Список форумов Балет и Опера Балет и Опера
Форум для обсуждения тем, связанных с балетом и оперой
 
 FAQFAQ   ПоискПоиск   ПользователиПользователи   ГруппыГруппы   РегистрацияРегистрация 
 ПрофильПрофиль   Войти и проверить личные сообщенияВойти и проверить личные сообщения   ВходВход 

Общество Друзья Большого балета
2016-02
На страницу Пред.  1, 2, 3, 4, 5, 6
 
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска
Предыдущая тема :: Следующая тема  
Автор Сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 16931
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Июл 11, 2016 10:40 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2016023011
Тема| Балет, Челябинский оперный театр, Персоналии, Татьяна Предеина
Автор| Элеонора Шагиева
Заголовок| Татьяна Предеина о жизни, сцене и профессии
Где опубликовано| © Школа журналистики REPORTEENS
Дата публикации| 2016-02-29
Ссылка| http://www.reporteens.ru/tatiana-predeina/
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

Интервью народной артистки России, прима-балерины Челябинского оперного театра Татьяны Предеиной.



Зрители с восхищением смотрят на танцующих артистов балета. И в этот момент никто не задумывается, что стоит за этой кажущейся легкостью движений. Бесконечные репетиции, преодоление, ограничения и боль.

Народная артистка России Татьяна Предеина о своей профессии говорит честно и откровенно. Она имеет на это право. Татьяна Предеина станцевала практически весь классический репертуар, и, не смотря на высокие достижения, она продолжает работать над собой. В сотый раз повторяя на репетициях знакомые элементы и совершенствуя детали, заметные лишь истинным ценителям балета. За этой воздушностью и хрупкостью балерины, стоит сильная и трудолюбивая женщина.

В детстве вы занимались фигурным катанием, что же привело вас в балет?

Кроме фигурного катания, у нас был ещё ряд дисциплин, которыми мы занимались, в частности была хореография. И вот педагог, который занимался с нами, сказала родителям, что нужно меня отдать в балет. «Обязательно нужно в балет, ваша дочь не спортсменка, она балерина», - говорила она. Её слова сыграли свою роль, и меня отдали в балет. В первый класс я пошла в 10 школу (тогда она называлась школа Искусств) в Челябинске, там педагоги сказали, что нужно развиваться дальше, ехать в профессиональное училище и учиться уже там.

Это был трудный период?

Это был интернат, мы находились вдали от родителей. В 10 лет нам пришлось стать самостоятельными. Сами стирали, стиральных машинок не было, поэтому всё на руках, сами мыли полы, каждую субботу была генеральная уборка. Сами уроки учили. Никто нам не помогал. Конечно, было тяжело, но человек же ко всему привыкает. Безусловно, был просто праздник, когда родители приезжали, когда посылки присылали. Я помню, всем классом ходили получать посылки, испытывали такую радость, так торжественно несли эти коробки и ящики. Бывало, пришлют тебе к какому-нибудь празднику коробку конфет, например, и ты хранишь, хранишь её, а когда пришёл момент, открываешь, а она пустая, кто-то съел. Сейчас смешно вспоминать, а тогда очень обидно было.

Приходилось ли соблюдать какую-нибудь диету?

В интернате что дают, то и ешь, выбор не богатый. Была у нас «тропа жизни» - дорога до соседнего гастронома. Там мы покупали восточные сладости, шекер чурек, такое название. Мы точно, знали, что сто грамм, это полтора чурека. И нас уже все знали и сразу же раскладывали эти 100 грамм по пакетикам. И яичницу бывало на утюге жарили, и хлеб. Очень вкусно, кстати. Но всегда была большая любовь к балету, поэтому мы преодолевали все эти трудности.

Танцевать в пуантах не только очень сложно, но еще и больно. Можно ли к этому привыкнуть?

Ноги привыкают только когда, постоянно работаешь, а когда возвращаешься после отдыха, очень сильно болят. Потом со временем всё снова приходит в форму. Профессия балерины очень травмоопасна, чуть потянул, переработал, и уже всё. Поэтому нужно быть профессионалом: выстраивать свой график и все делать по плану. Вообще, вся наша жизнь посвящена профессии, выходу на сцену.

Помните свои чувства во время дебютного выступления?

Это был страх, смешанный с восторгом. Очень много эмоций. Самое главное, что же скажет педагог? В те времена меньше всего думали о публике, больше переживали за оценку педагога. Ведь если в школе тебя перестали ругать, всё, можешь собирать рюкзак и уезжать. Значит на тебя не обращают внимания и не верят. Если ругают, всё хорошо.

Какая роль вам ближе всего по характеру?

Трудно сказать. На протяжении всей творческой жизни постоянно меняешься, пересматриваешь многие вещи. Есть знаменитая миниатюра «Умирающий лебедь», которую танцевала еще легендарная Анна Павлова. Мне сначала было не понятно, как исполнить эту роль. Как это - умирать? Я долго искала… Был такой случай, мы ездили с шефским концертом на границу. Сцены никакой не было, пришлось танцевать на асфальте прямо на улице. В этой миниатюре много движений, когда нужно тянуться вверх, к небу. И вот именно тогда я почувствовала эту птицу: как в последний раз бьётся ее сердце, как она в последний раз видит это небо. На меня такое впечатление это произвело… У меня даже сейчас слезы! Тогда я поняла, как это, умирать. И теперь я совсем по-другому танцую, с другими чувствами, другими ощущениями.

Вы много гастролируете. Где вас лучше всего встречали, где более благодарная публика?

У всех разная культура поведения. В восточных странах сидят молча весь спектакль. Аплодисментов во время выступления очень мало. Думаешь, неужели им совсем не нравится?! Но зато в конце – такие овации! А в каких-то странах не только хлопают, еще и топают… Но больше всего я люблю нашу челябинскую публику, ответную любовь которой я чувствую каждый раз. Театр и публика существует неразрывно. Забавно будет, если артисты сами для себя будут танцевать или петь. Без публики наша профессия теряет смысл. А чтобы привлекать зрителя, нужно трудиться, работать до седьмого пота, чтобы все движения казались лёгким и естественным.

Сейчас вы - ведущий педагог-репетитор в челябинском оперном театре. Какой вы учитель?

Я стараюсь создать творческую атмосферу в коллективе, никого не грызть. Я стараюсь не повторять того, что мне самой не нравилось. В зависимости от ситуации: где-то нужно быть жёсткой, а где с юмором подойди. Ученики все разные, кому-то нужен кнут, кому-то пряник.

Чем вам приходилось жертвовать ради своей профессии?

Я бы не назвала это жертвами. Я бы назвала это преодолением. В первую очередь это преодоление своей лени. И нужно это как-то побороть, зато, когда ты справился, такая радость, ощущение своей силы!

Были ли моменты в вашей жизни, когда вы сомневались в том, что вам стоит быть балериной?

Вообще, я каждый минуту, каждый день сомневаюсь, кроме моментов, когда я нахожусь на сцене. На сцене нельзя сомневаться. А вне выступлений всегда сомневаюсь, так это или не так. Совершенства ведь нельзя достичь, но путь к нему прекрасен.

Фото из личного архива Татьяны Предеиной.
---------------------------------------------------------------
Другие фото - по ссылке
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 16931
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Сен 07, 2016 4:17 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2016023012
Тема| Балет, "Астана Опера", Персоналии, Досжан Табылды
Автор| Локация: Eldivino TERRACE Фото: Руслан Десакулов
Заголовок| Балет ИСКУССТВО НЕ ДЛЯ СЛАБЫХ
Где опубликовано| © журнал "FRESH CITY" (Казахстан), с. 48-51
Дата публикации| 2016 ФЕВРАЛЬ
Ссылка| https://issuu.com/fresh-city/docs/fresh_city_27012016/26
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ



При слове «балет» почти каждый из нас представляет атласные пуанты и изящную балерину в нарядной пачке. Но ведь балет не только для женщин, но и для мужчин. У артиста балета очень сложная и трудная, но в то же время увлекательная профессия. Никакой другой артист не затрачивает столько физических сил на подготовку к своему выступлению, а само выступление никакому другому артисту не стоит такого огромного физического напряжения. О тонкостях своей профессии нам рассказал самый молодой исполнитель роли Спартака в казахстанском балете, лауреат многих конкурсов и премий, молодой и талантливый Досжан Табылды.

— Что для вас значит балет?

Д.Т.:
Я являюсь артистом балета. И это такая профессия, которая выбирает тебя сама. Сейчас я могу сказать, что балет для меня – это моя жизнь, моя сущность и инструмент проявления своей души.

— Что вас привело в балет?

Д.Т.:
Анализируя все, я понимаю, что попал в балет по велению судьбы. Я учился в простой общеобразовательной школе, к нам пришла комиссия с хореографического училища и стала отбирать ребят. Оценивали они по многим показателям: успеваемость по предметам, умение садиться на шпагат, прыжки в высоту и т.д. И по всем параметрам я им подходил. Кроме этого я был очень энергичным ребенком, что тоже сыграло большую роль. Но приняли меня в школу балета условно и это меня задело. Но благодаря моим педагогам, которые проявили во мне интерес к данной профессии, говоря, что балет не терпит частичности, ему нужно отдаваться полностью и тогда ты почувствуешь отдачу, я сумел проявить себя.

— Есть ли сходства у спорта и балета?

Д.Т.:
Сходство есть. Оно заключается в характере, потому что в балете без упорства, характера и трудолюбия ничего не добьешься, как и в спорте. Также схожи ежедневными тренировками, на которых ты оттачиваешь свое мастерство. Не бывает такого, что ты занимаешься балетом всего год и у тебя все получилось или ты занимаешься 10 лет, потом пропускаешь полгода и сможешь все показать. Нет, это невозможно. Нужно трудиться каждый день, поскольку умение переходить от одного спектакля к другому требует быстрого перестроения не только в актерском, но и в эмоциональном, физическом плане. Исполняя ту или иную партию, например, того же самого «Спартака» и у тебя там 20 спектаклей, ты не можешь себе позволить сделать все спектакли одинаковыми.

— Как вы считаете, может ли балет приносить прибыль? Нужно ли его популяризовать или он должен оставаться элитарным искусством?

Д.Т.:
Все должно быть гармонично и, естественно, все немного относительно. Работа артиста должна оплачиваться по достоинству, учитывая всю проделанную работу. А насчет элитарности могу сказать, что балет развивает в человеке чувства вкуса, раскрывает историю музыки, непременно развивает эстетическую сторону человека. Как говорили мои педагоги: «Нет ничего хуже плохого балета. Нет ничего лучше хорошего балета».

— Насколько коммерчески выгодно балету ездить на гастроли, и как часто вы бываете за границей?

Д.Т.:
На сегодняшний день мой график очень плотный. Да, я гастролирую и неделю назад только приехал с гала-концерта звездного мирового балета, который проходил в России. И вот недавно мы всей командой были в Италии. А что касаемо финансовой стороны, могу отметить, что все билеты на спектакли, гала-концерты раскупаются, как минимум, за месяц.

— А дорого ли приглашать к нам звезд мирового балета? Может ли опера себе такое позволить?

Д.Т.:
На самом деле мы это уже практикуем, и я сам выступал организатором. Мы проводили это в Алмате. Хотелось бы отметить, что зритель наш с удовольствием посещает такие мероприятия. Моя компания «Арт-классик» приглашала звезд мирового балета, и выступление прошло довольно успешно. Билеты на такие мероприятия раскупаются в течение 10 дней. На сегодня могу отметить, что 25-26 декабря будет балет «Баядерка». Это работа Алтынай Асылмуратовой, народной артистки России.

— Каковы сейчас тенденции в мировом балете?

Д.Т.:
Этот момент довольно обширный. Я считаю, что каждый стиль хореографии имеет возможность на существование, на жизнь, но главное, чтобы это выходило на хорошем уровне. Говоря о тенденции, можно сказать, что классика непременно остается, но сейчас идет и мощное развитие модерна, современного стиля.

— На европейских сценах очень популярна современная хореография. А как у нас обстоят с ней дела?

Д.Т.:
На сегодняшний день мы активно это практикуем. Я три недели назад вывел свою хореографическую постановку, от своего имени. Это номер «Шаман дождя — Баксы» на музыку прекрасного композитора Руслана Кара. Радует, что постановку зрители приняли успешно. Еще мне очень нравится, когда на мелодию наших национальных композиторов ставится хореографическая постановка в стиле модерн. Это дает глубокое раскрытие сути, заложенной в номере.

— Что планируете в этом сезоне?

Д.Т.:
Мы всегда в активной работе. Я уже отмечал, что график наш очень насыщен. А о планах моих вы узнаете благодаря социальным сетям и новостным лентам. Просто я не люблю забегать вперед, так что вскоре все сами узнаете.

— Есть ли у вас собственная стратегия развития балета?

Д.Т.:
Самая главная цель балетного и театрального искусства – проявление своей души, своего творчества и личностное развитие артиста. Это и можно назвать стратегией успеха.

— Вы прослыли хулиганом в мире балета. Вы согласны с этим?

Д.Т.:
Да, я согласен, потому что я настоящий, такой, какой я есть. Отмечу такой момент, что каждый человек проходит какие-то свои этапы. И то, что назвали меня хулиганом, видимо, был у меня такой период больших первых наград, которые я завоевывал и привозил в свою республику или получал их от имени нашей республики. Это меня радует. И тогда критики в один голос сказали, что это впервые в нашей истории, таких наград еще не было. Получается, что мои рекорды еще не побиты. И этому, видимо, способствовала черта хулигана, когда ты смело идешь вперед и получаешь переломные уроки судьбы, не зная, что тебя ждет дальше: инвалидная коляска или продолжение карьеры? Именно в такие моменты я твердил себе, что сделаю все, чтобы вернуться! Поскольку переломные моменты являются проверкой закалки характера, что и говорит о характере, возможно, хулигана. (Смеется).

— Чем вы руководствуетесь в процессе рождения спектакля? Музыкой? Сюжетом? Артистами?

Д.Т.:
Во-первых, музыкой. Далее самим сюжетом и непосредственно партией, то есть насколько она технически оснащена, на какие музыкальные акценты она поставлена. Важную роль здесь играет проработка образа своего героя. Например, если ты выходишь в образе Тибальдо («Ромео и Джульетта»), а на следующий день выходишь в партии Альберта («Жизель»), то ты уже не можешь в «Жизели» показывать Тибальдо и, соответственно, наоборот. Следовательно, обязательно нужна внутренняя подготовка и умение быстро переродиться из одного героя в другого.

— Расскажите, как меняется ваша жизнь за кулисами?

Д.Т.:
Часто бывает, что жизнь на сцене переходит в твою повседневную жизнь. Бывает такая партия, когда войти в образ очень тяжело, но далее ты осознаешь, что выйти из него гораздо сложнее. Лишь благодаря своему опыту ты с этим справляешься. И здесь происходит трансформация. Когда ты готовишься к спектаклю и выходишь из дома, то Досжан остается дома, а из дома выходит Спартак. А когда Спартак возвращается домой, он снова превращается в Досжана.

— Вас часто узнают на улице?

Д.Т.:
Если честно, уверен, что Мадонну или Бреда Питта чаще узнают на улице (смеется). Но у меня своеобразная прическа, запоминающаяся, по которой меня узнают. Да, люди узнают, подходят, фотографируются, берут автографы.

— А как реагирует молодежь, когда узнает, что вы артист балета?

Д.Т.:
Ну обычно, знакомясь со мной уже знают, что я артист балета. Мое окружение составляют люди из разных профессий. У кого-то более творческая деятельность, у кого-то же наоборот, но несмотря на это, каждый проявляет должное уважение к моей профессии.

— У вас есть кумиры в области танца?

Д.Т.:
Я могу радоваться или восхищаться хорошим выступлением. Либо смотреть на определенные моменты и задаваться вопросом: «Как он это сделал?»
Смело скажу, что все ребята, которые есть во всех театрах мира, знакомы мне. Мы все вместе ездили на конкурсы и где-то делили награды, где-то я побеждал. На этом фоне мы все друг друга хорошо знаем. И, несмотря на дух соперничества, мы всегда остаемся друзьями и понимаем, что вся наша деятельность идет для роста искусства. Моими кумирами являются легендарный Михаил Барышников, Рудольф Нуриев и Бапов Рамазан Саликович — первый и единственный в истории казахстанского балета артист, получивший звание «Народный артист СССР».

— Чего в вас больше: творческого начала или административной жилки?

Д.Т.:
Я являюсь больше творческим человеком, мне достаточно услышать музыку и я вхожу в транс. Моё тело и душа начинают петь через мои движения.

— Кем мечтали стать в детстве?

Д.Т.:
Трудно вспомнить себя маленьким. Но я всегда хотел связать свою жизнь с творчеством. Обучаясь в училище, я знал, что хочу быть на сцене. Но в возрасте 10 лет, когда все это казалось недостижимым, я еще хотел стать космонавтом (смеется).

— Хотели бы вы что-нибудь изменить в своей жизни?

Д.Т.:
На сегодняшний день я ни о чем не сожалею. И все, что было в моей жизни – не просто так, это приводило к каким-то результатам. Я абсолютно ни о чем не сожалею и благодарю Всевышнего за все моменты, которые встречались на моем пути. Также благодарен своим родителям, близким, друзьям, коллегам за поддержку и понимание. Мне очень нравится то, что я делаю, когда ты видишь, что зрители выходят после спектакля одухотворенные – высшая награда для меня.

— Что вас мотивирует на новые достижения?

Д.Т.:
Благодарность зрителей, когда ты чувствуешь, что тебе удалось покорить и восхитить зрителя.

— Когда-нибудь вы бы хотели сменить сферу деятельности?

Д.Т.:
Нет. Но все зависит от ситуации, и я не хочу забегать вперед. Так как я не знаю, что со мной будет завтра, жизнь непредсказуема. Главное всегда оставаться самим собой. Возможно, когда-нибудь я придумаю свой стиль и свою пластику, которой буду радовать всех.

— Чем вы занимаетесь кроме балета?

Д.Т.:
Балет – это такое творчество, занимающее абсолютно все твое время. Но если и бывает свободный отрезок времени, то он, как правило, проходит на встречах с людьми, которым интересна моя деятельность, мои достижения и то, как я добиваюсь всего. Но я не забываю о друзьях, наш кругозор видения мира совпадает и нам очень интересно беседовать друг с другом и проводить время вместе. Кроме этого необходимо следить за своим физическим состоянием и посещать spa-центры, ходить на массаж. Также если партия требует хорошей физической подготовки, то важно посещать фитнес центр и готовить себя и свое тело. Ну и очень важно всегда подпитывать себя. Для этого, как говорится, надо либо читать хорошие книги, либо общаться с умными людьми. Этим я и занимаюсь. Еще очень люблю одиночество. Люблю природу: ходить в горы, прогуливаться по парку и дышать свежим воздухом.

— Каковы ваши жизненные ценности?

Д.Т.:
Точно не материальные. К этому я отношусь посредственно. Но все же мы живем в материальном мире и монета, капитал является нашей отчеканенной свободой, благодаря которой мы реализуем свои идеи. В моем случае это творческие идеи.

— Прокомментируйте, пожалуйста, свою личную жизнь.

Д.Т.:
Я заметил, что людям интересна чужая жизнь. Некоторым моя жизнь намного интересней, чем мне самому (смеется). Я бы хотел, чтобы у людей жизнь была настолько яркой и насыщенной, чтобы им в голову не приходило лезть в чужую. Пусть лучше чаще звонят дорогим и близким сердцу людям.
О себе могу сказать, что я холост. В планах создать семью. Семья в моем понимании – работа, над которой ты должен трудиться. Изначально мужчина не имеет земной энергии, которой обладает женщина, и только она может питать мужчину ею. Только тогда он будет достигать всех высот, и снабжать свое семейное гнездо. А насыщать своей энергией женщина будет тогда, когда будет чувствовать от мужчины любовь, терпение и заботу. Вот, надеюсь, что в скором будущем женюсь, хотя я так с 20-ти лет говорю (смеется).

— У вас есть мечта? Какая?

Д.Т.:
Я мощнейший фантазер и мечтатель. Это для меня момент релакса, но я понимаю, что пока не встанешь и не сделаешь шаг, этого не будет. Нужно брать и прорабатывать свою мечту. Ты либо лежишь в багажнике машины под названием Жизнь, либо ты за рулем этой машины и контролируешь дальнейший ход событий. Каждый человек сам вершит свою судьбу, и он должен понимать, что он сам завел свой «автомобиль» в данную ситуацию. Из-за этого многие боятся брать на себя ответственность. Но ваша жизнь в ваших руках.

— Ваши планы на будущее?

Д.Т.:
Воспроизвести все свои творческие идеи, внести вклад в хореографию и развивать рост своего государства. Чтобы в каждом городе балет был на должном уровне и дарил радость, счастье своим зрителям. Также я создал свою концертную программу и у меня большое желание посетить с ней все города Казахстана, и сделать это на высочайшем уровне.

— Вы провели мастер-класс для дебютантов Гранд бала. Каково ваше отношение к такому мероприятию, как бал?

Д.Т.:
Я благодарен организаторам — «DAMU MEDIA GROUP» и акимату города Уральска за проведение такого бала. Это замечательное, яркое культурное событие весьма важное для общественности. И для меня очень важно, что этот бал благотворительный. Хочется почаще таких грандиозных мероприятий, и пусть они будут проводиться во всех городах Казахстана.

— Что вы пожелаете нашим читателям?

Д.Т.:
В первую очередь, саморазвиваться. Нельзя стоять на одном месте, нужно постоянно быть в движении, стараться сделать этот мир лучше. И какая бы преграда перед вами не стояла, представляйте её не вертикально, а горизонтально, чтобы вы смело могли перешагнуть или пройтись по ней. Будьте счастливы!
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 16931
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Дек 22, 2016 10:44 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2016023013
Тема| Балет, Гамбургский балет, Гастроли в Москве, Персоналии, Джон Ноймайер
Автор| Анна Гордеева
Заголовок| О СКИТАНИЯХ ВЕЧНЫХ И О ЗЕМЛЕ
Где опубликовано| © «Петербургский театральный журнал» № 1 [83] 2016
Дата публикации| 2016 Февраль
Ссылка| http://ptj.spb.ru/archive/83/process-83/oskitaniyax-vechnyx-iozemle/
Аннотация| ГАСТРОЛИ

А. Шнитке. «Пер Гюнт». Гамбургский балет.
Хореография Джона Ноймайера


То, что в Большом театре вновь появится Джон Ноймайер, было ясно, как только прозвучала весть о назначении Владимира Урина гендиректором: в бытность директором Музыкального театра имени Станиславского и Немировича-Данченко именно Урин и его команда (в частности, Ирина Черномурова, возглавлявшая международный отдел театра и показавшая себя виртуозом дипломатии) наладили отношения с гамбургским худруком. Было очень похоже на то, что постановку своего «Сна в летнюю ночь» в Большом (что случилась в 2004 году) мэтр вспоминал с дрожью; премьера, выпускавшаяся в момент, когда полтруппы лежало с гриппом и был серьезно болен сам постановщик, не особенно получилась. Снова уговорить хореографа посотрудничать с московским театром удалось именно Урину и Черномуровой — и в Музыкальном театре последовательно появились «Чайка», «Русалочка» и «Татьяна», станцованные точно и внятно, с пониманием стиля постановщика. Сразу после того, как новый гендиректор Большого принял беспокойное хозяйство, пошли слухи о переговорах об эксклюзивной постановке Ноймайера по заказу театра; официальные планы сезона 2016/17 еще не объявлены, но весь театральный люд уверенно говорит о том, что нас ждет свеженькая «Анна Каренина». Таким образом, гастроли Гамбургского балета должны были утвердить партнерство двух театров и еще расширить круг знакомых с хореографией гамбургского гуру зрителей. Сначала предполагалось, что привезут «Ромео и Джульетту» и «Золушку», но затем сам Ноймайер изменил гастрольные планы. Он посчитал важным показать в России балет «Пер Гюнт». Тот балет, музыка которого была создана Альфредом Шнитке по заказу Ноймайера и который рождался в тесной связи с сочиняющейся музыкой.


К. Юнг (Пер Гюнт), Э. Мазон (Сольвейг). Фото П. Рычкова

Балет старый — гамбуржцы показывали его в Москве в 1990 году, через год после мировой премьеры. И балет новый — потому что в году 2015-м хореограф при возобновлении спектакля заново поставил многие сцены. Балет уникальный для Ноймайера — он никогда ранее свои спектакли кардинально не переделывал, а здесь перемены очень видны, и главная из них та, что теперь вместо семи «аспектов», двойников героя, обозначающих различные части его личности, его сопровождают только четверо. Невинность, Проницательность, Агрессия и Сомнение есть, они появляются в ключевых сценах, а отдельно взятой Души — единственного женского «аспекта» — больше нет; спектакль стал менее прямолинеен. Уникален «Пер Гюнт» и потому, что в нем нет «голоса автора», который так характерен для ноймайеровских балетов.

Во множестве его сочинений есть «прямая трансляция» авторской воли, авторского замысла, есть персонаж, будто бы представляющий автора в спектакле. От самой «высокой», главной роли в «Страстях по Матфею» до роли Основы в «Сне в летнюю ночь» — вроде бы недотепы и дурачка, но занимающегося чем? — правильно, раздачей ролей и постановкой «спектакля в спектакле». В «Пере Гюнте» такого героя нет: на историю деревенского мальчика, покинувшего родной край ради голливудской славы, хореограф смотрит сочувственно, но отстраненно — как на судьбы своих танцовщиков.

Да, там есть голливудская слава. Потому что действие сказочной истории перенесено в некое условное «наше время» — то самое «наше время», что так поразило зрителей «Татьяны», когда на балу у Лариных танцевали красноармейцы с девицами в ситцевых платьях, а Ленский при этом ходил в джинсах. После премьеры «Татьяны» было, помнится, много разговоров о том, что Ноймайер просто не понимает, как менялось время в России; на деле хореограф отказывается считать некоторые эпохи закончившимися. То есть эпоха Нижинского — она завершилась точно, ее больше нет; а красноармейцы — вот они, и неважно, сильно ли поменялась расцветка их одежд. И в «Пере Гюнте» речь идет о не закончившейся для Ноймайера эпохе — о ХХ веке, когда деревенские мальчики массово отправились в города в балетные училища.


К. Юнг (Пер Гюнт). Фото Е. Фетисовой

Деревенская жизнь в изображении хореографа смешна, наивна и глуповата. Пер Гюнт (Эдвин Ревазов) широко размахивает руками, поднимает ноги вбок с грацией башенного крана и хватает Сольвейг (Анна Лаудере) по всем правилам простецкого ухаживания: не прибил ненароком — и ладно. Сольвейг ставит стопы «утюжком» и не слишком настойчиво отбивается; идиллия без фарфора. Пер Гюнт в начале спектакля — еще материал, а не личность. Красив, здоров, очень молод и очень неуклюж, но потенциал заметен опытному взгляду. Юнец хочет чего-то большего, чем деревенская идиллия, — и эту идиллию покидает; следующий этап жизни — в мире троллей.

Тролли в этом спектакле равны обывателям и равны эстрадным танцам. Самодовольство в движениях — тяжеловатых, не слишком изящных, диковатые наряды («можем себе позволить»), отчетливая агрессия Зеленой (Элен Буше), что планирует Пера Гюнта себе в супруги. Шнитке тут звучит саркастически, почти издевательски — это портрет мира, в котором нельзя задерживаться, который надо пробежать как можно быстрее. А вот следующий мир прописан гораздо подробнее.


Э. Мазон (Сольвейг), К. Юнг (Пер Гюнт). Фото Д. Юсупова

Пер Гюнт попадает на кастинг — танцовщиков отсматривают бегающий по сцене «в нервах» хореограф (Ллойд Риггинс) и размеренно изучающий контингент продюсер (Иван Урбан). У каждого из артистов, пробующихся на роль, — своя история за плечами, своя реакция на происходящее. Кто-то чуть не рыдает из-за того, что хореограф упорно на него не смотрит, кто-то задирает нос, кто-то пытается намекнуть принимающим решение джентльменам, что его достоинства можно рассмотреть не только в классе. Пер Гюнт среди этой волнующейся толпы выглядит ошарашивающе уверенным в себе. То есть вообще-то попросту наглым — в каждом летучем па он заслоняет собой какого-нибудь из пришедших на конкурс бедолаг. Неотесан? Все еще неотесан, но stage presence каково! Первым на артиста обращает внимание продюсер, и уж потом — хореограф.

Все выше, и выше, и выше. Через какое-то дурацкое эстрадное шоу — к кинокарьере. Добавляется лоск, руки перестают вращаться мельницей, горделиво выпрямляется спина, в прыжке появляется осознанная мощь. Неважно, что там герой танцует/играет, понятно, что какую-то псевдоисторическую лабуду с фараонами (кажется, передается привет Пьеру Лакотту — но здесь я могу ошибаться), — важно, что на меняющихся афишах его имя написано все более крупными буквами. Здесь Ноймайер мимоходом говорит доброе слово о «нашем всем» — Пер Гюнт в самом глупом из фильмов отчетливо напоминает Спартака в балете Юрия Григоровича. Но вот что занятно: пути к славе Перу Гюнту недостаточно. Ему отчетливо хотелось бы еще и пути к смыслу жизни — а эти дороги редко совпадают. Внутренний конфликт приводит героя к сумасшествию — и спасением становится возврат в родную деревню.


Сцена из спектакля. Фото П. Рычкова

Но — в нее ли на самом деле? Он возвращается не в деревню, но в мечту о ней — в некий фантомный край, где движения обитателей выточены опытом, а кажутся такими же невинными, как в начале пути. Так воспоминание облагораживает реальность; так балет преображает обыденную жизнь. Завораживающее шествие, сочиненное Ноймайером в финале балета, многим представляется шествием на тот свет. Меж тем — как мне кажется — это просто шествие в ноймайеровский театр. Освобожденные от всяких тряпок и от суеты мира, пережившие всяческие конкурсы и соблазны, артисты двигаются в некую обитель, где все будет просто и правильно. Ну да, хореограф сравнивает себя с Всевышним — и не в первый раз. Этот хореограф — имеет право.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска Часовой пояс: GMT + 3
На страницу Пред.  1, 2, 3, 4, 5, 6
Страница 6 из 6

 
Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах


Яндекс.Метрика