Список форумов Балет и Опера Балет и Опера
Форум для обсуждения тем, связанных с балетом и оперой
 
 FAQFAQ   ПоискПоиск   ПользователиПользователи   ГруппыГруппы   РегистрацияРегистрация 
 ПрофильПрофиль   Войти и проверить личные сообщенияВойти и проверить личные сообщения   ВходВход 

Общество Друзья Большого балета
2014-12
На страницу Пред.  1, 2, 3, 4, 5, 6, 7  След.
 
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска
Предыдущая тема :: Следующая тема  
Автор Сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20410
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Сб Дек 13, 2014 12:35 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2014121301
Тема| Балет, Персоналии, Борис Эйфман
Автор| Беседовал Владимир Воскресенский
Заголовок| "Миру нужен психиатр"
Где опубликовано| © Росбалт
Дата публикации| 2014-12-13
Ссылка| http://www.rosbalt.ru/piter/2014/12/13/1344586.html
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

Не так давно пассажиры аэропорта "Пулково" в Санкт-Петербурге стали свидетелями балетного флешмоба: десятки молодых людей неожиданно вышли на пустующее пространство, разбились на пары и исполнили танец под джазовую музыку 20-х годов. Такое шоу для случайных зрителей перед отлетом на гастроли в Варшаву устроили артисты театра балета Бориса Эйфмана — на несколько минут зал вылета превратился в сцену для премьеры отрывка балета "Up&Down", поставленного по мотивам романа американского писателя Фрэнсиса Скотта Фицджеральда "Ночь нежна". По словам маэстро, эта притча – и о нашем времени тоже.




Как выжить в современном мире, не потерять себя, сохранить свой талант? На эти и другие вопросы Борис Эйфман ответил в интервью "Росбалту".

"Я не могу творить для людей, ненавидя их…"

— Сегодня многие деятели искусства дают понять, что разочаровались в человеке как таковом. Модный тренд – утверждать, что все вокруг грязь и мерзость. А вы, Борис Яковлевич, – не такой. Почему?

— Да, я глубоко убежденный оптимист. У меня нет причин разочаровываться в себе или в людях. Я счастлив, что победил в борьбе за право быть творцом, сохранил свой театр и сегодня имею возможность большую часть времени проводить в балетном зале, создавая собственные пластические миры. Я очень редко выхожу из этой среды и почти ни с кем не сталкиваюсь, кроме единомышленников…

Я вижу, что за границей очерченного круга происходит много зла. Но не могу творить для людей, ненавидя их, и не хочу отдавать свою жизнь неизвестно ради чего.


А ведь сочинение каждого балета — каторга, мучение. Мне уже много лет, а я ежедневно репетирую по 8-10 часов в зале. Но результат и получаемая сатисфакция спасают. Когда я смотрю со сцены на полутемный зрительный зал, то – не видя лиц — чувствую со стороны людей такой поток позитивной энергии, который не могут дать художнику никакие стимуляторы.

— Вас называют Эйнштейном в балете. Слыхали?

— Такого сравнения – еще нет. А почему? Что относительного в моем балете? Или потому что я тоже на букву "Э"?.. (смеется).

— Потому что вы, как говорят, раздвинули границы жанра. Так же, как и он раздвинул границы своей науки.

— Наверное, справедливость в этой аналогии есть, потому что я с самого начала хотел придать балету свежий импульс развития. Показать новые возможности тела как тонкого и вместе с тем мощного инструмента выражения незримых вещей, которые можно лишь чувствовать. Сегодня, по прошествии почти 50 лет творческой деятельности и 37 лет жизни моего театра, могу назвать своим главным достижением именно то, что мне удалось раздвинуть привычные рамки балетного театра.

— То есть выразить в балете психологические мотивы, которые движут людьми?

— А почему именно мотивы? Все гораздо сложнее. Может быть, нами движет исключительно бессознательное? Далеко не все можно объяснить законами логики. Что на самом деле руководит людьми — одному Богу известно.

— Но люди стараются найти каждому поступку рациональное объяснение...

— Людям это свойственно, особенно юристам. Если все окончательно свести к бессознательному, то человеческое в человеке исчезает. Мы должны защищать свое "я". Но с грустью признаем, что иногда нами движет нечто неизведанное и неуправляемое. Это капитуляция перед неизвестными силами, живущими внутри нас. Для человека такое признание крайне болезненно, поэтому, думаю, так ненавистен многими был Фрейд. С другой стороны, жизнь балансирует между двумя мирами – реальным и миром "психической реальности".

— Писатель Гарсия Маркес гениально соединял в своем творчестве реальное с ирреальным. Вплоть до того, что граница между ними становится неразличима. А вы, значит, делаете это в балете…

— Для хореографа такого рода мотивы даже более органичны, чем для писателя. Ведь я работаю не со словом, а с телом. А оно – тот инструмент, который очень близок к сфере мистического, нематериального. Телесное начало по сути своей, предназначению — выразитель жизни духа.

"Балет может быть средством протеста…"

— Вы через балет выражаете философию человека. А можно ли через него выразить философию общества или политику?

— С помощью балетного искусства хореограф способен выразить любое явление. Как сказал кто-то из великих, можно станцевать даже телефонную книгу. Но есть ли в этом смысл? Как в капле воды отражается небо, так и в каждом человеке отражается общество. Хочу я того или нет, но герои моих балетов – персонажи сегодняшнего, а не вчерашнего дня.

— Значит, балет может быть средством протеста, так же как другие виды искусства – музыка, литература, живопись?

— И протеста, и агитации. Причем довольно действенным, основанным на той сильнейшей эмоции, которая способна охватить тысячи людей.

Балет – грозное искусство. Оно может как созидать, так и разрушать. Хотя меня лично всегда интересовало то, что зовется душой человеческой, а не политическая жизнь или какая-либо другая сфера бытия.


— А тема человека в мире чистогана вам интересна? Говорят, что ваш новый балет "Up & Down", действие которого происходит в Америке 20-е годы прошлого века, обличает общество потребления. Это так?

— Я бы не стал говорить об обличении. Мой спектакль – не памфлет. Хотя названная вами тема в балете явственно присутствует. В первую очередь, это постановка о предательстве человеком самого себя. Предать друга, близких — значит совершить тяжкий грех. Но предел падения — разрушить собственное "я".

"Up & Down" — сложный спектакль. Его главный герой – талантливый психиатр, который работает в клинике. Он влюбляется в одну из своих пациенток, женится на ней. Внешне все складывается успешно: cупруга главного героя – наследница огромного состояния, их жизнь наполнена светским весельем. Однако попав в мир богатых людей и превратившись в сиделку при психически нездоровой жене, доктор погибает – и как врач, и как личность.

Я хочу показать, с одной стороны, безумно красивый, энергичный "век джаза", а с другой – рассказать историю о заканчивающемся крахом поиске компромисса между внутренним и внешним миром. Это катастрофа самого Фицджеральда, который был невероятно одаренным человеком, но не сумел сохранить свой талант. На закате жизни он написал эссе "Крах" — о человеке, вдруг осознавшем, что он пропил, прогулял, проиграл свой дар. Зловещая сила, которая убила Фитцджеральда, свела с ума и моего героя: он уходит из своей клиники, а потом возвращается туда, но уже в качестве не врача, а пациента. Вот такая петля судьбы.

— Есть мнение, будто ваш предыдущий балет "Реквием", посвященный Ахматовой и поставленный на музыкуШостаковичаи одноименного произведения Моцарта, — спектакль против сталинизма и про 37-й год. Согласны?

— Это слишком прямолинейная трактовка. Хотя я действительно старался передать трагизм того времени. Ахматова месяцами стояла под тюремными стенами в ожидании новостей о судьбе репрессированного сына. Из этого страшного опыта родились полные отчаяния строки, которые и вдохновили меня. Но балет "Реквием", конечно, не только об этом. Поэма Ахматовой и сочинение Моцарта — произведения о дарованной человеку возможности обрести бессмертие души. Так же как и пушкинское "Нет, весь я не умру…", они передают неосознанную и непроизвольную мечту каждого из нас о сохранении себя в этом мире.

Мы знаем, что когда-нибудь нас не станет. И все-таки не верим в это, внутренне сопротивляемся. Одни пытаются остаться в памяти людской, совершая конкретные поступки. Другие возносят к небу молитвы, уповая на вечную жизнь после смерти. У каждого свой путь.


У кого-то плоть побеждает дух, и такой человек становишься рабом телесного начала, всецело подчиняясь меркантильным интересам. Кто-то, наоборот, погружается в тайны внутреннего мира и пытается сотворить невидимую связь между земным и возвышенным.

— Вы не раз называли себя психоаналитиком в балете. А можете, как психоаналитик, поставить диагноз стране? Чем сегодня больно общество?

— Найдется ли гениальный психиатр, который поставит миру правильный диагноз? Не знаю. На мой взгляд, это раздвоение, а то и растроение сознания. То неадекватное состояние, когда в тебе возникают двойники, — будто бы самостоятельные и зачастую противоположные друг другу личности, которые, соответственно, и действуют противоположно. В этом смысле для общества наступают трудные времена. Но я не теряю надежды, что в будущем в результате долгого и мучительного самоанализа мы все-таки сможем исцелиться.

Человек избавляется от шизофрении путем погружения в свой внутренний мир, начиная борьбу за свою идентичность. В психически больном обществе должны произойти какие-то очень мощные катаклизмы, которые повлекут за собой "изгнание дьявола", — подобно тому, как по Библии Христос изгонял бесов из людей.


"Русские сначала чувствуют, а потом танцуют…"

— Анализируя свой балет "Анна Каренина" и роман Толстого, вы однажды заметили, что в Анне, по-видимому, зародилась другая сущность: страсть породила в ней нечто, вышедшее наружу и начавшее разрушать все – и саму Анну, и Вронского, и мужа, и детей. И, убивая себя, она на самом деле убивала в себе то, с чем не могла справиться. У Карениной, сказали вы, прервалась связь с душой… Может, и с нашим обществом произошло то же самое?

— Сегодня люди считают, что душа – это нечто аморфное, бесформенное и слабое, то, что присуще неудачникам, лузерам. Людям, которые не должны заниматься бизнесом, политикой, другим серьезным делом. Это глубокая ошибка. От кого бы ни произошел человек, он преобразился именно в тот момент, когда поднял глаза к небу и что-то светлое начало зарождаться у него внутри. И тогда наш древний предок устремился ввысь, оторвал от земли передние лапы, выпрямился…

Душа – тот стержень, который сделал человека человеком. Мы не знаем, где она находится, как выглядит. Ее не может высветить МРТ. Многие считают, что душа делает нас слабыми, неуверенными в себе, одолеваемыми сомнениями. Но именно эта субстанция является источником всего разумного и доброго.


В процессе жизни она совершенствуется вместе с нами. Кто-то, наоборот, задавливает ее внутри себя и, в конечном счете, убивает. Человек, погубивший свою душу, – несчастный инвалид. Но каждый делает свой выбор… Мне кажется, каждому из нас необходимо найти путь к самому себе. А для этого нужно научиться вести постоянный внутренний диалог и мучительную работу по преодолению дьявольских искушений, которыми мы окружены всю жизнь.

Я ни в коем случае не призываю к отшельничеству и никогда не считал, что, например, художник обязан быть голодным и несчастным. Голодным до искусства – да, но это уже другая тема.

— Про вас говорили: "свой — среди чужих, чужой — среди своих", "диссидент на пуантах" — короче, образ этакого бунтаря, которого душат форматы. Не находите, что сегодня вы со своим утверждением человечности в ожесточающемся мире тоже превращаетесь в изгоя, диссидента добра?

— Я так не считаю. Вокруг нас много людей с очень глубоким и содержательным внутренним миром. Просто не всем, к сожалению, Бог ниспослал возможность поделиться этим даром с человечеством.

Мой балет – не застывший во времени театр кабуки. Он постоянно меняется. Но при этом не идет на поводу у изменчивой моды. В советское время я боролся за право быть независимым художником. Я хотел творить так, как велит мне душа. Мое искусство отвергали, а меня самого подталкивали к эмиграции. Бог уберег от такого шага. Я не мыслю себя в отрыве от русской культуры и не смог бы существовать вне Петербурга.

С годами я понял: человек — творец своей судьбы. Если он повторяет, что хочет быть королем, то, в конце концов, им и станет. Короля создает окружение. Значит, надо окружить себя людьми, которые в тебя верят и поддерживают.


— Вы выражаете в балете надлом национальной души. Это доходит до представителей других культур и наций?

— Передаваемые в танце сильнейшие эмоции понятны всем. Русская душа всегда готова к сопереживанию, состраданию. Далеко не все нации способны на такую эмоциональную открытость.

Знаете, чем отличается наш балет от западного? Русские сначала чувствуют, а потом танцуют. На Западе – наоборот. За рубежом все более прагматично. Там сочинение и исполнение хореографии – процесс рациональный.

А русский балет – это "души исполненный полет". Он рождается из эмоций, переполняющих хореографа или танцовщика. Выраженные в танце, эти переживания безудержным потоком выплескиваются на зрителя. Потому мы так востребованы в мире: там нет столь эмоционально щедрого искусства. Мне будет очень обидно, если мои коллеги смогут подавить в себе этот дар.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
atv
Заслуженный участник форума
Заслуженный участник форума


Зарегистрирован: 05.09.2003
Сообщения: 4265

СообщениеДобавлено: Сб Дек 13, 2014 4:04 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2014121302
Тема| Балет, МТ, гастроли,
Автор| Наталия Курова
Заголовок| Гастроли балета Мариинского театра пройдут в Китае
Где опубликовано| РИА «Новости»
Дата публикации| 2014-12-12
Ссылка| http://ria.ru/culture/20141212/1037904731.html
Аннотация| На фестивале, организованном по инициативе Большого театра Тяньцзиня, "Мариинка" впервые в Китае представит балет в хореографии Алексея Ратманского на музыку Родиона Щедрина "Конек-Горбунок" и три одноактных балета Михаила Фокина.

Гастроли балета Мариинского театра начинаются в Китае; балетная труппа из Санкт-Петербурга выступит в одном из крупнейших городов КНР Тяньцзине в рамках Международного фестиваля оперы и балета, сказал РИА Новости и.о. руководителя балетной труппы театра Юрий Фатеев.

На фестивале, организованном по инициативе Большого театра Тяньцзиня, "Мариинка" впервые в Китае представит балет в хореографии Алексея Ратманского на музыку Родиона Щедрина "Конек-Горбунок" и три одноактных балета Михаила Фокина. Гастроли пройдут с 13 по 16 декабря.

"Мариинский балет второй раз выступает на фестивале в городе Тьянцзинь… В прошлом году мы показывали китайским зрителям балеты "Лебединое озеро" и "Анну Каренину", а в этом году впервые здесь исполним балет "Конек-Горбунок" в хореографии Ратманского на музыку Щедрина и постановки Михаила Фокина из "Русских сезонов". Мы представляем произведения, являющиеся шедеврами мировой хореографии, основанные на русской классической и национальной литературе. Выбор программы определялся по обоюдной заинтересованности сторон", — сказал Фатеев РИА Новости.

По его словам, фестиваль ставит своей задачей знакомство с лучшими произведениями русского классического искусства в исполнении первоклассной труппы Мариинского театра, не боясь показывать новые работы наряду широко известными произведениями.

В главной женской партии Царь-девицы в балете "Конек Горбунок" выступит прима-балерина Мариинского театра Ульяна Лопаткина, а исполнители мужских ролей — Владимир Шкляров / Иван-Дурак/ и Владислав Шумаков / Конек-Горбунок/. Спектакли пройдут 13-14 декабря в комплексе Большого театра Тяньцзиня, открытого в 2012 году, включающего три сценические площадки. Само здание, расположенное в живописном парке на берегу озера, необычное и, по задумке архитектора, похоже на морскую раковину, раскрытую навстречу водному простору.

Как планируется, 15 и 16 декабря Мариинская труппа представит одноактные балеты в постановке выдающегося русского хореографа ХХ века Михаила Фокина: "Шопениану", "Жар-Птицу" и "Шехеразаду", в которых заняты Владимир Шкляров, Анастасия Колегова, Евгений Иванченко, Алиса Содолева, Юрий Смекалов, Виктория Брилева, Софья Гумерова и Злата Ялинич.

"Встречают нас в Тяньцзине очень радушно, чувствуется большая заинтересованность дирекции фестиваля и руководства Гранд театра в участии балетной труппы МТ, и скорее всего, наши приезды и выступления на этом фестивале станут регулярными", — отметил Фатеев.

Афиша Международного фестиваля оперы и балета в Тяньцзине, стартовавшего 3 сентября, включает девятнадцать спектаклей ведущих коллективов Китая и других стран.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20410
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вс Дек 14, 2014 10:02 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2014121401
Тема| Балет, Екатеринбургский театр оперы и балета, Гала-концерт
Автор| Наталья Шадрина
Заголовок| Цвет мирового балета
Где опубликовано| Областная газета
Дата публикации| 2014-12-13
Ссылка| http://www.oblgazeta.ru/culture/20955/
Аннотация| В Екатеринбурге в 3-й раз с успехом прошёл зимний гала-концерт


Казалось, что грациозному Кимину Киму во время исполнения прыжков было тесно на сцене екатеринбургского театра, но сам танцор уверен, что главное не размер сцены, а атмосфера, которая царит на ней. Фото: Рамис Назмиев

Вчера в Екатеринбурге состоялся зимний гала-концерт, в котором приняли участие звёзды мирового балета. В этом году на екатринбургскую сцену Театра оперы и балета вышли солисты Английского королевского театра Ковент-Гарден, танцовщики Норвежского национального театра и премьеры Мариинского театра.

На сборном концерте зрители могли насладиться как эталонным исполнением классических произведений, так и вдохновиться новыми веяниями современной хореографии. Помимо гостей, в гала-концерте выступили и солисты нашего театра, представив финальную сцену премьерного спектакля «Цветоделика» Вячеслава Самодурова, который в этом году номинирован на «Золотую маску».

Не секрет, что художественный руководитель оперного – Вячеслав Самодуров не только поднял наш балет на новый уровень, но и проторил дорогу на Урал для прим и премьеров самых лучших театров мира. В этот раз к нам приехали солисты театров, где когда-то танцевал сам Вячеслав. Артисты доверяют авторитету знаменитого хореографа, а некоторые даже надеются в будущем поработать с мастером, как, например, молодой перспективный танцор Мариинского театра Кимин Ким, который в Екатеринбурге станцевал «свадебный пир» балета «Баядерка» с солисткой екатеринбургского театра Еленой Кабановой.

– Я первый раз выступаю в Екатеринбурге, – рассказал на генеральной репетиции корреспонденту «ОГ» Кимин Ким. – Считаю, что очень полезно выходить за рамки своего театра и пробовать что-то новое. Сложность только в том, что у нас с партнёршей состоялась лишь одна совместная репетиция, были небольшие сложности с попаданием в темп, но для рабочего процесса это вполне нормально. В итоге мы с Еленой прекрасно поняли друг друга, и, мне кажется, у нас всё получилось. А когда пригласили сюда, мы с моим наставником Владимиром Кимом согласились, почти не раздумывая, потому что оба хорошо знакомы с творчеством Вячеслава, и если не удаётся попасть на его спектакли, то смотрим их в Интернете. Надеюсь, когда-нибудь он поставит что-нибудь и для меня. Это было бы здорово.

Некоторые артисты приехали в Екатеринбург на гала-концерт уже не первый раз. Например, солистка Ковент-Гарден Сара Лэмб и премьер Норвежского национального балета Даниэль Пройетто уже встречались с екатеринбургским зрителем и считают, что наша публика добродушна и открыта, а также вполне готова к экспериментам, которые предлагают ей знаменитые танцовщики. Даниэль для того, чтобы выступить в Екатеринбурге, специально прилетел в Россию из родной Аргентины. В этом году он представил номер, который для него поставил норвежский хореограф Алан Люсьен Оуэн.

– Впервые я этот номер представил в январе в Английской национальной опере, – говорит Даниэль. – Это достаточно религиозное, возвышенное произведение, в котором рассказывается о грешнике. Роль требует от меня большой физической и эмоциональной энергии. Что касается режиссёра-постановщика, который нас всех здесь собрал и управлял нами, то мне близко то, что делает Вячеслав Самодуров. У меня примерно такой же подход к работе – я тоже использую именно классические балетные техники, но при этом стараюсь привнести в танец как можно больше современной хореографии.

К слову

Отрадно, что все артисты, приехавшие к нам из других стран, знакомы не только с творчеством Вячеслава Самодурова, но и его последним спектаклем «Цветоделика», который сегодня уже можно увидеть на сцене Театра оперы и балета. Напомним, что постановка представлена на «Золотую маску» в нескольких номинациях.

– Я не мыслю категориями – получить или не получить «Маску», – рассказал Вячеслав. – В прошлом году нам действительно удалось произвести впечатление как на нашу, так и на столичную публику. Это было невероятное по эмоциональному накалу выступление, танцоры выложились на сто и более процентов. В этом году для нас главное, чтобы эти гастроли состоялись, прошли успешно, а шанс есть всегда – возможно, мы снова станем достойны этой премии.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20410
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Дек 15, 2014 6:07 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2014121501
Тема| Балет, Пермский театр оперы и балета, Премьера
Автор| Анна Галайда
Заголовок| Пермский оперный театр выпустил «Зимние грезы»
Так он осваивал британскую хореографическую традицию

Где опубликовано| газета "Ведомости"
Дата публикации| 2014-12-15
Ссылка| http://www.vedomosti.ru/lifestyle/news/37309771/zimnie-grezy-ispolneny
Аннотация| ПРЕМЬЕРА


Сцена на катке из «Конькобежцев»
Фото: Антон Завьялов


Худрук балета Пермского театра Алексей Мирошниченко продолжил погружение в британскую балетную традицию, начатое переносом на сцену своего театра спектакля «Ромео и Джульетта».

Он пригласил на оригинальную постановку молодого и популярного Дагласа Ли, штатного хореографа Штутгартского балета, который уже успешно сотрудничал с пермской труппой несколько лет назад. Его лаконичный балет получил название «Когда падал снег». Традиционную для современного балета форму трехчастного вечера наполнили также две российские премьеры британских классиков. Открывают вечер «Конькобежцы» Фредерика Эштона — более чем полувековой давности образец старомодной очаровательной классики. Завершает программу фантазия Макмиллана «Зимние грезы», сочиненная по мотивам чеховских «Трех сестер» и подарившая название всему вечеру.

Пермяки, вызвавшие всероссийский резонанс тем, что первыми вдали от столиц начали осваивать американскую хореографию Джорджа Баланчина и Джерома Роббинса, осуществляют освоение английского наследия с той же решительностью и полной погруженностью.

Проблем технического характера в балетах Эштона и Макмиллана у них почти не возникает, хотя предсказуемо видны рабочие швы в сложнейших поддержках, которыми изобилуют работы обоих классиков.

Гораздо сложнее воспроизвести тот камерный стиль домашнего тепла, который свойствен спектаклям, поставленным на небольшой уютной сцене старого Королевского театра. Отважный напор отечественные танцовщики обычно предпочитают английской деликатности, большой и решительный жест — интимному, едва заметному движению пальца или плеча.

Тем не менее «Конькобежцы» на малоизвестную музыку Мейербера, воспроизводящие очаровательную картинку катка в парке столетней давности и стилистически отсылающие к родному «Карнавалу» Фокина, полны очарования. «Зимние грезы» — последний привет старика Макмиллана, посланный в 1991 г., — держатся на прощальном па-де-де Ирины и Вершинина. Талант знаменитого хореографа блестяще проявлялся в сочинении дуэтов. В целом же балет, наполненный карикатурными представлениями о российском пьянстве, буйстве и разгуле, органичным для исполнителей не стал.

Зато практически те же солисты с блеском представили мировую премьеру спектакля Ли «Когда падал снег». В этой форсайтовско-килиановской лексике, технически гораздо более изощренной, танцовщики обнаружили свободное владение пространством, органику существования в сложном ритме и умение стать сотворцами хореографа.
---------------------------
Эта публикация основана на статье «“Зимние грезы” исполнены» из газеты «Ведомости» от 15.12.2014, №233 (3737).


Последний раз редактировалось: Елена С. (Чт Янв 08, 2015 12:36 pm), всего редактировалось 2 раз(а)
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20410
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Дек 15, 2014 6:14 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2014121502
Тема| Балет, ГАТОБ им. Абая, Премьера, Персоналии, Г. Комлева
Автор| Татьяна Трубачева
Заголовок| «Спящую красавицу» опять разбудят в ГАТОБ
Дата публикации| 2014-12-15
Ссылка| http://forbes.kz/life/afisha/spyaschuyu_krasavitsu_opyat_razbudyat_v_gatob
Аннотация| ПРЕМЬЕРА, ИНТЕРВЬЮ

27 и 28 декабря в Алматы, на сцене Государственного академического театра оперы и балета имени Абая, состоится премьера балета «Спящая красавица»

Первая постановка «Спящей красавицы» на сцене ГАТОБ была осуществлена в 1996, однако шла недолго. В этом году руководство театра решило вновь начать работу над сказочным балетом при финансовой поддержке Казкоммерцбанка. Символично, что для постановки спектакля в ГАТОБ была приглашена Габриэла Комлева, балетмейстер-репетитор из Мариинского театра, где в 1890 зритель впервые увидел «Спящую красавицу».

Габриэла Комлева – известнейшая личность в мире балета. Она родилась в Ленинграде 27 декабря 1938. Первую блокадную зиму провела в родном городе, затем была эвакуирована в Сибирь. Вернулась в 1948 и сразу поступила в Ленинградское хореографическое училище. Окончила его с отличием в 1957 (педагоги В.С. Костровицкая и В.П. Мей). В 1983 стала народной артисткой СССР. В 1984 с отличием окончила Ленинградскую консерваторию им. Н.А. Римского-Корсакова как балетмейстер-репетитор (мастерская П.А. Гусева).

Незадолго до премьеры «Спящей красавицы» профессор хореографии Габриэла Комлева согласилась дать интервью для Forbes.kz.

F: Габриэла Трофимовна, расскажите, когда и кто вам предложил сотрудничать с ГАТОБ и почему вы согласились?

– Мое содружество с театром началось год назад с «Баядерки». Мне позвонил художник этого спектакля Окунев (известный художник-постановщик Вячеслав Окунев. Он также принимает участие в создании спектакля «Спящая красавица» в ГАТОБ. – F), который давно уже сотрудничает с театром – не один спектакль здесь сделал. Он спросил, смогу ли я принять участие в постановке «Баядерки». Я сказала, что смогу, и он сообщил об этом руководству театра.

F: Получается, первый опыт был удачным, раз вы повторно согласились участвовать в проекте ГАТОБ?

– Да, было хорошее содружество. Труппа работала хорошо, с желанием. Работа ведь очень большая была: «Баядерка» – серьезный спектакль, требующий больших затрат сил, большого количества участников. Но у нас всё получилось. А когда получилось, то возникала идея: «Может быть, еще что-нибудь вместе сделать?» Тогда сразу и поступило предложение от театра о постановке «Спящей красавицы».

F: Первым постановщиком балета «Спящая красавица» был Мариус Петипа. Его постановку наделяют самыми лестными эпитетами, она считается классикой. То есть, на мой взгляд, ставить «Спящую красавицу» после Петипа – всё равно что писать «Мадонну с младенцем» после да Винчи: лучше не сделаешь, нужно делать по-другому, по-своему. Что отличает ваше прочтение от существующих, в том числе от канонической постановки Петипа?

– Начну с того, что Петипа является вершиной классического танца. До нас его спектакли дошли только в редакциях, оригинал не сохранился, потому что видео тогда не было, а при передаче спектаклей «из рук в руки» многое теряется. Это во-первых. Во-вторых, время диктует свои правила. То, что было в те времена, а это конец XIX века, не всегда звучит сегодня: что-то вечно, а что-то нет. Поэтому были редакции: что-то убирали – пантомимы, хождения, длинноты, а что-то тщательно сохраняли. Редакция Константина Сергеева (а он считается признанным авторитетом в классическом танце в наше время) хороша тем, что он очень тщательно сохранял танцы Петипа. Там, где были белые пятна, Сергеев ставил сам танцы, причем в стиле Петипа. Поскольку Сергеев хорошо знал классический танец, то это абсолютно не шло в разрез с тем, что делал сам Петипа. Я иду следом за Сергеевым, но приспосабливаю к возможностям и задачам театра Алматы.

F: В чем это выражается?

– Спектакль очень большой, в нем задействовано огромное количество людей, поэтому на помощь труппе приходит школа. Ребята играют пажей, дам, кавалеров. Для них это полезная производственная практика.

Балет состоит из четырех актов, каждый должен длиться как минимум полчаса, значит, два с половиной часа только действие плюс антракты. Для XIX века это было нормально, потому что балет был элитарным зрелищем, зрители не были так заняты, они могли сидеть по 4 часа в театре. Кто же будет сейчас столько времени проводить в театре? Зритель не хочет смотреть длинные спектакли. Все торопятся. Поэтому я ужала постановку до двух актов, объединив первый и второй, третий и четвертый, чтобы люди смогли спокойно посмотреть спектакль и добраться до дома. Пришлось сделать небольшие музыкальные купюры, чтобы спектакль стал компактнее и динамичней. Но эти перемены частного характера и не меняют основного.

F: Балет будет под живую музыку?

– Конечно! Когда под запись - это мёртвое зрелище. Запись практикуется, но это бывает «на безрыбье».

F: Есть мнение, что при всем блеске постановки, осуществленной Петипа, она все же не раскрывала во всей глубине партитуры Чайковского, что хореографу было тяжело передать в танце «симфоническое мышление» композитора. Это так?

– Вы знаете, есть совершенно подлинные сведения, что Петипа давал Чайковскому указания: сколько тактов [должно быть], какие по характеру и так далее. И Чайковский – великий Чайковский! – не гнушался выполнять задания Петипа. Поэтому сложностей не могло быть.

F: А у вас никаких сложностей не возникает в прочтении Чайковского?

– Какие могут быть трудности в такой музыке? Музыка так ясно изложена, она такая мощная, интересная, красивая, что трудностей быть не может.

F: Вы уже видели в работе труппу ГАТОБ. Как оцениваете её уровень? Смогут ли артисты выразить всё то, что заложили в балет его создатели?

– Труппе по силам этот спектакль, они смогут это сделать. Просто идёт подготовительный процесс, надо подработать еще.

F: Когда директор императорских театров Всеволожский заказывал Чайковскому музыку для балета «Спящая красавица», он изначально задумывал сделать спектакль, поражающий воображение зрителей роскошью, разнообразием и яркостью красок. Готов ли ГАТОБ поразить публику так же, как Мариинка поразила первых зрителей почти 135 лет назад?

– Если театр осилил «Баядерку», то и этот спектакль осилит.

F: Современный человек перекормлен фееричными шоу и сказками о счастливой любви, которые Голливуд клепает, как хорошая пирожковая. Так пойдёт ли нынешний зритель на балет «Спящая красавица»? И если пойдёт, то почему?

– Пойдёт, потому что есть вечные темы, потому что человеку всегда хочется надеяться, хочется верить в сказку. А в балете не одна сказка, там их много. Принцессу Аврору приходят поздравлять в день свадьбы герои разных сказок Перро: принцесса Флорина и голубая птица, Людоед, Людоедиха и Мальчик-с-пальчик с братьями и другие. Парад сказок в последнем акте позволяет взрослым погрузиться в детство, в сказочный мир. Мне кажется, это помогает людям жить, чувствовать прекрасное, верить в светлое. Сказки для этого и существуют. Я желаю взрослым верить в сказку. Это действительно нужно, потому что даже в самые трудные времена, если человек не верит, ему не выжить.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 11762

СообщениеДобавлено: Ср Дек 17, 2014 8:24 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2014121701
Тема| Балет, Пермский балет, Зимние грезы, Премьера
Авторы| Т. Кузнецова
Заголовок| Что скрывает снег
Британские "Зимние грезы" в Перми
Где опубликовано| Коммерсант
Дата публикации| 20141217
Ссылка| http://www.kommersant.ru/doc/2634145
Аннотация| Премьера балет


Фото: Максим Кимерлинг / Коммерсантъ


В разгар бесснежной европейской зимы Пермский театр оперы и балета представил "Зимние грезы" — новую для России программу английских одноактных спектаклей, в каждом из которых падает снег. ТАТЬЯНА КУЗНЕЦОВА не без сопротивления поддалась этой рождественской медитации.

Эти балеты, впервые поставленные в России (один, "Когда падал снег" Дагласа Ли, и вовсе мировая премьера),— золотой фонд британской классики, ожившая история английского балета. Изобретательный худрук Пермского балета Алексей Мирошниченко, успешно приучающий публику к тематическим программам одноактовок, на сей раз составил неожиданный букет из произведений, контрастных по жанру, но неуловимо родственных по духу. Камерные, сдержанно-лиричные, лишенные претензий, прячущие техническую сложность за внешней бесхитростностью, они — олицетворение английского стиля, хореографического и жизненного.

Программу открывают "Конькобежцы", поставленные в 1937 году на музыку Мейербера 33-летним Фредериком Аштоном, тогда еще не подозревавшим, что в будущем ему уготован рыцарский титул за роль родоначальника английского балета. Этой жанровой зарисовке, шутливому и незатейливому классическому дивертисменту, в котором традиционные па-де-де, па-де-труа, сольные и двойные вариации, танцы корифеев обрели непринужденную, житейски естественную незаконченность, надлежало стать главным оружием молодого британского балета в борьбе с иноземным нашествием — "Русским балетом" полковника де Базиля. Милейшие конькобежцы, одетые почти в кукольные костюмчики начала ХХ века, скользящие "блинчиками" арабесков и зигзагами мелких шажков среди резных белых арочек и бумажных фонариков, дали дягилевским преемникам решительный бой, вытеснив их с Британских островов и закрепившись на подмостках на 30 лет.

В последнее десятилетие этот раритет исполняется нечасто, Пермь сегодня — единственный обладатель "Конькобежцев". К счастью, артисты не оробели от такой чести: почти все сохраняли оживленную безмятежность при выполнении крайне коварных в своей прозрачности комбинаций — безразбежных больших прыжков и фуэтировок, связок пируэтов разных типов, пальцевых вращений с переменой направления и темпа. Виртуозную партию солиста Руслан Савденов провел с бережливой аккуратностью — так, что ему хватило сил на залихватский большой пируэт под занавес. И лишь Сергей Мершин, партнер заслуженной и неувядающей примы Натальи Моисеевой, пребывал в скорбном ступоре, будто где-то за кулисами ударился головой об лед — что, впрочем, не помешало ему быть надежным и ловким кавалером.

Второй балет, "Когда падает снег" на саундтреки кинокомпозитора Бернарда Херрмана, поставлен современным британским автором Дагласом Ли специально для этого вечера. Это уже вторая работа хореографа в Перми, и в труппе есть артисты — Александр Таранов, Тарас Товстюк, Анна Поистогова,— вполне овладевшие его стилем, который сам Ли считает неоклассическим. От классики здесь — пуанты, выворотные позиции, большие позы адажио и по-английски сложносочиненные поддержки в дуэтах. Осовременивают академическую базу всевозможные винты, восьмерки, "икота" и волны корпуса и рук; намек на контактную импровизацию придает ансамблям видимость спонтанности. Это очень гладкая, интеллигентно-неброская, невеселая хореография, протекающая в успокоительном полумраке: черный пол, черные трико и топы артистов, гаснущие фонари на черных стойках, черный снег с колосников. Зима для Дагласа Ли — завершающий цикл, время подведения итогов жизненного карнавала: его смятенные персонажи временами переходят на кукольную пластику и застывают манекенами, будто в них кончился завод. Однако ни отчаяния, ни депрессии этот элегический опус не вызывает: его тихая гармония примиряет с неизбежным не только семерых участников действия, но и отдавшихся созерцанию зрителей.

"Зимние грезы" — балет на музыку Чайковского, давший название всей программе,— поставлен Кеннетом Макмилланом, еще одним столпом и сэром британского балета, в 1991 году для эмигрировавшего из СССР премьера Большого театр Ирека Мухамедова, в котором он разглядел идеального Вершинина из чеховских "Трех сестер". Одиннадцать лет назад на гастролях "Ковент-Гардена" в Москве первый Вершинин во всеоружии своего буйного темперамента станцевал прощание с Машей — главный дуэт "Зимних грез", показавшийся непереносимо пафосным и архаичным. В Перми, на родине трех сестер, этот ballet story (один из самых популярных английских жанров, отличающийся от нашего драмбалета гиперреалистичностью переживаний) выглядел и вовсе ровесником первых постановок Московского художественного общедоступного театра.

Макмиллан нашел пластический аналог чеховским разговорам "ни о чем": его дуэты часто обрываются на полуслове, в монологах классические па заретушированы как бы спонтанными бытовыми жестами, нескладные и несмешные пластические шутки подчеркивают неловкость персонажей и ситуаций. Натурализм бытовых деталей, пресловутая "четвертая стена" (полупрозрачный занавес, отгораживающий задний план с обеденным столом под лампой с вишневым абажуром — там весь спектакль пьют и едят персонажи), скрупулезно разработанные режиссерские мизансцены бесконечного застолья — всю эту забытую эстетику раннего Станиславского, воспроизведенную Макмилланом в последнем десятилетии ХХ века, пермяки приняли с обаятельной доверчивостью.

Но и с некоторой робостью. Именно она уберегла спектакль от излишнего пафоса и позволила снисходительно отнести сомнительный юмор постановки (вроде офицеров, раздвигающих ноги горничной, или лежачей вариации присосавшегося к бутылке Чебутыкина) к типично иностранным курьезам. И именно сдержанность актерской игры приблизила "Зимние грезы" к традициям старого русского театра. Юный аристократичный Никита Четвериков, конечно, лишен страстной одержимости Мухамедова: едва ли этот робкий Вершинин имел реальную любовную связь с целомудренной Машей Инны Билаш. Но их трогательный дуэт, как и заикающиеся реплики неприкаянного Кулыгина (Сергей Мершин), и нескладность восторженных па очкарика Тузенбаха (Александр Таранов), и безнадежная влюбленность в Кулыгина увядающей Ольги (Наталья Моисеева) действуют на зрителей с не балетной непосредственностью. На "Зимних грезах" женщины всхлипывают, мужчины вздыхают и после спектакля обсуждают не танцы, а перипетии любви. Этот странный эффект сказался даже на балетном обозревателе "Ъ", который решительно не смог припомнить, кто, где и как делал пируэты, зато отчетливо впечатал в память, как мягко свернулся бескостным мешочком убитый на дуэли Тузенбах.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20410
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Дек 18, 2014 2:20 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2014121801
Тема| Балет, Баварский государственный балет, Премьера, Персоналии, А. Ратманский
Авторы| Анна Галайда
Заголовок| Устроил пир
Где опубликовано| "Ведомости"
Дата публикации| 2014-12-18
Ссылка| http://www.vedomosti.ru/newspaper/article/815131/ustroil-pir
или http://www.vedomosti.ru/lifestyle/news/37496431/ustroil-pir
Аннотация| Премьера

Алексей Ратманский показал, каков может быть сегодня классический балет. С труппой Баварского государственного балета он вернул к жизни знаменитую «Пахиту»


Старому балету вполне идет современная сценография Жерома Каплана
Фото: Wilfried HОsl / Bayerische Staatsballett


Это название знакомо всем, кто хотя бы вяло интересуется хореографией. Во-первых, гран-па из этого балета стараются заполучить в свой репертуар все амбициозные компании, специализирующиеся на классике. Во-вторых, это настоящая легенда: именно постановкой «Пахиты» в 1847 г. сорвал банк в Петербурге молодой и наглый Мариус Петипа, явившийся в российскую столицу обманом, вместо своего брата, и не забывавший холить и лелеять этот талисман весь свой мафусаилов век. Именно поэтому спектакль позднеромантической эпохи покрылся башнями и башенками настоящего академического «большого балета» с бесконечной чредой хореографических шедевров. Их и собрали в единое гран-па сто лет назад, когда основной корпус классических спектаклей, даже очень успешных, сбросили с корабля современности революционные реформаторы.

Историю французской аристократки, младенцем попавшей в цыганский табор, за любовь которой борются предводитель табора и офицер, создателям балета удалось развернуть во всей балетной красочности. Их фантазии хватило на целых четыре акта. Ратманский, за спиной которого есть опыт воскрешения циклопического «Корсара» в Большом театре, на этот раз пошел другим путем. Он не отказался от всех перипетий старинного сюжета, но сбил их в два акта общей продолжительностью в два с половиной часа. Старинную сценографию он тоже восстанавливать не стал, а пригласил в помощники Жерома Каплана, с которым работал неоднократно и над оригинальными постановками, и над собственными версиями классики. Француз по нынешней моде ограничился созданием трех контрастных пространств — деревенской площади, кабачка и дворца, предварив их антрактным занавесом, на который в начале действия проецируется текст либретто.

Ратманский, взяв в помощники музыковеда Дана Фаллингтона, специалиста в нотации Сергеева, восстановил в первую очередь структуру балета Петипа с ее контрастным душем танцев и пантомимы, классических ансамблей и характерных плясок, па-де-де и па-де-труа. Потому что даже самые полные нотации не дают гарантии, что в XIX в. танцевали именно этот текст, и никакой другой: сама система записи Степанова не предполагает даже детализации положений ног, не говоря о руках, корпусе и голове. Здесь каждому хореографу остается полагаться только на свои интуицию, опыт и понимание законов Петипа. И Ратманский в первом акте довольно жестко выдерживает диету полуторавековой давности: никаких многооборотных пируэтов, высоких поддержек, высоко поднятых ног. Вместо них — ювелирка мелких па, тщательность работы низа ног, негибкая спина — и тонны экспрессивной пантомимы, эффектно повторяющей помещенные в премьерном буклете музейные фотографии. Артистам Баварского балета существовать в этой эстетике непросто, тем более что у них в отличие от танцовщиков больших отечественных театров практически нет навыка владения выразительным жестом. Даже Дарья Сухорукова, петербурженка по происхождению, в партии Пахиты ощущает неловкость от того, что страх, волнение, сомнения ей приходится выражать не только в танце, но и мимикой.

Зато во втором акте, знаменитом гран-па, Ратманский устраивает балетное пиршество, почти не сокращая стремления танцовщиков быть «выше, быстрее, сильнее», лишь подбирая для них исключительной красоты «раму», стилизуя позы со старинных открыток и необычные поддержки. Но здесь баварцев и подстерегает невольное коварство Петипа: в Москве и Петербурге вариации в гран-па по традиции отдаются примам и их заместительницам, благодаря чему оно сверкает и переливается бриллиантовой виртуозностью контрастных соло. В Мюнхене вариации оказались во власти обычных солисток — и финальную точку сделали победной лишь Дарья Сухорукова и Тигран Микаэлян в партии Люсьена, который с одинаковой естественностью и мимировал, и заносил, и демонстрировал мощь современной мужской техники, соединив в своем исполнении представление о лучших качествах старого и нового балета.

Мюнхен


Последний раз редактировалось: Елена С. (Чт Янв 08, 2015 12:39 pm), всего редактировалось 2 раз(а)
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20410
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Дек 18, 2014 2:33 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2014121802
Тема| Балет, Пермский театр оперы и балета, Премьера
Автор| Юлия Баталина
Заголовок| Падал прошлогодний снег
Пермский балет показал вечер британской хореографии

Где опубликовано| Новый Компаньон
Дата публикации| 2014-12-17
Ссылка| http://newsko.ru/articles/nk-2096659.html
Аннотация| ПРЕМЬЕРА

Давно уже не было в Пермском театре оперы и балета такого ажиотажа. Даже навороченные постановки Теодора Курентзиса подобным спросом не пользуются: на все три премьерных вечера билеты были раскуплены заранее, «опоздавшие на раздачу» пытались пролезть в театр правдами-неправдами. Пермь подтвердила давний статус «балетного города», с благодарностью откликнувшись на долгожданную первую балетную премьеру сезона.


Маша из Перми (Наталья де Фробевиль) — мечта офицера
Фото: Антон Завьялов


Главный балетмейстер театра Алексей Мирошниченко об этом спектакле давно мечтал, доказывал худруку Курентзису необходимость постановки. На пресс-конференции, предваряющей премьеру, он говорил, что чувствует себя так, будто «пять лет кого-то любил, а тебя посылали, а на шестой вдруг ответили взаимностью».

Вообще, Мирошниченко проявил феноменальное красноречие и склонность к изысканным метафорам. Балет ХХ века он называет «неоклассической шкатулкой», откуда пермская труппа вынимает одну за другой танцевальные драгоценности. И уже почти всё вынула! Баланчин освоен досконально, остались последние мэтры неоклассики — британцы Фредерик Эштон и Кеннет МакМиллан, на них-то и основывался замысел руководителя пермского балета. К двум признанным именам он решил добавить молодого современника Дагласа Ли, который уже работал в Перми: ставил миниатюру Souvenir для вечера современного балета «Видеть музыку» (2011 год) — этот мини-спектакль тогда даже номинировался на «Золотую маску». Благодаря подключению Ли получился вечер британского балета на рубеже тысячелетий: две миниатюры ХХ века и одна — XXI.


«Белое» па-де-де в исполнении Натальи Моисеевой и Сергея Мершина
Фото: Антон Завьялов


Стилистические и тематические переклички тоже нашлись: в балетах Эштона и МакМиллана речь идёт о зиме, Дагласу Ли тоже была заказана зимняя миниатюра. Вечер получил название «Зимние грёзы» — так называется балет МакМиллана, да и в целом название подходящее: атмосферное и слегка по-балетному манерное.

Начинается вечер с «Конькобежцев», поставленных Эштоном в 1937 году на музыку из опер Джакомо Мейербера. Красноречивый Мирошниченко говорит, что это «стильный винтаж», и сравнивает с цветными стёклами в окнах викторианских зданий: посмотришь — и весь мир снаружи немножко викторианский.

Для нынешнего наблюдателя это действительно другой мир: муфты и пелерины, цветные фонарики и снег — да, снег! — в Европе. Сейчас подобную рождественскую идиллию можно наблюдать лишь где-нибудь в Норвегии или Исландии, но во времена королевы Виктории и в Англии зимы были настоящие, снежно-ледяные, в те годы вся Европа вставала на коньки. «Конькобежцы» — это ностальгическая зарисовка, посвящённая уже почти сказочным годам, которые сквозь цветное стекло времени представляются беззаботными и невинными.

Эштон придумал для своей бессюжетной миниатюры о том, как молодёжь катается на катке, очень стильную, «скользящую» хореографию, а танцовщики пермской труппы точно и с явным удовольствием её исполнили.

Самый эффектный выход был у комического женского дуэта Альбины Рангуловой и Анны Поистоговой, но всех «сделали» опытные Наталья Моисеева и Сергей Мершин в «белом» лирическом дуэте. Моисеева нашла благодатный хореографический материал, который помог продемонстрировать лучшие её черты и качества: всё красиво — и ноги, и лицо.

Компонуя вечер, Мирошниченко, наверное, исходил из принципа контраста, потому что динамичных, разноцветных и лёгких «Конькобежцев» сменила миниатюра Дагласа Ли «Когда падал снег», поставленная на киномузыку Бернарда Херрманна. Музыка атмосферная, понятно, почему хореограф взял её для зимней темы — она похожа на звон ледышек на фоне завываний ветра. Судя по всему, современный молодой британец видит зиму как царство сковывающего холода и полного отсутствия красок.

Движения на сцене минимум, цвета вообще нет. Солисты одеты в асфальтово-серое, а вся сценография состоит из экрана, который нависает над танцовщиками, будто на нём вот-вот что-то будет показано. Но… «ружьё не стреляет», экран остаётся слепым и немым.

Основа танцевального языка балета — подвижность бёдер и плеч в противовес механичной, жёсткой неподвижности рук и ног: по телу танцовщиков будто волна проходит — и они застывают, словно манекены, в странных, причудливых позах. От артистов требуется идеальная синхронность, ибо они не просто выполняют движения под музыку, но являются элементами сложной абстрактной картины.

Эх, если бы всё это ещё можно было рассмотреть… Но в глаза зрителям так жестоко бьют прожекторы со сцены, что балет превращается в какую-то изощрённую восточную пытку. Приходится закрывать глаза, но и с открытыми трудно что-то разобрать. В антракте зрители жаловались на головную боль и сетовали, что художнику по свету стоило бы посидеть в зале на разных местах, чтобы выверить угол наклона прожекторов.

В финале мини-балета, как и следует из его названия, на сцене идёт снег — правда, чёрный, индустриальный такой, городской.

Снег сыплет на сцену в финалах всех трёх миниатюр; «Зимние грёзы» Кеннета МакМиллана — не исключение. Да и как можно обойтись без снега, если речь идёт о России? Балет поставлен на сюжет чеховских «Трёх сестёр» и, по словам Алексея Мирошниченко, представляет собой грёзы хореографа о России.

Что же такое Россия для МакМиллана? Это бесконечное застолье под большим абажуром, с самоваром, конечно же; провинциальная тоска, офицеры, адюльтеры и водка. Если кому-то нужен пример балета в духе «развесистой клюквы», то он перед вами: набор штампованной «русскости» был для балетмейстера, похоже, гораздо важнее, чем, например, характеры. Если не заглядывать поминутно в программку, не разберёшь, кто тут Тузенбах, а кто Солёный — у них и костюмы одинаковые, и хореография, и сценический функционал. Из «Трёх сестёр» британец сотворил банальную историю о романе заезжего офицера с замужней дамой. Знатоки Чехова очень удивятся.

Казалось бы, стоит ли говорить о характерах и сюжете, если мы обсуждаем балет? Там ведь в первую очередь танцуют! В том-то и дело, что нет, не так уж и танцуют. Это та разновидность «драмбалета», которая очень много взяла от пантомимы. Любителям сложной, оригинальной хореографии искать здесь нечего. Неудивительно, что зрители поверить не могли, что балет поставлен в 1991 году, — думали, опечатка, спорить готовы были, что это 1950-е годы: тогда такая хореография, наверно, выглядела передовой.

Так что снег в этом балете, конечно, падает, но слегка прошлогодний.

Справедливости ради надо сказать, что знатоки, видевшие «русские» балеты МакМиллана у него «дома», в Ковент-Гардене, утверждают, что там это смотрится гораздо лучше. Тамошние танцовщики отменно совмещают пластику и психологию, и столь любимый, можно сказать, «фирменный» макмиллановский натурализм там смотрится органично и забавно. В Перми же, когда на авансцене офицеры «портят» горничную, зал даже не смеётся.

Впрочем, впечатление от «Зимних грёз» всё равно в целом светлое, лирико-меланхолическое. В этом — огромная заслуга музыкантов, которые, одетые в исторические мундиры, всё время присутствуют в глубине сцены. Артём Абашев за роялем демонстрирует высочайшую культуру и изысканность, исполняя фрагменты из Чайковского, а русские народные мелодии в очень своеобразной аранжировке для четырёх гитар, мандолины и балалайки звучат сказочно-архаично, создавая атмосферу волшебной старины.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20410
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Дек 18, 2014 2:50 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2014121803
Тема| Балет, Пермский театр оперы и балета, Премьера
Автор| Майя КРЫЛОВА, Пермь
Заголовок| Грезы о снеге
В Перми сыграли в старую добрую Англию

Где опубликовано| Новые Известия
Дата публикации| 2014-12-15
Ссылка| http://www.newizv.ru/culture/2014-12-16/211946-grezy-o-snege.html
Аннотация| ПРЕМЬЕРА

В Пермском академическом театре оперы и балета имени Чайковского прошла премьера балетного вечера «Зимние грезы». Новый проект – две российские и одна мировая премьера одноактных балетов, поставленных британскими хореографами разных поколений.


Балет «Конькобежцы» Фредерика Аштона идеален для семейного просмотра.
Фото: С САЙТА ТЕАТРА


Худрук пермского балета Алексей Мирошниченко откровенно гордится «Грезами»: это и эксклюзивная афиша, и освоение английского балетного стиля, и, поскольку театр выбирал постановки с зимней тематикой, символическая дань уральской зиме с бодрящим морозцем и хрустящим под ногами снегом. На Новый год и Рождество театр сможет предлагать публике не только «Щелкунчика».

Правда, в отличие от балета Чайковского, новый вечер неоднороден по настроению. Если «Конькобежцы» Фредерика Аштона идеальны для семейного просмотра, то давший название проекту балет «Зимние грезы» Кеннета Макмиллана (по мотивам пьесы «Три сестры») и тем более современный «Когда падал снег» Дагласа Ли больше подходят для взрослых.

«Конькобежцы», балет 1937 года, следовало бы назвать «Фигуристы» – здесь катаются не на спортивном льду, а на уютном катке викторианской эпохи, под разноцветными фонариками. После катка персонажи пойдут греться не к батарее центрального отопления, а к камину. Обычно фигуристы заимствуют идеи из балета, а тут обратная история. Танцевальные эпизоды опер Мейербера «Пророк» и «Северная звезда», в которых торжественные марши оборачиваются легкой мазуркой, поддерживают забавную имитацию катания (с помощью скользящих балетных па), перебиваемую виртуозными мужскими комбинациями, мазками английского юмора и женским кокетством, при котором носок пуанта вонзается в пол, как конек – в лед.

Мелькают шапочки с помпонами, капоры с завязками, задорные курточки, отороченные мехом, красные и синие «коньки». Смешат имитации падений, нарушающих порядок в стройных рядах фигуристов. Задает настроение парадная пара, в движениях которой слово «поддержка» приобретает не только балетный, но и буквальный смысл, а «обводка» балерины, кружащейся на стопе, всерьез напоминает о фигурном катании. Танец прошит амбициями «главного фигуриста», на зависть всем выстреливающего «заносками» и крутящего большой пируэт, условно адекватный ледовому «тулупу» или «акселю». Английская хореография должна исполняться по-английски: естественно, чисто и легко, с тонким чувством координации, актерски ярко, но и чуть сдержанно, без «жирных» штрихов. Пермская труппа, без сомнения, стремится приблизиться к этому идеалу.

Балет «Зимние грезы» (1991) на музыку романсов Чайковского и русские народные песни, казалось бы, легко понравится нашей публике: со школы знакомая история, открытая лирика чувств, условные классические па и натурально показанный быт с «реализмом» деталей. И вообще, прообразом чеховских сестер были дамы из Перми. Но смущает «иностранно-туристическая», неорганичная смесь классики и народных «коленец», как и переизбыток в создании «колорита» – пощечина и вязанье носка, хихиканье горничных, которых тискают солдаты, балалайки и самовары, детская коляска со спеленатым младенцем, непременные березки и непременная бутылка водки, из которой взахлеб пьют, путаясь ногами в упавшем стуле.

Взлетные мужские прыжки и простонародные перекидные «козлы» офицеров, «щемящие» руки сестер, непрерывно делающих арабески, цепь лирических, драматических, даже гротесковых дуэтов не сводят на нет риск «клюквы» в пятидесятиминутном балете. Хотя и о психологической насыщенности Макмиллан позаботился, и история в общем трагическая, но все равно «Зимние грезы» для России слегка смешны. Как наш балет «Дон Кихот» для испанцев.

Мировая премьера – балет «Когда падал снег» – сделана специально по заказу Перми. Хореограф взял музыку Бернарда Херрманна, известного как автор саундтреков к фильмам Хичкока. В немного зловещей партитуре словно стучат льдинки и мчатся зимние тучки. Даглас Ли поставил бессюжетную грезу, обладающую притягательностью «страшной сказки». Модерн-данс, замешанный на классике, иногда в рапиде, и свет, то бьющий в глаза от задника, то медленно гаснущий, создают атмосферу почти готическую. На сцене – белый экран, оттеняющий черный линолеум. Серые костюмы исполнителей. И снег, эмблема «Зимних грез», падающий из-под колосников в третий раз за вечер.

Какой контраст с «Конькобежцами»: там – простодушие и прекрасная ясность, здесь – тайна и замысловатость. Типы танцовщиков-кукол из некоего сна или запредельного сумрака («застывшие скульптуры», как описал хореограф) легко изображены пермской труппой, поскольку Ли ставил танцы с учетом персональных особенностей. Соло Александра Таранова, гнувшегося телом, как замерзшая былинка на ветру, заставило порадоваться мастерству танцовщика. Да и прочие артисты были гибки и колоритны. Как будто фигурки с напольных часов сошли с мест и принялись куролесить в ночи. А может, это парад знаменитых английских привидений.


Последний раз редактировалось: Елена С. (Чт Янв 08, 2015 12:40 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 11762

СообщениеДобавлено: Чт Дек 18, 2014 6:36 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2014121804
Тема| Балет, Театр Якобсона, Премьера, «Ромео и Джульетта»
Авторы|
Заголовок| Театр Якобсона покажет на сцене БДТ «закулисную» трагедию Шекспира
Где опубликовано| Аргументы и факты в Санкт-Петербурге
Дата публикации| 17/12/2014
Ссылка| http://www.spb.aif.ru/culture/event/1408494
Аннотация| Театр балета им. Леонида Якобсона
На обновленной сцене БДТ балет «Ромео и Джульетта» предстанет как история борьбы двух театральных династий.

Премьерные показы балета «Ромео и Джульетта» по одноименной трагедии Уильяма Шекспира на музыку Сергея Прокофьева состоятся 19 и 20 декабря на обновленной исторической сцене БДТ имени Товстоногова.

Спектакль для Санкт-Петербургского государственного академического театра балета имени Леонида Якобсона поставил молодой балетмейстер и солист Мариинского театра Антон Пимонов. Для него это не первый опыт сотрудничества с театром Якобсона – в качестве хореографа он в начале этого года представил одноактные балеты «Iberia» на музыку Дебюсси и «В темпе снов» на музыку все того же Прокофьева. «Ромео и Джульетта» стал его первой крупной работой. Перед балетмейстером стояла задача гармонично переплести академичный и современный танец, поскольку этого требовал сюжет, задуманный режиссером – художественным руководителем Рижского русского театра им. М. Чехова Игорем Коняевым.



Трагедия Шекспира превратится в конфликт балетных школ. Фото: Театр балета им. Леонида Якобсона

Балет растапливает лёд. Борис Эйфман о том, что искусство выше политики
Для Игоря Коняева это первая работа в балете. По его признанию, самым сложным было не вписаться в рамки непривычного жанра, а сплотить участников. «Никто не понимает, что главное в работе режиссера – каждый раз заново находить общий язык с группой, добиваться, чтобы все друг друга слышали, - поделился режиссер с корреспондентом SPB.AIF.RU. – Легендарный британский режиссер Питер Брук говорил, что 50% репетиционного времени тратит именно на сближение участников спектакля. Моя задача в этой постановке была затруднена еще тем, что это балет, а танец имеет право сочинять только хореограф – я могу лишь подавать идеи. Кроме того, необходимо было изобрести два языка для двух задействованных в спектакле стилистик: современной и классической. Это оказалось непросто, но я доволен результатом и верю, что зрители поймут и оценят нашу работу».

Зрителям предстоит увидеть весьма смелую трактовку шекспировской трагедии, в которой действие разворачивается за театральными кулисами, а конфликт между двумя семействами превращен в войну двух актерских династий.

В центре постановки оказались противостояние традиции и новаторства, борьба идей и поиск равновесия. Чтобы добиться нового звучания, Игорю Коняеву пришлось изменить классическое либретто, написанное Сергеем Прокофьевым, Сергеем Радловым и Адрианом Пиотровским в 30-х годах прошлого века. Однако режиссер признается, что старался как можно меньше вмешиваться в оригинальную драматургию и вносил коррективы лишь там, где нужно было показать второй – балетный – смысл истории.

Несмотря на противостояние классики и модерна, эпатажа в спектакле не будет.

Перед зрителем предстанут две балетные труппы — Capulet Classic Ballet Theatre и Montague Modern Dance Theatre, символизирующие, соответственно, традиционную и современную танцевальные школы.

По словам Антона Пимонова, в спектакле будет много эпизодов с участием кордебалета, дуэтов и сольных номеров. Роль Джульетты исполняет солистка театра Алла Бочарова, Ромео - Максим Зюзин.

Количество декораций сведено к минимуму, как и использование театральной бутафории. Балетмейстер все мизансцены, вплоть до сцены драки, предпочел решить хореографически. Тем не менее, авторы обещают, что сценография впечатлит зрителей своей функциональностью. Каких-либо эпатажных включений в традиционный сюжет, кажется, ожидать не следует.

В постановке задействованы две "Джульетты" - по словам, авторов, совершенно непохожие.

Антон Пимонов признается, что старался не показать конфронтацию двух балетных школ, а выявить что-то общее в классическом и современном танце, продемонстрировать, как они могут сочетаться и дополнять друг друга. В этом ему, безусловно, помогла любовная линия спектакля – Джульетте в наряде шекспировских времен предстоит танцевать с Ромео, на котором надеты джинсы и майка.

Постановка приурочена к 450-летию со дня рождения Уильяма Шекспира.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 11762

СообщениеДобавлено: Чт Дек 18, 2014 6:41 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2014121805
Тема| Балет, Екатеринбургский театра оперы и балета, Премьера, Тщетная предосторожность, Персоналии, С. Вихарев
Авторы|
Заголовок| В Екатеринбургском оперном театре поставят балет на фоне полотен Винсента Ван Гога
Балетная труппа реконструирует хореографию Мариуса Петипа
Где опубликовано| ТАСС. Новости Урала
Дата публикации| 17 декабря
Ссылка| http://tass.ru/ural-news/1653099
Аннотация|



Как рассказал журналистам автор новой сценической редакции балета - хореограф Мариинского театра Сергей Вихарев, сценография, декорации и костюмы будут сделаны на основе живописных полотен Винсента Ван Гога. "Конечно, он никогда не работал над балетом, но поскольку действие этой истории происходит на юге Франции, а никто лучше и ярче Ван Гога не изобразил Францию, нам показалось уместным и правильным использовать его произведения, вдохновиться его творчеством", - сказал он.

Солистка Екатеринбургского театра оперы и балета Елена Воробьева еще ни разу не участвовала в постановке "Тщетной предосторожности" и, осваивая хореографию Петипа, планирует приобрести новый актерский опыт. "С классическим исполнением подобных произведений мы, конечно, знакомы, но здесь комедия и очень много мизансцен, в которых необходимо соблюсти очень тонкую грань. Комедия должна быть легкой, чтобы зрителю было смешно, но мы на сцене, при этом, оставались спокойными и серьезными. Трагедию в таких случаях играть проще", - призналась балерина.

Специалист по реконструкции старинных балетов, Сергей Вихарев пообещал "осовременить" технику танца и манеру игры. "Так как это запись танца в системе Владимира Степанова, артиста балета императорской Петербургской труппы конца XIX века - что-то вроде нотной грамоты, то моя задача - расшифровать эти рукописи и "надеть" их на артистов балета, чтобы все "хорошо сидело", - объяснил свой замысел Вихарев.

Премьера балета "Тщетная предосторожность" назначена на 15 мая 2015 года. Также до конца сезона в Екатеринбургском оперном театре планируют поставить оперу Джузеппе Верди "Риголетто" и балет "Лебединое озеро" П.И. Чайковского в редакции хореографа Александра Сергеева из Мариинского театра.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20410
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Дек 18, 2014 6:50 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2014121805
Тема| Балет, МАМТ, Премьера, Персоналии, Джон Ноймайер
Авторы| Ирина Удянская
Заголовок| Итак, она звалась Татьяной
Где опубликовано| Watch Russia
Дата публикации| 2014-12-18
Ссылка| http://www.watchrussia.com/articles/itak-ona-zvalas-tatyanoy
Аннотация| ПРЕМЬЕРА

На сцене Музыкального театра имени Станиславского и Немировича-Данченко Джон Ноймайер, за которым закрепилась репутация «лучшего балетного ума Европы», поставил свой третий спектакль – «Татьяну» по пушкинскому «Евгению Онегину». Это копродукция театра с Гамбургским балетом. А главную роль на премьере исполнила блистательная Диана Вишнева.


Фото: Anna Klyushkina

В том, что касается трактовки священного для всех русских текста, Ноймайер солидарен с Достоевским. «Может быть, Пушкин даже лучше бы сделал, если бы назвал свою поэму именем Татьяны, а не Онегина, ибо бесспорно она главная героиня поэмы», – писал тот в своей «Пушкинской речи». Весь балет стал попыткой исследования душевного мира Татьяны, ее фантазий и ощущений, безумных надежд и болезненной трансформации через безответную любовь к Онегину, а в финале – к осознанию того, что есть в мире вещи и поважнее страсти. Покой и воля, например, осознанный выбор, человеческое достоинство.

Ноймайер – ученик Джона Кранко, создателя своей, ставшей уже культовой версии «Онегина», однако у нынешнего спектакля почти ничего общего с предшественником. Вместо Чайковского – странная атональная музыка современного композитора Леры Ауэрбах, где аллюзии на Шнитке и Шостаковича переплетаются с городским фольклором. Вместо XIX века – соцреализм, комсомолки в косынках, солдаты в гимнастерках, Ленский в джинсах и хилфигеровской рубашке и Онегин в клубном пиджаке на голое тело. Прошлое перемешивается с будущим, классика – с современным художественным видением и пластическим языком.

Ноймайер, безусловно, далек от того, чтобы сделать подстрочник, он не следует Пушкину буквально, что вызвало, кстати, праведное негодование части публики (да и вообще балет получил не такие уж хорошие отзывы в прессе). Драматические события первых шести глав уместились у него в один акт, седьмая глава о том, как Татьяна в одиночестве «излечивалась» от своей любви в онегинской библиотеке, выпала вовсе, а весь второй акт отдан греминскому балу, то есть действие то несется вскачь, то сильно замедляется и провисает. Много в балете и клише, определяющих для европейцев «русский стиль»: православные попы, самовары, березки, ушанки, герои хлещут водку «из горла», а на именинах Татьяны звучит «Цыпленок жареный». Онегин (Дмитрий Соболевский) высокомерен, брутален и лыс, Гремин (Алексей Любимов) «вырастает» из игрушечного плюшевого мишки и медведя из эротических фантазий Татьяны, Ленский (Алексей Бабаев) – не поэт, а композитор.

Но в целом спектакль получился яркий, абсолютно самодостаточный, живой, сложный, полный деталей и нюансов, требующих повторного просмотра. Отдельного восхищения заслуживает Диана Вишнева в партии Татьяны. Когда любуешься ею в современной хореографии, обращаешь внимание в основном на безупречное тело и музыкальность. А в этой роли Вишнева будто раскрылась в 3D, во весь объем своего таланта. В начале балета она «дика, печальна, молчалива», «чужая девочка», аутсайдер, нелюбимый ребенок, инкапсулированный в выдуманном мире Малек Аделей и де Линаров. Она трогательно выглядит в павлопосадском платке до пят, с тоненькими косичками, с огромными печальными глазами, устремленными на объект страсти. В финале – это блистательная светская дама в бальном платье, вырвавшаяся из тесного провинциального мирка и слишком поздно получившая все, о чем мечтала. Татьяна Вишневой не разочаровывается в Онегине, она просто его перерастает. И последний дуэт кажется пронзительным флэшбеком перед окончательным и бесповоротным концом.


Фото: Oleg Chernous
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20410
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Дек 18, 2014 7:11 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2014121806
Тема| Балет, Челябинский Государственный академический Театр оперы и балета им. М.И.Глинки, Премьера, "Баядерка"
Авторы| Клара Антонова
Заголовок| «Баядерка». Челябинский театровед Клара Антонова о премьере балета
Где опубликовано| Аи­Ф Челябинск
Дата публикации| 2014-12-15/16/18
Ссылка| http://www.chel.aif.ru/culture/theater/1406774
http://www.chel.aif.ru/culture/theater/1407761
http://www.chel.aif.ru/culture/theater/1410203
Аннотация| ПРЕМЬЕРА

Один из самых грандиозных, монументальных спектаклей Людвига Минкуса и Мариуса Петипа. Сюжет балета, основанный на мотивах древнеиндийского эпоса, сегодня представляется завораживающей восточной сказкой о любви, верности и коварстве.



До начала спектакля

Осенний воскресный вечер. Мы с приятельницей отправляемся в оперный театр на премьеру балета «Баядерка». Погода мерзкая: пасмурно, холодный ветер, серый цвет в городе главенствует. Асфальт, дома, деревья, небо – всё окрашено в монотонно–грустные тона.

Под ногами голый лед . Подход к ступеням и колоннаде портика театра сложен и опасен. Кое–как преодолев дорогу к спасительному храму, сбросив с себя на пару часов тяжелый груз житейских забот, тревог, проблем, мы оказываемся внутри вестибюля Театра оперы и балета имени М.И. Глинки. Где надежна почва под ногами, где светло, тепло, многолюдно.

До начала спектакля у нас еще довольно времени. Оставив утепленную верхнюю одежду в гардеробе, мы приобретаем программки и альбом «Татьяна Предеина». Заняв свои кресла в зрительном зале, рассматриваем портреты нашей примы, идеальной фото–модели балетного мира. В числе многочисленных актеров–знаменитостей, запечатленных в альбоме, есть партнер Татьяны по спектаклю «Анюта» – Геннадий Янин, первый солист Большого театра России, обладатель Национальной театральной премии «Золотая маска», ведущий передачи «Абсолютный слух» на телеканале «Культура».

Из тех зрителей, кто накануне челябинской премьеры «Баядерки» видел одну из последних программ Янина, мог представить его многоликого героя. Не только миллионера, журналиста, театрального критика, историка балета, уникального коллекционера, собравшего около 15 тысяч раритетов по танцу (рисунков, фотографий, документов), автора «Истории танцев всех времен и народов», пьес, романов, издателя, редактора «Петербургской газеты», к тому же, серьезного садовода, награжденного за художественные успехи в усадебном ведении хозяйства золотой медалью.

Но и одного из создателей либретто (от итальянского libretto– изложение сценического действия и сюжета балета, издаваемое театром в помощь зрителю в виде брошюры или отдельной листовки) «Баядерки» Сергея Николаевича Худекова. Весь рассказ о нем сопровождался звучанием музыки Людвига Минкуса – композитора «Баядерки», бесценного сотрудника легендарного хореографа «Баядерки» Мариуса Петипа.

Так, просмотр фотографий в юбилейном альбоме , посвященном 25–летнему творческому пути танцовщицы сегодняшних дней, привел ход моих мыслей к дальним временам, когда три человека – Петипа, Худеков, Минкус, задумали и воплотили свой замысел.

И 23 января 1877 года представили премьеру «Баядерки» на сцене Санкт–Петербургского Большого театра.

Но минуло больше века с тех пор. Утеряно многое. Хореография, музыка, сценарий лишились первоначального вида. Отсутствие видеозаписи не позволило зафиксировать «текст» балета. «Исправления» и «сокращения» изменили облик спектакля. Даже почтения к его творцам с появлением видео несколько поубавилось, если судить по театральной программе к новому варианту «Баядерки».

На лицевой странице обложки указано лишь одно имя композитора, два других– балетмейстера и либреттистов (Петипа и Худекова) исчезли. Я надеялась встретить имя сочинителя танцев 19–го века рядом с именем Юрия Клевцова – постановщика 21–го века (хотя бы, в скобках «по Петипа»), но напрасно.

Хотя, во вступительном слове, предшествующем перечню имен сегодняшних создателей «Баядерки» (дирижера–постановщика Романа Калошина, художника–сценографа, художника по костюмам и по свету Дмитрия Чербаджи, художника по свету Андрея Потапова, репетиторов балета–Андрея Булдакова, Галину Борейко, Ирину Сараметову, Эдуарда Сулейманова, Наталью Терентьеву, помощников режиссера– Александра Домрачева, Розу Галимулину, концертмейстеров Михаила Рейнера, Александра Свободина, Елены Хлызовой) руководитель челябинского балета объясняет публике свою позицию:

«Уважаемые зрители... На сцену... возвращается... спектакль, покоривший миллионы сердец поклонников балетного искусства своей удивительной восточной историей и безупречной хореографией великого Мариуса Петипа... Что касается хореографии, то я стараюсь бережно сохранять шедевры классического наследия Русского балета, но при этом спектакль сделать более современным и динамичным».



Действительно, прекрасные фрагменты «Баядерки», включая «Тени» , украшают сегодня сцену нашего главного музыкального театра. А имя Петипа, чья хореография легла в основу спектакля, упомянуто благодарным реставратором.

Сюжет

Рядом со мной расположились мама с дочкой. Они увлеченно читали вслух сценарий балета. Напомню его читателю и я.

Действие происходит в древней Индии. Главные герои – баядерка (храмовая танцовщица) Никия, влюбленные в нее – знаменитый воин Солор и Великий брамин (жрец высокого сана) Дугманта, могущественный раджа, Гамзатти его дочь и невеста Солора.

Отвергнутый баядеркой брамин способствует вероломному убийству Никии. Во время религиозного праздника ядовитая змея, спрятанная в корзинке с цветами, жалит своим смертельным укусом баядерку. Погубленная Никия попадает в «Царство теней». Там она встречается со своим возлюбленным Солором, наказанным разгневанными богами за предательство ...

«Он просит у нее прощения, Никия уводит его за собой в мир вечной любви», – так заканчивается краткое либретто.

Пока разбиралась с программкой, свет в зале уменьшился, огни огромной люстры погасли, зрители, заполнившие партер, амфитеатр, ложи бенуара, бельэтажа, балкон затихли, отключили мобильные телефоны, к дирижерскому пульту направился Роман Калошин... (Продолжение следует)



Дирижер

Не первый раз вижу Калошина, дирижирующего балетными спектаклями. Но, благодаря «Баядерке», узнала немало нового. Что он наш земляк, что в Оперном театре имени М.И. Глинки с 2009 года, что сочиняет музыку и является лауреатом Международного композиторского конкурса 2006 года в Москве («Пьеса для гитары соло» ), что создает самобытные программы с любимцем меломанов, контртенором (самый высокий , редко встречающийся мужской оперный голос) Артемом Крутько, что побеждает на челябинском областном театральном фестивале «Сцена––2014» в номинации «Лучший дирижер» за спектакль «Мистер Икс» Имре Кальмана, что входит в жюри «Песня города–2014», что проявляет интерес к разнообразной музыке: симфонической, оперной, хоровой, оперетте, мюзиклу (он автор музыки к «Русалочке»–мюзиклу по сказке Х. К. Андерсена).

Но к балету испытывает особое пристрастие. По моим наблюдениям, «Баядерка» – 16–ый в этом жанре. Зная , как мало балетных дирижеров, способных глубоко познать специфику балетного театра, с его особым, обостренным ощущением ритма , стиля, с концентрацией внимания не только на партитуре, но и на танцовщиках , с умением аккомпанировать как солистам , так исполнителям ансамблевых номеров и со многими другими тонкостями понимания законов хореографии. Нельзя не вспомнить здесь самого Минкуса – знатока балета. Любопытен другой факт.

В середине прошлого века в Москве прославился Юрий Файер – дирижер Большого театра, репертуар которого насчитывал более 50 балетов. За высокий уровень мастерства дирижирования балетами он был награжден Государственной премией СССР.

В нашем театре тоже оставили по себе добрую славу музыканты, отдавшие часть души балету: С. Арбит, В. Руттер И. Зак (с его двумя балетами С. Прокофьева), В. Мюнстер, Э. Гульбис, ставший первым дирижером «Баядерки», и другие. Они бывали в балетном классе. Кто на уроках артистов, кто на репетициях. Старались запомнить пластические «тексты» спектаклей, уловить особенности физических данных исполнителей, чтоб во время спектакля корректировать темпы, поддерживая танцовщиков во время прыжка или технически– сложных движений.

Есть надежда, что Роман Калошин будет также верен балетному театру, как его предшественники.

Первое действие. Первая картина

Взмах рук Калошина , и зал наполнился знакомыми мелодиями Минкуса. Ожили страницы партитуры Алоизия Людвига (на русский манер – Людвиг Федорович) скрипача, композитора, дирижера, около 4–х десятилетий прослужившего российскому искусству вместе с одним из самых плодовитых хореографов – Альфонсом Виктором Мариусом (по–русски: Мариус Иванович) Петипа, артистом, педагогом ,отдавшим более 60–ти лет нашему Отечеству, обогатившим репертуар мирового балета бесценными творениями.


Яркие костюмы, удивительной красоты декорации и великолепное мастерство артистов. Фото: Челябинский Государственный академический Театр оперы и балета им. М.И.Глинки

«Баядерка» – одно из них. А время рождения балета специалисты назвали просто – «Эпоха Петипа». И ни один оперный театр страны не обходится без балетов Петипа, наш – тоже.

Итак, спектакль начинается.

Он погружает зрителя в священные владения храмовых жрецов во главе с Великим брамином (Андрей Булдаков.) Здесь и далее я указываю имена исполнителей, виденных мною в двух спектаклях. Вся сцена окрашена в синевато– голубые, черные тона. В светлом одеянии, выделяясь на фоне нарисованного силуэта старинного индийского храма, появляется Солор (один вечер в этой партии был занят Александр Цвариани, в другой – Ясуоми Акимото. Надо заметить, я совсем не узнала Цвариани. Мне показалось, что этот юный, стройный молодой танцовщик, которому необыкновенно идет костюм, кто–то из новеньких. И каким приятным оказалось признание одного из любимых моих артистов).

Солор приказывает факиру (Евгений Атаманенко, Зураб Микеладзе) сообщить Никии о желании встретиться с ней. Сам удаляется.

Начинается праздник огня. Факиры, ушедшие от человеческих радостей, буйствуют вокруг жертвенника (артисты мужского кордебалета). Их грубые, нарочито корявые движения с согнутыми коленями, локтями, спинами, с фигурами, облаченными в лохмотья, с их дикой пляской, рядом с широкими повелительными жестами Великого брамина – Булдакова контрастны тихой, скромной поступи баядерки Никии (Екатерина Тихонова, Екатерина Хомкина–Сафронова), ее грациозной молитвенной пластической «речи».



Но, когда Великий брамин – Булдаков признается в любви Никии (Хомкиной, Тихоновой), исполнительница партии останавливает «святотатственное признание» решительным, протестующим жестом.

Картина вторая. « Две соперницы»

Действие переносится в экзотический дворец раджи Дугманты и его дочери Гамзатти. Мрачные тона таинственных владений жрецов сменяются бело–золотистыми орнаментами многофигурных украшений яркого просторного зала.

Что соответствует эскизу художника Дмитрия Чербаджиди, помещенного с двумя другими на страницы театральной программки. Они украсили ее, стали для меня ценными, достоверными. И воскресили (здесь, с позволения читателя, как всегда обращусь к заметкам на полях) незабываемые решения сценического пространства нашего театра такими художниками, как Е. Чемодуров, А. Дулевский(первый сценограф «Баядерки» в Челябинске), А. и В. Арефьевы, А. Морозов, Н. Гриневич, Е. Лысик (чувствующий балетный костюм, гармонически сочетающий его с колоритом декораций, с музыкой), его ученик А. Злобин, А.Ипатьева.

( Жаль, что театр не имеет своего художника, который постоянно мог бы следить за декоративно–световой атмосферой не только премьерных, но и рядовых спектаклей. А пока только приглашенные иногородние сценографы, чье присутствие на спектакле прекращается с премьерными показами . В последнее время мне не дает покоя мысль о нашем Театре, в многолюдном штате которого нет Художника.) В « Баядерке» постановщики, объединив всех работников производственных мастерских, артистические силы, постарались наполнить хореографическое действо изобилием костюмов, бутафории, танцев, чем так знаменита «Баядерка»...

Однако, продолжим разговор о второй картине.

Царская дочь ,узнав о любви своего жениха к баядерке, хочет увидеть Никию и услышать, правда ли, что Солор обожает ее, и велит позвать баядерку. Приходит Никия. Гамзатти говорит Никии о скорой своей свадьбе и приглашает танцевать на ней Никию. Но не торопится показывать портрет жениха. В этой картине уже ясно обозначилась интрига спектакля, появились новые действующие лица: раджа Дугманта (Юрий Федин, Михаил Филатов – оба высокие, стройные, с царственным апломбом , как положено по роли), его дочь Гамзатти ( Татьяна Предеина, Дарья Демченко), Айя, невольница (Елена Цуканова, чья небольшая роль очень важна и заметна) и прежние – Солор, Великий брамин, Никия.

Краткие пантомимные мизансцены, чередующиеся по железному правилу Петипа с танцевальными, подготавливали зрителя к третьей , кульминационной картине со знаменитым танцем Никии со змеей. Здесь же, во второй – в центре две фигуры: храмовая танцовщица( Хомкина–Сафронова, Тихонова) и царская дочь (Демченко, Предеина).

Четыре исполнительницы двух главных женских ролей по–разному, в силу отличных друг от друга индивидуальностей, окрашивают пластическую «речь» своих героинь. Наиболее доходчиво и ярко сцену у портрета Солора, на мой взгляд, провела Татьяна Предеина. Дело в том, что сейчас в балетном театре редко, кто владеет искусством пантомимы.

Сам Петипа, сын танцовщика и трагической актрисы, был первоклассным актером – мимом. По воспоминаниям современника: «наиболее потрясающим были те моменты, когда Петипа сочинял мимические сцены. Показывая каждому участнику по очереди, он настолько зажигался ролями, что весь зал, затаив дыхание, следил за необычайно выразительной мимикой этого художника–гиганта. Когда сцена была поставлена, раздавался взрыв аплодисментов...».

В нашем театре в числе педагогов– репетиторов есть один, кому известны секреты пантомимы. Это Ирина Сараметова. Возможно, ее многолетняя ученица Предеина сумела уловить элементы сложного искусства в показах и рассказах своего наставника, да и сама прошла нелегкий путь познания профессиональных тонкостей сценического мастерства так, что сумела создать образ второго плана запоминающим. В сцене, когда ревнивая Гамзатти–Предеина убеждается в настоящей угрозе ее браку с Солором–Цвариани, движения ее героини теряют сдержанную строгость, тревожную настороженность. Превращение царственной гордячки в разъяренную тигрицу (не зря у ног раджи и его дочери – тигровая шкура) происходит молниеносно.

Когда Гамзатти –Предеина,не спешащая до последнего мгновения « произнести» имя жениха, вдруг, грубо схватив обеими руками за плечи Никию–Тихонову резко разворачивает и останавливает перед портретом Солора, затем с неимоверным гневом впивается в руку соперницы своей рукой, раскручивает и безжалостно швыряет на пол.

Настоящую месть сопернице ее героиня припасет к следующей картине. В этой – благодаря образу Гамзатти, по–новому раскроется внутренний, часто глубоко скрытый, темперамент Предеиной.



Третья картина. «Смерть баядерки»

На фоне расписанного задника с фасадом дворца раджи в торжественном марше появляются участники многоликой, разноцветной процессии. Богатых несут в паланкинах, Золотого божка( Норайр Закарян, Валерий Целищев) ,как драгоценную ношу, на особых носилках высоко над головами, знаменитый воин Солор (Александр Цвариани, Ясуоми Акимото) в белом костюме и чалме восседает на огромном бутафорском слоне. Шествия, являющиеся истинной изюминкой творений Петипа и украшением императорских театров перекочевали на южноуральсекакую сцену.принеся частицу аромата «русской балетной Индии».

По велению раджи открывается праздник в честь помолвки Гамзатти и Солора. Начинается дивертисмент(то есть развлечение), когда ряд танцевальных номеров следуют один за другим.

Меняются композиции групп, переходы танцующих, аксессуары (сабли, шарфы, попугаи, корзины с цветами , другие предметы, с которыми танцуют исполнители), сольные вариации, массовые ансамбли, дуэты (лучшим для меня стал дуэт Предеиной, Цвариани), «Большой классический танец» (Алена Филатова, Олеся Карпенко, Валерия Клюева, Альфия Замалеева, Евгений Атаманенко, Александр Тихонюк) рядом с милой миниатюрой «манну», девушки с кувшином (Ольга Дырда) и двух крошечных спутниц, просящих у нее воды (Анна и Алена Алексеевы), характерные, демихарактерные: Золотой божок (Норйр Закарян, Валерий Целищев), Танец с барабаном,.известный, как «Индусский» (Юрий Федин, Зураб Микеладзе Юлия Шамарова, Михаил Филатов, Наталья Большина, Евгений Атаманенко) – все разноцветным калейдоскопом меняло ритмы, темпы, краски пока аплодисменты и пауза не прервались жалобной мелодией баядерки.

Из дальней задней кулисы в темно–вишневом костюме, покрытая тончайшим покрывалом, выходит из толпы Никия–Хомкина–Сафронова (эта танцовщица стала для меня пока более убедительной в главной партии, потому я скажу пару слов лишь о ней).

По приказу раджи Никия должна забавлять публику. Героиня (Хомкина–Сафроновоа) замечает, как Солор (Ясуоми Акимато ) отворачивается к своей невесте. Никия раздавлена изменой возлюбленного. Но, сбросив накидку, начинает танцевать. Смятение и скорбь звучат в голосе скрипки (жаль, что в программке не указан солист оркестра, так выразительно исполняющий печальную мелодию ), а тело танцовщицы откликается сдержанной, певучей фразой.

Пластическая речь Хомкиной–Сафроновой окрашена в чистые, ясные, грустные тона. Беспокойные движения гибкого корпуса то в одну, то в другую сторону ,подъем на пальцы, опускание на колено, заломленные над головой руки – все, даже быстрая вторая часть отчаянного танца, не успокаивали и не заглушали внутреннего беспокойства героини Хомкиной–Сафроновой, не желающей на глазах у людей показывать силу своего страдания.

Приближалась развязка. Из корзины с цветами выползала, растревоженная танцем баядерки, змея, неожиданным укусом губила невинную жертву.

Глядя на исполнительницу нового поколения молодых артистов, понимаешь, что мне было даровано счастье испытать в театре сильное чувство – видеть на челябинской сцене в образе Никии Ларису Ратенко. Она превращала танец со змеей в трагический монолог–исповедь о крушении надежд, о жестоком обмане, о горечи утерянной веры, о крахе любви.

Каждое движение наполнялось душевными муками. Хорошо известными самой балерине. А стихия интуитивного таланта актрисы овладевала зрительным залом и коллегами.

Говорят, человек жив впечатлениями. Они долго живут в нашей памяти. Так зримо встает передо мной Никия–Ратенко. Возможно, танец Солора– Ясуоми Акимото в сегодняшней версии «Баядерки» останется не заслоненным другими исполнителями.

Солор–Ясуоми Акимото

Впервые я увидела этого нового артиста всего лишь год тому назад в спектакле Раду Поклитару «Веронский миф: шекспирименты». Обратила внимание на особо выразительного Тибальда и прочла имя и фамилию, непривычные для произношения.



Потом, в концертной программе – в сложной вариации Джеймса из балета «Сильфида» и современном номере. Не смотря на разноплановость хореографии и стилистическую неповторимость образов, танцовщик везде был хорош. Чувствовались русская школа танца, хорошие учителя. Оказалось, он – выпускник Московской академии хореографии, быстро вошел в репертуар театра. Успел стать лауреатом конкурса «Арабеск–2014» и, наконец, станцевать главную мужскую партию в премьерной «Баядерке».

Юрий Клевцов (сам создавший образ Солора на сцене Большого театра, оцененный зрителем за чистоту танца, красивую фигуру, изящные манеры, полетный прыжок) не мог не заметить достоинства двух танцоров, выбранных для Солора. Мужественность, рыцарское отношение к даме (важное в дуэтах), умение эффектно подчеркивать финальную позу в завершенном танце, прыжок у Александра Цвариани. Молодость, энергию, технику вращений, академичность исполнения технически сложных комбинаций и, конечно, невероятно легкий, природный, огромный прыжок у Ясуоми Акимото.

«Челябинский японец», как нарекли Акимото пермские критики, пришелся по душе южноуральцам. Появление, уход, стремительные взлеты, зависания, мягкие приземления, чувство наслаждения от свободы парения в воздухе – все приветствовалось публикой аплодисментами и восторженными возгласами «Браво!». Так было и в третьей, и в пятой картине. Когда ты не рассуждал о предназначении танцовщика к тому или иному амплуа по его внешним физическим данным, не думал, что невысокий рост – преграда для исполнения партий героического плана, ты просто наслаждался классическим танцем и «летающим» танцовщиком.

Действие второе. Картина пятая. Царство теней

В либретто этой картине посвящено всего два предложения, поясняющих встречу Солора со своей возлюбленной в мире вечной любви, в царстве теней. После яркой декоративности сцена погружена в темноту. В прежней постановке 1960–го года (художник Дулевский) театр подчеркивал фантастичность сюжета некоторыми вспомогательными средствами. Тюль у самого просцениума разделял зрителей и артистов, создавая атмосферу таинственности. Тщательно разработанная, световая партитура уподобляла танцовщиц «медленно клубящемуся туману».

А высоченный наклонный станок подчеркивал неземное явление теней. Сегодня мир теней более холодный и суровый. Ночь. Вокруг ни деревца, ни травинки – ничего. Лишь острые утесы на заднем плане, лишенные какой–либо опоры, угрожающе нависают над головами действующих лиц, стремясь улететь в единственно манящую световую тоннель. Где ни горя, ни болезней, ни страданий. Здесь же, на сцене, мир гармонии создают артисты балета. Будто вслед за создателем пластического шедевра Петипа они повторяют: «Стремись к красоте, грации и простоте и не признавай других законов».

Появление теней завораживает своей живописной прелестью. С высоты черного пространства, в белой пачке с, прикрепленным к кистям рук, прозрачным шарфом, как из небытия, возникает одна «тень», за ней другая, третья и так далее. Пока, спускаясь по крутой извилистой тропинке, все 30 танцовщиц не окажутся внизу, на ровном пространстве сцены. В скорбном молчании «тени» многократно повторят вздохи рук, корпуса, головы, словно поясняя тайный рассказ о невинно загубленных душах....Весь акт проносится как мгновенный балетный сон.

Сон, в котором ты видишь чистый, никем не нарушенный ансамблевый танец кордебалета, как это было на премьере. Отдельные вариации(короткий мужской или женский виртуозный танец).

Одна – мелкая, щебечущая, как птица. Другая – широкая, распахнутая, с ударами одной ноги о другую. Третья – стелющаяся, мягкая, женственная.

Солистки Валерия Клюева, Дарья Демченко, Юлия Шамарова старались постичь особенность хореографии каждой миниатюры. Четвертая – главная (Никия–Хомкина–Сафронова) сложна кантиленой ( певучестью) движений и техникой вращений. И поддается далеко не каждому. Даже для опытных исполнителей – это «крепкий орешек». У Хомкиной на премьере все получилось неплохо. И бесспорным украшением «Царства теней» стала вариация Солора–Ясуоми Акимото.

А его коленопреклоненная фигура в финале балета завершала театральную фантазию. Затихающие звуки музыки успокаивали. Тень баядерки всепрощающим жестом сулила покой и отдых душе возлюбленного в таинственном «Царстве теней».

Окончился спектакль. Принимали его бурно. Артистов наделяли щедрыми рукоплесканиями. Не хотелось покидать театр. Непогода и холод не вдохновляли. Праздник имеет свойство заканчиваться.

За стенами театра ждала реальная жизнь...
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 11762

СообщениеДобавлено: Чт Дек 18, 2014 7:27 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2014121806
Тема| Приморский театр оперы и балета, Персоналии, Премьеры, Руководство
Авторы|
Заголовок| Антон Лубченко: «Приморский балет должен соответствовать высокому уровню, который установили симфонический оркестр, хор и оперная труппа театра»
Где опубликовано| Дейта.
Дата публикации| 17 декабря 2014
Ссылка| http://deita.ru/news/culture/17.12.2014/4797813-anton-lubchenko-primorskiy-balet-dolzhen-sootvetstvovat-vysokomu-urovnyu-kotoryy-ustanovili-simfonich/
Аннотация| Художественный руководитель театра о репертуаре и кадровых перестановках

Приморский театр оперы и балета продолжает радовать жителей края премьерами и уже успевшими полюбиться постановками. Безусловно, одним из главных "хитов" театра является классическое "Лебединое озеро". О нынешней и будущих постановках легендарного балета и кадровых изменениях рассказал художественный руководитель театра Антон Лубченко.

- Антон Владимирович, в СМИ появилась информация, что в следующем году любителям балета будет представлена обновленная версия «Лебединого озера». Хотя ту, что есть сейчас, уже можно назвать волной интерпретацией…

Это не будет новой версией балета Чайковского, мы хотим вернуться к классической хореографии, которая идет во всех театрах. Останется оформление Г. Юнгвальда-Хилькевича, декорации и костюмы, которые он сделал. Нам стоит, думаю, отказаться от хореографии Айдара Ахметова. Его постановка «Лебединого озера» авторская, но не во всем удачна. Там был сделан ряд, на мой взгляд, некорректных купюр. Некорректных, прежде всего, по отношению к великому композитору. Не совсем убедительным выглядит наличие трех Ротбартов, измененный вальс. Если говорить откровенно, его концепция не дотягивает пока до классической, с хореографией Льва Иванова, Мариуса Петипа и Константина Сергеева.

- Только ли творческие просчеты в постановке «Лебединого озера» стали причиной временного отстранения Айдара Ахметова от работы в должности худрука балетной труппы?

Мы на самом деле во многом благодарны Айдару Мансуровичу. Он немало сделал для театра со дня становления, когда еще никого не было в балетной труппе. Он дал первый импульс в первые дни жизни балетной труппы. Но театр развивается, мы нуждаемся в тех людях, которые могут выдержать и поддерживать взятый темп. Достаточно быстро развивается оперная труппа, мы сделали пять масштабных постановок, а в балете у нас по сути есть только одно «Лебединое озеро». Весь сезон показывать одноактные балеты неправильно.

Долгое время в балетной труппе был кадровый недобор. Было упущено время, когда в стране проходили экзамены в хореографических училищах, когда можно было пригласить на работу выпускников не только из Москвы и Санкт-Петербурга, но из Перми, Казани, наших соседей из Улан-Удэ. Как результат, на «Лебединое озеро» приходилось приглашать дополнительно солистов из других театров. На мой взгляд, это неоправданно и дорого. Сейчас уже понятно, что Приморский театр находится в первой лиге российских театров, и мы не можем себе позволить недоукомплекованную балетную труппу. Очевидно, что с той ситуацией, которая у нас есть в балете, в отличие от оперной труппы, хора и оркестра, театр развиваться не может.

- Не кажется ли вам такое кадровое изменение слишком резким?

Нет. Мы приводим штатное расписание в соответствие со штатным расписанием театров Российской Федерации. Должность худрука балета будет сокращена, о чем Айдар Ахметов был заранее уведомлен. Вместо нее появится административный пост директора балета, а также ставка главного балетмейстера. На все должности мы объявим конкурс в январе. Ряд кандидатур уже есть. Посмотрим, кто еще подаст заявки. Такая кадровая смена внесет новую кровь в творческий организм и пойдет только на пользу.

- Скажутся ли такие кадровые пертурбации на репертуарных планах следующего года?

Нет, не скажутся. Мы собираемся провести их оперативно. В январе мы выпустим обновленную постановку «Лебединого озера» с классической хореографией. Следующим спектаклем станет в конце мая «Спящая красавица» П. Чайковского. Хореографию Мариуса Петипа на нашей сцене будет воссоздавать Эльдар Алиев. Он настоящий профессионал, труппа влюбилась в него с первых дней совместной работы. Таким образом, в купе с «Щелкунчиком» и «Лебединым озером» на сцене театра будут идти три кита русского классического балета. К «Спящей красавице», конечно, нужно будет пополнить штат. Этим вопросом как раз займется новый директор балета.

- Смогут ли эти изменения придать неповторимый стиль, почерк балету Приморского театра?

Именно этого я и хочу добиться. Очень надеюсь, что кадровое решение, которое я принял, будет этому способствовать. Когда строили этот театр, предполагали, что здесь будет все самое лучшее. Спустя полтора года могу сказать, что мы к этому уверенно идем. Положительные отзывы о выступлениях нашего театра в Москве и Петербурге лишний раз это доказывают. Приморский балет должен соответствовать высокому уровню, который установили симфонический оркестр, хор и оперная труппа театра.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20410
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Дек 18, 2014 7:30 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2014121807
Тема| Балет, МТ, Персоналии, Антон Корсаков
Авторы| Андрей Шаврей
Заголовок| Эксклюзив: солист Мариинского театра Антон Корсаков — об искусстве падать и танцевать
Где опубликовано| LSM.LV
Дата публикации| 2014-12-18
Ссылка| http://www.lsm.lv/ru/statja/kultura/eksklyuziv-solist-mariinskogo-teatra-anton-korsakov--ob-iskusstv.a110609/
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ


Фото: Пресс-фото (Владимир Старков)

Антон Корсаков — солист, без преувеличения, легендарной труппы Мариинского балета, заслуженный артист России, один из тех, кто продолжает нести тот самый трудно повторимый петербургский стиль в мире хореографии. За свою жизнь он объездил весь мир, перетанцевал весь классический репертуар. Казалось бы, чего еще желать?

Rus.lsm.lv встретился с Антоном Корсаковым ним в Риге, где только что прошли гастроли «Русского балета» под управлением Вячеслава Гордеева (Корсаков солировал в «Дон Кихоте»).

— Вы родились в Санкт-Петербурге. Можете назвать самые любимые места вашего родного города?

— Театральная площадь, Мариинский театр. Та область, в которой я как раз работаю. Мне 35 лет. И именно тут прошли все мои знаменательные годы. Ну, и еще в некотором отдалении есть самая короткая улица в мире — Зодчего Росси, где я учился в Академии имени Вагановой. С ней связаны имена всех моих педагогов, которых, увы, уже нет в жизни. Так что — Театральная, Мариинский. Причем, именно старая, историческая сцена. Вот как сказать? Там, когда выходишь на сцену, то ответственность просто зашкаливает.

Каждой частицей тела и души чувствуешь и осознаешь, какая плеяда великих, целая эпоха ходила по этому полу.

А в целом, объездив весь мир, могу сказать, что все равно Санкт-Петербург — один из любимейших моих городов — именно по духу, эмоциональному наполнению. Там нет суеты, как в Москве. В Москве постоянно суета — и постоянно всюду опаздываешь. А в Петербурге бывают еще и белые ночи, когда после спектакля выходишь на набережную и просто гуляешь и по-настоящему вдохновляешься.

— Вы помните свой первый приход в Мариинский театр?

— Тут надо сразу сказать, что вся моя семья балетная...

— Да, ваш отец учился в Вагановском вместе с родившимся в Риге Михаилом Барышниковым...

— Да. Поэтому выбора у меня, как говорится, не было. С детства в Мариинском и свой первый приход туда даже точно не помню.

Многие мои коллеги рассказывают в интервью, что вот попали в раннем детстве впервые на «Лебединое озеро» и влюбились в искусство балета. Я о себе такого сказать не могу. Полюбил этот вид искусства очень поздно — лет в 15, когда стал понимать, что балет несет в себе не только внешнюю красоту, но и философию.

И, конечно, подвигли меня на какие-то «трудовые свершения» первые овации, но это было уже в более зрелом возрасте, когда я выходил в партии принца в «Щелкунчике» Чайковского.

Официально же в качестве артиста балета я вышел на сцену Мариинского в 16 лет с подачи тогда худрука балета Махара Вазиева (потом он стал главным балетмейстером миланской «Ла Скала» — Rus.lsm.lv). 16 лет — это тогда нонсенс был. Я танцевал па-де-де в первом отделении «Жизели».

Первый выход на сцену Мариинского был ознаменован моим падением — плашмя! — на пол.

— Опа! И что в результате?

— Знаете, наверное люди моргают медленнее, чем я упал и моментально вскочил. Шок был только у меня. Но Вазиев потом сказал мне, растерянному:

«Вот всегда бы так падал и всегда бы так танцевал!»

— У любого солиста балета есть кумиры в своей профессии. На кого равнялись вы?

— Безусловно, это Михаил Барышников. Впрочем, его я узнал по тому периоду, когда его имя звучало по всему миру (хотя, конечно, оно звучало и во время его советского периода и работы в Мариинском — тогда Кировском театре). Но вот из того советского периода мне еще близок Юрий Соловьев...

— Выдающийся артист балета, один из самых молодых артистов СССР, трагически ушедший из жизни в самом расцвете...

— Понимаете, сейчас балет не стоит на месте — линии улучшаются, наращивается техника, которая иногда доходит до уровня какой-то супергимнастики (есть сегодня такая тенденция). Но Юрий Соловьев являлся тем уникальным сочетанием балета того времени со всеми его достижениями и балета прежних времен. Классическая манера исполнения на фоне каких-то безумно технических прыжков. Он смог положить старую хореографию на новые возможности.

— Этот классический петербургский стиль в балете сегодня сохраняется?

— Это возможно только при том условии, если есть педагоги, которые передают стиль ученикам, а те, в свою очередь, тоже потом идут преподавать. Сейчас эта тенденция немного видоизменяется, но... Если говорить обо мне лично, то у меня все педагоги были народными артистами.

Они как раз сохраняли тот стиль — танцевать более аккуратно и, если угодно, более манерно. Сейчас это все видоизменяется, потому что у солистов увеличивается число спектаклей и над этим работать некогда.

И даже педагоги не всегда компетентны в этих вопросах. Это проблема современного российского балета, но не мне ее решать.

— В свои 35 лет вы перетанцевали почти все...

— 54 роли.

— «Всего лишь». Есть ли у вас после всего этого мечта?

— Хотелось бы продлить себя в классическом репертуаре. У меня есть, конечно, фаворитные спектакли — «Ромео и Джульетта», «Жизель», «Баядерка»... А далее хотелось бы продлить творческую карьеру и стать педагогом. Для этого я уже сделал многое, получил, например, второе высшее образование — педагогическое.

— В Вагановском?

— Да, все там же. Там, где начинал. Улица Зодчего Росси, которую я в детстве прочесывал десять лет подряд, которая знакома до боли и которую знаю от начала до конца.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска Часовой пояс: GMT + 3
На страницу Пред.  1, 2, 3, 4, 5, 6, 7  След.
Страница 4 из 7

 
Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах


Яндекс.Метрика