Список форумов Балет и Опера Балет и Опера
Форум для обсуждения тем, связанных с балетом и оперой
 
 FAQFAQ   ПоискПоиск   ПользователиПользователи   ГруппыГруппы   РегистрацияРегистрация 
 ПрофильПрофиль   Войти и проверить личные сообщенияВойти и проверить личные сообщения   ВходВход 

Общество Друзья Большого балета
2016-07
На страницу 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7  След.
 
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска
Предыдущая тема :: Следующая тема  
Автор Сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 16354
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Июл 01, 2016 12:07 am    Заголовок сообщения: 2016-07 Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2016070101
Тема| Балет, Astana Opera, Премьера, Персоналии, Ролан Пети, Луиджи Бонино
Автор| Флюра МУСИНА
Заголовок| Безупречность великих мастеров
Где опубликовано| © «Республиканская газета Казахстанская правда»
Дата публикации| 2016-07-01
Ссылка| http://www.kazpravda.kz/multimedia/view/bezuprechnost-velikih-masterov/
Аннотация| ПРЕМЬЕРА



Афиша театра Astana Opera пополнилась еще одним шедевром – балетом легендарного балетмейстера XX века Ролана Пети «Собор Парижской Богоматери».

Столичный театр привносит в свой репертуар постановки, знаковые для своего времени и не утратившие актуальность по сей день. Французский хореограф Ролан Пети, новатор и возмутитель спокойствия академических кругов второй половины прошлого века, за свою долгую и плодотворную творческую жизнь создал более 50 спектаклей и около ста концертных номеров для известнейших танцовщиков со всего мира. Свою коронную работу – балет «Собор Парижской Богоматери» – он поставил в 1965 году вместе с такими же знаменитостями, как и сам: это сверхмодный кутюрье Ив Сен-Лоран, композитор-авангардист Морис Жарр и известный художник театра и кино Рене Аллио. Объединив усилия, они создали одну из самых стильных постановок своего времени в модном тогда минималистичес­ком стиле.
Взяв за основу одноименный роман Виктора Гюго, Ролан Пети пошел по пути сюжетного упрощения литературной основы до полного обнажения сути. В балете 13 эпизодов и 4 персонажа. Красавица Эсмеральда и звонарь Собора – хромоногий горбун Квазимодо, по определению Ролана Пети, который написал либретто, – это люди, отвергнутые обществом из-за своей непохожес­ти на других.
Эсмеральда – из-за своего сомнительного происхождения (воспитанная цыганами, по логике обывателей, она была колдуньей), Квазимодо – из-за своего уродства. У священника Фролло за внешней лицемерной благопристойностью и набожностью скрывается жестокая внутренняя борьба между бунтующей плотью и духом. Четвертый герой – красавец-супермен капитан Феб. «Подобная история вполне могла бы случиться в наши дни», – решил хореограф. И хотя кос­тюмы знаменитого кутюрье источают ощутимый аромат Средневековья, а сотканный из света, ажурный Собор готически устремляется ввысь, спектакль лишен предметной историчности классических балетных спектаклей.



Но вот он – парадокс искусства: несмотря на мини-юбки и довольно условные декорации, мрачный дух Средневековья ощутимо витает над почти пустой сценой, которая превращается то в безбрежные просторы парижских крыш, то в заполненное безумной толпой пространство Гревской площади. Выразительные детали – виселица, колокол, люки крыш, из которых выползают мерзкие обитатели Двора Чудес, волшебным образом меняют наше восприятие одного и того же пространства, мгновенно перенося из одного мес­та действия в другое.
Непрерывность действия, быст­рота развертывания сюжетной линии делают спектакль невероятно экспрессивным. Стремительность действия диктуется и музыкой. Привычные в балете музыкальные паузы между сценами здесь совершенно отсутствуют: музыка сопровождает каждую смену декораций, которые передвигают одетые в черное статисты. Декорации-трансформеры, изготовленные в мастерских Astana Opera, повторяют один в один сконструированные Рене Аллио для первой постановки.

Идентичность оригиналу во всем есть важное условие. И вот что удивительно: спектаклю «Собор Парижской Богоматери» уже более полувека, и невольно ловишь себя на мысли, не устарел ли некогда авангардный балет для нашего времени и сознания? А после просмотра убеждаешься: когда части целого соединены так гармонично, возникает произведение, которое называют шедевром. Над ним не властно время. В этом балете невозможно разделить хореографию, музыку, сценографию и костюмы – так крепко они спаяны творческой волей хореографа, так органично перетекают из одного в другое, дополняя и усиливая эмоциональное воздействие спектакля.

Художественный руководитель балетной труппы Astana Opera, в прошлом прима Мариинского теат­ра Алтынай Асылмуратова знала французского хореографа лично, 5 лет по приглашению Ролана Пети она танцевала в его труппе, исполняя заглавные партии. Предлагая к постановке именно этот спектакль, она была уверена в своем выборе. Хотя и понимала, как непросто танцевать эту изобретательную и стильную хореографию, которая требует безупречного попадания в музыку.

Музыкальность хореограф считал одним из краеугольных камней балетного действа. В его постановках нет пустот, балетмейстер обыгрывал каждую ноту, а в партитуре Мориса Жарра, где музыкальный размер меняется на протяжении всего спектакля, такое попадание становится большим испытанием. И не только для исполнителей балетных партий, но и для музыкантов и дирижера в первую очередь.
Известно, что сам Морис Жарр был ударником, и, вероятно, потому отдавал ударным предпочтение. Хотя музыка балета необыкновенно мелодична и каждый персонаж имеет свою музыкальную характеристику, именно ударные, заданный ими ритм становятся главной осью в конструкции балета. Это требует от дирижера филигранной точности. С задачей блестяще справились дирижер Арман Уразгалиев и коллектив симфонического оркестра теат­ра. Многочасовые изнурительные репетиции продолжались буквально до последнего дня, и на премье­ре оркестр звучал великолепно!
Сегодня во Франции существует фонд Ролана Пети, в который входят соратники балетмейстера, осуществляющие надзор над безупречным сохранением наследия мастера. Представители фонда присутствовали на премьере, а для постановки света и воссоздания костюмов были приглашены люди, которые непосредственно работали с Роланом Пети: художник по свету Жан-Мишель Дезире и художник по возобновлению костюмов Филипп Бино.

Переносом оригинального текс­та спектакля занимался Луиджи Бонино, танцовщик труппы Ролана Пети и его ассистент, которому хореограф доверял возобновление своих спектаклей в разных странах. Луиджи исполнял в балете партию Клода Фролло. Работу с легендарным балетмейстером вспоминает как самые счастливые моменты своей жизни: «Маэстро мог заставить танцевать даже стул – так сильны были его творческая энергия и талант хореографа. Он видел внут­реннюю суть артиста…» Выбор солистов в Astana Opera тоже строился по этому принципу. Два состава были совершенно разными, а партии позволяли артистам раскрыть свою индивидуальность.

В спектакле есть еще один очень важный персонаж – это безликая, бездумная в своей инертности и страшная в своей беспринципности толпа. Для того чтобы создать такой образ на сцене, нужно было заставить три десятка артистов слиться в единое целое, в один многорукий и многоногий организм, движимый одной эмоцией, будь то страх, ярость, жажда убийства или дикое веселье.
Титаническую работу провела ассистент балетмейстера-постановщика Джилиан Уитингам, за короткий срок выучив с артистами хореографический текст всего балета. Ее усилия закрепили педагоги-репетиторы Елена Шерстнева и Галия Бегалина, которые в процессе бесконечных репетиций добились синхронного движения кордебалета в унисон с фантастически сложной музыкой Мориса Жарра. При этом артисты должны были четко выполнять сложнейшие па хореографии Ролана Пети! Объединенные единым ритмом, единым дыханием, танцовщики олицетворяли собой потрясающий образ толпы.
Не менее сложная работа легла на плечи репетиторов, работающих с солистами, в их числе были и Алтынай Асылмуратова, и Константин Заклинский – педагог-репетитор театра Astana Opera, заслуженный артист России был несравненным Фебом в спектакле, поставленном на сцене ленинградского театра в 1978 году. Спектакль на сцену Кировского (Мариинского) театра переносил сам Ролан Пети, и Константин Евгеньевич смог почувствовать стиль хореографа.



Два состава исполнителей главных партий в дни премьерных показов предложили свою трактовку героев.
Блистательный капитан Феб – образ, требующий не столько большой психологической глубины, сколько чувства стиля. Обязательным условием является наличие у исполнителя неординарных внешних данных, особой манеры поведения на сцене. С чем блестяще справились ведущий солист театра Жандос Ауба­киров­ и молодой солист балета Арман­ Уразов.
Напротив, партия Клода Фролло невероятно сложна и технически, и психологически, и тем отраднее, что этот образ талантливо воплотили совсем молодые танцовщики Газиз Рыскулов и Серик Накыспеков. Фролло Газиза Рыскулова – человек-футляр, застегнутый на все пуговицы, пытающийся загнать внутрь безумную, вырывающуюся наружу преступную страсть. И лишь руки выдают возбуждение. Нервно трепещущие, выразительные, они, казалось, живут собственной жизнью. Удивительно точно молодой танцовщик подметил эту деталь. Когда в очередной раз при виде красавицы-цыганки кисть священника похотливо трепещет, вторая рука тотчас ловит ее и прячет от взгляда любопытной толпы. Солист балета Серик Накыс­пеков создает более эмоцио­нально разноплановый персонаж. Танцовщик буквально взмывает в воздух, мягко, по-кошачьи приземляется, изгибается в ломке преступных желаний, черной тенью проносится в воздухе в сцене любовного дуэта Эсмеральды и Феба…

Роль Эсмеральды филигранно исполнила Мадина Басбаева, чья точеная фигурка безукоризненно точно рисует пластический текст, наполняя его собственным смыслом и при этом неукоснительно соблюдая стиль автора. Наверное, именно такую стильную Эсмеральду представлял Ив Сен-Лоран, рисуя эскизы легендарного костюма цыганки. Совсем другую Эсмеральду, беззащитную в своей красоте и необыкновенно трогательную в своей вере в доброту и красоту мира, представила зрителям Айгерим Бекетаева. Талантливая артистка каждый раз удивляет неординарным прочтением партий. Она создала необыкновенно трагичный образ нежного цветка, непонятно как выросшего в смердящей атмосфере Двора Чудес.
Особенно пронзительно эта тема звучит в дуэте с Квазимодо – Бахтияром Адамжаном. Двум изгоям – уродливому горбуну с прекрасным сердцем и красавице с душой ребенка, которую считают кол­дуньей, нет места в бездушной среде.

Образ горбатого звонаря – цент­ральный в балете. Ролан Пети задумывал спектакль как историю о Квазимодо и сочинил эту партию для себя. Хореограф сознательно отказался от бутафорского горба и изображал внешнее уродство героя пластически – в этом сложность и в то же время большие возможнос­ти для исполнителя.
Мягкий большой прыжок, хорошая балетная техника позволили Бахтияру Адамжану сосредоточиться на внутреннем состоянии героя, точно показать его прекрасную душу. Какая-то неистовая дикая сила присуща его герою. Квазимодо Бахтияра Адамжана – это красивое и сильное существо, заключенное в уродливую оболочку, которая, кажется, вот-вот сойдет с него, как высохшая кожа, благодаря любви и участию Эсмеральды.

В финальной сцене вновь и вновь закидывает хромой горбун безжизненное тело Эсмеральды на плечо, делая очередной шаг в глубину сцены. И в этом неистовом жесте столько отчаяния и страстной надежды на чудо! Пять шагов, пять ударов, пять раз взмывает хрупкое тело повешенной цыганки над головой Квазимодо и вновь спадает с его мощного плеча, как тряпичная кукла с беспомощно болтающимися руками… На последнем ударе две фигуры застывают, растворяясь в луче золотистого света… Ушли в небытие…
Квазимодо другого премьера театра – Рустема Сейтбекова – более раним и психологичен. Для него выбор между хозяином Клодом Фролло, спасшим когда-то ему жизнь, и благоговейной любовью к Эсмеральде становится фатальным. Невероятно выразительно сыграна сцена, когда Квазимодо появляется между сцепившимися Фролло и Эсмеральдой. Его глаза полны невыразимого отчаяния, он заглядывает в лицо сначала своему спасителю и хозяину, а затем Эсмеральде – ангелу, впервые в жизни согревшему его душу сердечным теплом и участием…
Овации после того, как опустился занавес, показали, что спектакль, поставленный полвека назад, по-прежнему свеж и актуален.

Безупречное чувство стиля, свойственное звездным создателям «Собора Парижской Богоматери», позволило им сотворить безупречное произведение, которое нашло свое безупречное воплощение на сцене столичного театра. Безупречность, как известно, неподвластна времени. Как, впрочем, и настоящие чувства.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 16354
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Июл 01, 2016 11:58 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2016070102
Тема| Балет, БТ, Премьера, Персоналии, Вячеслав Самодуров, Диана Косырева, Вячеслав Лопатин
Автор| Софья Дымова
Заголовок| Сны о чем-то большем
«Ундина» Вячеслава Самодурова в Большом театре

Где опубликовано| © Colta.ru
Дата публикации| 2016-07-01
Ссылка| http://www.colta.ru/articles/theatre/11618
Аннотация| ПРЕМЬЕРА


© Дамир Юсупов / Большой театр

На Новой сцене Большого театра завершились премьерные показы «Ундины» — полнометражным спектаклем в Москве дебютировал хореограф Вячеслав Самодуров, инициатор художественного прорыва Екатеринбургского балета последних пяти лет.

Устойчивое желание российских театров ставить (а российского зрителя — смотреть) многоактные балеты по-человечески понятно. Кроме радости узнавания литературного или исторического сюжета — утоление тоски по потерянному прошлому, когда был воздух чище и трава зеленее. Ностальгия по утраченной цельности и основательности, ностальгия по длительности и большим величинам (которые нужно понимать и буквально, как большой хронометраж) — болезнь, в конце концов, не исключительно российская и не один только балет поразившая, хотя и протекающая в наших широтах особенно остро. Размер имеет значение: непреодолимое желание вернуться к большим формам есть, по-видимому, защитная реакция на вирусные атаки ХХ века. Тяжелое переживание ключевой травмы, нанесенной балетному театру минувшим столетием — когда на смену неторопливо развертываемому гранд-спектаклю «с аксессуарами» пришло концентрированное эзотерическое шоковое высказывание, — займет еще немало времени.

В этом смысле с обращением Большого театра к «Ундине» — сюжету старинному, глубоко укорененному в балетной традиции — связывались большие надежды и чаяния и артистов, и критиков, и так называемых простых зрителей. А значит, размышлять о премьерном спектакле правильнее всего, отталкиваясь от претензий к нему, услышанных вашим обозревателем в антрактах и прочитанных в сети. Итак, «Каталог несбывшихся ожиданий от большого трехактного романтического балета середины второго десятилетия XXI века» в шести претензиях.

Претензия первая: непонятно, про что

«Ундина» решает важнейшую проблему — пересоздания большой формы классического балетного спектакля, ее приспособления к послеядерным временам. Первый шаг в этом направлении Большой предпринял год назад, инсценировав «Героя нашего времени»: авторы сохранили линейное изложение и привязку первоисточника ко времени-месту, заказав по такому случаю специальную партитуру, громоздкую и эклектичную.

Вячеслав Самодуров в «Ундине» поступил радикальнее: взяв готовую музыку Ханса Вернера Хенце, привязанную к конкретному либретто (хореограф Фредерик Аштон написал его в 1957 году близко к тексту новеллы Фуке), отменил бытовое повествование и выстроил нелинейный, метафизический сюжет — для российского балета случай беспрецедентный. По существу, весь полуторачасовой спектакль — цепь вариаций на единственную тему, обозначенную в либретто примерно так: «за чертой реальности новый мир — снов и иллюзий». Земную жизнь пройдя до половины, уж не жду от жизни ничего я. Мне страшно.

Наметки сюжета, оставшиеся от либретто Аштона, — погоня героя за Ундиной, плавание на корабле — перебиваются отвлеченными эпизодами, узнаваемая реальность сновидчески искажена. Конечно, можно всему попытаться найти бытовое оправдание: вот во втором акте плыл парусник, потом пришли коварные ундины и скинули моряков за борт, а потом задернулся синий занавес — попали, значит, в подводное царство. Ту же самую смену картин можно представить как смену рубрики в телешоу, внезапное переключение на другой монитор, иноязычную врезку на газетной полосе. Альманах «Все об ундинах»: глава романа с продолжением, практическое пособие по обхождению с морскими тварями, снова роман, пустые страницы для заметок, прогноз погоды, гороскоп.

Оттого включения «бессюжетных» дуэтов и ансамблей у Самодурова не стоит воспринимать буквально. Откуда и зачем берется разрывающий ровное течение действия концертный pas de huit в третьем акте? Да ниоткуда: симфонический антракт, вкусные танцы вместо буфета. Перемена деятельности — лучший отдых, как говорил академик Павлов. Не стоит также гадать, кого в ту или иную секунду спектакля изображает большой кордебалет. Сейчас, согласно программке, это Ундины и Отражения Беглеца, а в следующем эпизоде кто они? Да никто. Пластические фигуры, образующие прихотливый орнамент: «искусство всегда не надпись, а узор».

Претензия вторая: плохо видно

Разрабатывая жанр многоактного балета-альманаха, «балета расходящихся тропок», Самодуров по-новому осмысляет и сценическое пространство. Подмостки разгорожены бетонными столбами и стеклянными стенами — в каком-то смысле Самодуров следует здесь за Дмитрием Черняковым, разбивая сцену на изолированные сегменты для устройства одним кликом переключаемого, полифонического действия.

Приятно думать, что бетонные стойки и балки, воздвигнутые сценографом Энтони Макилуэйном, обозначают сваи причала, но, скорее всего, они обозначают все-таки стойки и балки — и больше ничего. Претензия зрителей — из-за столбов, дескать, плохо видно танцы — понятна. Лабиринтообразное, по-оперному стиснутое пространство вызывает дискомфорт, безотчетное беспокойство: абстрактная картинка действует на зрителя не впрямую, а через цепь сложных ассоциаций. Ощущение опасности возникает и в буквальном смысле: артистам непривычно, что вместо цельного планшета им предоставлено раздробленное пространство, — не говоря уже о том, что им просто страшно, когда сверху во время танца на голову опускаются многотонные штуковины, что дает, заметим, чисто художественный эффект.

Претензия третья: слишком много арабесков

До премьеры проходившая по ведомству «современной хореографии», «Ундина» в реальности демонстрирует абсолютно классический тип мышления: на это указывают иерархия исполнителей (балерина и премьер — корифеи в pas de huit — большой кордебалет), базовая лексика и принципы композиции. Классическое растворено в спектакле: даже ровные ряды белых трубок-ламп, синхронно скользящие вверх-вниз, являют именно то, что Вадим Гаевский некогда назвал «белым балетом».

«Ундина» прописана узнаваемым самодуровским почерком, приметы которого — «неудобная» и «нелогичная» аранжировка, излом строгих классических па (здесь проявляются характерное и гротесковое начала, свойственные Самодурову-исполнителю); холерическая темперация, танец на опережение музыки; многократные повторы одного па, своего рода репетитивный минимализм.

Хореограф часто выстраивает в ряд четырех или шестнадцать танцовщиц и заставляет их многократно подряд повторять одно движение или связку — и это всегда имеет сильнейшее воздействие на смотрящего. Самодуров прекрасно понимает орнаментальную природу балета и ее выразительную силу, ее, так сказать, орнаментально-медитативное начало (термин из трактатов о барочной музыке, с которой классический танец связан онтологически). Что же до обилия арабесков — увы, балетный спектакль вряд ли может обойтись без основной позы классического танца, само название которой также связано с понятием орнамента.

Претензия четвертая: нет развития

Haud sempe errat fama: репетитивный метод не выдерживает столь протяженного действия и порой оставляет ощущение бедности языка. Иной раз повторы текста выдают отчаяние импровизатора, которому в разгар выступления перестали приходить на ум свежие комбинации, — таковы женское соло в pas de huit, отдельные микроэпизоды у солистов. Возможно, сказалась постановочная спешка: на титаническую работу было отведено меньше трех месяцев.

Кордебалетные ансамбли Самодурова, в «Ундине» особо изощренные, рассчитанные на строгую дозировку и точнейшее исполнение, также теряют в эффекте — их слишком много для эмоционально однородного действия (провисают середины первого и второго актов). Не слишком способствуют успеху предприятия и исполнители: девушки-ундины, пускай и не всегда выдерживавшие ровные линии, заслуживают похвал за остроту пуантной техники и необходимую раскованность корпуса и рук; мужской же кордебалет был замечательно непластичен, немузыкален и неровен. С другой стороны, есть данность музыки Хенце — цельнолитую партитуру вряд ли было возможно пустить под нож.

Претензия пятая: нет секса

В последние сезоны в отечественном балете установилась оппозиция «ногоплетение — секс». Балеты Самодурова, посвященные выяснению специфических взаимоотношений музыки и движения, индивидуального и надличностного, — это ногоплетение. Адептом секса считается хореограф Жан-Кристоф Майо: зрители очень любят его шедевр «Укрощение строптивой», идущий в том же Большом. Секс, напомним, в этом балете выражается голым торсом премьера, шлепками по заднице и барахтаньем под покрывалом.

Вряд ли уместно требовать секса от метафизического балета, где сама Ундина, в отличие от своих романтических предшественниц, — персонаж скорее символический. Эротическим напряжением физически сложнейшую хореографию «Ундины» могут наполнить — в меру своего разумения — только исполнители. Спектакль, виденный вашим обозревателем (28 июня), такого напряжения не дал. Ундина Дианы Косыревой была остра и азартна в соло, в дуэтах — обольстительна, но всегда немного холодна. Беглец Вячеслава Лопатина был настолько иссушен бесплодным поиском лучшего мира, что в ответ лишь растерянно улыбался Ундине; в соло он был не всегда пластически точен, но в целом одолел рифы зубодробительной партии с достоинством и самоотвержением.

Претензия шестая: не на что смотреть

Смотреть «Ундину» сложно. Она не зрелищна в привычном смысле — хотя элементарные винтажные трюки вроде движения занавесов и игры зеркальных стен всякий раз эффективно заставляют зрителя онеметь. Остается либо копаться в мельчайших сменах настроения и пластических деталях (и тогда спектакль нужно смотреть как минимум два раза подряд), либо сразу махнуть рукой на эти фантазии бывшего петербуржца, различающего тысячу оттенков серого.

Балет, к несчастью, — искусство больших сцен и крупного помола. Увы, и зрители, то есть люди вообще, состоят из очень грубой материи и плохо приспособлены к ювелирной работе. Легче всего ими воспринимаются крупные масштабы — большие поддержки, большие прыжки с пальцами врастопырку, большие движения лица. Ничего такого в «Ундине» нет, но такова уж природная потребность — и зрителей, и артистов, как мы уже выяснили, решительно невозможно обвинить в желании обладать чем-то большим.


Последний раз редактировалось: Елена С. (Чт Авг 04, 2016 7:08 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 16354
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Сб Июл 02, 2016 1:02 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2016070201
Тема| Балет, Театр танца Эйфмана, Персоналии, ОЛЕГ МАРКОВ
Автор| Вера ЧИСТЯКОВА, фото Вера ЧИСТЯКОВА
Заголовок| Борису Эйфману посвящается ...
Где опубликовано| © Проект "Танцевальный Клондайк"
Дата публикации| 2016-07-01
Ссылка| http://dancerussia.ru/publication/686.html
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

22 июля отметит свой юбилей хореограф Борис Эйфман – неутомимый творец, развивающий традиции русского психологического театра, создатель новой системы эмоционально пластической выразительности балетного актёра. В родном городе балетмейстера Санкт-Петербурге, на сцене Александринского театра всё лето показываются его лучшие спектакли. Dancerussia также поздравляет c грядущей знаменательной датой труппу Эйфмана. Интервью с премьером театра Олегом Марковым откроет серию материалов, посвящённых творчеству мастера и его единомышленников-артистов.



ОЛЕГ МАРКОВ: «КРАСНАЯ ЖИЗЕЛЬ» – НАША ВИЗИТНАЯ КАРТОЧКА»

- Олег, вы в Театре танца Эйфмана с 1998-го года. До того в труппе танцевал ваш брат Игорь Марков. Какой спектакль из репертуара театра вы хотели бы выделить?

- «Чайку», как тот спектакль, который, на мой взгляд, очень глубоко раскрывает душевный мир Бориса Яковлевовича, его внутренние переживания и мысли. Но визитной карточкой нашего театра считаю балет «Жизель». Не уверен, что Борис Яковлевович со мной согласится. У него, возможно, свой взгляд на этот счёт. Но я ценю этот спектакль за его необыкновенную гармонию и целостность. Мне кажется, он даёт очень объёмное представление о том особенном стиле танца, который создан Эйфманом. Для передачи эмоциональных порывов от исполнителей требуется техника на грани возможного, используется современный хореографический язык, есть сцены совершенно разнузданные, грубые, при этом, есть и фрагменты, исполняемые женским составом балета на пуантах, то есть, наша актёрская природа задействована полностью.



- Когда вы впервые увидел этот балет и какова ваша судьба в нём?

- Спектакль выпускался в момент, когда я ещё учился в хореографическом училище. Я был на сдаче спектакля, поскольку мой брат Игорь Марков работал в театре солистом балета и танцевал партию Лифаря. Когда я сам стал артистом труппы, мне была поручена партия Волынского. Прежде чем выходить на сцену в этом образе, конечно, хорошо изучил своего персонажа – прочитал много литературы о нём и его собственную «Книгу ликований» проштудировал обстоятельно. Все свои эмоциональные ощущения от знакомства с личностью Волынского, стремлюсь сейчас передавать на сцене. Главной задачей считаю создание атмосферы учёбы, входа в мир балета молодого талантливого артиста. Конечно же, не бывает такого, чтобы балерина состоялась сама, сама пришла в театр, сама во всём разобралась. Испокон веков в нашей профессии школьный педагог передаёт ученика из своих рук в руки театрального педагога. Педагог всегда наставляет, работает с телом артиста, указывает ему верный путь.
Балерину Ольгу Спесивцеву привёл в театр Аким Волынский, открыл ей глаза на правду жизни закулисья, на принцев, окружающих её. У каждого человека бывает учитель жизни.



- Такой человек, который подсказывает, где твоя судьба?

- Нет, судьба человека в его собственных руках. Мы сами её выбираем, поворачиваем в ту или иную сторону, и сами выбираем людей, нужных нам в данный момент. Есть что-то внутри, что даёт толчок. Но впитывая многое от многих, кто-то и что-то всегда запоминается особенно. Память делает свой выбор. Сужу по себе. У меня было огромное количество потрясающих педагогов, которые многое мне дали, расширили мой внутренний мир, но среди них, однако, особенно запал в душу один – Цветков. Не так долго он был моим педагогом, года два наверное, но мне никогда не забыть, насколько просто и легко он передавал свой опыт, как учил исполнять движения, правильно чувствовать себя на сцене, давал понятие о том, что воспринимаемо зрителем.



- Почему такое название: «Красная Жизель»?

- Можно примешать сюда и революцию, и красный флаг, который висит у нас на заднике. Но, в первую очередь, это спектакль-посвящение великой балерине, её Душе. В нём воспет танец, как великое искусство, и воспета сверхсамоотдача артистки, в конце концов, потерявшей грань между сценой и жизнью. Красный цвет всегда воспринимается, как цвет крови. Жизель для Спесивцевой стала партией-убийцей, трагическим предвестником её собственной судьбы. Все мы знаем, что Спесивцева попала в сумасшедший дом. Но, погибнув сама, она, дала возможность новой жизни своему любимому искусству. Бывают такие жертвы, которые должны были произойти для истории. Думаю, жертва Спесивцевой именно такая. Она нужна была для того, чтобы люди начали по-другому относиться к искусству балета, как к некой наивысшей точке физического и духовного развития человека.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 16354
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вс Июл 03, 2016 3:48 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2016070301
Тема| Балет, Английский национальный балет» (ENB), Гастроли, Персоналии,
Автор| Мария Сидельникова
Заголовок| Цирк, но не только
В Париже прошли гастроли «Английского национального балета»

Где опубликовано| © "Коммерсантъ" от 03.07.2016, 15:08
Дата публикации| 2016-07-03
Ссылка| http://kommersant.ru/doc/3029517
Аннотация| ГАСТРОЛИ


Фото: ASH/Opera National de Paris

В Парижской опере прошли гастроли Английского национального балета» (ENB) под руководством Тамары Рохо. Вторая по значимости британская труппа привезла в Париж «Корсар» — напичканный трюками балетный блокбастер, которого нет в репертуаре французских компаний. Рассказывает МАРИЯ СИДЕЛЬНИКОВА.

Ежегодные гастролеры — давняя традиция Парижской оперы, но когда уже экс-худрук французского балета Бенжамен Мильпье объявил о приглашении ENB — Английского национального балета (для этой труппы такая честь выпадает впервые) —, балетоманы по-снобски фыркали. Мол, не по чину, а если звать — так Лондонский королевский балет, тем более, что англичан не видели в Парижской опере полвека, если не больше.

Экс-прима Ковент-Гардена Тамара Рохо, возглавившая три года назад Английский Национальный балет, сцену не оставила: гастроли в Париже открывала она сама в роли Медоры. «Корсар» — любимое детище балерины-руководительницы: во-первых, этого балета нет в репертуаре парижской труппы, хотя впервые поставлен он был именно здесь Жозефом Мазилье в 1856 году. Во-вторых, «Корсар» не идет и в лондонском Королевском балете, и Рохо этим страшно гордится.

Спектакль Английского национального балета поставлен по американской версии 1997 года Анны-Марии Холмс. Та, в свою очередь, отталкивалась от ленинградской редакции Константина Сергеева. Три акта уложились в два с половиной часа с антрактами. Британский художник по костюмам Боб Рингвуд постарался превратить «Корсар» в зрелище, блеснув бутафорским богатством одежд — видно, что привык одевать киногероев: бэтменов, греков, троянцев (за «Трою» он был даже номинирован на «Оскар»).

По Английскому национальному балету можно изучать географию: в нем работают артисты всего мира — от прыгучих темпераментных кубинцев до юрких фарфоровых азиаток с плотными, сильными икрами. Это — полная противоположность парижской труппе, лицо которой определяет великая балетная школа. Здесь же — соревнование индивидуальностей, каждый сам за себя, танцует так, как был выучен, и — быстрее, выше, сильнее. Как раз «Корсар» и представляет собой отличное поле для подобных состязаний: этот энергичный балет-дивертисмент богат персонажами и танцами разного толка, что позволяет не только представить сильные стороны труппы, но и скрыть ее слабости — того и другого у подопечных Рохо хватает.

В Париже выступали звездные пары (Тамара Роха с мексиканцем Исааком Эрнандесом, Алина Кожакару с приглашенным кубинцем Осиелем Гунео), но были и составы попроще. Так, Медора в исполнении ветеранши труппы, солистки Эрины Такахаши, выглядела идеальной заведенной куклой, которая, разбуди ее посреди ночи, скрутит двойные фуэте хоть на голове, запрыгнет в любую поддержку, но замени ее на другую — никто и не заметит. Так же механически исполнял свои трюки кубинец Йона Акоста. Нежнее и деликатнее танцевала Гюльнару белоруска Ксения Овсяник. Вместе с приглашенным солистом Бруклином Маком — техничным, виртуозным и, главное, неглупым артистом — они перетанцевали главную пару. Главным же ньюсмейкером этих гастролей стал Сезар Корралес — 20-летний кубинско-канадский танцовщик, титулованная «восходящая звезда» и любимый артист англичан (оба приза вручаются ENB). Танцевал он раба Али так, что и без того возбужденный оркестр срывался на галоп. Корралес вращался как ошпаренный, выделывал трюки, в названиях которых без балетного словаря не разобраться, и чувствовал себя на сцене не рабом, а предводителем пиратов. Публика ахала в голос. Последний раз подобную реакцию корреспондент “Ъ” наблюдала в Парижской опере на выступлении Ивана Васильева с Большим театром. И это удивительно: оказывается и французам — тонким ценителям своего рафинированного, элегантного балета — иногда хочется незатейливого, но захватывающего цирка.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 16354
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вс Июл 03, 2016 4:03 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2016070302
Тема| Балет, Юбилейный вечер, Персоналии, Денис Матвиенко
Автор| Ольга Федорченко
Заголовок| Танцы вперед ногами
Бенефис Дениса Матвиенко в Санкт-Петербурге

Где опубликовано| © "Коммерсантъ" от 03.07.2016, 14:35
Дата публикации| 2016-07-03
Ссылка| http://www.kommersant.ru/doc/3029511
Аннотация|


Фото: Сергей Киселев / Коммерсантъ

Танцовщик Денис Матвиенко, побывавший за свою карьеру премьером шести театров и завоевавший четыре Гран-при международных конкурсов, провел в Санкт-Петербурге юбилейный вечер. Самый большой концертный зал северной столицы — «Октябрьский» — посетила ОЛЬГА ФЕДОРЧЕНКО.

Какое событие послужило поводом для вечера, организаторы концерта не уточняли. Дата рождения (1979) и год выпуска из Киевского хореографического училища (1997) на юбилей не тянули. Лишь анализ персональной статьи в Википедии позволил предположить, что празднуется 20-летие творческой деятельности: в возрасте 17 лет, т.е. в 1996, господин Матвиенко (будучи еще учеником) дебютировал на сцене Национальной оперы Украины в партии Дезире. От любимчика фортуны и феи Сирени — к образу Христа, от академической классики — к плотному содружеству с Эдвардом Клюгом, хореографом нестандартного пластического мышления,— таков итог творческой эволюции танцовщика за два десятка лет.

В юбилейном концерте не нашлось места ни «Дон Кихоту», ни «Спящей красавице», ни «Жизели», этим беспроигрышным хитам стандартного творческого вечера балетной звезды первой величины, к которым господин Матвиенко, без сомнения, относится. Два опуса Эдварда Клюга («RadioandJuliet» и «StabatMater») и концертное отделение составили программу «отчетного концерта».

«RadioandJuliet» на музыку Radiohead может считаться самой радикальной постановкой на творческом пути господина Матвиенко. Классический шекспировский сюжет интерпретирован как обрывки сна Джульетты, сюрреалистического и алогичного, вызванного, нет, не полетом пчелы вокруг граната, но постоянно звучащим в доме радио. Эпизоды трагедии налезают один на другой, сталкиваются и перемешиваются, исчезают, не получив логического финала. Пластическая интенсивность танцевальных высказываний зашкаливает — руки-ноги-корпус-голова исполнителей живут своей напряженной физической жизнью, в которой нет ни мгновения покоя. Но на больную голову, впрочем, грешить не стоит, ногам покоя не дает как раз ясный ум и трезвый расчет хореографа Эдварда Клюга, который спрессовывает эмоциональный мир шекспировских героев в густой хореографический экстракт. Шестьдесят минут балета господина Клюга способны прокормить десяток балетмейстеров-эпигонов, которые растащат его на цитаты, разбавив собственной танцевальной водичкой. Для господина Матвиенко центральная партия этого балета стала, наверное, той живой водой, в которой он с явным наслаждением окунулся. Пластическая «заумь» кажется невероятно осмысленной, бешеный ритм проистекает, кажется, из яростного стремления жить, а образ главного любовника мировой драматургии обретает черты циничного прожигателя жизни.

Второе отделение, концертное, с участием друзей (Александр Сергеев, Фарух Рузиматов, Виктор Ищук, Ирина Перрен, Марат Шемиунов) и столь же дружественной хореографии (от Николая Андросова до Ивана Васильева) состояло из пяти номеров, в трех из которых (фрагменты из балетов «Великий Гэтсби», «Quatro» и «Ssssss») выступил юбиляр. Исполненные фрагменты были призваны продемонстрировать тему пластического всемогущества господина Матвиенко, избежав при этом набивших оскомину двойных содебасков, ассамбле, круга жете ан турнан и прочих танцевальных «дуль». Из номеров дивертисмента любопытство вызывал, пожалуй, лишь фрагмент балета «Слепая связь» в хореографии Ивана Васильева, который на поверку оказался банальнейшим адажио, выстроенным на обилии танцевальных штампов. Единственной интригой номера были черные повязки на глазах Марата Шемиунова и Ирины Перрен. Этот оригинальный ход проиллюстрировал уже всем известную в Петербурге истину: дуэт Перрен—Шемиунов настолько «сросшийся», что танцевать они могут с завязанными глазами без какого-либо ущерба качеству.

Петербургская премьера «StabatMater» на музыку Джованни Перголези позиционировалась как «чрезвычайно красивый и нежный балет», мировая премьера которого состоялась три года назад в Мюнхене. Несколько смутил перевод «StabatMater» (мать скорбящая) как «Путь матери», но оставим его на совести оформителей программки. И если в «RadioandJuliet» господин Клюг берет за основу эмоциональный ряд трагедии Шекспира, то в новом опусе старается проиллюстрировать жизненный цикл от и до. Сначала — длинное вступление, когда все участники многозначительно, в полной тишине, по очереди поднимаются с банкетки и идут на отведенные им места (пять минут из получасового тайминга). Затем — пляска сперматозоидов, гоняющихся за яйцеклетками, внедряющихся в них, вариация героини, находящейся в счастливом ожидании, процессе родов, усложненных тем, что плод (господин Матвиенко) выходит ножками вперед, и дальнейшим взращиванием получившегося человека. Нарочитая иллюстративность содержания подавила танцевальное высказывание, которое в новом балете кажется весьма и весьма немногословным, особенно по сравнению с балетом, показанным в первом отделении. Многочисленные матери дефилировали по подиуму на каблуках, главная Мать пыталась к ним пристроиться, господина Матвиенко привязывали скотчем к столбу и укладывали в картонную коробку, откуда он в финале балета с ловкостью фокусника исчезал. Новозаветные параллели и пересечения могли бы затронуть звенящие струны зрительской души, не будь они явлены с такой наивной лапидарностью. По крайней мере, быть сперматозоидом господину Матвиенко еще не доводилось.


Последний раз редактировалось: Елена С. (Чт Авг 04, 2016 7:13 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 16354
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Июл 04, 2016 2:10 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2016070401
Тема| Балет, Пермское хореографическое училище, Персоналии, Людмила Дмитриевна Шевченко
Автор| Екатерина Гаспер журналист
Заголовок| «На сцене нет последнего артиста»
Репортаж из Пермского хореографического училища

Где опубликовано| © «Новый компаньон»
Дата публикации| 2016-07-04
Ссылка| https://www.newsko.ru/articles/nk-3260756.html
Аннотация|




Конец июня. В Пермском хореографическом училище тихо и безлюдно. Людмила Дмитриевна Шевченко, директор училища, встречает нас и ведёт по пустынным коридорам к себе в кабинет.

«Слышите? Какая тишина. Школа хороша, когда здесь дети, они — её украшение. А сейчас, без них, иду и замечаю, где стена потрескалась, где ещё что», — с доброй грустью говорит директор.

Позади осталось самое «жаркое» время. Ещё совсем недавно коридоры были переполнены выпускниками, которые волновались перед последними экзаменами, а трепетные малыши представали перед строгим взглядом вступительной комиссии. Сейчас старшие разъехались по всей стране, став новыми артистами театров, а маленькие ушли на каникулы. «Отстреляться» осталось первому и второму курсу, последний экзамен у них назначен на 24 июня.

Основной набор уже прошёл — школа приняла 40 новых учеников. Сейчас осталось совсем немного мест, чтобы дать шанс тем, кто по каким-то причинам не успел раньше. «Вдруг вторая Анна Павлова придёт», — замечает Людмила Дмитриевна.

Будущих учеников отбирает специальная комиссия. Смотрят рост, вес, внешние данные, пластику. Например, нельзя быть очень высоким или очень низким. Стандарты заданы чётко. Говорят, что только специалисты могут определить, есть ли у ребёнка балетное будущее, родители могут ошибиться. «Заниматься этим видом искусства — дар от Бога», — подытоживает директор.

Ребята поступают в училище в 11 лет, после начальной школы. Оканчивают обучение в 19 лет. При училище есть детская школа хореографии, но как подготовительную её не рассматривают, скорее это кружок для детей, где есть возможность позаниматься с профессиональным педагогом и концертмейстером, получить азы хореографического образования, прикоснуться к искусству.

В этом году в училище прошли отбор две её воспитанницы.

В новый учебный год на курс зачислено 12 иностранцев. Отбор для них заочный: нужно прислать рабочие фото и видео — за станком. К слову, чтобы попасть в пермскую школу, иностранные граждане стоят в очереди. На днях звонили из Германии, но мест уже нет — материальная база училища не безгранична. Иностранные ученики занимаются четыре года, в два раза меньше чем наши соотечественники, поскольку главная задача — обучить в первую очередь не иностранцев, а своих ребят.

Сейчас в училище занимаются 315 человек. Из них 12% иностранцев, пермяков — чуть меньше трети. Соотношение девушек и юношей разное: есть классы, где их количество одинаково, есть классы, где мальчиков меньше. Это плохо тем, что в дуэтных танцах мальчикам приходится танцевать в два захода.

Три школы в одной

Идём по длинным коридорам.

«Обычно школа наполнена классической музыкой, — рассказывает Людмила Дмитриевна. — В перерывах спокойно. Дети знают: они занимаются эмоциональным искусством и не должны кричать и шуметь.

И потом, они очень устают: у них тройная нагрузка с утра до позднего вечера. Общеобразовательная школа, музыкальная и профессиональная!»

На стенах — многочисленные фотографии. В отсутствие учеников в школе они как будто за них рассказывают о насыщенной жизни, которая кипит здесь во время учебного года. Выдающиеся выпускники и педагоги разных лет, концертные номера на сцене, репетиции в классах… Вот, например, Елена Быстрицкая. Она пришла поступать сюда в 1944 году, была солисткой Пермского оперного театра, потом вернулась в училище педагогом. «У нас вообще педагогами работают только наши выпускники», — замечает Шевченко.

Подходим к стенду с новыми фотографиями. Здесь — выпуск нынешнего года. Теперь они будут отстаивать честь пермской балетной школы в театрах Москвы, Перми, Санкт-Петербурга, Самары, Челябинска и многих других. «Видите, какие красавицы и красавцы!» — с гордостью смотрит на фотографии директор.

На снимках есть Георгий Еналдиев, дипломант международного конкурса «Арабеск», ученик из Северной Осетии, и лауреат, обладатель серебряной медали «Арабеска» пермяк Кирилл Макурин. Оба остались в Перми и работают теперь в Пермском театре. А вот Иван Виниченко из Иркутска. «Очень умный мальчик, пишет стихи, мы их включили в изданную к 70-летию училища книгу стихов наших детей», — рассказывает Людмила Дмитриевна. Всего в Пермский театр пришло нынче 10 выпускников.

Ребята из России, США, Японии, Таджикистана — всех их объединяет одно: они стали артистами балета, все пошли по профессии. «Слишком долго они работали над собой, чтобы бросить», — поясняет директор.

Интересный факт: иностранцы любят оставаться в России, потому что за границей театры в основном антрепризные, а здесь — репертуарные, с высокопрофессиональными труппами, в которых можно реализовать себя.

«Это наши дети»

Поднимаемся по длинной лестнице, ведущей высоко наверх — там классы для занятий профессией.

В самом начале лестницы — огромный портрет великой балерины Надежды Павловой, выпускницы пермской школы, солистки Большого театра. Автор портрета — народный художник СССР Евгений Широков.

«Девочка-эмблема. Каждый раз, когда дети идут по этой лестнице, видят её портрет. Есть на кого равняться», — говорит Людмила Дмитриевна.

Нас обгоняет юноша. Это ученик первого курса из Монголии — Молор.

— Ты куда? — спрашивает его директор.

— На экзамен.

— Так ещё же рано.

— Я там посижу, подготовлюсь.

— Хорошо. Только зачем так тепло оделся? Душно же…

В холл перед классом подтягиваются юноши и девушки. Впереди у них экзамен по дуэтному танцу. Все в волнительном ожидании, разговоров мало, а если и есть, то очень тихие. Кто-то замер в растяжке в наушниках, кто-то собирается с мыслями на диване. У некоторых впереди ещё и гастроли — девушка из Аргентины и юноша из Монголии едут в Красноярск на фестиваль стран Азиатско-Тихоокеанского региона.

Мимо проходит ещё одна ученица из Монголии — Булган. Директор желает ей удачи на экзамене и добавляет, когда та скрывается из виду:

— Звезда будет. Очень способная и талантливая.

— Вы про всех всё знаете? — спрашиваю я.

— А как же! Не просто знаем, а любим. Это же наши дети.

Класс пока пуст. На стене большой портрет Юлия Иосифовича Плахта, художественного руководителя училища в 1970-е годы и крупнейшего специалиста мужского классического танца. В углу — рояль. «Дети занимаются только под живую музыку и с высокопрофессиональными концертмейстерами. У нас на 300 учеников 150 работников, из них 60 педагогов. Три здания, и то мало. У нас лучшее образование, какое только можно получить. Это для девушки — приданое, для юноши — наследство. У нас штучный товар», — шутит в конце Людмила Дмитриевна.

Пермское хореографическое училище — одна из четырёх балетных школ в стране, которая имеет статус федерального значения, вместе с московской, санкт-петербургской и новосибирской. За выпускниками стоит очередь. У каждого — по нескольку приглашений, бывает трудно выбрать.

Выход в большую жизнь

Тем временем ребята начинают заходить в класс. Все сосредоточены. А как иначе — второгодников здесь не держат, в случае провала — только отчисление. Кстати, отчислить могут и за то, что вышел из физической формы. Во время отчислений в училище проливается немало слёз.

«Раньше здесь, ещё до революции, было епархиальное женское училище, здание XIX века! А в нём — церковь Веры, Надежды, Любови и матери их Софии. Вероятно, и они помогают…» — говорит Шевченко.

Карьера артиста балета не так длинна. Солист танцует 15 лет, в кордебалете — 18. Большинство старается держаться в театре до 40 лет. А потом пути-дороги у всех расходятся. Кто-то становится балетмейстером, кто-то возвращается в школу педагогом, а кто-то кардинально меняет жизнь.

«Объединяет их одно — они привыкли трудиться сверх своих возможностей. Только представьте: каждый день — к станку выполнять противоестественные для человека движения, но они получают огромное удовольствие, так как видят результат, это как магнит. К тому же профессия очень «умнит». Наши дети могут поговорить на любую тему. Представляете, какие это люди!» — заключает директор.

На экзамене 17 человек, группа интернациональная и очень дружная — здесь студенты из Африки, Англии, Аргентины, Монголии, Японии, России. Под строгие и участливые реплики педагога Ольги Васильевны Петуховой начинают танцевать. Короткие номера и такие же короткие передышки. По улыбкам на лицах кажется, что молодые артисты танцуют легко и беззаботно, но по мокрым полотенцам, которыми ребята вытираются в перерывах, можно судить, какой это труд.

«Нет последнего артиста на сцене. Когда дети начинают переживать, я им всегда говорю: «Не сметь! Вас всех видно». От кордебалета зависит успех спектакля, а пермский кордебалет очень славится», — рассказывает Людмила Дмитриевна.

Совсем как дома

Проходим мимо одного из классов. На полу там — специальный танцевальный линолеум. На один такой класс его стоимость достигает 1 млн руб. Помогают спонсоры.

Заходим в гостиную, просторную, хорошо меблированную и уютно, со вкусом оформленную, выглядит совсем по-домашнему. Она посвящена первому художественному руководителю училища Екатерине Николаевне Гейденрейх.

Прямо у входа — зеркало. В школе про него говорят: волшебное. «Его особенно любят девочки-балерины, — рассказывает с улыбкой заведующая музеем, преподаватель Ирина Тимофеевна Крюкова. — Оно «худит».

В гостиной проходят классные часы — встречи с гостями, преподавателями. Здесь читают стихи и просто проводят свободное время. Это одно из мест отдыха в училище. Как говорит Людмила Дмитриевна, место для души: «Не просто так рождается школа. Она требует энергии, духовной энергии. И очень радует, что в Перми она есть».
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 16354
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Июл 04, 2016 4:15 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2016070402
Тема| Балет, БТ, Персоналии, Денис Родькин
Автор| Ольга Соколова
Заголовок| Денис Родькин: Чем тяжелее дорога к успеху, тем слаще его вкус
Где опубликовано| © "Вечерняя Москва" (еженедельный выпуск) № 25, с. 21
Дата публикации| 30 июня — 7 июля 2016
Ссылка| http://files.vm.ru/photo/pdf-files/VM_2016_06_30_N25_G27385.pdf.pdf
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ




В июле балетная труппа Большого театра отправляется на юбилейные гастроли в Лондон: 60 лет назад его танцоры впервые приехали с выступлениями в столицу Великобритании. Откроет гастроли на сцене королевского театра Royal Opera House балет «Дон Кихот» Минкуса, главную партию в котором — Базиля — исполнит премьер Большого театра Денис Родькин.

Сколько спектаклей с вашим участием увидит лондонская публика?

По сравнению с другими артистами у меня их будет больше всего — семь. Причем зрителей ждет и премьера — балет «Корсар» по одноименной поэме Байрона. Я сыграю партию Конрада.

В прошлом вы ученик Московского хореографического училища «Гжель». Кому-то еще из его выпускников удалось стать солистом Большого театра?

Нет. Это очень сложно. Наверное, потому что «Гжель» в статусе хореографического училища существует только с 2003 года. Хотя муниципальная детская балетная школа при театре «Гжель» была создана гораздо раньше. А вообще надо сказать, что своим успехом в балете я в первую очередь обязан маме: это именно она привела меня в «Гжель». Я был категорически против: придется же натягивать штаны, которые больше похожи на колготки. Мне как мальчику это было неловко. Но мама настаивала, чтобы я занимался в училище. Первые полгода я сопротивлялся, придумывая причины, позволяющие пропустить урок, но мама понимала, что я ее обманываю, и заставляла идти в училище чуть ли не силой.

Какая же профессия вас тогда привлекала?

Хотел стать машинистом поезда. Я каждое лето ездил в Красноярский край к бабушке с дедушкой, и так как мы были не самые богатые люди, то ездили на поезде. Мне нравилось смотреть в окно, и я решил: стану-ка я машинистом поезда Москва — Владивосток. Но на третьем курсе училища я понял, что моя профессия — балет.

Вы мечтали танцевать на сцене Большого театра?

Что вы! Мне казалось, что в Большом танцуют небожители, к тому же исключительно выпускники Академии русского балета в Петербурге или Московской государственной академии хореографии. Но никак не мальчик из «Гжели»...
Но так сложилось, что меня взяли в Большой. Помню, пришел в театр на отбор. Он был очень жестким. Мне сказали: «Ждите звонка», — но не звонили три месяца, и я подумал, что этого уже не случится.

И тут, наконец, долгожданный звонок раздался...

Совершенно верно. Мне сказали, что я прошел отбор. Я так обрадовался! В тот момент я понял, что такое счастье.

Вы были учеником Николая Цискаридзе. Он жесткий педагог?

Помню, я репетировал партию Голубой птицы (в балете «Спящая красавица» в новой редакции Юрия Григоровича — «ВМ»). Это была моя первая серьезная роль. Николай Максимович заставил меня делать одно и то же движение раз сто. Я не понимал тогда, зачем он это делает. Понял, когда вышел на сцену, и был безмерно благодарен своему педагогу.

Хорошие наставники делятся с учениками не только секретами профессии.

Это правда. Николай Максимович — человек, который умеет дистанцироваться от всего негативного. Благодаря ему и я овладел этой наукой. И сегодня, кто бы что ни сказал мне перед спектаклем, я не обращаю внимания. У человека, который сложился в творческой профессии, много завистников...

А что бы вы посоветовали тем, кто мечтает выходить на сцену в главных балетных партиях?

Ребятам, которые уже поняли, что балет — их жизнь, — советую никогда не сдаваться. Даже если сейчас что-то не получается — перетерпите. Без сложностей наша профессия не бывает, и чем их больше, тем слаще будет успех.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 16354
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вт Июл 05, 2016 9:49 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2016070501
Тема| Балет, Astana Opera, Премьера, Персоналии, Ролан Пети, Луиджи Бонино
Автор| Фото и текст: Камила Шепелева
Заголовок| Драма страстей в стиле модерн
Где опубликовано| © Газета "Инфо-Цес" (Казахстан)
Дата публикации| 2016-07-05
Ссылка| http://www.info-tses.kz/news/drama-strastey-v-stile-modern/
Аннотация| ПРЕМЬЕРА

Французский балет с полувековой историей был представлен на суд казахстанских зрителей.



На сцене театра «Астана Опера» — премьера балета «Собор Парижской Богоматери». Основой либретто послужило классическое произведение французской литературы «Нотр-Дам-де-Пари», написанное Виктором Гюго. История бедной девушки Эсмеральды, воспитанной цыганами, и троих совершенно разных мужчин: горбуна Квазимодо, капитана отряда стрелков Феба, священника и архидьякона собора Фролло. Единственное, что объединяло трио, — это любовь к красавице Эсмеральде: у кого-то — нежная и платоническая, у кого-то — страстная и плотская, у кого-то — ревностная и доводящая до безумия.
Один из признанных балетных классиков XX века, французский танцовщик и хореограф Ролан Пети, поставил балет и показал его своим соотечественникам еще в 1966 году. В то время роль горбуна в спектакле исполнил сам балетмейстер. Высокая техника хореографии в ансамбле с музыкой Мориса Жарра, подчеркивающей смену настроений на сцене, и с костюмами Ива Сен-Лорана произвела настоящий фурор пятьдесят лет назад.
Идея воспроизвести спектакль у нас появилась полгода назад по инициативе художественного руководителя балетной труппы театра Алтынай Асылмуратовой. Французская сторона поддержала предложение, и, чтобы воплотить задуманное, в Астану приехал ассистент Ролана Пети Луиджи Бонино.
Итальянский хореограф уже имел возможность поработать с Алтынай Асылмуратовой в Лионе и знал понаслышке о казахстанском балетном составе и уровне мастерства танцовщиков. После того как Луиджи Бонино оценил возможности балетного состава под руководством директора труппы Турсунбека Нуркалиева, в театре начались активные репетиции.
О важности массовых танцевальных номеров и артистов, их исполняющих, исключительно точно выразился директор ГТОБ «Астана Опера» Толеубек Альпиев: «Кордебалет играет ключевую роль в постановке, это самостоятельное действующее лицо». В «Соборе Парижской Богоматери» кордебалет отражает собирательный образ народа, безликой, бездумной и беспринципной толпы.
Ассистент балетмейстера-постановщика Джиллиан Виттингем (Англия) проделала огромную работу над массовыми танцами. При организации «толпы» всегда нужен определенный талант, собранность, хорошее знание дела и недюжинное терпение. Поначалу балетная труппа кордебалета была несколько шокирована хореографией, пластикой и музыкой, но после освоилась.
«Это был замечательный опыт, — говорит Джиллиан. — Состав действительно большой, но это и создает прелесть кордебалета. Задача была не из легких, потому что музыкальная партитура лишена четкого ритма, а танцоры должны двигаться точно в такт музыке. Балеринам и танцорам приходилось первое время вести счет. В ритме музыки нет определенных «квадратов», и счет постоянно менялся».

У артистов балета нет возможности говорить со сцены. На время спектакля они лишены дара речи. Они говорят с нами языком танца, который тоньше, глубже, неоднозначнее и эмоционально богаче.
Нужно понимать, как выразить то или иное душевное состояние, оставаясь понятным для зрителей. По словам Толеубека Альпиева, можно выучить движения, но сложно их прочувствовать, а после из движений, порой странных и непонятных, создать произведение искусства.
Сцены с главными действующими лицами (Квазимодо, Эсмеральдой, Фролло, Фебом) приковывают более пристальное внимание зрителей. Изюминка постановки в том, что грим и костюм горбуна-звонаря Квазимодо лишен какой-либо экзальтации: нет ни уродств, ни бутафорского горба. В распоряжении Бахтияра Адамжана и Рустема Сейтбекова, исполяющих в очередь эту трагическую роль, — только пластика, форма и чувства. Хореографический рисунок роли несколько непривычен для ценителей классических произведений: угловатый, изломанный, но при этом отточенный и полный символического смысла.
Для создания полноценной балетной постановки не обойтись и без музыки, сценографии, декораций, освещения и костюмов. Музыка Мориса Жарра более полувека продолжает исполняться в первоначальной версии. Над сценографией работал Рене Аллио (Франция). Декорациями и освещением занимался Жан-Мишель Дезире. В оформлении спектакля отразился дух минимализма, популярного в 1960-x. На сцене силуэт фасада собора Парижской Богоматери сменяется огромными колоколами ее звонницы, затем — нарисованной на старинном пергаменте панорамой города и виселицей на Гревской площади.
Дополняет декорации и музыку искусная игра света и тени. Каждая сцена имеет свое определенное освещение, свои определенные доминирующие цвета. В сцене «Таверна» использованы теплые тона, в сцене «Двор чудес» доминируют оттенки красного, в партии Феба освещение становится более ярким, при появлении Фролло цвета тускнеют и переходят в холодные оттенки, а в сцене с па-де-де Эсмеральды и Квазимодо свет приобретает более нежные тона.
В «витражных» костюмах можно также увидеть веяние 1960-x: трико и мондриановские камзолы со средневековой символикой соседствуют с платьями-трапециями, в которых можно было встретить студенток Латинского квартала. Мини были укорочены до экстра-мини знаменитым кутюрье Ивом Сен-Лораном, другом Ролана Пети.
Оригинальные костюмы, сотворенные оригинальным модельером, сохранились и были привезены в Астану. На время премьеры сценические наряды выставлены в главном фойе столичного театра. В них в разное время выходили на сцену танцоры и балерины Парижской оперы. Наиболее примечательный экспонат — костюм легендарного Рудольфа Нуриева.
Работы Ива Сен-Лорана решили сохранить как достояние нации, поэтому для казахстанской постановки специально сшили костюмы по имеющимся эскизам и образцам. Художник по возобновлению костюмов Филипп Бино специально привез ткани из Франции.
Показать квинтэссенцию любви и ненависти удалось талантливым артистам столичного театра Айгерим Бекетаевой, Мадине Басбаевой, Бахтияру Адамжану, Рустему Сейтбекову, Газизу Рыскулову, Серику Накыспекову, Жандосу Аубакирову и Арману Уразову, а также не менее талантливому составу кордебалета.
«Эту партию я танцую впервые, что очень волнующе, это большой опыт, еще одна роль в мою копилку. Спасибо Луиджи, который нас направлял и объяснял, как мы должны чувствовать себя в каждой сцене», — поделилась Айгерим Бекетаева, исполнительница роли Эсмеральды.
Казахстанская балетная труппа, работавшая с Луиджи Бонино и Роланом Пети, — единственная в Среднеазиатском регионе вправе показывать балет «Собор Парижской Богоматери». В Восточно-Азиатском регионе это право предоставлено Японии, где премьера спектакля состоялась за 18 дней до казахстанской.
Сегодня балет в стиле модерн приобретает все большую популярность, и «Собор Парижской Богоматери» не исключение. Но всегда ли нужно новое прочтение классических произведений, более понятное для нынешнего поколения? Вопрос не остался без ответа. «Классика уже не танцуется так, как раньше, — ответил Луиджи Бонино. — Все меняется, даже такая классическая постановка, как «Жизель», претерпела изменения. Через современные движения человек выражает свое я».
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 16354
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вт Июл 05, 2016 9:53 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2016070502
Тема| Балет, "Балет Москва", Премьера
Автор| ТАТЬЯНА КУЗНЕЦОВА
Заголовок| Непорядок с хаосом
"Все пути ведут на север" в "Балете Москва"

Где опубликовано| © Газета "Коммерсантъ" №118, стр. 11
Дата публикации| 2016-07-05
Ссылка| http://www.kommersant.ru/doc/3029892
Аннотация| ПРЕМЬЕРА


Фото: Руст2D / Коммерсантъ

На сцене Центра имени Мейерхольда современная труппа "Балета Москва" представила последнюю премьеру сезона — 55-минутный спектакль "Все пути ведут на север" в постановке Карин Понтьес (Франция--Бельгия). Рассказывает ТАТЬЯНА КУЗНЕЦОВА.

"Все пути ведут на север" — чисто мужской спектакль: семь танцовщиков "Балета Москва" под руководством Карин Понтьес начали вытягивать мысли и эмоции из собственных тел ровно год назад: метод хореографа основан на импровизации артистов. Возможно, поэтому ее спектакли получаются такими разными. Сама Карин Понтьес училась танцу в Испании и бежаровской "Мудре", лет 20 лет назад основала собственную компанию под названием "Пиковая дама", работает под покровительством минкульта Валлонии, и в ее трудах причудливо переплетается бельгийская брутальность с чисто французским умением отыскать рациональное зерно в любом, пусть самом аморфном и невнятном, высказывании. С "Балетом Москва" хореограф работает впервые, и результат оказался куда энергичнее и конструктивнее, чем опусы, сделанные ею с костромской компанией "Диалог-данс" ("Мирлифлор" и "Потерянный рай", номинированные на "Золотую маску" в 2011 и 2016 годах).

Прежде всего потому, что артисты "Балета Москва" моложе, атлетичнее, самоотверженнее и бесхитростнее своих костромских коллег. Их импровизации — у каждого в спектакле собственное соло — искренни, истовы и акробатичны. Безжалостные прыжки с размаху на колени, брейковые стойки на шее, скачки на руках, подсечки, фляки, прокрутки, зигзаги судорог свидетельствуют со всей наглядностью: гармонии в этом мире нет, поиски своего пути чаще всего заводят в тупик. Спасение от бессилия и одиночества — в суровом мужском братстве: массовые композиции, в которых отчаянная семерка, не размыкая цепи рук, извивается, плещет и бьется, как хвост дракона, вселяют оптимизм своей изобретательностью, но мизансценой-лейтмотивом становится клубок тел, сплетенных в дружеском объятии.

Бешеная самоотдача и зашкаливающая энергетика — родовой признак российского contemporary dance, компенсирующий недостаток технической выучки артистов и отражающий национальную ментальность. Наш танцовщик никогда не поверит, что жизненный крах можно передать безвольным движением мизинца — он предпочтет прыгать на стену, биться в конвульсиях и драть на груди рубаху, поставив себя "в предлагаемые обстоятельства" по всем законам системы Станиславского. Эту особенность уловила Карин Понтьес, описавшая действия своих подопечных с точностью ученого этнографа: "Им удается передать эмоции не через выразительность или систему знаков, а посредством чувственно-двигательной интенсивности и подчинения своего тела движущим силам извне".

Лицедейскую природу этой двигательной интенсивности отлично понял художник по костюмам Сергей Илларионов, представивший на сцене персонажей из разных социальных слоев — от провинциального работяги в майке-алкоголичке до столичного буржуа в атласном жилете и бабочке. Возможности для полновесного актерства обеспечил и художник-постановщик Гийом Туссен Фромантен: из его конструкций получается отличный стол, за которым герои могут опрокинуть стопку-другую, переводя дух после адских танцевальных исповедей. Выстраивается и домик-блиндаж со щелями окон, откуда торчат головы любопытствующих обывателей, вырастает и гора (метафора испытаний), которую никак не может одолеть один из персонажей.

Единственной, кто не учел актерской основы спровоцированных ею импровизаций, оказалась Карин Понтьес. Проигнорировав яркую типажность танцовщиков, не развив отношений персонажей спектакля, не разработав драматургические зародыши уже существующих мизансцен (вроде того же застолья или замечательного мужского дуэта, в котором сплав любви-ненависти явно требовал сценической предыстории и драматургической развязки), Карин Понтьес упустила отличную возможность направить "Все пути ведут на север" в вольное русло танцтеатра. Она действовала, как привыкла, сосредоточившись на формальных опорах хореографической композиции — перемене ритма, освоении пространства, увеличении амплитуды движений, чередовании массовых и сольных эпизодов. Она отсекала актерскую отсебятину танцовщиков, заставляя концентрироваться на движении и по-матерински сетуя, что "они похожи на детей, мысль которых абсолютно хаотична,— такова и есть, вероятно, мысль играющего ребенка, а их тела следуют за этой мыслью". Что ж, воспитательница добилась своего: хаотичная мысль растворилась в хореографической упорядоченности, урок выстроен, выучен, и упрекнуть его в излишней затянутости мешает лишь яростный энтузиазм учеников.


Последний раз редактировалось: Елена С. (Чт Авг 04, 2016 7:14 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 16354
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вт Июл 05, 2016 9:59 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2016070503
Тема| Балет, Театр, Премьера, Персоналии, Михаил Барышников
Автор| МАРИЯ СИДЕЛЬНИКОВА
Заголовок| Диагноз поставили на сцене
Михаил Барышников в роли Вацлава Нижинского

Где опубликовано| © Газета "Коммерсантъ" №118, стр. 11
Дата публикации| 2016-07-05
Ссылка| http://www.kommersant.ru/doc/3029890
Аннотация| ПРЕМЬЕРА


Фото: Lucie Jansch

На исторической сцене Оперы Монте-Карло состоялась премьера спектакля "Письмо человеку" по дневникам Вацлава Нижинского в постановке и оформлении американского режиссера Роберта Уилсона и в исполнении Михаила Барышникова. На премьере побывала МАРИЯ СИДЕЛЬНИКОВА.


Свои дневники Вацлав Нижинский, танцовщик и хореограф дягилевских "Русских сезонов", написал в 1919 году, когда диагноз "шизофрения" уже был очевиден не только врачам и родным, но и ему самому. Вполне отчетливые факты биографии перемешиваются здесь с сумбурными философско-религиозными размышлениями о греховности актерской профессии и о боге, с которым Нижинский постоянно себя ассоциирует. Продраться сквозь этот поток помутненного сознания — местами агрессивный, местами отвратительно откровенный — непросто. "Это очень сложный текст, там так все по-разному... Но Миша давно хотел увидеть дневники на сцене",— признался корреспонденту "Ъ" режиссер Роберт Уилсон.

Предметный разговор зашел пару лет назад, когда Барышников и Уилсон работали над "Старухой" Даниила Хармса. Решили в том же духе и продолжить. Так же как с Хармсом, сценическую версию текста писал американский сценарист Дэррил Пинкни. Получилась насыщенная выжимка из дневников, цепочка монологов, шаг за шагом вскрывающая безумие танцовщика. Все демоны Нижинского здесь как на ладони: жена Ромола, из-за которой он фактически лишился карьеры и разошелся с Дягилевым; теща — венгерская актриса, ненавидевшая его за успех, а с началом войны еще и за то, что он русский; сумасшедший брат, которого он понимал как никто другой; продажные девки, пробуждающие животные инстинкты; Толстой, требовавший их укрощения; и сам Дягилев — его дьявол и искуситель. "Письмо человеку" — это неотправленное письмо ему, которое было опубликовано в одном из последних переизданий дневников.

Минималистский, визуальный театр Роберта Уилсона казался идеальной сценической формой для этой импульсивной исповеди сумасшедшего. Каждому монологу режиссер придумал свою картинку. Анонимные фронтовые фотографии, зловещие горы Санкт-Морица с накрененным крестом, залитая светом комната-келья, картонные тени-двойники, гигантская кокотка-цыпочка на поводке у крошечной девочки-куклы, падающие с колосников розы, разливающийся по заднику кроваво-красный, вспышки яркого света и любимые стулья режиссера. Почти весь текст, а спектакль играется на русском и английском с французскими субтитрами, идет в записи. Со сцены его говорит сам Барышников, за кадром же звучит голос Уилсона и актрисы Люсинды Чайлдс. Это многоголосие не только задает темп действию — такой же неровный, как слог обезумевшего, но и дает выговориться женскому началу, которое в Нижинском всю жизнь спорило с мужским.

Михаил Барышников, как и все актеры уилсоновского театра, выступает частью картинки, у него и лица-то нет — белый грим исключает живые эмоции. Часть их 68-летний танцовщик проговаривает телом, то зажатым и уязвимым, с пластикой едва научившегося держаться на ногах ребенка, то блаженно-расслабленным — с танцующими, чуть вялыми выразительными кистями. Говорят, такие были у самого Нижинского. С его героем Михаила Барышникова отчасти роднит биография: оба из провинции, оба переехали в Петербург, учились в Вагановском — Императорском — училище, танцевали в Кировском — Императорском — театре, оба, однажды уехав, больше никогда не возвращались в Россию. На этом сходство заканчивается: по темпераменту и характеру едва ли можно представить себе людей более разных. Барышников — не страдалец и не безумец, на сцене он расчетлив и сух. Чужда ему и бисексуальность его героя. Нижинский хотел нервировать зрителя, Барышников хочет нравиться. И нравиться непременно публике местной, западной.

Но она не спешит ответить ему взаимностью. Ни на премьере в Монако, ни неделей раньше в Лионе аншлага не случилось. Билеты не были распроданы даже на первый вечер, да и во время спектакля люди потихоньку уходили, не понимая, что это тут Misha заладил про Христа и онанизм. Ни танцев вам, ни "Секса в большом городе". Слепо любят его, кажется, по-прежнему только в России. По крайней мере на премьере в Монако зал подняли русские, а в августе на "Письмо человеку" в Ригу наверняка опять слетится пол-Москвы. Но Михаилу Барышникову нет до этого обожания никакого дела: автографы сквозь зубы, интервью — ни в какую, приехать в Россию — упаси бог. Тоже в общем-то своего рода творческое безумие.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 16354
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вт Июл 05, 2016 1:54 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2016070504
Тема| Балет, Екатеринбургский Театр оперы и балета, Премьера, Персоналии,
Автор| Екатерина ШАКШИНА
Заголовок| Балет с кабриолетом и улыбкой
Где опубликовано| © Газета «Вечерний Екатеринбург»
Дата публикации| 2016-07-05
Ссылка| http://вечерний-екатеринбург.рф/culture/theater/29305-balet-s-kabrioletom-i-ulybkoy/
Аннотация| ПРЕМЬЕРА


Балет «Золушка»: генеральный прогон. Фото: Екатерина ПЕРМЯКОВА.

Год 125-летия Сергея ПРОКОФЬЕВА наш Театр оперы и балета (пр. Ленина, 46а) отмечает двумя великими прокофьевскими балетами. В марте на сцене состоялась премьера «Ромео и Джульетта» в постановке Вячеслава САМОДУРОВА. В июле — встреча с «Золушкой». Мы видели балет на генеральном прогоне 4 июля, к публике спектакль пришёл 5 июля, и ещё три вечера подряд будут в театре премьерными, прокофьевскими.

По сюжету и сказки, и её международных вариаций, и фильмов, и мультфильмов, и балетного либретто, исчезнувшую с бала прелестную незнакомку ищут по туфельке, такой индивидуально крошечной, что впору она будет только одной, той самой. Балетмейстер Надежда МАЛЫГИНА от туфельки не отказалась, но приготовила ещё одно испытание кандидаткам в принцессы — танец на пуантах, а королевское объявление о «кастинге» прозвучит по телевизору. Ведь эта сказка давным-давно стала частью реальной жизни многих золушек и принцев, и тех, кому так и не довелось стать принцессами. Она в этой премьере живёт по-сегодняшнему, и то, что Золушка отправляется на бал в кабриолете, — обыкновенное театральное чудо, которое не противоречит ни сказке, ни такой же, как она, вечной музыке Прокофьева.

Тыкву оставили в покое. Оранжевая «толстуха» так и будет лежать на столе — знаком памяти о первоисточнике, живописным пятном в кухне Золушкиного дома. Ни тебе мышей, ставших лошадьми, ни крысы, превратившейся в кучера. Транспортным средством для Золушки станет кабриолет на часовом ходу — чудесное серебряное авто с крыльями, шестерёнками, колёсами и колёсиками, которое изобретут и воплотят в сказку персонажи Золушкиного сна.

«Осовременив» старую-старую историю, хореограф-постановщик балета «Золушка» Надежда Малыгина создала спектакль, где всё не всерьёз, кроме доброты и любви, где всё с улыбкой. А дирижёр-постановщик Михаил ГРАНОВСКИЙ, ничего не меняя в музыке Сергея Прокофьева, вместе с оркестром соединяет в этом настрое музыку с хореографией в лирический комический балет. Когда-то Евгений ШВАРЦ «переписал» старинную сказку своими словами. В премьере «Золушки» — свой танец.

Характеры персонажей, как мы видим на сцене, вполне современны — не в ущерб сказке. Нравы с времён Шарля ПЕРРО не переменились, только их обладатели живут в других домах, наряжаются иначе. А книжке предпочитают плазменную панель телевизора, нежному пению флейты — наушники с плейером, изысканным танцам — ленивый «домашний» фитнесс. Агрессивная и, как теперь сказали бы, сексапильная Мачеха (Анастасия БАГАЕВА) без труда вьёт верёвки из отца Золушки (Всеволод ШАМШУРИН), осыпая мягкосердечного муженька лавой вулканического темперамента. Сестрички Перчинка (Кюнсун ПАК) и Ванилька (Мария МИХЕЕВА), вымогая новое платье, «чтоб лучше, чем у сестры», колотят ножками об пол, плаксиво кривят ротики. Эти девочки в ярко-голубом и густо-розовом здорово отличились на балу, встав на пуанты. Так, Ванилька вовремя вспомнила виденного по телевизору «умирающего лебедя» и спешно приняла эту незапланированную позу, грохнувшись на пол. Пантомима, выразительная мимика артистов дополняют юмором классический балет, полный комических хореографических ситуаций.

Принц (Игорь БУЛЫЦЫН) внешне напоминает Валерку-гимназиста из фильма о неуловимых мстителях. Даже очки на переносице поправляет таким же жестом. Впрочем, он такой и есть — интеллигентный мальчик-«гимназист», попавший по воле обстоятельств — папы Короля (Сергей КРАЩЕНКО) с повадками настырного мажордома, — в «революционную» стихию бала, который изменит его жизнь. Вокруг «враги» — какие-то девицы размахивают юбками, торопясь стать его (!) невестами, при этом на него им явно наплевать, если б не титул и деньги. Бедного Принца шустрые приятели буквально втаскивают в бальный зал. И тут под мазурку появляется та, которая всех перетанцует на пуантах, но которой и это не обязательно: хрупкая девушка в белом иная, чем все, единственная…


Золушка в исполнении Мики НИСИГУТИ именно такая с первого момента на сцене, когда ещё только трёт тряпкой кухонный пол. Улыбчивый ангел, добросовестно выполняющий работу поломойки, посудомойки, умеющий даже в грубых сабо танцевать, как в балетных туфельках. Стук горошин, которые перебирает Золушка, о дно стеклянной банки становится частью музыки Времени, как если бы могли звучно отсчитывать секунды песчинки в песочных часах. Время здесь «заговорило» танцем разных времён года — времён жизни, её весны и лета, зимы и осени. Этих персонажей привела к Золушке Фея (Татьяна МЕВХ). Так в «Синей птице» МЕТЕРЛИНКА мальчику и девочке являются из небытия люди прошлого, а здесь и прошлое, и настоящее, и будущее.

Сон Золушки в спектакле — мне кажется, лучшая из его сцен, где ярче всего проявились и смысл спектакля, и его зримый образ, созданный художником Вячеславом ОКУНЕВЫМ и художником по свету Ириной ВТОРНИКОВОЙ. Начавшись феерическим кошмаром с множеством золушек в разнообразных ловушках и демонической мачехой на ходулях-джамперах, он завершается явлением серебряного кабриолета с часовым механизмом — машиной времени. Кабриолет, кстати, не одноразовый. После того как Принц с друзьями пробегутся в поиске Золушки «галопом по Европам», буквально следуя прокофьевским галопам, и маленькой потерянной туфельке найдётся пара, пара влюблённых окажется вместе в этом кабриолете. И машина времени понесёт их то ли в старую-старую сказку, то ли в будущее, сказочно-счастливое.
--------------------------------------------------------
Все фото и ВИДЕО - по ссылке
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 16354
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Июл 06, 2016 8:26 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2016070601
Тема| Балет, Международный конкурс Юрия Григоровича «Молодой балет мира» (Сочи)
Автор| Максов Александр
Заголовок| Обласканный волной
Где опубликовано| © Литературная газета
Дата публикации| 2016-07-06
Ссылка| http://www.lgz.ru/article/27-6558-06-07-2016/oblaskannyy-volnoy/
Аннотация| КОНКУРС

Международный конкурс Юрия Григоровича «Молодой балет мира» в шестой раз прошёл в Сочи


Фото: Вячеслав ПЕГАРЕВ

Если ваша сценическая балетная карьера только начинается, то ничего лучшего, чем участие в профессиональном балетном конкурсе, для старта не придумать. А из большого числа подобных творческих состязаний, бесспорно, стоит выбрать международный конкурс Юрия Григоровича «Молодой балет мира». Именно так поступили 47 юношей и девушек, составивших две возрастные группы конкурсантов из Армении, Кыргызстана, Молдовы, России, США, Украины и Японии. Организация конкурса – дело крайне сложное и хлопотное. Финансовую составляющую здесь едва ли позволительно не учитывать. Заявок от потенциальных конкурсантов было больше, однако цены на авиа- и железнодорожные билеты подорвали возможности энтузиастов.

Традиционно «Молодой балет мира» проходит раз в два года в Сочи, имеющем статус южной и курортной столицы России, что делает приезд сюда привлекательным. Но, помимо всего прочего, конкурс, обласканный черноморской волной, обрёл престиж среди своих собратьев ещё и благодаря авторитетному жюри, всякий раз приступающему к оценке балетных индивидуальностей и их готовности служить Терпсихоре. На сей раз в коллегию арбитров вошли Дик Баденхорст – танцовщик и артистический директор международного конкурса в претории (ЮАР), балетмейстер Валентин Елизарьев (Беларусь), Кумико Очи – художественный руководитель театра балета Нагои (Япония), Вадим Писарев – художественный руководитель Донецкого театра оперы и балета (Украина), Вадим Соломаха – премьер труппы «Балет Сан-Франциско» и педагог-репетитор (США). Россию представляли известный премьер Большого театра Юрий Васюченко, художественный руководитель театра «Русский балет» Вячеслав Гордеев, ректор Московской государственной академии хореографии Марина Леонова и неизменный председатель жюри Юрий Григорович.

В этом году VI конкурс «Молодой балет мира» получил качественное развитие и прошёл в рамках «Черноморских ассамблей Юрия Григоровича». Они включили в себя несколько жанровых мастер-классов (все участники получили сертификаты о полном курсе дисциплин «Классический танец», «Народно-сценический танец» и «Современная хореография») и круглых столов, попытавшихся на теоретическом уровне осмыслить конкурсное движение в целом и результаты данного конкурса в частности. Стоит упомянуть также заседание Федерации международных конкурсов, на которую съехались директора-устроители знаменитых балетных агонов Варны, Нью-Йорка, Сполето и примыкающих к ним новичков вроде конкурса в Астане или фестиваля в Риге…

Конкурс в Сочи имеет ещё одну замечательную традицию – он посвящается кому-либо из выдающихся деятелей балетного театра. В историю вошли праздники мастерства памяти Галины Улановой, Марины Семёновой, Натальи Бессмертновой. Нынешний конкурс прошел под знаком 125-летия со дня рождения Сергея Прокофьева, и в регламент конкурса вводилось обязательное исполнение номера на музыку великого композитора XX века. Программа конкурса, с одной стороны, достаточно сложна, с другой – весьма сбалансированна. «Молодой балет мира» имеет своё лицо, сохраняя в поле зрения академический и характерный танец. На одном из прошлых непременным для юниоров был сказочный сюжет. А вот эксперимент с джаз-танцем, как выяснилось, себя абсолютно исчерпал. Этот вид хореографии, по общему мнению членов жюри и присутствующих на конкурсе критиков, был признан весьма чуждым русскому балетному театру. В результате и ярких балетмейстерских произведений не появилось, да и исполнители не чувствуют себя свободными в этом виде пластики, изначально сужающей простор для мысли и её физического воплощения.

Хотя Гран-при в этом году не был присуждён, конкурс оказался щедрым на премии и призы. Первой премии удостоены юниоры: студент Московской академии хореографии Марк Чино и поделившие золото Михо Окамура (Япония) и Борис Никита (США). В старшей категории первую премию получили Русу Феличия (Молдова) и выпускник МГАХ Дмитрий Выскубенко (на фото). Московская академия вновь оказалась на высоте, представив десант хорошо подготовленных танцовщиков и интересные хореографические работы.

Награды достались балетмейстерам Александру Могилёву, Нине Мадан и Юрию Выскубенко; педагогам, подготовившим лауреатов, – украинке Ксении Истоминой и москвичу Валерию Анисимову; а также партнёру Вячеславу Пегареву.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 16354
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Июл 06, 2016 10:18 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2016070602
Тема| Балет, НОУ, Премьера, Персоналии, Анико Рехвиашвили, Татьяна Лезова, Никита Сухоруков, Анастасия Шевченко
Автор| Татьяна ПОЛИЩУК, «День», фото Александра ПУТРОВА
Заголовок| Немного холода в жару
Балет «Снежная королева» — последняя премьера 148-го сезона
Национальной оперы Украины
Где опубликовано| © Газета «День» №116, (2016)
Дата публикации| 2016-07-05
Ссылка| http://day.kyiv.ua/ru/article/kultura/nemnogo-holoda-v-zharu
Аннотация| ПРЕМЬЕРА


ХАРИЗМАТИЧНАЯ РАЗБОЙНИЦА (ЕКАТЕРИНА ДИДЕНКО)

Под занавес 148-го сезона в столичной афише появилась новинка. Балет «Снежная королева» по мотивам одноименной сказки Ганса-Кристиана Андерсена поставили хореограф, руководитель балетной труппы театра Анико Рехвиашвили и дирижер Алексей Баклан, которые также являются авторами музыкальной концепции (в спектакле звучат компиляции из произведений Петра Чайковского, Анатолия Лядова, Антона Рубинштейна, Эдварда Грига и Жюля Массне).

Монументальная сценография Станислава Петровского окунает зрителей в мир сказки (костюмы создала Наталия Кучеря). Это история о силе любви Герды (Татьяна Лезова) и Кая (Никита Сухоруков), которая преодолевает чары Снежной королевы (Анастасия Шевченко) и ее злых приспешников-троллей, маскирующихся в человеческом облике, проходит разные испытания, а в финале даже растапливает ледяные глыбы...

— Мы создали оригинальную современную хореографию, опирающуюся на классические традиции, — подчеркнула перед премьерой Анико РЕХВИАШВИЛИ. — Музыкальное полотно соткано из классических шлягеров, потому и хореография создавалась на основе классического танца с использованием современных форм.


ЭТО ИСТОРИЯ О СИЛЕ ЛЮБВИ ГЕРДЫ (ТАТЬЯНА ЛЕЗОВА) И КАЯ (НИКИТА СУХОРУКОВ), ПРЕОДОЛЕВАЮЩЕЙ ЧАРЫ СНЕЖНОЙ КОРОЛЕВЫ (АНАСТАСИЯ ШЕВЧЕНКО)

Киевскую «Снежную королеву» можно назвать посвящением Мариусу Петипа, создавшему выдающиеся образцы хореографического наследия XIX в. — «Спящая Красавица», «Раймонда», «Лебединое озеро» и другие шедевры (спектакль Анико Рехвиашвили идет под флером и аллюзиями из наследия этого мастера балета). Больше всего зрителям понравился дуэт премьеров труппы Елены Филипьевой и Александра Шаповала, виртуозно сыгравших роли супругов Ворон; зажигательный танец лесных разбойников, которые были похожи на... пиратов Карибского моря, а их главарша Разбойница (Екатерина Диденко) продемонстрировала харизму; порадовал виртуозностью каждого па Никита Сухоруков, его партнерша Татьяна Лезова — артистизмом, а Анастасия Шевченко — холодной красотой. Вот только даже дети говорили: «Не верю!» — когда Герда почти все время танцует на сцене в тоненьком платьице (и когда находится дома среди друзей накануне Рождества, и когда странствует по морозу и вьюге в поисках исчезнувшего Кая, и когда грезит в волшебном саду, и во дворце, в который ее привели Вороны, и когда вступает в поединок со Снежной королевой в ее ледяном дворце), наверное, логично хотя бы накинуть на плечи героини какой-то платок. Ведь даже сейчас, когда на дворе жара, этот диссонанс режет глаз публике. Впрочем, невзирая на некоторые сюжетные провисания, спектакль получился пусть и без хореографических открытий и находок, но легенький и визуально симпатичный, и его можно порекомендовать для семейного культпохода, а для коллектива театра появилась постановка, которая разбавит репертуар во время школьных каникул и новогодних праздников.

Следующий показ состоится 7 июля. Главные партии будут исполнять уже другие солисты Национальной оперы: Ольга Скрипченко (Снежная королева), Юлия Москаленко (Герда), Ярослав Ткачук (Кай), Райса Бетанкоурт (Разбойница), Ольга Кифьяк и Игорь Булычев (Вороны) и другие.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 16354
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Июл 06, 2016 10:27 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2016070603
Тема| Балет, театр Astana Opera, Премьера,
Автор| Евгения МЯГКОВА
Заголовок| Неожиданно и смело
Где опубликовано| © «Республиканская газета Казахстанская правда»
Дата публикации| 2016-07-05
Ссылка| http://www.kazpravda.kz/articles/view/neozhidanno-i-smelo/
Аннотация| ПРЕМЬЕРА



Президент Казахстана Нурсултан Назарбаев посетил премьерный показ новых постановок театра «Астана-Балет», состоявшийся в рамках мероприятий, посвященных Дню столицы.

Два одноактных балета – «Туманы времени» и «Язык любви», представленные на сцене театра Astana Opera, можно назвать гимном красоте и совершенству. Они абсолютно разные по пластике, сценографии, тематике, но объединяет их общее чувство – восхищение. В одной постановке – это преклонение перед женщиной, в другой – упоение глубокой и мудрой поэзией.

Автор «Туманов времени» – хореограф из Китая Исян Чжан – передал свое восхищение женщинами, опираясь на древнюю китайскую философию, согласно которой женская природа сродни стихии «инь» и связана с двумя временами года – осенью и зимой. Вероятно, ему и самому непросто решить, что же в женщине его поражает больше всего: красота внешняя или душевная сила, способность в сложных ситуациях проявлять стойкость. Однако первая часть балета – «Осень» – была лаконичной и не столь продолжительной, как вторая – «Зима». Видимо, именно способность женщин преодолевать трудности, быть сильными в непростых обстоятельствах и была толчком для создания балета.


Одноактный балет «Язык любви», посвященный поэзии Абая Кунанбае­ва, нашел особый отклик в сердцах публики. Яркий, эмоциональный, он вобрал в себя множество технических приемов, балетмейстерских находок, которые его автор – главный режиссер театра «Астана-Балет» Мукарам Авахри – использовала, чтобы передать свое восхищение поэзией классика казахской литературы.
Постановка включает 8 композиций: «Озарение», «Сегiз аяк», «Времена года», «Көзімнің қарасы», «Той бастар», «Письмо Татьяны», «Мольба поэта», «Желсіз түнде...». Это не биографический балет, но поэзия, положенная в его основу, передает жизнь поэта. В этих восьми вариациях можно проследить земной путь творца: приход в мир и осознание божественного дара, связь с родной землей, которая дарит силы, нежные чувства к женщине, восторг от праздника и поиски родной души, осознание одиночества и понимание бесконечности и безграничности любви. В балете использована музыка современных композиторов – Р. Салаватова, К. Дженкинса, Х. Шангалиева, а также мелодии песен Абая. Рефреном в «Языке любви» звучала музыка одной из самых известных и любимых народом песен Абая «Көзімнің қарасы».

Обе постановки, несмотря на их различие, захватывают с первых движений. Мукарам Авахри и Исян Чжан использовали разнообразную, динамичную и выразительную хорео­графическую лексику, экспериментировали и творили. Происходящее на сцене производит такое глубокое впечатление, что остается в памяти и вызывает желание посмотреть балеты еще не раз.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 9796

СообщениеДобавлено: Чт Июл 07, 2016 6:58 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2016070701
Тема| Балет, Екатеринбургский театр оперы и балета, Премьера, "Золушка", Персоналии,
Автор| Ирина Клепикова
Заголовок| Найти Золушку. Через Facebook
Где опубликовано| Областная газета №121
Дата публикации| 2016-07-07
Ссылка| http://www.oblgazeta.ru/culture/29246/
Аннотация| ПРЕМЬЕРА

Золушка — Мики Нисигути. Участие балерины из Японии добавляет не только экзотики, но и… размышлений о поисках «второй половины» в эпоху глобализации. Фото: Алексей Кунилов.

Знаете, где живёт Золушка? Нет, не в сказке. В спектакле-премьере Екатеринбургского оперного, которым театр в эти дни завершает сезон, Золушка живёт не просто в современном мегаполисе. Адрес ещё точнее и неожиданнее — Екатеринбург. Во всяком случае о предстоящем бале, где, собственно, и завязывается интрига с туфелькой, девушка узнаёт из… выпуска новостей ГТРК «Урал», от супермедийного лица — телеведущего Мстислава Захарова.

Да-да, бедняжка, хоть и терпит (согласно сказочному сюжету) от мачехи и сводных сестёр, но управляется по хозяйству вовсе не с чумазыми чугунами, а на вполне себе респектабельной кухне с электроплитой и вытяжкой. А сёстры-бестии, откровенно дразня бедолагу, выплясывают перед ней в наушниках. А подкаблучник-папенька, приперев кульки с провизией, озабоченно хлопочет: не многовато ли музыки, девоньки, не пора ли за ум взяться? И — по книге обеим в руки…

Паспье, гавот, бурре… Музыкальный «ключ» к партитуре
Когда три года назад в театре было принято решение поставить к юбилею со дня рождения Сергея Прокофьева его балет «Золушка», можно только догадываться — перед какими трудностями априори оказалась хореограф Надежда Малыгина: сказка о робкой страдалице, в миг обретающей счастье, — один из популярнейших сюжетов, который имеет тысячи воплощений (самая ранняя известная версия сказки обнаружена на египетских папирусах!). Кто не помнит прелестную Янину Жеймо в чудном кинодуэте с Эрастом Гариным? Кто не был заворожён в детстве диснеевскими мультиками о бедняжке-падчерице с колокольчиковым именем Cinderella? Кто не знает о первом воплощении балета на сцене с Золушкой-Улановой? Как минимум предстояло составить им конкуренцию. Как максимум — придумать «Золушку», которая не вынуждала бы сравнивать себя с одноимёнными героинями Перро, братьев Гримм, многочисленными кино- и мультверсиями…

Сюжет о Золушке потому и вечный, что во все времена были и есть желающие присвоить «чужую туфельку» (Принц — Игорь Булыцын). Фото: Алексей Кунилов

На сочинение другой Золушки ушёл год. Благо, судя по всему, поиски шли не по принципу «как угодно, лишь бы не как у всех». Это были поиски в самой музыке Прокофьева, а он даже в «как бы просто сказке» остаётся величайшим композитором ХХ века. Мощи, глубин достаточно и в его музыкальных сказках. И нашлось! Хореограф Надежда Малыгина обратила внимание на то, что в партитуре балета отлично уживаются мазурка, паспье, вальс, гавот, бурре и даже фламенко, а это всё — танцевальные стили разных направлений и времён. В истории человечества они возникали с разницей в сто лет. Можете проверить (я проверила!) — все эти мазурки, паспье, бурре родом от XV века до ХIX. В почти домашней, детской истории Прокофьев соединил миры. Эпохи объял. А тем самым дал подсказку хореографу. В спектакле Екатеринбургского оперного Золушка в карете отправляется не просто на бал, не пространство преодолевает — время.

«Ботаник»-принц и пацаны-мажоры
Спектакль плотно нашпигован остроумными находками (опять же: театральная, яркая музыка Прокофьева вполне допускала режиссёрско-хореографические риски). Новостной выпуск ГТРК «Урал» приглашает, по сути, не на сказочный бал, а на светский раут, кастинг невест. Король, по облачению и ухваткам — крутой авторитет, устроил приём, да, чтобы найти невесту для сына, но, в общем-то, и сам не прочь приударить за женским полом. А уж девицы, слетевшиеся на раут, — это вам не кисейные барышни. Выход их пред ясные очи Принца всё равно что выход на подиум конкурса красоты. Каждая — претендентка если не на престол, то на звание «мисс Екатеринбург» (или какого другого мегаполиса). Под стать и мальчики-мажоры, партнёры в танцах — яркие персонажи с дредами и ирокезами. В этом окружении очкарик Принц, любитель книг (а вовсе не девушек), выглядит этаким «ботаником»: сначала робок и потерян на пёстром балу в своём неуместно-академическом костюме-тройке, затем, с рюкзачком и в джинсах, — угловат и поспешен, разыскивая на ходу, в ноутбуке незнакомку — хозяйку оставленной туфельки.

И только одно объединяет их всех, таких разных, — юношеское ожидание чуда любви. Неизменное во все времена. Желание встретить человека, кому впору «туфелька в твоих руках». Выпендрёж в одежде и манерах — это внешнее, а внутри… Когда знаменитый прокофьевский вальс из «Золушки» уносит их всех по кругу в общем танце, микшируется остроумная карикатурность, которой в немалой степени способствовал и художник-постановщик Вячеслав Окунев. И вальс под роскошными люстрами превращается в вальс под звёздами. И на первый план выступает то, за чем, собственно, во все века приходит зритель в театр, — позитив, романтика. Сказка. Пусть даже и приземлённая современными бытовыми реалиями: рюкзак, плеер, джинсы, плита с вытяжкой, телевизор, бигуди и т.д.

За роковым порогом полуночи…
В спектакле есть странный персонаж — Время. Недетский персонаж. Почти философская категория. И если честно, зрители-дети вряд ли «расшифруют», поймут, узнают его. Скорее всего, этот пласт спектакля — уже для взрослого зрителя, умеющего «читать» аллюзии и метафоры. «Странный персонаж» играют… 12 танцовщиков. 12 актёров, отрабатывающих ход часов, и огромный циферблат со стрелками, неумолимо приближающимися к 12-ти, — ещё вполне прозрачная метафора: полночь — роковая черта, за которой сказка-мечта разрушается. Либо… за которой от человека требуется Поступок во имя мечты (Принц во всяком случае хотя бы отправился на поиски пропавшей избранницы).

Но хореограф в прочтении партитуры пошла дальше. Банального и привычного обозначения «часы. полночь. разрушенная сказка» показалось мало. Как призналась «ОГ» Надежда Малыгина, она долго думала, для чего Прокофьев написал в балете вариации и монологи времён года: «Вторая картина первого акта вообще была загадкой». Однако прокофьевские «времена года» и подвигли к осмыслению времени как вечного и неумолимо подвижного нашего спутника. День, год, век, жизнь человека и существование человечества — всё проходит одни и те же стадии: рождение, юность, расцвет, старость… У всего своя весна, своя осень… И каждый рубеж требует Поступка, за которым (и в зависимости от которого) ждёт либо Золушка, либо… горстка золы.
Концепция времени, составившая фон, атмосферу сказочного детского сюжета о Золушке, — подтекст для искушённого зрителя. Но почему бы и нет? Феи времён года обычно просто снаряжают Золушку на бал. В кои-то веки в партитуре Прокофьева укрупнилось, стало значимым то, что чаще воспринималось как антураж. За счёт укрупнения нюансов открылись иные смыслы. И те, кто кисло кривился в ожидании юбилейных банальностей в Год Прокофьева, будут посрамлены: ЭТА прокофьевская «Золушка» — отнюдь не мемориальный спектакль.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска Часовой пояс: GMT + 3
На страницу 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7  След.
Страница 1 из 7

 
Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах


Яндекс.Метрика