Список форумов Балет и Опера Балет и Опера
Форум для обсуждения тем, связанных с балетом и оперой
 
 FAQFAQ   ПоискПоиск   ПользователиПользователи   ГруппыГруппы   РегистрацияРегистрация 
 ПрофильПрофиль   Войти и проверить личные сообщенияВойти и проверить личные сообщения   ВходВход 

Общество Друзья Большого балета
2006-01
На страницу Пред.  1, 2, 3, 4, 5, 6  След.
 
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска
Предыдущая тема :: Следующая тема  
Автор Сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 11802

СообщениеДобавлено: Пн Янв 23, 2006 11:49 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2006012301
Тема| Балет, Персоналии, И. Моисеев
Авторы| ТАТЬЯНА КУЗНЕЦОВА
Заголовок| Кремлевское столетие
Где опубликовано| «Коммерсант»
Дата публикации| 20060123
Ссылка| http://www.kommersant.ru/doc-y.html?docId=642616&issueId=29998
Аннотация| Игорю Моисееву справили день рождения

В Кремлевском дворце состоялся концерт в честь столетия Игоря Моисеева. Перетанцевав в свое время половину показанных номеров, ТАТЬЯНА Ъ-КУЗНЕЦОВА не смогла сохранить должную беспристрастность.
В этот вечер в Кремлевском дворце случайных зрителей не было. Пришли не только поклонники юбиляра и его труппы, но и многочисленные артисты-пенсионеры, скопившиеся за семь десятков лет существования Государственного ансамбля народного танца СССР (последние 15 лет – России). Поведение публики напоминало встречу выпускников какого-то исполинского вуза: поцелуи, объятия, воспоминания молодости – словом, приятное возбуждение заклубилось в этих официозных стенах еще до начала празднества. Герой вечера появился в неудобной боковой правительственной ложе в сопровождении моложавой супруги (80 лет не дать нипочем) и помахал залу ручкой. Переполненный зал ответил восторженной стоячей овацией.
Распахнулся занавес, и потрясенной публике явилась изображенная на заднике заснеженная кремлевская стена, золотые купола соборов и ряженный в гвардейские мундиры почетный караул. Под военный оркестр плохо выдрессированные солдаты в киверах приступили к длительным манипуляциям – так и сяк вертели ружьями, делали выпады штыками в зал, поворачивались кругом и перестраивали ряды. Вероятно, по замыслу режиссера Глазова именно таким замогильным образом государство и должно отдавать честь лучшим представителям творческой интеллигенции. Торжественная часть продолжилась поздравлением президента, наполненным такими свежими оборотами, как "вклад в сокровищницу" и "творческое долголетие" (спичрайтеры совсем обленились). Своеобразно отметился и патриарх Алексий II, объяснивший устами протоиерея отца Сергия, что не смог присутствовать на юбилее по причине занятости более важными делами. И лишь пылкий Юрий Лужков своим безыскусным спичем вернул залу утерянное было воодушевление.
Фантазия сценографа Григория Белова не знала управы. Нижние кулисы художник перегородил циклопическими волнами сине-золотых фанерных лент, в глубине сцены выстроил эстрадную лестницу, бестрепетно сплющив рисунок всех танцев, а на задник по ходу действия проецировал чудесные картинки – то почти всамделишный Акрополь, то ядовито-зеленые китайские пагоды, то не менее ядовитое русское поле, то неоновый Нью-Йорк, а то и ордена юбиляра – яркие, как елочные игрушки. На боковых экранах мелькали фотографии Игоря Моисеева (начиная с младенческих) и документальные кадры в хронологическом порядке – концерт был задуман как танцевальная биография, как бы откомментированная самим героем вечера. Цитаты из его книги зачитывали, выходя на сцену, именитые ведущие (от Владимира Васильева до Элины Быстрицкой). К цитатам прилагалась соответствующая танциллюстрация. Так, реплика о поступлении юбиляра в Большой сопровождалась выступлением труппы театра, исполнившей финал баланчинской Симфонии до-мажор.
Впрочем, надо отдать должное артистам ансамбля: несмотря на старания режиссера и сценографа, самообладания они не теряли и танцевали отлично. Тем более что старт им дал сам юбиляр, прокричав в микрофон свое неизменное: "Приготовились – начали!" Программа была мудро составлена из многолюдных номеров, в которых можно было блеснуть и идеальной синхронностью, и стройностью рядов, и молодой упругостью отточенных движений, в чем нынешние артисты, даже подрастеряв типажность и актерскую раскованность, до сих пор вне конкуренции. Не перевелись и трюкачи: в "Партизанах" с давно не виданной лихостью промчался на пальцах "грузин" и, взбрыкивая ногами, отлично прокрутился на голове вояка с шашкой. С щегольским изяществом одолели тяжелейшие присядки солисты в русском танце "Лето", особенно зажигательном в январские морозы. Классический академизм облагородил до балетности греческий "Сиртаки" и разудалую "Тарантеллу". И даже "Китайский танец", в котором, как мне известно по собственному опыту, трудно не запутаться в многометровых лентах, прошел почти идеально: один бедолага все-таки допустил досадную помарку.
На фоне фирменного энтузиазма моисеевцев поздравители из именитых компаний выглядели бледновато. Хотя народные артисты Светлана Захарова, Николай Цискаридзе, Сергей Филин улыбались и танцевали почти так же бодро и жизнерадостно, как артисты ансамбля, коллективу Большого явно недостает железной моисеевской руки – стройность линий и синхронность движений оставляли желать лучшего. Солистка бежаровской труппы украинка Катерина Шалкина, модельная блондинка с жилистыми сухими ногами, корявой стопой и негнущейся спиной, превратила знаменитый дуэт из "Ромео и Юлии" в нудную череду вымороченных поз, проигнорировав искренние старания своего партнера, белокурого красавца Жюльена Фавро, разыграть недюжинную страсть. Немолодые солисты La Scala Джильда Джелати и Алессандро Грило оказали дурную услугу Ролану Пети, уморив его дуэт из "Летучей мыши" видимыми усилиями поддержек и унылым пафосом. Эффектная бритоголовая негритянка Двона Адиаха Смолвуд, прима труппы покойного Алвина Эйли, прославленного создателя американского джаз-танца, исполнила шедевр "Cry", заменив эстрадным блеском ту гремучую смесь томления, отчаяния и беспечности, которой переполнен этот номер. И лишь роскошная испанка Мария Пахес, мощная крутобедрая женщина с поразительно чувственными, гибкими, стонущими руками, жемчужной россыпью своих сапатеадо отстояла честь Испании и неувядаемость фламенко.
Юбиляр героически выдержал два с половиной часа беспрерывного танца. После чего глава Роскультуры Михаил Швыдкой зачитал длиннющий список наград Игоря Моисеева, из которого как-то между прочим выяснилось, что к сотому дню рождения юбиляру подарили орден "За заслуги перед Отечеством" первой степени. Финал концерта – с "Заздравной" Дунаевского, выпетой солистами Большого; с кремовым тортом, вывезенным на сцену; с блестками, скудно высыпавшимися с колосников,– был достоин его начала с почетным караулом и штыками, наставленными в зал. Но талантливый Игорь Моисеев всегда играл по правилам своего неталантливого государства. И покорно выпил поднесенный бокал шампанского – в свою и его честь.





Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 11802

СообщениеДобавлено: Пн Янв 23, 2006 11:56 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2006012302
Тема| Балет, Персоналии, И. Моисеев
Авторы| Анна Галайда
Заголовок| Заздравная
Где опубликовано| «Ведомости»
Дата публикации| 20060123
Ссылка| http://www.vedomosti.ru/newspaper/article.shtml?2006/01/23/101937
Аннотация| Игорь Моисеев отметил 100-летие на рабочем посту

С высоты правительственной ложи Кремлевского дворца юбиляр инспектировал свою империю: большая часть трехчасового концерта была отдана Ансамблю народного танца, который в России лучше знают под названием Ансамбля Моисеева, за рубежом — как Moisseyev Ballet. Праздничный вечер продемонстрировал, что он функционирует бесперебойно. А танцам, созданным несколько десятилетий назад, публика аплодировала как хитам сегодняшних дней.
Нынешний юбилей Игоря Моисеева, казалось, было решено отметить тихо и по-домашнему: вместо яркой рекламы, завлекательных анонсов и обещаний невиданных залетных звезд — только скромные афиши по городу с лаконичной фразой “Игорю Моисееву 100 лет”. Тем не менее ее воздействие оказалось волшебным: это событие стало исключительным не только для юбиляра, но и для всех, кому удалось проникнуть в Кремлевский дворец, — не исключено, что в жизни только раз бывает шанс стать свидетелем векового юбилея живого классика. Трудно поверить, что этот человек, под “Заздравную” поднимавший бокал шампанского и вполне бодро благодаривший зал, — одногодок Даниила Хармса и Дмитрия Шостаковича. И 6000 зрителей, поднявшихся при появлении в ложе хореографа, на протяжении вечера еще неоднократно разом вскакивали с мест, чтобы устроить Игорю Моисееву овацию.
В пантеоне русской культуры ему, безусловно, давно уже зарезервировано место рядом с ровесниками. На долю прославленного хореографа, искусство которого весь мир воспринимал как оживший агитационный плакат, выпала судьба не менее сложная, чем всему его поколению. Воспитанный как правоверный танцовщик-академист в стенах Большого театра, в середине 1920-х Моисеев стал одним из соратников балетмейстера-авангардиста Касьяна Голейзовского. Создав один из самых удачных экспериментов в области хореографической абстракции — балет “Футболист”, он оказался востребованным постановщиком парадов на Красной площади. В расцвете карьеры расставшись с Большим театром — символом профессионального успеха, Моисеев из самодеятельных артистов сколотил ансамбль для пропаганды народного танцевального творчества и вытащил козырную карту своей жизни. С высоты нового тысячелетия жизнь Моисеева в искусстве видится как успех и ничего кроме успеха. При этом политические катаклизмы, кажется, просто не задевали его — сменявшиеся правители и государственные формации только увеличивали число наград (в день 100-летия их список пополнился орденом “За заслуги перед Отечеством” I степени). Казалось, всему, за что он брался, покровительствовали боги. На самом деле он просто всегда умел соответствовать ситуации и времени, а главное в жизни для Моисеева происходило не в Кремле и не в Министерстве культуры, а в репетиционных залах.
В то время, когда другие бились не на жизнь, а на смерть, перелицовывая танец то под драмбалет, то под хореосимфонизм, он нашел идеальную форму для своих балетмейстерских фантазий. Лишь бесконечно далекие от искусства политики могли поверить, что брызжущие неистощимой хореографической фантазией “Арагонская хота”, “Сиртаки”, “Тарантелла” или хоровод “Лето” — слегка театрализованный фольклор: Моисеев использовал известные формы национальных танцев для выражения собственных постановочных идей. Величавые, огненные, игривые, томные, они представляют его как одного из величайших хореографов ХХ в. На юбилейном вечере эти танцы перемежались с постановками-приветствиями Мориса Бежара и Ролана Пети, чьи опусы выглядели поблекшими и устаревшими на фоне сочных, не потерявших блеска моисеевских композиций. Лишь легендарная скоростная кода из “Симфонии до мажор” Джорджа Баланчина (она стала поздравлением от alma mater — Большого театра) поддержала их драйв, которому сдавались и финны в 1945 г., и американцы в 1958-м. Поэтому, несмотря на почтение к возрасту юбиляра, к концу вечера зал Кремлевского дворца больше напоминал стадион во время финала футбольного чемпионата мира, чем чинный храм искусств. И казалось, Моисеев был этим доволен.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 11802

СообщениеДобавлено: Пн Янв 23, 2006 11:58 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2006012303
Тема| Балет, Персоналии, И. Моисеев
Авторы| Владимир КОТЫХОВ, Ирина БОБРОВА Автор фото: МИХАИЛ ЛОГВИНОВ
Заголовок| Сто произошло в Кремле
Где опубликовано| «Московский Комсомолец»
Дата публикации| 20060123
Ссылка| http://www.mk.ru/numbers/2001/article68453.htm
Аннотация| В юбилее Игоря Моисеева приняли участие даже гаишники



Если вся Москва замерзает от холода, то на Кремль обрушилась тропическая жара. В субботу здесь отмечали фантастический юбилей — столетие патриарха танца, основателя одного из самых горячих коллективов планеты Игоря Моисеева.

Когда в правительственной ложе Кремлевского дворца появились Игорь Моисеев с супругой Ириной Алексеевной, зал взорвался аплодисментами и стоя приветствовал маэстро. Игорь Александрович — элегантный, в черном берете, приветственно помахивая рукой залу, воцарился в ложе.
Что до приветственных речей, которыми, как правило, уснащаются столь высокие события, то, к счастью, их было немного. Тут всех затмил Юрий Лужков. Его приветствие бурлило так же ярко, как и танцы, поставленные Моисеевым. “Ваши танцы вызывают глобальное потепление сердец в мире”, — отметил Юрий Михайлович, пожелав юбиляру “семь потов на репетициях, оваций и здоровья еще на сто лет жизни”.
С овациями в этот вечер все было замечательно, как и с танцами, представленными моисеевцами. Порох, огонь, дробь каблуков захлестывали шеститысячный зал Кремлевского дворца. Свои подношения преподнесли импортные гости: номер от Ролана Пети, дуэт от балета Венской оперы, труппа Марии Пахес из Испании, женское соло от Американского театра танца Элвина Эйли. И совершенно фантастическая пара — Катерина Шалкина—Жюльен Фавро, представляющие балет Мориса Бежара.
Завершился трехчасовой концерт “Заздравной” Дунаевского и шампанским. Звон бокалов раздавался на сцене, бокалы с шампанским появились и в ложе. Игорь Александрович чокается с супругой, посылает в зал приветствия и медленно покидает ложу. А зал долго еще аплодирует легенде танца.
* * *
Вчера Президент РФ должен был лично посетить юбиляра. Знаменитый Дом на набережной, где живет Моисеев, взяли в осаду.
— Все-таки первое лицо государства приезжает, нужно быть начеку, — поделился с нами один из гаишников. — Со вчерашнего вечера нам поступила команда каждую проезжающую мимо машину останавливать и тщательно проверять. Несколько бригад всю ночь работали.
— Вы не знаете, почему такой ажиотаж около вашего дома? — спрашиваю у местной старушки.
— Путин приезжает нашего соседа поздравить. Многие жильцы подъезда даже готовят презенты для Владимира Владимировича. Больно охота на него живьем поглядеть. Да и нас заранее предупредили об его визите. Попросили двери посторонним не открывать.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 11802

СообщениеДобавлено: Пн Янв 23, 2006 12:09 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2006012304
Тема| Балет, Персоналии, И. Моисеевв
Авторы| Анна Гордеева
Заголовок| Зима патриарха
Где опубликовано| «Время новостей»
Дата публикации| 2006
Ссылка| http://www.vremya.ru/2006/9/10/143629.html
Аннотация| В Кремле отметили столетие Игоря Моисеева


В фойе было холодно. В буфете гулял ледяной ветер. Зал ломился от публики -- все поколения артистов ансамбля пришли с женами, мужьями и детьми. На заднике алела кремлевская стена. Прочли поздравление президента. Прочли поздравление патриарха («Герою Cоциалистического Труда, лауреату Ленинской и Государственной премий»). Мэр Москвы поздравил юбиляра лично. Министр культуры сообщил: «Мы последние годы в предвкушении, с великой радостью ждали этого события». Юбиляр в неизменной кепке сидел в высокой ложе и был так далек от сцены, как не был последние сто лет. Ему рассказывали про его жизнь и иллюстрировали эти рассказы танцами. Он слушал и смотрел.

Детство в Киеве, затем в Полтаве. (Первый выход ансамбля Моисеева, задорные прогулки провинциальных дам.) Переезд семьи в Москву, первые балетные уроки у Веры Масоловой (стоимость занятия -- десять рублей и два полена), через три месяца бывшая артистка Большого привела его за руку в школу при театре. Со сцены читаются мемуары: «Я понял, что это моя судьба»; и... нынешний Большой театр танцует финал баланчинской «Симфонии до «мажор». Время сминается в неразличимый подробностями миф: «Симфонию» покинувший страну в начале двадцатых артист Мариинского театра Баланчивадзе сочинил после второй мировой войны для Парижской оперы; ничего подобного в Москве сразу после революции идти не могло. Балет нерешительно перетаптывался, еще не кинувшись к советским блокбастерам и уже подзапустив классику; спектакли, поставленные Моисеевым в Большом («Саламбо» и прежде всего «Три толстяка»), стали частью репертуара, что определил новую роль московского балета -- не младшего братца, донашивающего одежки старшего (в прошлом балетные премьеры, чуть обветшав, переезжали в Москву из Мариинки), но самостоятельного персонажа российской сцены. Но об этом времени, о «Трех толстяках», о конфликте с новым начальством (Большим театром приехала управлять «ленинградская команда», и Моисеева просто выжили из театра, он и ансамбль-то основал от безысходности) на вечере не было ни слова. Дескать, просто захотелось человеку из классики податься в народный танец. Торжественно -- «10 февраля 1937 года состоялась первая репетиция ансамбля». На сцене некоторое подобие репетиции, а на вывешенном на заднике-экране слайде -- репетиционный зал.

Далее биография конспективно (чтобы не утомлять юбиляра, вечер уложили в два часа с небольшим): война, послевоенные гастроли. В «войну» скользили по сцене в бурках знаменитые «Партизаны». (Какие бурки, какие лошади в Великой Отечественной? Понятно, что танец с саблями эффектнее, чем имитация танковой атаки, хотя как поставить, но взглянем трезвым взглядом: человек блистательно отрабатывал свою вполне живодерскую эпоху, ту самую, где на танки от неподготовленности бросали кавалеристов.) «После войны» -- «ансамблю предстояло покорить страны Восточной Европы своим искусством» (цитата из мемуаров). Тут появилась первая пара гостей -- солисты Венской оперы Ребекка Глэдстоун и Андраш Лукач в сочиненном Лукачем же на музыку Майкла Наймана Connection, черные трико, абстрактная геометрия танца. (Выглядели совершеннейшими инопланетянами; так же смотрелась и парочка из бежаровского балета, Катерина Шапкина и Жюльен Фавро -- меж звонких, удалых, вполне виртуозных танцев «моисеевцев»: чужие хрупкие люди посреди фанфарного счастья.) В финале зачитали список наград Моисеева (вплоть до ордена «За заслуги перед Отечеством» I степени, присужденного только что), и человек, семьдесят лет доказывавший, что вариации на фольклорные темы имеют художественный и идеологический смысл, убедительно доказывавший это ровно в том веке, когда убиваемый массовой культурой фольклор начал умирать безоговорочно и интенсивно, отсалютовал залу бокалом шампанского. Выглядел он для своих лет вполне бодро.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 11802

СообщениеДобавлено: Пн Янв 23, 2006 12:12 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2006012305
Тема| Балет, Персоналии, И. Моисеевв
Авторы| Майя Крылова
Заголовок| Шампанское – в ложу!
Где опубликовано| «Независимая газета»
Дата публикации| 20060123
Ссылка| http://www.vremya.ru/2006/9/10/143629.html
Аннотация| В Кремле отметили столетие Игоря Моисеева

Свой вековой юбилей Игорь Моисеев встретил весело.
Фото Натальи Преображенской (НГ-фото)

Столетний юбилей Игоря Моисеева в Кремлевском дворце Москва отпраздновала с размахом. Торжественная часть предваряла гала-концерт. Советник президента Юрий Лаптев был первым, но не единственным, кто зачитал официальные поздравления с «верхов». В послании Владимира Путина звучали слова о «выдающихся художественных открытиях», «уникальной школе народного танца» и неизменных аншлагах, с которыми проходят выступления ансамбля.
Патриарх Московский и всея Руси Алексий Второй по занятости церковными делами не смог принять приглашение Моисеева, но прислал теплое письмо. Патриарх отметил, что «Господь щедро одарил» виновника торжества «творческим и жизненным долголетием». Мэр Москвы Юрий Лужков выступил темпераментнее всех: он назвал Моисеева «гениальным маэстро» и человеком, «участвующим в глобальном потеплении сердец во всем мире». Министр культуры Александр Соколов в своей речи процитировал интервью с женой мэтра в «Независимой газете», а кроме того, поздравил юбиляра «с первой трехзначной цифрой в отсчете лет биографии».
Вопреки обычной практике Кремлевского дворца, начало торжественного вечера (в 18.00) задержали всего ничего. Ровно в шесть в зал группой вошли VIP-персоны: Лужков, его первый заместитель Людмила Швецова, скульптор Зураб Церетели, политики Любовь Слиcка и Сергей Миронов. В двадцать минут седьмого в ложе появился Моисеев – и началась овация. Слившись с народом в поздравительном экстазе, директор Большого театра Анатолий Иксанов в партере аплодировал так же громко, как скромный бухгалтер детсада со своего места где-то наверху. Юбиляр стоя приветствовал публику, а потом, когда дело дошло до танцев, скомандовал своим артистам: «Приготовились, начали!»
Перед началом в буфете дворца официанты предлагали бесплатное шампанское. У входа в зрительный зал просто так раздавали программку концерта и буклет. Публика валила валом. Две женщины вслух радовались, что им удалось купить билеты в кассе по 300 рублей (на балкон), тогда как спекулянты эти же места предлагали по 600. В фойе были развешаны фотографии моисеевского коллектива: Хозяин и его артисты. Моисеев веселый и грозный, усталый и приплясывающий. Улыбчивые парни, летящие в прыжках над сценой, – и смеющиеся девушки в национальных костюмах. Старушки, бывшие танцовщицы Моисеева, фотографировались на фоне самих себя в молодости.

В юбилейном концерте под названием «Дорога длиною в век» динамично, без занудства, сплавились танцы, кинохроника и «живое» слово. Отрывки из воспоминаний Моисеева читали сплошь народные артисты – Владимир Васильев, Сергей Шакуров, Элина Быстрицкая и Василий Лановой. Воспоминания иллюстрировались кадрами кинохроники, и, в свою очередь, тему подхватывали танцоры. Пойдет речь о дореволюционном детстве юбиляра – моисеевцы пляшут старинную городскую кадриль из цикла «Картинки прошлого»: плетут ногами «веревочки», лихо лепят «голубцы», припадают к полу в присядке, отчаянно отбивают каблуками «дроби». Расскажут о годах, проведенных Моисеевым в Большом театре, – на сцену выходят солисты ГАБТа, чтобы показать финал балета «Симфония до-мажор». Вспомнят войну – в черных бурках и кудрявых шапках поскачут знаменитые «Партизаны». А когда процитируют фразу из моисеевских мемуаров «из моей жизни проще составить путеводитель, а не биографию» – начнется каскад выступлений заграничных гостей. Юбиляра поздравляли артисты балета Венской оперы и театра Ла Скала, дуэт из труппы «Балет Лозанны» Мориса Бежара, чернокожая солистка Американского театра танца Элвина Эйли и танцовщица фламенко Мария Пахес.
В финале на сцену вышел Михаил Швыдкой и зачитал неслабый перечень орденов и медалей, полученных Моисеевым за жизнь. (В 2006 году к ним прибавился орден «За заслуги перед Отечеством» первой степени.) С потолка посыпались блестки. На сцену выкатили огромный торт и шампанское. Солисты оперы Большого театра, чокаясь бокалами, спели «Заздравную» Дунаевского. Потрясенный длиннющим наградным списком, народ в зрительном зале снова встал и устроил еще одну овацию. Моисеев пил шампанское у себя в ложе и кланялся публике. Кажется, собственный юбилей ему понравился. Но завтра мэтр все равно скажет своим артистам коронную фразу, спасающую их от самодовольства: «Вас так хорошо принимают, а вы так плохо танцуете!»

Хороший танец – лучший подарок.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 11802

СообщениеДобавлено: Пн Янв 23, 2006 12:15 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2006012306
Тема| Балет, Персоналии, И. Моисеев
Авторы| Оксана ФОМИНА
Заголовок| Игорь Моисеев встретил столетие бокалом шампанского
Где опубликовано| «Комсомольская правда»
Дата публикации| 20060123
Ссылка| http://www.kp.ru/daily/23645.5/49049/
Аннотация| В субботу в Кремлевском дворце чествовали великого танцмейстера

Юбилеи в Кремле отмечают часто, а вот столетний, скорее всего, впервые. В начале шестого Кремль был уже полон. В фойе шла бойкая фотосессия зрителей с портретами маэстро Моисеева.

Ровно в шесть часов по залу прокатился шепот: «Идет! Идет!» Зал встал. В директорской ложе появился Игорь Александрович в неизменном берете. Под локоток его придерживала супруга Ирина Алексеевна.

Пять минут публика аплодировала юбиляру. Одна особенно преданная поклонница, обеспокоившись самочувствием маэстро, стала кричать в зал: «Не хлопайте, не хлопайте, ему же тяжело стоять!» Игорь Александрович же, напротив, был бодр. Его поздравляли и родной коллектив, и труппы тех государств, в которых побывал ансамбль. Правда, с выбором пришлось помучиться - ведь моисеевцы посетили 55 стран!

Впрочем, выступления именитых гостей из известнейших балетных трупп мира - балета Мориса Бежара, «Ла Скала», Венской оперы - особых эмоций у публики не вызвали. Гораздо лучше принимали испанку Марию Пахес. Совсем не по-балетному крепко сложенная танцовщица буквально влюбила в себя зал, исполнив фламенко. Не уступила ей и чернокожая наголо остриженная американка, сразив всех своей эмоциональностью и пластикой.

В конце вечера на сцену на тележке вывезли огромный торт (шутка ли, только танцовщиков в балете Моисеева 140 человек!) и шампанское. Маэстро в ложе тоже поднял свой бокал.

ОЧЕНЬ ЛИЧНОЕ

Сосватал другому, потом женился сам

Ирина Алексеевна Конева-Моисеева, в девичестве Чагодаева, супруга Игоря Александровича, была танцовщицей его ансамбля. Она пришла в коллектив в 1941 году. Красавица блондинка моложе Игоря Александровича на 19 лет. Тогда Моисеев был женат. И, как руководитель коллектива, принимал активное участие в судьбе Ирины. Сам лично сватал ее за сына маршала Конева, расписывая достоинства девушки. Ирина вышла замуж. С Моисевым же их судьба свела спустя долгие годы. Ирина Алексеевна и Игорь Александрович вместе уже тридцать лет.

- Я супругу необычайно люблю, - признается маэстро во многих интервью. - Более порядочного человека просто никогда не знал. Для меня она святая! С ней мне легко везде и всегда.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 11802

СообщениеДобавлено: Пн Янв 23, 2006 12:20 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2006012307
Тема| Балет, Персоналии, И. Моисеев
Авторы| Людмила Дубовцева (ведущая программы)
Заголовок| Век танца
Где опубликовано| Сайт Радиостанции «Маяк»
Дата публикации| 20060123
Ссылка| http://www.radiomayak.ru/culture/06/01/23/42615.html
Аннотация|

21 января Игорь Моисеев, создатель и художественный руководитель "Государственного Академического Ордена Дружбы народов ансамбля народного танца под руководством Игоря Моисеева", отметил достойный уважения юбилей - 100 лет!

В Кремлевском Дворце прошел юбилейный гала-концерт "Дорога длиною в век" с участием российских и мировых звезд балета.



Звезда балета Большого театра, балетмейстер-постановщик Большого театра, ставший им в 24 года (беспрецедентный случай!), боровшийся с косностью в искусстве и вынужденный поэтому покинуть театр, И.А.Моисеев создал ансамбль народного танца, сначала народов СССР, а затем и всего мира.

Этот коллектив обрел всемирную славу, которая с годами только увеличивается. Гастрольный график настолько плотен, что россияне только изредка могут полюбоваться на их танцы. Концерты проходят с неизменными аншлагами.

Юбиляр отмечен уникальным количеством титулов как нашей страны, так и практически всех стран мира.

Легенда мирового искусства, Игорь Моисеев по-прежнему активно работает с ансамблем, продолжает изучать танцевальное творчество народов мира, пополнять свой уникальный кругозор в области литературы, живописи, искусства, театра.

Игорь Моисеев - личность сильная и цельная. Интеллектуал, и в свои сто не утративший великой способности к саморазвитию. Художник, открывший новый идеал в искусстве и верно угадавший путь к нему.

Этот идеал, всякий раз принимая разные образы, материализуется в его постановках. На репетициях он прокладывает путь, который умеет превратить в захватывающее восхождение к вершине, но который не желает облегчать ни себе, ни другим.

Без устали простреливает репетиционное пространство острым словом - уворачивайся, танцор, будь гибким и выносливым!



Его ансамбль - давно эталон и мировая знаменитость. Начав с нуля, Моисеев путем проб и ошибок создал новый жанр - сценический народный танец и выстроил собственную уникальную систему, без которой не могла бы появиться ни студия при ансамбле (1943 год), ни многочисленные коллективы последователи. Он твердо прочертил линию жизни своего ансамбля, и эта линия - восходящая, от отдельных танцевальных номеров, через хореографические композиции и сюжеты, к одноактным спектаклям.

"Балет Моисеева" на всех языках произносится одинаково. Словно волшебная формула, открывающая целый мир, объединившая чувством радостного изумления зрителей всех континентов.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 11802

СообщениеДобавлено: Вт Янв 24, 2006 4:30 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2006012401
Тема| Балет, Персоналии, И. Моисеев
Авторы| Лейла Гучмазова
Заголовок| Игорь Моисеев: Осень патриарха
Где опубликовано| «Ваш досуг»
Дата публикации| 20060120
Ссылка| http://www.vashdosug.ru/article_page/4950/
Аннотация|

Игорь Александрович Моисеев готовится принимать поздравления со 100-летним юбилеем. Так долго, конечно, живут. Но так долго не танцуют. Он - исключение: основатель и худрук Государственного академического ансамбля народного танца, доктор наук, член престижнейшей Французской академии музыки и танца. Народный артист одной шестой части суши и едва ли не всех ее республик.
На праздновании 92-летия Моисеев вышел на сцену и станцевал перепляс во Вьетнамском танце с бамбуковыми палками. Теперь, перед юбилеем, корреспондент «ВД» застал его за любимым занятием: во время концерта мэтр два отделения стоял в правом проходе партера и цепко смотрел на сцену. При малейшем проколе едва поводил бровью, что значит - завтра же на репетиции будет артисту выволочка.

Первый чайник
Игорь Моисеев - из очень непростой семьи. Его отец был юристом, из обедневших дворян, свободно говорил по-французски и наезжал по делам в Париж. Мать - модистка, полурумынка-полуфранцуженка, отец встретил ее в одной из поездок. Когда у отца случились неприятности из-за анархических убеждений, семья отправила сына, будущее светило танца, во Францию. Моисеев до сих пор вспоминает, как мучительно он переживал одиночество, но все-таки парижский пансионат, в котором недолго жил мальчик, детства особо не испортил.

В балетном классе Моисеев оказался случайно: родители сочли, что танцевать все же лучше, чем гонять жестянки по улице. Зато педагог частной школы, распознав данные, с которыми надо серьезно заниматься профессией, лично отвела способного ученика в Театральное училище при Большом театре.
Дальше Моисееву помогла Родина - вернее, ее исторические вихри. К 1924 году все более-менее пристойные танцовщики Большого театра навсегда подались на зарубежные гастроли. Труппа обмелела настолько, что совсем зеленого выпускника после краткой «выдержки» в кордебалете поставили сразу на сольные партии. К тому же театр в это время позволял себе кокетничать с художественным авангардом, и буйные вчерашние школяры с искренним рвением танцевали «левые» балеты с супрематическими декорациями. На первую зарплату артиста Большого театра Игорь Моисеев купил для мамы никелированный чайник.

Вторая попытка
Очень скоро руководить Большим стали люди надежные, проверенные, в передовых взглядах не уличенные. 24-летний амбициозный парень оказался в опале и был с треском уволен. Случилось это потому, что группа молодых артистов взбунтовалась против прихода нового балетного худрука. После умницы Александра Горского (хореограф-историк Императорских театров), после гениального Касьяна Голейзовского (автор великих пластических открытий ХХ века) у руля появились люди, главными достоинствами которых были умеренность и аккуратность. В ответ на коллективное письмо протеста бунтовщики получили приказ об увольнении.
Но плакать не стали, а пошли прямиком к «главному по искусству», наркому культуры Луначарскому, который, выслушав пламенные речи, велел протестантам спокойно возвращаться к работе. То есть начальственной рукой вернул их обратно в Большой театр. Правда, насильно мил не будешь: Моисеев репетировал в балетном классе, но в спектаклях его не занимали. Пауза кончилась тем, что молодой тренированный атлет понадобился стареющей звезде, которую уже не всякий силач мог поднять в поддержке.
К тому же встряска с отлучением от сцены помогла Моисееву оглянуться по сторонам. Он начал ставить танцы в драматических студиях и модном Вахтанговском театре, стал ходить по галереям и засиживаться в библиотеке, завел знакомства в художественной тусовке. Этот опыт сослужил ему хорошую службу. При очередной кадровой неразберихе в Большом Моисееву удалось поставить собственные балеты. Для 24-летнего артиста случай в практике главного театра беспрецедентный. «Трех толстяков» по повести Юрия Олеши и «Футболиста» на музыку В.Оранского признали удачными, и они продержались на сцене несколько сезонов. Но шансов на то, что такая удача повторится, в Большом театре не было. Ему надо было искать свой путь.

Делай - раз!
Моисеев вспоминал о главном балетмейстере Большого театра той поры: «Если я предлагал ставить классику, он говорил: "Как вам не стыдно, вы молодой человек, вам надо думать над советской темой, а вы приходите ко мне с Шекспиром. Кому это сейчас нужно?" Если приходил с советской темой, в ответ слышал: "Вы что, хотите, чтобы я шею свернул на советской теме? На ней же все горят".»
Грянула пора грандиозных физкультпарадов, на которых советская страна играла мышцами. Пирамиды из человечков, перестроения колонн и марши в духе финала из «Цирка» Александрова стали модными. А умеющий их поставить хореограф стал востребованным как никогда. Моисееву поручали эту работу добровольно-принудительно, «вытаскивая» из отпуска. Заинтересованный в парадах чин НКВД убедительно излагал подчиненным задачу: «Безукоризненно выполнять все указания товарища Моисеева. Если услышу какую-либо жалобу на то, что его указания не выполняются, я вынужден буду поступить с этим человеком по законам нашей чекистской дисциплины». А сам товарищ Моисеев воспринимал физкультпарады как халтуру, а основное время посвящал своей главной идее - Ансамблю народного танца.

Делай - два!
До Моисеева никому не пришла в голову простая и гениальная мысль о том, что при наличии в стране громадных запасов фольклора ими надо пользоваться. Собирать и перерабатывать на пространстве от Балтики до Каспия и от Охотского моря до Карпат. То ли французская практичность, то ли простой здравый смысл подсказал ему, что выносить на сцену и тем более экспортировать сырье попросту невыгодно, это искусство нужно шлифовать, прежде чем показывать.
Известный автор лучших парадов, Моисеев добился внимания высшего эшелона власти. Под новую идею ему дали строку в бюджете и прекрасное здание в центре Москвы - Концертный зал имени Чайковского. Моисеев жестко взял в свои руки бразды правления. Он сам общался с властью. Сам собирал фольклор. Сам установил весьма полезный для качества дисциплинарный террор в ансамбле. Сам ставил танцы, отбирая и доводя до идеала самое характерное. В результате получил великолепный, блистательный Государственный академический ансамбль народного танца, каждое выступление которого превращалось в триумф.

Мирская слава
Это правда, что танцевальные предпочтения ГААНТа (Государственного академического ансамбля народного танца) учитывали политический заказ - и великая дружба с Китаем, и интерес к Латинской Америке тут же находили отражение в программе. Но какие это были танцы! Это ансамбль Моисеева, а не оперные театры, прорвал «железный занавес» и в 1955 очаровал Париж, а в 1958 - Нью-Йорк. Это ему стоя рукоплескали лучшие залы мира, а президенты устраивали артистам приемы с коврами из роз.
Лучшие опусы Моисеева стали классикой жанра. Это флотская сюита «День на корабле» и «Русская сюита» с кучей вернувшихся обратно в народ кадрилей, программа «Дорога к танцу». Отдельной строкой - бешеные одноактные «Половецкие пляски» на музыку А. Бородина, «На катке» на музыку Р. Штрауса с магическим скольжением танцовщиков по обыкновенной сцене, гоголевская «Ночь на Лысой горе» на музыку М. Мусоргского, «Вечер в таверне», сделанный за много лет до повального увлечения латиноамериканскими ритмами. Последнее, чем потряс Моисеев публику, были две сюиты - греческих танцев на музыку М. Теодоракиса (1991) и еврейских танцев «Семейные радости» (1994).

Бренд качества
За семьдесят лет ансамбль накопил несколько сотен народных танцев в сценическом виде. Но, едва рухнула советская империя, Ансамбль Моисеева потерял былой блеск. Танцы братских республик стремительно превратились в танцы разных стран, пострадал представительский статус «общего на всех» коллектива. Но всемирно известный бренд Moiseev Ballet продолжает котироваться на художественном рынке. Больше полувека существует школа, в которой царит та же драконовская дисциплина, что и в ансамбле, и теперь плоды тотальной танцевальной муштры смогли оценить все мало-мальски знаменитые мировые труппы. Питомцы школы Моисеева танцуют на Бродвее и во многих известных танцевальных шоу. В знаменитых RiverDance и Lord of the Dance до четверти бывших моисеевцев. По-настоящему академическому Театру танца по сей день в мире аналогов нет.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 11802

СообщениеДобавлено: Ср Янв 25, 2006 11:28 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2006012501
Тема| Балет, Красноярский балет, «Ромео и Джульетта»
Авторы| Татьяна Кузнецова
Заголовок| В Англию со своим Шекспиром
Где опубликовано| «Коммерсант»
Дата публикации| 20060125
Ссылка| http://www.kommersant.ru/doc-y.html?docId=643326&issueId=30000
Аннотация| Красноярский балет показал сибирских "Ромео и Джульетту"

На балу у Капулетти Меркуцио (Аркадий Зинов) шутливо обещает собравшимся скорую смерть

В Великобританию на трехмесячные гастроли приехала балетная труппа Красноярского театра оперы и балета. Посмотреть, как отреагируют англичане на сибирских "Ромео и Джульетту", в старинный город Гуль отправилась ТАТЬЯНА Ъ-КУЗНЕЦОВА.
Русские балетные труппы ездят в Великобританию, как старатели в Сибирь на золотые прииски: со времен Дягилева англичане страстно полюбили балет, а своего на всю страну не хватает. Четыре года назад на местный балетный рынок проник Красноярский театр оперы и балета, возглавляемый Сергеем Бобровым. С тех пор труппа, окрещенная в Англии Русским государственным балетом Сибири, прилетает сюда ежегодно и остается надолго, приводя в негодование менее успешных соперников, среди которых оказался и Краснодарский балет Юрия Григоровича – бывшего наставника господина Боброва на нелегком пути балетмейстерства.
В этом сезоне сибиряки впервые рискнули привезти в Англию не только проверенный временем классический продукт, но и свежий, причем собственного изготовления – балет "Ромео и Джульетта" в постановке Сергея Боброва, премьера которого в июле прошлого года так впечатлила отечественных экспертов, что они номинировали спектакль на "Золотую маску". Особого риска в этом не было: англичане готовы смотреть своего Шекспира в любой редакции – так безотказно реагируют только русские на название "Лебединое озеро".
Хореограф Бобров, экс-солист Большого, протанцевавший в театре больше двадцати лет и знающий наизусть обе московские постановки "Ромео" – знаменитый драмбалет Леонида Лавровского 40-х годов и версию Юрия Григоровича, поставленную в 70-е, приложил все силы, чтобы очистить неумолимую память (в том числе и сильнейшую – телесную) от груза наследия. Следы этой борьбы с собой отчетливо видны в его балете, сокращенном с трех до двух актов в соответствии с веянием торопливого времени. Собственно, это мучительное сражение автора со своим прошлым и представляет наибольший интерес для искушенного глаза.
Битва начинается с декораций: художник Дмитрий Чербаджи отдал щедрую дань балетным 70-м, выстроив на заднике сцены средневековый замок-палаццо с античными колоннами из тяжелых глыб камней, будто взятых напрокат у "Спартака". Замок, разрубленный пополам, раздвигается – и тогда между стен можно разглядеть то вполне достоверную средневековую улицу, то витражи с глумливыми и развратными рожами – условное обозначение интерьера жилища Капулетти, то распятие, означающее, понятно, церковь. В костюмах персонажей смешались все стили – такие колеты и рубашки Ромео носил еще в 40-е годы, Джульетта укоротила свои платьица по моде 60-х, а воинственный "народ", облаченный в стилизованные доспехи поверх синих и красных костюмов (Монтекки и Капулетти, очевидно, так же непримиримы, как "Спартак" и "Динамо"),– детище китчевых 90-х, стоит только взглянуть на остроконечные металлические бюстгальтеры горожанок.
В хореографии эклектики не меньше – в духе драмбалета здесь рубятся на всамделишных стальных мечах, объясняются жестами и обращаются лицом в зал, когда надо нарисовать на лице потаенные чувства. В стиле 70-х здесь много балетных трюков и акробатики: шуты, приспешники Меркуцио, шарашат совсем ансамблевые "мельницы", "бочонки" и "бедуинские"; главные персонажи нарезают jete en tournant и разнообразные разножки; кордебалет располагается удобным полукругом (когда надо потанцевать протагонистам) и выстраивается в солдатские шеренги (когда слово предоставляется массам).
Собственные находки автора то и дело терпят поражение в столкновении с мощными балетными штампами. Безнадежно загублен герцог Вероны, олицетворяющий власть и задуманный в виде безликого золотого божка: чахлый длинный парнишка на котурнах, одетый в золотой бифлексовый комбинезон, двигающийся как робот и усиленно размахивающий золотым мечом, выглядел дубликатом Железного дровосека, отправившимся к волшебнику Гудвину и попавшим не по адресу.
Коварные подножки подставляет хореографу и его склонность к опредмечиванию метафор: весь спектакль Ромео и Джульетта "пьют из источника страсти", черпая любовь пригоршнями прямо из-под ног, а умирая, встряхивают кистями рук и следят, как "вытекает по каплям жизнь". Метод визуализации метафор не исключает и удач: отлично придуман бал у Капулетти, когда гордые дамы во главе с хозяйкой вдруг покидают панцири своих платьев, превращаясь в нагих менад, испещренных красными нитями кровеносной системы. И Джульетта, восстав против воли родителей, отстаивает не только свою любовь, но и право не превратиться в копию матери: в своем отчаянном монологе, лучшем в спектакле, она расшвыривает платья-кирасы, тюремщиками стоящие по углам сцены.
Но эта многообещающая метафора разработана в спектакле до обидного непоследовательно, чего нельзя сказать о теме смерти. Зловещие черепа появляются на сцене задолго до рокового знакомства Ромео с Джульеттой – на маскарад к Капулетти Меркуцио заявляется, одетый в женское платье, с косой в руках и маской-черепом на голове. Инфернальные гренадеры в черепах, не видимые персонажами, активничают во время сценических боев, буквально загоняя мощного Тибальда на клинок жалкого мальчишки Ромео. Они же будут лелеять душу Меркуцио (в женском исполнении), отделившуюся от бездыханного мужского тела. С целым эскадроном черепов проведет Джульетта свой последний монолог. Увы, балетмейстер не довел свой ужастик до логического финала: когда героиня погибнет, черные смерти скинут черепа-маски, оказавшись банальным кордебалетом – хореограф вдруг решил прославить жизнь, выпустив на сцену очередных Ромео с Джульеттой, завязавших новый роман над трупами умерших возлюбленных.
Всю эту символику красноярские артисты воспринимают с благодарным почтением детей, завороженных жуткой сказкой. Джульетта (Анна Оль) – юная решительная брюнетка с отличными природными данными и приличной школой – танцует с подкупающей раскованностью, надежно спрятав технические приемы за верой в предлагаемые обстоятельства. Ее Ромео (Александр Бутримович) не отвечает взаимностью. Этот юноша никак не может вырваться из плена классической школы: в самом разгаре страсти он следит, чтобы ножки стояли выворотно, а ручки соблюдали позиции. Тибальд (Демид Зуков) – отвязный панковатый парень с вулканическим темпераментом – вкусно лапает свою тетушку Капулетти и готов разнести в щепки всю эту провинциальную Верону.
Да и все остальные артисты – до последнего черепа в задних рядах кордебалета – в этом спектакле выкладываются на полную катушку. Энтузиазм молодой труппы, почувствовавшей себя командой и поверившей в свое ремесло как в искусство, легко перелетает через оркестровую яму: финальным овациям с топотом и воплями, которые сорвали сибиряки, мог бы позавидовать любой столичный театр
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 11802

СообщениеДобавлено: Ср Янв 25, 2006 11:33 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2006012502
Тема| Балет, Новый русский имперский балет
Авторы| Леонид Диденко
Заголовок| Имперские амбиции
Где опубликовано| «Коммерсант в Воронеже»
Дата публикации| 20060125
Ссылка| http://www.kommersant.ru/region/vrn/page.htm?Id_doc=643409
Аннотация| В Воронеже «Распутин» обострил отношения между известными хореографами

В Воронеже разгорелся скандал вокруг гастролей Нового русского имперского балета (руководитель – Николай Анохин). Вчера худрук Имперского русского балета Гедиминас Таранда пригрозил господину Анохину и руководству театра оперы и балета иском в суд за незаконное использование названия труппы. Господина Таранду поддержали областные власти. Администратор театра Роберт Крайнович сообщил, что «одинаково любит Таранду и Анохина» и считает, что каждый из них вправе привозить в Воронеж свою труппу.

Имперский русский балет основан в 1994 году по инициативе балерины Майи Плисецкой. Его худруком стал бывший солист Большого театра Гедиминас Таранда, директором – Николай Анохин. В середине 2004 года господа Таранда и Анохин прекратили свое творческо-предпринимательское партнерство. Николай Анохин собрал собственную труппу на базе национального русского балета «Возрождение» (Санкт-Петербург), назвав ее Новый русский имперский балет.

В середине января на улицах Воронежа появились афиши с объявлением о гастролях Нового русского имперского балета с постановкой «Распутин». Стоит отметить, что слово «новый» на афише напечатано другим цветом, убористым кеглем и практически не читается. А на днях в Воронеже побывала администратор труппы Гедиминаса Таранды Марина Сизова, которая попыталась убедить руководство театра оперы и балета отменить гастроли конкурентов, пообещав, что в противном случае Имперский русский балет обратится в суд с иском о незаконном использовании названия труппы и нарушении закона об авторских правах. «Я сообщила руководству театра, что они поощряют недобросовестную конкуренцию в искусстве, – сообщила госпожа Сизова. – Если до 10 февраля гастроли отменены не будут, мы обратимся с иском в суд».

Как сообщил „Ъ“ Гедиминас Таранда, господин Анохин использует название Имперский русский балет для увеличения кассовых сборов. «Попытки гастролировать под собственным названием „Возрождение“ оказались малоуспешными, поэтому Николай Анохин пытается использовать наше имя», – считает именитый хореограф. По словам господина Таранды, в течение 2005 года он пытался препятствовать гастролям труппы Николая Анохина под новым названием, обращаясь то к администраторам концертных площадок, то в прессу.

Приезд Нового русского имперского балета в Воронежскую область является для обеих сторон конфликта знаковым, поскольку Гедиминас Таранда и Николай Анохин – уроженцы областного центра, оба учились в Воронежском хореографическом училище, считаются здесь «своими», а гастроли Имперского русского балета господина Таранды регулярно проходили в Воронеже с большим успехом. «Не понимаю, на что рассчитывают Николай Анохин и администрация театра, ведь воронежский зритель знает наших артистов в лицо, – заявил господин Таранда, – обман сразу раскроется».

Администратор театра оперы и балета Роберт Крайнович отказался удовлетворить требования администратора труппы Имперского русского балета Марины Сизовой. «Мы неоднократно принимали гастроли Имперского русского балета, я хорошо знаком с господами Тарандой и Анохиным, – отметил господин Крайнович. – Николай Анохин остается гендиректором одноименного фонда, а также учредителем ЗАО „Новый русский имперский балет“, поэтому никаких препятствий для выступления его труппы под таким названием я не вижу». «Оба мастера выросли в искусстве на моих глазах, я их одинаково люблю и всегда готов принять в нашем театре», – подытожил он.

«Никакого обмана зрителей не происходит, – заявил, в свою очередь, Николай Анохин. – Моя труппа существует больше года. Презентации „Распутина“ прошли в санкт-петербургской консерватории и московском театре эстрады. Любители современного балета хорошо нас знают». По словам господина Анохина, правами на название Имперский русский балет в равной степени обладают и он, и Гедиминас Таранда. Николай Анохин заверил, что выступление театра в Воронеже состоится, несмотря на «происки» господина Таранды.

Между тем сторону Гедиминаса Таранды приняли региональные власти. Руководитель управления по культуре и туризму обладминистрации Иван Образцов вчера заявил, что не допустит появления «двойников». «Мы не вправе запретить выступление, однако можем добиться того, чтобы труппа Николая Анохина не появилась на подведомственных нам площадках», – сообщил чиновник.

Балет «Распутин» (хореограф Георгий Ковтун, музыка Владимира Качесова), с которым Новый русский имперский балет гастролирует в Воронеже, имеет скандальную репутацию. Например, его постановка в Екатеринбурге вызвала протесты православных организаций. В феврале минувшего года около сотни прихожан храма На Крови, воздвигнутого на месте расстрела семьи императора Николая II, и представителей общественных организаций направили муниципальным властям обращение с требованием отменить спектакль. «Православных оскорбляет тот факт, что император Николай II показан в постановке танцующим», – заявил тогда священник храма Максим Меняйло.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 11802

СообщениеДобавлено: Ср Янв 25, 2006 11:43 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2006012503
Тема| Балет, Персоналии, И. Моисеев
Авторы|
Заголовок| Концерты в честь 100-летия Игоря Моисеева состоятся в зале имени Чайковского
Где опубликовано| «Труд»
Дата публикации| 2006
Ссылка| http://info.trud.ru/shortnews.php?id=23134
Аннотация|

Концерты в честь 100-летия легендарного хореографа, основателя и бессменного руководителя Ансамбля народного танца Игоря Моисеева сегодня и в четверг состоятся в Концертном зале имени Чайковского. "Сам маэстро на этих вечерах обещал быть непременно", - заверили корр. ИТАР-ТАСС в дирекции ансамбля.

В минувшую субботу юбилей Моисеева как национальный праздник отмечался в Государственном Кремлевском дворце. Побывать на торжестве смогли зрители всей страны - трансляция из ГКД велась на первом канале. На следующий день, в воскресенье, в гостях у юбиляра побывал президент России Владимир Путин, который вручил выдающемуся балетмейстеру орден "За заслуги перед Отечеством" первой степени.

Теперь торжества продолжатся на любимой сцене Моисеева - в зале имени Чайковского. Именно в этих стенах 10 февраля 1937 года появилось на свет самое дорогое его детище - Ансамбль народного танца, которому через год исполнится 70 лет. Прославленному коллективу рукоплещет весь мир, ансамбль выступал в 60 странах и повсюду имел оглушительный успех.

Сегодня моисеевцы по праву станут главными участниками вечера и в очередной раз продемонстрируют феноменальное мастерство. Но танцевать они будут прежде всего для своего создателя - Игоря Моисеева.

В четверг моисеевцы исполнят одноактный балет "Ночь на Лысой горе" и вместе с Игорем Александровичем примут театрализованные поздравления от драматических артистов.

Но и на этом торжества в честь 100-летия Моисеева не закончатся. В начале марта ансамбль отправится в большой гастрольный тур по городам России. Игорь Александрович особенно любит, когда возглавляемый им коллектив ездит с концертами по родной стране.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 11802

СообщениеДобавлено: Чт Янв 26, 2006 11:03 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2006012601
Тема| Балет, БТ, «Золушка», Персоналии, Ю. Посохов
Авторы| Майя Крылова
Заголовок| Композитор Прокофьев сыграет волшебника
Где опубликовано| «Независимая газета»
Дата публикации| 20060126
Ссылка| http://www.ng.ru/culture/2006-01-26/7_posohov.html
Аннотация| Балет «Золушка» в Большом театре – космическая история любви



Нужно делать так и так. Юрий Посохов знает, какая Золушка ему нужна.Фото Натальи Преображенской (НГ-фото)

В начале февраля Большой театр покажет новый балет – «Золушка». Его ставит Юрий Посохов – бывший солист ГАБТа, артист и хореограф, много лет работающий в Америке. Постановщик рассказал о премьере обозревателю «НГ».

-Юрий, правда ли, что в новом балете публика не узнает любимую с детства сказку? Народ думает, что действие будет осовременено и перенесено куда-нибудь на помойку, а главные герои будут похожи на обкуренных подростков в пирсинге с головы до ног…

– Никаких изменений в либретто не будет, все это неправда. Мы идем по замыслу Прокофьева, мало того, не сокращаем партитуру, что редко бывает в современной практике музыкальных театров. В мире «Золушка» идет в двух актах, хотя у композитора написано гораздо больше. У нас сделаны небольшие купюры, в основном это повторения музыки, и один отрывок партитуры перенесен в другое место – фрагмент появления Золушки на балу, который прозвучит в начале второго акта. Мы пошли на это по простой причине: Золушка приходит не к финалу бала, как раньше, но присутствует на празднике с самого начала. Раньше героине было дано мало времени, она приезжала к концу бала, быстро знакомилась с главным героем и убегала. По-моему, Золушке нужно время, чтобы лучше узнать принца и основательно в него влюбиться.

– Почему именно «Золушка»? Это была ваша мечта?

– Это заказ театра и предложение худрука балета Алексея Ратманского. Я, со своей стороны, думаю, что наступило время, когда артисты Большого должны танцевать не только балеты, поставленные давно и на других артистов, но иметь в репертуаре спектакли, сделанные на современном посыле – и временном, и физическом.

– И все-таки что в спектакле нового?

– Мы убрали из сюжета крестную. Во главе спектакля у нас Сказочник – сам композитор. Мы не говорим напрямую, что на сцене Прокофьев, но это его прообраз, сквозной персонаж, который будет начинать и заканчивать действие. Прямого сходства (через грим актера) с автором музыки не будет. Но Сказочник своей музыкой создает и рассказывает всю историю, он формирует биографию Золушки. Фигура Прокофьева для нас важна в плане понимания музыки. Ведь партитура не такая уж праздничная. Все становится понятно, если вспомнить, когда и в каких условиях композитор писал «Золушку». Это были сороковые годы ХХ века. Шла война, а у Прокофьева вдобавок посадили в лагерь жену. В страшные времена он написал неземную, космическую музыку. Кажется, это мечта об иной жизни, противоядие злу. Я, естественно, оставил хеппи-энд – здесь такое либретто. Но неожиданно получил огромное удовольствие от того, что в «Золушке» счастливый конец. Когда мы делали финальную сцену, у меня в душе просто тепло пошло. На самом деле. Какая там музыка! Все парят, герои счастливы…

– Знакомые артисты рассказывали, что действие происходит на другой планете…

– Ничего подобного. Это наш мир, хотя, с другой стороны, он не привязан ни к конкретной стране, ни к определенному времени. Примерно так, как у Сент-Экзюпери в «Маленьком принце». Мы отталкивались не от сказки Шарля Перро (потому у нас и не будет никакого барокко с классицизмом), а от музыки, а музыка «Золушки» – вне конкретных примет. Мы вообще не делаем отвлеченную сказку, мы рассказываем историю любви, «лав стори». В конечном счете в «Золушке» нет чисто сказочных героев, у нас они – люди. Избалованные, ироничные, злые, добрые… Разные. Персонажи на балу одеты в костюмы тридцатых годов – это эпоха, когда жил композитор, и это расцвет стиля Арт деко, с его повышенной чувствительностью и любвеобильностью. У нас сложилась отличная интернациональная команда: сценограф Ханс-Дитер Шаль – немец, художник по костюмам Сандра Вудл – американка. Декорации относительно аскетические по цветам, зато костюмы совсем не минималистские, развевающиеся и красочные. Я люблю, чтобы в костюмах персонажей был воздух, чтобы движения ткани повторяли движения тела.

– А говорить в балете не будут? Такой прием сегодня в моде.

– Я не поклонник подобных концепций, хотя, со временем, может быть, и приду к этому. Но не в «Золушке». У нас три состава исполнителей, у всех своя индивидуальность. Я рад, что герои балета в разных спектаклях будут разными, что Золушка у Светланы Захаровой и принц у Сергея Филина, возможно, будут более аристократичными, героиня Анастасии Яценко – более жизнерадостной, а «спортивный» принц у Дмитрия Белоголовцева наверняка будет не похож на оригинальную трактовку Дмитрия Гуданова. Мне передали, что о моем балете ходят разговоры – мол, в «Золушке» танцуют одни животные, особенно в сценах времен года. Да, у нас «оживают» стрекозы, подсолнухи, вороны, тыква, снегири, кузнечики, чайники... Кто только не летает и не ползает! «Золушка» – спектакль с классическим танцем, не в понятиях XIX века, а в контексте истории балета и за последние сто лет, когда к стандартам прошлого добавилась гибкость корпуса, раскрепощенные руки и т.д. Я большой поклонник пуантов, двойных туров, кабриолей, жете и других классических балетных па. А Большой театр имеет талантливую труппу.

– Чтобы понять ваш балет «Магриттомания», который вы тоже поставили в Большом театре, надо быть знакомым с живописью художника Магритта. Что нужно зрителю на вашей «Золушке»?

– Любить ближнего.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 11802

СообщениеДобавлено: Чт Янв 26, 2006 11:22 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2006012602
Тема| Балет, БТ, «Золушка», Персоналии, Ю. Посохов
Авторы| Елена Федоренко
Заголовок| ЮРИЙ ПОСОХОВ: "Главный герой - Сказочник"
Где опубликовано| «Культура»
Дата публикации| 20060126
Ссылка| http://www.kultura-portal.ru/tree/cultpaper/article.jsp?number=622&rubric_id=200&crubric_id=1002077&pub_id=714148
Аннотация|

В недалеком прошлом Юрий ПОСОХОВ, выпускник Московской балетной школы по классу знаменитого Петра Пестова, вел сольные партии в Большом театре. Но, несмотря на завидное положение, в 1992 году уехал танцевать в Датский Королевский балет, позже - в Балет Сан-Франциско. В 2000 году Посохов поставил там балет "Магриттомания" по мотивам картин бельгийского сюрреалиста Рене Магритта на специально написанную петербуржским авангардистом Юрием Красавиным музыку. Пару лет спустя этот балет поставили на сцене Большого театра. Сегодня премьер и хореограф из Сан-Франциско Юрий Посохов вновь выступает как хореограф в Большом театре. Завершаются репетиции "Золушки" Сергея Прокофьева

- Кому принадлежала идея постановки "Золушки"? - Это заказ Большого театра и руководителя его балетной труппы Алексея Ратманского, предложение поступило год назад.

- Ваша "Магриттомания" первоначально была осуществлена для американской труппы, а позже поставлена в Большом. "Золушку" вы тоже ставили ранее?

- "Золушка" - оригинальная версия. Специально для Большого.

- Что показалось вам заманчивым в сказочном сюжете?

- Интерес возник тогда, когда начал оформляться замысел, когда началась работа. Тогда все приобрело другие краски, наполнилось иным содержанием. Я никогда раньше не относился к этой музыке с таким рвением, как отношусь сейчас. Первое, что понял, - трехактный спектакль делать одному невозможно. Необходимо, и это оказалось самым важным, создать команду. Команда сложилась международная: режиссер-постановщик - Юрий Борисов, Москва; ваш покорный слуга как хореограф - уже, наверное, не Москва, а Сан-Франциско; художник по костюмам - Сандра Вудл, Америка, и художник-постановщик - Ханс Дитер Шааль, Германия. Вместе мы целый год серьезно работаем над "Золушкой". В основном - виртуально, постоянная переписка, обеспечивающая общение, не прекращалась. К работе с труппой, прежде всего к моей хореографической части, мы приступили всего три месяца назад. Кстати, это для меня сложный опыт. Первый раз встречаюсь с ситуацией: к моменту, когда спектакль уже сделан по многим направлениям - костюмы, дизайн, определены режиссерские задачи, не было поставлено ни одного движения. Все задуманное - на бумагах и в макете. Было тяжело еще и потому, что за три месяца сделать спектакль в Большом театре невероятно сложно при нынешней ситуации.

- Что вы имеете в виду?

- Репертуарный план слишком насыщен - театр (и балет, и опера), работает на одной сцене. Необходимо успеть, и другого выхода нет. Поставить балет в Большом - это моя возможность, и я ее использую или нет.

- О чем ваш спектакль?

- Странно, все спрашивают о концепции. Мы идем по оригинальному либретто балета. Единственный поворот в том, что главный герой у нас - сказочник. Эдакий прообраз Сергея Прокофьева. Во всем остальном от первоначального либретто Николая Волкова и музыки Сергея Прокофьева мы не ушли. Все сцены сохранены, взята практически вся музыка. Хотя в мире балета общие тенденции иные: повсеместно действие уплотняется до двух актов, музыка смешивается. Если вы посмотрите "Золушку" в любой из западных трупп, это хаос в музыке, что имеет не очень-то прямое отношение к драматургии Прокофьева. А ведь у композитора был свой взгляд на эту сказку, отличный и от Перро, и от братьев Гримм. Прокофьев создавал свою историю, писал свою личную сказку.

- Не представите ли репетиторов и ассистентов спектакля?

- Педагогов-репетиторов много. По системе Большого у каждого солиста, у каждого премьера свой педагог, который готовит к спектаклю. Мои ассистенты - люди в балетном мире известные: Михаил Шарков, Ирина Зиброва, Татьяна Красина, Валерий Лагунов и Виктор Барыкин, который будет и Сказочником.

- А кто станет Золушкой и Принцем на премьере?

- Светлана Захарова и Сергей Филин.

- Вы отвыкли от российской действительности?

- Не то чтобы отвык. Просто научился работать по-другому.

- Не поясните ли?

- Мобильность - раз. Уважение к хореографу - два. Правильное распределение репетиционного времени - три. Всего нельзя перечислить. Нам, в России, нужно учиться работать иначе. Так, чтобы все было направлено не на удобство для артистов или администрации, а на то, чтобы процесс создания нового спектакля стал продуктивнее.

- Готова ли труппа к работе с современной хореографией?

- Работу с современными хореографами нельзя никогда откладывать. Пора признать, что это должно было произойти давно, лет 20 - 30 назад. Но, к сожалению, не происходило. Молодежь хочет новых работ. Ее желание естественно. Что касается меня, я вообще не понимаю, как театр может жить без современных постановок. Они должны идти одна за другой. Мы все обращаемся к Петипа, у которого осталось на века всего несколько спектаклей, когда он поставил сотню. А вопрос о новом в Большом решается глобально: возможна эта постановка или нет. А надо просто жить театром - в этом главное. Мне кажется, Алексей Ратманский прав, убеждая театр в том, что жить во времени, в "сегодня" - самая важная потребность. Традиции традициями, но сегодняшний театр без современной хореографии - неживой театр. Да и традиции живы только в развитии. Балетный мир намного шире и многообразнее, чем представление о нем, сформировавшееся в священных стенах.

- Почему в начале 90-х вы, востребованный танцовщик, решили уехать?

- Этот вопрос мне задают без устали. Ситуация так сложилась. На самом деле я уехал не из-за личных амбиций, но из-за желания увидеть мир другим, не таким, каким я его видел.

- Не расскажете ли о своих последних премьерах?

- Для меня большая честь участвовать в постановках современных хореографов. Например, в балете талантливого хореографа Уилдона о четырех сезонах я танцевал Лето. Он моложе, но для меня - и учитель, и наставник, и в какой-то степени я стараюсь идти с ним в ногу по хореографической стезе. Среди последних моих хореографических работ - спектакль "Отражения" на Первую симфонию Мендельсона, поставленный в Балете Сан-Франциско.

- Кем вы сегодня себя ощущаете - западным или российским хореографом?

- Меня учили Россия, Америка, Дания. Я вообще не принимаю национального деления в хореографии.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 11802

СообщениеДобавлено: Чт Янв 26, 2006 12:01 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2006012603
Тема| Балет, БТ, Персоналии, С. Адырхаева
Авторы| Елена ФЕДОРЕНКО
Заголовок| СВЕТЛАНА АДЫРХАЕВА: "Зубры меня приняли"
Где опубликовано| «Культура»
Дата публикации| 2006
Ссылка| http://www.kultura-portal.ru/tree/cultpaper/article.jsp?number=622&rubric_id=207&crubric_id=100442&pub_id=713353
Аннотация|

О Светлане АДЫРХАЕВОЙ, народной артистке СССР, ведущей солистке Большого театра, написано непростительно мало. Она - неподражаемая Одетта - Одиллия, Хозяйка Медной горы, Эгина, Мехменэ Бану, Жизель, Китри, Принцесса Флорина, Беатриче. Ее танцем безупречного вкуса восхищались зрители, Галина Уланова не раз подчеркивала в своей ученице "редкую сосредоточенность на творчестве". Точеные линии ее арабесков, нежный восточный акцент и музыкальное течение танца не терялись на фоне великих балерин, с кем Адырхаевой довелось в одно время творить на одной сцене: Плисецкой и Стручковой, Карельской и Тимофеевой, Кондратьевой и Максимовой, Бессмертновой и Сорокиной. Великой плеяды звезд, одной из которых стала Светлана Адырхаева. Сейчас она балетмейстер-репетитор Большого театра. Нынешний сезон для Светланы Адырхаевой юбилейный: ровно полвека назад она окончила Ленинградское хореографическое училище имени Вагановой и с тех пор верно служит классическому танцу. Редакция поздравляет Светлану Дзантемировну с 50-летием творческой деятельности.

- Как появился в вашей жизни балет, ведь детство прошло вдали от музыкальных центров?

- Родилась я в Северной Осетии, в необыкновенно красивом маленьком селении Хумалаг. Как все дети, любила танцевать. Тогда, в первые послевоенные годы, в республике был объявлен набор в Ленинградское училище. Педагоги вагановской школы - Варвара Павловна Мей, одна из авторов книги "Азбука классического танца", и Анна Петровна Бажаева - ездили по отдаленным местам Кавказа в поисках способных ребят. В их число я попала случайно. Во-первых, не подходила по возрасту, была слишком мала. Во-вторых, мама меня, единственную дочку, в далекий Ленинград отпускать не собиралась.
Помню, как соседка советовала маме: "Света у тебя такая шустрая, все время танцует, отвези ее на просмотр". Я услышала и стала умолять маму. В конце концов, мои приставания надоели, и мы отправились на просмотр в Орджоникидзе, как тогда назывался Владикавказ. Но в день нашего приезда прием закончился. Варвара Павловна все-таки решила на меня посмотреть, наверное, что-то подсказало чутье. Потом она о чем-то убежденно говорила маме, но я ни слова не знала по-русски и ничего не поняла. Чувствуя, что мама колеблется, Варвара Павловна меня в селение не отпустила, оставила в городе с воспитательницей, а мама поехала за одеждой и за документами. Спустя много лет, когда я уже стала солисткой Большого театра, Варвара Павловна приезжала на мои премьеры. В один из визитов она рассказывала моей дочери Фатиме: "Как я взяла эту ножку в свои руки, так больше и не выпустила". Так и было.
По-русски я не понимала ровным счетом ничего. Моя одноклассница Аза Кулаева была городским ребенком и знала русский язык. Она стала моим переводчиком. Вторая сложность была в том, что по общеобразовательным предметам я отставала на два года. Мы учились по программе четвертого класса, а мне только исполнилось восемь, я закончила первый класс, и на осетинском языке. Было невероятно сложно, но помогла старательность, и я достаточно быстро догнала сверстников.

- Среди выпускников 1955 года вы были одной из самых заметных, и вам было доверено танцевать Одетту во втором акте "Лебединого озера" и Машу в третьем акте "Щелкунчика". Почему вас не оставили в Кировском театре?

- А я должна была остаться в Кировском. Федор Васильевич Лопухов, художественный руководитель балетной школы, жил во дворе училища и обычно возвращался вместе с нами в школьном автобусе со спектаклей. Меня он называл черкешенкой. После выпускного концерта Лопухов подсел ко мне в автобусе и грустно сказал: "Ну что, черкешенка, не разрешили мне тебя оставить!" Тогда эти слова прозвучали как приговор. Уже потом я поняла, что в жизни мне ничего легко не доставалось.

- И вы оказались...

- ...в Челябинске. Нас учили для того, чтобы открыть театр во Владикавказе. За девять лет театр не построили, но разъединить осетинскую группу республика не позволила. Наш выпуск направили в Челябинск - на открытие Театра оперы и балета. Туда же поехал и выпуск консерватории. Весь творческий состав оказался молодежным. Я сразу стала ведущей балериной. Мне едва исполнилось 17, когда я станцевала Одетту - Одиллию в "Лебедином озере".

- А как вы попали в Большой?

- Помните, были Декады республик в Москве? В августе 1960 года - Декада осетинской литературы и искусства. Нас, разбросанных по разным городам, собрали во Владикавказе для репетиций. Главным балетмейстером декады был замечательный танцовщик и необыкновенный человек Сергей Гаврилович Корень. Он подготовил программу вечера балета так, что в основном танцевала я. Шесть номеров: фрагменты "Лебединого", "Жизели", "Спящей красавицы", "Лебедь" Сен-Санса и два номера на музыку осетинских композиторов, которые поставил сам Корень.
Перед первым концертом Корень предупредил, что пригласил на репетицию Галину Уланову, специально посмотреть на меня. Я онемела! Галина Сергеевна действительно пришла и на репетицию, и на концерт, подарила мне две пары балетных туфель (размер ноги у нас совпадал). Их я берегу как реликвию, ни разу даже не примерила. Тогда о декадах ежедневно писали все газеты, и во всех статьях меня хвалили. Перед заключительным концертом, в последние дни августа, Сергей Гаврилович сообщил, что 11 сентября я буду танцевать с Николаем Фадеечевым "Лебединое озеро" в Большом театре. Эта новость меня потрясла.
Назначили оркестровую репетицию. Представляете, никому не известной девочке дали дебют, да еще и оркестровую репетицию! В кулисах собралась вся, по-моему, труппа, дирижировал Юрий Файер. После репетиции мне сказали: "Передайте этой девочке, что зубры ее приняли". Вот так круто изменилась моя жизнь.

- Много написано об особенностях ленинградской и московской исполнительских школ. Вы, как Семенова и Уланова, их обе в себе воплощаете...

- Сочетание ленинградской и московской школ для балерины - счастье. Мне повезло: в училище занималась у великих педагогов - в младших классах у Варвары Мей, в старших - у Елены Ширипиной, выпустившей Наталию Макарову, Татьяну Терехову, Татьяну Легат. В Челябинском театре главным режиссером был Дмитрий Смолич, и его жена - первая народная артистка Украины Антонина Васильева, ученица Вагановой, со мной репетировала. Потом - Уланова и Семенова в Большом театре. То есть я все время попадала в руки педагогов ленинградской выучки. Не возьмусь говорить о едином почерке, чтобы не приравнивать себя к великим, но школа была единой.
Мне нравится московская школа - открытая, масштабная, широкая. В наше время ленинградская была чистейшей академией, каждое движение выполнялось с аптекарской точностью. На сочетании московской свободы и ленинградской филигранности работать было интересно. О результатах судить не мне.

- Ваши любимые партии?

- Одетта - Одиллия и, конечно, все партии в балетах Григоровича: Эгина, Мехменэ Бану, Хозяйка Медной горы. Любила Китри. Трудно выделить одну роль, в каждой - частичка сердца, каждая дорога по-своему.

- Хорошо помню вас на сцене, особенно в "Легенде"...

- С "Легендой" связана такая история. Касьян Голейзовский проводил последние репетиции "Лейлы и Меджнуна". Мы, артисты, сидели в зале, а Григорович - впереди, рядом с Голейзовским. Юрий Николаевич обернулся и попросил меня подойти: "Я начинаю "Легенду о любви", ты будешь танцевать Мехменэ". И после паузы: "Плисецкая и ты". Новость ошарашила: в плане "Легенды" не было, никто не знал об этом замысле, и как можно танцевать одну партию с Майей Михайловной! Всю постановочную работу и две генеральные репетиции провела я, Майя Михайловна вышла на премьеру. Так что, можно сказать, это мой балет.

- А был ли у вас постоянный партнер?

- Классические спектакли чаще танцевала с Сашей Богатыревым, мы вместе много ездили, часто выступали во Владикавказе. Мой супруг - Алексей Закалинский, ведущий танцовщик театра (после серьезной травмы ему пришлось оставить сцену), ставил нам с Сашей номера. "Спартака" чаще танцевала с Марисом Лиепой и Борей Акимовым, "Легенду" - с Лиепой, Мишей Лавровским, Славой Гордеевым. Танцевала с Володей Васильевым, Юрой Владимировым, Сашей Годуновым, Володей Тихоновым. Успела станцевать и с Андрисом Лиепой. Так что партнеры были прекрасные, но постоянного не было. Вообще, Григорович всегда менял состав дуэтов. Сегодня репетируешь с одним, завтра - с другим.

- Это был его принцип?

- Думаю, да.

- Как произошел переход от карьеры артистки к педагогике?

- Была уверена, что переход будет естественным. Еще в годы учебы в ГИТИСе мне доверили вести два курса. В театре долгое время была ассистентом у Марины Семеновой. Артисты одной труппы всегда знают, кто на что способен, кто из танцовщиков может стать педагогом, сумеет раскрыть ученика. Балетная педагогика - особый дар. Но, к сожалению, театр - такой сложный организм, что ты зависишь не только от своих знаний и умений. В памятном 1988 году нас, всех народных артистов, попросили из Большого театра. Я никуда не могла устроиться. Начался сложный депрессивный период. Однажды я встретила в метро танцовщика Марка Ермолова, и он посоветовал идти преподавать на факультет хореографии Нового гуманитарного университета Нестеровой, который возглавлял Анатолий Борзов. Мне дали курс. Ребята были взрослыми, лет по двадцать, имели приблизительную классическую подготовку, но работали хорошо. Сейчас все они при деле.
В Большом вновь сменилась власть, пришел Владимир Васильев. Слава Гордеев был худруком и возобновлял "Легенду о любви". На партию Мехменэ Бану он пригласил Таню Гурьянову и попросил меня подготовить ее к премьере. В это же время Семенова репетировала с Галей Степаненко Эгину и тоже попросила помочь. Обе балерины станцевали блестяще. Был объявлен конкурс на педагогов, и Саша Богатырев, завтруппой, сказал: "Понятно, что выберут тебя, но для проформы напиши заявление на конкурс". Я написала, но меня не взяли. Это был новый удар.
Вскоре очередной раз сменилось руководство, к власти пришел Боря Акимов. Снова объявили конкурс. Мне позвонил пианист: "Пиши заявление". Ответила, что не буду еще раз переживать унижение. Но он сумел убедить меня в том, что мои знания должны приносить пользу. Отдала заявление в самый последний день. С тех пор я в Большом.

- Сколько существовал ваш "Театр Светланы Адырхаевой"?

- Чуть более трех лет. Идея создать балетную труппу принадлежала нам с Алексеем Закалинским. Среди наших знакомых оказались люди, предложившие спонсорские услуги. В Кунцеве снимали зал, много репетировали. Подготовили классический дивертисмент, "Класс-концерт", Леша поставил несколько номеров, в том числе прелестный номер на музыку Вебера "Осенние сильфы". Мы выступали в Олимпийской деревне, некоторое время работали во Владикавказе. И когда достигли того уровня, который соответствовал нашим требованиям, уже готовились к зарубежным гастролям - все рассыпалось. У спонсоров просто закончились деньги. Но артисты не расходились, три месяца работали бесплатно, ждали и надеялись...

- Расскажите о ваших ученицах?

- Боря Акимов дал мне самых юных - 11 девочек из одного выпуска. Кто-то потом перешел к другим педагогам, кто-то - ко мне. Это нормальная практика. Занимаюсь с ведущими балеринами Аней Антоничевой и Настей Яценко. Сейчас у меня способные ученицы: Аня Леонова, Оля Стеблецова, Настя Сташкевич, Юля Гребенщикова, Ира Яценко, Тамара Абакелия, Ксения Сорокина - все работают серьезно, танцуют сольный репертуар. Из самых "маленьких" - Катя Крысанова, которая станцевала Аврору в "Спящей красавице". Она уже стала серебряным лауреатом международного конкурса.
Мои девочки - настоящие артистки, я довольна их успехами и стараюсь передать им то, чему меня учили великие педагоги: культуре изысканной классики, танцу без шелухи. Кажется, мне удалось привить им желание работать, приучить к дисциплине.

- На кого похожа ваша манера ведения репетиций?

- Скорее, на Уланову. Остальные мои учителя были очень строгими.

- Вы репетируете спокойно, не повышая голос, как Уланова?

- Могу и вспыхнуть, когда, например, вижу лень, недовольный вид, если танцуют, делая мне одолжение. Такое встречается крайне редко. На репетициях, особенно сложных, важно снимать напряжение. Помню, один раз Марина Тимофеевна меня, уже опытную солистку, довела до слез. Она была не в настроении, а я никак не могла сделать то, что она просит. У меня непроизвольно потекли слезы, но продолжала танцевать. Тогда Семенова сказала: "Ну вот еще, плачет. Я тебе говорила, зачем ты со мной связалась?" В ответ я пробубнила: "Хотела и связалась". Она расхохоталась в ответ.

- Вы были солисткой, когда главенствовал Большой стиль. Вы видите, что меняется художественное лицо Большого театра?

- Конечно, вижу. И не только я. Сейчас в театр пришло поколение очень способных артисток, среди них - Наташа Осипова, Катя Крысанова, Аня Никулина, Настя Сташкевич. Думаю, что через пару лет они о себе заявят. Современные одноактные балеты - это замечательно, но я считаю, что большие балетные полотна - это наша традиция, та база, на которой молодые могут расти. И это терять нельзя.

- Отличается ли нынешнее поколение артистов от того, к которому принадлежали вы?

- Мы не пропускали ни одного гастрольного выступления, всегда смотрели спектакли с мастерами. Ходили и на оперы. Не потому что - надо, нам было интересно. А сейчас такого интереса нет: проходят гастроли, танцуют опытные солисты - кулисы зачастую пустые. В своих девочках стараюсь воспитывать интерес к происходящему. Мы не вылезали из театра. Когда Юрий Николаевич проводил репетиции "Легенды" или "Спартака", то прекращал их по знаку "охраны труда" в 22 часа. Все артисты в один голос кричали: "Будем продолжать, хотим работать". Сейчас все смотрят на часы...
Я пришла в театр при Леониде Лавровском, потом был Григорович. Мы тянулись к ним, как к чему-то великому, недоступному, гениальному. А сейчас - демократия, и каждый считает себя гением. У нас, правда, были иные условия подготовки к спектаклям - репетиции сольные, массовые, оркестровые. Сейчас не хватает залов и времени, роли готовятся очень быстро. Может быть, когда откроется Основная сцена, все наладится.

- Со своим соотечественником Валерием Гергиевым доводилось встречаться?

- Мы давно знакомы. Валерий - добрейший, порядочный человек. Раньше на декадах и юбилеях вместе выступали в концертах. Ни одного торжества в республике без нас не проходило. Он дирижировал, я танцевала. Мы гордились им и не сомневались в его избранности.

- Вы сейчас связаны с Осетией?

- В Осетии у меня родственники, к которым я езжу. В Москве немало осетин: ученых, генералов, у нас есть осетинское общество, наша диаспора. Когда мы узнали о трагедии в Беслане, то сразу собрались вместе. В списках заложников значились Адырхаевы. Они оказались не моими близкими родственниками, хотя, конечно, каким-то дальним родством мы объединены. Мать погибла, девочки были ранены. Я им помогаю чем могу. Когда их навещал мой брат, то младшая девочка, дошкольница, протянула ему мою фотографию и сказала: "Это моя сестра. Когда вырасту, поеду к ней в Москву".
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Михаил Александрович
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 06.05.2003
Сообщения: 25678
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Янв 26, 2006 3:47 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2006012604
Тема| Балет, Персоналии, И. Моисеев
Авторы| Александр Фирер
Заголовок| Мир рукоплещет
Где опубликовано| Вечерняя Москва #11 (24302)
Дата публикации| 20060124
Ссылка| http://www.vmdaily.ru/main/viewarticle.php?id=20154
Аннотация|


Фото: Елена Фетисова

Никакие трескучие морозы не остановили почитателей таланта Игоря Моисеева и моисеевцев всех поколений: гигантский Кремлевский дворец едва вместил всех желающих отметить 100-летие великого хореографа.

Вечер «Дорога длиною в век» открыли кремлевские курсанты. Затем юбиляру пели осанну: функционеры зачитывали приветствия, отец Сергий поздравил от имени патриарха Алексия II, артисты читали отрывки из книги воспоминаний Моисеева.

Выделялась вдохновенная, артистичная речь мэра Юрия Лужкова: «Если мы прислушаемся, то услышим сейчас аплодисменты зрителей всех театров мира».

На фоне блеклых, лишенных толики драйва, приношений от западных трупп (Венская опера, миланский театр Ла Скала, труппа Мориса Бежара) мастерство Ансамбля Моисеева выделялось отдраенным блеском и непревзойденной зажигательностью. Не потому ли бывших моисеевцев с распростертыми руками ждут в «Лидо», в «Мулен Руж», в «Ривер-данс».

Среди гостей больше запомнилось, пожалуй, лишь выступление испанки Марии Пахес, которая страстно плела руками пламенеющие узоры фламенко.

Балетная труппа Большого театра представила финал баланчинской «Симфонии до мажор». Практически со всеми своими звездами в первой шеренге. Но неотрепетированность невыигрышно смотрелась на фоне выступавшего следом ансамбля Моисеева. С другой стороны, как солистам Большого или кордебалету удалось слиться так, что не отличишь звезд от массы, – остается загадкой.

В финале выкатили именинный торт, наградили юбиляра орденом, спели «Заздравную». Сам Игорь Александрович, восседавший в ложе, лишь пригубил бокал шампанского.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Отправить e-mail
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска Часовой пояс: GMT + 3
На страницу Пред.  1, 2, 3, 4, 5, 6  След.
Страница 4 из 6

 
Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах


Яндекс.Метрика