Список форумов Балет и Опера Балет и Опера
Форум для обсуждения тем, связанных с балетом и оперой
 
 FAQFAQ   ПоискПоиск   ПользователиПользователи   ГруппыГруппы   РегистрацияРегистрация 
 ПрофильПрофиль   Войти и проверить личные сообщенияВойти и проверить личные сообщения   ВходВход 

Общество Друзья Большого балета
2015-07
На страницу 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7  След.
 
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска
Предыдущая тема :: Следующая тема  
Автор Сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17087
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Июл 01, 2015 9:35 am    Заголовок сообщения: 2015-07 Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2015070101
Тема| Балет, Санкт-Петербургский государственный академический театр балета Бориса Эйфмана
Автор| Павел Ященков
Заголовок| Театр Эйфмана поставил рекорд
И пересек Штаты с востока на запад

Где опубликовано| © "Московский комсомолец" №26847
Дата публикации| 2015-07-01
Ссылка| http://www.mk.ru/culture/2015/06/30/teatr-eyfmana-postavil-rekord.html
Аннотация|

На сцене Александринского театра спектаклем «Анна Каренина» Санкт-Петербургский государственный академический театр балета Бориса Эйфмана, как всегда одним из первых, завершил свой уже 38-й по счету сезон — самый насыщенный в истории этого театра.


Фото: Michael Khoury

Об этом говорит лишь сухой перечень событий… Гастроли в Монте-Карло в прославленном Grimaldi Forum с балетом «Анна Каренина», затем Прага и Братислава со спектаклем «Роден», потом Неаполь и «Анна Каренина» в старейшем европейском театре Сан-Карло. Тур по Франции: Канны, Лион, Амьен, Масси и другие города… Далее — Варшава со спектаклем «По ту сторону греха» по «Братьям Карамазовым». Но главное — это, конечно, очередная премьера, ставшая одним из центральных событий балетного сезона — «Up & Down», поставленная по роману Ф.С.Фицджеральда «Ночь нежна». Мировая премьера прошла в Санкт-Петербурге, а европейская — в парижском театре Елисейских Полей, и потом показана в Братиславе и Риге.

Прошедший сезон — это еще и успехи замечательных солистов компании. В марте Олегу Габышеву, Дмитрию Фишеру и Сергею Волобуеву в Екатерининском зале Кремля вручили премию Президента РФ для молодых деятелей культуры. Награда присуждена за создание образов — Ивана, Дмитрия и Алексея Карамазовых. Возвращался маэстро и к своим шедеврам — в Вене прошла премьера новой хореографической версии его знаменитой «Красной Жизели». Легендарный спектакль станцевала труппа Wiener Staatsballett. И уже в преддверии окончания сезона труппа отправилась за океан, где начались масштабные гастроли в Канаде и США.

За два месяца выступлений труппа пересекла Северную Америку с востока на запад, начав тур в Монреале и закончив его в Лос-Анджелесе. В географию гастролей также вошли Торонто, Миннеаполис, Бостон, Чикаго, Коста-Меса, Нью-Йорк и Вашингтон. В тысячных залах не было свободных мест. Непременное завершение каждого спектакля — стоячая овация. Основное же внимание критиков предсказуемо сфокусировано на новой работе петербургского хореографа. «Up & Down», который, кстати, стал восьмым его современным балетом, привезенным в Калифорнию за последние 15 лет. Изумляясь мастерству танцовщиков, «Los Angeles Time» назовет их «восхитительными», «высококлассными артистами», которым свойственны «неукротимая ярость» и «энергия, исходящая откуда-то изнутри».

— Для меня это были самые успешные гастроли за всю нашу 17-летнюю историю пребывания в Америке. А за 17 лет труппа выступила на североамериканском континенте 14 раз. Это вообще невероятный случай! Ни одна труппа мира не была в Соединенных Штатах за 17 лет 14 раз, — рассказал «МК» Борис Эйфман по возвращении. — Это говорит о том, что наш театр востребован и показал, что в России действительно есть труппа, которая создает уникальное, конкурентоспособное современное искусство балета.

— В связи с охлаждением отношений между нашими странами труппа испытывала напряжение в этом турне?

— Конечно, мы были несколько напряжены. Когда мы только приехали в Америку, мы узнали, что гастроли некоторых ведущих российских коллективов и деятелей искусств сопровождались различными демонстрациями. Но на наших спектаклях не было никакого проявления отчуждения со стороны американцев. Наоборот, успех абсолютный, потому что это признание того театра, который я создал, и моего искусства. И более того, искусства, которое сегодня, в общем-то, начинает доминировать в балетном мире.


Последний раз редактировалось: Елена С. (Вс Июл 12, 2015 11:52 am), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17087
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Июл 01, 2015 5:11 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2015070102
Тема| Балет, Летние балетные сезоны
Автор| Корр. ТАСС Ольга Свистунова
Заголовок| Летние балетные сезоны в 15-й раз стартуют в Москве
Где опубликовано| © ТАСС
Дата публикации| 2015-07-01
Ссылка| http://tass.ru/kultura/2084032
Аннотация|

Специальными гостями станут солисты парижской Гранд Опера Жермен Луве и Марион Барбо, которые исполнят главные партии в балетах "Жизель" и "Лебединое озеро"

Летние балетные сезоны в 15-й раз открываются в Москве. Они продлятся в течение двух месяцев - до 28 августа и будут проходить на сцене Российского академического молодежного театра (РАМТ). По традиции первым спектаклем в афише значится "Лебединое озеро" П.И. Чайковского.

"Когда в 2001 году мы впервые предложили зрителям посещать летом балетные спектакли, то рассчитывали в основном на иностранных туристов, - сказала ТАСС создатель и художественный руководитель проекта Алла Немодрук. - Сейчас уже смело можно признать, что наш международный проект стал важной частью летней культурной жизни столицы, и в этом году мы готовимся встретить нашего полумиллионного зрителя".

По словам основателя Летних балетных сезонов, в нынешнюю программу включены такие шедевры мировой хореографии как "Ромео и Джульетта", "Спящая красавица", "Щелкунчик", "Дон Кихот". Специальными гостями юбилейных сезонов станут солисты парижской Гранд Опера Жермен Луве и Марион Барбо, которые исполнят главные партии в балетах "Жизель" и "Лебединое озеро" 23 и 25 июля.

Среди коллективов-участников также есть уже известные столичной публике Театр балета классической хореографии Элика Меликова и Русский классический балет под руководством Оксаны Усачевой.

А вот с Марийским театром оперы и балета предстоит первое знакомство. Оно состоится в среду, когда труппа из Йошкар-Олы исполнит "Лебединое озеро".

Этому коллективу также выпала честь представить в Москве свою новую работу - премьеру балета "Мастер и Маргарита", показ которого состоится 4 июля. Культовый эстонский балетмейстер-экспрессионист Май Эстер Мурдмаа и российский сценограф Борис Голодницкий превратили сюжет романа Михаила Булгакова в хореографическую фантазию. В спектакле звучит электронная музыка Райнера Янциса, авангардного гитариста и композитора, лидера рок-группы Metro Luminal.

Остальные спектакли пройдут в сопровождении оркестра Летних балетных сезонов, дирижерами которого выступят народный артист России Павел Овсянников, Ярослав Ткаленко и Григорий Архипов.

За 15 лет своего существования Летние балетные сезоны обрели большую популярность. В разные годы их участниками были такие коллективы, как Миланский балет под руководством Карло Песта, "Смирнов Балет", Российский национальный балетный театр под руководством Владимира Моисеева и Евгения Амосова, "Киев Модерн-балет" под руководством Раду Поклитару.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17087
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Июл 01, 2015 11:01 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2015070103
Тема| Балет, Гастроли NDT-I в Москве
Автор| Анна Галайда
Заголовок| Танец на запретной территории
Где опубликовано| © Ведомости
Дата публикации| 2015-07-01
Ссылка| http://www.vedomosti.ru/newspaper/articles/2015/07/01/598898-tanets-na-zapretnoi-territorii
Аннотация| ГАСТРОЛИ

Поклонников Нидерландского театра танца (NDT-I) в Москве хватило для аншлага не только на Новой, но и на Исторической сцене Большого театра


Stop-Motion – одна из новинок труппы
Rahi Rezvani / Предоставлены NDT


В мире современного танца двухголовая гидра Нидерландского театра танца (он состоит из основной и не менее потрясающей молодежной компаний) занимает примерно такое же место, как в классическом балете Большой и Мариинский театры: какие бы времена ни были на дворе, кто бы ни стоял у его руля, откуда бы ни были набраны танцовщики, его спектакли – гарантия настоящего искусства и профессионального знака качества. В Москве хорошо знали и обожали NDT эпохи Иржи Килиана, хореографа-кудесника, изящно балансировавшего на грани классики и модерна. Несколько лет назад он удалился от дел, передав труппу нескольким хореографам, среди которых был и Пол Лайтфут, а в 2011 г. англичанин единолично возглавил театр. Под его руководством он ежегодно выпускает пригоршню премьер, только часть из них принадлежит творческому тандему Пола Лайтфута и Соль Леон, насчитывающему 25 лет сотрудничества и более 50 балетов. Но именно их постановки определяют сегодняшнее лицо театра.

Из пяти приехавших на гастроли спектаклей NDT четыре принадлежат Леон – Лайтфуту, которые в Москве до сих пор ассоциировались почти исключительно с вошедшим в одну из программ Дианы Вишневой «Объектом перемен». На этот раз на Исторической сцене показали диптих «Томление» (Sehnsucht) и «Бабочка», созданный в 2009–2010 гг., а на Новой сцене – «Выстрел в луну» (Shoot the Moon) 2006 г. и одну из недавних премьер – Stop-Motion, которые были разбавлены строгой и выверенной работой канадки Кристал Пайт «Одинокое эхо» (Solo Echo).

Четыре постановки Леон – Лайтфута сложились в ретроспективу последнего десятилетия, позволившую наблюдать, как оттачивается их стиль, а картина мира, хореографически практически безупречная уже в «Томлении», обрастает нюансами и нужными подробностями. Каждый из привезенных балетов исследует природу человеческих отношений, при этом Леон – Лайтфут не боятся открыть ту территорию личного пространства, на которую вход чужим в обычной жизни строго воспрещен. Они запирают своих героев парами и поодиночке в знакомых каждому тесных квартирках, где люди становятся друг другу то невероятно нужны, то невыносимо близки. Комнатки с обоями в цветочек могут благодаря почти бытовым движениям превратиться во дворцы и тюрьмы или (с помощью театральной машинерии) просто опрокинуться от переворачивающих эмоций – в буквальном смысле – вверх ногами. Причем с помощью невидимых из зала танцовщиков с видеокамерами зрителям оказывается видна проекция движений с неожиданного ракурса.

Каждый из четырех балетов представляет Леон – Лайтфута как магов театральности (в своих балетах они же чаще всего являются авторами сценографии и костюмов), физически ощущающих объем движения и с помощью муки, дыма, вращающегося модуля сцены умеющих не только подчеркнуть светотени танца, но и наполнить его электрическим разрядом, который поражает прямо в сердце. А мастерство танцовщиков NDT, превращающее их в ожившие микеланджеловские фигуры, благодаря пластическому совершенству делает душевное страдание прекрасным и желанным.


Новая марка

Килиан, Килиан и еще раз Килиан – именно так мы до сих пор воспринимали NDT. Но еще в 1980-х он принял эстафету у Штутгартского балета, который долго был главным питомником современных хореографов. Килиан, стартовавший оттуда, может считаться Феей Сирени Матса Эка, Охада Нахарина, Начо Дуато, Дэвида Доусона, Александра Экмана и других сегодняшних ведущих постановщиков. Особое место в этом ряду принадлежит Полу Лайтфуту и Соль Леон, которые создают спектакли под маркой «Леон – Лайтфут», и это единственный в своем роде союз хореографов.
-------------------------------------
Статья опубликована в № 3864 от 02.07.2015 под заголовком: Танец на запретной территории


Последний раз редактировалось: Елена С. (Вс Июл 12, 2015 11:57 am), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17087
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Июл 01, 2015 11:16 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2015070104
Тема| Балет, БТ, Персоналии, Анастасия Меськова
Автор| Валентина Пескова
Заголовок| Анастасия Меськова: «Я всегда мечтала по-крупному»
Где опубликовано| © Материал опубликован в журнале "МК-Бульвар"
Дата публикации| 2015-07-01
Ссылка| http://www.womanhit.ru/tv/662089-anastasiya-meskova-yavsegda-mechtala-pokrupnomu.html
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ


Анастасия Меськова. Фото: материалы пресс-служб.

— Анастасия, современное поколение знает вас по сериалу «Сладкая жизнь». А вот люди постарше прекрасно помнят по телевизионным роликам, в которых вы появились еще маленькой балериной...

— И конкурсу «Утренняя звезда». Да, в детстве я была звездой, ко мне даже в троллейбусе подходили за автографом. Мне это казалось абсолютно нормальным. Ведь я начала заниматься балетом с четырех лет.

— Потом вы на долгое время исчезли из телеэфира, и оставалось только гадать — серьезным ли было ваше увлечение балетом?

— Абсолютно серьезным. В детстве я была не без способностей и получила известность совершенно заслуженно — а дальше что? Дальше я осознанно ушла на какое-то время в тень и получила профессию, которая на сегодняшний день является моей основной. На данный момент я являюсь первой солисткой Большого театра. Кино в моей жизни было всегда, но с перерывами, а основная моя профессия — балет.

— Большой театр — очень высокая планка…

— Самая высокая. Но я всегда мечтала по-крупному. Когда я училась в хореографическом училище, то всегда понимала, что хотела именно туда. Большой есть Большой. У меня были предложения уехать после выпуска за границу, и я уверена, что также сделала бы там прекрасную карьеру. Но разве может быть что-то лучше того, что я имею сейчас? Вряд ли.

— Глядя на вас, совершенно не скажешь, что за кулисами Большого сплошные склоки и интриги, о которых нам часто рассказывают.

— Единственные подводные камни, которые остаются за кулисами и которых не видит зритель, — это наше убитое здоровье. И это самое страшное. К своим 30 годам я давно как старая бабушка. У меня к дождю ноет там и тут: здесь отколот кусочек кости, там был надрыв связок, тут бурсит и так далее. И так почти у всех балерин. А коллектив у нас очень большой. Приезжая в провинциальные театры, я прямо в воздухе чувствую там конкуренцию. У нас намного проще. Огромное количество спектаклей, очень разносторонний репертуар, поэтому у меня и не возникает такого чувства. Единственное, отчего могу плакать за кулисами, то только оттого, что у меня болит нога. Но я себя пересиливаю и выхожу на сцену.

— Вы легко согласились на съемки в «Сладкой жизни»?

— Если бы мне предложили этот проект чуть раньше, я бы сказала категорическое «нет». Я работаю в довольно консервативной профессии, однако у нас тоже бывают разные спектакли. Когда начинала в Большом, у меня был спектакль «Ромео и Джульетта», где я кричала в голос и пинала ногами Ромео. Это было очень экспериментально, но я была молодая и смелая. Потом наступил период, когда я стала всего немножко побаиваться. А пять лет назад, в год сотрудничества Франции и России, у нас родился совместный проект с Анжеленом Прельжокажем на музыку знаменитого диджея Лорана Гарнье, на который я согласилась со страхом, но в итоге он меня абсолютно изменил и перевернул как артиста и человека. Для меня раздвинулись рамки, я совершенно по-другому начала относиться к собственному телу, к обнаженному телу, я согласилась на красивейшую съемку для мужского журнала. Это было стильно и без пошлостей. Я просто по-другому на это взглянула. Когда мне предложили «Сладкую жизнь», конечно, это выглядело шокирующе, особенно на бумаге. Зная, что в российском кинематографе вообще не умеют снимать любовные и откровенные сцены, а тут их очень много, и они являются точкой отсчета кризиса в отношениях наших героев, потому их никто не вырежет, я была не совсем нацелена на этот проект. И только знакомство с режиссером Андреем Джунковским меня успокоило. Я поверила этому человеку и поняла, что он не будет снимать гадостей. А когда увидела себя на картинке в исполнении оператора Ильи Овсенева, у меня вообще не осталось никаких сомнений, что я буду сниматься в этом кино, было очень красиво.

— Вернемся к балету. У вас ведь в детстве была серьезная травма…

— И не одна. Но самая серьезная, которая грозила мне тем, что я закончу танцевать, произошла у меня в 15 лет, когда я не встала с кровати. У меня случилось очень сильное разрушение суставов, и я провалялась где-то полгода. Меня лечили многие врачи — специалисты хотели поставить мне титановый сустав, но это поставило бы крест на моей карьере. В итоге меня спасли. И вот сейчас, спустя семь лет, с тех пор как я вышла из декрета, у меня случилась вообще непонятная травма — откололся кусок косточки в ноге. Это как граната в кармане: рванет — не рванет. Я могу два месяца о ней вообще не вспоминать, но потом вдруг происходит смещение, и это такая боль, что я уже не могу терпеть — у меня встает работа. Исключительно профессиональная травма, из-за того что мы работаем на пуантах.

— Можете рассказать несведущим в балетном деле, как они устроены?

— Это довольно жесткий стакан из многих слоев ткани. Все очень плотно проклеивается и обстукивается молоточком. Пальцы в нем соединены и тем самым становятся тверже. Это все чудовищно, противоестественно и бесчеловечно для ноги, но таков наш рабочий инструмент. Каждая балерина готовит пуанты исключительно под себя. Со стороны это напоминает кружок кройки и шитья. (Смеется.) У моих домашних случается истерика, когда я усаживаюсь на диване, обкладываю себя молотком, плоскогубцами, пилой, паяльником, зажигалкой, нитками, иголкой, шилом — вокруг меня происходит дикий разгром! Я шью себе пуанты! (Смеется.)

— Как ваш 9-летний Василий реагирует на эти занятия?

— Для него это уже стало нормой жизни — приходить в гримерку и общаться с примами Большого театра. Я в детстве могла позвонить президенту на домашний, а солистка Boney М брала у меня автограф, потому что была в диком восторге от моей работы. Я это спокойно воспринимала — а что здесь такого? Когда у меня спрашивают про звездную болезнь, я всегда говорю: «Мне вообще никогда не казалось, что я какая-то особенная». Я просто делаю то, что мне очень нравится, а за этим стоит большой труд. В детстве у меня были занятия по балету, музыкальная школа, плюс дополнительно я занималась дома, пела романсы. Когда мы уехали в экспедицию на съемку «Маленькой принцессы», мне и там нашли преподавателя, и я в перерывах между игрой в кадре занималась балетом. Конечно, я не веду себя так: мол, я звезда, несите мне шампанское с черной икрой. Никогда не наглею и не гну пальцы. Но я знаю себе цену и понимаю, чего достойна. И это не звездность, а профессионализм и адекватное понимание. Люди же очень быстро путают доброту со слабостью.

— Сколько времени вы посвятили декрету?

— Очень мало. Я пропустила в театре всего один сезон и быстро восстановилась. У меня и до декрета был хороший послужной список, а после начался какой-то новый виток, который пришелся как раз на карьерный рост. У меня, например, есть такой проект в театре, как «Мойдодыр». Такой гордости от собственного ребенка я не чувствовала никогда, потому что его мама там — главная Мочалка! Дети меня обожают, это здорово. У меня наконец сбылась мечта: я станцевала Мирту в «Жизели». Я к этому шла очень долго.

— Наверное, вопрос про ваши жизненные интересы не совсем уместен. Складывается ощущение, будто время у вас остается только на сон…

— Ну почему же? Я очень люблю готовить. Это мой фетиш, мое хобби, меня оно очень расслабляет. Люблю принимать гостей — наша команда «Сладкой жизни» часто засиживается у меня дома, а я их кормлю треской или салатом из кальмаров. Читать люблю, но сейчас у меня на это мало времени. Когда я жила чуть дальше от театра, у меня дорога до работы занимала 30 минут в метро, и за это время я успевала пополнить свой литературный запас. А сейчас еду буквально 15 минут, и книжку открывать не успеваю. Дома это еще сложнее, потому что там ребенок, собака, кошка, любимый человек и родители. Я уже достигла такого возраста, в котором больше нянчусь с ними я, чем они со мною. Из последнего, что я перечитала уже во второй или третий раз, был «Грозовой перевал» Эмили Бронте, любимая книга многих артистов. А в театре у меня лежит «Убить пересмешника». В кино предпочитаю какой-нибудь арт-хаус. При этом могу 68 раз пересмотреть «Красотку». Еще я обожаю фастфуд, хотя иногда дома три часа карамелизирую грушу, чтобы на ней была именно светлая глазурь. Такие вот крайности. Конечно, я не слушаю Rammstein, но в юности очень увлекалась русским роком, хотя могу включить дикую попсу, а потом перейти на классическую музыку. Я открыта для любых предложений. Я не пропагандирую беспорядочные половые связи, но давайте не будем ханжами. Если мы не будем произносить слова «секс» и «наркотики», как будто от этого что-то исчезнет. При этом если у нас на афише в Большом на спектакле «Риголетто» стоит ограничение «16+», это значит, что на него не нужно ходить с 9-летними детьми, как делают это некоторые мамаши, а потом возмущаются и ругаются с администраторами. Также и наш сериал — мы снимали не про секс, а про отношения.
---------------------------------
Прочие фото по ссылке
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17087
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Июл 02, 2015 2:33 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2015070201
Тема| Балет, БТ, Персоналии, Андрис Лиепа
Автор| Екатерина Славянская
Заголовок| Хореограф Андрис Лиепа: самое главное в балете делается в зале часами работы
Где опубликовано| © «Кубань 24»
Дата публикации| 2015-07-02
Ссылка| http://kuban24.tv/item/horeograf-andris-liepa-samoe-glavnoe-v-balete-delaetsya-v-zale-chasami-rabotyi-124606
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

В Краснодаре на гала-концерте Ave Maya в июне выступила прима русского балета Илзе Лиепа. Ведущий концерта и брат исполнительницы Андрис Лиепа дал интервью программе «Арт&Факты».



— Программа Ave Maya посвящена великой Майе Плисецкой. Как она повлияла на вашу жизнь и на ваше творчество?

— Я в течение десяти последних лет делал спектакли с ее участием в Париже, в Лондоне, в Москве, в Мадриде, в Равенне, в Риге. Представьте себе, какое счастье было просто общаться, а потом было совершенно удивительно, когда после спектакля все артисты садились вместе с ней, она начинала рассказывать, и она рассказывала про Фрэнка Синатру, про Коко Шанель, про Кеннеди, про Гагарина. Она вспоминает спектакли, на которые еще приходил Сталин. Представьте себе, что это была за личность, которая прожила такую удивительную жизнь.

— Ваш отец — непревзойденный мастер. Расскажите, каким он был для вас.

— Папа — великий танцовщик. Поколение Васильева, Лавровского, как раз Плисецкой, Тимофеевой — это поколение великих. Мы их называем небожителями, потому что мы все учились на их выступлениях. До сих пор существуют фантастические документальные кадры — фильм «Спартак», где Марис исполняет Краса, а я видел практически все спектакли. Папа нам делал билеты в первый ряд. Когда открывался занавес, мы видели Краса, который стоял в щитах, и когда черепаха с мечами начинала двигаться, я маленьким мальчиком вжимался в кресло. Мне казалось, что просто легионы идут прямо на меня. Такое было ощущение феноменальное. Папа был для меня великим танцовщиком, а дома был настоящим другом. Все величие с него спадало, когда он начинал рассказывать анекдоты, показывать какие-то спортивные движения, которые нам нужно было делать для того, чтобы лучше танцевать. Он мне привез первый скейтборд. Мне сейчас уже 53 года, и я до сих пор с дочкой своей выезжаю на Воробьевы горы, и мы катаемся либо на роликах, либо на скейтборде. Вот так отец дал направление на всю жизнь.

— Илзе и Андрис — имена, которые друг без друга не существуют. В какой момент вы почувствовали это единение брата и сестры?

— Я старше Илзе на два года, и на меня спустился груз ответственности, когда не стало отца. Мы всегда были близки, мы всегда как-то нежно относились друг к другу, танцевали вместе. Когда в 1989 году не стало отца, ему было всего 52 года, и мне показалось, что все-таки он ушел немолодым человеком, он пожил. И сейчас мне на год больше, чем ему, и я понимаю, что это вообще ерунда — 52 года. Только жизнь начинается и начинается совершенно другой жизненный этап. Он был танцовщиком, он был блестящим хореографом, он был потрясающим педагогом. Он замечательно лепил, пел, рисовал.

— С одной стороны, балет — это тяжелый труд, а с другой — легкое, едва уловимое искусство. Как в себе сочетать силу и легкость?

— Самое удивительное, что нам с Илзе отец подарил, — это любовь к работе, ощущение того, что ты получаешь удовольствие, когда приходишь в зал и безумно много работаешь. И вот когда уже у тебя нет сил, когда ты уже изможден, ты уходишь из театра и понимаешь, что ради этого стоит жить, не ради цветов и аплодисментов после спектакля. Они нужны, они каким-то образом компенсируют ту огромную затрату энергии, эмоций, которые ты отдаешь зрителю. Но все самое главное у нас в балете делается в зале часами и часами работы. Он был великий труженик. Когда-то в своем дневнике написал, когда приехал из Риги маленьким мальчиком: «Я буду танцевать принца Зигфрида на сцене Большого театра». И действительно, его мечта осуществилась, и он научил нас жить так, чтобы детские мечты осуществлялись.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17087
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Июл 02, 2015 2:52 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2015070202
Тема| Балет, Академия Русского балета им. А.Я. Вагановой, Концерт в Москве
Автор| Павел Ященков
Заголовок| В Москве прошел «Вечер Академии Русского балета им. А.Я. Вагановой»
Драгоценный подарок от «Максимыча»

Где опубликовано| © Московский Комсомолец
Дата публикации| 2015-07-02
Ссылка| http://www.mk.ru/culture/2015/07/02/v-moskve-proshel-vecher-akademii-russkogo-baleta-im-aya-vaganovoy.html
Аннотация|

Вагановская академия – учебное заведение, возрастом превосходящее такие государства как США. Старше только балетное училище при Парижской опере. А выпускники Вагановки сплошь легенды мирового масштаба – Вацлав Нижинский, Анна Павлова, Галина Уланова, Рудольф Нуреев или Юриий Григорович… Поэтому понятно, какой интерес у любителей балета вызвал «Вечер Академии русского балета имени А.Я. Вагановой», прошедший в Кремлевском дворце и организованный Андрисом Лиепой и его «Благотворительным фондом» совместно с вагановской академией, конечно не без помощи Министерства Культуры и вице-премьера правительства Ольги Голодец лично.


Фото: kremlinpalace.org

К тому же в таком представительном составе школа с улицы Зодчего России посещала Москву почти 30 лет тому назад, если не считать конечно, прошедшего ещё при прежнем руководстве (два с половиной года назад), празднования 275-летнего юбилея Академии. Но в том концерте наряду с учениками в большей степени были представлены все же знаменитые выпускники - артисты Мариинкого театра. Сейчас, другое дело – все три акта, отданы в распоряжение учащихся разных возрастов - от 10 –леток, только-только начинающих постигать на собственном теле азы вагановской методики, до 19-летних выпускников, приехавших сюда чуть ли не в полном составе под предводительством своего нового не так давно избранного ректора Николая Максимовича Цискаридзе (которого ученики между собой именуют просто «Максимыч»). В общей сложности в концерте занято чуть ли не 170 человек.

Да и программа вечера не была тривиальным гала –концертом, с чередой вариаций и дуэтов, как это обычно принято в таких случаях. Новоявленный ректор, явно, хотел Москву удивить и ошеломить… Задумал показать своих подопечных в полной красе - в контексте полноценных балетных спектаклей («Вариация на тему «Раймонды») или по крайней мере в больших отрывках из них (I акт «Спящей красавицы», «Сюита из балета «Лауренсия»). Деловой хватки Цискаридзе не занимать… Декорации академии предоставил Мариинский театр, а оркестр Михайловский.

История Академии в разные свои периоды, начиная от императрицы Анны Иоанновны собственноручно определившей в «танцевальную школу» 12 девочек и 12 мальчиков (число в два раза большее чем указал в челобитной французский балетмейстер Жан Батист Ланде – основатель и первый «директор» училища), знала разных руководителей - хороших и не очень. Но уровень выпускников всегда был отменный, потому что преподавали в этом заведении профессионалы самой высокой пробы.

Так было и на этот раз – неизменно высокий класс показали на концерте, например, ученицы выдающегося педагога вагановской академии Людмилы Ковалевой. Когда-то она выпускала в большое плавание сейчас уже всемирно известную приму, а тогда совсем молоденькую Дину Вишневу. Её выпускница этого года Анастасия Лукина - нынешняя принцесса Аврора в балете Чайковского- Петипа «Спящая красавица». Девочка прекрасно выучена, обладает устойчивым апломбом, красиво изогнутой стопой, миловидной внешностью и стала настоящим украшением первого акта концерта, приуроченного, кстати сказать, к Дню рождения А.Я. Вагановой, а кроме того посвященного 90-летию первого вагановского выпуска. А заодно и его лучшей представительнице, одной из самых любимых учениц Агриппины Яковлевны - Марине Семеновой.

Впрочем, : до выхода Лукиной начинался, концерт, прямо скажем, не слишком гладко… Сразу же после открытия занавеса в первой же «четверке» девочки (довольно «разноколиберные» по своим размерам и данным) начали «падать»… Да и дети с корзиночками, цветочными гирляндами и венками несколько сбивали выстроенный Петипа рисунок. Не в лучшей форме была и фея Сирени – Ксения Куликова. Несмотря на то, что программа вечера была трижды «обкатана» на выступлениях в Мариинском театре, в Кремле сказывалось, понятное в таких случаях волнение и неудобства «новой» и «сложной» для детей сцены, больше похожей на аэродром… Но выход Лукиной исправил впечатление.

Эксклюзивным и зажигательным, предстало третье отделение вечера. В нем питомцы «Вагановки» показали «Сюиту из «Лауренсии», некогда знаменитого балета Вахтанга Чабукиани (1939 г.). Сейчас этот спектакль - редкий гость на балетной сцене, идет только в Михайловском и Тбилисском театрах. И выбор показать из него лучшие номера, определялся видимо не только стремлением эффектно закончить концерт, но и желанием, показать, как обучают в академии не только классике, но и характерному танцу. Что ж - обучают великолепно. Особенно, выразительными были Никита Ксенофонтов и Семен Гончаренко в танце «Фламенко». Техническую оснащенность, уверенный танец и хороший прыжок предъявила и сама Лауренсия – Рената Шакирова.

Сюрприз для москвичей таился во втором отделение. Сразу скажем, выбрав для выпускников «Вариации на тему «Раймонды» основателя американского балета и тоже одного из выпускников «училища» (имя Вагановой и пышное наименование «Академия русского балета» к нему прибавятся значительного позже) Джорджа Баланчина, Цискаридзе очень рисковал. Мало того, такое решение очень смахивало на авантюру, потому как не только неопытные ученики, но и настоящие профессионалы не все справятся с такой сложной вещицей. Решимости показать в Москве этот шедевр прибавляла, видимо, не только его эксклюзивность: это «воспоминание» Баланчина о русском балете, Мариинском театре и об одном из его лучших спектаклей, созданном Мариусом Петипа на музыку Александра Глазунова в 1898 году (то есть на закате карьеры), не идет в Европе. А в Москве показывалось лишь раз - в 1962 году. Другим мотивом нового ректора явилось видимо потребность похвастаться своими талантливыми выпускниками, продемонстрировать «городу и миру» их немалые достижения и возможности.

Скажем прямо, «Вариации на тему «Раймонды» стали настоящим триумфом Вагановской Академии. Баланчинский фонд и его представитель балетмейстер-постановщик Дарла Хувер, вагановские педагоги во главе с ректором Цискаридзе – представили очень достойный результат. Подкупало здесь почти всё: блеск шедших одна за другой вариаций, разнообразие акцентов, музыкальность исполнения, стремление освоить стиль баланчинской постановки. Радовали великолепные девочки - кордебалетные, и солистки: Ника Цхвитария, Элина Камалова, Рената Шакирова, Анастасия Лукина, Елена Соломянко. Впечатлил и мальчик – Евгений Кузнецов - красивый, статный, прекрасно «стригущий» заноски, и продемонстрировавший неплохие партнерские качества. Что, между прочим, редкость для выпускников. В общем почти готовый и хорошо выученный солист для какого угодно театра – хоть Большого, хоть Мариинки, хоть Стасика. Да и весь вечер оказался дорогим подарком ко дню рождения Агриппины Яковлевны Вагановой, чьё имя вот уже как 58 лет (с 1957 года) с гордостью носит Академия Русского балета.


Последний раз редактировалось: Елена С. (Вс Июл 12, 2015 12:00 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17087
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Июл 02, 2015 4:42 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2015070203
Тема| Балет, II фестиваль «Балетное лето в Большом» (Минск), Персоналии, Олег Габышев (труппа Театра балета Бориса Эйфмана)
Автор| Андрей Козлов, Минск (Большой театр Беларуси), bomba.by.
Заголовок| Олег Габышев: «В Минске нет суматохи – мне это близко»
Где опубликовано| © портал bomba.by
Дата публикации| 2015-07-02
Ссылка| http://bomba.by/oleg-gabyshev-v-minske-net-sumatohi-mne-jeto-blizko
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

В Минске 24 июня завершился II фестиваль «Балетное лето в Большом», гала-концерт которого собрал звёзд мирового балета. В их числе, безусловно, солист санкт-петербургского Театра балета Бориса Эйфмана Олег Габышев. Невероятно открытый танцовщик, который с интересом отвечал на все вопросы.



- Вы, наверное, в Минск приезжаете как в уже хорошо знакомый город?

- Да, действительно, для меня уже всё здесь родное – и театр, и люди, и знакомые, и друзья. С каждым разом всё больше и больше влюбляюсь в этот город, в его чистоту. У вас совершенно нет какой-то суматохи – вокруг спокойствие. Потому что, наверное, город не насыщен подобной динамикой как в Москве или других мегаполисах. Минск, напротив, уравновешенный, и заставляет остановиться, осмыслить себя. Потому что постоянная беготня иногда очень утомляет.

- Но постоянно в Минске вы бы вряд ли жили?

- Вы знаете, я иногда задумываюсь и прихожу к выводу, что спокойно бы жил в таком городе. В будущем хотелось большей гармонии. Может быть, проживу я здесь два-три месяца и снова захочу более быстрого ритма. Но пока мне здесь всё очень нравится.

И мне здесь комфортно. Я вообще заметил, что Большой театр Беларуси кипит творчеством. Обращает внимание, что в одно время на сцене идёт спектакль «Жизель», на другой сцене – репетиция с оркестром. В день гала-концерта задействовано тоже абсолютно всё. Приятно, когда театр живёт.

Минск напоминает Европу, местами вообще не отличить. В городе встречаются такие европейские закуточки, маленькие уютные домики. Вечером город преобразуется и становится совершенно другим благодаря удивительной подсветке.

- Что белорусские танцовщики Театра балета Бориса Эйфмана рассказывали о Минске и Беларуси?

- Особо ничего не рассказывают и держат в тайне, чтобы сюда не переехало много россиян Smile

У нас много белорусских ребят, и это говорит о том, что в Минске очень сильная школа. Действительно, не только в Театре балета Бориса Эйфмана много белорусов, но и в Мариинском театре, в Михайловском театре.

- С солисткой эйфмановского балета Любовью Андреевой, тоже белоруской, вы часто работаете сольные партии.

- Да, с ней очень комфортно танцевать. Мы уже не один балет вместе работали, чувствуем друг друга, понимаем. Иногда ссоримся, но это нормально. То, что мы много работаем вместе, – так и должно быть. Особенно дуэтные партии правильно репетировать с одной партнёршей, потому что ты можешь включать эмоции, игру и какие-то переживания. Когда новая партнёрша, то у тебя нет времени думать об актёрское игре – ты думаешь о том, как бы не уронить партнёршу, лучше станцевать с ней. Вот этот постоянный контроль может отвлекать. С Любовью Андреевой мы много работаем вместе, и творчески у нас получается, мне кажется, успешно.

- Вы так часто вместе с Любовью на фотографиях, в том числе принимаете участие в различных фотосессиях, что невольно возникают мысли…

- …что у нас есть что-то личное?

- Да.

- На первом этапе так и было, но после этого я понял, что мы начали очень много ссориться. И это не очень хорошо, когда личное совмещается с работой. У меня не получилось, и я понял, что лучше быть просто другом, партнёром в балете, чем что-то большее. Может, в дальнейшем всё получится.

- Я обратил внимание, что белорусские СМИ не раз брали у вас интервью. Чем прежде всего наши журналисты интересуются?

- В первую очередь, что я показываю в Минске, какие номера. Спрашивают часто и о том, как принимают нас в Минске, и какие ощущения вызывает Большой театр Беларуси. Но здесь можно сказать только то, что ваш театр великолепен, здесь не так давно сделан ремонт и сделан со вкусом, без пафоса и китча, а утончённо и, в то же время, презентабельно. Приятно танцевать на вашей сцене не только артистам, но и зрителям здесь находиться очень приятно.

- Антураж в театре, конечно, важен. Как считаете, труппа белорусского балета достойна такого театра?

- Да, безусловно. Я сейчас занимался классом и обратил внимание на то, что очень сильные ребята и девушки. Очень странно, правда, что 45 минут урок классики. Потому что зачастую все классические театры занимаются классикой более часа. Даже у нас в Санкт-Петербурге, хотя у нас труппа современного балета. И нам класс нужен больше не для формы, а для разогрева. Но это нормально – это специфика каждого театра.

- А как вообще строится рабочий день в Театре балета Бориса Эйфмана?

- Классический урок каждое утро, а потом репетиции – три часа утром и три часа вечером. Между репетициями – перерыв, когда можно поспать и восстановиться.

- Сейчас пора отпусков, и свой отпуск вы, по сути, тоже проводите в гастрольном ритме.

- Да, мне нравится. Чувствую себя как в санатории : )

Меня кормят, отвозят на репетиции, дают зал для занятия класса.

- Какой отпуск идеален для танцора?

- Каждый выбирает сам. Но мне нравится, что в отпуске я могу что-то почерпнуть и даже обогнать себя в творческом плане. Потому что хочется очень многое посетить в течение года, мастер-классы, например. И не только балетные, а саморазвивающие. Класс быстрого чтения, например Smile

В нашем театре сейчас идёт небольшой микс классики, современного танца и акробатики. А у меня в акробатике не совсем большие успехи. Занятия йогой очень полезны танцорам, не только артистам современной труппы, но и классической. Это самопознание своего тела, когда ты заново открываешь себя. И, в то же время, идёт энергетический поиск, потому что танец, прежде всего, это обмен энергией между зрителями и артистами. Это энергия за счёт даже элементарных движений. Даже обычное открытие руки может происходить совершенно по-разному, тем более, если ты идёшь от какой-то энергетики.

- Вы сами ставите номера?

- Да, я ставил немало, и у меня даже есть одноактный балет. И если бы у меня была возможность, я бы хотел его показать и в вашем театре, но надо договариваться с руководством. И сегодня (24 июня – прим. bomba.by) буду показывать свой монолог, так что приходите и посмотрите.

- Как Борис Яковлевич относится к тому, что артисты выступают в качестве хореографов?

- Да, он очень хорошо относится. Почти в каждом интервью Борис Яковлевич отмечает, что не хватает приемников, которым можно передавать свой опыт. Поэтому он за то, чтобы танцовщики себя проявляли в качестве хореографов, и всегда готов помочь.

- Вам можно позавидовать – труппа Театра балета Бориса Эйфмана часто отправляется на интересные гастроли.

- После отпуска у нас сразу же идёт Израиль. Там море, и зачем куда-то ехать отдыхать, если в Израиле есть море? Smile

Конечно, шучу. Мы действительно немало путешествуем, но это, прежде всего, работа. И где-то приходится ограничивать себя, особенно в день спектакля. Нельзя расслабляться, потому что надо держать себя в форме. А в путешествиях во время отпуска можно освободиться, особенно эмоционально. У артистов и солистов такое напряжение присутствует на протяжении сезона, ответственность перед публикой, когда ты ведёшь спектакль, играешь роль.

- Балет Эйфмана в Санкт-Петербурге популярен? В первую очередь, не только в танцевальном кругу.

- Мне кажется, наш балет не так уж знают. Даже во всей стране большинство знает всего два театра – Мариинский и Большой, но даже туда, наверное, не ходят. А вот те, кто увлекается хореографией, знают и о нашем театре, и о многих других.

- Академия танца Бориса Эйфмана – удивительное учебное заведение.

- Мы там, к сожалению, заниматься не можем, потому что детское и взрослое учреждения не должны совмещаться. Но я там ставил номера на детишек.

Такого сооружения я не видел нигде, хотя мы немало, как я уже говорил, путешествуем. Всё сделано на высоком уровне: и качество зала, и качество материалов.

- Ваше поколение обучалось танцу в несколько более скромных учреждениях, но всё равно вырастали замечательные танцовщики. Получается, что Академия танца Бориса Эйфмана будет выпускать танцовщиков с приставкой «супер»?

- Конечно! Сейчас совсем другая специфика обучения, потому что нет зацикливания на классическом уроке. А в Академии преподают много современных танцевальных направлений, и даже хип-хоп, брейк. Преподают и гимнастику, и акробатику, и актёрское мастерство.

- Роль Родена – ваша главная роль в карьере?

- Сейчас у нас вышел ещё один балет «Up & Down», и мне кажется, что он ничуть не уступает «Родену».

Оба спектакля совершенно разные. Но партия Родена подарила мне многое, в том числе различные награды, хорошие отзывы. Я бы не сказал, что мне эта роль очень близка. Естественно, ты срастаешься с образом, когда на протяжении долгого времени репетируем этот балет. Что-то берёшь себе от роли, что-то вкладываешь сам в характер героя. Но мне нравится, что образ Родена получился таким громоздким, грубоватым, как и скульптуры Родена. Но, в то же время, этот образ трогательный. Мне нравится контраст роли, скрупулёзность Родена, его близорукость (у меня, кстати, тоже была близорукость). Чувствуется трудолюбие Родена, самоотверженность своей профессии, полная отдача себя искусству и избегание фальши в искусстве. Роден не любил таких театральных поз, красивых линий. Фальши в таком творчестве нет.

- Получается, Роден – это хореограф.

- Да, вы правы. Но у каждого художника есть своя кисть и почерк. У поэта – рифма, у хореографа – движение.

Фотографии Культпросвет, Павела Сущёнока, Андрея Козлова, Вадима Штйена.
--------------------------
Другие фото по ссылке
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17087
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Июл 03, 2015 8:33 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2015070301
Тема| Балет, Гастроли NDT-I в Москве
Автор| ТАТЬЯНА КУЗНЕЦОВА, ЕКАТЕРИНА ИСТОМИНА.
Заголовок| Одноактные жизни
Нидерландский театр танца выступил в Большом

Где опубликовано| © Газета "Коммерсантъ" №116 стр. 15
Дата публикации| 2015-07-03
Ссылка| http://www.kommersant.ru/doc/2758983
Аннотация| ГАСТРОЛИ


Фото: Rahi Rezvani


На Исторической и Новой сценах Большого театра прошли гастроли основной труппы Нидерландского театра танца (NDT 1) с двумя программами одноактных балетов, которые оценили ТАТЬЯНА КУЗНЕЦОВА и ЕКАТЕРИНА ИСТОМИНА.

Приезд NDT 1 — лучшей современной труппы Европы — само по себе событие. В последний раз основные голландцы (в структуре театра есть еще молодежная труппа — NDT 2, которая наведывалась к нам чаще) были в Москве 18 лет назад — в иную эпоху, с другим репертуаром. Неизменным остался лишь профессионализм интернациональной труппы, ее редкая эмоциональная и творческая самоотдача: 28 артистов, каждый из которых мог бы украсить любую компанию, здесь готов раствориться в ансамбле, чтобы в нужный момент выстрелить неотразимым соло. Свой уровень мастерства труппа поддерживает с поражающей стабильностью уже не первый десяток лет — с тех пор, как в 1977-м ее единолично возглавил Иржи Килиан, превративший NDT еще и в питомник балетмейстерских талантов. В сущности, почти все законодатели хореографических мод — от Охада Нахарина до Александра Экмана — вышли из килиановского NDT. Там же проработали всю жизнь и нынешние руководители труппы Пол Лайтфут и Соль Леон. На счету этого плодовитого семейно-балетмейстерского дуэта с полсотни постановок, в Москву они привезли четыре своих балета и один чужой, канадки Кристал Пайт,— "крестный отец" NDT Иржи Килиан настаивает, чтобы труппа жила сегодняшним днем.

В отличие от своего великого предшественника, хореографы Лайтфут--Леон любят рассказывать общедоступные человеческие истории (что, конечно, не означает, что их одноактные балеты имеют литературный сюжет). Просто персонажи часто оказываются в узнаваемых ситуациях, испытывают всем знакомые чувства, дуэты отражают подробности психологических ходов, а танец кордебалета, комментирующий и одновременно умножающий эмоции героев, обобщает конкретный случай до всеобщего закона. Именно так устроено "Томление" ("Sehnsucht", 2009, на музыку Бетховена). В маленьком кубе вмонтированной в задник вращающейся комнаты — так, что дверь временами переползает на потолок, а окно может оказаться люком под ногами,— мужчина и женщина тихо избывают любовный кризис. Их адажио поставлены с такой телесной изобретательностью, с таким вниманием к мельчайшим изменениям настроения, настолько интимно и откровенно, будто нас заставляют подглядывать в замочную скважину. Основное же пространство сцены отдано третьей стороне — юноше, по которому тоскует эта запертая ненужной ей любовью женщина. Широкие движения его танца, полного муки и отчаяния, подхватывает и трансформирует кордебалет, превращая камерную драму во вселенскую катастрофу. Но структура балета выстроена так точно, что этот массовый телесный вопль оказывается равным по воздействию тишайшему финальному эпизоду, в котором женщина, утратившая последнюю опору в своем перевернутом крошечном мире, выскальзывает из окна в небытие и ее голые исчезающие ноги отпечатываются стоп-кадром в памяти несостоявшегося любовника и зрителей.

Вторую часть своей программы голландцы показывали на Новой сцене. Она открывалась спектаклем "Выстрел в Луну" ("Shoot the Moon", 2006, Лайтфут--Леон). Его композиция повторяла структуру "Томления". Три вращающиеся стены с окнами и дверями таили внутри танцовщиков. Суть "Выстрела в Луну" экзистенциальна: герои, мужчины и женщины, выясняют отношения как между собой, так и внутри самих себя. Дверь, которую можно (нужно, предстоит, хотелось бы) открыть, подана внятной гигантской метафорой. Над сценой — два киноэкрана, на которых герои "Выстрела в Луну" (их пять человек) прислушиваются к двери, ждут, протягивают руки. Безупречная, а главное, групповая коллективная музыкальность танцовщиков (музыка Филипа Гласса), логичная для NDT экспрессионистская мимика (разверзнутые, как на "Крике" Мунка, накрашенные рты) с одной стороны, а с другой — несомненная и доступная сюжетность произведения выдают результат. "Выстрел в Луну" — образцовый экспрессионистский спектакль с неким русским, вернее, петербургским-петроградским внутренним надрывом, словно бы Есенина (в спектакле появляется фигура повешенного на фоне милых буржуазненьких обоев; кто-то вот прыгает в окно) заставили стать героем Франца Кафки. Конечно же, страсти здесь вполне интернациональны: в финале "Выстрел в Луну" кажется почти баховской фугой, вытанцовывающей одиночество.

"Одинокое эхо" ("Solo Echo", 2012; Кристал Пайт, музыка Иоганнеса Брамса) — это история сбившейся человеческой стаи и почти пушкинской инфернальной метели, которую на земле никак и ничем не объяснить (с потолка сцены падает крупный снег). Труппа из восьми танцовщиков (особенно хорош начинающий пляску "Эха" коротенький коренастый китаец Менган Лу) оборачивается то первобытной азиатской конницей, то стадом грызущихся зверей, то бьется на несколько враждующих лагерей, то исторгает из себя несчастную одиночку. Важнейшее свойство голландских спектаклей: групповой танец "Эха" музыкален и монолитен, как упавший сквозь вечный снег метеорит, а труппа работает как едино, разом порожденный организм, в котором полностью уничтожены лишние для всеобщего дела эмоции.

Последнее действо прошедших гастролей NDT — "Stop-motion" (2014, Лайтфут--Леон, музыка Макса Рихтера). Это наиболее эстрадный и менее сюжетный спектакль. Здесь есть и песок-пудра, которую вздымают танцовщики, и киноэкран с красивой девочкой (это дочь хореографов Сора), что разворачивается от спины лицом и в нужный момент пускает слезу. В "Stop-motion" отсутствует цельный сюжет, зато есть темперированная демонстрация высочайшего балетного класса артистов, их персональных и дуэтных возможностей. Стихотворный балетный класс "Stop-motion" окрашен эмоциями, которые вспыхивают то там, то здесь, как фейерверки, а черно-белый экран с таинственным лицом девочки делает происходящее патетичным — до шекспировских высот. А главное, этот балет, равно как и предыдущие спектакли, привезенные NDT, показывает секрет успеха труппы. Здесь танцовщики отказались от самовлюбленного шарма и этим добились главного — стопроцентной музыкальной, танцевальной и артистической честности.


Последний раз редактировалось: Елена С. (Вс Июл 12, 2015 12:01 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17087
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Июл 03, 2015 8:41 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2015070302
Тема| Балет, Чеховский фестиваль, Балет Нюрнберга
Автор| ТАТЬЯНА КУЗНЕЦОВА
Заголовок| Страх и ненависть на балу
Татьяна Кузнецова о нюрнбергской «Золушке» на Чеховском фестивале

Где опубликовано| © Журнал "Коммерсантъ Weekend" №23 от 03.07.2015, стр. 17
Дата публикации| 2015-07-03
Ссылка| http://www.kommersant.ru/doc/2753969
Аннотация| Фестиваль, Гастроли


Фото: предоставлено МТФ им. А.П. Чехова

На Чеховском фестивале — «Золушка», постановка Балета Нюрнберга, в основе которой не куртуазная сказка Перро, а кровавый гиньоль братьев Гримм

Не вздумайте вести на этот спектакль детей. Здесь не будет добрых фей в воздушных платьях, хрустальных башмачков, тыковки-кареты, милых зверушек и прочих невинных радостей, к которым, кстати, музыка Прокофьева, временами жутковатая, местами инфернальная, вовсе не располагает. Двухактный балет испанца Гойо Монтеро отсылает к сказке, в которой сестры, чтобы влезть в вожделенную туфельку, отрубают себе пальцы и пятки, а голубки — покровители Золушки — мстительно выклевывают им глаза на пути к церковному алтарю. Но вдохновляли хореографа не только братья Гримм. В Гойо Монтеро, учившемся в Мадриде и на Кубе, но с юных лет танцевавшем в разных театрах Германии, слились горячая кровь иберийца и сумрачная тевтонская метафизика, темперамент бойца и въедливость психоаналитика. В его балете проглядывают и Гофман с его сарказмом и фантасмагорией, и Кристиан Дитрих Граббе, и Фрейд, и современная социология. И — самое главное — "Золушка" Роберта Вальзера, этот написанный на рубеже ХХ века стихотворно-драматургический (и почти клинический) анализ садомазохизма. В этой пьесе Золушка умоляет сестру: "прошу, ударь меня от сердца", признается, что "влюблена в те наказанья, которых я не заслужила", а принцу долго отказывает, боясь, что "в золотой клетке" любви и уважения потеряет способность радоваться и воспарять душой. И Гойо Монтеро честно признается: "Страх и боль — самая главная тема. Меня интересует не столько счастливое избавление, сколько различные психические состояния, которые переживает такой измученный человек".



Однако Гойо Монтеро все-таки не психиатр и не соцработник, а очень одаренный режиссер и балетмейстер. И потому его спектакль куда шире авторских деклараций и намерений. Мизансцены, сценография, костюмы (хореограф приложил руку и к ним) изобретательны, эффектны и сумрачно-красивы. Превосходно придуман черный кордебалет в длинных оборчатых юбках — то рассыпающийся по всей сцене, то вздымающийся горой: он и зола, и злые дела, и вихри вселенской ненависти — метафор в этом спектакле предостаточно. Как и жесткого гиперреализма, свойственного немецкому танцтеатру. Золушка, перетянутая ремнями вместо платья, колотится в дымной кухне, тесной как конура. Сестры (травести, разумеется) таскают ее за шкирку, как шкодливую собачонку, отец в инвалидной коляске бессильно баюкает свое затравленное дитя.

"Балетом" российский зритель это, конечно, не назовет — ни пуантов, ни красивостей, ни виртуозностей в виде туров, пируэтов и прочих технических фиоритур. На самом-то деле это чистый балет, только современный: вездесущий танец опутывает весь спектакль. Видно, что Монтеро-хореограф за пластическим словом в карман не лезет: его речь льется легко и свободно, пространством сцены он распоряжается властно и умело, манипулируя двумя дюжинами своих артистов, как полководец многотысячной армией. Все это можно разглядеть даже на кратком ролике, размещенном на сайте Чеховского фестиваля. Рецензенты же, отсмотревшие весь спектакль, прямо-таки теряют дар речи: "Мощь, магию и неподражаемость хореографического языка Монтеро невозможно выразить словами. Единственное, что можно сказать,— это то, что зритель, посмотревший спектакль, уходит с ощущением, что видел чудо".

Театр имени Моссовета, 6-9 июля, 19.00


Последний раз редактировалось: Елена С. (Вс Июл 12, 2015 12:03 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17087
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Июл 03, 2015 8:19 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2015070303
Тема| Балет, Персоналии, Илзе Лиепа
Автор| Екатерина Славянская
Заголовок| Балерина Илзе Лиепа: Краснодар — балетный город, здесь искушенный, воспитанный зритель
Где опубликовано| © Кубань 24
Дата публикации| 2015-07-03
Ссылка| http://kuban24.tv/item/balerina-ilze-liepa-krasnodar-baletnyiy-gorod-zdes-iskushennyiy-vospitannyiy-zritel-124711
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ



В Краснодаре на гала-концерте Ave Maya в июне выступила прима русского балета Илзе Лиепа. Корреспондент программы «Арт&Факты» Екатерина Славянская пообщалась с артисткой.

— Сегодняшняя ваша программа посвящена великой Майе Плисецкой. Как ее творчество повлияло на вас?

— Во-первых, я очень рада, что Краснодар нас так тепло принял. Это балетный город, здесь искушенный, воспитанный зритель, поэтому успех сегодняшнего концерта вдвойне для нас ценен, потому что это концерт необычный, это концерт-подношение великой женщине, великой балерине. Несмотря на то, что я воспитывалась в балетной семье и много видела спектаклей, сольную программу Майи Михайловны увидела достаточно поздно. Мне было 13 лет, я уже была ученицей Московского хореографического училища, и это было потрясение. Это был момент, который во многом перевернул мою жизнь уже в той профессии, в которой я существовала, хотя бы пока как ученица. Для меня, видевшей моего отца и ощущающей, что передо мной артист, который, как он сам говорил, работает на пространстве не сцены, работает на пространство космоса. Тем не менее женский вариант такой мощной энергетики и такого фантастического сценического обаяния на меня произвел огромное впечатление.

Я очень хорошо это помню, я помню место, где я сидела в Большом театре, я помню, как через секунду после открытия занавеса я увидела только ее глаза. Я понимала, что мне абсолютно не важно, насколько высоко у нее поднимаются ноги или какую технику она делает. Это присутствовало, но я понимала, что это балетное искусство какого-то другого уровня. Оно говорящее, оно невероятно наполнено внутренним содержанием, смыслом. И какое счастье, что потом я не раз была свидетелем ее выступлений и всегда неизменно восхищалась.

Одно из незабываемых выступлений, когда Андрис был как раз режиссером концерта в честь презентации ее книжки. Майя Михайловна тогда не выступала в этом концерте, она просто вышла на поклон, чтобы принять подношения восхищенных зрителей, и вдруг Андрис, как режиссер, пустил музыку из «Кармен-сюиты» так же, как сегодня он пустил на наши поклоны, и это актерское чувство Майи Михайловны молниеносно подключилось. Она встала в позу Кармен и станцевала первый монолог Кармен одними руками, плечами, глазами. А при этом зал уже приветствовал ее стоя. И это было для всех совершенно неожиданно. В этот момент, когда включился ее актерский механизм, такая волна энергетики хлынула на всех, кто был свидетелями этого, что потом, когда прозвучала последняя нота монолога, зал взорвался. Это были не аплодисменты, это было какое-то сумасшествие.

— Если можно так сказать, эту жизнь в искусстве вам помогает репертуарно продлевать Андрис. Так ли это?

— Да, конечно.

— И очень многие балеты предлагает он. Расскажите, как идет творческое взаимодействие?

— Я счастлива, что Андрис во многих спектаклях хотел меня видеть. Был такой очень забавный момент, когда мы как-то обсуждали балет «Синий бог». Приехал хореограф Уэйн Иглинг, мой большой друг. И вот они сидят за столом, обсуждают, и Андрис говорит: «Вот эта музыка, вот здесь появляется богиня Лотос». Я сижу, слушаю: «А кто будет богиня Лотос?». Он говорит: «Ты будешь богиней Лотос». — «А когда мы начинаем, завтра? Прекрасно». Так что да, Андрис — это мой ближайший друг и человек, которому я бесконечно доверяю.

— В какой момент вы поняли, что Андрис — это родная душа? В детстве наверняка были и конфликты, и что-то делили, возможно?

— Хорошо помню тот момент, когда мы были подростками, и как-то так случилось, что мы лето проводили отдельно. Я была под Москвой, а Андрис уехал в Ригу. Уехал туда еще мальчишка-подросток, а приехал просто уже юноша, красавец с таким точеным телом, со сформировавшимися мускулами, с белыми волосами. И я просто поняла, что уже как-то даже неловко говорить, что с этим молодым человеком можно подраться, не поделив что-то. И началась наша дружба. Просто я всегда ему доверяла, а он всегда меня любил.

— В одном из интервью вы сказали, что человеческие отношения — это, прежде всего, поступки. Когда-то ваш отец сделал действительно важный для вас поступок — ушел из Большого театра, тем самым дав дорогу вам. Расскажите подробнее об этом.

— В этом проявилась его любовь, самоотверженность, проявилось его отношение к нам, потому что он нас очень любил и продолжает любить. За несколько секунд до выхода на сцену перед премьерой балета «Пиковая дама», который стал для меня особым спектаклем, вдруг в мою гримерную вошла служитель театра и передала мне отцовскую фотографию. И для меня это было настолько неслучайно — знак того, что я здесь, я с тобой, я тебя благословляю, все будет хорошо. И множество таких проявлений в нашей жизни, которые нам говорят, что отец с нами и его любовь нас по-прежнему окружает и поддерживает.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17087
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Июл 03, 2015 9:18 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2015070304
Тема| Балет, Театр Astana Ballet, Премьера
Автор| Евгения МЯГКОВА
Заголовок| «Кармен» и «Клеопатра» – истории женских судеб
Где опубликовано| © «Республиканская газета Казахстанская правда»
Дата публикации| 2015-07-03
Ссылка| http://www.kazpravda.kz/fresh/view/karmen-i-kleopatra--istorii-zhenskih-sudeb/
Аннотация| ПРЕМЬЕРА



Зрители с большим интересом приняли новые работы, что подтвердил на премьерных спектак­лях полный зал Государственного театра оперы и балета Astana Opera. Astana Ballet не перестает удивлять и радовать своих поклонников. Кстати, «Кармен» и «Клеопатра» – первые сюжетные балеты в репертуаре молодого коллектива.
Казалось бы, что нового можно рассказать об этих двух герои­нях? Одна – известная историческая личность, другая – не менее известный литературный персонаж. Десятки воплощений на экране, в балетах, оперных и драматических спектаклях; незабываемые образы Кармен Е. Образцовой и М. Плисецкой, яркая Клеопатра Э. Тейлор. И все же с уверенностью можно сказать, что Astana Ballet показал зрителям абсолютно новых Кармен и Клеопатру.

Балет «Кармен» на музыку Ж. Бизе – Р. Щедрина – очередная работа главного режиссера теат­ра Astana Ballet Мукарам Авахри.­ Балет «Клеопатра» на музыку ­М. Равеля­ поставил заслуженный деятель Удмуртии Николай­ Маркелов.

Специально на премьеру в Астану прилетела известный балетный критик из Санкт-Петербурга, кандидат искусствоведения Ольга ­Розанова.

– Прежде всего хочу порадоваться, что я имею возможность бывать в Astana Opera и видеть эту совершенно невероятную красоту. Уже в фойе ты погружаешься в другой мир... Это – восточная сказка, – говорила Ольга Ивановна. – Astana Ballet представил два интересных спектакля. Они разные, даже можно сказать контрастные. «Кармен» – немного сдержанный, трагичес­кий спектакль, подготовлена чрезвычайно оригинальная версия. По-моему, ничего подобного в мировом балете нет. Сама идея дорогого стоит. На сцене пять великолепных красавиц балерин, и каждая показала какую-то особую грань женской красоты, обаяния, женского характера. И в то же время все вмес­те рассказали о трагизме женского одиночества. В спектак­ле немало интереснейших режиссерских находок. Хочу поздравить автора – Мукарам Авахри. А «Клео­патра» – это блистательное шоу, заряженное огромной внутренней энергетикой. Николаю Маркелову удалось так выстроить спектакль, что с каждой минутой он постепенно набирает силу, чувствуются напряжение, страсть, и в финале – блестящая сцена.

По мнению О. Розановой, театр нашел идеальную форму балетного вечера. Спектакли, совершенно разные по стилистике, задачам, художественному решению, показанные вместе, создают целостную картину. И последовательность их выбрана удачная. Сначала – серьезный, драматический балет, потом – зрелищный, эффектный.

Многих перед премьерой волновал вопрос: как можно рассказать о любви Кармен, о жизни Клеопатры без мужчин, ведь в Astana Ballet танцуют только балерины? Ольга Розанова видит одну из причин успеха постановок в необычном подходе к материалу: авторы балетов нашли нестандартные решения, смогли раскрыть новые грани личности героинь.
– Думаю, что эта «Кармен» – спектакль не о любви, а о ее отсутствии, о желании любить, о женском одиночестве. Мы видим пять разных граней прекрасной женщины, и все же она одна. Манекены на сцене создают не реальный образ, а своеобразную идею мужчин в данном спектакле. Найден удачный подход к теме, который оправдывает отсутствие мужских персонажей. И в этом заслуга постановщика. А в спектакле о Клеопатре особо хочу отметить дуэт, потому что дуэт – это лирическая сердцевина балета. Николай Маркелов представил дуэт соперниц, свое­образный, увлекательный. Так что в обеих работах отсутствие мужчин делается как бы незаметным, а специфика этого коллектива проявляется в полную мощь.

В составе Astana Ballet только балерины, что накладывает определенные ограничения. И это одна из причин того, что коллектив использует не столько классический балетный репертуар, сколько оригинальные работы, созданные специально для него. В современном мировом балете аналога коллективу Astana Ballet, пожалуй, не существует. В Петербурге был мужской балет Валерия Михайловского, но недавно он прекратил свое существование. Молодой коллектив Astana Ballet владеет разными стилями, очень продуктивно работает и покоряет всех, кто сотрудничает с ним, самоотверженным трудом.

Сценограф и автор костюмов к «Кармен» Ольга Шаишмелашвили из Санкт-Петербурга говорила после премьеры:
– Участницы очень молоды, но у них уже есть свои традиции, свои привычки: как они настраи­ваются перед выходом, как они слушают педагогов… Незадолго до начала спектакля я увидела замечательную сцену. Когда зал уже был полон, но занавес закрыт, девочки собрались в круг, взялись за руки, наставники сказали им теп­лые слова. Это так трогательно. У коллектива есть дух театра, дух общности. Каждый раз, приезжая в Астану, вижу, как все увлечены работой. Уверена, что у коллектива большое будущее.

Автор балета «Клеопатра» Николай Маркелов признался, что показать свой спектакль на сцене Astana Opera – мечта любого хореографа, и он благодарен коллективу Astana Ballet за предоставленную возможность и за то, что в «Клеопатре» танцевали замечательные балерины.
Следует отметить, что в обоих спектаклях главные партии исполнила Риза Канаткызы.

– Когда я в феврале ставил первые эскизы по Клеопатре, то не знал, что Мукарам Авахри выберет Ризу на роль Кармен, – рассказывал Н. Маркелов. – Увидев оба спектакля, понял, что это дает балетам дополнительные краски. Риза талантливая, умная, харизматичная. Она своим телом может сказать многое. Я работал в Astana Ballet как педагог, репетитор, делал номера и балерин знаю достаточно хорошо. Когда предложил поставить «Клеопатру», не было сомнений в том, что главной героиней будет Риза Канаткызы. По поводу Мойры и Арсинои тоже все было ясно: роли сразу «рассчитывались» на Аяулым Макумову и Жибек Мешитбай. Даже слушая музыку, я сразу представлял именно этих исполнительниц.

Художник по костюмам балета «Клеопатра» Анна Якущенко (Мариинский театр) призналась, что мечтала приехать в Казахстан. Ее привлекали и сама страна, и развитие здесь балетного искусства.
– «Клеопатра» – особая страница в моей творческой биографии, это мой дебют как художника по костюмам. И я счастлива, что он прошел на такой великолепной сцене. Само здание Astana Opera производит незабываемое впечатление, мне кажется, это образец казахстанского барокко, все сделано с большим вкусом.

…В ХХ веке, когда зарождался казахстанский балет, большой вклад в его становление внесла легендарная Галина Уланова, прима Мариинского театра. В ХХI веке Театр Astana Ballet сохраняет связи с Санкт-Петербургом – Меккой балетного искусства, и это сотрудничество свидетельствует о живых непрерывающихся связях между культурами двух стран.

Скоро выступления Театра Astana Ballet ждут на историчес­кой сцене Мариинского театра на международном фестивале «Звезды белых ночей». Ждут, потому что молодой коллектив удивляет необычными постановками и тем, что сохраняет душу в современном балете. А это всегда привлекает зрителей в театр.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17087
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Сб Июл 04, 2015 11:10 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2015070401
Тема| Балет, Башкирский Хореографический Колледж им. Р.Нуреева
Автор| Светлана ЯНОВА
Заголовок| Школа Нуреева
Где опубликовано| © журнал "Уфа" №07 (164)
Дата публикации| 2015 июль
Ссылка| http://www.journal-ufa.ru/index.php?id=3895&num=164
Аннотация|



Он словно взлетел на сцену школьного театра - и зал взорвался аплодисментами…
Выдающийся танцор современности, народный артист России и СССР, лауреат всевозможных премий Владимир Васильев, болеющий за судьбу русского балета, не случайно именно здесь высматривает завтрашних звезд.

Присутствие мэтра в стенах Башкирского хореографического колледжа, где много лет назад учился Рудольф Нуреев, будущая мировая балетная звезда (в этом старинном здании начала XX века раньше располагалась средняя школа №2), само по себе символично. Атмосфера дома освещена его незримым присутствием. Звуки фортепиано, уносящиеся в высоту арочных потолков, па, батманы и арабески под аккомпанемент пуантов – словно подтверждение нуреевских слов: «в каждом, кто выходит на сцену, есть частичка меня».

- Мы в один год оканчивали хореографическое училище: я – в Москве, а он – в Ленинграде. С Рудиком увиделись в 1958 году на смотре балетных школ. Его головокружительные прыжки и вращения, мощные каскады сложных движений поражали. Если к этому добавить темперамент, то впечатление он производил потрясающее, - рассказал ребятам Владимир Викторович.- Самое значительное, что сделал ваш земляк, - разнес по всему миру славу русского искусства. Благодаря ему во многих странах заговорили языком классического танца. Он – ваше достояние, и об этом необходимо помнить.

Башкирская школа

Важно понимать, что появление балетного гения Нуреева, как и рождение башкирской школы, предопределили традиции народного танца, которые подхватил заявивший о себе еще в 40-е годы прошлого века ансамбль Файзи Гаскарова.

Уфа - город с давними театральными традициями. Здесь начинал свой путь к вершинам вокального искусства великий Шаляпин. Здесь пели Сергей Лемешев и Ирина Масленникова, которых слышал Рудольф.
В 1934 году тут волею судеб оказался знаменитый хореограф Карл Матсон, преподавала артистка труппы Дягилева Анна Ивановна Удальцова, оказавшаяся в нужное время в нужном месте словно для того, чтобы оценить дар Рудольфа и заявить: «Ты должен обучаться классическому искусству».

В середине 1930-х молодой балетмейстер, выпускник МХУ Файзи Гаскаров набрал группу детей с хорошими данными и повез их учиться в Ленинградское хореографическое училище, где по его инициативе была создана Башкирская студия. Ее выпускники и стали солистами балетной труппы в театре оперы и балета, открывшемся в 1938 году.

И кто знает, получил бы мир своего гения, если бы однажды маленький Рудольф не попал на первый национальный балет «Журавлиная песнь», где блистала начинающая свою карьеру Зайтуна Насретдинова. Будущая народная артистка СССР, обладательница премии «Золотая маска» в номинации «Честь и достоинство» произвела на семилетнего мальчика ошеломляющее впечатление. «Со мной что-то произошло, из своего одинокого мира я перенесся прямо на небеса. ...Я потерял дар речи», - позднее вспоминал Нуреев.

В то же время музыкальность, пластичность башкирского и татарского танцев не могли не повлиять на некоторые особенности таланта Нуреева: его эмоциональность, темперамент, экспрессию.
В 1953 году Рудольф из танцевального кружка при Доме пионеров на улице Карла Маркса поступает в балетную студию, открывшуюся тогда же при Уфимском оперном театре. Ему уже 17, и для учебы в хореографическом училище нет шансов. Но судьба благоволила к Нурееву. Выход был найден. Министерство культуры Башкирии при поддержке примы-балерины Зайтуны Насретдиновой ходатайствовало перед Москвой о направлении его в Ленинград. В порядке исключения уфимскому дарованию дают согласие на учебу, но с условием: необходима оценка возможностей ученика специалистами. 25 августа 1955 года на окончательном просмотре в Ленинградском хореографическом училище, который проводила славившаяся строгостью Вера Костровицкая, «лучшая из женщин-педагогов России», он получает ныне уже ставшее известным заключение: «Молодой человек, либо вы станете блестящим танцовщиком, либо потерпите полный крах. Скорее всего, полный крах!». Вердикт оказался пророческим в своей первой части.

Так закончился уфимский период жизни Рудольфа Нуреева.

Наследники Нуреева

О триумфальном пути гения русского балета написано огромное количество статей и книг. Заметим только, что, когда в Уфе в 1986 году открылось хореографическое училище, его имя гремело по всему миру.
Первый директор элитного образовательного учреждения талантливый танцовщик, отдавший башкирской сцене много лет, Алик Бикчурин хорошо знал Нуреева. Они почти одновременно учились в Ленинграде и, как потом выяснилось, ходили даже в один уфимский детский сад. Во время короткой встречи с Рудольфом в 1989 году в Петербурге Алик Салихович пообещал, что училищу присвоят его имя, и свое слово сдержал.

Уже через шесть лет после открытия, в 1992 году, при поддержке своего знаменитого земляка воспитанники башкирской школы отправились с трехнедельными гастролями в Англию. Местная публика восторженно принимала юных артистов. Газета «Курьер Тудей» писала: «…Уфимское хореографическое училище имеет выдающуюся репутацию в России. Оно гордится своими исключительно национальными танцевальными традициями». В другой газете – лондонской «Таймс» – в развернутой статье «В Уфе подрастают Нуреевы» Майкл Банион также высоко оценил талант башкирских танцовщиков.

- В 50-60-е годы на Западе балет был на низком художественном уровне. Танцовщики двигали ногами, как деревянные куклы. О создании на сцене образа не было и речи, - говорит художественный руководитель балетной труппы театра и худрук Башкирского хореографического колледжа имени Нуреева, народная артистка России и Башкортостана Леонора Куватова. – Дух, эмоциональное состояние, которое трогает зрителя, - заслуга русской школы, традиции которой мы наследовали и продолжаем. Наши питерские педагоги говорили: «Не надо три пируэта, сделай два тура, но чисто». Конечно, в балете, особенно современном, спорт имеет место, но без поворота головы, взгляда, игры спины – нет танца. Можно иметь хорошие физические данные, школу, но если ты холоден – никогда не тронешь сердца. Если зритель не замечает, как танцовщик высоко прыгнул или сколько фуэте сделала балерина, а плачет или смеется – значит, он встретился с настоящим искусством. Все это подарил Западу наш Нуреев.

И сегодня будущих артистов балета готовят на основе русского классического танца. Причем, по признанию тех же питерских педагогов, в Уфе сохранилось то, что уже потеряно в столицах: например, постановка рук.

- Если убрать нашу школу, то через два-три года рухнет не только театр, но и лучшие хореографические ансамбли: имени Файзи Гаскарова и «Мирас» - подпитки не будет, - резюмирует Леонора Сафыевна. – Наши выпускники не только работают в этих коллективах, но и востребованы во многих российских театрах. Те, кто, например, оканчивает колледж в этом году, имеют по нескольку предложений из Казани, Самары, Екатеринбурга, Ростова, Астрахани. Востребованы и исполнители классического танца, и народного отделения. Но есть и проблемы. Из-за того что сегодня огромное количество театров и трупп, в том числе и за рубежом, многие наши ученики уезжают из родного города, не встав твердо на ноги. А начинать карьеру нужно с классического репертуара, который могут себе позволить не все театры.

Продолжая традиции ленинградской школы балета, нуреевцы рано выходят на сцену. Без практики танцевать не научишься. В спектакле соединяются классический танец, характерный, историко-бытовой танец, актерское мастерство, грим, костюмы, манера, стиль, эпоха.
Воспитанники школы никогда не забывают, что представляют на балетных сценах страны и мира единственное учебное заведение, носящее имя корифея танца. В декабре прошлого года они побывали с балетом «Лебединое озеро» на гастролях в Германии. Зрители Дрездена, Франкфурта-на-Майне, Берлина, Потсдама, Эрфурта встречали молодых башкирских артистов очень тепло. Когда на афише написано: «Академия Нуреева» – это не только заявка на успех, но и огромная ответственность. Во всех городах на спектаклях был полный аншлаг, юным танцовщикам довелось выступать даже в концертном зале на две тысячи мест, и в нем не нашлось ни одного свободного кресла.
Спектакль «Анюта» в постановке Владимира Васильева, представленный на нынешнем Нуреевском фестивале, стал дебютом для двух воспитанников колледжа Данилы Игнатьева и Искандара Абильгузина. На роли братьев главной героини их выбрал сам народный артист СССР Владимир Васильев.

Первоклассника Данилу воспитывает бабушка. Каждый день она сопровождает его на занятия. Танцевать, по рассказам Магнолии Талгатовны, он начал еще в детском саду. Увидев увлеченность внука, она привела его в четыре года в детскую школу искусств №3. Талантливого мальчишку заметили педагоги, и через несколько лет на конкурсе в Турции он получил первую премию. Когда узнал, рассказывает бабушка, что знакомые ребята поступили в колледж, а он опоздал, то плакал навзрыд. Но дело оказалось поправимым: мальчишку пригласили на просмотр в БХК и приняли. Сегодня Данила – ученик 1/5 класса.

Искандар Абильгузин учится классом выше, родом из поселка Красноусольский, танцевал в самодеятельном хореографическом ансамбле и был замечен педагогом колледжа.

- Меня удивило, что здесь учат играть на фортепиано и французскому языку. Поначалу я хотел танцевать народные танцы, но сейчас мне все больше нравится классика. После «Анюты» во мне многое изменилось, я понял, что балет – не только прыжки, но и настроение, эмоции.
Для непосвященных поясним, «нуреевцы» обучаются по стандартным для хореографического учебного заведения программам. В них есть дисциплины, позволяющие получить разносторонние знания по истории классического танца и теории музыки, истории театра и изобразительного искусства, мировой культуры.

- Рудольф Нуреев был не только великим танцовщиком, хореографом, но и тонким знатоком и поклонником искусства, - говорит преподаватель музыкальных дисциплин Зульфира Ахметзянова. - Оригинальность мышления, эстетизм, чувство стиля, вкус сделали Нуреева одной из самых ярких личностей в искусстве ХХ века.

Приобщение ребят к сокровищам мировой культуры не ограничивается только уроками. «Нуреевцы» – завсегдатаи концертов классической и современной музыки (благо, возможностей для этого в Уфе достаточно), балетных и оперных спектаклей в БГТОиБ, участники творческих встреч с выдающимися деятелями культуры и искусства.

...Утро ученика колледжа начинается с урока классики, или правильнее – экзерсиса. Это основа основ. Два спаренных академических часа, при необходимости дополнительные занятия. Непременный атрибут урока – полотенце, без него не обойтись. Его в прямом смысле этого слова после занятий хоть выжимай.

…Расписание построено так, что общеобразовательные предметы чередуются со специальными. После классики – русский язык или математика, на курсах (три последних класса) изучают даже философию и экономику.

- Иногда приходится переодеваться по нескольку раз, - откровенничают студенты, - и опаздывать нельзя – поблажек не делают никому.
Даже первоклашки умеют пришивать ленточки на балетные тапочки (на профессиональном языке – мягкие). А студенты – уже асы по «приготовлению» пуантов.

Завтрак, обед и ужин – по расписанию. Но и тут есть своя специфика. За каждый съеденный пирожок приходится расплачиваться. Природа порой непредсказуема: особенно для девочек. За лишний килограмм-два - низкая оценка на экзаменах по специальности (их сдают каждые полгода). Поэтому до последнего курса доходят не все. После отчисления вернуться в обычную школу сродни маленькой трагедии.

- Легкость в танце дается тяжелым трудом, - говорит педагог-репетитор Галина Сабирова. – Только превозмогая себя, перешагивая через боль, можно достичь результата.

В этом году у заслуженной артистки Таджикистана выпускной класс: в самостоятельную жизнь отправятся 14 девушек и семь юношей. А пока они сдают экзамены и готовятся к отчетному концерту.

- За руками следи, нос выше, смотри на зрителя, - Галина Георгиевна – преподаватель строгий, выпускница Московского хореографического училища, бывшая солистка Башкирского театра оперы и балета, знает цену успеха.

После трехчасовой репетиции можно перевести дыхание, принять душ и… снова в зал. Самые упорные исправляют замечания педагога уже самостоятельно.

Белла Оздоева, дипломант Всероссийского конкурса «Русский балет-2015», оттачивает движения перед зеркалом:

- Чтобы сегодня пробиться на большую сцену, надо много работать над собой, лениться нельзя. Каждый день я встаю в половине седьмого. Завтрак (в основном это каша, кусочек сыра, кофе). Сладкое позволить могу только утром. Потом бегу в зал – тело перед уроком надо разогреть – иначе можно получить травму. Мой «рабочий день» в основном заканчивается в девять вечера. Бывает, что сил нет даже раздеться, а надо приготовить вещи на завтра, книгу почитать. И друзья обижаются: почему ВКонтакте не отвечаешь?

Колледж готовит и артистов народного танца. Выпускники этого отделения работают в лучших хореографических ансамблях страны: от Гаскаровского до Моисеева. В этом учебном году студенты первого курса Сергей Боссерт и Ильяс Фазлиев на Всероссийском конкурсе артистов балета и хореографов в Москве представили номера «Башкирский танец» и «Матросский танец» и были удостоены бронзовой и серебряной медалей. Подготовил ребят преподаватель колледжа Ильнур Аюпов. Он выпускник БХК 2003 года. Восемь лет танцевал в ансамбле Гаскарова, сейчас - в «Мирасе».

- Когда ты сам еще выступаешь, то это подстегивает, потому что на тебя смотрят ученики. Надо постоянно держать себя в форме, подавать пример, чтобы потом требовать с них, - считает Ильнур Рафикович. – В нашей профессии 90 процентов - труд, остальное – талант.

Традиционно руководство училища приглашает для постановки номеров лучших российских балетмейстеров. В этом году в Уфу вновь приезжал профессор Московской государственной академии хореографии, художественный руководитель труппы Большого тетра в 2009-20011 годах Юрий Бурлака, один из ведущих специалистов по реставрации старых балетов. В прошлый визит он попросил показать «Журавлиную песнь», так как много слышал о легендарном башкирском балете. Ему показали адажио, так как в те дни спектакль не шел. Юрий Петрович был в восторге от увиденного и заметил, что только ради этого стоит посетить Уфу. Ему понравились и рисунок танца, и поддержки. По его словам, для 1940-х годов – это был настоящий прорыв, но и сейчас балет ничуть не устарел.

- Мы стремимся, чтобы наши дети участвовали во всех профессиональных конкурсах, - говорит директор колледжа Олия Вильданова. – Они не только набираются опыта, но обращают на себя внимание специалистов. В этом году первокурсницу Адель Музафарову, ставшую дипломантом Красноярского конкурса «Балет XXI века», пригласили в Московскую академию хореографии, немного раньше туда уехал Денис Захаров. Об уровне нашего училища говорит и тот факт, что оба учатся на той же параллели, что здесь.

- Главное, что ребята реализовали свою индивидуальность, - считает Олия Галеевна. – Рудольфу Нурееву это удалось в высшей мере.



Наталья Сологуб, выпускница 1995 года, лауреат российской национальной премии «Золотая маска», Международного конкурса артистов балета в Лозанне, солистка Мариинского театра и первая солистка Дрезденской труппы.

Андрей Меркурьев, выпускник 1996 года, лауреат «Золотой маски», заслуженный артист России, ведущий солист Большого театра.

Роман Рыкин, выпускник 1993 года, золотой призер Международного конкурса в Лозанне (Швейцария), бронзовый - Международного конкурса в Джексоне (США). После него приглашен в Английский национальный балет. Сейчас солист Бостонской балетной компании (США).

Гузель Сулейманова, выпускница 1997 года, заслуженная артистка России и народная артистка РБ, прима-балерина Башкирского театра оперы и балета.

Гульсина Мавлюкасова, выпускница 1999 года, народная артистка РБ, лауреат международных конкурсов, прима-балерина Башкирского театра оперы и балета.


Ильдар Маняпов, выпускник 2001 года, народный артист РБ, премьер Башкирского театра оперы и балета.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17087
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вс Июл 05, 2015 9:28 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2015070501
Тема| Балет, театр оперы и балета имени Джалиля, Персоналии, Аманда Гомес
Автор| Ольга Гоголадзе — Казань
Заголовок| Балерина Аманда Гомес: «Чтобы станцевать Джульетту, я читала Шекспира на двух языках»
Где опубликовано| © Kazanfirst.ru Первый Казанский
Дата публикации| 2015-07-05
Ссылка| http://kazanfirst.ru/feed/49762
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ



Историю о Ромео и Джульетте знают абсолютно все. Её экранизировали не меньше сотни раз, и она навсегда прописана в репертуарах всех театров мира. Неудивительно, что балет по этой трагедии Шекспира понятен даже без либретто. Джульетта многим как родная, играть её нужно со стопроцентной отдачей. Это не «Жизель», где некую холодность и эмоциональную отчуждённость в танце можно списать на «так и должно быть», лишь бы техника была на высоте. Поэтому на солистку ложится двойная ответственность: нужно не просто хорошо станцевать, но и показать настоящую драму.

У Аманды Гомес, солистки театра оперы и балета имени Джалиля, это получилось. Оставим разбор хореографии профессионалам, всю жизнь посвятившим этому тонкому искусству. Пусть они рассуждают о батманах, ассамбле и фуэте. Мне интереснее именно эмоциональная сторона роли, подача и диалог, который исполнитель ведёт со зрителем. А в этом бразильская балерина настоящий ас. Она не из тех, чьё выражение лица не меняется на протяжении всего спектакля. Аманду можно снимать крупным планом, и ни у кого не возникнет сомнений в её искренности и артистизме.



Сначала её Джульетта — любимый, жизнерадостный и избалованный ребёнок, выросший во всеобщем обожании. Потом она становится чувственной женщиной, готовой простить любимому даже убийство родного брата. В самом конце она преисполнена мужества перед тем, как расстаться с жизнью, которая после смерти Ромео теряет для неё всякий смысл.

Вместе с Амандой хочется плакать и смеяться, радоваться и грустить. В дуэте с Михаилом Тимаевым им удалось воплотить самую печальную повесть на свете так, что безоговорочно поверить им было просто невозможно.

После спектакля KazanFirst не мог упустить возможность поздравить балерину с премьерой, а заодно поспрашивать об этой роли и о бразильских каникулах.



— На Нуриевском многие зрители спрашивали: «А где наша смугляночка?». Почему тебя не было на фестивале?

— Я летала домой, в Бразилию. Наконец-то смогла обнять и поцеловать свою младшую сестрёнку, которая родилась буквально за два месяца до моего переезда в Казань. Весь год я наблюдала, как она растёт в режиме онлайн: мы каждый вечер созваниваемся с родителями по скайпу. Жаль, времени на то, чтобы повидаться с родными и поваляться на пляже было совсем немного, всего две недели. Потом мне нужно было возвращаться обратно и начинать репетировать «Ромео и Джульетту».

— Как ты готовилась к спектаклю?

— Смотрела много записей этого балета, читала Шекспира. Причём, и на португальском, и на русском. Кстати, очень интересно: текст иногда был совершенно разным! В зависимости от перевода многие фразы приобретали принципиально другой смысл. Конечно, балет ближе к русскому варианту, и это очень заметно. Вообще, я давно мечтала станцевать в «Ромео и Джульетту», потому что мне безумно нравится это произведение. Для меня это возможность показать не только технику, но и побыть на сцене настоящей актрисой. Поэтому я очень счастлива, что мне это, наконец, удалось.



— Что было труднее всего с эмоциональной точки зрения?

— Самое сложное было поверить в себя. Мне нужно было каждой клеточкой почувствовать, что я и есть Джульетта. Только если ты по-настоящему живёшь на сцене, зритель тебе поверит.

— А физически?

— Да балет вообще очень тяжёлый, потому что первый и третий акт моя героиня не сходит со сцены. Нет времени даже перевести дыхание! Только во втором акте можно немного отдышаться. Возможно, если бы не было такой мощной эмоциональной составляющей, было бы проще. Но Джульетта без чувств — не Джульетта.



— Вы долго репетировали?

— Мой партнёр, Михаил Тимаев, танцует Ромео уже много лет. Я начала репетировать недели три назад. В театре вообще нет такой роскоши, как возможность долго и обстоятельно учить новую роль. Мы должны уметь очень быстро входить в новый спектакль. Михаил, конечно, очень мне помогал. Делить с ним сцену — это замечательно!

— Кстати, вы часто танцуете партии влюблённых именно с ним. Может, однажды это перерастёт в роман в реальной жизни?

— Это вряд ли! У него уже есть прекрасная жена и двое детей. Так что, вся любовь у нас только в рамках спектаклей.

Фото: Олег Тихонов


Последний раз редактировалось: Елена С. (Вс Июл 12, 2015 12:06 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17087
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Июл 06, 2015 9:49 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2015070601
Тема| Современный танец, 35-й фестиваль современного танца Франции
Автор| ТАТЬЯНА КУЗНЕЦОВА
Заголовок| "Я" бывают разные
35-й фестиваль современного танца в Монпелье

Где опубликовано| © Газета "Коммерсантъ" №117, стр. 11
Дата публикации| 2015-07-06
Ссылка| http://www.kommersant.ru/doc/2762221
Аннотация| Фестиваль


Фото: Patrick Imbert

В столице провинции Лангедок-Руссильон в самом разгаре Montpellier danse — старейший и вместе с тем самый радикальный фестиваль современного танца Франции. Из Монпелье — ТАТЬЯНА КУЗНЕЦОВА.

Бессменный директор "Монпелье-данс" Жан-Поль Монтанари, хранитель традиций и неизменный составитель фестивальных программ, по-прежнему делает ставку на новые имена и мировые премьеры (этих creation в программе нынешнего фестиваля 12 из 18 спектаклей), однако сетует, что времена изменились. Теперь уже не удается зажечь хореографов общей идеей, да и своими, частными, они делятся неохотно. Поэтому у 35-го "Монпелье-данс" и нет общей темы: каждый высказывается о том, что наболело.

Оказывается, сегодня авторов беспокоит одно: свое большое Я. Хореографы, правда, маскируют его под третье лицо, причем часто единственное число — (он, человек) оборачивается множественным (они, человечество). Однако рецепты социального выживания и примененные для этого художественные средства выглядят слишком инфантильными, чтобы обмануть зрителей насчет истинного масштаба интересов хореографов. Так, уроженец Канна 50-летний Кристиан Риццо, решив, что по возрасту уже не может высказаться с желаемой полнотой, выбрал своим альтер эго танцовщика-турка Керема Гелебека и дал спектаклю турецкое название, которое в приблизительном переводе звучит как "Глаз, который ты бережешь больше всего, непременно проткнут". Битый час худощавый, лохматый, печальный мигрант в клетчатой рубашке и мешковатых штанах метил сценическое пространство, раздеваясь сам и разваливая на части гигантский кофр, на котором восседал в начале спектакля. В одном углу установил цветок в горшке, в другом — тяжелые ботинки, в третьем — рюкзак, посередине разбросал пачку потрепанных книжек, рассыпал камни (вероятно, с родины — среди них танцовщик водружает пластиковые буквы HERE). Делал он это неспешно, этнографически кружась и пританцовывая с заметной меланхолией или ловко перекидывая тело, распростершись над сценой,— вполне интернациональным способом. Обжитое пространство его не радовало, однако герой примирился с новой средой обитания: в финале среди камней он устанавливает букву Т, его каменистая родина становится ностальгическим THERE — и проблема миграции в частном случае оказывается благополучно решенной.

Иной выход — растворение в коллективном бессознательном — видит Рашид Урамдан, ученик Кристиана Риццо. Его многолюдный спектакль "Tenir le temps" ("Быть вовремя") начинается мужским монологом из разряда телевизионных "15 минут славы", в котором исполнитель демонстрирует уникальное умение дрожать разными частями тела — по отдельности и в совокупности. Это единственное соло — герой тут же вливается в интернационал идущих, бегущих, подпрыгивающих, падающих, перекатывающихся, ползающих людей. Первые минут пятнадцать это выглядит занятно, поскольку мало кто из современных хореографов умеет выписывать кордебалетные рисунки, а тут вам и шеренги, и диагонали, и круги, и столбики, и "книжечки", и "прочесы", и спирали, и все они меняются в быстром темпе — Мариус Петипа отдыхает. Однако перемещения становятся все более примитивными, движения — совсем уж элементарными, и когда после часа беготни запыхавшиеся артисты скрываются за кулисами, испытываешь заметное облегчение — и за них, и за себя.

На ту же тему — я, они и мы — высказался Охад Наарин и его Batsheva company, но "Последняя работа" ("Last work") хореографа настолько мощнее спектаклей малоодаренных коллег, что проблема самоидентификации действительно кажется наиважнейшей. Первая часть нового балета знаменитого израильтянина — череда оригинальных соло, исполняемых и в одиночестве, и группой одиночек — система "гага" в действии. Это — трудно объяснимое изобретение Наарина, суть которого заключается в том, что телом человека командует не он сам, а некая идея, укорененная в его голове, которая и диктует необходимые для ее реализации движения, и это придает исполнителю невиданную свободу. Судя по несхожести техник, пластики и выбору комбинаций монологов на тему человеческого одиночества, разных по настроению и жанру, талантливые артисты труппы освоили его метод в совершенстве.

Во второй части балета хореограф демонстративно стирает индивидуальности: 18 человек, как какой-нибудь классический кордебалет, выполняют идентичные задания, простота которых (типа лежачего "велосипеда", полушпагата или "березки") выглядит особо зловещей на фоне разнообразия первой части. К финалу коллектив единомышленников некий идеолог обвяжет лентой упаковочного скотча, превратив в живую цепь потенциальных жертв. И только роскошная рыжеволосая бестия в ярком синем платье, мчавшаяся на заднике по бегущей ленте все 70 минут гипнотического спектакля, не остановила свой свободный бег. Жизнь бессмертна и прекрасна, даже если зомбированное человечество повязано общими заблуждениями и созрело для заклания, утверждает Охад Наарин без всякой патетики. И эта тихая уверенность его "Последней работы" вселяет надежду, что это еще не конец.


Последний раз редактировалось: Елена С. (Вс Июл 12, 2015 12:08 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17087
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Июл 06, 2015 10:40 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2015070602
Тема| Балет, Гастроли NDT-I в Москве
Автор| Павел Ященков
Заголовок| В Большом театре прошли гастроли Нидерландского театра танца
Эффект бабочки

Где опубликовано| © Московский комсомолец
Дата публикации| 2015-07-06
Ссылка| http://www.mk.ru/culture/2015/07/06/v-bolshom-teatre-proshli-gastroli-niderlandskogo-teatra-tanca.html
Аннотация| ГАСТРОЛИ

Нидерландский театр танца во всем мире известен своей аббревиатурой - NDT-1 и слывет одной из самых продвинутых компаний в мире современной хореографии. Гастроли труппы, что прошли на Исторической и Новой сцене Большого театра эту репутацию подтвердили и отчасти укрепили. Но главная интрига гастролей в том, что хореографы – Пол Лайфут и Соль Леон на следующий сезон поставят в Большом один из своих балетов, что заставило попристальней вглядеться в постановщиков.


Фото: bolshoi.ru.

Всемирную известность и устойчивую репутацию законодателя мод в современном танце труппа имеет благодаря двум гениям сразу: одному из своих основателей и первых директоров театра, патриарху европейского балета Хансу Ван Манену, и Иржи Килиану. Отошедший от дел в 2009 году Килиан руководил NDT с 1975 года, и собственно определил более 30 лет назад новое направление поиска в этой компании и сформировал новое поколение хореографов. Начо Дуато, Охад Нахарин, Александр Экман, и многие другие – все отсюда.

Теперешний худрук NDT Пол Лайтфут и его постоянный соавтор Соль Леон – новые кумиры совсем ещё зеленой хореографической молодежи. Им часто пытаются подражать и начинающие хореографы в России. Мир их хореографии удивителен и не обычен, сплетен из реализма, бытовых подробностей и самой вдохновенной метафизики. Все балеты имеют посвящения и их названия непременно начинаются на латинскую букву «S»… Может от имени испанки – Соль, жены Лайфута, вместе с которой он сочиняет балеты с 1991 года?

В их работах идет постоянный пластический поиск чего-то необычного и нового. Перед нами не чистая абстракция, как у других современных авторов - здесь танец не сводится просто к движениям танцовщиков, всегда создается какой-то образ. Как и во всех современных балетах – смысл тут каждый зритель волен вкладывать свой. Но, что особенно важно, балеты эти многозначны, как говорят сами хореографы «выражают невыразимое» и всегда оставляют ощущение долгого послевкусия. В их структуре заложены бесконечно расширяющиеся смысловые значения.


Фото: bolshoi.ru.

А два балета первой программы показанной на Исторической сцене Большого театра («Томление» и «Бабочка») вообще по сути один спектакль: в них одни и те же герои, да и границы между первым и вторым, практически нет никакой: не смотря на объявленный «антракт», зрители практически не расходились, ибо такого им видеть раньше явно не приходилось: во время перерыва танцовщик в белых брюках (из программки узнаем, что это швед, и зовут его Силас Хенриксен) как и вначале только что вроде закончившегося первого балета как ни в чем не бывало продолжал сидеть в позе йога. Сзади него спокойно прохаживаются монтировщики, готовя сцену к другому балету, а парень много минут спустя только встанет и медленно-медленно пойдет к кулисам – идет долго, почти половину антракта.

Видимо этот спектакль – визитная карточка хореографов – его они уже привозили почти два года назад на гастроли в Мариинский театр. Не удивительно, что его же показали и в Большом – впечатление он оставляет совершенно колдовское.

Первая часть - балет под названием Sehnsucht на музыку Бетховена - сочинение 2009 года. Слово означает «сильное желание» или «вожделение», а также переводится как «тоска», «ностальгия». На сцене в световом круге в позе йога сидит танцовщик. Сзади него на фоне черного пространства квадратный проем, который представляет собой вмонтированную в черный задник залитую белым светом комнату очень похожую на куб. Тут находится мужчина. Рядом с ним на маленький столик склонилась девушка. Сначала танцует парень, тот, который сидел на сцене. Балет построен как его воспоминаниях, а посвящен он отцам хореографов – Джоакину Леону и Дейвиду Лайтфуту. Как поясняют сами авторы, «мы исследуем эволюционирующие свойства жизни, естества и одной из самых сильных связей: родитель и ребенок».

А дальше на сцене происходит нечто запредельно-нереальное. Влюбленная парочка в белом кубе (по-видимому отец и мать белобрысого мальчика, который погружен в воспоминания и сидит в раздумьях перед кубом на сцене) как у Шагала, кажется, парит в невесомости, и пытается вылететь в окно. Такой эффект создает комната, которая начинает переворачиваться… Неожиданно, рывками, в разные стороны… Так, что в какое-то мгновение стул, стол, лампа на столе и сидящая за столом девушка окажется прямо на стене, а при следующем повороте на потолке - создавая метафору перевернутой вверх дном жизни. В конце первой части балета в широко распахнутую в комнате дверь, в отрывшуюся за ней черноту, мужчина уходит. Женщина остается одна… Как мы уже говорили, конца у балета не будет вовсе – он плавно перетекает во второй, который задуман как продолжение и создан годом позже. Мировая премьера балета Schmetterling («Бабочка») состоялась в 2010 году. На смену Бетховену здесь приходит уже ультра-современная музыка - песни из альбома «69 Lowe Songs» группы The Magnetic Fields и Макса Рихтера. В центре затянутой черным сцены опять некий проем – портал из которого выходят и куда удаляются одетые в одинаковые черные платья, носки и черные шапочки мужчины и женщины. В какой-то момент они даже выходят к зрителям и стройным рядом один за другим танцуя движутся по центральному проходу партера легендарного театра. А потом портал начинает постепенно раздвигаться и зрителю открывается бескрайнее, затянутое грозовыми тучами небо. Конец балета неожиданный – в трубочку свертывается и задник с фотографией «неба», открывая следующий слой реальности, существующей за видимым миром, за грань которого и устремляются герои балета.

Балет Shoot the moon («Выстрел в луну») на тревожную музыку Филипа Гласса, показанный во второй программе гастролей, проходивших уже на Новой сцене Большого, вариация на ту же тему и практически продолжение того же самого балета. А может его предыстория, потому как создан на два года раньше, чем «Томление». Здесь тоже по кругу, сменяя одна другую, крутятся комнаты. В каждой из которых разворачивается своя история любви и одиночества, опять открыты окна и двери, которые «манят в новый мир». Герои – несколько выясняющих между собой отношения влюбленных пар и одинокий человек, что склонив голову к коленям в раздумье сидит на подоконнике, а иногда стоит в углу комнаты не касаясь пола, словно на мгновение, ему удалось преодолеть земное притяжение и оказаться в состоянии невесомости. На большие экраны расположенные над комнатами транслируются «онлайн» крупные изображения танцовщиков, танцующих в эту минуту.

Еще один одноактник Пола Лайфута и Соль Леон Stop-motion тоже имеет посвящение. Посвящен он взрослой уже их дочери - Соре. Именно она заснята на фотографиях и кинокадрах, которые этот балет и сопровождают. Название балета Stop-motion собственно и говорит о видеопроекциях снятых в технике покадровой анимации и транслируемых на массивный экран. Stop-motion как, впрочем и все произведения Лайфута и Леон рассказывает о прощаниях и переменах. Балет полон грусти. Здесь тоже изобретательная и ни на что не похожая хореография, сумасшедшая пластика, размытая структура… Соло и дуэты, которые танцовщики танцуют босиком, прямо на муке рассыпанной на сцене, создают клубы белой пыли. Пыль, мука по признанию хореографов - это атомы из которых мы состоим и в которые в итоге превращаемся. А на экране изображена отлетающая душа в виде машущей крыльями фантастической птицы. Их балеты – всегда философичны, отражают мысли и чувства, которые в данный момент переживают постановщики. Они всегда о жизни и смерти. Дуэты, ансамбли в них нечетки и перетекают один в другой.

Только один балет – Solo echo («Одинокое эхо») - на этих гастролях принадлежал другому хореографу – канадке Кристал Пайп. Он тоже бессюжетный, поставлен по мотивам стихотворения Марка Стренда «Зимние строки» и хотя уступает балетам Пола и Соль, тут тоже можно любоваться как под скрипичную музыку Брамса на фоне кружения снежных хлопьев великолепные танцовщики этой труппы показывают невероятную способность к трансформации, умение работать в ансамбле и абсолютную свободу танца…

Найдутся ли и для премьеры в Большом такие же раскрепощенные, и музыкальные тела? Поживем. увидим… Пока известно одно, что и балет, который нас ожидает в будущем сезоне тоже будет на букву S – называется он Short Time Together, что переводится как «Совсем недолго вместе»…


Последний раз редактировалось: Елена С. (Вс Июл 12, 2015 12:10 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска Часовой пояс: GMT + 3
На страницу 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7  След.
Страница 1 из 7

 
Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах


Яндекс.Метрика