франция, где он получил огромный заряд творческой, интеллектуальной энергии в труппе Дягилева. Дягилев, как мы знаем, сделал из Баланчивадзе Баланчина. Сначала он был Жоржем на французский лад, потом он американизировал свое имя. Линкольн Кирстайн перевез Жоржа Баланчина в Америку, где он стал Джорджем Баланчиным. Я когда разговариваю с Питером Мартинсом, руководителем труппы Баланчина сегодняшним, он всегда посмеивается, когда я произношу «Баланчин», потому что американцы говорят «БАланшин» с ударением на первый слог, все американизировано. Он стал действительно в значительной степени американцем вплоть до его внешнего вида. Техасские шнурки, как они называют?

Александр Генис: Галстуок, который носят даже не ковбои, а люди, которые хотят быть похожими на ковбоев.

Соломон Волков: Смешно, правда? Он обожал вестерны, конечно, еще будучи петроградским жителем.

Александр Генис: Как все тогда.

Соломон Волков: Так что он американизировался в какой-то степени уже в Старом Свете.

Александр Генис: Все это отразилось на балете. «Бриллианты» - это Россия, «Изумруды» на музыку Форе — это Франция, а «Рубины» под музыку Стравинского — это, конечно, Бродвей.

Соломон Волков: Причем это тоже намек. Он выбрал русского американца, а не просто американца. И взял музыку с джазовым обертоном. Соответствующим образом танцовщики показывают этот американизированный стиль.

Александр Генис: Я прочитал в рецензии специального балетного журнала, русская постановка распалась на две части. В “Рубинах”, нью-йоркской части, русский балет говорил на иностранном языке, и это чувствовалось в каждом движении. Но в “Бриллиантах”, то есть в сцене, изображающим роскошный Петербург Зимнего дворца, русский балет чувствовал себя в своей стихии. Вы согласны с таким определением?

Соломон Волков: Да, пожалуй. Но тут важно другое. Перед нами была действительно историческая оказия, связанная, как вы заметили, с 50-летием балета. Я точно знаю, что ничего подобного не было за первые 50 лет и не знаю, будет ли в последующие 50 лет, потому что это очень дорогостоящее мероприятие: объединить эти три труппы. Можно было увидеть французов во французской части, американцев в американской части и танцовщиков Большого театра в русской части. Соединить это никогда не удавалось. Когда я смотрел на это, я думал: боже мой, как Георгий Мелитонович был бы счастлив увидеть такое. Я думаю, такое ему не воображалось в самом радужном сне. Но это произошло, и те, кто присутствовали, должны были бы быть счастливы.

Александр Генис: То, о чем можно рассказывать детям.

Соломон Волков: И детям, и внукам.

Александр Генис: Соломон, я не могу не задать вопрос — кто лучше всех?

Соломон Волков: Каждая труппа была лучше всего в своем репертуаре. То есть французы были лучше всего во французской части, русские - в русской части, американцы, конечно, в своей. При том, что я должен заметить вам, меня немножко огорчило совсем новое поколение труппы Баланчина, потому что Баланчин здесь, в Америке создал тип балерины-«чирлидер». Как это называется по-русски? .

Александр Генис: "Чирлидер”.

Соломон Волков: Когда он приехал, здесь не было другого типа, кроме здоровенных американских девиц баскетбольного роста, атлетического сложения, с маленькими головками, с длинным очень сильными ногами и узкими бедрами — вот этот тип. Но нынешнее поколение — уже не девушки Баланчина, они все ниже ростом, они более традиционные. Этого как раз мне не хватало, я хотел бы, чтобы сохранился этот тип. Но это уже физиология.

Так или иначе, это, конечно, была потрясающая оказия. Я очень надеюсь на то, что Большой театр и впредь будет осваивать огромное наследие Баланчина, станет домом Баланчина. Баланчин вырос, как я сказал, в Петербурге, и у него было особое отношение, мы с ним об этом разговаривали, к московскому стилю танца, но он был бы счастлив, что такая грандиозная балетная империя, каковой является Большой театр, приняла бык сердцу его наследие. На это есть шанс, потому что новый руководитель балета Большого театра Махар Вазиев, который много лет проработал в Мариинке, у Гергиева руководителем балетной труппы, потом был в Ла Скала тоже руководителем балета, а затем, поддавшись на весьма настойчивые уговоры директора Большого театра Урина, перебрался сейчас в Москву. Он величайший знаток и ценитель творчества Баланчина, я очень надеюсь, что под его руководством Большой станет домом Баланчина.

(Музыка)

Александр Генис: И завершит наш сегодняшний выпуск тоже балетная тема, на этот раз в рубрике “Премьера” — новой постановки Алексея Ратманского, ведущего хореографа Америки.



Соломон Волков: Речь идет о его новом балете под названием «Взбитые сливки». История сама по себе балета любопытная. Мы только что говорили о Баланчине, по моему глубокому убеждению преемником Баланчина сегодня является Ратманский. В общении он очень замкнутый, дистанцированный, как говорят в таких случаях, человек, поэтому я не решаюсь задать ему прямой вопрос, а надо бы когда-нибудь: Алексей, считаете вы себя реинкарнацией Баланчина? Считаете вы себя наследником Баланчина? Он, конечно, мне скажет что-нибудь в роде «но комментс», «без комментариев», но сам я в этом абсолютно убежден. И думаю, что где-то в глубине души он примеряет на себя эту роль. Другого кандидата я не вижу, потому что он продолжает ту же линию. Это - тонкая линия баланса между бессюжетным балетом со сложной хореографией и балетом с каким-то сюжетом.

Александр Генис: Если переводить на язык Баланчина, то «Щелкунчик» с одной стороны, а с другой - те же самые «Драгоценности».

Соломон Волков: Да, совершенно точно. Очень хорошо, что вы упомянули баланчинский «Щелкунчик». У Баланчина это один из сравнительно немногих и очень ярких примеров его творчества в нарративном плане. Версия Ратманского в «Взбитых сливках» вобрал опыт «Щелкунчика». «Щелкунчик» - это традиционно рождественский сюжет.

Александр Генис: Да, это - чисто зимний балет.

Соломон Волков: Его показывают во всех театрах мира под Рождество, на Новый год. Но нет такого детского балета, который можно было бы показывать в течение года. Это большая редкость, детский балет, который бы заинтересовал совсем маленьких, 5-7-летних зрителей, а это - будущие аудитории балета, может быть даже будущие исполнители, и такого балета нет. Мне кажется, что это была задачей Ратманского, и он ее замечательно решил.

Это балет на музыку Рихарда Штрауса, премьера состоялась в 1924 году. Причем единодушно считается, что это была неудача, поэтому разыскать исполнение, запись какую-то этого штраусовского балета невозможно. А жаль - прелестная музыка в стиле позднего Штрауса, атмосфера вальса, ничего от экспрессионизма раннего Штрауса. Сюжет сам по себе довольно незамысловатый, но отлично укладывается в парадигму нового «Щелкунчика». Мальчик, который любит очень взбитые сливки, объедается ими, попадает по этому поводу в больницу к Доктору.

Тут я скажу про замечательное оформление американского поп-художника по имени Марк Райден, один из очень важных компонентов всего спектакля, его Ратманский пригласил. Там есть Повар, который изготовляет сливки, огромная маска, которая надета на реальное тело, потрясающая работа. То же самое с Доктором. Две разные маски, которые очень впечатляют, дети реагируют прекрасно, да и взрослым это очень интересно. Так вот Доктор с армией медсестер, с огромными шприцами, мальчик в ужасе. Ему на помощь приходят всякого рода сласти и спиртные разные напитки — Коньяк, Ликер. Все это танцует, и все это невероятно изобретательно сделано. И вот ликеры, сговорившись, напаивают Доктора. Тогда мальчик получает возможность ускользнуть из своей темницы-больницы, и попадает в некое волшебное царство-государство, где его встречают сласти, где он может наконец-то бесконечно есть свои взбитые сливки.

Александр Генис: Соломон, я неисправим, поэтому не могу не заметить, что Штраус написал этот балет для Венского театра, который испытывал большие сложности после падения Гамбургской империи. Он стал провинциальным театром, совсем не тот блеск. Нужно было что-то новое, чтобы возобновить блестящую историю венской музыки. Именно поэтому Штраус, в этом я абсолютно убежден, выбрал тему взбитых сливок, потому что нигде в мире нет таких вкусных пирожных, как в Вене, в чем может убедиться каждый гость Нью-Йорка, посетив наш с вами любимый Австрийский музей. Я недавно опять там был, я решил, что не умру, пока не перепробую все пирожные, которые подают в кафе музея. Хозяин этого кафе настоящий венец, который по своим рецептам готовит традиционные пирожные прямо в музее. Венское пирожное — это такая же высокая ценность, как как вальс Штрауса, это нечто такое, о чем Стефан Цвейг говорил: старая Вена — это пирожное Европы. Именно поэтому, балет Рихарда Штрауса — ода Вене.

Соломон Волков: У меня будет такое циничное замечание, я вторгнусь: интересно, а сколько производители взбитых сливок заплатили Штраусу за эту рекламу?

Александр Генис: Не знаю. Но я уверен, что под этот балет очень вкусно идут пирожные с кофе или чаем.

Соломон Волков: Поэтому я и заключу наш сегодняшний разговор о балете музыкой, которой заканчивается балет, с которого мы начали сегодняшний разговор - «Укрощение строптивой». Это музыка Шостаковича, которую он, будучи 22-летним молодым человеком, на спор оркестровал. Его друг тогдашний дирижер Николай Андреевич Малько сказал: «Митя, можешь оркестровать сейчас прямо мелодию очень популярного тогда в России Винсента Юманса, американского композитора?». Он ее написал для оперетты, называлась она «Чай для двоих», а в России это получило название «Таити-трот», с специально написанными словами. Широчайшее было распространение, в театре Мейерхольда играли этот фокстрот, где угодно. Митя уединился на 45 минут и вышел оттуда с готовой партитурой, которую исполняют до сих пор, как мы убедились в этом балете. Спектакль Жана-Кристофа Майо заканчивается тем, что все эти пары объединяются на сцене и мирно и церемониально пьют чай. Итак, «Чай для двоих» Шостаковича, Юманса и Жана-Кристофа Майо.

(Музыка)
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18290
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вт Авг 15, 2017 7:42 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2017081502
Тема| Балет, БТ, Персоналии, Анастасия Сташкевич
Автор|
Заголовок| АНАСТАСИЯ СТАШКЕВИЧ
прима-балерина Большого театра

Где опубликовано| © журнал Marie Claire - Спецпроект Say Sì
Дата публикации| 2017 август
Ссылка| http://saysi.marieclaire.ru/#stashkevich
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

Слово «да» во всех языках наделено особой силой. Произнесенное в правильный момент, оно становится магическим паролем для входа в новую жизнь, открывает любые двери и раздвигает горизонты. Тем, кто готов сказать «да» переменам, легендарная итальянская марка Giorgio Armani адресует свой проект Sì Women’s Circle.


Анастасия Сташкевич, пройдя все ступени карьерной лестницы, выросла из артистки кордебалета в прима-балерину Большого театра. Чем выше мастерство, тем почетнее роли и серьезнее риски. Но Анастасия говорит любым испытаниям «да».



КАК ВЫ ПОНИМАЕТЕ ВЫРАЖЕНИЕ «СКАЗАТЬ ЧЕМУ-ТО «ДА»?

Для меня это значит быть готовым ко всему новому, к крутым поворотам в жизни, к испытаниям, которые посылает судьба. Я считаю, все не случайно. Просто мы не сразу понимаем, для чего нам это дается.

КАКОЕ ИСПЫТАНИЕ В ВАШЕЙ ЖИЗНИ БЫЛО САМЫМ ВАЖНЫМ?

Мне часто приходится говорить себе: «Да, о’кей, я это сделаю». Как правило, это связано с моей профессией. Так, ровно сезон назад я сильно травмировалась. Для балерины ноги – это инструмент, вся твоя жизнь. Не так давно я крутила 32 фуэте, и тут такое происходит. Помню момент, как после двух месяцев в гипсе я попробовала наступить на ногу. Было ощущение, будто к телу приделали нечто неуправляемое, чужеродное. Пришлось заново учиться ходить, не то что танцевать. Но я не представляю жизни без балета и пообещала себе, что смогу. А я такой человек: если что-то решаю, меня не отговорить.

ВЫ ПОНЯЛИ, ЗАЧЕМ ЭТО БЫЛО ДАНО?

Я кардинально пересмотрела взгляд на свою профессию, стала ценить каждый выход на сцену, умнее работать. Я фанат своего дела. Раньше, если у меня что-то не получалось, я могла 155 раз повторить, хотя умом понимала, что надо остановиться. Сейчас я так уже не делаю.

ЧТО ВАС ВДОХНОВЛЯЕТ?

Люблю все красивое – красивых людей и когда они красиво одеты. Люблю море и горы. Меня вдохновляет классическая музыка. Могу 101 раз посмотреть спектакль и вдруг на 101-й раз увидеть его так, что он перевернет всю душу. На следующий день после такого спектакля я репетирую с особым вдохновением.

КАКИЕ КАЧЕСТВА, КРОМЕ ПЕРФЕКЦИОНИЗМА, ВАС ХАРАКТЕРИЗУЮТ?

Я очень добрый человек. До такой степени, что могу оправдать любого. Я убеждена, что все люди рождаются хорошими, но некоторых – более слабых – портят обстоятельства. В театре ко мне относятся тепло. На глазах у труппы я прошла все ступени от последней линии кордебалета до прима-балерины. Это закалило мой характер.

У ВАС ЕСТЬ ДЕВИЗ?

Я верю, что все в наших руках. Везение важно, но не первостепенно. Без подготовки ты не схватишь свою звезду – просто не достанешь.

===============================================
Фото и Видео - по ссылке
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18290
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вт Авг 15, 2017 9:31 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2017081503
Тема| Балет, БТ, МАМТ, Михайловский театр, Итоги сезона
Автор| Павел Ященков
Заголовок| В Большом «сорвали» запретный плод: итоги балетного сезона
Самым "грандиозным" событием стал скандал с "Нуреевым"

Где опубликовано| © "Московский комсомолец" №27470 от 16 августа 2017
Дата публикации| 2017-08-16
Ссылка| http://www.mk.ru/culture/2017/08/15/v-bolshom-sorvali-zapretnyy-plod-itogi-baletnogo-sezona.html
Аннотация| ИТОГИ СЕЗОНА

Прошедший в общих чертах «чинно и благородно» балетный сезон закончился грандиозным скандалом, связанным с отменой (или переносом) балета «Нуреев». Однако, подводя его не слишком впечатляющие итоги (всего несколько совсем негромких, зато важных премьер), не упомянуть об этом скандале, затмившем все прочие балетные события, наверное, будет неправильно. Поэтому со скандала и начнем…


Премьера Большого театра балет «Этюды». фото: Дамир Юсупов

Большой мыльный пузырь

В соответствии с повесткой сегодняшнего дня, когда скандалы рождаются буквально из воздуха, затем, сотрясая этот воздух, деятельно обсуждаются, а вскоре благополучно забываются, и «Нуреев-гейт» родился буквально из ничего. Точнее, из одной фотографии, кем-то (интересно — кем?) снятой даже не на репетиции, а в период подготовки к ней: на заднике исторической сцены Большого театра — проекция снимка 55-летней давности от знаменитого американского фотохудожника Ричарда Аведона, на котором запечатлен не менее знаменитый российский танцовщик Мариинского (тогда Кировского) театра Рудольф Нуреев, только что совершивший свой знаменитый побег, и снят он совершенно обнаженным…

Вопрос о происхождении растиражированного всеми СМИ снимка совсем не праздный, а довольно принципиальный, и ответ на него может дать подсказку, откуда ноги растут и у всего скандала. Сразу скажем, что перед нами — провокация… Снимок, который в процессе спектакля должен был появиться на сцене буквально на полсекунды (как это и видно из опубликованных в свое время в «МК» кадров репетиции) и в череде других, гораздо менее откровенных фотографий Аведона, превратился чуть ли не в основное декорационное оформление всего балета. Создавалось впечатление, что он бессменно будет висеть на заднике сцены если не на протяжении всего спектакля, то достаточно долгое время.

Саму сцену позирования Нуреева для этой фотосессии, поставленную Серебренниковым для спектакля, средствам массовой информации представили таким образом, будто в ней участвует совершенно голый премьер Большого театра Владислав Лантратов, но и это не соответствовало действительности: Лантратов вышел в бандаже телесного цвета. Но и такая, в общем, довольно обыкновенная для танцовщиков экипировка (вот на Чеховском фестивале в точно такой же вышли два танцовщика кубинского балета, не вызвав никакой реакции зрителей) для артистов Большого считается необыкновенно смелой и откровенной… Ведь два других исполнителя роли Нуреева (Артем Овчаренко и Игорь Цвирко) в таком виде на сцену театра выходить отказались (они репетировали эту сцену в трусах телесного цвета), как, впрочем, и артисты кордебалета. Мальчики из кордебалета, которые должны были выйти в совершенно другой сцене в откровенных белых плавках, также воспротивились — в результате в спектакле заняли профессиональных стриптизеров…

К этому, в сущности, можно свести весь скандал… Если не считать, конечно, темы нетрадиционной сексуальной ориентации Нуреева, отраженной, надо заметить, в спектакле всего двумя эпизодами: сценой «трансвеститов в Булонском лесу» и дуэтом с Эриком Бруном, датским танцовщиком, возлюбленным Нуреева (подобные мужские дуэты, например, в спектаклях современного балетного классика Бориса Эйфмана куда откровеннее). Но гомосексуальная тематика прописалась на сценах московских театров довольно давно (если быть точным, то со времени премьеры легендарного спектакля Романа Виктюка «Рогатка» в 1993 году) и никого теперь не удивляет. И даже по нынешним временам все эти сцены (сложенные вместе, они займут не более 10 минут) на скандал никак не тянут.

А сколько возникло конспирологических и даже анекдотических теорий! Вот одна из них — будто бы на репетицию пробрались переодетые в штатское священнослужители, доложили о происходящем безобразии своему начальнику, являющемуся по совместительству духовником президента, тот позвонил Мединскому, который спектакль и запретил. Заметим, что вполне реалистичное объяснение гендиректора Большого Владимира Урина, будто он сам принял решение по причине неготовности спектакля, подтверждают записи репетиции от 6 июля, имеющиеся в распоряжении «МК». К тому же наши источники в театре заявляют: 6 репетиций (которых и так было немного в связи с гастролями в Японии) отменили из-за неявки на них хореографа спектакля Юрия Посохова. Хотя на записях от 8 июля (впервые опубликованы именно в «МК») видно, как труппа мобилизовалась и показала хороший результат.

Понятно, что не только неготовность спектакля повлияла на решение о его переносе (сейчас заговорили о возможной премьере «Нуреева» уже в декабре). Урин явно чего-то недоговаривает… Возможно, сказалась и общая атмосфера нетерпимости и мракобесия, расцветшая пышным цветом в последнее время, боязнь провокаций со стороны «православной общественности», так что гендиректор предпочел перед премьерой заручиться поддержкой «сверху» (министр культуры объявил после скандала, что он, непременно «отложив все дела», хотел бы посетить прогон спектакля). Ясно только одно: скандал с отменой балета «Нуреев» — очередной мыльный пузырь, раздутый со всех сторон буквально из ничего. И не будь на афише имени Серебренникова, премьера прошла бы тихо и спокойно…

Новая метла танцует по-новому

Но перейдем к делам творческим. Что еще произошло в главном театре страны помимо затмившего все его прошедшие премьеры скандала с премьерой не состоявшейся? Большой театр выпустил в этом сезоне в рамках одной программы два одноактных балета — бессюжетные «Этюды» Харольда Ландера и «Клетку» Джерома Роббинса. Причем последний балет — сочинение хоть и давнее (премьера состоялась в Нью-Йорке в 1951 году), но с не менее скандальной репутацией, чем балет «Нуреев». Он живописно рисует, как насекомые-самки (подобные богомолу или пауку птицееду) «насилуют» и затем убивают своих самцов. Некоторое время в Голландии «Клетка» вообще попадала под запрет — тем не менее премьера в Большом прошла без скандала, и ее можно назвать вполне успешной.

В отличие от балета «Клетка» «Этюды» Ландера многие критики упрекали в «недорепетированности», то есть проблемы у этого балета были те же самые, что и у отмененного по причинам неготовности «Нуреева». Тут также сказалась нехватка времени на подготовку — всего три недели. Ведь перед премьерой два месяца шел фестиваль Григоровича (тоже событие ушедшего сезона!). Нехватка времени в Большом, однако, уже тенденция, и очень бы не хотелось, чтобы эта тенденция превратилась в «хронику». При этом «недорепетированность» «Этюдов» и то обстоятельство, что именно этой работой новый руководитель балетной труппы Большого Махар Вазиев как бы подводил первые итоги своей деятельности в театре, не помешала их благополучному выходу к зрителю.

Что касается политики назначенного в конце прошлого сезона нового руководителя балета Большого Махара Вазиева, то она не совсем еще определилась, но все сильнее проявляется в явном курсе на омоложение состава труппы: новая метла метет по-новому, и в Большом начались изменения, которые сразу почувствовали буквально все артисты — от солистов до кордебалета. Так, на контракт все чаще выводятся солисты, достигшие пенсионного рубежа — 38 лет, на их место переводятся более молодые. Процесс этот, в общем-то, вполне естественный, хотя и болезненный. К сожалению, закончили в этом сезоне свою карьеру такие талантливые артисты, много лет украшавшие сцену Большого, как Дмитрий Гуданов и Анна Антоничева. Зато примой стала Юлия Степанова, а премьером — Вячеслав Лопатин. Из прим Большого со следующего сезона на контракт переходят опытные и все еще необходимые Большому артистка Нина Капцова, Мария Аллаш и Мария Александрова, танцующие в театре по контракту уже с этого сезона.

Сольные партии теперь достаются в театре совсем молодым танцовщикам, таким как перешедший в Большой из Ла Скала следом за Вазиевым Якопо Тисси, его партнерша, только недавно окончившая вагановскую академию Алена Ковалева, бразильский танцовщик, выпускник московской академии Давид Мотта Соарес, Ксения Жиганшина, Клим Ефимов, Маргарита Шрайнер. При этом они еще танцовщики кордебалета.

Давал поначалу Вазиев проявить себя и некоторым другим артистам: так, Владислав Козлов станцевал в конце прошлого сезона принца Дезире в «Спящей красавице». В партии Злого гения блестяще дебютировал необыкновенно одаренный исполнитель Михаил Крючков. Эти артисты разноплановые: Крючков, например, может явно претендовать на партию Принца в балете Юрия Григоровича «Щелкунчик». Большой получил бы редкого «солнечного» принца, каким в 80-е здесь был Андрис Лиепа. Партия у танцовщика уже готова, Вазиев ее одобрил, однако продолжения пока так и не последовало, о чем можно только сожалеть…

Французская этуаль у руля «Стасика»

В «Стасике» в прошедшем сезоне тоже кипели Страсти. Здесь смена руководства, произошедшая в конце предыдущего (в кресле гендиректора вместо Ара Карапетяна оказался Антон Гетьман) и продолжившаяся в первой половине сезона нынешнего (худрука балета Игоря Зеленского, уехавшего руководить балетом Мюнхена, поменяли на «варяга» из Парижской оперы — Лорана Илера), предсказуемо повлекла за собой и смену политического вектора. Так, от английской классики, прививаемой театру прежним его балетным руководителем Зеленским, в репертуаре теперь остается лишь «Манон» Кеннета Макмиллана — один из любимых балетов в репертуаре руководителя нынешнего — Лорана Илера, экс-этуали Парижской оперы. Будут идти в следующем сезоне и балеты Джерома Роббинса. Но не увидим мы теперь ни макмиллановского «Майерлинга», ни балетов Фредерика Аштона… Более того, не будет в следующем сезоне и балетов, поставленных задолго до Зеленского: «Золушки» Олега Виноградова и «Каменного цветка» Юрия Григоровича. На заслуженный отдых до лучших времен отправляется даже знаковый балет этого театра «Эсмеральда», поставленный одним из основоположников балетной труппы Владимиром Бурмейстером еще в 1950 году.

С пятилетним периодом правления балетом «Стасика» Игоря Зеленского многие связывали и взятый им курс на омоложение труппы, сопровождавшийся уходом из театра многих артистов (за 5 лет — до 50 человек, то есть добрая половина балетной труппы). Этот сезон показал, что процесс этот намного сложнее и напрямую с Зеленским не связан, поскольку уходили артисты не только от него, но и к нему… теперь в Мюнхенский балет, которым Зеленский руководит с начала сезона. Продолжат уходить артисты из труппы и в предстоящем сезоне. Уже от Илера… Так, по слухам, к началу сезона мы можем не досчитаться в труппе еще 7 человек, в том числе и солистов, некоторые из них уйдут к тому же Зеленскому…

Свою первую и пока единственную премьеру на посту худрука балета Музыкального театра им. Станиславского и Немировича-Данченко экс-этуаль Парижской сцены Лоран Илер подготовил со всей тщательностью и скрупулезностью. И в то время как в Большом происходили драматические события, «Стасик» оттачивает ранее неведомые этой труппе стили. Гвоздем программы стал балет Сержа Лифаря «Сюита в белом». Российская труппа впервые в истории исполнила сочинение этого прославленного хореографа. Результаты освоения стилистики Лифаря настолько впечатлили, что впору рекомендовать театру целый вечер работ этого хореографа.

Такого же прекрасного результата труппе, однако, не удалось достичь со вторым балетом премьерной программы — The second detail («Вторая деталь») Уильяма Форсайта. Танцовщики были чересчур зажаты и походили на вымуштрованных школьников, сдающих экзамен, и, как бы они не старались, их танец все равно отличался излишней «классичностью». К числу танцовщиков, у которых стилистика Форсайта выходила удачнее, чем у других, отнесем Дмитрия Петрова, Евгения Жукова, Иннокентия Юлдашева и Георгия Смилевски-младшего. Это как раз то новое поколение труппы, ставку на которое, по-видимому, будет делать новый руководитель в ближайшем будущем.

Кехман и Мессерер к началу сезона готовят сюрприз

Помимо перечисленных двух премьерных программ (одной в Большом и одной в «Стасике») Москва значимыми премьерами в этом сезоне балетоманов не баловала. Ни одной премьеры не представил и Кремлевский балет, ограничившись ежегодно проходящим здесь Международныым фестивалем балета (состоялся уже в пятый раз). Но были премьеры в Питере. Так, благодаря новому худруку Михайловского театра Владимиру Кехману (а Кехман еще с прошлого сезона поменял должность гендиректора на худрука) балетная труппа вспомнил свою «Сильфиду». Ее не было в репертуаре ровно три года. И вот балет вернулся в афишу в постановке Михаила Мессерера. «Сильфида» — самый старинный из спектаклей классического наследия и имеет для труппы Михайловского особое значение. В России этот балет в версии классика датской хореографии Августа Бурнонвиля впервые увидели в 1975 году именно на сцене Малого театра оперы и балета (так тогда назывался Михайловский). Главный балетмейстер провел скрупулезную и филигранную работу, уточняя мизансцены, очищая балет от чуждых ему напластований, внесенных за десятилетия местными педагогами и артистами.

Такое отношение к спектаклям наследия, собственно, и свойственно Мессереру. И в начале следующего театрального сезона он преподнесет зрителям еще один впечатляющий сюрприз. К 110-летию хореографа Ростислава Захарова в Михайловском поставят балет Сергея Прокофьева «Золушка». Этот знаменитый «советский» балет, собственно, и откроет новый балетный сезон.


Последний раз редактировалось: Елена С. (Ср Сен 13, 2017 5:26 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18290
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Авг 16, 2017 7:34 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2017081601
Тема| Балет, Латвийская Национальная Опера, Персоналии, Маргарита Демьянок-Скутельская
Автор| ?
Заголовок| Прима-балерина Маргарита Демьянок-Скутельская: главное - не потерять огонек внутри
Где опубликовано| © Mixnews.lv (радио Baltkom)
Дата публикации| 2017-08-09
Ссылка| http://www.mixnews.lv/ru/zelenaja-lampa/news/225448_prima-balerina-margarita-demyanok-skutelskaya-glavnoe-ne-poteryat-ogonek-vnutri/
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ



Во вторник гостьей программы “Зеленая лампа” на радио Baltkom была прима-балерина Маргарита Демьянок-Скутельская.

У Маргариты – более двух тысяч ведущих партий в знаковых спектаклях (это по самым скромным подсчетам), только «Лебединых...» - 686, и это не предел. Она – лауреат Большого музыкального Приза и Ордена Трех звезд, дважды была признана лучшей балериной на Spēlmaņu nakts. Танцевала ведущие партии в Гонкогском балете и Российском классическом балете, много лет была примой Латвийской Национальной оперы. А режиссер-постановщик Борис Эйфман назвал ее «своей лучшей Анной» (балет «Анна Каренина»).

26 мая Маргарита Демьянок-Скутельская станцевала Каренину в ЛНО и ушла в свободный полет. Но она и сама не ожидала, что буквально на следующий день телефон начнет звонить, не переставая.

«Есть одна фраза – если одна дверь закрывается, то другая открывается... Но знаете, у меня эта дверь с такой инерцией захлопнулась, что открылось огромное количество новых дверей. Неожиданно мне начали звонить, писать со словами: поздравляем, ты сейчас свободна, ты должна приехать к нам. И начали поступать предложения из других театров. Из Большого позвонили буквально наутро и пригласили в Чили – выступить на гала-концерте со звездами Большого театра и Мариинки...»

С чего начинается балет для Маргариты?

Она отвечает, не задумываясь: “Это состояние души, в первую очередь. Когда ты не можешь без этого жить, когда ты идешь по улице и танцуешь, и внутри тебя все танцует... С этим, наверное, нужно родиться. Очень люблю свою профессию".

Она сохранила свои первые пуанты 31 размера – маленькие золушкины туфельки, которые получила в 8 лет. А всего за спектакль раньше уходило, минимум, до трех пар. Это не считая репетиций. “Когда-то я начинала в кордебалете, и у меня одновременно было 60 пар пуант, с ленточками, с завязочками, как положено..., - смеется Маргарита. – А сейчас уже созданы пуанты нового поколения, которые не снашиваются почти год”. Часто театры, где она танцует, просят пуанты на память, так что ее «след» сохранился в разных странах мира.



Про милосердие Маргарита знает непонаслышке. Она не раз участвовала в благотворительных концертах и акциях и уверена, что человеку нельзя оставаться одиноким, и если ты слышишь просьбу о помощи – надо помогать."Мы все для чего-то спущены на эту землю, и нас спустили сюда с любовью."

Чтобы попросить о помощи, человек должен серьезно переступить через себя, уверена Маргарита. Однажды она шла по улице в центре Риги и увидела прилично одетую, но плачущую старушку. Бабушка ничего не просила, но оказалось, что ей в этот день исполнялось 80 лет, а денег не хватало даже на хлеб. “Меня как будто кипятком окатило. Конечно, я сделала для нее, что могла. Но очень сильно задумалась – насколько же человек одинок, если выходит на улицу просто ищет чей-то взгляд. Того, кто остановится и заговорит...”, - рассказала Маргарита.

Она и сама не раз попадала в ситуации, когда тяжело так, что не видишь выхода. “И вдруг получаешь смс-ку, или звонок в дверь - заходит совершенно случайный человек, с вопросом или еще с чем-то. Начинаешь разговаривать, и понимаешь, что он просто дал тебе время – вытянул из ситуации, когда ты один со своими мыслями”.

В жизни Маргариты есть любимые люди – семья, сын, муж, отец. Есть друзья, о которых она помнит всегда. Есть те, кто помог сохранить себя в трудный период. Года три назад она упала прямо на сцене, поскользнувшись на мокром полу, и получила тяжелейшие травмы. Тогда ей сказали, что ходить она не сможет, и в будущем ее ждет инвалидная коляска. Сложно даже представить, что это значит для балерины.

“Это был очередной этап жизни. Ты все можешь, ты в расцвете, из тебя бьет энергия. И вдруг падаешь прямо на спектакле, а на тебя смотрят две тысячи человек. И медленно закрывается занавес... Спасибо тем людям, которые мне помогли. И очень важна была моральная поддержка. Потому что, что ни говорите, когда ты на коне, на тебя приятно смотреть. А когда ты падаешь с коня... помню, я шла по улице на костылях, а окружающие потихоньку отводили взгляд, чтобы не видеть этих двух костылей. Я представляю, как это выглядело, когда мне не хватало зеленого света светофора, чтобы перейти перекресток. Это надо было пережить...

Мне сразу же начали писать и звонить со всех театров, я им очень благодарна. Но одного человека все-таки выделю особо. Это Андрис Лиепа. Человек с большой буквы. Он каждый день писал мне, звонил, спрашивал: «Ну как? Как твоя нога? Когда ты уже приедешь ко мне, когда мы будем танцевать? Ну давай, с тебя – нога, с меня – спектакль”. Когда ты лежишь и не можешь двигаться, а тебе говорят, что у тебя будет спектакль... Ты понимаешь, что, может, и не будет, но это так важно услышать... И конечно, если бы не мой муж, сын и отец, которые буквально носили меня на руках... я не знаю, что было бы”.

А на самом деле было вот что. Она не просто начала ходить заново, но и снова стала танцевать и по-прежнему выходит на сцену в ведущих партиях, востребована в лучших театрах.

Может быть, не случайно любимая сказка Маргариты – “Золушка”, причем она всегда ее вспоминает под музыку Прокофьева. Все возможно, все получается, если сохранить в себе главное.

“Мы же с детства сказки слушаем и в чудеса верим, это значит, что они есть, - смеется Маргарита. - У нас у каждого вот тут, внутри – огонек. Главное – его не потерять”.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18290
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Авг 17, 2017 2:48 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2017081701
Тема| Балет, Ростовский государственный музыкальный театр, Персоналии, Мари Ито
Автор| Лариса Ионова (Ростов-на-Дону)
Заголовок| Путешествие Мари Ито в наш мир
Японскую балерину заставили остаться в России "Лебединое озеро", Арсений и селедка под шубой

Где опубликовано| © Российская газета - Неделя №7349 (183)
Дата публикации| 2017-08-17
Ссылка| https://rg.ru/2017/08/17/reg-ufo/chto-zastavilo-iaponskuiu-balerinu-ostatsia-v-rossii.html
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

Мари Ито - нежная и хрупкая, как цветок сакуры. С 10.00 она уже у станка: начинается урок или репетиция. В 19.00 у нее обычно спектакль, и она опять работает до позднего вечера.


Мари Ито: В России заниматься мне было нетрудно. Я привыкла много работать. Фото: Тагир Раджавов

В Ростовском государственном музыкальном театре Мари четвертый год, всего в России - восьмой. И сейчас исполняет все заглавные партии в лучших постановках - Одетту в "Лебедином озере", Офелию в "Гамлете", Жизель в одноименном спектакле.

Восемь лет назад она думала, что, как только закончится учеба, уедет на родину. Слежу за афишами - а Мари все тут.

- У вас такое европейское имя - Мари?

- В Японии родители сами придумывают имена для своих детей и обозначают их иероглифами. Эти два иероглифа обозначают маленький мячик и произносятся как "мАри" (с ударением на первый слог). Папа хотел, чтобы я по жизни прыгала, как мячик, и веселилась.

Мари и балет были неразделимы с раннего детства. Родители, сами танцовщики, отдали ее в студию, едва девочке минуло три года. В Стране восходящего солнца это не редкость: здесь, по словам Мари, очень много студий для самых маленьких, и практически всех детей, едва они начинают ходить, куда-нибудь водят заниматься. И не ради тщеславных целей - это просто хобби. Маленькая Мари очень любила танцевать. Двигалась по сцене как дышала. Ей все время хотелось заниматься и совершенствовать технику.

В 2008 году в Токио приехала группа российских преподавателей из Академии русского балета имени Вагановой Санкт-Петербурга в поисках талантливых ребят.

- На самом деле о России в Японии знают очень мало. Из того, что известно, - это прекрасный русский балет, Майя Плисецкая, Светлана Захарова, Диана Вишнёва, - вспоминает маленькая балерина. - Мне повезло. Меня заметили. И в числе шести человек отобрали для учебы в России. Честно говоря, я не хотела ехать. Но мама сказала: "Такой шанс нельзя упустить".

В России заниматься мне трудно не было. Я привыкла много и долго работать. Я танцевала до мозолей на ногах - не могла даже ходить после репетиций. Но это было мне привычно и обычно. Необычным было оказаться в совершенно другой, незнакомой стране. Притом без знания языка. Приехав в Питер, я не знала по-русски ни одного слова. Было очень трудно ничего не понимать, и порой я плакала от страха и отчаяния. Непонятно было все - речь, люди, город, еда, бытовые мелочи. Я даже не могла есть некоторые продукты. У нас, например, не едят свеклу, не маринуют селедку. Покупала в основном фрукты и йогурты и жила лишь надеждой поскорее вернуться домой.

Наступал первый Новый год, у нас в училище тоже объявили зимние каникулы. Но тут звонит мама и говорит, чтобы я не приезжала домой. Что я должна прожить в России ровно год, как решила перед отъездом, а за несколько месяцев познать страну нельзя.

И вот прошел этот первый год. Я освоилась, стала говорить на русском, появились подруги. Моими любимыми блюдами стали селедка под шубой, винегрет и борщ. А главное, я влюбилась. Моим другом стал коллега Арсений Исламов, мы встретились с ним, когда я работала в театре Константина Тачкина. Нас вместе пригласили в труппу ростовского театра. Тут, в Ростове, 14 февраля, который празднуется как день всех влюбленных, он признался мне в любви прямо со сцены. После финала оперы "Иоланта" на весь зал вдруг объявили, что артист театра сделает объявление. Арсений вышел на сцену и сказал: "Дорогая Мари, я тебя люблю". От неожиданности я расплакалась.

Где больше нравится жить? Танцевать, конечно, в России. А поскольку я все время танцую... Мне нравится, как здесь люди воспринимают искусство. Многие ходят в театры и любят смотреть балет. В Японии по-другому. Там в театр не ходят каждое воскресенье или по праздникам. Туда ходят только те, кто знает балет, - узкие профессионалы и ценители этого искусства. В России совсем по-другому. Меня поразило, когда я услышала, как мальчик покупает билет и приглашает в театр свою девочку. В зале много детей. Чувствую от зрителя энергетику.

Что еще нравится в России? Здания, особенно старые, архитектура, цвета - нежные белые, розовые. Нравятся люди, открытые и общительные. Я не могу сравнивать Россию и Японию. Как будто попала в другой мир. Не хуже, не лучше, просто другой.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18290
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Авг 17, 2017 7:35 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2017081702
Тема| Балет, XIII Международный конкурс артистов балета и хореографов (Москва)
Автор| Валерий ИВАНОВ
Заголовок| БАЛЕТНЫЙ ФЕЙЕРВЕРК
Где опубликовано| © газета "МУЗЫКАЛЬНЫЙ КЛОНДАЙК" №7-8 (176-177) июль-август
Дата публикации| 2017
Ссылка| http://www.muzklondike.ru/events/xiii-mezhdynarodnii-konkyrs-artistov-baleta-i-horeografov
Аннотация| КОНКУРС




XIII Международный конкурс артистов балета и хореографов, который проходил в Москве с 10 по 20 июня, сегодня стал уже историей. Рожденный в далеком 1969 году в пору царившего тогда в СССР общего гражданского и духовного подъема, этот конкурс уцелел в череде бурных социальных и экономических катаклизмов последних десятилетий, являя собой, наряду с Международным конкурсом имени П. Чайковского, свидетельство преемственности культурных традиций в нашей стране.

С течением времени в структуре и программе соревнования появилось много нового. Конкурс стал открытым для современных веяний в танцевальном искусстве. Начиная с девятого конкурса (2001 год), его полноправными участниками являются хореографы, а конкурсанты-танцовщики соревнуются теперь в двух возрастных группах: младшей – с 14 до 18 и старшей – с 19 до 26 лет.

Московский балетный конкурс навсегда связан с именем великой Галины Улановой, возглавлявшей жюри самого первого конкурса. У его истоков - Игорь Моисеев и Ольга Лепешинская. Подобно магниту конкурс притягивает легендарных мастеров мирового хореографического искусства. В разные годы в его жюри были Марина Семенова и Иветт Шовире, Майя Плисецкая и Алисия Алонсо, Роберт Джоффри, Джером Робинс, Константин Сергеев.

Каждый из прошедших конкурсов имел свою «особинку» и ни один не избежал шквала разноречивых отзывов и суждений. Тем не менее безусловным фактом является то, что каждый конкурс открывал имена танцовщиков, которые становились украшением не только отечественной, но и мировой сцены.

В череде золотых лауреатов неистовый Александр Годунов и классичный Вячеслав Гордеев (1973 год), несравненная Нина Ананиашвили и темпераментный Вадим Писарев (1985 год). Не забыть, каким безудержным вихрем ворвался на сцену Большого театра, мгновенно покорив московскую публику, аргентинец Хулио Бокка (1985 год). А еще были изысканнейший Владимир Малахов (1989 год), моторный японец Морихото Ивата (1993 год), безупречно гармоничный Николай Цискаридзе (1997 год), трепетная Евгения Образцова (2005 год).

Особенностью нынешнего конкурса стало то, что он состоялся в преддверии года Русского балета (2018 год) и 200-летия со дня рождения Мариуса Петипа и в год 90-летнего юбилея выдающегося хореографа современности Юрия Григоровича - неизменного, начиная со второго конкурса, председателя его жюри.

На сей раз коллегами мэтра в жюри были 16 мировых балетных знаменитостей, в числе которых возглавляющие отечественные академии балета Марина Леонова и Николай Цискаридзе, Валентин Елизарьев (Республика Беларусь), Вадим Писарев (Украина), прима-балерина театра Ла Скала Маргерита Парилла (Италия), звезды мировой сцены Светлана Захарова (Россия) и Владимир Малахов (Австрия), хореографы, художественные руководители балетных компаний и педагоги из Швеции, Дании, Франции, Китая, Японии, США.
В танцевальном соревновании приняли участие 126 конкурсантов, из которых 52 выступали в младшей и 74 - в старшей возрастных группах. Это исполнители из 12 городов России, составившие примерно четверть общего числа конкурсантов, и из 26 зарубежных стран, значительная часть которых - бывшие советские республики и страны азиатского и южноамериканского континентов, в которых популярность балетного искусства растет в геометрической прогрессии.


Терада Мидори и Коя Окава (Япония)
Фото Сергея Андреечева


К сожалению, как и в прошлые годы, на московском конкурсе не были представлены ведущие балетные страны Европы. Они то ли игнорируют это соревнование, то ли тамошние молодые артисты действительно слишком заняты в своих компаниях и предпочитают реальные гонорары конкурсным рискам. Более внятного объяснения подобной ситуации от организаторов конкурса услышать не довелось.

Не «сработали» и два беспрецедентные за всю историю конкурса Гран-при по 100 000 долларов США в номинациях «Артисты балета» и «Хореографы». Впрочем, забегая вперед, отметим, что бесспорного лидера состязания, достойного Гран-при, на сей раз не оказалось. Такие суперзвезды вспыхивают на балетном небосводе не чаще одного раза в десятилетие. За всю историю конкурса их было только четыре: тогда совсем еще юная ученица Пермского училища очаровательная Надежда Павлова (1973 год), мужественный Ирек Мухамедов (1981 год), грациозный Андрей Баталов (1997 год) и обаятельный Денис Матвиенко (2005 год).

Программа нынешнего конкурса по традиции была достаточно сложной. Конкурсанты-солисты на первых двух турах исполняли классические вариации, одна из которых - из обязательной конкурсной программы, и специально поставленный к конкурсу современный номер или фрагмент из балета, сочиненного не ранее 2005 года, а на третьем туре - две классические вариации. Конкурсанты, выступавшие в дуэте, на каждом из туров исполняли па де де из балетов классического наследия.

По завершении первого тура стало ясно: все участники прекрасно владеют танцевальной техникой, уверенно выполняют сложнейшие виртуозные комбинации. Однако это - лишь необходимый фундамент танцевального ремесла, которое при хорошей выучке и при наличии подлинного таланта с течением времени может обрести черты подлинного искусства. До этого многим конкурсантам пока еще далеко. Бесконечный, перемежаемый нечастыми па де де поток вариаций, который в режиме нон-стоп низвергался на членов жюри и зрителей на первых двух турах, порой попросту усыплял, настолько не отличимыми одна от другой они были. А ведь каждая - из балета, имеющего свою стилистику, в каждой – индивидуальность хореографа-создателя, упоминание фамилии которого порой является простой формальностью, поскольку для многих конкурсантов главным приоритетом является наиболее выгодное представление собственной персоны. Этого пытаются достичь по-разному: адаптацией авторского хореографического текста к своим возможностям, насыщением его посторонними, не имеющими отношения к стилистике конкретного номера акробатическими элементами и спортивными трюками, вольного обращения с музыкой, на которую поставлен номер.

Все это неизбежные издержки конкурсных состязаний, которые не удалось избежать и на нынешнем конкурсе.

Уже на втором туре состав конкурсантов оказался достаточно ровным и сильным. Кое-кого из младших участников выручали номера современной хореографии, в которых они чувствовали себя более свободно и раскованно, раскрепощались, проявляли свое «нутро». В то же время многих из них подвел выбор не соответствующего их возрасту «взрослого» репертуара, для исполнения которого требуется значительно больший актерский и жизненный опыт. В этом случае претензии – к педагогам и наставникам юных конкурсантов.

Ввиду большого числа сольных и дуэтных номинаций в обеих возрастных группах обладателями наград стали более двух десятков участников, среди которых оказалось только семь представителей России. Но поскольку страна «приписки» участников определялась в соответствии с их гражданством, реальное число лауреатов и дипломантов конкурса, имеющих непосредственное отношение к России, намного больше.

Перечислять имена всех победителей нет смысла: они доступны во многих источниках. Упомяну лишь нескольких особо запомнившихся конкурсных выступлений.

С первого появления на сцене обратил на себя внимание представлявший Россию выпускник Московской академии хореографии Марк Чино (сейчас у него японское гражданство), которому на жеребьевке достался первый номер в младшей возрастной группе. Восемнадцатилетний воспитанник Валерия Анисимова исключительно ровно выступил на всех трех турах, продемонстрировав прекрасную выучку и благородство исполнительской манеры и заслуженно стал обладателем золотой медали. Редкостное сочетание природных данных, артистизма и партнерских качеств неизменно приковывали внимание к выступлениям еще одного воспитанника Московской академии Дениса Захарова, завоевавшего золотую медаль в дуэтной номинации младшей возрастной группы. Уроженец Киргизии петербуржец Эрнест Латыпов, ставший серебряным лауреатом в дуэтной номинации старшей группы, запечатлелся в памяти еще по конкурсу 2013 года. Изящество пластики, темперамент и личностное обаяние придают его исполнению особые притягательность и шарм.

На конкурсе не обошлось без «традиционного» ЧП, в центре которого на сей раз оказался самый юный конкурсант из Сыктывкара Иван Сорокин - 14-летний ученик гимназии искусств при главе Республики Коми. Обладающий незаурядными способностями и отличной выучкой паренек поразил членов жюри и специалистов своими выступлениями на первых двух турах и прошел на заключительный третий тур. Однако среди выступавших финалистов его не оказалось. Выяснилось, что, приехав на конкурс на свой страх и риск и не рассчитывая на успех, Иван не подготовил репертуар для третьего тура и по окончании второго, воспользовавшись заранее купленным обратным билетом, сразу уехал домой. Лично мне запомнился исполненный Сорокиным необычный современный номер «6 секунд», в продолжение которого он доставал из карманов брюк пригоршни перьев и подбрасывал их над собой, обволакивая всякий раз свой обнаженный торс пушистым белым облаком. В итоге был объявлен технический перерыв для подготовки сцены к выступлению следующего конкурсанта, а в прессе появились сообщения о том, что «балетный конкурс упустил будущую звезду» и что его пригласили в свои ученики столичная и петербургская балетные академии.

В соревновании хореографов приняли участие 30 человек из семи стран. Каждый из участников представил два специально подготовленных к этому конкурсу номера, причем многие авторы выступили и в качестве исполнителей своих сочинений. В современных хореографических номерах по-прежнему преобладают мрачные, лишенные позитива абстрактные пластические композиции. В большинстве своем это некие медитации, болезненные копания в собственной психике, передаваемые порой хаотичным набором изощренных гимнастических упражнений. Четких критериев оценки современной хореографии пока что нет, поэтому члены жюри руководствовались, похоже, исключительно личными предпочтениями. В номерах-фаворитах их привлекли, очевидно, не столько новизна и оригинальность пластики, сколько попытки раскрыть непростые взаимоотношения персонажей. Несмотря на то, что две трети конкурсантов-хореографов - 19 человек - россияне, первая премия досталась китайцу Вен Сяочао и чилийцу Эдуардо Зуниги за номера «Через невзгоды» и «Архипелаг» соответственно. У россиян Нины Мадан и Андрея Меркурьева – серебряные, у китайцев Чэн Луна и Лю Тхинтхина - бронзовые медали, у россиянина Александра Рюнтю – диплом за стильную миниатюру «Парик».

Валерий ИВАНОВ

Фото предоставлены Оргкомитетом конкурса
====================================================
Все фото - по ссылке
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18290
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Авг 17, 2017 7:49 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2017081703
Тема| Балет, Танец, Итоги года
Автор| Екатерина БЕЛЯЕВА
Заголовок| Танцующие в тесноте
Итоги 2016 года: хореография, балет, танец

Где опубликовано| © Газета "Музыкальное обозрение" № 6 (413) 2017
Дата публикации| 2017-08-14
Ссылка| http://muzobozrenie.ru/tantsuyushhie-v-tesnote/
Аннотация|


Балет "Ромео и Джулетта". Спектакль Екатеринбургского театра оперы и балета. Фото Татьяна Андреева


Прошлый год оставил странное ощущение пустоты на танцевальном поле. И не по причине уменьшения количества выпущенных в наших театрах и привезенных на гастроли спектаклей, а из-за тотального сужения самого балетного круга. Место, где балет и танец действительно рождаются, стало крошечным, еле различимым, фражильным. И, наоборот, вокруг проходных, само собой разумеющихся, тривиальных, заказных событий некоего альтернативного, официозного балетного мира выросла толпа безвкусных покровителей и безликих почитателей.

Вперед, в прошлое?

Самая неприятная тенденция, поразившая многие театры в прошлом году — установка государственных и городских чинов на «упрощенную» продукцию, выпускаемую театрами, и готовность худруков, держащихся за свои кресла и боящихся потерять финансирование, в точности внимать требованиям невеж. Под упрощением надо понимать следующие вещи: появление балетов с линейными сюжетами, простых, понятных, безобидных и по возможности патриотичных. Бонусы гарантируются тем, кто выведет на сцену персонажей российской истории и героев школьной литературы. Все это наша страна уже проходила в 30-е годы прошлого века, когда на смену лихой эксцентрике Федора Лопухова, Касьяна Голейзовского, Игоря Моисеева пришел громоздкий драмбалет и надолго воцарился на советской сцене, перекрыв дорогу современным технологиям, за счет которых в то же самое время вперед вырвался не только молодой американский балет, но и все современное искусство. В таких сравнениях есть преувеличение, элементы фантасмагории Босха, однако несколько театров сработали аккурат по описанной выше модели.

Высокую планку по премьерам удалось выдержать только двум театрам — Большому и Екатеринбургскому оперному. Остальные либо ушли в тотальное отставание по линии балета (отсутствие премьер, или переносы балетов Григоровича и Майорова в провинцию), либо громоздили у себя на сцене многоактные спектакли по следам школьной литературы, либо выполняли госзаказ по историческим балетам.

За прошлый год увеличилось количество мастерских молодой хореографии, но прирост на рынке создателей танцевальных спектаклей произошел в основном за счет иностранцев, пусть и с русскими фамилиями (иммигранты). Побывав на западе, отечественные экс-танцовщики и хореографы-неофиты понимают, что балетмейстер это уже не тот старомодный чудак, который придумывает порядок па, но «продвинутый» homo sapiens, имеющий элементарные хотя бы знания о световом оформлении, владеющий инструментарием contemporary art и следящий за новыми тенденциями в музыке, драматическом театре и кино. Многочисленные данс-платформы и воркшопы, проведенные в разных балетных столицах — Москве, Санкт-Петербурге, Перми, Екатеринбурге — подтвердили, что требуемое для «производственного процесса» количество homo sapiens от балета в России до сих пор в дефиците. И все равно ценно, что процесс не останавливается, центры сгущения молодой балетной мысли множатся. Результат проявится.

Плюс минус ноль

Рейтинг хореографов не сильно изменился с прошлого года. Лидирует Вячеслав Самодуров, который выпустил в 2016 три спектакля — «Ромео и Джульетту» Прокофьева в Екатеринбурге, «Ундину» Хенце в Большом театре и завершил свой насыщенный год мировой премьерой детского балета Артема Васильева «Снежная королева» также в Екатеринбурге. Все постановки были по-своему новаторские, хотя Самодуров и не находится в удобной ситуации, когда «система работает на тебя», как, например, в Нидерландском театре танца у П. Лайтфута. Каждая премьера Самодурова — победа над системой или прорыв вне системы. Об этом не успевают писать критики, зажатые в узкие рамки информационных заметок. Так, в «Ундине» Самодуров зашифровал хореографическим языком поэтический текст, которому сюжетные законы неведомы. На фоне официального, насаждаемого направления в балетном театре, его открытие выглядит еще более дерзким.

Конгениальный прорыв совершил в Лондоне У. МакГрегор, когда представил «Произведения Вирджинии Вулф», но ему было проще, так как рядом работал композитор Макс Рихтер, сочиняя удобную музыку. Остальные, кто трудился на балетном поле в 2016, лишь ремесленники. Юрий Смекалов получил «госзаказ» на «Медного всадника» и выпустил к сроку «национальный» триллер. Вместе с постановщиком работали ветераны сцены, которые небезуспешно вспоминали старый балет Р. Захарова. Но говорить ни о серьезной реконструкции, ни об оригинальной хореографии не приходится.

Любопытно работает Алексей Мирошниченко в Перми, однако его личный выбор как хореографа блокируется художественными вкусами идеолога театра Теодора Курентзиса. В декабре 2016 они выпустили «Золушку», для которой Мирошниченко переработал сказочный сюжет и написал превосходное либретто в жанре пародии на балетный театр, а Курентзис без всякого юмора и иронии «похитил» музыку Прокофьева у балетных, подведя жирную черту под малосостоятельными балетными версиями «Золушки».

Питерцы Антон Пимонов и Максим Петров сохраняют достойные позиции в рейтинге молодых хореографов. Их новые балеты на музыку Прокофьева сформировали интересный вечер в Мариинском театре. Пимонов поставил балет «Скрипичный концерт № 2» в манере Баланчина, а Петров «Русскую увертюру» в манере Ратманского. У каждого были еще постановки в 2016 – Пимонов поработал в «Балете Москва» («Луна напротив» на музыку Дж. Адамса), а Петров участвовал в мастерской хореографов на Мариинском фестивале с работой «Павловск».

Хореографические опыты продолжает премьер Михайловского театра Иван Васильев. Под его премьеры театр снимает роскошный зал Эрмитажного театра. В 2016 Васильев поставил три одноактных балета («Морфий» на музыку Г. Малера, «Любовь есть везде» на музыку И. Стравинского и «Слепая связь» на музыку М. Рихтера), заняв всю труппу Михайловского театра.

Кирилл Симонов поставил в Детском музыкальном театре им. Сац «Синюю птицу».

Б. Эйфман нового спектакля в 2016 не сделал, так как продолжает формировать золотой фонд своего театра и полировать уже созданные спектакли. Последнее, что он выпустил – обновленный балет «Чайковский», отлаженный для нового поколения солистов.

После долгого молчания высказался художественный руководитель астраханского балета Константин Уральский. На специально написанную Валерием Киктой (автором 12 балетов) музыку он поставил балет «Андрей Рублев». Спектакль претендующий на звание мировой премьеры, но таковой не ставший в силу своей многосторонней несостоятельности.

Александр Мацко выпустил в Краснодаре двухактный спектакль (балет-фантасмагорию) «Мастер и Маргарита» на музыку А. Шнитке, Д. Шостаковича, Д. Покрасса и зарубежных композиторов (цитата с сайта театра – Е. Б.). Премьеру приурочили к 75-летию со дня первой публикации романа Булгакова. Хореографическую блеклость постановки в который уже подраскрасили художники Максим Обрезков, Сергей Скорнецкий и Татьяна Баранова. Мацко пользуется самыми элементарными связками движений, позаимствованными у Бориса Эйфмана, но его хореографической фантазии не хватает, чтобы спектакль можно было назвать полноценным балетом. Пока это нетрудная ритмика, встроенная в стильный дизайн.

Бегущие впереди

Рейтинг театров по балетному счету возглавляю все те же лидерские оперно-балетные дома — Большой театр и Екатеринбургский театр оперы и балета. Держаться на таком высоком уровне не в последнюю очередь обоим театрам помог В. Самодуров, председательствующий в рейтинге хореографов: Большом прошла премьера («Ундина» в Большом, «Ромео и Джульетта» и «Снежная королева» в Екатеринбурге).

Кроме «Ундины» в Большом состоялась премьера вечера голландской хореографии («Вариации на тему Фрэнка Бриджа» Ханса ван Манена и «Совсем немного вместе» Пола Лайтфута и Соль Леон). Все эти хореографы незадолго до этого дебютировали в Екатеринбурге «с подачи» Самодурова.


«Вариации на тему Франка Бриджа». Фото Михаила Логвинова /Большой театр.

Открывался год в Большом гастролями Гамбургского балета со спектаклем Шнитке «Пер Гюнт» в обновленной редакции Ноймайера. Премьерную афишу также пополнил вечер хореографии «Amore», который инициировала Светлана Захарова. В него вошли три балета: драма «Франческа да Римини» Посохова на музыку Чайковского, психологический триллер «Пока не пошел дождь» на музыку И.С. Баха, О. Респиги и К. Пино-Кинтаны в хореографии Патрика де Бана и «Штрихи через хвосты» Маргариты Донлон на музыку Сороковой симфонии Моцарта.

В Екатеринбурге в 2016 поставили оба главных балета Прокофьева. Автором хореографии к «Золушке» выступила заведующая труппой Надежда Малыгина, офрмила спектакль команда Вячеслава Окунева. Спектакль получился неудачным, его редко играют.

Другая Москва

В МАМТе было два важных события. Стартовала «Точка пересечения» – показ работ молодых хореографов на верхней сцене. Главная находка прошлогодней «Точки» — Андрей Кайдановский с работой в стиле танц-театра Пины Бауш «Чай или кофе». И премьера двухактного балета «Анна Каренина» немецкого хореографа Кристиана Шпука на музыку С. Рахманинова, В. Лютославского, С. Цинцадзе и И. Барданашвили.

Жизнь «Балета Москва» была насыщенной событиями. Прошла малоудачная премьера «Дюймовочки» (хореографы А. Игнатьев и А. Кадрулева, на музыку «Времен года» Чайковского в обработке А. Марто) для классической труппы. Затем важная и победительная работа бельгийского хореографа Карин Понтьес «Все пути ведут на север» для современной труппы. «Хореодром», включивший работы танцовщиков компании, которые заявляют о себе, как хореографы. Здесь лидер Софья Гайдукова со спектаклем «Оркестр» нам музыку С. Прокофьева и Ф. Гласса. В самом конце года с труппой поработал петербургский хореограф, артист Мариинского театра Антон Пимонов. Он поставил на балет «Луна напротив» на музыку Дж. Амамса.



Бронзовый вампир

Мания угождать городским властям преследовала по пятам Владимира Кехмана, руководителя Михайловского театра. Когда Мариинка объявила о своей постановке «Медного всадника», Кехман совершил марш-бросок через океан и заказал одноименный балет патриарху американского modern dance Лару Любовичу. Но вместо балета по мотивам повести великого русского писателя (которому пришлось надеть цилиндр и выйти на сцену вместе с сумасшедшим Евгением) у Любовича получился коротенький комикс – смешной и нелепый на музыку симфоний Глиэра. Осенью 2016 спектакль стремительно переименовали, и теперь он скрывается под лихим названием «Бронзовый кумир».

Три сердца — три льва

Кадровые перестановки коснулись сразу трех театров. С марта в Большом начал работать Махар Вазиев, сменивший на посту художественного руководителя балета Сергея Филина (с ним не продлили контракт худрука, предложив ему работу в театре, связанную с мастерскими новой хореографии). Осенью из МАМТа уволили Игоря Зеленского. Место балетного худрука занял экс-премьер и экс-мэтр дю балле Парижской оперы Лоран Илер. Он приступил к обязанностям с января 2017 и немедленно объявил об изменениях балетных планов театра.

И, наконец, после успешной премьеры «Синей птицы» должность художественного руководителя балета Театра имени Сац занял хореограф Кирилл Симонов.


"Синяя птица". Театр им. Н. Сац. Фото Елена Лапина

По ту сторону официоза. Фестивальный рай

Вторая значительная часть балетного года — фестивали. Их в 2016 не стало меньше, но они сильно изменили свое лицо. Фестивали обросли образовательными программами, стали более «разговорными» и мультимедийными. Развлекательный компонент — собственно, привозимые компании — приходилось делить между форумами, и фестивальные менеджеры стали придумывать все более изощренные ходы, чтобы обеспечить свои смотры уникальными спектаклями. В этой борьбе за существование на рынке интеллектуальных entertainments&arts ведущей стала тенденция объединения фестивальных сил двух столиц, наметившаяся уже в прошлом году, и она же стала единственным гарантом качества мощных в прошлом форумов, существующих ныне с бюджетным дефицитом и почти сведенной с минимуму государственной поддержкой.

«Я памятник воздвиг…»

Фестивальная страда традиционно начинается в марте-апреле. До 2009 фестивальный сезон открывался в Санкт-Петербурге Мариинским международным балетным смотром, но после ухода М. Вазиева и его помощника П. Гершензона лучший в мире балетный фестиваль утратил художественную значимость, превратился в формальное мероприятие без концепции и откровений (с 2009 фестом руководит и. о. заведующего балетной труппой Мариинского театра Юрий Фатеев). В 2016 смотр открылся громоздкой трехчасовой премьерой «Медного всадника» Глиэра в постановке Юрия Смекалова — первой балетной премьерой прошлого балетного сезона театра, и продолжился репертуарными спектаклями с сильными составами, включающими и приглашенных из-за рубежа и других российских театров солистов, была проведена Творческая мастерская молодых хореографов и в гала-концерте закрытия показали еще одну премьеру — совместную постановку Мариинского театра и Парижской оперы «La nuit s’acheve» («Ночь заканчивается») на музыку Бетховена с хореографией Бенжамена Мильпье. Ничего из этих названий не удержалось в репертуаре больше сезона!

С широко открытыми глазами

Фестиваль Dance Open, который по возрасту на год младше Мариинского форума и начинался как серия балетных гала-концертов и мастер-классов, вырос за последние несколько лет в солидный смотр (организатор и руководитель Е. Галанова, директор О. Беленкис). Фест не просто устраивает гастроли лучших компаний мира в Санкт-Петербурге, но заказывает специальные тематические программы. Установкой фестиваля 2016 г., пятнадцатого по счету, был показ новейших работ европейских хореографов молодого и среднего поколения. В Санкт-Петербурге гостил Венский балет со спектаклями И. Бубеничека «Дыхание души» на музыку И. С. Баха, И. Пахельбеля, Р. Хофштеттера в обработке О. Бубеничека, Ш. Тосса «Тайна Синей Бороды» на музыку Гласса и шуточным балетом П. Лайтфута и С. Леон «Наперекосяк» на музыку Дж. Россини. Приезжал Дрезденский балет со своими новинками – «Танцевальной сюитой» А. Ратманского на музыку Р. Штрауса, «В другом пространстве» Понтуса Лидберга на музыку М. Рихтера и «Кактусами» Александра Экмана на музыку Л. Бетховена, Й. Гайдна и Ф. Шуберта. Третий гость — Балет Марибора с двухактным спектаклем «Пер Гюнт» Э. Грига в постановке Э. Клюга. Работы Лидберга и Тосса никогда не показывали раньше в России, хотя обеих хореографов можно назвать создателями новых направлений в танцевальной индустрии Запада. Серьезная многослойная работа Тосса показала, что немецкий танец не собирается отказываться от своих экспрессионистских корней (Грет Палукка) и от идей танцтеатра Курта Йосса и Пины Бауш.

Шекспир спасает Бенуа

В конце мая фестивальную инициативу у Питера на 2 дня перехватила Москва, где в 24 раз вручали балетных «Оскаров» — премии «Benois de la Danse» (организаторы: Ю. Григорович, Н. Кудрявцева-Лури, Р. Никифорова). В контексте многочисленных фестивалей, привозящих в Россию целые спектакли, «Бенуа» с его двумя концертами, составленными из дуэтов новых балетов, на звание смотра уже не претендует, но как конкурс не потерялся, так как аналогов в мире не имеет. С другой стороны организаторы стараются делать концерт-лауреатов прежних лет тематическим, что тоже имеет смысл. В прошлом ходу второй концерт посвятили шекспировским балетам, представили и пуританский дуэт Ромео и Джульетты в старинной версии Лавровского, и неожиданную эксцентрику Гамлета в мало известной у нас и подзабытой в мире интерпретации Бежара (эти фрагменты хорошо помнит худрук компании Жиль Роман, который по просьбе организаторов фестиваля восстановил их специально для московского концерта), фрагменты философских спектаклей Ноймайера и сцену из новейшего балета Эка «Джульетта и Ромео». Приз за лучшую хореографию ушел к нашему соотечественнику Ю. Посохову и шведу Й. Ингеру. Балеринские статуэтки получили прима штутгартского балета Алисия Аматриен и солистка Парижской Оперы Ханна О’Нейл, в номинации «лучший танцовщик» победил солист Мариинского театра кореец Кимин Ким.

Экспансия русского contemporary

В июле в Петербурге проходил старейший смотр современного танца Open look, организованный 20 лет назад директором Дома танца «Каннон Данс» Вадимом Каспаровым. Уже второе лето подряд международный фест и встроенный в него российский смотр Russian look проходил но территории Новой сцены Александринского театра. Приход сюда стал поворотным для фестиваля, означающим, что российское современное искусство готово попрощаться с советскими захолустьями, где оно обитало с начала 90-х до сегодняшнего дня. Russian look оказался готов принять у себя перформеров со всей России, не сокращая географию до привычных центров современного танца и не выстраивая иерархических лестниц. Записи могли присылать любые коллективы, и если отборочной комиссии работы казались интересными, компании приглашались в Петербург.

Привоз новичков не обошелся без курьезов. Занятная компания «10th Avenue» прибыла из Ставрополя, показав спектакль «Муха в повидле», название и содержание которого отсылает к бодрому советскому прошлому с коммуналками и пионерами. Артисты бережно охраняют этот винтажный облик танцевального спектакля, не позволяют высмеивать, устраивая так, чтобы зрители смеялись над ситуациями, а не над декорациями эпохи. И совсем другой класс мышления обнаружили люди из Вологды. Илья Оши, основавший компанию «O’She Theatre», поставил спектакль-единоборство «Кулак», где двое мужчин в стильной black box наглядно показывают друг другу, чего они стоят в обществе. Достойные работы представили пионеры российского современного танца О. Пона («Теоретическая модель абсолютной свободы»), Л. Шевченко («Насквозь»), Н. Каспарова («Пустая комната»). Самой изысканной работой отечественных перформеров на фесте стал спектакль-инсталляция «3T», которую станцевали в стиле буто Тая Савина и Таисия Забелина в фойе Новой сцены. В западном блоке фестиваля лидировали бельгийская компания «Opinion Public» со спектаклем Bob’ART, норвежская труппа «Kari Hoaas Productions» с перформансом «На пределе момента» и адепты ядерной физики из Швейцарии «Cie Gilles Jobin» с «Квантумом». Устроители фестиваля понимают, что дорогостоящий иностранный контент должен присутствовать на форуме обязательно, чтобы российский современный танец снова не ушел в досадную изоляцию доперестроечной эры. У Russian look есть теперь и другая функция. Фестиваль является расширенным предпоказом работ, часть которых попадает в номинанты «Золотой маски», и получается, что контекст нужно изучать именно здесь. География у этого фестиваля самая широкая и очень комфортный трамплин для новичков. И фестиваль будет еще развиваться, обгоняя московский «Цех».

Танцующие в нищете

После весенне-летнего блока танцфорумов был двухмесячный перерыв на каникулы, а с октября по декабрь столицы провели еще четыре фестиваля на двоих, один из которых был профильный, посвященный современному танцу, и три других включали танцевальные программы.

Спектаклем Национального хореографического центра Кретея и Валь-де-Марна и компании «Кэфиг» («Клетка», нем.) «Пиксель» открылся XI Международный фестиваль-школа современного искусства «Территория», проводимый при поддержке Фонда Михаила Прохорова (арт-дирекция Е. Миронов, Р. Должанский, Ч. Хаматова, К. Серебренников, А. Ураев, Т. Курентзис, В. Церетели). Фестиваль был посвящен теме «Другая реальность». В спектакле французского хореографа Мурада Мерзуки тела танцовщиков в помощью видеомэппинга (искусство создания и наложения трехмерных видеопроекций на физические объекты с учетом их геометрии и местоположения в пространстве) оказались заброшены в цифровую среду, наполненную пикселями. Мерзуки (род. 1973) относится к среднему поколению французских танцовщиков и хореографов, которые пришли в danse contemporaine, когда во Франции уже никому не надо было доказывать нужность и актуальность этого параллельного балету движения, наоборот, ведущие представители направлений современного танца получали в распоряжение хореографические центры, разбросанные по регионам всей страны. Мерзуки развивал направление хип-хоп, умело «скрещивал» его с цирком, капоэйрой (бразильский танец с элементами единоборств), другими направлениями стрит-данса, контактной импровизацией и интеллектуальным contemporary. Его компания приезжала в Россию в 2000 со спектаклем «Реситал». Жизненные принципы Мерзуки не сильно изменились, как и прежде он считает танец передовым искусством, которое способно «брать на себя риски и обогащаться всем, что нас окружает, открываться другим видам искусства для того, чтобы развиваться и продолжать писать свою историю. «Пиксель» создавался в 2014 в соавторстве с известными мастерами оп-арта К. Барден и А. Мондо.

Мерзуки предложил своей команде, состоящей по большей части из виртуозов разных жанров пластических искусств, посоревноваться с цифровой «командой» пикселей. Он воспользовался расхожей репутацией хип-хопа как жанра уличных бродяг, готовых схватиться с любым, кто осмелится преградить дорогу, соорудил из движущихся тел своеобразную «свинью», и отправил в ночную охоту под тревожную монотонную музыку Армана Амара. Но ожидаемого взрыва социальных низов не произошло, полуночники вышли из «клина» и растворились в пространстве цифровой игры, соревнуясь с быстрыми пикселями, каждый предъявляя свое мастерство. Гуттаперчевая акробатка встала на руки и откинулась назад в висящий мостик такой глубины, что говорить о наличии в ее теле позвоночника не приходилась, но и это был не предел ее возможностей – танцовщица вдруг принялась на бешеной скорости манипулировала конечностями, перевоплотившись в гусеницу-сороконожку. Разгоняя пиксельный туман несся на роликах, оставаясь при этом на месте, другой солист. Синхронный хип-хоп и плетущийся как вьюн брейк-данс демонстрировали все и только с одной целью: обнаружить свою обычность рядом с уникальными коллегами. Третьим уникумом труппы оказался человек, который освобождал отдельные части своего тела от привычной зависимости от центральной нервной системы. Идея Мерзуки заключалась в том, чтобы провести танцующие тела «через тернии к звездам», продемонстрировать цветущую живучесть хип-хопа и других уличных культур в любых обстоятельствах техногенного мира.

Никаких других балетно-танцевальных мероприятий афиша «Территории» не предложила из-за скудости средств, и даже приезд культовых хип-хоперов стал бы неподъемным без мощной поддержки Французского института.

Танцуют все

Последним фестивалем года, включавшим танцевальный блок, стал NET (Новый европейский театр, руководители Роман Должанский и Марина Давыдова). Фест прошел под знаком отказа от интерпретационного театра. На нем не показывали спектакли по классическим репертуарным пьесам, с выигрышными ролями и интересными характерами, с неожиданными интонациями знакомых текстов. Зато был современный театр, обживающий новые пространства и новые способы коммуникации со зрителями. В центре НЕТа 2016 стоял спектакль «Gala» знаменитого французского хореографа Жерома Беля. Этим уникальным перформансом Бель продолжает деконструкцию академического представления о танце, при этом его меньше волнует вопрос уничтожения догм, чем исследование того, чего не хватает, что случайно не высказано или не показано умышленно. После того, как хореограф предложил стать танцовщиками людям с особенностями развития (спектакль «Disabled Theater»), а следом зрителям (спектакль «Cour d’honneur»), в новой работе он еще раз выводит на сцену тех, кто, как правило, остается в стороне от нее. В этом спектакле группа непрофессионалов с большой любовью создает в полном смысле этого слова любительское искусство. Борьба против расхожих представлений об избранности, исключительности исполнителя здесь обретает форму гала, коллективного любительского шоу, в котором идея «хорошего танца» уступает место чистому удовольствию от выступления на сцене. «Gala» исследует физическую и умственную пластичность необученных тел, мобилизуя их стремление к самовыражению в танце и их способность воплощать, пусть и минимально, хореографические знания. Второй танцевальный перформанс, показанный в рамках фестиваля – «Klimax» в хореографии израильтянки Ясмин Годдер. Изначально эта работа была заказана музеем изобразительного искусства Петах-Тиква и создана для выставочного пространства. Совмещая живое и неживое, изобразительное искусство и исполнительское, Годер создала резко политическое произведение, резонирующее с хрупким чувством общности, стремлением к безопасности внутри коммьюнити, присущим с одной стороны современному художнику, а с другой – любому израильтянину, и в то же время, омраченному ощущением опасности, угрожающей извне. Формируя круг, глядя друг другу прямо в глаза, шестерка исполнителей, сначала находясь среди зрителей, постепенно исключают последних из своих рядов, передавая друг другу сигналы с помощью движения, пантомимы, крика, пения и тишины, иногда расслабляющей, иногда напряженной. Ритуальное действо с круговой композицией превращает зрителя и в участника, и в свидетеля. Синхронные и групповые движения постоянно повторялись, а в круг вовлекались все новые участники. Немалую роль в привлечении заинтересованных, сочувствующих, просто захваченных коллективным бессознательным зрителей-перформеров сыграла музыка Баха. Дизайнер звукового пространства Эран Закс буквально сделал музыкальные декорации из фрагмента баховской сюиты. Работа эта во всех смыслах достойная, но для не музейного пространства ее продолжительность следовало сократить.

Другие привычные фестивали ноября и декабря, такие как московский «ЦЕХ» (рук. Елена Тупысева) и екатеринбургский «На грани» (рук. Лариса Барыкина) в 2016 не проводились по известным причинам нехватки финансирования.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска Часовой пояс: GMT + 3
На страницу Пред.  1, 2, 3, 4  След.
Страница 2 из 4

 
Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах


Яндекс.Метрика