Список форумов Балет и Опера Балет и Опера
Форум для обсуждения тем, связанных с балетом и оперой
 
 FAQFAQ   ПоискПоиск   ПользователиПользователи   ГруппыГруппы   РегистрацияРегистрация 
 ПрофильПрофиль   Войти и проверить личные сообщенияВойти и проверить личные сообщения   ВходВход 

Общество Друзья Большого балета
2015-11
На страницу Пред.  1, 2, 3, 4, 5, 6, 7  След.
 
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска
Предыдущая тема :: Следующая тема  
Автор Сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18943
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Ноя 20, 2015 5:41 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2015112004
Тема| Балет, , Персоналии, Майя Плисецкая
Автор| Михаил Захарчук
Заголовок| «Я всегда была непокорной»
20 ноября – 90 лет со дня рождения балерины Майи Плисецкой

Где опубликовано| © Столетие.RU
Дата публикации| 2015-11-20
Ссылка| http://www.stoletie.ru/kultura/ja_vsegda_byla_nepokornoj_424.htm
Аннотация|



Плисецкая сделала в танце всё, на что только способен человек из плоти и крови. В мире нет балерины, которая была бы увенчана таким количеством наград и пользовалась столь оглушительной славой.

Герой Социалистического Труда Майя Михайловна была полным кавалером ордена «За заслуги перед Отечеством». Она имела три ордена Ленина и Ленинскую премию, четыре высших ордена и одну медаль Франции, орден и медаль Испании, три литовских ордена, орден Японии, медали Польши, Финляндии, медаль Моцарта ЮНЕСКО. Избиралась доктором Сорбонны и почётным профессором Московского государственного университета. Была почётным доктором Венгерской академии танца. Обладала премиями артистов балета II Всемирного фестиваля молодёжи и студентов, Парижской академии танца, «Превосходная-1986» (самая элегантная женщина года, Париж), «Виа Кондотти» (Италия), «Триумф», «Российский Национальный Олимп», «Национальная гордость России», премией принца Астурийского, международной Императорской премией Японии, премией Витторио де Сика, «Душа танца» в номинации «Легенда», почётной премия РАО «За вклад в развитие науки, культуры и искусства», Международной премией за развитие и укрепление гуманитарных связей. Являлась почётным гражданином Испании.

Много лет назад жизнь неожиданно и щедро подарила мне встречу с Майей Плисецкой. С тех пор 37 лет и 352 дня я был обласкан её дружеским отношением, которое трудно объяснить с позиций обыкновенной житейской логики.

Даже когда она жила в Германии, могла позвонить, и мы подолгу разговаривали. За то время, когда балерина выступала в Большом театре, я не пропустил ни единого её спектакля, ни единого мероприятия в столице с её участием. Написал о ней сотни заметок в различные издания Советского Союза, России и мира. На один из юбилеев подарил ей папку с числом публикаций, соответствующих дате. Балерина всплеснула руками: «Господи, сколько же мы с вами наговорили!». Вообще должен признаться: дружба с Плисецкой – главная гордость моей жизни.

Майя Михайловна всегда удивляла, потрясала, а порой и умиляла меня. Регулярно и во всём. Принесёшь цветы, обязательно сама их подрежет, лишние листочки отщиплет и в вазу водрузит. Начнёт чаем угощать (у неё никогда не переводился какой-то особый, королевский чай из Англии), опять же сама и заварит, и в чашку нальёт, и всякой снедью к напитку попотчует. А ведь была у балерины домработница, добрейшей души человек, мы с ней дружили. Тётя Катя, ухаживавшая ещё за юным Родионом Константиновичем Щедриным, её мужем, всегда норовила избавить «Майку» от излишних хлопот. Не тут-то было: «Катя, я сама!». Часами, завороженный, я мог внимать Плисецкой. Говорила она всегда тихо, но отчётливо, как дикторша. Речь обильно сдабривала неожиданными сравнениями, юмором и даже анекдотами. Ничуть не заботилась о том, какое впечатление в данную минуту производит. Никогда не пыталась казаться лучше самоё себя. То есть, на так называемый имидж вне сцены – ноль внимания. Об этом сама писала так: «Я всегда привлекала к себе людей собственно танцем. Для вящей славы мне не нужны были ни скандалы, ни поддержка властей предержащих, ни восторги в СМИ. Ну, хорошо, здесь, на родине, мне кто-то как-то поспешествует. А за границей? Там ведь нужен «товар лицом».

Я всегда своим делом жила. Балетом жила. Мало только сделала. Куда больше могла. Но и на том спасибо. Спасибо природе моей, что выдюжила, не сломалась, не сдалась.

Характер – это и есть судьба. Я вам, молодым, даю совет на все времена. Не смиряйтесь, до самого края не смиряйтесь. Воюйте, отстреливайтесь, в трубы трубите, в барабаны бейте, в телефоны звоните, телеграммы с почтамтов шлите. Не сдавайтесь, до последнего мига воюйте. Даже тоталитарные режимы отступали, случалось, перед одержимостью, убеждённостью, настырностью. Мои победы только на том и держались. Ни на чём больше!».

Всегда и всем говорила, что думает. Ну, после так называемой перестройки это доблестью уже не считалось. Однако такой «неосторожной», «колючей» Майя Михайловна слыла и в самые напряжённые годы советской власти. Даже при жизни «лучшего друга советского балета товарища Сталина» под любым предлогом она «сачковала» с политзанятий, за что регулярно «прорабатывалась» на бюро ВЛКСМ Большого театра. Бездарей всегда называла бездарями и откровенно восхищалась лучшими образцами зарубежного искусства.

Плисецкая всего в жизни добивалась сама, причём, всегда вопреки жутко неблагоприятным для себя обстоятельствам, которые, зачастую, сама же и провоцировала, потому что с детства всегда была непокорной. При любой системе подобная строптивость являлась если и не грехом тяжким, то недостатком чрезвычайно серьёзным. Строптивых всегда «рихтовали», «окорачивали», иной раз и устраняли. С Плисецкой не получилось. Не сломалась. Всё сдюжила, всё претерпела и осталась сама собой. Что меня больше всего в ней и удивляло.

Тут бы самое время поговорить собственно о творчестве Плисецкой. Но ведь это до меня проделывали лучшие специалисты мира и чего добились? Все они скопом приблизились к постижению её неповторимого искусства не больше, чем археологи в открытии тайн египетских пирамид. Но даже, если бы я и был выдающимся спецом в области танца, то всё равно не стал бы раскладывать по полочкам творчество Майи, как те же археологи ту древнюю культуру. Бесполезно. Чудо не поверяется алгеброй. Уж лучше бы написал трактат или книгу под заглавием «Родион и Майя» – феномен, который, тоже по достоинству нами до конца не понят и не оценён.

То есть, нет, конечно же, изустно и печатно легионы почитателей воздали должное супружескому творческому тандему Плисецкой и Щедрина. Да и могло ли быть иначе, если они подарили нам и человечеству «Анну Каренину», «Чайку», «Даму с собачкой» и непревзойдённую «Кармен-сюиту»? Но отдаём ли мы себе до конца отчёт в том, на какое подвижничество, на какие жертвы шли оба творца ради нас, зрителей и слушателей?

Или другой вопрос: почему Майя Михайловна так долго и так много творила и выступала на Западе? Неужели только из-за высоких гонораров? Полноте. Блеск злата её никогда не прельщал, во многом она была просто бессребреницей.

Опять-таки крепче нашей любви, нашего обожания Плисецкая ни в одной другой стране мира не встретила бы. И таких – миллионы и поныне на том же «постсоветском пространстве». И тут тоже не годятся обыденные, линейные толкования, хотя конкретно в Большой театр её долгие годы не пускал конкретный Григорович. Ну да Бог с ним, ибо не ведал, что творил.

В начале 90-х балерина выпустила свою первую книгу «Я, Майя Плисецкая…». Счастливчики, прочитавшие её, кроме всего прочего, поняли, нисколько в том не сомневаюсь: Майя Михайловна не только гениальная балерина. Она могла стать прекрасным педагогом, медиком, журналистом, драматической актрисой, художником, музыкантом, общественным деятелем – да кем угодно. Ибо она была соткана из интеллекта и парадоксальности - подруге гениальности, если чуть перефразировать Пушкина. Да самый простой пример. Почему от танцев этой почти миниатюрной балерины (рост 166 см, вес 53 кг!) всегда исходила такая невероятная, почти дикая энергетика? А потому что она никогда не танцевала «под музыку», но всегда воплощала на сцене саму музыку своими движениями.

Так что став балериной, Майя отнюдь не себя – нас с вами, дорогие читатели, осчастливила.

Многажды я наведывался в московскую квартиру Щедрина и Плисецкой. И доложу вам, общаться с Майей Михайловной и Родионом Константиновичем было сплошное, неописуемое удовольствие – настоящая роскошь. Мгновенно и напрочь я забывал, что передо мной – мировые знаменитости, о которых известно любому мало-мальски грамотному человеку. Ходили они по дому в стареньких, полинялых спортивных костюмчиках, такие свойские, доступные. Чаевничать любили размеренно по-старомосковски. Делами моими интересовались не приличия для и не показухи ради. Всегда я видел, чувствовал: им действительно хотелось знать о предмете разговора полно, обстоятельно и всесторонне. А потом ведь настоящее, искреннее, человеческое участие не разыграешь. Никогда не забуду, как они наперебой расспрашивали меня обо всём виденном после афганских командировок. И как возмущались бездарной политикой тогдашних кремлёвских старцев. Причем, Майя Михайловна допускала резкость, крутость оценок не только в узком кухонном кругу.

Как-то мы вдвоём проводили её творческий вечер в Доме литераторов. Балерина готовилась к нему очень обстоятельно, поскольку танцевать перед писателями не собиралась, а только согласилась отвечать на их вопросы. Ну и отрывки из документальных фильмов показать. А должен заметить, что Майю Михайловну на всех мероприятиях обычно сопровождала «группа поддержки» – московские балетоманы. Их я постарался рассадить поближе к сцене. И вот инженеры человеческих душ задают всякие вопросы, Плисецкая влёт на них отвечает: точно, остро, не в бровь – в глаз. А я слышу, как сердобольные старушки шепчутся между собой: «Господи, да что же она говорит такое! Они же её посадят!». И – даже валидолом запахло. Рассказываю Майе Михайловне об этом после встречи и получаю в ответ: «Мишенька, милый, да кто ж меня посадит? Я же – памятник!».

Однако если говорить серьёзно, то отношения балерины с прошлой властью – тема чрезвычайно драматичная и сложная.

Её отца, лихого конника Гражданской, Михаила Эммануиловича, первого консула и одновременно начальника трёх рудников на острове Шпицберген, арестовали в 1937-м. Мать Рахиль Михайловну «по делу мужа» посадили некоторое время спустя с маленьким Азарием. Время следствия Рахиль Михайловна провела в Бутырке. Потом её сослали в Среднюю Азию – город Чимкент. Четырнадцатилетней девчонкой Майя приезжала к матери. Встреча случилась такой трогательной, что я просто не берусь её описывать, хотя рассказывали мне о том и дочь, и мать. Рахиль Михайловна тоже очень хорошо ко мне относилась. Ушла она из жизни двумя неделями зацепившись за свой 92-й год.

Уже имея артистическое звание и громадный репертуар в Большом театре, Майя Плисецкая попала вдруг на семь лет в разряд так называемых «невыездных». Она писала письма Хрущеву, звонила председателю КГБ Серову с просьбой разобраться в этом безобразии. Они проигнорировали обращение балерины. Правда, на склоне лет Никита Сергеевич сожалел о своей глупости. Плисецкую годами «пасли» дюжие молодчики из КГБ вместо того, чтобы ловить настоящих иностранных шпионов. В своё время она получила клеймо «английской шпионки». Даже кратковременная дружба с Леонидом Ильичом слабо сказалась на её творческом самоощущении, хотя он пробовал даже приударить за звездой балета.

Говорю как-то: «Майя Михайловна, по-моему, вы резковато пишете в своей книге о том же Григоровиче. Ведь вы вдвоём очень многое сделали для Большого. И к вашему мнению в театре прислушивались…». – «Какая уж там резкость. Просто Юрий Николаевич – типичный продукт советской системы. А насчёт того, что кто-то там прислушался к моему мнению, – извините, не обольщаюсь. Я отдала Большому театру, а, стало быть, и стране полвека своей жизни. Можно было, как минимум, рассчитывать на какое-то понимание. Но не тут-то было. Галя Вишневская ещё тогда мне говорила: уезжай, они тебя всё равно выбросят. Так оно и случилось. Ставить мне ничего не давали. Я написала письмо Горбачёву.

Очень короткое и серьёзное письмо. Он мне даже не ответил, хотя в его молчании и был ответ: катись-ка ты отсюда. Ну, я и укатилась. И с тех пор ни с кем не борюсь, не сражаюсь, с меня хватит. Но за Большой всё равно переживаю.

Вот закончится там ремонт. И какой предстанет сцена? Ведь для меня там была лучшая площадка во всём мире. Нет – во всей Галактике. И Россия была и остаётся моей родиной».

– Вы как-то обмолвились, – напомнил я, – что всю жизнь вас тянуло к драме.

– Святая правда. Был даже момент, когда я собиралась оставить балет. Рубен Николаевич Симонов звал меня в свой театр. До конца жизни он с грустью повторял: «Ты, Майя, загубила в себе прекрасную драматическую актрису». Возможно, он и был прав. Как знать... Но решающим оказалось то, что я, закончив хореографическое училище, сразу же поступила в Большой театр и у меня с первого сезона появился приличный репертуар. А кто же по своей воле бросает Большой? Так что любовь к балету пришла через работу.

– Кто бы что ни говорил мне о труде артиста балета, но я не раз видел ваши репетиции и в домашнем зале, и в Большом театре. Вы меня извините, Майя Михайловна, – но это же сплошная каторга. И столько лет каторги! Как вы её перенесли?

– А любая профессия, Мишенька, легка, если работать шаляй-валяй, и необыкновенно трудна, если – хорошо. Утверждаю – любая! Хорошо танцевать ужасно, невероятно трудно. Я же вся – ломана-переломана. Но скажите, а быть хорошим инженером, хлеборобом, медиком, учителем, директором, банкиром, военным – разве легко?

– Некоторые ваши «поклонники» считают, что многие проблемы балерины Плисецкой в России проистекали вследствие конфликтности её характера.

Это неверно. Я не конфликтна. Даже с Улановой, у которой тоже характер был не сахар, умела находить взаимопонимание. С другими коллегами никогда не враждовала. Я – независима, а это разные вещи. Может быть, срабатывал мой ярко выраженный индивидуализм. Я же с детства была дерзкой, убегала из детсада, из школы.

Сколько себя помню, всегда остро ненавидела так называемую «общественную жизнь» и получала за эту свою строптивость кучу неприятностей. Повторяю: я всегда была непокорной. Мне говорили: это танцевать нельзя, а я именно то и танцевала. У моего лебедя, кто помнит, – голова и руки назад устремлены. Откуда? Вопреки Анне Павловой, у которой всё – вперёд.

Ненавижу подражать, ненавижу подражателей. Как говорил Дебюсси: избавь меня, Боже, от дебюссистов. Другое дело – учёба. Читая Пушкина, Толстого, Чехова, Достоевского, Мериме, я всегда превращалась в самую прилежную ученицу.

Не для того только, чтобы изучить урок, а чтобы подчинить себя, настроить на волну, исходящую от сочинения художника. Ибо по-настоящему творить можно лишь тогда, когда проникаешься не только идеей, – самим духом произведения.

– Не стань вы балериной, из вас получился бы прекрасный профессионал в любой другой области. Вот, например, вы написали очень хорошие книги...

– Хорошие – не хорошие, зато сама написала. Мне давно и много раз предлагали услуги разные литзаписчики из числа вашего брата – журналиста. Были и весьма недурственные литераторы, но ни одна их попытка удачной мне, извини, не показалась. А тут Галя Вишневская посоветовала: пиши сама, не жди ничьей помощи, ты же всю жизнь вела дневники, что действительно правда. Я лишь в конце девяностых прекратила их вести. И всё-таки немного перед первой книгой робела. Мне всегда казалось, что книги пишутся необыкновенными, очень умными людьми. А тут – балерина. Сомнения меня остановили. Больше литературным творчеством решила – заниматься не буду. Да и не интересно. Бросила даже вести дневники. Но когда оглянулась на прошедшую жизнь, поняла: с 1994 года произошло много разных событий. Писала, как всегда сама. Ручкой. В тетрадках. Едем со Щедриным куда-нибудь в Майнц четыре часа: у него в голове музыка, у меня – книга. Не могу сказать, что так уж легко писалось. Это только кажется, что у меня простой язык. Чтобы фраза была короткая, емкая и выразительная, я переписывала её раз по десять, мучительно. И после этого редактировать себя не разрешала. Ни слова, ни запятой.

– А скажите: неужели вам не надоедало из года в год танцевать одну и ту же редакцию партии, той же Нины Заречной?

– Ещё как надоедало. За свою долгую творческую жизнь я перетанцевала практически всё, что хотела. Не многие балерины могут сказать о себе то же самое. Но и самые замечательные балеты мне приедались. Так было даже с «Лебединым озером». Ведь я выступала с ним более тысячи раз только на сцене Большого. А – по миру! А на грузовиках во время войны! Конечно, надоедало хуже редьки горькой. Тогда я либо реже танцевала партию, либо выступала с другой её редакцией.

Сам танец, как хлеб человеку, никогда мне не приедался, так уж я, видно, устроена. И есть балет «Кармен-сюита», который могла танцевать хоть каждый день.

– Майя Михайловна, любое ваше выступление всегда было обречено на успех…

– Не стану кокетничать, так оно, наверное, и было. Но, Господи, столько же тумаков и шишек я получила за свою жизнь – этого словами не передать!. И если устояла, то лишь потому, что умею быть самокритичной. Без этого качества нет и не может быть хорошего артиста. Нужно всегда видеть себя со стороны, не обращая внимания на «хвалу и клевету» и фанатично вкалывать. Только тогда будет толк. Я вам скажу, что перед каждым (буквально!) спектаклем всегда волновалась, как хорошая лошадь перед дерби, и никогда я не выступала «в полноги». Ведь каждый зал меня словно рентгеном просвечивал. Только хорошо, иногда чуть лучше. Балет – такая штука, что в нём каждый день нужно доказывать, кто есть кто. И чем больше похвал, тем к большему они обязывают. Приятно, конечно, осознавать, что несколько десятилетий мои залы никогда не были пустыми, но, черт побери, и трудно было так жить, работать. Хотя, если действительно откровенно, то по-иному я и не умела.

– За нами, вашими преданными поклонниками, там, в Германии, не скучаете?

– Ах, Мишенька, ещё как скучаю. В СССР, в России у меня ведь всегда был особый, уникальный зритель. Притом, что прошлое общество изрядно потрепало меня, но нельзя же жить с вечной обидой и повёрнутой назад головой. Хотя было в пору расцвета моих творческих сил и возможностей стольких заманчивых, да что там – головокружительных зарубежных предложений, но только мне совесть не позволила тогда сделать решительного шага. Не могла я подводить людей, которые мне безоговорочно верили.

…Кроме феноменального музыкального слуха Плисецкая была наделена просто-таки искромётным чувством юмора. Она сама себе сочинила такую смешную миниатюру из отрывков писем, которые получала в разное время, и рассказывала её в узком кругу. Передать своими словами то сочинение я не возьмусь. Замечу лишь, что слушающие Плисецкую всякий раз смеялись до икоты.

Не помню случая, чтобы Майя Михайловна забывала о своём обещании. И никто не вспомнит такого. Храню для потомков, и никакой Сотби у меня не вырвет ни за какие деньги письмо Плисецкой, которое она написала мне потому, что не смогла дозвониться в условленное время по телефону, а обещала! Как по капле воды можно судить о великом океане, так и по конкретному поступку можно судить о большом человеке.

Плисецкая была одинаково самоотверженной, бесстрашной и в творческой, и в общественной жизни.

Жизнь её – достойнейший пример всем нам для подражания, урок всем малодушным, всем колеблющимся. Сколько наших замыслов остается порой нереализованными потому, что они кому-то могут показаться нереальными, сколько битв мы загодя сдаём без боя, потому что они кажутся проигранными. Плисецкая никогда не отступала от намеченной цели. И потому всегда побеждала.

Специально для «Столетия»
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
atv
Заслуженный участник форума
Заслуженный участник форума


Зарегистрирован: 05.09.2003
Сообщения: 3701

СообщениеДобавлено: Сб Ноя 21, 2015 4:07 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2015112101
Тема| Балет, Петербургский государственный академический театр балета Бориса Эйфмана, гастроли в Китае, Персоналии, Борис Эйфман, Мария Абашова, Олег Габышев
Автор| Корр. ТАСС Андрей Кириллов
Заголовок| Борис Эйфман не исключает создание балета на китайском историческом материале
Где опубликовано| © ТАСС
Дата публикации| 2015-11-19
Ссылка| http://tass.ru/kultura/2452897
Аннотация| "У нас возникают очень интересные контакты с Пекинской балетной школой, надеюсь, они дадут очень интересный результат по поиску новой системы обучения артистов будущего", - заявил Эйфман

ПЕКИН, 19 ноября. /Корр. ТАСС Андрей Кириллов/. Борис Эйфман думает о балете на китайском историческом материале. Об этом он сказал в беседе с корреспондентом ТАСС в пекинском Национальном центре исполнительских искусств (НЦИИ). В пятницу и субботу Санкт-Петербургский государственный академический театр балета Бориса Эйфмана поставит на пекинской сцене свою самую известную постановку - балет "Анна Каренина". Театр уже показал этот спектакль в Сямэне, Шанхае и Тяньцзине в ходе самого масштабного в своей истории турне по Китаю. Впереди еще Чжуншань и Макао.

Специально для выступления в Пекин прилетели солисты театра - исполнители партий Карениной и Вронского - Мария Абашова и Олег Габышев.

"Мой учитель, выдающийся балетный деятель Петр Гусев много сделал для становления балета в Китае. За прошедшие с тех пор более чем полвека китайский балет сделал колоссальные успехи. Сегодня в мире нет ни одного балетного конкурса, где бы не участвовали китайские артисты и не получали призы", - сказал Борис Эйфман, отвечая на вопрос корр. ТАСС о российско-китайских связях в искусстве классического и современного балета. Он особо отметил "серьезное профессиональное отношение к работе" китайских коллег.

"У нас возникают очень интересные контакты с Пекинской балетной школой, надеюсь, что эти контакты дадут и очень интересный результат по поиску новой системы обучения артистов будущего. В этот раз я встречусь с китайскими студентами, мы будем говорить как раз о том, что нужно для появления нового типа артиста, который абсолютно совершенно владел бы техникой классического танца, но был бы универсальным и обладал возможностью выразить любую фантазию постановщика", - добавил Эйфман.

"Я уже третий раз в Китае, принимают всегда "на ура", - рассказала Мария Абашова. Она считает, что в успехе "Анны Карениной" в Китае "большая заслуга Бориса Яковлевича, у которого все очень доступно, понятно, даже если вы не читали Льва Толстого".

Говоря о различном восприятии балета в разных странах, Абашова сказала, что труппа только что была с "Анной Карениной" в Бахрейне, где "в первых рядах сидели женщины, закутанные в черную ткань, рядом - мужчины в белом, и танцевать было сложно - чувствовалось, что они осуждают героиню, из зала просто шла волна негодования, все громко хлопали, когда Каренин швырял Анну на пол... Но в конце все встали, аплодируя".

Китайская театральная общественность уже загорелась идеей создать балет с Борисом Эйфманом на национальной литературной первооснове, например, по мотивам классического романа "Сон в Красном тереме", где есть и драматизм, и стройная композиция, и глубокие переживания.

"Сегодня по пути из аэропорта я как раз думал о том, что у Китая потрясающая история... Возможно, и я в будущем, и, конечно, многие другие хореографы обратятся к этой теме, будут создавать новые и новые постановки на китайском материале", - поделился своими мыслями с корр. ТАСС руководитель театра. Он выразил надежду, что у Китая должен быть "свой Шекспир", который воплотил бы перипетии его прошлого в произведениях с интригой и трагизмом.

"Только что у нас завершились гастроли балетной труппы Мариинского театра. Теперь китайские балетоманы могут насладиться выступлением еще одного знаменитого российского коллектива - Театра Бориса Эйфмана. Нам очень повезло, это настоящий праздник танцевального искусства", - сказала генеральный директор балетной труппы НЦИИ Чжао Чжухэ. "Эйфман, один из лучших хореографов в мире, воплощает новый стиль российского балета, мы с нетерпением ждем выступления его коллектива", - продолжила госпожа Чжао. Она напомнила о глубоких связях российского и китайского балета.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
atv
Заслуженный участник форума
Заслуженный участник форума


Зарегистрирован: 05.09.2003
Сообщения: 3701

СообщениеДобавлено: Сб Ноя 21, 2015 4:09 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2015112102
Тема| Балет, «Кремлевский балет», Персоналии, Диана Галанина, Алиса Асланова, Вадим Кременский, Джой Аннабель Уомак (Вомак), Андрей Кондратов, Николай Троицкий
Автор| Екатерина Ясакова
Заголовок| Балет по-кремлевски. Юбилей здесь встречают на пуантах
Где опубликовано| © "Вечерняя Москва"
Дата публикации| 2015-11-19
Ссылка| http://vm.ru/news/2015/11/19/balet-po-kremlevski-yubilej-zdes-vstrechayut-na-puantah-303717.html
Аннотация|

Театр, как известно, начинается с вешалки. В этот раз знакомство с балетом началось с вешалок костюмерной, на которых висят приготовленные для юбилейного вечера наряды.

— Эти платья для спектакля «Золушка» шили во Франции, в мастерской Нины Риччи, — рассказывает «ВМ» костюмер Диана Галанина.

Сама Диана — в прошлом балерина театра «Кремлевский балет». С возрастом она сменила творческое направление и теперь готовит балетные пачки не для себя, а для других балерин.

Те, в свою очередь, уже вовсю репетируют. Алиса Асланова энергично растягивает ноги специальной резинкой.

— Для нас юбилей — огромный праздник. Я буду танцевать па-де-де из балета «Волшебная флейта», партию Папагены, — делится Алиса.

Заведующий балетной труппой Вадим Кременский, работающий в театре «Кремлевский балет» с 1990 года, гордится своими ребятами. Он признается, что для них часто приходится быть и воспитателем, и педагогом, и даже жилеткой для слез.

— Мы ходим на работу в Кремль — это усиливает чувство ответственности. Возможно, поэтому удается достичь самых высоких успехов в творчестве, и наши спектакли любят смотреть зрители во всем мире.

Иностранцы наши постановки обожают, а иногда приезжают в Россию, чтобы войти в состав балетных трупп. Так поступила Джой Аннабель Уомак — ныне ведущая солистка театра «Кремлевский балет». Ее коллеги наперебой рассказывают удивительную историю американки, которая в прямом смысле слова постучалась в двери театра и заявила его руководству, что очень хочет танцевать именно в Кремле. И — танцует! Кстати, в этом театре в пуантах балерин стекла точно не находят, да и на сцену бусины не подсыпают. Это удивительно, но в театре на самом деле царит теплая, дружеская атмосфера, что в творческой среде бывает редко. Об этом рассказал артист балета Николай Желтиков, когда мы переступили порог мужского репетиционного зала.


— Юбилейный вечер — это событие, которое еще больше сближает и объединяет нас всех. В концерте я буду появляться несколько раз, поскольку в нем собрано очень много отрывков из спектаклей, — рассказывает Николай.

Концертмейстер бойко играет классическую музыку.

С танцовщиками занимается балетмейстер Андрей Кондратов. Он на минутку отрывается от репетиции, чтобы рассказать пару слов о юбилее театра и своих методах работы: — Стараюсь передать ученикам все, что умею сам.

Ну а если что-то и не получается, не опускаем руки и продолжаем заниматься, — улыбается педагог.

Директор театра «Кремлевский балет» Николай Троицкий радости не скрывает.

— Поздравить с нашим праздником хочется в первую очередь зрителей, — говорит он. — Ведь для наших артистов это рабочий день, после которого утром вновь начинаются репетиции.

Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18943
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вс Ноя 22, 2015 9:59 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2015112201
Тема| Балет, фестиваль Context. Diana Vishneva, Персоналии, Диана Вишнёва
Автор| Светлана Бондарчук
Заголовок| Диана Вишнёва: "Хорошо, что муж не стал моим фанатом"
Где опубликовано| © Журнал Hello!
Дата публикации| 2015-11-22
Ссылка| http://ru.hellomagazine.com/zvezdy/intervyu-i-video/12529-diana-vishneva-khorosho-chto-muzh-ne-stal-moim-fanatom.html
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

Накануне главного танцевального события осени - фестиваля Context. Diana Vishneva, который стартует 24 ноября в Москве, - Светлана Бондарчук встретилась со знаменитой балериной и арт-директором фестиваля Дианой Вишнёвой. Среди затронутых в разговоре тем были как профессиональные - о судьбе современного танца в России, так и личные: Диана рассказала о супруге, бизнесмене Константине Селиневиче, о дружбе, моде, готовке и хорошем аппетите.



Я много раз видела Диану Вишнёву на сцене и каждый раз ловила себя на мысли, что это не танец балерины. Это танец большой драматической актрисы. Я сопереживаю ее героине, проживаю с ней жизнь и продолжаю думать о ней даже после спектакля. В этом году Диана отметила 20-летие жизни на сцене. Для многих из "балетного цеха" это означало бы начало заката, но Диана все набирает высоту. Продолжая танцевать в классических балетах, она делает карьеру как танцовщица современной хореографии: осваивает новые танцевальные языки и техники, ломает каноны, которыми сама же овладела в совершенстве. Третий год подряд Диана проводит в Москве фестиваль современной хореографии Context. Diana Vishnevа. Я с удовольствием хожу на эти спектакли и всякий раз открываю что-то неожиданное, иногда шокирующее. Здесь нет танцев на пуантах, пачек, кордебалета; порой танцовщики одеты в простые трико, их пластика непривычна, линии изломаны, но это захватывает не меньше, чем вечные 32 фуэте. В этом году я вновь собираюсь на фестиваль - интересно будет посмотреть аргентинское танго на подвесных канатах и спектакль всемирно известной американской труппы Марты Грэм. И конечно, выступления самой Дианы на открытии и закрытии фестиваля пропустить просто невозможно.

Диана, мне не раз приходилось слышать мнение, что современный танец дает балеринам возможность оставаться на сцене намного дольше. Насколько это соответствует истине?

Нет, это абсолютный миф - что, утратив форму в классическом балете, можно перейти в современную хореографию и продолжать танцевать с тем же успехом. И то, что современная хореография легче, также не соответствует истине. Наоборот, в классическом балете многое тебе облегчает жизнь: техника, выучка, эффектные вариации - все это отвлекает внимание публики непосредственно от тебя. А в современном танце ты весь как на ладони, тебе не за что спрятаться и все зависит от того, есть ли тебе что рассказать зрителям или нет.


С Артуром Шестериковым на репетиции спектакля Live (постановка голландского мастера хореографии Ханса ван Манена), который будет представлен в рамках фестиваля в Москве

Пример долголетия в балете - Майя Плисецкая, которая выходила на сцену и в 75 лет. Вы себя лет через 20 на сцене представляете?

Трудно сказать. Майя Михайловна - личность выдающаяся. И уникальна она даже не тем, что выходила на сцену в 75, а тем, что первой в Советском Союзе за­говорила о новом понимании танца, о новой эстетике, о новом стиле. "Кармен-сюита", с которой она вышла на сцену Большого театра в 1967 году, преодолев столько препон, была революцией. Плисецкая первой начала рушить стены, которые казались нерушимыми. Я благодарна судьбе за то, что мне довелось общаться с Майей Михайловной, дружить с ней. Она возглавляла попечительский совет нашего фестиваля, и в этом году Context будет посвящен ее памяти


Майя Плисецкая и Диана Вишнёва

Вы - амбассадор современного танца в России. В чем вы видите свою миссию?

Миссия, прежде всего, знакомить Россию с лучшим, что происходит в современной хореографии, привозить не только громкие имена, но и что-то принципиально новое. Существуют разные танцевальные стили и направления, и мы все их соединяем в одной точке. Это и есть Context. Еще один очень важный момент - развитие современной хореографии в России. Нам важно поддержать молодых хореографов.

В последнее время в России вы все больше ассоциируетесь с современным танцем, но на Западе Диану Вишнёву хотят видеть в основном в классическом балете?

Все зависит от театра, от танцевальной компании. Если вы говорите о "Метрополитен-опера" (этим летом на сцене "Метрополитен" в Нью-Йорке Диана танцевала Жизель, Джульетту и Аврору. - Ред.), то там преобладает классический репертуар. Это как Мариинский театр. Но если я со своими проектами прихожу в компанию современной хореографии, там обратная ситуация. Порой люди удивляются, что я - прима-балерина, говорят: "Ой, нам надо посмотреть тебя в классическом балете".

Вы считаете себя русской балериной или человеком мира?

Конечно, я человек мира. Но я остаюсь русской балериной. Для меня огромная честь, что я училась в самой лучшей балетной школе в мире, начинала свой путь в Мариинском театре. Я испытываю огромную благодарность к своим педагогам, к родному театру. Сколько в меня вкладывали, сколько я впитывала - все это с годами проявляется все больше и больше.

Вы из Петербурга, из интеллигентной, но не балетной семьи.

Да, у меня родители - химики. У мамы два образования - она экономист и химик, а папа - кандидат химических наук.

Как так случилось, что дочка попала в балет?

Я бы могла сказать, что это случайность, но я верю в то, что во всем есть определенный замысел судьбы. Все произошло так, как должно было произойти. Стать балериной не было моей мечтой и не было блажью мамы, хотя именно она в нашей семье увлекалась балетом. В детстве я занималась спортом, математикой, ходила в танцевальный кружок. Развивалась разносторонне, как говорили в те времена. Не могу сказать, что меня часто водили на балет. Родители были молодыми специалистами, нужно было оплачивать кооператив... Мы не имели возможности ходить в театр столько, сколько нам хотелось бы. Но мы с сестрой не были лишены общения с искусством: классическая литература, походы в музеи, поездки в пригороды Петербурга - Петергоф, Царское Село... Все это было в нашем детстве. Но, конечно, когда я попала в Вагановское училище, то почувствовала, что значит быть по-настоящему погруженной в мир искусства. Этот мир увлек меня бесконечно.

В училище вас выделяли из толпы девочек?

Да, выделяли. Такого, чтобы говорили: "Эта девочка просто рождена для балета", не было, но я всегда оказывалась в центре внимания преподавателей и детей благодаря своему взрослому отношению к самой себе. Мне не делали одно и то же замечание по несколько раз - я сразу исправляла ошибки. Все впитывала максимально, поэтому профессионально развивалась быстрее. Первая неудача, когда меня не приняли в училище - я ведь поступила только со второго раза, - перевернула мое сознание. Я поняла, что в этой жизни нужно всего добиваться самой и не ждать чьей-то помощи. Тебе помогут, только если ты сама будешь трудиться.

Труд артиста балета - это каторжный труд. С шести лет ты должен каждый день проводить по несколько часов у балетного станка.

И с каждым годом все больше часов.

Я пытаюсь сравнить балетных людей с артистами шоу-бизнеса. Многие из них не имеют серьезной школы, позволяют себе петь под фонограмму. Но масштаб известности и величина гонораров в шоу-бизнесе не в пример балету. Не обидно?

Все зависит от того, как ты мыслишь. Ты либо мыслишь идеями, стремишься реализовать себя, либо думаешь о гонорарах. Тогда эта история не про балет вообще. Балет - это жертвоприношение, это служение. В детстве мы все это понимаем, а в сознательном возрасте каждому приходится делать выбор. Если ты переживаешь о том, сколько тебе за это заплатят, на сцену лучше не выходить.

Но если мысль все равно присутствует: "Понимаете, я так много работаю..."

Для этого существует театр, который работает на талантливую единицу, сподвижники, соратники, меценаты... Когда ты реализуешь себя как балерину, как личность, тебе просто некогда об этом думать.

Есть ли у вас какие-нибудь талисманы или ритуалы для выхода на сцену?

Конечно, есть. Но я не хотела бы о них рассказывать. Я человек не то чтобы суеверный, но я очень внимательно ко всему отношусь. Я Рак по гороскопу. Для меня важны числа, знаки, сны. Я прислушиваюсь к снам, пытаюсь угадать их, расшифровать.

Если перед премьерой вам черная кошка дорогу перебежит, вы же не отмените спектакль?

Нет, конечно. Но я в уме отмечу, что, вероятно, предстоит столкнуться с какими-то сложностями, преодолеть препятствия. Не обязательно случится что-то плохое. Иногда проблемы помогают быстрее добиться положительного результата.

Балетные люди вообще суеверны?

Да, суеверны. Но в то же время все - люди верующие. Сцена - это такое магическое пространство. Чтобы каждый раз вступать в него, нужны силы. Вера человеку очень помогает. Каждый на сцену со своим ангелом-хранителем идет.

А если плохое настроение, неприятности или нездоровится и танцевать не хочется, а надо?

Конечно, случается и такое. Мы же все люди. Бывает, что вдруг за полчаса до начала спектакля нервное окончание какое-то пережимает, и я чувствую, что даже двинуться не могу, в глазах слезы, но все равно собираюсь с силами. Был совсем ужасный случай в моей жизни - в 2002-м, когда я первый раз выступала на сцене Парижской оперы. Это было невероятно ответственное событие. Парижская опера - своего рода закрытое общество: выступления иностранных артистов здесь скорее редкость. По крайней мере, раньше такие случаи можно было по пальцам пересчитать. Я должна была танцевать Китри в "Дон Кихоте", одну из своих самых удачных партий. Готовилась к выходу на сцену, и вдруг звонок из больницы. Мне сказали, что близкий мне человек в реанимации. Это был такой удар, что я даже ничего не могла произнести в ответ. Просто положила трубку... Что делать в таком случае? Отменять спектакль? Невозможно. Поэтому ты собираешься, концентрируешься, "закапываешь" эту боль внутрь себя, понимая, что потом это еще сильнее проявится.

Я однажды наблюдала вашего мужа и продюсера Константина Селиневича за кулисами, когда шел спектакль, и была удивлена, насколько переживает он!

Иногда мне кажется, что он переживает даже больше, чем я. Но я рада, что он сменил на этом "посту" моих родителей. Константин, как настоящий мужчина, умеет скрывать свои эмоции, а родители просто заболевали от всех этих стрессов. Однажды мама мне сказала: "Я больше не могу ходить на твои спектакли. Я так волнуюсь, что все равно ничего не вижу". Она вздыхала с облегчением, только когда спектакль заканчивался.

Когда спектакль заканчивается, Константин тоже вздыхает с облегчением. Он стоит за кулисами - счастлив, горд.

Самое главное, что он не становится моим фанатом. И не воспринимает балет как свою жизнь.

Как вы проводите свободное время? Путешествуете?

У нас все четко распланировано. Профессия сделала меня очень дисциплинированной. К отдыху готовлюсь тщательно, чтобы посмотреть как можно больше городов, достопримечательностей, музеев, выставок. Когда я рассказываю о том, сколько успела увидеть на каникулах, мне говорят: "Боже, ты такая амбициозная!" Меня это удивляет: что же в этом плохого? Если бы я не была амбициозной, то не стала бы примой-балериной. У меня нет времени на то, чтобы долго раскачиваться. Время летит стремительно. Это касается и моей карьеры, и вообще жизни. Поэтому стараюсь быть максимально организованной абсолютно во всем.

Есть ли у вас хобби, увлечения?

Драматический театр и фильмы. Я смотрю очень много фильмов. Когда нужно переключиться или когда сил хватает только на то, чтобы лежать без движения, кино очень помогает.

А что-то бытовое, чисто женское... Например, вы могли бы приготовить обед?

Если я захочу, то сделаю это. И все же, если у меня есть свободное время, я скорее пойду в театр или на выставку. Мне жалко терять время на то, чтобы готовить обеды. Правда, кто-то мне сказал однажды: "Когда у тебя будут дети, ты все это полюбишь".

Я сама редко готовлю, но если у меня бывает порыв, то с такой любовью все делаю, что, мне кажется, получается очень вкусно.

Так и должно быть. Все нужно делать с любовью, вкладывая душу. Я этой любви в себе не нахожу. Мне кажется, если я начну готовить, то просто испорчу продукты.

Есть стереотип, что балетные люди ограничивают себя в еде. Я знакома со многими балетными - у них прекрасный аппетит и все они нормального телосложения.

Балерина должна чувствовать свой мышечный корсет, который нужен для баланса. Если ты будешь слишком худой, то просто ничего не сможешь сделать. Бывают такие, знаете, девушки-балеринки, тоненькие, как стручки, но, к сожалению, со своей массой тела они не способны выполнять элементы, которые требуются в классической хореографии и в современной. Балерина испытывает физические нагрузки, часто большие, чем в спорте, но при этом эмоциональное состояние ее должно быть легким, воздушным. Зритель не должен видеть, каких сил ей все это стоит. Он должен видеть, что для нее танцевать так же естественно, как дышать.

Я хотела бы сделать вам комплимент. Я считаю вас одной из самых стильных женщин России. Вы и Рената Литвинова, моя подруга. У вас обеих стиль абсолютно неповторимый, совершенно необычный. Когда я слышу от кого-нибудь: "А что, разве это модно?" - мне хочется ответить: "Это не модно. Это шикарно!" Откуда у вас это особое понимание стиля?

Наверное, с детства. Я была еще совсем маленькой, топала ножками, махала ручками, но уже просила маму сшить мне что-нибудь необычное. Мама у меня - настоящая рукодельница. Она потрясающе шила и вязала, сама одевалась со вкусом и старалась, чтобы мы с сестрой были одеты с изюминкой. Мама сама шила мне школьную форму. Она выгодно отличалась от стандартной - и оттенком, и силуэтом... Я отказывалась носить некрасивые вещи. И если в Петербурге было невозможно купить симпатичные сапоги, мы ехали в Москву, отстаивали очередь в "Детском мире", но покупали то, что смотрелось лучше. Я действительно была довольно капризным ребенком в этом плане. И сейчас к своим нарядам и сценическим костюмам очень серьезно отношусь.

Диана, а друзья у вас есть среди представителей вашей профессии?

Конечно. Хореографы и партнеры - это люди, с которыми ты общаешься очень близко, и со временем они становятся друзьями. Партнер по сцене - это почти родной человек. Ты его близко знаешь, все обстоятельства его жизни, чувствуешь его настроение. Это и дружба, и своего рода профессиональное "супружество". А вообще, мир балета и современной хореографии довольно узкий, и человеческие контакты очень важны. Если вернуться к фестивалю Context. Diana Vishneva... Я бы никогда не смогла организовать такое сложное мероприятие, общаясь по телефону, по e-mail. Здесь как никогда важна репутация. Я работала со многими танцевальными компаниями, меня видели, что называется, в деле, появилось определенное мнение обо мне и доверие. Только так я смогла добиться того, чтобы лучшие современные танцевальные труппы захотели приехать к нам и выступить на нашем фестивале.

Третий международный фестиваль современной хореографии Context. Diana Vishneva пройдет в Москве с 24 по 28 ноября.

Фото: Павел Крюков/HELLO, instagram.com
------------------------------------------------
Другие фото по ссылке
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18943
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вс Ноя 22, 2015 10:49 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2015112202
Тема| Балет, БТ, гала-концерт "Аве Майя"
Автор| Лейла Гучмазова
Заголовок| В Большом театре прошел вечер памяти Майи Плисецкой
Где опубликовано| © Российская Газета
Дата публикации| 2015-11-22
Ссылка| http://www.rg.ru/2015/11/22/balerina-site.html
Аннотация|


Фото: Дамир Юсупов/Большой театр

От концертов памяти не ждешь открытий, повод не тот. Но в случае с "Аве Майя" хотелось достойного Майи Плесецкой эпохи исключения - ведь она сделала нормой выход из всяких норм.

Полгода назад Плисецкая активно обсуждала этот гала-концерт своего, на минутку, 90 дня рождения. Говорят, загоралась и красиво махала руками. Говорят, хотела видеть в свою честь не только собрание юных и не очень звезд, но и - для оживления - популярный шоу-балет, и чтоб почет почетом, но никакой застывшей бронзы. Получилось лучше, чем могло быть, хотя траурных чтений под портретом избежать не удалось. Весь четырехчасовой вечер вертелась в голове мысль: будь Плисецкая жива, она бы всему задала другой градус.

Увертюра как полагается. Брошенный на затравку Государственный академический ансамбль народного танца горячо сплясал "Арагонскую хоту", отработав фото на заднике отца-основателя Игоря Моисеева с Плисецкой. Потом пошла заурядная череда женских вариаций от балерин Большого театра, безусловно прекрасных, но трудно выносимых через запятую. Бесстрашная Мария Александрова и огневушка Екатерина Крысанова - обе Китри из "Дон Кихота". Жизнерадостная Екатерина Шипулина и пресная Мария Аллаш - обе Раймонды. Нина Капцова - по-московски расслабленная принцесса Аврора из "Спящей красавицы" с непослушными руками, Евгения Образцова - девочка Маша из "Щелкунчика" в презираемом Плисецкой стиле детской невинности.

Советский драмбалет, выглядящий эффектно только благодаря артистам, был благополучно похоронен менее известными артистками в вариациях Заремы из "Бахчисарайского фонтана" и Лауренсии из одноименного балета (ах, как до дрожи пробирает Плисецкая в старых кадрах этих спектаклей - и чихать, что с тех пор балеринские пропорции и техника стали лучше). Порадовала "завтрашний день Большого театра", выученная и взрослая по эмоциям 24-летняя Ольга Смирнова в вариации черного лебедя Одиллии. Обаяла единственная зарубежная артистка звезда фламенко Ева Йербабуена, призванная оживить ровное течение гала и показать широту взглядов Плисецкой. Еще маялись у балетного станка неизбежные дети, привезенные из города Тольятти потому, что их школу назвали именем Плисецкой, а с родной для Майи Московской Академией хореографии устроители, видимо, не смогли договориться. Наконец, был шоу-балет со светомузыкой в духе дискотеки 80-х, от которого самая чувствительная публика раньше времени потекла в буфет.

Дальше ожидалась тяжелая артиллерия. Петербургская прима Ульяна Лопаткина показала "Гибель розы" Ролана Пети в пафосной царственной манере, перпендикулярной мысли хореографа и страстному исполнению Майи (к счастью, видео первоисточника можно было пересмотреть в холле Большого). Прима Диана Вишнева разбудила зал в знаменитом "Болеро" Мориса Бежара, в свое время подаренном автором Майе, для чего из Лозанны в Москву был выписан Балет Бежара (и таки в нем есть на кого посмотреть: блеснул артист с балетной фамилией и латинским темпераментом Оскар Чакон). Танцующая в центре алого круга Вишнева завела даже долго хлопавшего ей из оркестровой ямы маэстро Тугана Сохиева.

Финальную "Кармен-сюиту" Большой театр поручил Светлане Захаровой. Вроде бы все давно известно: и что Родион Щедрин специально написал балет для Майи, переработав Бизе, и что он оказался лучшим среди других им написанных и любимым в мире. Только опять осталось загадкой, что же в нем вызвало скандал в стране, где секса не было. Разве что Кармен Захаровой выглядит гораздо целомудреннее сыплющей искрами Кармен Плисецкой. И уж да, Майя Михайловна умела выбирать мужчин: на вечере ее 80-летия по воле лучшего российского балетмейстера Алексея Ратманского и лучшего оперного режиссера Дмитрия Чернякова зрелище было - глаз не оторвать. Тогда летающие в Кремлевском Дворце шаолиньские монахи ничуть не противоречили лебедям, звезды из главных театров мира придавали действу адекватный личности Плисецкой масштаб, а постановщики увернулись от прямых сравнений ныне здравствующих балерин с вышедшей тогда на сцену легендой. Вот уж действительно, они были правы.


Последний раз редактировалось: Елена С. (Ср Дек 09, 2015 12:24 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
atv
Заслуженный участник форума
Заслуженный участник форума


Зарегистрирован: 05.09.2003
Сообщения: 3701

СообщениеДобавлено: Пн Ноя 23, 2015 12:00 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2015112203
Тема| Балет, Финская национальная опера, Белорусский театр оперы и балета, премьера, Персоналии, Евгений Глебов, Лариса Глебова, Эльза Сюльвестерссон, Генрих Майоров, Отар Дадишкилини, Игорь Чернышев
Автор| Ольга Савицкая
Заголовок| "Маленький принц" на белорусской сцене повзрослеет
// Циничный мир заставил Ларису Глебову отказаться от воздушных замыслов супруга-композитора

Где опубликовано| © Sputnik
Дата публикации| 2015-11-01
Ссылка| http://sputnik.by/culture/20151101/1018163094.html
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

Балет "Маленький принц" Евгения Глебова впервые будет представлен на сцене Белорусского театра оперы и балета1 ноября. Либретто нового спектакля подготовлено балетмейстером в соавторстве с Ларисой Глебовой, женой и другом композитора, которая более сорока лет была рядом с ним.

Лариса Васильевна поделилась с читателями Sputnik воспоминаниями и рассказала о новой постановке.

— Предыстория балета "Маленький принц" такова. В 1974 году во время премьеры балета "Тиль Уленшпигель" Евгения Глебова в Минск приехали артисты из Хельсинки. С ними была Эльза Сюльвестерссон — главный балетмейстер Финской национальной оперы. Она увидела "Тиля" и решила, что будет ставить этот балет у себя. В 1977 году в Хельсинки состоялась премьера, на которой присутствовал и президент Финляндии.

После спектакля Эльза пригласила нас к себе и в разговоре поинтересовалась, над чем работает Евгений Александрович. Она хорошо говорила по-русски, так как училась в свое время в Ленинграде в Вагановском училище. Женя рассказал, что начал было писать "Маленького принца", но оставил. Он очень любил творчество Антуана де Сент-Экзюпери и его сказку о Летчике и Маленьком принце. Эльза заинтересовалась, предложила сотрудничество с Финской оперой и убедила директора театра Юхани Райскинена поставить балет "Маленький принц".

Евгений Александрович трепетно и с большим тактом подошел к этой теме и выполнил ее, по-моему, блистательно.

Сразу после премьеры в Хельсинки Юрий Григорович предложил поставить "Маленького принца" в Москве в Большом театре, впервые в Советском Союзе. Генрих Майоров был балетмейстером-постановщиком, и в 1983 году состоялась премьера. Концертный зал Государственного Кремлевского дворца все годы, когда там шел "Маленький принц", всегда был полон. Затем Отар Дадишкилини поставил "Маленького принца" в Нижнем Новгороде, а в 1990 году Игорь Чернышев поставил его в Самаре (тогда Куйбышев).

Постановка балета "Маленький принц" на сцене Большого театра Беларуси станет пятой по счету. Евгений Александрович, к сожалению, этого не дождался. Все они разные, потому что каждый из постановщиков всегда имеет свое видение сюжета.

"Маленький принц" на сцене белорусского театра оперы и балета появляется впервые. Он будет более "взрослым", чем предыдущие постановки. Считаю, что сейчас делать такую "воздушную" постановку, как прежде, не актуально: уж слишком циничным стал мир.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18943
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Ноя 23, 2015 10:59 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2015112301
Тема| Балет, БТ, гала-концерт "Аве Майя"
Автор| Татьяна Кузнецова
Заголовок| Героиня на все вечера
Гала в честь 90-летия Майи Плисецкой

Где опубликовано| © Газета "Коммерсантъ" №215, стр. 11
Дата публикации| 2015-11-23
Ссылка| http://www.kommersant.ru/doc/2859774
Аннотация|


Фото: Дамир Юсупов/Большой театр / Коммерсантъ

На Исторической сцене Большого театра 20 и 21 ноября в честь дня рождения Майи Плисецкой прошли вечера "Ave Майя". Концерты готовила к своему юбилею она сама, а состоялись они благодаря поддержке российского мецената Алишера Усманова. Рассказывает ТАТЬЯНА КУЗНЕЦОВА.

Майя Плисецкая умерла в самом начале мая, месяца ее имени, в разгар подготовки к юбилейному гала. Режиссером она выбрала Андриса Лиепу, но во все детали вникала сама. В собственноручно написанной программе (Большой театр предусмотрительно воспроизвел ее факсимиле) Майя Плисецкая прописала не только номера, исполнителей и видеофрагменты, но даже музыкальные вставки будущего юбилея. В этом черновом, но подробном наброске можно разглядеть воспоминания о феерическом кремлевском концерте десятилетней давности, придуманном и поставленном Дмитрием Черняковым и Алексеем Ратманским, который Плисецкая считала лучшим из своих юбилеев. Однако режиссер режиссеру рознь: на сей раз за современность отвечала элементарная акробатика эстрадного ансамбля Аллы Духовой, за обожаемую юбиляршей Испанию — почтенная гранд-дама фламенко Эва Йербабуэна.

Большой театр оставил все, как было задумано: 20 ноября состоялся не вечер памяти, а гала в честь дня рождения балерины. Обошлись без речей, которые Плисецкая ненавидела: бодрый старт, согласно плану, задал ансамбль Моисеева с жизнеутверждающей массовой "Хотой". Череду женских классических вариаций, как и было велено Плисецкой, исполняли только прима-балерины Большого (исключение — экс-петербурженки Ольга Смирнова и Юлия Янгуразова, не достигшие этого статуса по молодости лет) — все танцевали от души, как умели: кто лучше, кто хуже. Одна гостья — экс-солистка Большого, ныне прима Михайловского Анжелина Воронцова — с лучезарностью Барби пропрыгала вариацию Лауренсии. Несколько детей разного возраста из тольяттинской Детской хореографической школы имени Майи Плисецкой что-то делали у станка и на середине. На заднике в это время шли уникальные кинокадры с подростком-Плисецкой в школьном классе, своевольно задиравшей высоченный арабеск на фоне примерных одноклассниц и сигающей в таких волевых полетных перекидных жете, будто ею уже станцована повелительница виллис Мирта.

Вообще-то это был бы крутой режиссерский ход: запустить весь концерт с параллельным видеорядом танцующей Плисецкой. К счастью для современных балерин, на такой радикальный шаг никто не отважился. Сама-то Плисецкая ненавидела, когда ее копировали, и три главные балерины вечера (кстати, все петербурженки, включая Светлану Захарову, окончившую Академию Вагановой), с успехом этого избежали. Их персонажи являли собой полную противоположность героиням Майи Плисецкой.

Трудно представить себе больший контраст, чем академическое благолепие Розы Ульяны Лопаткиной, тихо угасающей с прощальным поцелуем в благоговейных объятиях Андрея Ермакова, и страстную жажду жизни Розы Плисецкой, в шипах изломанных экспрессивных поз рвущейся из губительного кольца рук властного партнера. Эти принципиальные различия, переворачивающие весь смысл дуэта, могли оценить лишь особо пытливые зрители, заглянувшие в антракте на выставку костюмов и фотографий Плисецкой, где в том числе прокручивали запись ее "Гибели розы" Ролана Пети с Руди Брианцем.

Удалая Кармен Светланы Захаровой отличалась от прототипа не только идеальными ногами, но и концептуально: жажду тотальной свободы она подменила свободным поиском партнера. Задорно закадрив бесхитростно-пылкого Хозе (серьезная и качественная работа Дениса Родькина) и быстро разочаровавшись в добыче, Кармен Захаровой азартно переключилась на более перспективного клиента в лице Тореадора. В этой партии Михаил Лобухин, рисующий пальцами возле причинного места нечто вроде сердечка, нежданно открыл невиданные запасы пошлости, что вполне соответствовало потребностям новой Кармен. Героиня Плисецкой противостояла такой концепции лишь заочно: слишком дробную нарезку эпизодов из "Кармен-сюиты" крутили по ходу первых двух актов — и казалось, что это совсем другой балет.

Меньше повезло Диане Вишневой, танцевавшей "Болеро" в окружении танцовщиков бежаровского Ballet Lausanne. Умная балерина добросовестно изучила текст, тщательно продумала грим и грамотно рассчитала силы, включив темперамент на полную мощь лишь в финальной части. Против Вишневой сыграли ее внешние данные: хрупкое тельце ребенка, тонкие грациозные ручки и отрешенная маска древней пифии не объясняли экстаза толпы полуголых мужчин. Священное безумие бежаровского "Болеро" захватило зал лишь в самом конце юбилейного вечера, когда на экране затанцевала Майя Плисецкая: шесть минут ее самосжигающей сакральной пляски загипнотизировали публику, вскочившую на ноги и аплодировавшую танцующей Плисецкой до самого конца балета.

По первоначальному сценарию после этого триумфа на сцене должна была появиться сама героиня вечера — в программке она так и написала: "Мой выход вживую из центра сцены". Но судьба, которую Майя Плисецкая подчиняла своей воле почти девять десятков лет, на сей раз обманула ее — в центре сцены появился лишь портрет величайшей из балерин. И зал устроил овацию живому кумиру — Родиону Щедрину, яростно хлопавшему из царской ложи своей жене и музе, а также всем тем отважным артисткам, которые рискнули предстать в ее коронных ролях.


Последний раз редактировалось: Елена С. (Ср Дек 09, 2015 12:26 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18943
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Ноя 23, 2015 11:11 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2015112302
Тема| Балет, БТ, гала-концерт "Аве Майя"
Автор| Николай Ефимович
Заголовок| Майя Плисецкая: И мой выход вживую из центра сцены под «Болеро»...
Где опубликовано| © Газета "Комсомольская правда"
Дата публикации| 2015-11-23
Ссылка| http://www.kp.ru/daily/26461.5/3331470/
Аннотация|

Гала-концерт в Большом театре, посвященный 90-летию со дня рождения великой балерины, прошел так, как она хотела: без пафоса и славословий, на сцене - только артисты

Плисецкая собиралась отмечать юбилей ярко и красиво. Как всегда. Еще в апреле прилетала с Родионом Щедриным в Москву обговаривать предстоящее торжество. Она скучала по своей публике, по грому аплодисментов, по стихии восторженного зала. Ей очень хотелось еще раз выйти на любимую сцену Большого.

Она так и говорила: в последний раз окинуть взглядом зал, знавший ее триумфы, пройтись за кулисами, повидавшими и слезы, и любовь.

Не останавливало даже то, что театр пережил капитальный ремонт и обновился до корней. Что нет больше старых досок сцены («В Большом сцена - лучшая. Уж вы мне поверьте, я везде танцевала»). И пола у балетного станка, что впитал каторжный ежедневный пот. И дверь первого подъезда, через который она многие годы входила в театр, уже другая - не знающая ее хрупкой, но сильной руки.


Даже уйдя, Плисецкая царила на сцене. Ave Майя!
Фото: Николай ЕФИМОВИЧ


Майя Михайловна даже успела набросать рабочий вариант программы, ставший по сути почти что творческим завещанием. Здесь - все самое любимое (см. фото справа).

«Ансамбль Моисеева, что-то эффектное, но не длинное... Вариации из станцованных мною балетов… Испанское фламенко - женщина (желательно лучшая на сегодня)… Балет А. Духовой с брейк-данс и прочими эффектами… «Роза» - Лопаткина … «Болеро» целиком - Вишнева с балетом Бежара… «Кармен» - Захарова... Кода вечера - 5 - 6 минут последних тактов «Болеро» - и мой выход вживую из центра сцены под музыку...»

Все сбылось. Кроме последнего.

До ноябрьского юбилея Майя Михайловна не дожила лишь несколько месяцев. Как чудовищно несправедлива судьба! Впрочем, Плисецкая никогда не была ее баловнем. Десятилетиями она боролась за право и творить, и жить так, как танцует: независимо, вдохновенно, ломая надоевшие стандарты. И добилась цели: пресловутый советский министр культуры Фурцева, не справившись с примой, даже называла ее «предательницей» классики.

Но Плисецкая все равно весь вечер была на сцене. В тех ролях, где некогда блистала... Каждая из ярчайших звезд современного российского балета, что танцевали в этот вечер ее партии, каждый артист неизменно после выступления преклоняли головы перед вновь и вновь возникавшим над сценой портретом ослепительно красивой женщины.

Конечно, все танцевали по-своему. Никто не ставил задачи копировать: как сказала Ульяна Лопаткина, «это просто невозможно - ты все равно проиграешь»... Когда прима Большого Светлана Захарова перед празднованием 80-летия Плисецкой начала репетировать Кармен, Майя Михайловна говорила: «Она по-своему видит роль, и это правильно: там главное не ногу драть - там безумно важно, зачем ты на сцене». И была Захаровой довольна.

После «Кармен-сюиты» вставший зал потонул в шквале аплодисментов: сначала - артистам, а потом, развернувшись к царской ложе, где сидел Родион Щедрин, - выдающемуся композитору, супругу Плисецкой. Все было замечательно, но, казалось, нужна еще какая-то точка, какой-то последний аккорд в этом потрясающем представлении, где в один вечер на одной сцене блистали Диана Вишнева, Ульяна Лопаткина, Светлана Захарова, Мария Александрова, балет Бежара, лучшая испанская танцовщица фламенко Ева Йербабуена, замечательный «Тодес»... Зал продолжал бисировать, словно ждал «плисецкого финала».

А это значит - не должно быть никаких речей. Майя Михайловна страшно этого не любила, считала лукавством...

И тут раздались аккорды «Болеро» - и с неистовым огнем в глазах вихрем ворвалась она: во всю огромную высоту экрана на огромной сцене. Время не властно над ее страстным даром. И вновь становится понятно, что Плисецкая одна. Такой и останется.

Зал взорвался аплодисментами и криками «Браво», улетавшими в космос Плисецкой.

А ведь это был особый зал: бизнес-элита со своими половинами в диадемах и мехах, высокие чиновничьи чины и президентские советники... Рядом с Родионом Щедриным в царской ложе сидели вице-премьер Ольга Голодец, председатель Госдумы РФ Сергей Нарышкин, в директорской ложе можно было заметить Владимира Васильева... Рвался на этот вечер 93-летний Карден, друживший с Майей больше сорока лет, но тут уж лететь запретили врачи. Кстати, в антракте можно было посмотреть выставку, организованную Большим театром: костюмы, в которых Плисецкая танцевала, пуанты, афиши...

А за день до этого в зале Чайковского музыкальное приношение великой балерине представил Валерий Гергиев со своим знаменитым оркестром. Играли Малера, «Кармен-сюиту» и, конечно же, «Болеро». Причем в момент его исполнения на экране сцены танцевала сама Плисецкая: запись, потрепанная временем, откуда-то из заграничных фондов, поскольку в России она не сохранилась (пленку с единственным исполнением «Болеро» в Большом смыли по приказу чиновников от партии и культуры)... А здесь, на экране, она по-прежнему так пламенела своим неистовым талантом и бешеной энергией, что, казалось, вот-вот сойдет к нам, сядет рядом с Щедриным... Зал стоял, рукоплескал и плакал.

Это был, конечно, другой зал, чем в Большом. Пришло много тех, кто еще помнит спектакли «нашей Маечки», кто когда-то готов был ночевать у театра в надежде получить контрамарку или поймать лишний билетик. Не избалованный жизнью зритель, пронесший через всю жизнь восторг перед чудом творчества. Таких поклонников теперь, наверное, просто не бывает.

А Плисецкая танцевала для всех: и для нас с вами - обычных людей, и для королей и президентов. И всегда и везде, в любом зале звучало и звучит - «Ave Майя!».


Рабочий набросок программы юбилейного вечера, сделанный рукой самой Майи Михайловны.

А в это время

В сквере на Большой Дмитровке появится памятник


В Москве открыли сквер имени Плисецкой. Пару лет назад, во время арт-фестиваля, знаменитый на весь мир своими граффити художник Эдуардо Кобра нарисовал на стене дома на Большой Дмитровке огромный яркий портрет Плисецкой. Это сразу и Лебедь, и Жар-птица! Он не был знаком с ней, не видел на сцене, и все же силой таланта ему удалось передать характер балерины, у ног которой был весь мир.

«Я просто обалдела, - сказала мне Плисецкая, - когда впервые увидела эту работу бразильца». Вместе с Щедриным они, появляясь в Москве, специально сюда приходили полюбоваться. И однажды были огорчены: рядом шла стройка, у портрета появились бытовки...

Теперь городские власти все благоустроили - получился уголок памяти великой балерины. Совсем недалеко - Большой театр. Да и Большая Дмитровка - одна из самых театральных улиц Москвы. Стало традицией: зрители идут после спектаклей домой, задерживаются, фотографируются...

Здесь и появится памятник великой балерине. А летом будут проводиться танцевальные классы. Как признался на открытии памятной доски у портрета Родион Щедрин: «Плисецкая шагнула в будущее».
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18943
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Ноя 23, 2015 11:28 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2015112303
Тема| Балет, БТ, гала-концерт "Аве Майя"
Автор| Наталия Звенигородская
Заголовок| "Второй раз родиться не выйдет, как ни старайся. Своё живи!"
Вечер "Ave Майя" в Большом театре посвятили памяти великой балерины

Где опубликовано| © Независимая газета
Дата публикации| 2015-11-23
Ссылка| http://www.ng.ru/culture/2015-11-23/10_maya.html
Аннотация|


В этот день она планировала лично принимать поздравления друзей... Фото Дамира Юсупова с официального сайта Большого театра

20 ноября Майе Михайловне Плисецкой исполнилось бы 90 лет. В дни памяти великой балерины в Москве одна за другой прошли две акции. 18 ноября дневной концерт симфонического оркестра Мариинского театра собрал аншлаг в Концертном зале им. П.И. Чайковского. На сцену Большого театра в свой день рождения планировала выйти сама Майя Михайловна – она лично готовила программу этого вечера. Но судьба распорядилась иначе.

В скорбном жанре, в котором трудно да и страшновато быть оригинальным, Валерий Гергиев предложил креативный подход. В концерте под названием «Майя. Болеро» вышел на сцену с Симфоническим оркестром Мариинского театра и… с Плисецкой. Она на огромном экране шаманила в легендарном балете двух Морисов – Равеля и Бежара (видеозапись 1975 года), а оркестр под управлением Гергиева аккомпанировал танцу вживую. В программе одноактного действа также прозвучали Adagietto из Симфонии № 5 Малера (на эту музыку Плисецкая танцевала «Гибель розы» в хореографии Ролана Пети) и «Кармен-сюита» Бизе–Щедрина, специально для нее созданная в 1967 году Альберто Алонсо. Валерий Гергиев – один из немногих, кто мощью темперамента и тонкостью чутья сродни Плисецкой. Это было достойное ее приношение.

Постановщик состоявшегося 20 ноября на исторической сцене Большого театра вечера «Ave Майя» Андрис Лиепа с концепцией не мудрил. С не свойственной Плисецкой выспренностью фрагменты из ее книги читала Илзе Лиепа. К балетному станку выбегали трогательные девочки в розовых платьицах (учащиеся Детской хореографической школы им. М. Плисецкой из Тольятти). Лучшие партии балерины в трех отделениях исполняли солистки ведущих театров – Большого, Мариинского, Михайловского. Были здесь и «Гибель розы» (Ульяна Лопаткина), и «Болеро» (Диана Вишнева), и «Кармен-сюита» (Светлана Захарова). Одна за другой на сцену выходили Мария Александрова (Китри), Евгения Образцова (Маша из «Щелкунчика»), Екатерина Шипулина (Раймонда), Анжелина Воронцова (Лауренсия), Ольга Смирнова (Одиллия), и еще одна Раймонда – Мария Аллаш, и еще одна Китри – Екатерина Крысанова… А на экране мелькали старые фото и кинокадры. Там кипела жизнь. Здесь проходило мероприятие. Это вовсе не означает, конечно, что балерины наши не хороши. Хороши. Некоторые даже очень. Они техничны, изящны, талантливы. Превосходные балерины у нас были и всегда будут. Такой, как Плисецкая, не будет больше никогда. Вечер как-то особенно остро дал это почувствовать.

Больно за Родиона Константиновича Щедрина. Они были идеальной парой – не в ханжеском, а в самом настоящем, человеческом смысле.

Жаль всех нас, оставшихся без Майи.

Майю не жаль. Это слово и это чувство с ней не вяжутся.

В скорбные дни прощания СМИ часто цитировали одну ее фразу: «Второй раз родиться не выйдет, как ни старайся. Свое живи!»

Она – прожила.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18943
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Ноя 23, 2015 12:08 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2015112304
Тема| Балет, МАМТ, Премьера, Персоналии, Сергей Полунин, Ксения Рыжкова, Нина Ананиашвили
Автор| Александр Фирер
Заголовок| Английский след
Где опубликовано| © «Музыкальная жизнь», №11 (2015), с.21-23
Дата публикации| 2015 ноябрь
Ссылка| http://mus-mag.ru/6-journal.htm
Аннотация| ПРЕМЬЕРА

Авторский вечер балетов «Рапсодия» (1980), «Вальс» (1958), «Маргарта и Арман» (1963) классика английской хореографии Фредерика Аштона подготовил Музыкальный театр имени Станиславского и Немировича-Данченко. Ответственность за английский стиль взяли на себя постановщик Грант Койл и приглашенный солист Сергей Полунин – питомец лондонского Королевского балета.


"Вальс". В центре - Оксана Кардаш, Наталья Сомова, Ольга Сизых

Балет Музыкального театра, руководимый Игорем Зеленским, резко изменил свой репертуарный курс, предпочтя креативные работы великих современников (что так ложилось на творческую природу труппы) проверенным временем опусам американских и английских классиков XX века. На сей раз компания рискнула примерить на себя реликвии лондонского Королевского балета. Тематическая программа Аштона дает довольно широкий срез его творчества, позволяет получить объемное представление об особенностях его почерка и «диалекта». Но если Сергею Полунину «по ногам» стилистические и технические каверзы хореографа, то труппе Музыкального театра предстоит пройти еще долгий путь освоения чужеродного материала.

Несомненным украшением вечера является изумительная по красоте и глубине музыка Рахманинова, Равеля и Листа. Оркестр уверенно ведет Тимур Зангиев, а группа солирующих пианистов, лауреатов международных конкурсов (Армен Манасян, Константин Хочикян, Екатерина Леденева, Александр Румянцев), проявляет высокий класс профессионального мастерства.


"Вальс"

Хореографическую поэму для оркестра «La valse» Равель написал в 1920 году по заказу Дягилева. Композитор уточнял, что задумал «Вальс» «как нечто вроде апофеоза венского вальса, который вовлекается во все нарастающий фантастический и фатальный вихрь». В музыке вальсовые обороты надламываются, деформируются, усекаются, взрываются в магме фатального кружения, темы искажаются и драматизируются, мелодии скрипок сопровождаются тревожными хроматическими пассажами виолончелей, а нарастающий темп устремляется к шторму. Интонации затаенной тревоги, зловещей призрачности и некоего наваждения завладевают музыкальным пространством. Современники Равеля усматривали в этой музыке крушение целой эпохи и полагали, что над «Вальсом» «пронесся ураган войны», но сам композитор смеялся над этими домыслами. Сергей Дягилев отверг сочинение Равеля, резюмировав: «Это не балет, а портрет балета». Тем не менее «Вальс» поставили и Бронислава Нижинская в труппе Иды Рубинштейн в 1929 году, и Джордж Баланчин – в Нью-Йорк сити балете в 1951. В опусе Нижинской танцевал молодой Фредерик Аштон, который слишком общий подход к произведению и интерпретацию хореографа считал не соответствующими сценическим ремаркам композитора. Работая над своей версией, Аштон использовал комментарии Равеля в предисловии к партитуре в качестве либретто балета. Мчащиеся облака постепенно рассеиваются, открывая взору перспективу дворцового бального зала, заполненного вальсирующими парами и постепенно заливающегося ярким светом. Аштон создавал «Вальс» как великосветский венский бал, на котором царят три пары солистов. Режиссерски он опоэтизировал девятый вал вихревого кружения люстр, пышных платьев, драгоценностей, фраков с изобилием партерных и верхних поддержек. Но за внешним блеском кроется истинное упоение танцем. Этот балет не что иное, как культовый ритуал вальса. Аштон старался уйти от гнетущего подтекста музыки и «отсканировать» лишь дансантную динамику. В результате надмакабрический экстаз движения приводит к вершинной энергетической точке – апогею мышечного и эндорфинного воодушевления, за которым любой катаклизм не воспринимается трагическим финалом, но вовлекается во вселенский бал. Пока есть танец, есть жизнь. Труппа театра воспроизводит текст с большим тщанием, к которому недостает бесшовной стилистической и темпоритмической свободы, а также раскрепощенности в высоких поддержках. Три солирующие пары (Наталья Сомова – Георги Смилевски, Ольга Сизых – Иван Михалев, Оксана Кардаш – Сергей Мануйлов) работают на максимуме своих возможностей.


Ксения Рыжкова, Сергей Полунин. Рапсодия

«Рапсодию» Аштон сочинял на Михаила Барышникова. Автор хореографически воплотил дансантную суть знаменитого танцовщика, нарисовал портрет трепетной живости его аллегро-таланта, а также сублимировал в своем балете доблестные достижения советской школы мужского классического танца. Балет представляет собой художественное эссе о насыщенной природе танца, в котором виртуозная безупречность делает условными законы гравитации. Взяв «Рапсодию на тему Паганини» Сергея Рахманинова, Аштон отказался от присутствия образа итальянского скрипача-виртуоза в своем опусе и построил балет на эллинистических стандартах, поставив в центре солиста в качестве античного певца-рапсода. В его руках нет жезла, но тем не менее именно солист энергетически доминирует в композиции «Рапсодии», даже в лирическом дуэте с «музой». Кажущаяся импровизационная свобода требует технической безупречности в виртуозной перенасыщенности мужской партии. Сергей Полунин добавил к динамичному драйву своей роли квазигамлетовской предгрозовой тембральности и отменного премьерского лоска. Но если на первом премьерном спектакле танцовщик не смог избежать мелких помарок и соединить воедино дуэт и сольные фрагменты, контрастные по настроению, то второй спектакль вылился в триумф артиста. Его вдохновенные драматические порывы, выбросы сгустков энергии гармонично сочетались с пластическими размышлениями, элегическими отзвуками в танце и проникновенной лирикой в дуэте, органично вписываясь в «сонатную» форму балета. Полунин придал смысл своим безупречным револьтадам, легким, высоким и зависающим прыжкам, головокружительным вращениям и протестным выбросам ноги, рассекающей плоть сценического пространства. Трактовка танцовщика по духу ближе к Рахманинову, чем мажорный по сути опус Аштона. Неожиданная парадоксальность исполнения, однако, убеждает и заинтересовывает. Ксения Рыжкова, которой обычно недостает изящества и филигранной точности в исполнении, кажется, впервые максимально скрупулезно подошла к роли. Старательная и улыбчивая балерина, ведомая именитым партнером, стремилась раствориться в танцевальном единении, а в своих соло была нацелена на четкость пальцевой техники. Но все-таки не обошлось без «ляпов»: испанские руки с воображаемыми кастаньетами в застывшей дуэтной позе перед кульминацией – чужеродный довесок из «Лауренсии». Беспокойная торопливость шести корифейских пар поспеть за сверхскоростями техники внесла некую суматошность. Мужскому составу (заметим, сильно неоднородному по физической форме) не удалось довести исполнение до требуемого уровня: танцовщики не держали спину, невыворотно «садились» в плие, не тянули стопы, не дотягивали колени, допускали приблизительность в заносках.

Во втором составе главную партию посредственно исполнил ведущий солист Новосибирского театра оперы и балета Роман Полковников. Вызывает недоумение заинтересованность Музыкального театра в этом атлетичном, но антиклассичном танцовщике.


Нина Ананиашвили - Маргарита, Сергей Полунин – Арман. Маргарита и Арман

Балет «Маргарита и Арман» на музыку Листа в оркестровке Дадли Симпсона впервые в России был поставлен в Музыкальном театре в 2009 году. В нынешнем его возобновлении нумерологически зеркально отразились цифры 52 и 25: это возраст исполнителей заглавных партий экс-примы Большого театра Нины Ананиашвили и Сергея Полунина. Харизматикам Марго Фонтейн и Рудольфу Нурееву, на которых в 1963 году ставился балет, тогда было 43 и 25. Это определило суть балета, которая – в альянсной встрече заката и рассвета, зрелости и юности. Бессмертная история любви Дюма-сына «Дама с камелиями» ожила в очередной раз под «фаустовскую» си-минорную фортепианную сонату Листа. В этом произведении, полном глубочайших смыслов, таинства и откровений, непостижимой ауры, Аштон увидел сокровенный транс любви. Страстное чувство замешано на широкой амплитуде от лучезарного проявления счастья до страданий и сердечных мук. Тонкий лаконизм разнохарактерных изысканных дуэтов и чуткое следование композиторской логике позволяют передать романтическую интонацию повествования. А головокружение поддержек, ненавязчивая виртуозность, хореографическое «послезвучие», стремительная рельефность драматургии, мистическое отражение воздушных интерьеров музыки в исполнении харизматиков делают опус Аштона желанным раритетом репертуара состоявшихся артистов. После Фонтейн знаменитая француженка Сильви Гиллем внесла свое оригинальное видение образа, покорив зрителя сокрушительной естественностью, обаянием и глубочайшим внутренним достоинством. Плоть от плоти московского балета Нина Ананиашвили спустя годы руководства тбилисской балетной труппой неожиданно появилась в Москве и выступила в партии Маргариты. Марго Фонтейн когда-то говорила, что срок карьеры балерины определяют только публика и касса. В подтверждение этих слов, Ананиашвили танцевала в переполненном театре, атмосфера которого дышала предчувствием праздника. Зритель увидел столь чтимую москвичами и знакомую Нину и ее стиль широких мазков и жестов. Запечатлелся трепетный дрожащий уход Маргариты на пальцах, напоминавший шероховатую поступь морского прибоя, будто неумолимо крадущего образ Армана. В дуэтах она была любящей и экспрессивной и отдавалась чувству сполна. Ее Маргарита жаждала испить до дна источник нежности и знать, что она все еще любима. И Арман (Сергей Полунин) ей в этом горячо и страстно помогал. Артист предстал галантным кавалером: Полунин танцевал с партнершей пылко, как с ровесницей, не помышляя даже намекнуть балерине на разницу в возрасте. В его объятиях Ананиашвили могла чувствовать себя истинно желанной, когда ничто не имеет значения, кроме любви. Арман – блистательная и на сегодняшний день эталонная работа Сергея Полунина. Он буквально вживается в роль: в любой сцене магнетически приковывает к себе внимание и своим выразительным танцем, и артистической энергией. Уже его первое порывистое антре всецело захватывает зал, а «трубадурские» дуэты, аффектированное пренебрежение к Маргарите на балу и шквальный бег с развевающимся плащом фотографически врезаются в память. Полунин абсолютно естественен и в гневном отчаянии, и в лирической проникновенности, и в бескомпромиссности чувств.


Нина Ананиашвили - Маргарита, Сергей Полунин – Арман. Маргарита и Арман

К сожалению, исполнители второго и в большей степени третьего состава представили пока лишь схему гипотетических чувственных и полных драматизма отношений. Тем временем «Маргариту и Армана», как и «Рапсодию», единолично и с полным правом себе присвоил Сергей Полунин.

Фото Олега Черноуса предоставлены пресс-службой Музыкального театра имени Станиславского и Немировича-Данченко
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18943
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Ноя 23, 2015 2:27 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2015112305
Тема| Балет, БТ, гала-концерт "Аве Майя"
Автор| Павел Ященков
Заголовок| В ГАБТ отметили 90 лет легендарной Плисецкой
Пожар в крови Майи и на сцене Большого

Где опубликовано| © газета "Московский комсомолец"
Дата публикации| 2015-11-23
Ссылка| http://www.mk.ru/culture/2015/11/23/v-gabt-otmetili-90-let-legendarnoy-pliseckoy.html
Аннотация|

«Ave Майя» - называется балет, поставленный когда-то гением хореографии XX века Морисом Бежаром на Майю Плисецкую. Точно так же назывался и вечер к 90-летию со дня рождения этой великой танцовщицы, состоявшейся на Исторической сцене Большого театра. Цена за билет на первые ряды партера на черном рынке на этот концерт, говорят доходила до 70 тысяч рублей и все равно билетов не было… И это свидетельствует, не только о престижности спонсировавшегося Алишером Усмановым мероприятия, которое в прямом эфире транслировал телеканал «Культура», стремлении попасть сюда любой ценой, но и о всенародной любви к великой балерине ушедшей от нас всего полгода тому назад.


фото: Дамир Юсупов

Программа концерта составлена, кстати, при жизни танцовщицы и при её непосредственном участии. В программке даже воспроизведена фотокопия составленного Майей Михайловной «порядка номеров», чтоб никто не подумал, что завершающее I акт выступление ансамбля «Тодес» - самодеятельность режиссера вечера Андриса Лиепы. В отличии от юбилея 10 летней давности вечер включал все знаковые для балерины партии. Но череда следовавших как на конкурсе одна за другой вариаций из «Дон Кихота», «Раймонды», «Щелкунчика», «Бахчисарайского фонтана», «Лауренсии», «Спящей красавицы» и «Лебединого озера» проходивших в основном в исполнении прим Большого театра навевала откровенную скуку… Нет, все было исполнено вполне себе академично, технично и стабильно, но достаточно было сравнить эти дистиллированные танцы, с тем как танцевала эти же вариации сама виновница торжества (благо, что видеоряд был представлен в изобилии, создавая ощущение, незримого присутствия на концерте самой Майи Михайловны), чтобы воочию был очевиден масштаб потери. Что ж, в этой ситуации танцовщицам Большого театра можно только посочувствовать.

Танец Майи это всегда полыхающий огонь готовый вот-вот стать пожаром… Это азарт, агрессия, секс, а сама она фигура масштаба скорее эпохи Возрождения, как и личности, что её окружали… Ролан Пети создавший для неё свой пластический шедевр «Гибель розы» или Морис Бежар, «Болеро» которого она танцевала так, будто балет задумывался специально на неё. Кстати, после исполнения именно этого балета, (причем разрешение показывать его советской публике давал лично генсек Л. И. Брежнев) академик Капица сказал Плисецкой: «В средние века вас бы сожгли на костре как ведьму за такие танцы»… И это она считала высшей похвалой.

Понятно, что ничего даже отдаленно похожего в истории балета не было, да и теперь уже точно не будет… Так, что попытка трёх самых выдающихся балерин уже наших дней участвовавших в концерте (Ульяны Лопаткиной, Дианы Вишневой и Светланы Захаровой), примерить её знаковые роли на себя - была задачей трудновыполнимой и вряд ли решаемой в принципе. Однако Лопаткина показавшая свое прочтение «Гибели розы» (этот балет она исполняет давно и готовила его в свое время с самим маэстро Пети), свободным дыханием, кантиленой, потрясающими льющимися линиями, оказалась вполне адекватна гениальной хореографии. Чего не скажешь о её партнере Андрее Ермакове. Однако не будем судить танцовщика слишком строго: вступать в заочное соревнования с Руди Брианом – первым исполнителем этой партии, говорят не совсем удавалось даже Александру Годунову.

Помимо Лопаткиной, в другом знаковом для Плисецкой балете - «Болеро» Мориса Бежара во втором отделении выступила и Диана Вишнева, так что не мудрено, что именно это отделение стало апофеозом трехчастного вечера. Конечно, по сравнению с Плисецкой, танцовщице в этой партии не хватает масштаба, да и энергетика совсем не та, но Мелодии - Вишневой, очень помогли танцовщики бежаровской труппы, взявшие на себя функцию равелевского Ритма. Насколько важна эта кордебалетная поддержка поймут те, кто посмотрел показанный в эти же дни по каналу «Культура» фильм, в котором Плисецкой в роли Ритма аккомпанировали танцовщики кордебалета Большого театра – навсегда испортившие эту драгоценную запись. С помощью артистов «Бежар Балет Лозанны» Вишнева сумела достигнуть приличного результата, выглядела в этой партии вполне убедительно (хотя и уступала Жюльену Фавро, танцевавшему «Болеро» в недавнем «Кремлин Гала»), и словно мантру повторяя бежаровский «священный текст» и раскрывая его сакральный смысл была чем то даже похожа на вещую весталку исполняющую некий тайный обряд.

Столь же исключительно важным в актерской судьбе Майи Михайловны был и балет «Кармен-сюита» исполненный на мемориальном вечере артистами Большого театра в третьем отделении. Тут придется констатировать, тот, всем уже и без того известный факт, что великолепной приме Большого Светлане Захаровой партия Кармен вряд ли подходит (но нельзя не оценить и тот большой прогресс, который проделала артистка за годы исполнения этой партии на сцене). Тем не менее, балет 1967 года увлекал, и, как и прежде, демонстрировал свою жизнеспособность и современность. Но достойной высокой оценки в «Кармен-сюите» была работа отнюдь не Захаровой, разыгрывающей на сцене Большого со своим Хозе – Денисом Родькиным кукольные страсти, которым ни на грош не веришь, и которых нисколько не чувствуешь. Хотя Родькин был красив, танцевал технично, но это пожалуй все, что о нем можно сказать. По-настоящему в «Кармен-сюите блистал Виталий Биктимиров (Коррехидор), танцовщик в Большом театре сильно недооцененный, а кроме того Михаил Лобухин (Тореро). Как не старался последний стушевать свою игру, чтобы соответствовать своей как лед холодной партнерше, все равно выдавал на сцене (порой даже с сильным перебором) изрядную долю несокрушимого темперамента.

Для финала вечера его режиссер Андрис Лиепа придумал ход, который иначе как гениальным не назовешь…На кроваво-красном столе во весь рост танцевала свое «Болеро» сама Майя Михайловна. При этом совсем не чувствовалось, что только стол в этой композиции настоящий… Казалось, что гениальная балерина сошла к нам на этот стол с киноэкрана, чтоб станцевать перед своим зрителем в последний раз – такая от этого видеоизображения шла энергия и жизнь… И никак нельзя было примирится с мыслью, что великой Майи больше нет с нами.


Последний раз редактировалось: Елена С. (Ср Дек 09, 2015 12:28 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18943
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Ноя 23, 2015 2:44 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2015112306
Тема| Балет, БТ, История, Память, Персоналии, Майя Плисецкая
Автор| Валерий ИВАНОВ
Заголовок| Майя Плисецкая – навсегда
Где опубликовано| © газета "Самарские известия" №171 (7032)
Дата публикации| 2015-11-20
Ссылка| http://samarskieizvestia.ru/document/19546
Аннотация|



ПАМЯТЬ. Прима: «Танец должен быть одухотворен, но эмоциям, как настоящему прыжку, научить нельзя»

Сегодня, 20 ноября, 90 лет со дня рождения великой балерины XX столетия


До своего 90-летия легендарная Майя не дожила ровно полгода.

Она с трепетом ожидала эту дату, готовилась достойно ее встретить. Сегодня, когда Майя Плисецкая ушла, с нами осталось запечатленное на видео и кинопленке бесценное наследие ее танцевального гения. Остались ее мудрые высказывания о балетном искусстве, о жизни вообще.

Вот несколько фрагментов из того, что в разные годы посчастливилось услышать из уст Майи Михайловны автору этих строк.

О роли русского балета
«Ни для кого не секрет: роль русского балета огромна. Начиная с Дягилевских сезонов, он стал настолько популярным, что многие иностранные танцовщики брали русские псевдонимы, чтобы их принимали за русских. Сегодня немало знаменитых танцовщиков в разных странах мира - ученики русских педагогов, среди которых есть и петербуржцы. Научившись, они пошли дальше, стали создавать новое. И все эти новые дороги для них всегда были открыты.

Санкт-Петербург - колыбель русского классического балета. Здесь работала Агриппина Ваганова. Она была гением, как Микеланджело, хотя занималась у тех же педагогов, что и ее сверстники. За несколько уроков она могла научить тому, на что у других уходят годы. Преклоняюсь перед нею. Сейчас могу только плакать: не прощу себе, что в свое время не приехала к ней, не использовала возможность еще раз позаниматься у непревзойденнейшего мастера.

Французу Бежару заказывали то, что было запрещено делать в России Якобсону. Поэтому один хореограф состоялся, а другой - не очень. Сегодня есть кубинская школа, но ведь там работали русские хореографы. Вообще говоря, совсем не важно, какая школа. Важно, чтобы хорошо танцевали и чтобы зрителям не хотелось спать. Кстати, знаменитых американских «герлз» придумал наш Голейзовский, который двадцать лет работал ночным сторожем в гастрономе! А в это время его «герлз» завоевывали Голливуд.

Мы никогда бы ни от кого не отстали. Просто в Советском Союзе всегда говорили «нельзя», и поэтому наши великие хореографы попросту погибли, так и не сумев осуществить свои замыслы. Работая в свое время в Японии над балетом «Послеполуденный отдых фавна», я поняла, что это чистый модерн и что именно русский хореограф Нижинский был первооткрывателем этого жанра. Потом это от нас ушло. Великий Баланчин, составивший эпоху в балете ХХ века, - тоже воспитанник петербургской школы. Сейчас мы многое берем у западных мастеров, но в свое время их самих формировало наше русское мастерство.

Школа у нас еще сохранилась, но есть и иные пути, по которым движется мировой балет. Сегодня другое время, и взаимное влияние идет как бы по кругу: все всё видят и знают друг о друге. Другой стала танцевальная техника. Раньше мы и не подозревали, сколько разных индивидуальностей хореографов и исполнителей есть во многих странах».

О разных поколениях
«Разные поколения балетных артистов сравнивать трудно: меняется эстетика. Сейчас балет испытывает огромное влияние спорта, который в свою очередь стремится к артистизму. В свое время Ваганова не приветствовала все это, полагая, что таким образом ломается танцевальная линия. А еще появилось видео, и танцовщики получили возможность посмотреть на себя со стороны, чего раньше у них никогда не было. Сегодня многие учатся по видео, и это очень хорошо. Может быть, это спасет классический балет, потому что хороших педагогов не так много.

Меня всегда интересовала молодежь: что думают, чего хотят молодые люди. Я всегда стремилась помогать молодым. Ради этого был задуман конкурс «Майя», который трижды прошел в Санкт-Петербурге в 1990-е годы. От молодых танцовщиков сегодня требуется очень многое. Основное, конечно, мастерство и постоянное стремление к новому. Еще - музыкальность, ощущение стиля. Танец должен быть одухотворен, но что касается эмоций, то они или есть, или их нет. Этому, как настоящему прыжку, научить нельзя. Шаг, пируэт – другое дело.

У нас в творчестве все еще не изжито чувство коллективизма. Но ведь у каждого артиста своя собственная судьба, душа. Я не хочу похожести, всю жизнь стремилась не быть похожей ни на кого. Это и есть индивидуальность. Ее хочу обнаружить и у исполнителей моих партий. Я думаю прежде всего о качестве танца, а не о школе. Для меня не важно, где человек работает, в России или за рубежом, какая у него школа и какая национальность. Важно, чтобы он хорошо танцевал».

«Наверное, я не слабый человек»
«Меня часто спрашивают, на чем держится моя независимость. Да ни на чем. Просто это у меня в крови. Наверное, я все-таки не очень слабый человек. Слабым это было бы не под силу. Ведь был период, когда я ощущала практически полную изоляцию, люди со мной не здоровались. На меня шла лавина доносов. Меня мечтали вообще посадить в тюрьму и посадили бы, если бы было чуть-чуть другое время. Но в период хрущевской «оттепели» просто так, без причины это сделать было уже невозможно. Кроме того, я была известна - не просто какая-то Мария Ивановна. Был бы скандал, и это, очевидно, тоже сдерживало.

Думаю, в человеке прежде всего должна присутствовать некая гармония с природой и окружающими людьми. Нужно быть честным, порядочным. Кто будет любить предателя, вора? Конечно, очень важны воспитание, умение вести себя, внутренняя интеллигентность, такт. У нас это здорово хромает. Даже общаться многие не умеют, кричат, как на базарной площади. И еще - ничего не нужно делать специально. Фальшь, искусственность я вижу всегда.

Что касается трудолюбия, то это все немножко преувеличено. Особенным трудоголиком я не была, хотя работала много, танцевала массу спектаклей. Но сравнить нас, балетных артистов, с цирковыми нельзя. Вот они трудоголики, и к тому же каждый день рискуют своей жизнью. И еще спортсмены. Они уже к двадцати годам порванные...»

Плюс Щедрин…
Вначале слово Родиону Константиновичу:
«Прожить целую жизнь с Плисецкой и не писать балетную музыку? Наверное, на моем месте каждый поступил бы таким же образом, будь он композитор. Это судьба. Впрочем, мой первый полнометражный балет «Конек-Горбунок» я написал еще до моего знакомства с Майей Михайловной по заказу Большого театра. А еще раньше, на первом курсе консерватории, по просьбе известного танцовщика Алексея Николаевича Ермолаева сочинил музыку для его моноспектакля, который имел огромный успех у публики. Так постепенно все шло к встрече с Плисецкой. Я не думаю, что мы старались для этого что-то делать. Значит, мы просто идеально сошлись. У нас изумительные отношения, никаких противопоставлений. Когда меня называют мистер Плисецкий, а ее фрау Щедрина, мы не обижаемся. Многое зависит от ее исключительного характера. Я всегда считал и считаю, что она попала к нам из другой солнечной системы. Как-то ее занесло сюда».

А теперь – Майе Михайловне:
«Щедрин на десятилетия продлил мою сценическую жизнь, написав специально для меня несколько балетов. Нужно слушать, что говорит Щедрин. Я всегда жалела, когда не следовала его советам. Выходило хуже…».

В честь Майи
В эти дни в честь великой Майи Плисецкой в Москве проходят уникальные памятные акции, на которых посчастливилось присутствовать автору этих строк.

Накануне 90-летия со дня рождения Майи Плисецкой ее память почтил симфонический оркестр Мариинского театра под управлением Валерия Гергиева. Майя Плисецкая была близким другом маэстро Гергиева и коллектива Мариинского театра. Вместе с супругом Родионом Щедриным она приезжала не только в Санкт-Петербург, Москву и другие города на спектакли и фестивали Мариинки, но и на Музыкальный фестиваль «Мстиславу Ростроповичу» в Самару.

В среду, 18 ноября, в Концертном зале имени Чайковского симфонический оркестр Мариинского театра под управлением Валерия Гергиева исполнил программу из музыкальных сочинений, которые оказались знаковыми для Майи Плисецкой. На каждое из этих сочинений выдающиеся хореографы XX столетия поставили балеты специально для великой балерины.

Программу открыло Adagietto из Симфонии №5 Малера, напомнившее о балете «Гибель розы», который на эту музыку поставил для Плисецкой Ролан Пети. Затем была исполнена «Кармен-сюита», созданная Родионом Щедриным на основе музыки Бизе к опере «Кармен». Майя Плисецкая много лет блистала на сцене Большого театра в одноименном балете, сочиненном для нее хореографом Альбертом Алонсо. В заключение прозвучало «Болеро» Равеля, которое сопровождалось видеозаписью 1975 года танца Плисецкой в одноименном балете в постановке Мориса Бежара.

Вчера, в Большом театре открылась посвящённая Майе Плисецкой выставка, а сегодня, 20 ноября, в день рождения великой балерины, в ее честь на сцене Большого состоится грандиозный гала-концерт Ave Майя. В его программе - сцены из балетов, в которых блистала Плисецкая, и номера, специально поставленные для памятного вечера. В партиях из репертуара Майи Плисецкой выступит целая когорта ведущих балерин Большого, Мариинского и Михайловского театров. Среди них хорошо знакомые самарским зрителям Ульяна Лопаткина, Диана Вишнева, Мария Александрова, Ольга Смирнова, Евгения Образцова и Мария Аллаш, выдающаяся исполнительница фламенко Ева Йербабуена, артисты Ансамбля народного танца имени Игоря Моисеева. В программе вечера также одноактные балеты «Гибель розы», «Болеро» и «Кармен-сюита».

К сожалению, в Самаре, с которой в жизни и творчестве и Майи Плисецкой, и Родиона Щедрина связано очень многое, знаковая дата прошла незамеченной. Даже на недавнем Шелестовском балетном фестивале не нашли возможным сделать на этой дате хоть какой-то акцент. А ведь Плисецкая отзывалась о Шелест с высочайшим пиететом, отдавая должное ее огромному таланту.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18943
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Ноя 23, 2015 11:02 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2015112307
Тема| Балет, БТ, гала-концерт "Аве Майя"
Автор| Елена ФЕДОРЕНКО
Заголовок| «Чем не культ балетной личности…»
Где опубликовано| © Газета «Культура»
Дата публикации| 2015-11-23
Ссылка| http://portal-kultura.ru/articles/balet/124993-chem-ne-kult-baletnoy-lichnosti-/
Аннотация|

На Исторической сцене Большого театра прошли вечера «Ave Майя» в честь 90-летия великой балерины.


фото: Дамир Юсупов

Майя Плисецкая любила отмечать юбилеи ярко — таков был характер. Праздники она нарекла «вопросами геронтологии» и о вечерах, отмечавших «округлявшиеся с каждым разом даты», рассказала в своих книгах. «Звездным часом» называла фестиваль, посвященный своему 80-летию. Премьеры, два спектакля Большого, исполненные в ее честь, фильмы в «Иллюзионе», выставки в Новинском пассаже и Большом Манеже. Майя Михайловна принимала участие во всем и с улыбкой усталости от грандиозного «персонального» чествования шутила: «Чем не культ балетной личности…». Кульминацией тогда стал гала в Кремлевском дворце (Большой был закрыт на реконструкцию) под названием «Дон Кихот». Московский балет-ветеран принимал гостей, и кого тут только не было — родные артисты и звездные гости, брейкеры и бритоголовые шаолиньские монахи, гламурный идальго Хоакин Кортес и «казаки» из Ансамбля Александрова. Даже ветераны хора Большого театра в синей униформе билетеров с золочеными нашивками на рукавах дефилировали по сцене с корзинами алых роз. Сюрпризы сыпались как из рога изобилия. Сама Майя Михайловна танцевала для гостей подарок Мориса Бежара — миниатюру «Ave Майя». Вечер вошел в разряд легенд, фрагменты повторялись по телевизионным каналам, балетоманы вспоминают его все прошедшие десять лет.

Нынешний тоже транслировался в прямом эфире, записан и будет повторяться, только по сравнению с гала 2005-го показался бледной копией. Режиссер Андрис Лиепа не стал искать новые ходы и решения, а предпочел выступить послушным исполнителем программы, подготовленной при жизни Майи. Сохранился «Порядок концерта», написанный быстрым кружевным почерком Плисецкой. Его напечатали в программке как доказательство воли самой балерины. Однако от первоначального плана до финального воплощения — долгий путь через сценарий, режиссерскую драматургию, мизансценические кульминации… И путь этот прокладывали уже без Плисецкой.

По сцене Большого — «лучшей сцены… на планете Земля люди не построили» — пролетел жизнеутверждающей «Арагонской хотой» многолюдный Ансамбль имени Игоря Моисеева. После чего подмостки показались особенно пустынными, и на них, как на лобное место, поднимались лучшие балерины Большого (в их компанию попала и экс-солистка Анжелина Воронцова) с коронными вариациями Плисецкой. При точном кастинговом раскладе крошечные одинокие танцы (в спектаклях соло героинь окружает пышный кордебалет и «звучат» они в контекстах сюжетов) вызывали обиду за их исполнительниц. И не их вина в том, что сиротские соло не рифмовались с танцем Майи, взрывавшим сочными красками нежный мир академического балета. Фоном становилась видеопроекция — то придворный зал, то застывший запредельный прыжок Майи, а Нине Капцовой совсем не повезло — ее принцесса Аврора танцевала на фоне кучерявых облаков. Лучшими в развернутой панораме оказались Китри Марии Александровой и Екатерины Крысановой, Раймонда Екатерины Шипулиной и Одиллия Ольги Смирновой. Но «галочку» возле пункта «вариации из станцованных мною балетов» поставили.

Дальнейшая программа отражала увлечения Майи. Конечно, испанское фламенко («Женщина (желательно лучшая на сегодня)», — написала в программе Плисецкая), в рисунке которого постаревшая Ева Йербабуена чувственно рассыпала дроби сапатеадо.

Воспитанники хореографической школы города Тольятти попали на сцену Большого только потому, что училище носит имя героини вечера. Великая балерина умела смотреть в будущее с надеждой (свое имя разрешала использовать труппам, конкурсам, фестивалям, проектам) и не раз становилась жертвой своей доверчивости. До сих пор вспоминается, с какой болью на чаепитии в Бахрушинском музее Майя Михайловна рассказывала о «кремовых страстях», когда на прилавках появились коробочки и флакончики бальзамов и притирок с ее портретом и автографом, и о судебных разбирательствах, через которые вынуждена была пройти, чтобы доказать свою непричастность к этой афере.

В завершающем номере первого отделения предполагалось представить Плисецкую — азартную болельщицу, человека заводного, бурного, непокорного характера. Десять лет назад с подобной задачей справились шаолиньские монахи, брейкеры, александровцы, в нынешнем — увы! — их не смог заменить фрагмент устаревшего шоу Театра танца Аллы Духовой «Тодес».

Дальнейший ход гала составили балеты, созданные специально для Плисецкой. Ее партии исполнили петербурженки Ульяна Лопаткина, Диана Вишнёва и Светлана Захарова, которая хоть и числится главной балериной Большого театра, но вольную стихию московского балета не впитала, оставшись заложницей «крахмальной» чистоты императорской сцены северной столицы. Лопаткина потрясающе станцевала «Гибель розы» Ролана Пети. Пускай в ней не было отчаянной схватки за жизнь, что обжигала в трактовке первой исполнительницы, зато чувствовалась индивидуальность и самостоятельность интерпретации, — сама Майя умела это ценить. «Болеро» Мориса Бежара Диана Вишнёва исполнила на сопротивлении собственным возможностям — взрывная энергетика разрядами тока била из ее облика травести, сразив наповал аккомпанировавших танцовщиков бежаровского Ballet Lausanne.

В «Кармен-сюите» со Светланой Захаровой эротику, которой когда-то испугались советские чиновники, нельзя было ни увидеть, ни почувствовать. Взрывоопасные дерзости и своеволия Плисецкой царили не на сцене, а на кадрах кинохроники, где Кармен с гордо вскинутой головой, отвязной походкой медленно поводила бедрами и шла на гибель, а не искала любовных приключений. Чудо сотворил маэстро Туган Сохиев, передав в музыке и отчаянную страсть, и нежность нюансов — в царской ложе рукоплескал автор Родион Щедрин, прятавший слезы за темными очками.

Воплощая последнюю запись Плисецкой по программе концерта («Кода вечера — 5–6 минут последних тактов «Болеро»), режиссер нашел замечательное решение. Экран установил на алом столе — из «Болеро» же, соединил черный фон холста с одеждой сцены и получил эффект живого присутствия героини. Что оказалось возможно благодаря Майе, главной ролью которой стала сама ее непокорная жизнь. Гениальная балерина с горящим взглядом и летящим водопадом волос «завела» не только окружающих стол мужчин, но и весь зрительный зал. Пересекла невидимую черту и оказалась вместе с нами. То же отличало и две замечательные выставки, развернутые в Большом. А поблизости, на театральной артерии Москвы — Большой Дмитровке, в день юбилея открыли сквер имени Плисецкой с граффити бразильского уличного художника Эдуардо Кобры. У портрета Майи Родион Щедрин сказал: «Плисецкая шагнула в будущее».


Последний раз редактировалось: Елена С. (Ср Дек 09, 2015 12:31 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18943
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Ноя 23, 2015 11:06 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2015112308
Тема| Балет, Kremlin Gala «Звезды балета XXI века»
Автор| Александр Фирер
Заголовок| Танцы на диване и на столе, или концерт по заявкам
Где опубликовано| © «Музыкальная жизнь», №11 (2015), с.33
Дата публикации| 2015 ноябрь
Ссылка| http://mus-mag.ru/6-journal.htm
Аннотация|

Шестой международный Kremlin Gala «Звезды балета XXI века» был представлен фондом Владимира Винокура в поддержку культуры и искусства

Ежегодный гала балетных знаменитостей в Кремле заметно изменил свой формат, сильно сузив круг представителей престижных западных компаний, ограничив состав именитых участников фактически танцовщиками театров двух отечественных культурных столиц, сведя к минимуму количество мировых звезд (из иностранцев – это только Роберто Болле) и отойдя от креативных новшеств к опробированным номерам и старым шлягерам с любимыми артистами «по заявкам» балетоманов. Создавалось ощущение, что на машине времени переносишься лет на тридцать и более назад. Гала не хватало новизны идей. Также концерт являл эклектичный набор выступлений, никак не связанных концептуально: соседствовали посвящение великой Майе Плисецкой и дань 70-летию Великой Победы, эстетичный «Лебедь» и сексуально-щекотливый «Диван», философский «Реквием» и пряная «Шехеразада». Финальное «Дефиле» на музыку А.Маева в постановке Сергея Филина выглядело ненужным довеском, таким же атавизмом, как и кислотно-цветные видеокартинки на заднике, «разъясняющие» хореографию номеров концерта. Кстати, придуманы они были давным-давно устроителями фестиваля «Dance Open», растиражированы и повсеместно подвержены тотальной критике. Но наезженный путь команду Kremlin Gala, видимо, устраивает.

А открылся концерт умилительно-банальной «Увертюрой» В.Пицунова под виолончель Борислава Струлева (хореограф неизвестен) в исполнении трех юных учащихся Московской академии хореографии и молодых артистов Большого театра Натальи Филиной и Дэвида Мотта Соареса, которые ничем воображение не поразили.

Патетически повышали высокий духовный аспект мероприятия «Реквием» Моцарта в постановке Бориса Эйфмана, где безупречно вышколенный кордебалет демонстрировал идейную убежденность, и «Баллада» Аллы Сигаловой на музыку Юсупова, Рахманинова и песню из кинофильма «Офицеры», премьера которой запоздала не на один десяток лет, но исполнена была с полной отдачей тремя парами солистов Большого Ольгой Смирновой – Семеном Чудиным, Анастасией Меськовой – Денисом Савиным, Ниной Капцовой – Денисом Родькиным.

Дуэт из балета «Маргарита и Арман» на музыку Листа в хореографии Фредерика Аштона был блеклым и стилистически неузнаваемым в интерпретации нехаризматичных солистов Бостонского балета Петры Конти и Эриса Нежы. Вольно смонтированное па де де из сцены «Теней» балета Минкуса-Петипа «Баядерка» запомнилось лишь прекрасными двойными ассамбле замечательного премьера Большого театра Семена Чудина. Неудачно на концерте выступила ведущая солистка балета Большого Мария Виноградова: для «Шехеразады» ей не хватает темперамента, гибкости и пластической орнаментальности, а для дуэта из «Последнего танго», за вампуку прозванного «гробом с музыкой», недостает ощущения ритмического драйва Пьяццоллы и джазовой свободы. Нельзя было в танго положиться и на красивого, но беспомощного в ансамбле партнера Дениса Родькина. Любимец публики Иван Васильев из Михайловского театра станцевал вместе с Денисом Савиным из Большого театра номер «Underwood» на музыку М.Рихтера в своей хореографии, но эта работа лишь скромная проба пера в рамках этюдного эксперимента делающего первые шаги хореоавтора.

Солисты Государственного балета Берлина Михаил Канискин, Сорая Бруно и Михаэль Банцхаф представили «Диван» Ицика Галили на музыку Тома Уэйтса, который хотя и уступал исполнению этого номера известной у нас труппой «Готье Данс», но публику Кремля заметно взбудоражил. Тайные желания главного героя претворялись в жизнь: на диване с ним строптивую женщину сменял приставучий мужчина. Казалось, роли менялись, и герой на своей шкуре испытывал, каково быть объектом сексуального преследования и домогательств. Озадаченная публика сперва не знала, как реагировать, потом смеялась и в результате рукоплескала. Эротическая двусмысленность была нивелирована фокинским «Лебедем» в исполнении Ульяны Лопаткиной из Мариинского театра, отшлифованное искусство которой очищено от скабрезностей.

Выступления итальянского кумира – высокого, аполлонически сложенного красавца Роберто Болле публика приняла на ура. Зашкаливающая нарциссическая самовлюбленность танцовщика феноменальна, но в данном случае это было сценически уместно. В номере Массимилиано Вольпини «Прототип» полуобнаженный Болле представлял собой образчик художественного абсолюта. Голографические срезы его тела демонстрировали «золотое сечение» фигуры, а сам танцовщик показывал канонические па классического экзерсиса, сменявшиеся отрывками из опуса Форсайта и премьерских партий Зигфрида, Альберта, Ромео. Болле вступал в поединок со своим видеодвойником, беседовал с космическими объектами и туманностями, а экран множил его атлетическое изображение, превращавшееся в сияние далеких звезд. Несколько скромнее выглядел Роберто Болле в дуэте из «Арлезианки» на музыку Бизе в паре с примой Токио-балета Мизуко Уено, для которой стиль Ролана Пети остался неосвоенным. В нарисованное окно Болле в финале выпрыгнуть не смог, просто присел и, похоже, отмел фатальное решение своего героя, отказавшись от суицида.

Равелевское «Болеро» в хореографии Мориса Бежара, истинный и непревзойденный шедевр, исполнил мужской состав труппы «Балет Бежара в Лозанне», солировал на столе Жюльен Фавро. Этот опус был поставлен почти 55 лет назад, а Майя Плисецкая (ее лозунгом всегда была фраза «давай новенькое!») показала его в Большом в 1978 году. В нем блистали Хорхе Донн и Сильви Гиллем. И, кажется, будто с тех пор ничего в балете не изменилось: 37 лет назад «Болеро» произвело культурный шок в Москве, и сегодня в кремлевском гала на фоне всех показанных исторических танцтекстов и современных поделок оно по-прежнему лидировало, впечатляло и гипнотизировало своей вневременной магией и совершенством, пусть и не с выдающимся, но добросовестным солистом.

Ну а «новенького», увы, на сей раз не случилось.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
atv
Заслуженный участник форума
Заслуженный участник форума


Зарегистрирован: 05.09.2003
Сообщения: 3701

СообщениеДобавлено: Вт Ноя 24, 2015 1:37 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2015112401
Тема| Балет, фестиваль «Звезды мирового балета», Персоналии, Морихиро Ивата, Никола Хаджитанев, Марта Петкова, Марк Перетокин, Гедиминас Таранда, Отан Асылкожаев
Автор| Александр ГАМОВ
Заголовок| В Донецке снова зажглись «Звезды мирового балета»
Где опубликовано| © «Комсомольская правда»
Дата публикации| 2015-11-23
Ссылка| http://www.kp.ru/daily/26461.5/3331447/
Аннотация|

Этот фестиваль проводился ежегодно более 20 лет. Перерыв делали только на войну. И вот - "мирный антракт"? Хотелось бы, чтобы он продлился на все оставшиеся отделения...

В гости к дончанам приехали народный артист СССР Иосиф Кобзон, заслуженный артист России, директор балета Ростовского оперного театра Марк Перетокин, заслуженный деятель искусств России, руководитель Имперского русского балета Гедиминас Таранда, президент Евразийского фонда танца, директор Международного хореографического фестиваля Отан Асылкожаев - все трое солисты Большого Театра.

В этот вечер звучала музыка Чайковского (вальс из балета "Лебединое озеро"), Верди (хор из оперы "Турандот"), Дебюсси ("Лунный свет"), Адана (па-де-де из балета "Корсар"), Бизе-Щедрина (адажио из балета "Кармен"), и даже ... Высоцкого ("Все не так")...

На сцену вышли артисты не только Донбасса, но и из России, Казахстана, Белоруссии.

Настоящий сенсацией стало участие в гала - концерте солиста балета Бурятского театра оперы и балета Морихиро Иваты, артистов Софийского национального театра оперы и балета Николы Хаджитанева и Марты Петковой.


Фото: Владимир ВЕЛЕНГУРИН
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска Часовой пояс: GMT + 3
На страницу Пред.  1, 2, 3, 4, 5, 6, 7  След.
Страница 3 из 7

 
Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах


Яндекс.Метрика