Список форумов Балет и Опера Балет и Опера
Форум для обсуждения тем, связанных с балетом и оперой
 
 FAQFAQ   ПоискПоиск   ПользователиПользователи   ГруппыГруппы   РегистрацияРегистрация 
 ПрофильПрофиль   Войти и проверить личные сообщенияВойти и проверить личные сообщения   ВходВход 

Общество Друзья Большого балета
2016-05
На страницу 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8  След.
 
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска
Предыдущая тема :: Следующая тема  
Автор Сообщение
Михаил Александрович
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 06.05.2003
Сообщения: 24693
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вс Май 01, 2016 2:33 am    Заголовок сообщения: 2016-05 Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2016050101
Тема| Алексей Ратманский
Автор| Анна Галайда
Заголовок| Бремя танцора
Где опубликовано| журнал Vogue, май 2016, с. 104-107
Дата публикации| май 2016
Ссылка| http://journal-off.info/journal-for-woman/23444-vogue-5-may-2016.html
Аннотация|



В Санкт-Петербурге покажут новый балет Алексея Ратманского - признанного во всем мире новатора танца и редкого, увы, гостя на родине.

«Научить хореографии невозможно! — уроженец Петербурга, выпускник Московского балетного училища Алексей Ратманский, который в свои сорок семь считается главной надеждой мирового балета, непреклонен. — Даже если бы существовали правила, как поставить балет, успеха добивается тот, кто их нарушает. Вернее тот, кто их устанавливает».

В XX веке такое делали несколько раз — и хореографы-революционеры вошли в историю балета. Калейдоскопы американца Джорджа Баланчина, эмоциональные бури британцев Фредерика Аштона и Кеннета Макмиллана, сладострастные хитросплетения француза Мориса Бежара и пластический экстремизм американца Уильяма Форсайта... И вот на рубеже тысячелетий балетный мир застыл в ожидании нового поворота развития. И Ратманский, соединивший в своих спектаклях впечатляющую мощь русского балета с точностью, ясностью и изяществом западного, кажется, стал идеальным ответом этим надеждам.

Только в этом сезоне у него премьеры в Париже, Цюрихе, Милане и авторский фестиваль старых и новых постановок в Нью-Йорке. Театры, обнаружив, что в мире существует хореограф, владеющий всем разнообразием классического танца и умеющий оправить его современной аранжировкой, боятся его упустить. «График сумасшедший. Но я благодарен судьбе, что не нужно просить о постановках. Это неприятно, особенно когда отказывают, я это проходил. Так что грех жаловаться, — говорит хореограф. — Предпочитаю не делать больших пауз между проектами. Иначе теряется привычка к ежедневному сочинению».

При этом в России у Ратманского, который в середине 2000-х возглавлял балет Большого театра, контрактов на ближайшие годы нет. Большой и Мариинский театры говорят, что ведут с ним переговоры. Но сам хореограф, уже выстроивший расписание на пять лет вперед, реагирует на вопросы о российских проектах с такой настороженностью, будто боится выдать военную тайну, подтверждая только тот факт, что это не дело ближайших сезонов. Так что единственный шанс увидеть его новую постановку в России — фестиваль Dance Open в Петербурге, куда в апреле из Дрездена приедет одноактная «Танцевальная сюита» на музыку Рихарда Штрауса.

Он вообще скуп на слова и эмоции. Сын врача-психиатра и научного сотрудника Аэрокосмического института, Ратманский даже на репетициях сохраняет ровный тон и обращается на «вы» к тридцать второй тени. В нем нет агрессии, которую мы так часто принимаем за харизму. При этом за деликатностью скрывается железный стержень. Его решения окончательны, а мнение непоколебимо.

В 1992 году он, двадцатитрехлетний танцовщик, победил на московском Дягилевском конкурсе, где его «Призрак розы» парил в воздухе, как никогда прежде, и получил первые зарубежные контракты. «За границей я попал в новый непонятный мир, к которому нужно было приспособиться, — вспоминает Ратманский. — Не только в житейском плане, но и в профессиональном. Мы по праву гордимся русской школой, но для новых балетов моих знаний оказалось недостаточно, пришлось наверстывать».

Русские танцовщики по традиции считают, что, обладая вагановской школой, они, условно говоря, окончили главный в мире балетный университет. Но танцевать хореографию XX и XXI века только на этой базе невозможно. Уже создатели неоклассического балета Лифарь, Баланчин, Мясин требовали более сложной координации, большей скорости, более развитого чувства ритма и умения работать с самой экспериментальной музыкой. Не говоря уж о главных фигурах в балете конца XX века: Килиане, Эке и Форсайте.

Королевский Виннипегский балет в Канаде, труппа по российским меркам скромная и небольшая, и гордящийся историей Датский королевский балет (за рубежом Алексей танцевал в общей сложности десять лет, до начала 2000-х) дали возможность Ратманскому освоить эти недоступные в СССР пласты хореографии, большинство из которых у нас не знали даже теоретически. Причем в отличие от соотечественников молодой танцовщик воспринимал участие в балетах модных западных мастеров не как повинность между желанными «Баядерками» и «Дон Кихотами», а как заполнение лакун в своем образовании. «Европа, Америка, Россия — совершенно разные балетные миры,— говорит хореограф. — Но в то же время это разные стороны одного искусства, мы все служим одним и тем же богам».

Вместе с Алексеем покорять мир двадцать с лишним лет назад отправилась его жена Татьяна. Они познакомились в самом начале карьеры — одновременно пришли работать в Киевский оперный театр. Точеные ноги девушки вдохновили Ратманского на первые постановки. Это были концертные номера, в которых они выступали дуэтом. С тех пор они почти не расставались: вместе уехали в Канаду вместе танцевали в Датском королевском балете, потом возвращались в Киев и Москву, а в последние годы обосновались в Нью-Йорке. Татьяна оказалась и вдохновительницей Алексея, и ассистентом, умеющим передать артистам стиль его работы. Но их семнадцатилетнему сыну Василию, внешне поразительно похожему на обоих, удалось не подцепить балетную бациллу.

Впрочем, у Алексея есть с кем поделиться секретами мастерства. Компания Rolex выбрала его для участия в менторской программе. Проект предполагает двухгодичное сотрудничество мастера и подающего надежды новичка. «Когда я начинал ставить, — вспоминает Ратманский, — мечтал, чтобы кто-то из старших проявил интерес, дал совет или просто подбодрил. Но в училище ставить было не принято, считалось даже какой-то ненужной дерзостью. В общем, приходилось в одиночку биться об эту стенку». Майлз Тэтчер, танцовщик Балета Сан-Франциско и хореограф, стартовавший постановками в труппах New York City Ballet и Joffrey Ballet, имеет возможность не биться о стены, а обсуждать свои профессиональные проблемы с ментором и постоянно наблюдать его в процессе постановок.

В том числе в процессе воссоздания классики. Два последних сезона Ратманский, не отказываясь от оригинальных спектаклей, погрузился в XIX век, в спектакли Мариуса Петипа. Как известно, универсальной системы записи танца, которая фиксировала бы движения в тексте хотя бы так же, как ноты — музыку, не существует. Тем не менее попытки создать такие системы предпринимаются уже много веков. Одну из них сто пятьдесят лет назад раз-работал петербургский танцовщик Василий Степанов. Благодаря чему оказались зафиксированы, хотя и очень несовершенно, многие балеты Петипа. Находка этих записей в архиве Гарвардского университета в начале 2000-х породила целое новое направление восстановления классики. «У меня оказалось немного свободного времени, — объясняет истоки этой работы Ратманский. — Я решил посвятить его изучению степановской системы записи, чтобы наконец разобраться самому, как же хореография Петипа выглядела на самом деле. И что в известных нам сейчас редакциях постановок сохранилось от Петипа, а что было добавлено в более поздние времена».

Первым опытом стала прошлогодняя мюнхенская «Пахита», за которой последовала «Спящая красавица», поставленная в Американском театре балета и в Ла Скала, и «Лебединое озеро» в Цюрихе.

О том, что Танец маленьких лебедей сохранился со времен первой постановки практически без изменений, а на озере с лебедями на петербургской премьере в 1895 году танцевал целый ансамбль мужчин, а в адажио королевы лебедей Одетты с принцем Зигфридом участвовал друг принца Бенно, Алексей рассказывает в подробностях, даже рискуя опоздать на самолет, который должен унести его на очередной проект.

«В балете много новых имен, — продолжает Ратманский. — Я в основном слежу за хореографами, среди них Джастин Пек и Лиам Скарлет, которым нет и тридцати, они просто великолепны. Есть блестящие исполнители. Есть потрясающие труппы в самых неожиданных местах, например, в Майами и Дрездене. Другое дело, что настоящих классических кордебалетных ансамблей мало, но так было всегда».

Если посмотреть репертуар театров мира — везде премьеры, новая музыка, новые сюжеты. Публика хочет нового. Заметно вырос интерес и к историческим реконструкциям. «Конечно, есть и негативные тенденции: мало фантазии в выборе репертуара, мало индивидуального артистизма у исполнителей, все друг друга копируют. А в общем не вижу поводов для беспокойства».
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Отправить e-mail
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17190
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вс Май 01, 2016 8:28 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2016050102
Тема| Балет, Международный фестиваль балета Dance Open
Автор| Майя КРЫЛОВА, Санкт-Петербург
Заголовок| На сцене Александринки завершился танцевальный марафон
Где опубликовано| журнал «Театральные Новые Известия ТЕАТРАЛ»
Дата публикации| 2016-05-01
Ссылка| http://www.teatral-online.ru/news/15678/
Аннотация| ФЕСТИВАЛЬ



Международный фестиваль балета Dance Open отметил 15-летие программой, в которой приняли участие компании из Вены, Марибора, Перми и Дрездена, а завершил все гала-концерт звезд балета.

Десять дней шел марафон танца на сцене Александринского театра. От вечера «Тайн Синей Бороды» из Венской государственной оперы к английской версии «Ромео и Джульетты» Пермского оперного театра (к 125-летию со дня рождения Прокофьева). Одноактные балеты из дрезденской Земпер-оперы, в том числе – постановка Алексея Ратманского. Мастер-классы ведущих педагогов Академии русского балета и Мариинского театра для учащихся балетных школ мира.

Для балета «Пер Гюнт» из Словенского национального театра Марибора хореограф Эдвард Клюг написал либретто на музыку Грига и поставил «драму с пантомимой», сочинение из тех, что больше нравятся публике, чем критике. «Пер Гюнт» во многом стал детской сказкой. С очевидной психологией и наглядным символизмом в одном флаконе. О выборе, согласно Ибсену, «между человеческой заповедью «будь собой» и кредо троллей «Будь собой доволен». Героя олицетворяет непокорный рогатый олень (танцовщик с ходулями-копытами на руках), героиня мистически связана с зайцем (танцовщица в шапочке с ушами).

Минималистское оформление – замкнутый круг на полу, это круговорот судьбы. Нарочито рваная, дискретная хореография не так богата пластическими находками, как общим впечатлением «раздрая». Театральные же выдумки иной раз затейливы: троллиха с лицом на затылке, вертлявая Смерть, рисующая портрет Пера Гюнта, ковры, которые совершают собственный танец под ногами танцующих восточных дев. И немаловажно, что Гюнта выразительно танцевал Денис Матвиенко – танцовщик из высшей лиги.

Традиционный гала-концерт начался с шутливого «Па-де-де» на музыку Россини, в котором хореограф Кристиан Шпук дал возможность блеснуть приме Цюрихского балета Викторине Капитоновой. С очками, короной на голове и сумочкой (в зубах!), она «подслеповато» изображала то Лебедя, то Жизель, то Спящую красавицу, сдабривая классические па неожиданными вихляниями бедер. В дуэте из балета «Ледяная дева» солисты Михайловского театра Ирина Перрен и Марат Шемиунов показали, что советская акробатическая хореография 20-х годов требует слова «головокружительная» в прямом смысле: тогда, с легкой руки хореографа Федора Лопухова, в обиход вошли крутые и разнообразные поддержки.

Номер Эрика Готье перенес нас в некий подвал, где некие татуированные фигуры – он и она – брутально выясняли отношения, причем он сексуально водил пальцем по ее коже и бросал ее в воздух в двойной «подкрутке». Венецианский карнавал из старинного балета «Сатанилла» в броском исполнении примы Балета Берлина Яны Саленко и ее партнера Дину Тамазлакару вернул атмосферу непринужденного праздника. Реми Вортмейер очаровал мальчишеским танго из балета «Пять танго» на музыку Пьяцоллы. Анна Цыганкова перевоплотилась в роковую шпионку: ее Мата Хари из одноименного балета очаровывала бравого офицера женскими объятиями.

Две разные Испании возникли в конце первого отделения: Испания корневая (горячее, с бешеным топотом и развевающейся бахромой платка, фламенко в исполнении Урсулы Лопес) и Испания балетная (гран-па из «Дон Кихота», в котором Базилем был кубинский премьер из Норвегии Осьэль Гунео: он получил овацию за свою томную, как бы небрежную, отточенную виртуозность).

Второе отделение запомнилось мощным десантом из Большого театра: Ольга Смирнова с Семеном Чудиным ловко обыграли обилие мелких французских па в псевдоисторическом спектакле «Марко Спада», Кристина Кретова и Руслан Скворцов сделались смятенными героями Лермонтова в дуэте из балета «Герой нашего времени». Исполняя фрагмент балета «Летучая мышь», экс-звезда Парижской оперы Мануэль Легри (ныне директор балета Венской оперы), артист с волшебными ногами, в свои пятьдесят танцевал так, как дай бог танцевать двадцатилетним.

Залихватские чечеточники, братья-близнецы Ломбард, с «хвостами» на головах и серьгами в ушах, весело разнообразили программу. А классическая советская «Вальпургиева ночь» из оперы «Фауст» не только дала возможность создать международный исполнительский альянс с участием солистов трех стран, но поставила точку в высококлассном концерте, где не было «провисающих» эпизодов.

Ежегодно вручаемые призы фестиваля (хрустальная копия прекрасной ноги Анны Павловой) на этот раз распределились так. «Мисс Виртуозность» – Яна Саленко, «Мистер Виртуозность» – английский танцовщик Мэтью Голдинг, он участвовал в «Вальпургиевой ночи». «Мисс Выразительность» – Анна Цыганкова, «Мистер выразительность» – Реми Вортмейер. Лучший дуэт – Алисия Аматриан и Джесон Райли (за тот самый номер с тату и подвалом). По итогам анкетного голосования публики приз зрительских симпатий получил Мануэль Легри, и это не могло быть иначе. А Гран-при уехал в Москву вместе с Ольгой Смирновой и Семеном Чудиным.


Последний раз редактировалось: Елена С. (Пн Май 30, 2016 2:54 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17190
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вт Май 03, 2016 9:57 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2016050301
Тема| Балет, Государственный театр оперы и балета РК, Персоналии, Наталья Терентьева
Автор| корреспондент БНК
Заголовок| Балетмейстер Наталья Терентьева: «В спектакле я попыталась показать жизнь балетной труппы среднестатистического театра мира»
Где опубликовано| ИА БНК
Дата публикации| 2016-05-02
Ссылка| https://www.bnkomi.ru/data/interview/49809/
Аннотация| Премьера, ИНТЕРВЬЮ

23 мая на сцене Государственного театра оперы и балета РК откроется XXVI международный фестиваль оперного и балетного искусства «Сыктывкарса тулыс». В программе этого года, кроме премьерных опер и симфонического концерта, четыре одноактных балета. Постановщиком двух из них – «Жизнь как день…» и «Вальпургиева ночь» - стала уже известный сыктывкарскому зрителю педагог-балетмейстер из Челябинска Наталья Терентьева, которая два года назад участвовала в постановке балета «Барышня-крестьянка», а ранее готовила несколько балетов для первых гастролей труппы в Англии. О том, что увидят зрители во второй день фестиваля, 24 мая, Наталья Терентьева рассказала корреспондентам БНК.


Фото Николая Антоновского

- Идея поставить для фестиваля два одноактных балета, что для нашего театра не вполне традиционна, принадлежит вам?

- Спектакль «Жизнь как день…» на музыку Чайковского, Пуни, Генделя - это полностью моя идея, а поставить «Вальпургиеву ночь» - балетную сюиту из оперы «Фауст» Шарля Гуно – предложение театра. Казалось бы, это две совершенно разные вещи, тем не менее они будут показаны в один вечер и тесно связаны между собой. Дело в том, что мой балет об одном дне из жизни балетной труппы любого среднестатистического театра, и сыктывкарского в том числе. А «Вальпургиева ночь» станет результатом этого дня, когда артисты уже танцуют в спектакле.

- Вы в нашем театре уже в четвертый раз, то есть довольно неплохо знаете нашу труппу. В спектакле есть что-то именно от нее и про нее?

- Конкретных образов у меня не было, только собирательные. Хотя, конечно, я что-то подметила и привнесла в этот спектакль. Но, вообще, хочу сказать, что все балетные труппы мира и все балетные залы мира похожи друг на друга.

- Два года назад в интервью БНК вы сказали о том, что наша труппа неплоха, есть крепкий костяк, но часто меняются балетмейстеры. Сегодня ситуация не другая?

- Сейчас труппа увеличилась, и это очень приятно, но костяк не поменялся. Что касается балетмейстеров, я заметила такую тенденцию: проходит три-четыре года и балетмейстер в театре меняется, и это во многих театрах страны. С чем такая тенденция связана, я понять не могу. Может быть, балетмейстеру как творческому человеку необходим глоток свежего воздуха.

- Вы ставите «Жизнь как день…» впервые, специально для фестиваля? Или спектакль уже шел на площадках других театров страны?

- «Жизнь как день…» ставлю первый раз. Можно было бы поставить любой другой одноактный балет, что-то из шедевров мировой хореографии: второй акт «Тени» из «Баядерки» Минкуса, второй акт из балета «Пахита», но сроки были очень ограниченны, и мы бы просто не успели пошить костюмы. Я предложила бюджетный спектакль, специальных декораций для него не надо: день проходит в балетном зале – это черный кабинет, станки и труппа.

- То есть если еще в прошлом году театр ставил большой и, вероятно, затратный балет «Тысяча и одна ночь», то в сегодняшних трудных условиях одноактный балет может стать полноценной заменой большому балету в программе фестиваля?

- Сейчас художественная отрасль в целом финансируется меньше. И я считаю, когда ставятся финансово затратные спектакли, обязательно должен быть предсказуем их хороший прокат. «Жизнь как день…» - это отдельный спектакль, его можно показывать совершенно самостоятельно, не привязываясь к «Вальпургиевой ночи», и он ценен тем, что в нем есть сюжетная линия, он насыщен разными образами, проходит очень динамично.

- Зрителю интересна не только черновая сторона балета, то есть занятия у станка, но взаимоотношения внутри труппы.

- Как раз они показаны во всех деталях: там есть приятная балетная зависть, какая-то любовная линия. Вообще, я пыталась показать труппу со всех сторон: и в актерской работе, и в работе над техникой, и в особенной жизни в балетном классе. С музыкальной точки зрения и с точки зрения техники будут представлены почти все жанры: адажио, экзерсис, антре.

- А театральные интриги вы покажете на сцене?

- Как правило, в театре открытых интриг нет. И вообще, сейчас интриговать не модно. Ни стекла, ни соли в пуанты не насыпают, иголок не кладут. Сейчас мастерство артистов дошло до такого уровня, что ничего не надо доказывать при помощи интриг: или ты приходишь и показываешь технику, или не показываешь – и идешь тренироваться дальше.

- Бывает, что судьба фестивальных спектаклей незавидна: по разным причинам их показывают один-два раза в год. С вашими балетами такого не случится?

- Особенность моего балета в том, что я вывела на сцену всю балетную труппу, но этот спектакль компануется очень просто: кто-то выбывает - и рисунок меняется, но не ломается и не исчезает. Так что в случае, если в труппе и произойдут перемены, то для балета это не станет помехой.

- В одной из своих научных статей вы проводите типологический анализ балетного зрителя, классифицируете его. На ваш взгляд, какой тип преобладает в Сыктывкаре: фанаты, любители, потребители или разовые посетители?

- Мне кажется, что интерес к труппе в городе недостаточный, а труппа очень хорошая, мобильная, в ней работают разные по типажам артисты, а, значит, с ними можно ставить практически любые спектакли. Ребята думают над тем, что танцуют, делают разумные предложения, к которым я прислушиваюсь, отрабатывают элементы до тех пор, пока они не будут получаться идеально. Помню, что на премьере балета «Барышня-крестьянка» были заинтересованные люди, но их было немного. Наверное, сейчас это беда всех театров, а нужно развивать интерес к собственной культуре и к собственному театру - театр-то очень хороший.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17190
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Май 04, 2016 9:36 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2016050401
Тема| Балет, Балет Монте-Карло, Премьера, Персоналии, Иржи Килиан, Жан-Кристоф Майо, Бернис Коппьетерс
Автор| Татьяна Кузнецова
Заголовок| Неотмирные инициативы
Балет Монте-Карло представил программу Иржи Килиана

Где опубликовано| Газета "Коммерсантъ" №76, стр. 11
Дата публикации| 2016-05-04
Ссылка| http://www.kommersant.ru/doc/2978870
Аннотация| Премьера


Фото: Alice Blangero/Ballets de Monte Carlo

На подводной сцене форума Гримальди Балет Монте-Карло показал программу из трех балетов и одного кинобалета Иржи Килиана — фрилансера и живого гения. Из Монако — ТАТЬЯНА КУЗНЕЦОВА.


Балет Монте-Карло — авторская труппа: более 20 лет основу репертуара составляют спектакли Жан-Кристофа Майо, ее худрука и постоянного хореографа. Это, конечно, не тотальная диктатура: по традиции каждое лето руководитель отдает своих артистов на откуп молодым балетмейстерам — их продукцию непременно предъявляют публике, уважительно подавая как мировые премьеры. Однако программы великих современников в Монте-Карло — большая редкость: переносить готовые балеты, идущие по всему миру, самолюбие не позволяет, а в эксклюзивах гранды обычно отказывают, занятые постановками в собственных труппах.

Иржи Килиан — исключение. Во всех смыслах. 69-летний хореограф, не утративший своего великого дара, уже семь лет — после того как в 2009 году добровольно оставил место хореографа-резидента Нидерландского театра танца (NDT),— не у дел. Собственные балеты, составлявшие славу и гордость его бывшей труппы, он в NDT исполнять запретил, новые практически не ставит. За его прославленными шедеврами охотятся многие компании мира, но разрешение получают далеко не все: автор часто отказывает — из опасений, что чужие артисты не смогут передать его стиль. Получается, 69-летний Иржи Килиан вроде бы живет среди нас, но его как бы и нет: живой классик со стороны наблюдает за потугами современной хореографии, не торопясь вмешаться, скорректировать и оживить этот процесс. Так что личный приезд великого отшельника в Монте-Карло для переноса трех своих готовых балетов и постановки к 30-летию труппы нового номера для худрука Жан-Кристофа Майо и его главной балерины Бернис Коппьетерс сделал грядущую премьеру сенсацией, упустить которую не пожелала княжеская семья, пожаловавшая на первый спектакль в полном составе.

Новинка (сенсационности ей добавляло то, что Жан-Кристоф Майо после травмы, полученной в 1982 году, ни разу не выходил на сцену, а Бернис Коппьетерс почти полтора года назад объявила об окончании карьеры) оказалась четырехминутным фильмом на музыку Принса, названным "Оскар" — по имени песика знатных исполнителей, ставшего третьим участником миниатюры. Его роль — путаться под ногами увлеченных делателей искусства: "Оскар" бесшабашно подтрунивает как над процессом творчества, так и над отношениями хореографов с их любимыми балеринами. Поначалу творец — господин положения: свою послушную Галатею он сгибает в разнообразные бараньи рога, путаясь в ее длиннющих прекрасных конечностях, мечась от менуэта к акробатике, от головы к ногам, от мимики к пуантам и глотая сигарету за сигаретой. Однако покорная служанка его фантазии вскоре обретает собственную волю: наворачивает академические пируэты, запускает круги вращений, стреляет ногами в разные стороны, мелкой дробью выбивает battus на лысине творца и, вконец подавив его своим волюнтаризмом, метафорически сажает в лужу (в фильме — на стул, прямо в кремовый торт).

Так прилипшим к этому торту и стулу Жан-Кристоф Майо и возникает на сцене живьем, чтобы соединить шуточный кинооммаж с другим "датским", тоже шуточным и тоже на музыку Принса балетом Килиана. "Шляпа" была поставлена в 2005 году к 25-летию правления королевы Нидерландов Беатрикс II и названа так в честь огромной коллекции шляп, которую собрала эта августейшая особа. 18 артистов обоего пола в пышных золотых юбках и не менее пышных шляпах (каждая — копия коллекционной) жизнерадостно отплясывают, перемежая остроумные пародии на бродвейские мюзиклы не менее забавными пародиями на хореографию самого Килиана.

Эти светские шутки увенчали чрезвычайно серьезную программу из двух общепризнанных, но контрастных шедевров Иржи Килиана. "Bella Figura" на музыку Лукаса Фосса и композиторов эпохи барокко была поставлена в 1995 году, в эпоху расцвета килиановского NDT,— это балет о всемогущей гармонии, царящей в мире вопреки частным страданиям и диссонансам. Итальянское "bella figura" кроме буквального имеет и другое значение — в приблизительном переводе "хорошая мина при плохой игре". Сам Килиан уточняет, что ставил балет о способности человечества сопротивляться уродствам мира, о "поиске красоты в гримасе, в физической судороге, в мозговых спазмах". Этот балет обморочно красив и гармоничен во всем: костюмах, сценографии, композиции, хореографии. Ослепительны и длинные алые барочные юбки пяти женщин и четырех мужчин, и их обнаженные торсы. Завораживает живое пламя на жертвенниках в углах сцены. Околдовывают бесшумные занавесы, играющие со зрителем в пространственные игры, то отсекая от зала части тел артистов, то подавая солистов крупным планом — как в картинной раме, то захватывая танцовщиц в плен своих складок. И сказочно прекрасна — даже в нервных срывах и страдальческих углах тел — хореография.

"Боги и собаки" на музыку Дирка Хаубриха и Людвига ван Бетховена созданы для восьми артистов молодежного NDT-II в 2008-м, за год до ухода Иржи Килиана из труппы, и гармонии в этом балете нет и в помине. Здесь все — пограничье: между леденящим светом и спасительной тьмой, между душевным здоровьем и безумием, между беззащитным человеческим телом и неумолимым металлом занавеса из металлических цепочек, сметающего и поглощающего людей; между томной красотой дуэтов и эпилепсией вариаций. Бегущий с задника прямо на зал компьютерный пес с открытой пастью (вначале крошечный, как безобидный снежок, к финалу он вырастает до безобразного монстра) — символ неотвратимости судьбы: он преследует каждого, как разрушительная сила, гнездящаяся в нашем подсознании.

Крепкая, но непривычная к килиановскому стилю труппа Балета Монте-Карло танцует эти балеты словно молитвенный ритуал,— с чрезвычайным пиететом и самоотдачей. Эффект удивительный: у тех, кто не смог обжить, присвоить себе эту лексику, кто лишь старательно воспроизводит ее внешние формы и особенности,— движения в любом из двух балетов выглядят гладкими, трогательными и поэтичными. Те же, кто чувствует себя свободно в мире Килиана (как, например, замечательный маленький китаец Ван Ле, или канадка Мод Саборен, или близнецы-мулаты Жорж и Алексис Оливейра), выдают такой колоссальный диапазон подлинных чувств и физически ощутимой душевной боли, что расхожие представления о килиановской хореографии — как об абстрактной, метафорической, интеллектуальной и вообще надмирной — рассыпаются в прах. И за фигурой небожителя, хореографа не от мира сего проступает живой страдающий человек. Гениальный, к собственному несчастью.


Последний раз редактировалось: Елена С. (Пн Май 30, 2016 2:56 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17190
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Май 04, 2016 11:10 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2016050402
Тема| Балет, премия "Европа — театру", Персоналии, Матс Эк
Автор| АЛЛА ШЕНДЕРОВА
Заголовок| Церемония длиной в четыре года
Матсу Эку вручена премия "Европа — театру"

Где опубликовано| Газета "Коммерсантъ" №76, стр. 11
Дата публикации| 2016-05-04
Ссылка| http://www.kommersant.ru/doc/2978872
Аннотация| Премия


Фото: Luciano Rossetti В/ Phocus Agency/PREMIO EUROPA TEATRO

В румынской Крайове прошло вручение премии "Европа — театру" — церемония и показы лауреатов совпали с проходившим в городе Международным шекспировским фестивалем. Премия вручалась в 15-й раз, ее главным призером и ньюсмейкером стал шведский хореограф Матс Эк. Рассказывает АЛЛА ШЕНДЕРОВА.


Самая престижная европейская театральная премия, или премия "Европа — театру", вручалась в 15-й раз, но после пятилетнего перерыва: последний раз церемония и сопровождавший ее фестиваль спектаклей-лауреатов проходили в Петербурге в 2010-м. Перерыв связан с кризисом: премию еще в конце прошлого века придумали итальянские деятели театра, лауреатов выбирало международное жюри, а вручение проходило в Таормине, но власти Италии не смогли долго спонсировать проект, он стал кочевать из города в город, смещаясь ближе к Восточной Европе. Имена нынешних лауреатов были названы еще четыре с лишним года назад, но финансовые трудности не дали возможности их вручить.

Кто-то может усмехнуться: ведь помимо главного приза, обладателем которого на сей раз стал великий швед Матс Эк, у проекта "Европа — театру" есть еще премия с формулировкой "За создание новой театральной реальности" — лауреатов у нее обычно несколько (в 2010-м одним из них стал нынешний худрук БДТ Андрей Могучий). За пять лет театральная реальность сильно изменилась, но в данном случае стоит говорить о прозорливости жюри. Венгр Виктор Бодо, немец Андреас Кригенбург, француз Жоэль Помра (их спектакли русский зритель знает благодаря фестивалю NET) и менее известные у нас испанец Хуан Майорга и возникшая десять лет назад труппа с названием "Национальный театр Шотландии" творят новую театральную реальность и сегодня. Немного удивил Кригенбург, представивший свою версию пьесы Лессинга "Натан Мудрый" — спектакль, построенный на одном, пусть и талантливом, приеме. Постановки двух других лауреатов — "Рейкьявик" Хуана Майорги и "Последняя (на Земле) мечта" Национального театра Шотландии — убедили в актуальности премии.

Впрочем, спектакли удалось привезти не всем, но с творчеством лауреатов можно было познакомиться на научных конференциях, сопровождавшихся видео. По видео можно было оценить мощь "Бури" Сильвиу Пуркарете — легендарного румынского режиссера, ставшего спецпризером этого года (и как раз во время церемонии поехавшего на переговоры в Россию).

Главным же событием фестиваля стали сама церемония и сопровождавший ее спектакль "Axe" ("Топор"), поставленный Матсом Эком — танцовщиком, режиссером и одним из самых значительных хореографов конца XX — начала XXI века. Все началось еще с утра, на конференции о творчестве Матса Эка, событием которой стало присутствие Аны Лагуны: жена и муза хореографа утыкалась в плечо своего партнера, танцовщика Ивана Озели, всякий раз, когда на экране появлялись кадры с нею, юной. Сам Эк, выступая, назвал свои постановки рисунками на песке, поправил кого-то из докладчиков, говорившего о телесных стандартах у Эка: "Я не отделяю тело от головы, когда выбираю, с кем работать". И заявил, что летом нынешнего года намерен оставить работу: "У меня появится много свободного времени, я хочу посмотреть, как смогу им распоряжаться".

В доказательство своих слов 71-летний хореограф показал на церемонии зрелище из двух частей. Первая — видеоверсия спектакля "Bye!", поставленного им для великой Сильви Гиллем, год назад простившейся со сценой (летом 2015-го спектакль показали на Чеховском фестивале в Москве, после него балерина прекратила карьеру). Вторая — 20-минутный спектакль-этюд, станцованный на сцене Театра имени Марина Сореску Аной Лагуной и Иваном Озели и вызвавший сначала оцепенение, а потом настоящую бурю.

В глубине пустой сцены, тонущей в аккордах Альбинони, сложены поленья. Худой изможденный человек колет дрова. Работает, стоически не обращая внимания на то, что по сцене кружит, катается, по-детски лезет под топор Она — воплощение женской суетности, тревоги, способности вдруг увидеть в полене ребенка, прижать к груди и вообще всячески мешать мужчине работать. В финале ее иррациональность возьмет верх — и Он тоже станет кататься по сцене, причем у почти старика окажется взрывная пластика юноши. Можно спорить, о чем этот балет. О вечном столкновении М и Ж. Об абсурдном несоответствии увядающего тела и молодой души. Или о том, что надо продолжать свое дело, несмотря на нарастающие звуки "Реквиема", а уж потом, когда силы кончатся, пусть ветер несет тебя все равно куда. После долгой стоячей овации стало ясно главное — на этот раз великий Матс Эк ошибся. Своим "Топором" он хотел напомнить, что уходить надо вовремя, а оказалось, сделал спектакль о величии старости. И о том, что у гениев нет возраста.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17190
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Май 04, 2016 12:42 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2016050403
Тема| Балет, МАМТ, Персоналии, Денис Дмитриев
Автор| Денис Дмитриев
Заголовок| Как я не хотел танцевать в балете
Где опубликовано| Ballet Insider
Дата публикации| 2016-05-04
Ссылка| Ballet Insider
Аннотация|

Ведущий солист Музыкального театра им. Станиславского и Немировича-Данченко Денис Дмитриев рассказывает в своем новом блоге о том, как начинался его путь в балет.

Я долго занимался плаванием, но несколько раз в неделю плавать в холодном бассейне – не самое приятное занятия. И вот однажды, после очередного мучительного холодного заплыва, увидел объявление, что ведется набор в балет. То, что надо, как мне, десятилетнему ребенку, показалось. Тогда я думал, что балет – это бальные танцы. Видел их по телевизору, мне нравилось. А о балете даже не слышал! Тем более о мальчиках, которые танцуют в обтягивающих трико…

Мама согласилась отвести меня на просмотр, но с условием: «Ты выбрал это сам». «Хорошо», – говорил и думал я. Прошел отбор, начались занятия. И первый месяц мне даже нравилось (как сейчас помню: делали вышагивания). А потом… надоело. Хотел бросить, но мама напомнила об условии и о том, что она меня в этот кружок не тянула. Условие – есть условие. Три года пришлось мучаться! Три года мне очень не хотелось этих занятий, приходилось тщательно скрывать во дворе то, чем я занимаюсь после уроков. Правда, признаюсь, и о бассейне тоже не скучал.

А ведь занятия балетом – это еще и те самые обтягивающие колготки. Я до сих пор стеснительный человек, а тогда колготки были сущим мучением. Ох, как я их не любил. Да я же еще и крутой пацан, и друзья у меня крутые пацаны… А тут трико!


Фото Александры Солозобовой

Тогда же испытанием для меня были любые выступления. Я всегда стеснялся. Вы бы видели, как я краснел! Удивительно, но во все это втянулся. К трико привык, от выступлений вскоре начал получать удовольствие, а дворовые друзья-хулиганы приняли известие доброжелательно и даже шутки их были добрыми.

Кто не переставал подкалывать и даже обижать меня, так это старшая сестра Ксюша. Буквально без конца дразнила: ой, мальчики, да в колготочках, да по сцене, ля-ля-ля! А самым обидным было слышать от неё в свой адрес «балерун». Я до сих пор терпеть не могу это слово. Кстати, на самом деле, балерун – просто шутливое ироничное название артиста балета, никак не профессия. Мама тогда за меня заступалась: «Не шути, он вырастет, будет доллары за свои занятия получать!». И ведь так и получилось, я стараюсь как можно больше помогать семье. Мама как будто чувствовала, что чего-то добьюсь, или просто верила в меня. Хотя подумать, что танцы могут стать моей профессией, я в то время просто не мог. Даже спустя много лет, получив первую зарплату в театре, все равно до конца не верил в реальность происходящего.

А вот девушек и партнерш я не стеснялся никогда, даже в детстве. Всегда смотрел в глаза! Вообще, мальчики в балетной школе, по сути, ничем не отличаются от остальных мальчиков. Помню, как учителя оставляли нас на самостоятельную разминку и растяжку, а мы вместо этого сворачивали из чехлов для ковриков футбольные мячи и играли в футбол. Мячи вообще могли сделать из чего угодно, идеальными были те, что мы «лепили» из ленты-утеплителя с окон.

Грим тоже очень долго вызывал у меня отторжение. Красить губы? Да ни за что, я же парень! Ладно еще положить тон или накрасить глаза, но губы – это было мне крайне неприятно. Да что там, просто стыдно! И только с возрастом постепенно начал принимать, что это обязательная часть выступлений на сцене и что в образе грим помогает, а не вредит.

Бывает, задумываюсь: почему тогда, в подростковом возрасте, я не бросил занятия. Наверное, просто в глубине души мне всё нравилось. Да, много канючил и жаловался дома, но физический труд очень любил. Нравилось, когда тяжело, нравился любой вызов, а всё это и есть балет. Сейчас, по сравнению с собой в детстве, бываю лентяем! А, может, это просто была судьба, даже то объявление о наборе в группу.

---------------------------
Все фото - по ссылке
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17190
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Май 05, 2016 1:55 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2016050505
Тема| Балет, фестиваль Dance Open, Персоналии, Сара Лэмб (Ковент-Гарден)
Автор| Наталья Воронова
Заголовок| Сара Лэмб
Где опубликовано| Ballet Insider
Дата публикации| 2016-05-05
Ссылка| http://www.balletinsider.com/archive/solo/4302
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

С прима-балериной Королевского балета Ковент-Гарден, Сарой Лэмб, мы встретились в Санкт-Петербурге, в перерыве между репетициями в Александринском театре. Она приехала танцевать главную роль в балете «Ромео и Джульетта» в рамках фестиваля Dance Open. О начале своего пути, любимых ролях и Санкт-Петербурге рассказала корреспонденту Ballet Insider.



Bi: Сара, Вы помните, как начали заниматься балетом? Ваше самое первое воспоминание?

СЛ:
Я была совсем ребенком, и, если честно, плохо помню, как все это началось. Мои первые воспоминая связаны с несколькими видами танцев, одним из которых был стэп. Вы знаете, там такие специальные ботинки… Я потеряла один из них и на этом все закончилось.

Bi: Вы хорошо помните тот момент, когда осознали, что балет – это Ваше призвание?

СЛ:
Да, помню, как сказала родителям, что не буду поступать в Университет. Они приняли мое решение, но сказали, что я в любом случае должна подать все заявки и подготовиться к поступлению – вдруг что-нибудь случится.

Bi: Вам нравилось обучение в школе балета? Что давалось тяжелее всего?

СЛ:
С самых первых дней в Американской школе балета мне понравилась атмосфера – оптимистичная, жизнеутверждающая. Я в очередной раз убедилась, что выбрала замечательную, очень красивую профессию. Но чуть позже пришло осознание того, что овладеть безупречной техникой достаточно сложно. Приходилось работать и прикладывать много усилий для достижения точности, чистоты и совершенства в исполнении. И мне это было очень интересно – своего рода вызов самой себе.

Bi: У Вас есть любимые роли?

СЛ:
Да, одни из самых любимых – роль Джульетты и роль Татьяны в балете “Евгений Онегин”.

Bi: Где Вы чувствуете себя как дома? И где Вы больше всего любите танцевать?

Сегодня больше всего я чувствую себя дома, когда нахожусь в Лондоне. Но мой педагог, Татьяна Николаевна Легат (прим. ред. Сара начала заниматься балетом под руководством мадам Легат в возрасте 13 лет), живет в Санкт-Петербурге. Я очень люблю сюда приезжать и танцевать здесь, в Санкт-Петербурге. Для меня всегда особая честь, потому что этот город Родина человека, который сделал из меня ту балерину, которой я сейчас являюсь.

Bi: Есть роль о которой Вы мечтаете?

СЛ:
У меня есть возможность танцевать в прекрасных балетах. Карьера артиста балета очень коротка, и я просто мечтаю о том, чтобы работать, пока я у меня будут возможности это делать и наслаждаться своей профессией. Мне очень повезло исполнить практически все знаковые для балерины роли.

Интервью и фото
Наталья Воронова
Перевод
Екатерина Борновицкая

-------------------------------------
Все фото - по ссылке
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17190
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Май 06, 2016 9:48 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2016050601
Тема| Балет, Опера, Музыка, Юбилей, Персоналии, Геннадий Рождественский
Автор| ЮЛИЯ БЕДЕРОВА, ТАТЬЯНА КУЗНЕЦОВА
Заголовок| Классика в подарочном исполнении
Геннадий Рождественский отметил 85-летие в Большом театре

Где опубликовано| Газета "Коммерсантъ" №78, стр. 11
Дата публикации| 2016-05-06
Ссылка| http://www.kommersant.ru/doc/2979842
Аннотация| ЮБИЛЕЙ


Фото: Дамир Юсупов/Большой театр

На исторической сцене Большого театра прошел вечер, посвященный 85-летию Геннадия Рождественского, главным действующим лицом которого стал сам юбиляр, не покидавший дирижерского пульта. В этот вечер маэстро продирижировал балетом, оперой и симфонией. Рассказывают ЮЛИЯ БЕДЕРОВА и ТАТЬЯНА КУЗНЕЦОВА.

Всю программу — произведения разных жанров великих русских композиторов — выбрал сам Геннадий Рождественский. Балет оказался неожиданным и чрезвычайно редко исполняемым: "Времена года" Глазунова. По счастью, нашлась готовая постановка: хореограф Джон Ноймайер, которого маэстро чрезвычайно ценит еще со времен совместной работы над "Пер Гюнтом" Альфреда Шнитке, лет 12 назад сочинил по собственному сценарию "Времена года" для Гамбургской балетной школы. Многолюдный, человек на 150, спектакль выучила и представила Московская академия хореографии, вся — от мала до велика. Этот балет, изначально политкорректный, призванный показать всех учащихся детей, и с талантом, и без оного, нельзя, разумеется, судить по гамбургскому счету: Ноймайер был вынужден приноравливаться к возможностям исполнителей, так что временами хореография напоминала жизнерадостную домкультурную самодеятельность. Нехитрый сюжет — путешествие маленькой девочки и ее друзей клоуна и спортсмена из зимы в лето — был призван скрепить разнокалиберный дивертисмент. Среди его номеров выделялись фрагменты для старших учеников: большое адажио "пловцов" (юношей в плавках и девушек в купальниках) на семь пар и эпизод в цирке с гран-па Коломбины, трех Пьеро и главного клоуна. "Синхронное плавание" московские дети, зажатые до оцепенения, практически запороли. Однако акробатическое адажио в цирке неожиданно исполнили дельно и ловко — благодаря собранности маленьких Пьеро, хладнокровию отлично вымуштрованной солистки (ее имени программка не раскрывает) и веселому долговязому главному клоуну (тоже безымянному) — единственному живому актеру в этой многофигурной педагогической поэме. Впрочем, главное в этот вечер творилось не на сцене, а в оркестровой яме.

Музыку Александра Глазунова, в которой формальные контуры изысканного дивертисмента во французском духе аккуратно переплавляются в утонченную симфоническую поэму, Рождественский сыграл так, словно открывал современникам неизвестную партитуру,— с вниманием к деталям, прозрачному изяществу тембров, пластичным рисункам, неспешному развитию и магической красоте целого, где статика чередования номеров сочетается с ощущением ясного внутреннего движения. Так что тщательно выстроенный Глазуновым миф о вечном воскрешении с нежнейшим апофеозом в финале более явно и убедительно состоялся в оркестре, звучащем с безукоризненной собранностью, мягкостью и одновременно яркостью, чем на сцене.

Сейчас сложно было бы назвать Рождественского балетным дирижером, хотя именно с балетной музыки в 1951 году началась его работа в Большом театре, и она ему совсем не чужда, хотя в репертуарном смысле Рождественский всегда был крайне избирателен в балете, отдавая предпочтение симфонически выстроенным партитурам, Чайковскому и XX веку.

И теперь в программе, которая оказалась построена по тому же принципу, что и пять лет назад, когда Большой театр отмечал 80-летие дирижера, в трех отделениях, посвященных соответственно балету, опере и симфонической музыке, уже первое, хореографическое действие прозвучало не аккомпанементом к танцу, а предварительной симфонией.

Во второй части юбилейного триптиха симфонический смысл театральных интерпретаций Рождественского проявился еще отчетливее. Пять лет назад на праздновании юбилея оперное творчество Рождественского представлял Пролог из "Бориса Годунова", но в этот раз дирижер выбрал не только более современную партитуру, но и более редкую — "Семен Котко" Прокофьева не идет в Москве, и после того как отзвучали последние такты картины "Пожар" (все третье действие с небольшими купюрами), в антракте обсуждали главным образом, когда же наконец Большой театр поставит эту оперу, которая буквально просится сейчас на его сцену. По крайней мере, так она прозвучала в исполнении Рождественского. Густонаселенную, с большим количеством персонажей и сложной драматургией картину дирижер превратил в медленную, неуклонно движущуюся к взрыву симфонию. И хотя он заметно утихомирил в музыке ее привычный накал, замедлив темпы и укротив динамические нагнетания, все происходящее в удивительной прокофьевской музыкальной драме, постепенно собирающей все бытовые и песенные реплики персонажей в гнетущий плач космического масштаба, становилось внятным, подробным, тщательным и даже чуть странно спокойным, прозаическим по звучанию, что делало одну из самых пронзительных картин мировой оперной истории еще более пугающей.

Сценическое воплощение фрагмента "Семена Котко" на юбилее Рождественского, отметившего таким образом еще и юбилей Прокофьева, было сделано в духе последних по времени премьер Мариинского театра — в минималистичном оформлении и лаконичных мизансценах полуимпровизационного, полуконцертного стиля, но с дополнением в виде эффектных видеопроекций, какие после реконструкции Исторической сцены еще не слишком много задействованы в премьерах Большого театра, но как будто обещают появляться чаще. Постановка Ольги Ивановой выглядела незатейливо, хотя и не без фантазии, исполнителям не досталось неординарных образных решений, но ансамбль, где были собраны главные силы театра, звучал стройно и гладко, позволяя говорить о том, что с необходимыми уточнениями появление "Котко" на сцене Большого совершенно возможно и по-настоящему желательно.

Таким образом, человек выдающейся эрудиции, слуха, знаток и последовательный пропагандист музыки XX века, Рождественский снова, как это ему свойственно, выступил просветителем, напомнив публике и театру о превосходной музыке, ее остром и трепетном содержании, симфонической выразительности и репертуарном потенциале.

Финальное третье отделение юбилея было посвящено симфонии как таковой — на этот раз была выбрана Девятая Шостаковича. Здесь оркестр Большого театра хоть и не вышел из ямы, но совсем расцвел, его звучание стало не только безупречно чистым и стройным по балансу, захватывающим ясностью и точностью красок и динамических нюансов, но и совсем пластичным и свободным. Заполняя отсутствие сценического действия в симфонии, камеры транслировали на огромном экране во всю сцену самого Рождественского и музыкантов, и от этой мизансцены уже невозможно было оторвать глаз, это был лучший театр юбилейного вечера. Публике здесь представилась редкая возможность наблюдать за Рождественским, дирижирующим практически одним взглядом, видеть, как музыканты ловят его и следуют ему, и вместе с тем — лучше слышать и больше понимать музыку, хотя и без визуального сопровождения она звучала фантастически ясно.

Составив из сочинений юбилейного вечера нечто вроде пунктирной, но отчетливой и драматичной истории русской музыки первой половины XX века (от 1900 года, когда состоялась премьера "Времен года" Глазунова, до Шостаковича 1945-го), Рождественский сделал Девятую симфонию моцартиански прозрачной, в то же время приглушив в ее звучании и остроту гротеска, и беспечную скерцозность, но проявив в нем шубертовскую бездонную глубину. Удивительно нежная, легкая артикуляция, мягкость нюансов и точность фразировки сделали так, что из Шостаковича куда-то исчез речевой драматургический нажим, но ясно высветилась чистая музыкальность, красота неспешного течения формы и трагический смысл. Он проявлялся не только в безнадежной статике второй части Moderato, но и поразительным образом — сквозь светлый облик финала. Не так часто Шостакович звучит как музыка, в которой важно не "про что", а "что именно", и сочетание в симфонии, которую принято считать "веселой", безусловного, бесконечного трагизма с ясным, но не праздничным, а утешительным светом, ее обезоруживающе тонкая музыкальность, услышанная дирижером, как это у него часто бывает в последнее время, в чуть замедленных темпах, стали, наверное, главным подарком внимательного симфониста и убежденного просветителя Рождественского публике в его собственный день рождения.


Последний раз редактировалось: Елена С. (Пн Май 30, 2016 2:58 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17190
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Май 06, 2016 9:52 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2016050602
Тема| Балет, Опера, Музыка, БТ, Планы на сезон 2016/2017
Автор| ЮЛИЯ БЕДЕРОВА, ТАТЬЯНА КУЗНЕЦОВА
Заголовок| От «Билли Бада» до «Нуреева»
Большой театр объявил планы на сезон-2016/17

Где опубликовано| "Коммерсантъ" от 05.05.2016, 19:00
Дата публикации| 2016-05-05
Ссылка| http://www.kommersant.ru/doc/2980122
Аннотация|


Фото: Кристина Кормилицына / Коммерсантъ

В Императорском фойе Большого театра прошла пресс-конференция, на которой музыкальный руководитель Туган Сохиев, руководитель балетной труппы Махар Вазиев и гендиректор Большого Владимир Урин рассказали о планах театра на следующий, 141-й сезон.

Перечень назначенных на сезон 2016/17 оперных премьер выглядит в репертуарном смысле по-настоящему эффектно: в нем есть одна хрестоматийная партитура мирового оперного канона, причем такая, какой не хватало этой сцене, а также названия, появление которых в афише Большого театра можно считать репертуарным прорывом. Первой премьерой на Исторической сцене в октябре станет «Манон Леско» Пуччини в постановке востребованного и хорошо знакомого театру Станиславского и Немировича-Данченко, прежней вотчине Владимира Урина, режиссера Адольфа Шапиро. Именно он ставил на сцене Музтеатра «Лючию ли Ламмермур» Доницетти — спектакль, ставший хитом московской оперной афиши и удовлетворивший самым разнообразным запросам, как неискушенной публики, так и придирчивой критики. В Большом театре сейчас не так много названий такого рода — с популярной музыкой и обаятельной режиссурой — способных играть роль репертуарных шлягеров и ничем не шокировать.

За соблазнительной «Манон» наступит очередь мрачной оперы «Билли Бад» Бенджамена Бриттена. Впервые за много лет любимый в Советском Союзе, а теперь редкий Бриттен будет поставлен в Большом театре. Это уже давно запланированная сенсация: про договоренность о постановке с режиссером Дэвидом Олденом и дирижером Уильямом Лейси было известно еще в 2012 году, во времена премьеры в театре Станиславского и Немировича-Данченко бриттеновского «Сна в летнюю ночь». От «Билли Бада» радикализма не ждут, но интрига огромная — эта опера куда более мрачная, чем «Сон», а публика нынешнего Большого куда более внимательная.

Третья оперная премьера сезона — вовсе прорывное название. Вслед за Екатеринбургским театром оперы и балета, где уже в сентябре назначена мировая премьера сценической версии оперы Мечислава (Моисея) Вайнберга «Пассажирка», Большой поставит его оперу «Идиот» (дирижер — Михал Клауза, только что осуществивший на Исторической сцене постановку «Дона Паскуале» с Тимофеем Кулябиным, режиссер Евгений Арье). Музыка одного из главных композиторов XX века (имя и партитуры Вайнберга приобрели мировую популярность уже после его смерти) наконец появится и на сцене Большого театра. В том же феврале 2017-го в Большом театре можно будет услышать и увидеть пионерский екатеринбургский проект: «Пассажирка» приедет на гастроли через два дня после премьеры «Идиота», таким образом, Вайнберг станет темой всего оперного февраля.

Последняя оперная премьера назначена на июнь 2017 года: еще один потенциальный репертуарный хит «Снегурочка» Римского-Корсакова в режиссерской версии Александра Тителя с Туганом Сохиевым за пультом станет единственной премьерной работой в сезоне музыкального руководителя Большого театра. Впрочем, Сохиев продирижирует концертными исполнениями двух опер: «Путешествием в Реймс», известным не только своим очарованием, но и тем, что может считаться тестом на вокальную виртуозность театральной труппы (скорее всего в ее исполнении примут участие и приглашенные солисты), и «Орлеанской девой» Чайковского, которая однажды уже звучала на Исторической сцене в концерте, но так и не поставлена.

Что касается приглашений именитых солистов, то частично их состав уже объявлен. Из сенсаций: в декабрьском «Дон Карлосе» в Большом театре впервые выступит Дмитрий Хворостовский. Кроме него, в том же спектакле заявлена Хибла Герзмава и другие мировые знаменитости.

Балетный сезон пройдет под эгидой Юрия Григоровича, которому 2 января исполнится ровно 90 лет. С этой даты и по 19 февраля на Исторической и Новой сценах театра будут идти только его постановки — числом 11 (шесть оригинальных балетов и пять редакций классики). То есть, кроме «Ангары» и «Каменного цветка», на этом фестивале театр представит все, что главный советский хореограф сделал за свою долгую творческую жизнь. Разумеется, балеты Григоровича не покинут афиши ни до, ни после именного фестиваля. Так, капитальное возобновление его «Золотого века» намечено на 13 октября, перенос «Раймонды» с Новой на Историческую сцену — на 16 декабря, да и новогодние праздники наверняка не обойдутся без традиционных «Щелкунчиков».

Специальными вечерами театр отметит еще два балетных юбилея: 1 ноября — 75-летие Михаила Лавровского, действующего педагога-репетитора балета Большого и худрука Московской академии хореографии, а 20 декабря, совместно с Фондом Мариса Лиепы — 80-летие этого великого танцовщика-актера.

Удивительно, что при такой фестивальной нагрузке, при том что часть проектов (в частности, запланированные было постановки Джона Ноймайера и Кристофера Уилдона) перенесена на ближайшее будущее, вторая часть сезона 2016/17 насыщена чрезвычайно интересными событиями. Новый руководитель балета Махар Вазиев решил проверить труппу на прочность «Этюдами» Ландера (в свое время он испытывал ими балет Мариинки) — премьера 9 марта. Этот эффектный театрализованный класс-концерт, основанный на датской и, частично, французской технике, требует адской виртуозности, безукоризненной чистоты и точности исполнения. Он, безусловно, труднее для московских артистов, чем уже имеющийся в репертуаре театра «Класс-концерт» Асафа Мессерера, некогда созданный специально для труппы Большого с учетом фирменных московских умений и удали. К этому одноактному торжеству профессионализма (если оно восторжествует) будут прилагаться еще один или два балета: театр выбирает между «Клеткой» Стравинского в постановке Джерома Роббинса, «Богами и собаками» (Бетховен—Хаубрих) Иржи Килиана и совсем неведомым нам «Voluntaries», сочиненным Гленом Тетли на музыку Пуленка.

Но самое интригующее — очередной эксклюзив Большого: балет «Нуреев», который готовит уже состоявшийся триумвират — композитор Демуцкий, режиссер Серебренников и хореограф Посохов. Эти авторы в прошлом сезоне выстрелили успешным «Героем нашего времени», тоже созданным с нуля. Их «Герой» открыл целую россыпь актерских дарований в Большом, стал кассовым балетом, получил «Золотую маску» как лучший спектакль, а в наступающем сезоне будет транслироваться в прямом эфире в 1 тыс. кинотеатров мира. Окрыленные этим успехом руководители Большого рассчитывают, что соавторы сделают совсем другой балет, но не хуже прежнего (либретто пишут Посохов и Серебренников). Кто и как будет изображать Нуреева, затанцуют ли в спектакле гэбэшники или тогдашний худрук Кировского балета Константин Сергеев, инсценируют ли постановщики знаменитый побег танцовщика в парижском аэропорте Бурже, можно будет узнать 6 июля 2017 года.

Гастрольные планы Большого не обширны, но амбициозны: в Японию балет повезет классику, русскую и советскую. А вот в США — русского американца Баланчина. На баланчинском фестивале в Нью-Йорке труппа исполнит две части балета «Драгоценности» — «Рубины» и «Бриллианты» в творческом соревновании с балетом Парижской оперы и NYCB, труппой самого Баланчина. По просьбе американцев, кроме всемирных «Драгоценностей» москвичи привезут в Нью-Йорк драгоценность собственного репертуара — «Укрощение строптивой» Жан-Кристофа Майо, которая не идет больше ни в одном театре.

Корреспондент “Ъ” не преминул поинтересоваться работой «Мастерской молодых хореографов», руководить которой назначили экс-худрука балета Большого Сергея Филина. Оказывается, она уже началась: молодые авторы отобраны по конкурсу и понемногу репетируют с артистами. Отличие этой «Мастерской» от аналогичных проектов Екатеринбурга, Мариинки и театра Станиславского будет в методическом обосновании: юным хореографам создадут долгоиграющий учебный план, включающий поездки на фестивали, стажировку у хореографов-мэтров, изучение мировой хореографии ХХ века.

Из ближайших планов — сюрприз для широких масс: в июле на фасаде театра вывесят огромный экран, по которому всякий прохожий сможет посмотреть в режиме онлайн оперу «Царская невеста» (1 и 2 июля) и балет «Драгоценности» (8–9 июля).


Последний раз редактировалось: Елена С. (Пн Май 30, 2016 3:00 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17190
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Май 06, 2016 1:07 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2016050603
Тема| Балет, Киргизия, Персоналии, Максат Сыдыков
Автор| корр.
Заголовок| Мы не сможем вывозить всех артистов за рубеж, почему бы не приглашать артистов в Кыргызстан - артист балета М. Садыков
Где опубликовано| © Информационное агентство АКИpress
Дата публикации| 2016-05-06
Ссылка| http://culture.akipress.org/news:12758
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

В Бишкеке 30 апреля и 1 мая прошел вечер современного балета. Информационное агентство АКИpress побеседовало с основателем фонда поддержки театра ProArt и организатором вечера Максатом Сыдыковым.


- Как вы попали в балет? У вас это семейное?

- Для артистов театр — это второй дом. Мой отец народный артист республики, когда он работал, мы с братом в детстве бегали и играли в театре. Я по праву могу назвать театр своим домом, я здесь вырос, знал всех, начиная с уборщиц и заканчивая директором.

Потом я уехал, 14 лет меня не было в Кыргызстане, я работал и учился за границей. Получил опыт и познакомился с людьми. Приехал недавно и сейчас работаю над проектами.

Сейчас мы работаем над социально-образовательными проектом.

Маркет К. Ли и Николь Морель хореографы из Америки и Швейцарии, они сейчас работают с хореографическим училищем и с артистами Театра оперы и балета. Мы не сможем вывозить всех артистов за рубеж, а для повышения квалификации нужно работать с артистами мирового уровня. Я хочу, чтобы они участвовали в международных проектах, но государство не имеет возможности отправлять всех за границу. И я подумал, почему бы не приглашать артистов в Кыргызстан, чтобы они поделились своим опытом с нашими молодыми артистами.

Я до 8 класса учился в БХУ, поехал учиться в Лондон и там остался.

Потом работал в Токио, после работал в Германии, во Франции, и в последнее время я прожил в Барселоне. Мне нужно было там прожить, потому что это открытый город, очень важный для творчества, там ставят много проектов и постановок.
Буквально неделю назад к нам приходил президент А.Атамбаев, обещал улучшить условия театра, надеюсь, он сдержит свое слово. У нас есть один театр на всю республику и мы должны сохранить его.

Наш театр это наше лицо. Он расположен в центре города, здесь рядом есть отели, в которых будут заселяться иностранные гости.

Например, приедет инвестор, остановится в одном из ближайших отелей, как правило, за границей каждый деловой человек на выходных посещает театр. Приходит сюда и видит как все развалено и, конечно, он сделает свои выводы по тому, какие у нас люди. И думает, а что будет с моими деньгами.

Люди, которые хотят вложить деньги в развитие Кыргызстана, они, в первую очередь, будут большое внимание уделять культуре. У нас светское государство и мы должны выходить на мировой уровень. Моя задача — способствовать тому, чтобы наш театр был на мировом уровне. Я один из тех, кто это делает, таких у нас много. У нас много молодых перспективных артистов, которые привозят и устраивают проекты. И меня это очень радует. И поэтому мне очень важно, чтобы нас слышали и поддерживали. Чем больше таких проектов, тем лучше. Государство, наверное, и хочет помочь, но мы также должны помогать сами себе. Не должны сидеть и ждать, когда нам помогут. Это же наша родина, наш театр, мы выросли в этой стране. Грамотно надо постараться. В первую очередь, нужно работать с менталитетом.

Я очень часто говорю про дисциплину, про work ethic. В Америке люди совсем по другому относятся к работе. Они очень серьезно работают, усердно трудятся. Мы тоже говорим, чтобы наши так же работали. Я своим ребятам говорю это, а они потом могут передавать другим. Даже своим отношением к людям, к работе они будут подавать пример другим.

Маркет он большой трудоголик. Он не только хореограф, также он работает с дизайнерами, участвует в fashion-проектах, он актер, снимается в фильмах. Он разносторонне развитый человек. Все мы говорим, чтобы наши люди сами думали, сами принимали решение. После Советского Союза мы привыкли к тому, что нам говорят и мы делаем. Людям нужно самим действовать, решать, фантазировать, быть креативными и индивидуальными, для артистов это очень важно. Без этого он не артист. Артист у нас - это материал, из которого кто-то должен что-то сделать, а нам не нужны такие люди.

21 век — это время людей, которые что-то творят. В Германии бесплатное образование сейчас, любой гражданин мира может там отучиться, потому что они хотят привлечь в свою страну самых перспективных людей. И им влить свой менталитет, свои знания, чтобы потом они работали для их страны, чтобы они там остались.

Таким образом, не давая хорошего образования нашей молодежи, отпуская их за границу, мы теряем очень многих перспективных молодых людей. Это утечка мозгов, в нашем случае - это утечка талантов. Из-за этого мы должны способствовать тому, чтобы наши артисты реализовались в нашей стране.

- Вы танцевали во многих сценах зарубежных театров, к тому же вы выпускник Английской национальной школы балета королевской академии танца. Чем отличается наша школа балета от зарубежных?

- У нас традиционная Вагановская русская школа. Она самая лучшая основа во всем мире. Это академическая школа с очень большими традициями, она есть и она живет и, конечно, будет жить. Я поехал в Лондон, английская школа совсем другая. Она более элегантная, там все более четко и конкретно. В Германии работал в американском стиле. Американский стиль он более динамичен, нацелен на трудоголиков, американцы очень усердно работают. Наша школа дает очень хорошую основу, но у нас не хватает креатива в обучении, чтобы дети сами делали что-то, развивались. Ребенок сам должен фантазировать, «креативить». Если будешь делать то, что говорит преподаватель, ты не станешь лучше, ты не будешь индивидуальным. В 90-е годы мы ушли назад на 30 лет. А сейчас у нас есть уникальная возможность догнать, то что мы пропустили. Для этого нужно работать, чтобы не один человек работал, а целая команда. И только тогда будет прогресс.

- Вы, как хореограф, чего в первую очередь требуете от артистов?

- В первую очередь, я требую внимания. Внимательность — это самое важное качество. Без внимания, открытости и желания невозможно достичь каких-либо успехов. Именно профессионалы, которые хотят добиться чего-то, должны понимать, что нельзя упускать ни одной информации, впитывать в себя все, как губка, анализировать и стараться выяснить для себя что-то. А просто делать то, что тебе сказали это не дело. Нужно творить что-то свое.

- «По рассказам моих друзей, коллег я понял: если в ближайшее время не будет изменений, балет в Кыргызстане исчезнет совсем. Есть такое понятие, как опасная зона, наш театр находится на этой зоне. Если сейчас не предпринять что-то, то его не станет совсем»,- вы говорили в своем раннем интервью, действительно ли сейчас наш театр может исчезнуть на совсем?

- Проблема с кадрами! Например, если училище оканчивают 20 человек, только 2 остаются у нас, а 18 улетают. Балет — это такое искусство, без границ, у нас школа хорошая, выпускники которой востребованы. Они могут уехать, даже не зная языка в любую страну.

- Как можно приостановить утечку?

- В Казахстане например дают квартиры. Но здесь дело даже не в стране. Заработная плата, интересная работа и жилье — это самые главные условия не только для артиста.

- А что-нибудь есть хорошее сейчас в нашем балете?

- Я говорю о реальностях. Это то, что есть. Сейчас поставили свет, застелили новый линолеум, сделали декорации для спектакля «Лебединое озеро». Для меня это работа с артистами. Мы проводим бесплатные семинары и мастер-классы. На мастер-классе был живой разговор между гостями и участниками семинаров, они рассказывали о себе и о жизни. Некоторым людям это интереснее, чем сам театр, изначально мы хотели сделать семинар на тему «Бизнес и творчество», мои друзья меня поддержали. Мы говорили о том, что важно быть творческим в 21 веке, мы не должны быть только потребителями. А сейчас мы полностью страна-потребитель. Мы всегда смотрим на запад, а потом это приходит к нам. Поэтому мы поставили 3 мировые премьеры, они не играли где-то там, они впервые у нас.

- Недавно прошел вечер современного балета, скажите, что отражает собой современный балет?

- Это актуальный балет it is not a fairytale, потому что каждый классический балет - это сказка, одна и та же история. А современный балет - это движение, музыка и актуальная тема. Этот балет, который заставляет людей думать, фантазировать. Современный балет воспитывает общество, потому что этого не хватает у нас. Маркет вдохновился Бишкеком и людьми. Также он посвятил этот балет детям, погибшим во время цунами в 2014 году в Малайзии. У меня будет свой балет и у Николь свой.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Traveller
Новичок
Новичок


Зарегистрирован: 10.05.2012
Сообщения: 39

СообщениеДобавлено: Пт Май 06, 2016 8:43 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2016050604
Тема| Балет, Опера, Музыка, БТ, Планы на сезон 2016/2017
Автор| Анна Гордеева
Заголовок| Будущее ради прошлого.
Большой театр объявляет новый сезон
Где опубликовано| lenta.ru
Дата публикации| 2016-05-05
Ссылка| https://lenta.ru/articles/2016/05/06/bolshoi/
Аннотация|


Большой театр рассказал о планах на следующий сезон: опера покажет четыре премьеры, а балет — полторы.

Булыжник золотого века

В следующем январе и феврале театр собирается отмечать 90-летие Юрия Григоровича — хореографа, что правил в Большом с 1964 по 1995 год, — и этот юбилей упал тяжким камнем на все планы сезона. Полгода труппа не будет репетировать ничего нового; полгода имеющиеся в репертуаре современные постановки будут идти во все ухудшающемся качестве — потому что спектакли-то идут по вечерам, а по утрам труппа будет заниматься исключительно и только силовой хореографией Григоровича, на которой мышцы настраиваются вполне определенным образом. Ко 2 января (когда начнется юбилейный фестиваль) театр намерен почистить и заново предъявить публике 11 сочинений главного советского балетного автора. Десять из них и так присутствуют в репертуаре Большого, появляясь в афише, как и другие спектакли, время от времени; одиннадцатый — «Золотой век» на музыку Шостаковича — будут специально возобновлять.

Это одна из самых неудачных постановок Григоровича (глупее только «Ангара» о перевоспитании человека на советской стройке, но ее не возобновляют) — и вообще последний из сочиненных им балетов. К 1982 году хореограф, в шестидесятых взявший штурмом Большой театр и поставивший там ряд эффектных спектаклей («Легенда о любви», «Щелкунчик», «Спартак»), ставил все меньше, зато все больше воевал с инакомыслящими (среди которых были Владимир Васильев и Майя Плисецкая). «Золотой век» должен был стать ответом на обвинения в том, что худрук и сам уже три года ничего не делает и другим не дает (талантливые постановщики в это время в Большой не допускались). А стал — трогательным опусом на тему разоблачения нэпманского образа жизни, где бандиты боролись с комсомольцами и где хореограф пытался повторить самого себя двадцатилетней давности. Билеты на этот спектакль — как и на оперу «Октябрь» — в театральных кассах всучивали в нагрузку к классике; также очень выручали театр коллективные походы воинских частей. Зачем тогда вот это возобновлять? — спросите вы. Авторское право — страшная вещь, вот в чем дело.

За тридцать лет, что Юрий Григорович правил Большим театром, он заменил все постановки классических балетов («Лебединое озеро», «Спящая красавица», «Раймонда» и т.д.) на собственные редакции. А за те годы, что его не было в театре (он вернулся в 2008 на правах рядового хореографа, но должность тут значения не имеет: можете представить себе воскресшего Иосифа Виссарионовича на каком-нибудь мелком посту в правительстве?), театр не стряхнул это «редакционное» бремя. Ну да, Владимир Васильев попытался, и его «Жизель» присутствует в репертуаре рядом с григоровичской. Но «Лебединое озеро» Васильева было крайне неудачным и пропало. Так что пожелай сейчас грядущий юбиляр забрать права — Большой останется без классических спектаклей в репертуаре. Ну и без «Спартаков», что хорошо продаются на гастролях, само собой. Поэтому Большой и собирается в следующем сезоне полгода гробить свое будущее ради своего прошлого, ну а потом как-то выползать из ситуации.

Когда празднички закончатся и можно будет нормально работать, труппа Большого примется чистить ноги на маленьком и совершенно волшебном балете Харальда Ландера «Этюды». (Премьера обещана 9 марта). Это одноактовка, как бы пол-премьеры, но одноактовка замечательная. В 1948 году в Датском королевском балете Харальд Ландер превратил в танец ежедневный экзерсис артистов у станка — и сделал это на музыку «Этюдов» Черни, что знакомы всем детям, которых родители усаживали у фортепиано. «Этюды» выстроены на совершенствовании — от простейшей строчки нот до более сложных пьес — и так же выстроен балет: от реверанса крохи, что только что надела балетные тапочки, до соревнования в виртуозности двух премьеров. Настроив с помощью этого сорокаминутного спектакля организмы на правильный лад и чистую технику, труппа Большого приступит к репетициям нового балета «Нуреев». Биографию мятежного премьера Мариинки сотворит на сцене Большого та же команда, что год назад сделала «Героя нашего времени»: партитура заказана Илье Демуцкому, за хореографию будет отвечать Юрий Посохов, а за режиссуру — Кирилл Серебренников. (Первый показ — 6 июля 2017 года).

На суше и на море

Опера же в Большом собирается жить весьма интенсивной жизнью. Разговор про прошлое здесь тоже будет, но не в формате воспроизводства нафталина, а в формате переосмысления сюжетов, нового жадного взгляда на знаменитую музыку. Музыкальный руководитель Большого Туган Сохиев раздал прочие премьеры дирижерам-коллегам, себе же взял любимую им «Снегурочку» Римского-Корсакова: музыку богатую и страшноватую. На постановку зван режиссер Александр Титель, а это значит, что сюжет Островского будет отчетливо приближен к нашим дням — даже если все героини окажутся в сарафанах. «Снегурочка» 15 июня 2017 года станет четвертой оперной премьерой Большого в следующем сезоне: вероятно, ее уверенная мощь будет призвана защитить театр, если его вдруг начнут упрекать в интересе к не самым популярным операм.

Таких опер — не рассчитанных на поклонников оперных див — намечается две. («У нас заполняемость зала 97 процентов, — сказал Владимир Урин. — кому, как не нам, экспериментировать и расширять репертуар»). Во-первых, «Билли Бадд» Бенджамина Бриттена — мрачная история злоключений матроса на военном корабле, сотворенная искуснейшим из английских композиторов ХХ века. По чистой логике сюжета, в опере нет ни одной женской партии: в XIX веке трудно представить себе даму на крейсере. Этот спектакль — копродукция Большого с English National Opera: режиссер постановки Дэвид Олден, дирижер Уильям Лейси. (Премьера назначена на 25 ноября). Вторая же премьера, что не даст зрителю расслабиться в кресле под сладкозвучное пение, обещана 12 февраля: в Большом поставят «Идиота» Мечислава Вайнберга (сюжет — из романа Достоевского). Композитор, в 1939 году бежавший в СССР из Польши, в 1953-м арестованный по «делу врачей» и всю жизнь проживший с невидимой желтой звездой на пиджаке (его первой женой была дочь Соломона Михоэлса), много писал «в стол» — и несколько лет назад, уже после его смерти, театры в Европе вдруг стали интересоваться его партитурами. Осенью этого года в Екатеринбургском оперном театре состоится премьера «Пассажирки», большая часть действия которой происходит в Освенциме, — и Большой пригласил уральцев на гастроли с этой постановкой, так что московская публика сможет познакомиться сразу с двумя значительными сочинениями Вайнберга. Ставить «Идиота» в Большом будет Евгений Арье, а за пультом будет уже проявивший себя на постановке «Дона Паскуале» Михал Клауза.

Для тех же меломанов, что уважают лишь оперы, написанные не позже XIX века, Большой театр открывает премьерную серию 16 октября «Манон Леско» Пуччини. В заглавной роли француженки, соблазняющей добропорядочного молодого человека и погибающей в конце концов на каторге, обещана Анна Нетребко. Руководство Большого надеется, что и в дальнейшем отечественные оперные звезды первой величины будут появляться в театре: Дмитрий Хворостовский обещан в «Дон Карлосе» и ведутся переговоры с Ольгой Перетятько об участии в «Травиате».

Тогда мы идем к вам

Происходящее в Большом может быть хорошо или плохо, но не секрет, что не все желающие могут попасть в этот театр: для кого-то слишком дороги билеты, для кого-то непреодолимы расстояния (а Большой редко гастролирует по родной стране). Нынешнее начальство театра думает и об этом — и планирует целый комплекс мероприятий. Прежде всего, продолжается и расширяется программа трансляций балетных спектаклей: в следующем сезоне в российских кинотеатрах можно будет увидеть семь спектаклей — от «Спящей красавицы» до «Героя нашего времени» и вечера голландских хореографов. Кроме того, Большой создает на своем сайте собственный видеоканал. Повезет меломанам в Олимпийской деревне: там в зале Филармонии-2 будет регулярно выступать оркестр Большого. И наконец, уже этим летом спектакли Большого можно будет увидеть и услышать не заходя собственно в театр: в июле на колонны главного театра страны повесят большой экран и на него будут транслироваться те оперы и балеты, что идут в этот момент на сцене. 1 и 2 июля там можно будет бесплатно увидеть оперу «Царская невеста», а 8 и 9 июля балет «Драгоценности».
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17190
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Сб Май 07, 2016 5:21 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2016050701
Тема| Балет, Опера, Музыка, БТ, Планы на сезон 2016/2017
Автор| Екатерина Кретова, Павел Ященков
Заголовок| Дмитрий Хворостовский дебютирует в Большом театре
Главная сцена страны объявила планы на следующий сезон

Где опубликовано| "Московский комсомолец" №27095
Дата публикации| 2016-05-06
Ссылка| http://www.mk.ru/culture/2016/05/05/dmitriy-khvorostovskiy-debyutiruet-v-bolshom-teatre.html
Аннотация|

В этом году Большой театр собрал журналистов для объявления планов на следующий сезон необычно рано. 240-й сезон еще не закончен, еще не прошли две объявленные премьеры, но театр уже сообщил общественности о том, какие события ждут в 241-м сезоне. Против обычая первым слово взял не гендиректор Владимир Урин, а главный дирижер-музрук Туган Сохиев, сообщивший о том, какие события ждут в 241-м сезоне.



Четыре оперные премьеры, и первая из них состоится 16 октября на исторической сцене — «Манон Леско» Джакомо Пуччини. Эта постановка продолжит традицию Большого приглашать для работы режиссеров Драмы: «Манон Леско» ставит Адольф Шапиро, для которого это уже не первое обращение к оперному жанру. Следующая премьера ожидается на Новой сцене, призванная представлять публике новацию и эксперимент. Таковой станет весьма необычная и мрачная опера Бенджамина Бриттона «Билли Бадд». Ее персонажи — одни мужчины, ни одной женской партии. Постановку осуществляет соотечественник композитора режиссер Девид Оулден, между прочим, брат-близнец Кристофера Оулдена, того самого, что несколько лет назад шокировал Москву постановкой оперы того же Бриттона «Сон в летнюю ночь» на сцене «Стасика». «Билли Бадд» — совместный проект Большого и Английской национальной оперы.

Еще один «эксперимент» — постановка на новой сцене «Идиота» Моисея Вайнберга. Советский композитор Вайнберг принадлежит к числу незаслуженно забытых и мало исполняемых авторов. Опера по роману Достоевского — одно из последних произведений композитора, написанная в 1986 году. Это не первая попытка постановки его оперы в России, однако первая в полной авторской версии. Премьера намечена на 12 февраля. И, наконец, на исторической сцене будет поставлена «Снегурочка» Римского-Корсакова, над которой работают режиссер Александр Титель и дирижер Туган Сохиев. Среди множества интересных проектов театра показ оперы «Дон Карлос», в которой дебютируют певцы всемирно известные, но волею судьбы никогда ранее не певшие на сцене Большого — Дмитрий Хворостовский и Хибла Герзмава.

— У нас гораздо все проще, — сказал руководитель балетной труппы Махар Вазиев и перешел к оглашению балетных планов, сразу предупредив, что в связи с его появлением в театре планы сместились по времени.

Главная новость с пометкой «молния» — эксклюзива от живого классика мирового балета Джона Ноймайера «Анна Каренина», официально заявленного еще на прошлогодней аналогичной пресс-конференции, в следующем сезоне ждать не стоит. В кулуарах о нем говорят уже второй год подряд, но гамбургский классик никак с ним не поспевает. Вместо обещанной «Карениной» в планах теперь — «Нуреев», который намечен на 6 июля на Исторической сцене. Над «Нуреевым» работает трио — композитор Демуцкий, режиссер Серебренников и хореограф Посохов. Удастся ли им в «Нурееве» повторить успех предыдущей постановки — «Герой нашего времени»?

Будущий балетный сезон пройдет под знаком Юрия Григоровича, хореографа-творца золотой эпохи Большого Балета. 2 января 2017-го Маэстро отметит 90-летие! Вазиев, назвав хореографа «могиканом», сообщив, что запланирована ретроспектива-фестиваль его балетов — аж 11 названий.

На Новой сцене вновь, после продолжительного отсутствия появится его знаменитый «Золотой век» на музыку Шостаковича. А на Историческую сцену перенесут классическую «Раймонду» в редакции Григоровича, которая из репертуара не выпадала, но до сих пор ютилась на Новой

В планах появились «Этюды» Харальда Ландера. Этот балет слывет не просто шедевром XX века — на нем учатся. Обыкновенный балетный экзерсис, поставленный в Датском королевском балете еще в 1948-м, стал международной классикой и является своеобразной мини-историей классического танца. Парижская опера привозила его в Москву неоднократно, начиная с 1958 года, и с тех пор Москва о нем мечтала. С 2003 года, то есть во времена руководства балетом Мариинского театра Махарбека Вазиева, легендарный балет — в репертуаре этой труппы. А теперь «Этюды» наконец появятся и в Москве. Премьера намечена на 9 марта на Новой сцене.

Планирует Вазиев работать и с бывшими премьерами Большого — Осиповой и Васильевым. «С Осиповой, правда, очень сложно договориться. Она создавала мне проблемы и в Ла Скала, — посетовал новый руководитель. — Но в будущем мы найдем решение. А с Васильевым я только сегодня утром разговаривал — он будет танцевать «Ивана Грозного», например».

Что же касается системы приглашения балетных звезд, то тут Махар Вазиев был категоричен: «Я не против приглашать звезд на какие-то спектакли и фестивали, но против этого как постоянного явления».


Последний раз редактировалось: Елена С. (Пн Май 30, 2016 3:05 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17190
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Сб Май 07, 2016 5:39 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2016050702
Тема| Балет, XXIX Международный фестиваль классического балета имени Рудольфа Нуриева (Казань), Премьера, Персоналии, Андрей Петров
Автор| Айсылу КАДЫРОВА
Заголовок| Хореограф Андрей Петров: «В моем спектакле три смерти»
Где опубликовано| © Газета «Вечерняя Казань»
Дата публикации| 2016-05-06
Ссылка| http://www.evening-kazan.ru/articles/horeograf-andrey-petrov-v-moem-spektakle-tri-smerti.html
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

Премьерой «Эсмеральды» Цезаря Пуни и Риккардо Дриго откроется 11 мая в Казани XXIX Международный фестиваль классического балета имени Рудольфа Нуриева. Спектакль по мотивам романа Виктора Гюго «Собор Парижской Богоматери» с труппой театра имени Джалиля репетирует московский балетмейстер Андрей Петров.



Он впервые переносит свою версию «Эсмеральды», которую создал в 2006 году для московской труппы «Кремлевский балет».

- Андрей Борисович, говорят, этот балет не в последнюю очередь вам ценен потому, что вашу маму звали Эсмеральдой?

- Это не так. Мою маму звали Ольгой. Она родилась в цыганском таборе, стала знаменитой артисткой - работала в театре «Ромэн». Играла Эсмеральду, я очень хорошо помню ее в этой роли... Что касается балета «Эсмеральда», то это один из самых популярных балетов в истории. К сюжету романа Гюго «Собор Парижской Богоматери» обращались хореографы Жюль Перро, Мариус Петипа, Александр Горский, Владимир Бурмейстер... Я хотел поставить «Эсмеральду» в духе старой классики. Современный композитор Владимир Качесов сделал музыкальную редакцию балета Пуни и Дриго. А я, оставив фрагменты из сочинений Петипа (па де сис Эсмеральды, четырех цыганок и Гренгуара) и Вагановой (па де де Дианы и Актеона), все остальное поставил сам в стиле Перро - первого постановщика «Эсмеральды».

- В балете Перро, вопреки роману Гюго, все заканчивалось счастливо: Эсмеральда и Феб играли свадьбу. А в вашем спектакле?

- В моем спектакле три смерти: гибнут цыганка Эсмеральда, священник Клод Фролло и звонарь собора Квазимодо. Это трагический спектакль.

- Кто будет играть козочку Эсмеральды?

- Козочки не будет. Балет - это искусство условное. Зритель должен понимать это.

- У кого из персонажей в вашем балете самый сложный хореографический текст?

- Все партии в этом балете сложны по-разному. Эсмеральда «говорит» на языке классического танца. Как и Гренгуар. Квазимодо - типично гротесковая, деми-классическая роль с большими прыжками. На деми-классике с элементами экспрессивной хореографии основана роль Клода Фролло.

- В прошлом вы - солист Большого театра СССР. Танцевали когда-нибудь в «Эсмеральде»? Или фрагменты из этого балета на концертах?

- «Эсмеральды» в моей биографии танцовщика не было. И Актеона в знаменитом па де де Дианы и Актеона я никогда в концертах не танцевал.

- Актеона в концертах блестяще танцевал молодой Рудольф Нуриев. Совершенно случайно вам не удалось быть этому свидетелем?

- Нуриева-Актеона я не видел. Я видел Нуриева в вариации раба Али из «Корсара», это было в 1958 году: я тогда учился в четвертом классе Московского хореографического училища, а Нуриев выпускался из Ленинградского. Мы оба участвовал в смотре хореографических училищ страны, танцевали в одном концерте... Впечатления от танца Нуриева у меня были очень сильные. Трудно забыть эти его стремительные прыжки по кругу...

- Лично были с ним знакомы?

- Не удалось. Помню, в конце 1992 года мы гастролировали в Париже с Владимиром Васильевым, который был хорошо знаком с Рудольфом. Они постоянно созванивались. Как-то Володя мне сказал, что Рудольф желает повидаться с нами обоими, что будет рад, если мы заглянем к нему, но только когда ему станет чуть-чуть лучше (он уже очень плохо себя чувствовал). Лучше ему не стало. Буквально через неделю, как мы вернулись в Москву, пришло извести о смерти Нуриева...

- Последним российским городом, где за полгода до смерти работал Рудольф Нуриев, была Казань. Его тогда очень тепло приняла балетная труппа театра имени Джалиля. А как вас приняли наши артисты?

- Мне очень нравится казанская балетная труппа, я получаю удовольствие от работы с вашими танцовщиками. Просто великолепный танцовщик - Олег Ивенко. Первоклассный - Михаил Тимаев. Мужской состав труппы просто отличный! Среди танцовщиц выделяется балерина Кристина Андреева. Знаете, я помню ее еще по Красноярску: в 2008 году я возглавлял жюри проходящего там Всероссийского конкурса артистов балета имени Галины Улановой, Кристина тогда выиграла «золото». Она, конечно, чрезвычайно талантлива. Я очень надеюсь, что роль Эсмеральды в моем балете будет очень полезной для нее как для актрисы. Как танцовщица она не знает никаких проблем.

- Что для вас сейчас самое важное в работе над «Эсмеральдой»?

- Мне важно, чтобы ваши артисты раскрылись по-новому в этом спектакле. Чтобы они не повторяли артистов «Кремлевского балета», видеозапись «Эсмеральды» в исполнении которых смотрят каждый день...

Фото Александра ГЕРАСИМОВА
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17190
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вс Май 08, 2016 5:55 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2016050801
Тема| Балет, МТ, Персоналии, Эрнест Латыпов
Автор| Корреспондент Sputnik Кыргызстан
Заголовок| Танцор Мариинского театра из КР: кто сказал, что балет — это не по-мужски?
Где опубликовано| © Sputnik Кыргызстан
Дата публикации| 2016-05-08
Ссылка| http://ru.sputnik.kg/society/20160508/1025057909.html
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ


© Наташа Разина
Эрнест Латыпов — танцовщик из Кыргызстана, покоривший лучшие театральные сцены


Корреспондент Sputnik Кыргызстан избавила артиста Мариинского театра Эрнеста Латыпова от вопросов об ориентации артистов балета и о некоторых неловкостях на сцене. Сравнение героем интервью балета с боксом подтверждает серьезность беседы.

Вам приходилось беседовать с людьми, которые добились ошеломительного успеха, а затем словили звездочку? Так вот, это не про Эрнеста Латыпова — танцовщика из Кыргызстана, покорившего лучшие театральные сцены. Он скромен, серьезно относится к делу и пока не решается назвать себя "событием" в мировом балете.

— О чем вы мечтали, когда шли в профессию танцора?

— О том, что мне предстоит в будущем, я узнал намного раньше, чем обычные дети, так как в 10 лет поступил в Академию русского балета имени А. Вагановой в Санкт-Петербурге. И, конечно, все, о чем я мог тогда мечтать, — это стать достойным танцовщиком, гордо нести свою фамилию и выступать так, чтобы после спектакля не было стыдно.

— А если бы случилось так, что вы не выступали бы солистом балета на одной из лучших мировых сцен, а затерялись в массовке?

— Это было бы личной катастрофой и позором перед родителями. Чего скрывать, хуже этого ничего быть не может в карьере артиста балета.

— Ну а что делать, если ноги гнутся не так и очередной элемент никак не удается блестяще исполнить? Стоит ли тогда ставить на себе крест и уходить со сцены, признав свою бесталанность?

— В нашей профессии, как в боксе: если нет характера и напористости, то ничего не получится. Вы видели боксеров, которые после первой осечки и проигрыша ставили крест на спортивной карьере?

Балетный танец — это 2-3 акта, время, когда ты не просто исполняешь элемент, но и просчитываешь каждый шаг, жест, при этом не забывая об актерской игре и о блеске в глазах. Когда что-то идет не так, главное — не отчаиваться и идти дальше. Но не стоит слишком расслабляться, потому что жизнь в балете ограничивается от силы двадцатью годами.

— Недавно я брала интервью у воздушной гимнастки. Она утверждала, что ее карьера закончится, как только прибавит пару килограммов. А вы что скажете насчет баек, что балерины питаются водой и воздухом?

— Это неправда. Я вешу 70 килограммов при росте 185 сантиметров. Могу проснуться в два часа ночи и съесть стейк или кусок торта. И это мне никак не навредит, потому что я не склонен к полноте. Но есть непреклонное правило полезного завтрака: с утра я обязательно должен выпить стакан свежевыжатого апельсинового сока и съесть тарелку каши.

Жаль, что в балете не так развита медицина, как, например, в художественной или спортивной гимнастике. Людям искусства приходится составлять рацион, как у спортсменов.

— Мы говорили с вами о важности характера в балете и должной "боевой" закалке. Но мне всегда казалось, что танцор — это вот, что называется, с рождения, а не многочасовые тренировки, которые когда-нибудь раскроют талант…

— На одном таланте далеко не уедешь. Какой-нибудь ленивый Сидоров, обладая всеми данными с рождения: растяжкой, прыжком, великолепной координацией, никогда не добьется успеха. А вот Петров, не имеющий таких данных, но, будучи старательным и целеустремленным, непременно станет знаменитым. Я знаю ребят, которые имели большие способности, а сейчас вовсе не связаны с танцем.

— А как было в вашем случае?

— Мне пришлось стараться. Я все-таки родился в Бишкеке, и, уехав в такую даль, понимал, что не стараться — глупо. Если хочешь быть лучшим в этой профессии, то должен оставаться после репетиций и работать над собой дополнительно, что я и делал. Не люблю слово "конкуренция", но в нашей профессии, к сожалению, ее не избежать.

Но если бы я ушел в другую профессию, родители не стали бы меня корить. Хотя сейчас я не представляю, кем еще мог бы стать. Может, футболистом… Не знаю, это очень сложно.

— Для меня балет всегда был чем-то высоким и тонким. Искусством, которое вдохновляет и одухотворяет, чем-то, что несовместимо с жестокостью и соперничеством…

— Высокое — это для зрителя. Если он заплатил за билеты в Большой или Мариинский, которые не каждый сейчас может себе позволить, то не должен видеть, как я сдыхаю на сцене от недостатка сил. Для него балет должен быть высоким и качественно исполненным.

— Если для зрителя балет — искусство, то для вас это прикусить язык и терпеть?

— Нет-нет, ни в коем случае! Я люблю свою работу, понимаете? Не могу без нее! Это мое предназначение. Я буду умирать на спектакле, но перед собой буду чист за то, что всего себя отдал зрителю.

— Сейчас в театры идут, чтобы показать новое платье, а не стать частью прекрасного. Что вы думаете о современном зрителе?

— Он везде разный. Например, бишкекский зритель не совсем разбирается в искусстве. Он не заметит тонкостей в спектакле, его способны впечатлить только необычайные трюки, которыми заполнен YouТube. Поэтому сюда нужно приезжать только с такими "бомбовыми" постановками, как "Дон Кихот", "Корсар" или "Пламя Парижа". Кыргызский зритель еще не научился понимать язык жестов и эмоций, поэтому ему нужно показывать то, что сразу бросается в глаза и удивляет.

А в Санкт-Петербурге и Москве уровень понимания другой. Тот зритель грамотнее, но при этом избалованнее. Всем давно надоели артисты-трюкачи, аудитория требует эмоций.

— Сколько ролей вы уже примерили?

— Я танцевал более чем в 30 постановках. Сейчас все и не вспомню…

— А сценические образы оставляют отпечаток на вашей личности?

— Конечно. Я всегда готовлюсь к роли, продумываю походку, жесты и даже на время меняю характер. Поэтому после спектакля совершенно не остается сил — ни физических, ни моральных. В такие моменты хорошо выехать за город, но с нашим графиком это не всегда удается.

— Как думаете, вы стали событием в мировом балете?

— Меня приглашают на гала-концерты и в другие театры. Это, безусловно, приятно, но о каком-то ошеломительном успехе пока рано говорить.

— В прошлом году вы приезжали в Бишкек с балетом "Дон Кихот". Какие были ощущения от выступления на родной сцене?

— Я всегда с удовольствием приезжаю в Кыргызстан, потому что на родной сцене всегда приятно выступать. Кстати, это единственная страна, где я готов танцевать бесплатно, за исключением благотворительных концертов. Очень жаль, что многие талантливые люди уезжают из Кыргызстана по всем известной причине.

— Давайте отвлечемся. Как вы относитесь к критике и есть ли человек, советы которого особо ценны для вас?

— Меня всегда поддерживают родители и мой творческий отец Геннадий Наумович Селюцкий. Это замечательный человек, я у него учился, чему безумно рад. Он выпустил многих звезд мирового балета и сам выдающийся танцовщик.

Но каждый раз, когда становится тяжело, возвращаюсь к разговору с отцом. Когда я поступил в академию балета, он спросил: "Не жалеешь о выборе профессии?" — "Нет, не жалею. Раз начал, нужно продолжать".

— Совсем недавно видела ваше выступление по телевизору в шоу "Большой балет". Как вы попали на большой экран?

— Из каждого театра отбирали молодых ребят. Администрация Мариинки выдвинула мою кандидатуру, и я не стал отказываться. Мне очень понравилось, это был отличный опыт.

Когда танцуешь на камеру, все смотрится по-другому, потому и сил вкладываешь больше. Риск упасть или что-то сделать неправильно был высок. Но все получалось с первого дубля. Однако была пара, которую переснимали, это нечестно. Но "несправедливость" — синоним слова "шоу".

— А чем еще, кроме несправедливости, вам запомнился этот проект?

— Буду долго помнить, как сломал палец во время съемок, но продолжал танцевать. Самое ужасное то, что это выступление увидела вся страна. Это было больше смешно, чем больно. После, наверное, не один я много раз пересматривал это "фееричное" выступление.

— К слову о травмах. Мне вспомнилась мотивирующая картинка, которая долго гуляла по Интернету. На ней изображены ноги балерины. С одной стороны они были безупречными, в атласных пуантах, а с другой — израненные, в кровоподтеках и синяках. И было написано что-то вроде "Каждый хочет быть успешным, но не каждый понимает, как успех достается". Какова все-таки реальность?

— Доля истины в этом есть. Но я знаю балерин, у которых на ногах нет ни единой царапины. Надо сказать, что травмы, ссадины, синяки — это лишь малая часть того, что нужно преодолеть на пути к успеху в балетной карьере.

— В этом году мы празднуем юбилей первой кыргызской балерины Бюбюсары Бейшеналиевой. Является ли она для вас примером для подражания?

— Это действительно великий человек не только в Кыргызстане, но и в странах Содружества. Балетмейстер Уразгильдеев Роберт Хасанович много рассказывал мне о Бейшеналиевой, показывал фотографии и дарил книги о ней. Я очень горжусь этими знаниями. В мае планирую приехать в Бишкек на юбилейный фестиваль в честь первой кыргызской балерины и выступить в спектакле "Лебединое озеро".
--------------------------------------------------------
Другие фото - по ссылке
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17190
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вт Май 10, 2016 8:30 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2016051001
Тема| Балет, Cовременный танец, Opera de Paris, Премьера, Персоналии, Маги Марен
Автор| МАРИЯ СИДЕЛЬНИКОВА
Заголовок| Честное отторжение действительности
Маги Марен в Парижской опере

Где опубликовано| © Газета "Коммерсантъ" №79, стр. 11
Дата публикации| 2016-05-10
Ссылка| http://www.kommersant.ru/doc/2982444
Аннотация|


Фото: Laurent Philippe / Opera national de Paris

После почти 30-летнего отсутствия Маги Марен вернулась в Opera de Paris. Гранд-дама французского danse contemporaine перенесла на парижскую сцену "Les applaudissements ne se mangent pas" — спектакль 2002 года, поставленный для Лионской биеннале танца. Из Парижа — МАРИЯ СИДЕЛЬНИКОВА.


Для современного танца Маги Марен — monstre sacre, одна из прародительниц французской новой волны, которая ко второй половине 1970-х докатилась и до хореографического искусства. Это было время радикальных экспериментов с театральными формами, поисков нового, нетанцевального языка, который был бы умнее, ярче и глубже тех, что были, и особенно американского модерна. Получив классическое балетное образование в Консерватории родной Тулузы, Марен поступила в труппу Ballet du Rhin, но протанцевала там недолго — рвалась ставить. И тут как раз Морис Бежар открыл в Брюсселе свою школу Mudra. Карьера выпускницы складывалась очень удачно: один из первых спектаклей — "May B" (1981) — получился шедевром, грустным, страшным и смешным слепком общества без национальности, где все люди на одно выбеленное лицо. Потом прогремела "Золушка" (1985): по заказу Лионской оперы Маги Марен поставила свою сатирическую сказку — отвратительную и восхитительную одновременно. На волне этого успеха француженку подхватил Рудольф Нуреев, заказав ей в 1987 году балет на музыку Франсуа Куперена "Уроки тьмы". Это была мировая премьера, сочиненная специально для Парижской оперы. Так авангардистка взошла на академические подмостки.

"Les applaudissement qui ne se mangent pas" — можно перевести как "Аплодисментами сыт не будешь" — не эксклюзив Парижской оперы. Готовый балет артисты труппы разучивали под руководством самой Маги Марен, поставившей его в 2002 году для Лионской биеннале. Марен, дочь испанского республиканца, бежавшего с женой во Францию во время войны в Испании, не упускала возможности подчеркнуть в спектаклях свою гражданскую позицию. С начала 2000-х она ринулась на поиски социальной справедливости, работала в неблагополучных пригородах Лиона и Парижа, еще яростнее кляла мейнстрим, а вместе с ним и политиков любого толка. И как-то так получилось, что она, умный, тонко провоцирующий хореограф, постепенно превращалась в брюзжащую гражданку, образцового лидера-левака какого-нибудь французского профсоюза, которому дай только повод и трибуну.

Сцена представляет собой коробку с разноцветными полосатыми стенами. Выглядят они монолитными, на деле — это подвижные шнуры, сквозь которые артисты легко проникают туда-сюда. В ярких декорациях зритель должен узнать Латинскую Америку. Впрочем, эта веселость обманчива. С первых секунд спектакля в беззаботную картинку с противнейшим скрежетом и грохотом врезается громкая музыка, написанная Дени Мариоттом, многолетним партнером хореографа. Этот контраст призван отразить устройство латиноамериканской реальности, где за богатой культурой и душевностью людей скрываются нищета и эксплуатация.

В спектакле занято восемь танцовщиков (все — из низов иерархии, этуали от постановки, видимо, уклонились). Тут нет индивидуальностей, не берется во внимание пол (женщинам, кажется, даже тяжелее, чем мужчинам), друг на друга всем наплевать: танцевальные связки (дуэты, трио, никаких соло) строятся на силе — без эмоций, равнодушно люди отталкивают друг друга, швыряют на пол, перешагивают и идут дальше. Пара попыток обняться с треском проваливаются. Все движение направлено за кулисы — на сцене артисты долго не задерживаются и выходят на нее только для того, чтобы поменять направление и снова скрыться за цветными стенами. Первая большая музыкальная фраза обрывается ровно в тот момент, когда терпение вот-вот кончится: Маги Марен как никто умеет разозлить зрителя — и это здорово. Беда в том, что новой эмоции хореограф не предлагает, наступая на те же грабли: все та же разрушающая музыка, все те же однообразные танцевальные связки, входы и выходы, насилие, безысходность. "Я не нахожу себе места в этом мире — с его властью рыночной экономики, СМИ, массовым потреблением и разнообразными формами порабощения, которые становятся все более изощренными и одна из них — это война. Я не фанатик, но я не принимаю этот мир таким, какой он есть",— объясняет Маги Марен. Да уж, после ее спектаклей всегда возникало ощущение, что мир катится к чертям — разве что скорости менялись.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска Часовой пояс: GMT + 3
На страницу 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8  След.
Страница 1 из 8

 
Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах


Яндекс.Метрика