Список форумов Балет и Опера Балет и Опера
Форум для обсуждения тем, связанных с балетом и оперой
 
 FAQFAQ   ПоискПоиск   ПользователиПользователи   ГруппыГруппы   РегистрацияРегистрация 
 ПрофильПрофиль   Войти и проверить личные сообщенияВойти и проверить личные сообщения   ВходВход 

Общество Друзья Большого балета
2014-04
На страницу Пред.  1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10
 
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска
Предыдущая тема :: Следующая тема  
Автор Сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17179
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Окт 16, 2014 10:32 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2014043108
Тема| Балет, Екатеринбургский театр оперы и балета, Персоналии, Е. Воробьева, А. Сорокин
Автор| Юлия ЖУК
Заголовок| Высоко взлетели
Екатеринбургский балет взял сразу четыре «Золотые маски»

Где опубликовано|© «Уральский рабочий»
Дата публикации| 2014-04-30
Ссылка| http://газета-уральский-рабочий.рф/specialissues/?special=1301
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

Для Екатеринбургского театра оперы и балета нынешняя церемония вручения национальной театральной премии «Золотая маска» стала беспрецедентной по количеству наград. Наши победили в четырех из шести балетных номинаций.

«Уральский рабочий» поспешил поздравить обладательницу премии «Лучшая женская роль» Елену Воробьеву и ее постоянного партнера Андрея Сорокина, который тоже номинировался на «Маску», но награда ему в этот раз не досталась.


Елена Воробьева и ее постоянный партнер Андрей Сорокин. Фото: Наталья ЖИГАРЕВА

Верю-не верю

На встречу Елена и Андрей оделись в кардинально разных стилях. Она в спортивной форме — только с репетиции; он — в черном элегантном костюме, будто с какого-то торжества. Увидев друг друга, сразу смеются: мол, видно, кто и почему получил премию. Впрочем, Елена тут же оговаривается: все это шутка, и Андрей действительно «пашет» не меньше партнерши.

— Каково это — танцевать в паре после того, как один из вас получил престижную награду?

А. Сорокин: — Наше отношение друг к другу ничуть не изменилось. Танцуем по-прежнему слаженно, как и раньше. Для профессиональной, сыгранной пары успехи партнера — не повод расстраиваться или завидовать. Наоборот. Я был на церемонии вручения и очень радовался за Лену. Это было что-то потрясающее, я постоянно ее тормошил, поздравлял. Сама Лена, казалось, витала где-то не здесь…

Е. Воробьева: — Да, я долго не могла поверить в неожиданную победу. Видимо, Андрей это чувствовал и весь вечер потом повторял: «Лена, ты же «Золотую маску» получила!».

А. Сорокин: — Такая награда — свидетельство достижения определенного профессионализма. Из этого я делаю вывод, что сам этой высоты еще не достиг. Значит надо работать.

— Елена, вы правда не рассчитывали на «Маску»?

Е. Воробьева:
— Я верила, что одна награда у нас точно будет, и получит ее Слава. Я, признаться, рассчитывала на премию в прошлом году, даже речь репетировала. На самой церемонии дергалась, да и Андрей, думаю, не меньше переживал. Понять наше состояние можно: все это было впервые. В нынешнем году я просто сидела и изучала список претендентов в номинации «балет». Когда со сцены Большого театра произнесли мое имя, я поняла, что в своей номинации я единственная Елена… Это было такое потрясающее чувство!

А. Сорокин: — Лена была самой спокойной по сравнению с остальными номинантами. Все напряженные, а она сидит, улыбается как ни в чем не бывало…

— В чем же секрет такого самообладания?

Е. Воробьева:
— Перед церемонией Слава спросил, приготовили ли мы благодарственные слова. А я как-то отмахнулась: мол, все равно ничего не получим. У меня было очень много сильных конкуренток, российских звезд балета: Оксана Бондарева и Наталья Осипова из Михайловского театра в Санкт-Петербурге, Софья Гайдукова из театра «Балет Москва», Анна Одинцова из новосибирского Театра оперы и балета.

А. Сорокин: — Зато после всех торжеств Лена казалась совершенно опустошенной. Такой накал эмоций! Мне кажется, на подобных награждениях люди должны иметь возможность выпускать пар. Например, выйти за дверь и покричать. Или поплакать. От разочарования — или радости. Или за компанию. Мы же артисты, люди впечатлительные.

Видимая простота

— Ваш дуэт привлекает внимание жюри «Маски» уже во второй раз. Чего не хватило в прошлом году, когда номинировались с балетом «Amore Buffo»?

Е. Воробьева:
— Мы тогда только начинали работать в пластике Славы (балетмейстер Вячеслав Самодуров. — Ю.Ж.) и еще не совсем ее освоили. Чтобы получить награду столь высокого уровня, нужно показать превосходнейший результат по всем критериям. Из-за отсутствия опыта в современном танце у нас этого не было.

А. Сорокин: — Причем не хватало везде понемногу. Не было нужной режиссеру раскованности, понимания логики движений, их внутреннего содержания… Да и сам спектакль оказался сложен для восприятия. «Вариации Сальери», с которыми мы номинировались на «Маску», получились гораздо интереснее, в них Слава развернулся по-настоящему.

— Какой он — стиль Вячеслава Самодурова?

Е. Воробьева:
— К режиссерскому видению танца, поверьте, очень сложно приспособиться. По сути, мы используем те же классические движения. Только порядок в них абсолютно непривычен. Но именно этот порядок и выражает определенную мысль, до которой нужно дойти самому, чтобы понять, что должен делать дальше. Вот только наш режиссер, в отличие от многих хореографов, редко делится с танцорами, что означают те или иные движения. Многое он оставляет на наше усмотрение. И мы стараемся разгадать, что хочет сказать режиссер. Сам Самодуров считает, что балет — размышление о существовании классического балета в современном театре и изменениях, происходящих с ним. Возможно, вы не поймете, но при таком подходе очень сложно добиться красоты и легкости исполнения.

А. Сорокин: — То, что Лена называет стилем, я называю философией. У каждого хореографа своя философия танца, движений. Что такое движение? Оно не рождается просто так, это воплощение мысли, какого-то чувства, эмоции… Правда, Слава свою философию нам не раскрывает (улыбается), но нам кажется, мы уловили суть. Во главе — свобода, грация, раскованность.

Секрет успеха

Е. Воробьева:
— Но если учитывать, что из всей труппы сейчас как надо танцует где-то треть, значит всех нас ждет впереди колоссальная работа.

— Когда главная театральная награда страны получена, к чему стремиться дальше?

Е. Воробьева:
— Я и к этой награде, если честно, не стремилась. Когда я только начинала танцевать, то считала, что продержусь в балете не больше двух лет. Отдам дань уважения педагогам и уйду в драматические актрисы. Но в итоге втянулась — и не пожалела.

А. Сорокин: — К тому же в нашем театре гораздо меньше дрязг и конфликтов, чем в других. Видимо, все работают, и на что-то подобное не остается ни времени, ни сил.

Е. Воробьева: — Нужно ли теперь стремиться еще к каким-то наградам? Я об этом не думаю. Моя задача, во-первых, дождаться, когда свою «Маску» получит Андрей, во-вторых, самой не растерять умения. Очень хорошо знаю, каково это — головокружение от успехов. В третьем классе училища я получила очень высокую оценку, а на следующих экзаменах результат снизился аж на две позиции. Я расслабилась, решила, что достигнутая высота останется непоколебима. Как бы не так! Достигнутый результат нужно постоянно подтверждать, и оправдывать надежды не только преподавателя, но и партнера, и свои собственные.

ДОСЬЕ

Елена Воробьева родилась в 1986 году. После окончания Пермского хореографического училища стала солисткой Челябинского академического театра оперы и балета имени М. И. Глинки, где станцевала ряд ведущих партий. С 2009 года — ведущая солистка балета Екатеринбургского государственного академического театра оперы и балета. В 2013 году Елена и ее постоянный партнер в спектаклях Андрей Сорокин стали лауреатами Свердловского областного конкурса театральных работ «Браво!» в номинации «Лучший дуэт» за партии Адины и Неморино в балете «Amore Buffo».

Андрей Сорокин родился в 1991 году. В 2006 году окончил Харьковскую хореографическую школу. В 2009 — Пермский государственный хореографический колледж. Был солистом Новосибирского государственного академического театра оперы и балета.

С 2010 года — солист балета Екатеринбургского государственного академического театра оперы и балета. Дипломант конкурса «Хрустальная туфелька — 2005», лауреат конкурса «Галыцька Терпсихора — 2006», дипломант конкурса артистов балета «Арабеск-2008», дипломант ХI Международного конкурса артистов балета и хореографов (Москва, 2009).
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17179
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Ноя 19, 2014 10:15 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2014043109
Тема| Балет, Челябинский театр оперы и балета, Персоналии, Ясуоми Акимото
Авторы| Алла Ципордей
Заголовок| Танцор Ясуоми Акимото: «В Японии нет профессионального балета»
Где опубликовано| © «Хорошие новости» Челябинск
Дата публикации| 2014-04-21
Ссылка| http://hornews.ru/news/interview/tantsor_baleta_yasuomi_akimoto_v_yaponii_net_professionalnogo_ba.html
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ



Этот 25-летний артист второй сезон выступает в челябинском балете, и уже успел дорасти до главных ролей в репертуаре. Челябинские зрители всякий раз благодарят танцора овациями за идеально отточенную технику и полную отдачу искусству. А недавно Ясуоми Акимото был признан одним из лучших на международном конкурсе «Арабеск-2014».

Каково было оказаться маленькому японскому мальчику одному в чужой стране? Сколько длилась самая длинная репетиция танцора? И почему японские артисты балета стремятся в Россию? – Читайте в эксклюзивном интервью Ясуоми Акимото на сайте «Хорошие новости».

- Ясуоми, в балет вы попали благодаря маме, она отдала вас в три года, неужели ни разу не мечтали сменить его на что-то другое?

- Было время, когда я больше хотел играть в футбол, в школе с ребятами, но желания бросить балет не было. Никто не говорил, что я должен бросить или продолжить, я сам делал выбор.

- Когда вы поняли, что хотите отдаться этому виду искусства полностью?

- Наверное, в 12 лет, когда поступил в Московскую академию хореографии, уже точно решил, что должен продолжить. Сначала наполовину сомневался, страшно было. Я не знал, что такое Россия, языка не знал. Папа сказал: «Езжай! И все!». Он подтолкнул меня в тот момент.


«Арабеск-2014»

- И каково было оказаться одному в чужой стране?

- Когда я приехал, все было по-новому. Начиная с первой позиции, пришлось все учить заново. Преподаватели сильно требовали, но мне никогда не было страшно. Было тяжело, но приятно работать, потому что сам чувствуешь результат.

- В плане бытовой жизни, тоже нужно было привыкать?

- Сначала скучал по дому, плакал. Был только один телефон на всех. Позвонить можно было только в субботу или воскресенье, и то 10 минут. Сейчас, конечно, по-другому, у всех есть мобильные и интернет. По-русски ничего не понимал. Полгода прошло и постепенно начал понимать речь, а через год, уже стало интересно.

- Были люди в интернате, кто вас поддерживал?

- Все друг другу помогали, все были маленькими, не только я. И все скучали по дому, и общение с ребятами помогало терпеть разлуку. У меня была педагог по классике Наталья Андреевна, она с третьего по пятый классы заботилась обо мне: водила меня в парк, в музей, гуляли вместе. Она все время спрашивала, как у меня дела, никто меня не обижает?

- Сколько вам пришлось вложить, чтобы быть лучше других?

- Я не думаю, что я особенный, я просто благодарю, что в Москве учили хорошо, педагогов люблю, которые меня учили, часто о них вспоминаю. Я не думаю, что должен быть лучше кого-то, я стараюсь, чтобы мне самому нравилось.



- Сколько длилась ваша самая длинная репетиция?

- Максимум 6 часов, это было недавно, когда я готовился к конкурсу Арабеск. Репетировали много, и здесь в Челябинске, и в Перми. Но перерывы все равно приходилось делать - минут по пять. Ведь даже стоять трудно 6 часов подряд, не то что танцевать.

- Я заметила, что вы очень хорошо, почти без акцента говорите по-русски, что для вас самое сложное в русском языке?

- Сейчас-то я не совсем говорю грамотно, и самое сложное – это окончания. Все время они меняются. На японском языке тоже такое есть, и, кстати, на японском я не все иероглифы знаю, ведь я уехал из Японии в 12 лет и не доучил.

- Ваш папа – учитель начальных классов, мама – домохозяйка, как они следят за вашей карьерой?

- Летом в отпуске я бываю на Родине, там тоже даю концерты, родители ходят на мои выступления, хотя никогда не приезжали ко мне в Челябинск или в Москву. Звоню им часто, рассказываю, какие партии я танцую, в каких конкурсах побеждаю.

- Ваши младшие брат и сестра чем занимаются?

- Они еще учатся в школе. Они пытались когда-то заниматься балетом, но не получилось. Брат говорит, что вообще не понимает, как я могу этим заниматься, также и сестра. Видимо, у них другие таланты.

- Вы танцевали и в Москве и в Японии, почему в итоге выбрали Челябинск для продолжения карьеры?

- В этом большую роль сыграла Светлана Кубасова – преподаватель из Челябинска, она приехала в Токио готовить ребят на гала-концерт. В это время я выступал в Японии, там с ней и встретился. Работая в Японии, я все время хотел вернуться в Россию. Поговорил со Светланой, и она предложила поехать в Челябинск.


«Арабеск-2014»

- Что вам не нравилось в Японии?

- В Японии нет профессионального балета. Есть только один театр, все остальное – это самодеятельность. Особенно трудно работать танцовщицами женщинам.

- Почему?

- Есть такие театры, где танцуешь, и все, это твоя основная работа. А есть такие, где ты не только танцуешь, но еще нужно продавать билеты. Приходится самому раздавать много билетов. Люди в Японии не очень часто ходят в театры, хотя концертов проводится много. Поэтому надо самим привлекать зрителей, эта работа в основном ложится на девушек. Также девушкам приходится сперва репетировать в театре, а потом еще вечером ехать на другую работу, кто-то преподает балет, кто-то работает продавцами в магазинах.

- Помимо балета чем вы занимаетесь в свободное время?

- По интернету смотрю японское телевидение, фильмы. Скорее бы лето, я собираюсь в Японию. Запланировано несколько концертов. У меня есть цель и план на жизнь и карьеру, но я не хочу говорить о них раньше, чем осуществлю все задуманное.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17179
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вс Мар 15, 2015 11:45 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2014043110
Тема| Балет, XIII Международный фестиваль балета DANCE OPEN, Персоналии, Анна ЦЫГАНКОВА
Авторы| Александра Алешина, Фото: Владимир Черенков
Заголовок| Дом – там, где любовь
Интервью с балериной Анной Цыганковой
Где опубликовано| © Журнал "Совершенство (СПб), стр. 18
Дата публикации| 2014 апрель
Ссылка| http://www.perfect-magazine.ru/53/18_dom-tam-gde-lubov.php
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

В рамках XIII Международного фестиваля балета DANCE OPEN на сцене Александринского театра 27 апреля с программой «Ханс ван Манен. Повелитель движения» выступит труппа Национального балета Королевства Нидерланды. Сегодня у нас в гостях – прима-балерина Dutch National Ballet Анна ЦЫГАНКОВА.


Анна Цыганкова и Мэтью Голдинг,
премьер Royal Ballet Covent Garden
Фото: Владимир Черенков


– Анна, однажды вы сказали, что переросли понятие «амплуа»: «Я могу танцевать и лирические партии, и героические, и все, что стоит между ними». А кто определяет, когда это происходит, – сама балерина, ее наставник, критики? И какие партии вам ближе и интереснее?

– Начиная со школы, мне посчастливилось работать с замечательными педагогами, которые никогда не довлели надо мной, а мягко направляли в нужную сторону. Я была очень импульсивной, эмоциональной, энергия била через край, так что меня видели в будущем как балерину героическую, бравурную. И мне было очень комфортно в этом «амплуа», оно соответствовало моему внутреннему миру. Но я не сторонница комфорта, в нем легко увязнуть и «заснуть». Для меня риск – необходимая составляющая и в жизни, и в профессии, а новая роль – это всегда приключение. Я использую свой жизненный опыт, создавая новые образы, но и они меняют меня. Мои героини помогли взглянуть глубже на такие вещи, как терпение, умение прощать и любить. Самым желанным вызовом являются роли, где вершина физической формы сочетается со стопроцентной трансформацией в тот или иной образ.

– Когда вы рассказываете о том, как попали в один из самых именитых балетных коллективов – Dutch National Ballet, то скромно говорите: оказалась в нужный момент в нужном месте. Но ведь это не единственное условие для приглашения в такую труппу? Что оценивается, прежде всего, когда театр приглашает солистку?

– Я действительно оказалась в нужном месте и в то самое время, когда была готова к переменам. В том момент, когда пришло ощущение, что мне тесно в самой себе… у меня в руках оказалось приглашение из Dutch National Ballet. Я очень ценю то, что закончила русскую школу, – это прочная основа, на которой можно строить самые сложные конструкции.

Она позволяет адаптироваться к разным стилям, не задумываться о технических сложностях, ощущать тело как инструмент, прекрасно отлаженный и всегда готовый к работе.

Школа и непосредственно моя наставница – легенда русского балета Раиса Стручкова дали мне руки, которые так отличаются от рук западных балерин, русский «верх» – одну из самых выразительных составляющих любого балетного образа.

Имеет значение и способность открываться и дарить зрителям ту радость, которую сам испытываешь на сцене. Все это создает твою личную «сценическую» ауру, по которой тебя узнают. Думаю, индивидуальность и высокий профессионализм и есть отличительные черты ведущих танцовщиков, и, приглашая меня, директор Dutch National Ballet Тед Брандсен оценил во мне эти качества.

– Вы работали в Большом театре в Москве, затем – в Будапеште, сейчас – в Нидерландах. Чем отличается работа в разных странах, в разных театрах? – Я очень благодарна Большому за все уроки. За великолепные спектакли, которых я пересмотрела великое множество, впитывая в себя русские традиции. За Раису Стручкову и ее неотступную веру в меня. За то, что объездила полмира. Но это место не для каждого. И после шести лет работы я его покинула.

Венгрия встретила меня контрактом прима-балерины. Я танцевала по восемь новых партий в сезон, работала с педагогами из ведущих европейских театров и ощутила себя не только балериной, но и актрисой. Коллеги во всем оказывали поддержку, я очень скоро выучила этот невероятный язык и стала по-настоящему «своей». Но опять пришло время перемен, и я уехала в страну с совершенно незнакомым мне до той поры менталитетом. Здесь иной репетиционный процесс и вся организация театрального механизма. Мне было сложно привыкнуть к «блоковой» системе, когда один спектакль идет 10–15 раз, а потом начинается подготовка к другому. Но здесь прекрасная труппа и очень интересный репертуар. Лучшие хореографы мира, однажды поработав в Dutch National Ballet, обязательно возвращаются, так как по их отзывам Голландский Королевский Балет – компания высокого уровня, а танцовщики не только прекрасные профессионалы, но и теплые отзывчивые люди.

– Анна, а где вам больше всего нравится работать? И где – жить?

– Я не живу в России уже 10 лет. За эти годы понятие «дом» приобрело другой смысл. Для меня это внутреннее ощущение, когда ты счастлив там, где находишься. Я не привязываюсь к местам, люди имеют большее значение. Они создают ощущение, что я дома, там, где существуют взаимная любовь, поддержка, понимание и, конечно, твое дело.

– А есть ли особенности восприятия балета публикой в тех или иных странах или даже городах? Например, в Петербурге публика, знающая и понимающая балет, но приверженная к нашей, питерской танцевальной школе.

– Конечно, публика везде разная. Где-то более сдержанная во время спектакля, но хлопающая от души на финальных поклонах. А где-то, особенно в местах, где тебя уже знают, с самого начала чувствуешь доброжелательный настрой зала. Естественно, танцевать для образованной публики с воспитанным вкусом очень приятно. Это словно диалог с умным собеседником.

– Вы во второй раз принимаете участие в фестивале балета DANCE OPEN в Петербурге. Что привлекает вас в этом событии?

– Первый раз, принимая участие в DANCE OPEN, я была поражена невероятной слаженностью работы команды фестиваля, отточенным профессионализмом и потрясающей организацией.

Фестиваль заботится обо всем, не упуская ни одной детали. Внимание артистов полностью концентрируется на выступлении – для этого созданы все условия. Но главное, DANCE OPEN предлагает публике познакомиться с лучшими работами современных хореографов, ранее не представленными в России. Количество звезд мирового балета, принимающих участие в фестивале, говорит о высочайшем художественном уровне. Хочу поблагодарить Екатерину Галанову, Ольгу Беленкис, Василия Медведева и всех, кто трудится над каждым проектом фестиваля, за их усердие, предусмотрительность, профессионализм!

– Расскажите, пожалуйста, о программе «Ханc ван Манен. Повелитель движения», подготовленной легендарным хореографом для 13-го сезона DANCE OPEN.

– Ханс – необычайный человек. Создатель хореографического языка, гениального в своей лаконичности и кажущейся простоте. Из этой хореографии нельзя изъять ни одного движения и нельзя ничего добавить, не нарушив целостности и смысла.

Ханс не только повелитель движения, он также и повелитель формы. Его гений проявился в создании миниатюр, одноактных балетов, идеальных по динамике развития, основанных на четкой концепции. Я знаю Ханса семь лет. Станцевала множество его балетов, но последние годы особенно значимы, так как Ханс поставил несколько балетов на меня.

Он сплетает шаги с мелодией, создавая узоры в пространстве, тело становится инструментом, который делает музыку «видимой». Особенно мне нравится исполнять его дуэты. Наэлектризованное пространство между партнерами, женский образ всегда сильный, независимый; обязателен элемент борьбы. Но Ханс находит путь к примирению в конце, тем самым говоря: прощение и понимание всегда возможно.

В его групповых балетах очень важна сонастройка – это медитативное чувство, когда пары двигаются сквозь музыку как единое целое, дышат вместе, создавая особенное силовое поле, которое распространяется со сцены в зал. Неутомимость Ханса, свежесть его восприятия поразительны. Голландия по праву гордится своим гением, и я очень рада, что петербуржцы соприкоснутся с творчеством удивительного хореографа.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
atv
Заслуженный участник форума
Заслуженный участник форума


Зарегистрирован: 05.09.2003
Сообщения: 3121

СообщениеДобавлено: Пн Апр 06, 2015 11:14 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2014043111
Тема| Балет, Финская национальная опера, «Пер Гюнт», Персоналии, Сергей Попов, Илья Болотов, Анастасия Дунец, Станислав Беляевский, Дорис Лайне
Авторы| Levan Tvaltvadze
Заголовок| Русские традиции продолжают жить в финском балете
Где опубликовано| Novosti Yle
Дата публикации| 20140429
Ссылка| http://yle.fi/uutiset/russkie_traditsii_prodolzhayut_zhit_v_finskom_balete/7205612
Аннотация|

В новом балете «Пер Гюнт» главную мужскую роль исполняют воспитанники российской балетной школы Сергей Попов и Илья Болотов.

Русская балетная школа продолжает оказывать влияние на развитие финского балета. На сцене Финской национальной оперы состоялась премьера балета «Пер Гюнт», в котором дебютировал новый ведущий солист театра, уроженец Санкт-Петербурга Сергей Попов. По словам артиста, одной из сильных сторон русских танцоров является эмоциональная связь с героем.

- Образ, передать настроение, переживание героя, его развитие по ходу действия, изменение его характера. Вот это интересно, - рассказывает солист балета Сергей Попов.

Традиции русского балета в Финляндии имеют очень глубокие корни.

- Финская балетная школа - это отросток от русской школы. И образовалась она в начале 20 века, когда сюда приехали русские эмигранты, - говорит балерина и педагог Анастасия Дунец.

И все же Финляндия - это Финляндия, и здесь свои особенности, например, в отношениях между учеником и учителем.

- Здесь нет традиции, когда один педагог работает с одним учеником долгое время. Принято менять, - продолжает Анастасия Дунец.

Несмотря на большое количество русских танцоров и педагогов, доминанты русской балетной школы в Финляндии нет. Русские гармонично дополняют сложившуюся балетную культуру.

- Привнести что-то свое, но сохранить то, что здесь создано. Не стоит изобретать велосипед, нужно только создавать новые конструкции, - говорит солист балета Станислав Беляевский.

Нынешняя труппа театра пестрит артистами из самых разных стран. Легендарная прима финского национального балета Дорис Лайне уверена, что в таком международном плавильном котле особенности русской школы не исчезнут.

- Если мы посмотрим, кто что и где поставил - если они не учились у русских, то они сами русские, - рассказывает Дорис Лайне.

Сергей Попов только начинает свой путь на финской сцене. В Хельсинки его все устраивает. Но самое главное для артиста – это доверие.

- Если есть востребованность, если есть возможность выходить на сцену, развиваться, танцевать и делать свое дело - то это прекрасно, - заключает Сергей.

Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17179
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Июн 18, 2015 9:55 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2014043112
Тема| Балет, Михайловский театр, Екатеринбургский театр оперы и балета, Персоналии, Виктор Лебедев, Андрей Сорокин
Автор| Ирина Романова
Заголовок| БИЛЕТ НА БАЛЕТ
Где опубликовано|© журнал HAPPY №86 (Екатеринбург), стр. 146-149
Дата публикации| 2014 апрель
Ссылка| http://issuu.com/happymagazine/docs/happy_86_1/149?e=1340251/7256866
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

О балетных буднях и возвращении к истокам классического танца рассказывают два премьера: Виктор Лебедев, юный гений, ведущий солист балета Михайловского театра (Санкт-Петербург), и Андрей Сорокин, красавец-солист, на выступлениях которого в Екатеринбургском театре оперы и балета свободных мест не бывает.


На фото: солистка балета Екатеринбургского театра оперы и балета Лариса Люшина, солист Санкт-петербургского Михайловского театра Виктор Лебедев, солистка балета Екатеринбургского театра оперы и балета Елена Кабанова

Современный русский балет приковывает сегодня еще больше внимания, чем первые Дягилевские сезоны. Слава обычно достается неземным созданиям, грациозным балеринам, но все меняется, и теперь на первый план чаще выходят солисты. К ним выдвигаются требования не меньше, чем к самым талантливым и трудоспособным балеринам – в артисте балета все должно быть прекрасно: и лицо, и одежда, и душа, и мысли. Великолепные вариации, безупречная техника танца, талант – само собой.

Виктора Лебедева обожают критики, зрители и его партнерши. Он любимец Начо Дуато в труппе Михайловского с 2010 года, но в его копилке уже вся классика от «Лебединого озера», «Жизели» и «Сильфиды» до «Корсара» и «Спящей красавицы».


Андрей Сорокин, спокойный и серьезный, был по достоинству оценен нынешним художественным руководителем екатеринбургского балета Вячеславом Самодуровым. У Андрея ведущие партии во всех новых постановках театра. На обоих премьеров ставили партии – а это дорогого стоит. Молодым, но уже прославленным артистам есть, что рассказать.



Начало балетной карьеры

Виктор: Пришел в балет совершенно случайно, никогда не планировал и не мечтал об этом. У моего папы была школа по вольной борьбе, которую я, конечно же, посещал. Но без особых успехов. Моя сестра серьезно занималась художественной гимнастикой, и ее тренер посоветовал родителям отдать меня в Вагановское училище. Мне было десять лет, я понятия не имел, что такое «Вагановка». Первые два года были для меня ужасающими, было очень сложно: занятия с девяти утра до шести вечера, а после была еще практика. Но балет меня затянул и вряд ли когда-то отпустит.

Андрей: В девять лет родители отправили меня в балетную школу в Харькове. Я до сих пор не понимаю, откуда они взяли эту идею. Я совсем не хотел заниматься балетом. Мне предложили пять гривен за то, чтобы я попробовал сходить на урок балета. Я не алчный, но подумал, что ничего не теряю, наоборот – уже мечтал о пирожных, «попрыгунчиках» и «лизунчиках», которые смогу купить. Не жалею теперь – в моей жизни есть балет. И кстати, обтягивающие велосипедки, трико я не носил, не по-пацански это – занимался в шортах.

Главнее тенденции балетного искусства

Андрей:
Балет, по-моему мнению, стал возвращаться к своей основной идее – эмоциональному наполнению танца. Пять-десять лет назад в нем ценились сложные «трюки», своеобразное циркачество. Когда я участвовал в различных конкурсах, то за одну минуту танца нужно было как-то «зацепить» зрителей, поразить их яркой техникой. Сегодня важны образы, характеры, трюками уже никого не удивишь. Сейчас все делают все.

Виктор: Я к мнению Андрея присоединяюсь. Были трюки, и сложные вариации. Они и сейчас есть, но им уже не придают первостепенного значения. Важна чистота исполнения – это и техника, и выразительный характер. Идеальными вращениями уже никого не удивишь.

Об отношении зрителя к классике и модерну

Виктор:
У Михайловского театра очень много гастролей, и у меня лично тоже. По своему опыту я могу точно сказать: зрителя хотят видеть классический русский балет, сметают билеты именно на классические постановки, а вовсе не на современную хореографию. Я люблю танцевать классику, я ее понимаю. На классике стоит весь балет.
Больше всего русский балет любят в Японии. Японцы – очень преданные зрители. На наших выступлениях там не остается свободных мест. Зрители молчат весь спектакль, чего не бывает в России, где принято овациями встречать звезд балета, как только они выходят на сцену. Зато на поклонах артисты получают получасовые овации, не меньше, и массу подарков.

Любимые партии

Андрей:
У меня репертуар еще не такой богатый, как хотелось бы, но, те не менее, любимые партии уже есть. Это Ромео и Джеймс из «Сильфиды» - всегда танцую их с огромной радостью. Мечтаю станцевать в «Дон Кихоте». Надеюсь, когда-нибудь удастся станцевать Спартака. Хочется чего-то масштабного, волевого.

Виктор: Мой любимый балет – «Баядерка», это единственный балет, который я видел в детстве. И моя партия в нем – любимая.

О партнершах

Виктор:
У меня много дуэтов, и с каждой из партнерш мне было очень комфортно работать. Нравится танцевать с недавно пришедшей к нам в Михайловский из Московского академического музыкального театра им. Станиславского и Немировича-Данченко Кристиной Шапран. Она сильная и одаренная балерина. Из «громких» дуэтов запомнилось «Лебединое озеро» с Натальей Осиповой, прима балериной Михайловского театра и Лондонского Королевского балета. Танцевать с ней легко и приятно. В Екатеринбурге я танцевал пока только с чудесной и невероятно талантливой Леной Кабановой – и это одна из моих самых любимых партнерш. С Леной мы можем выйти и станцевать блестяще даже после всего лишь одной репетиции, у нас с ней идеальная совместимость.

Критика и мнения

Виктор:
Для меня важнее всего мнение зрителей, моих друзей, которые также работают в Михайловском театре, и мнение моей сестры. Мнение критиков не может на меня повлиять никак, хотя, не спорю, после прочтения того или иного отзыва может быть обидно, или, наоборот, приятно. Важно, что по поводу моей работы думает мой педагог.

Андрей: Сколько людей, столько и мнений. Иногда после одного спектакля выходит несколько диаметрально противоположных отзывов – кажется, что люди побывали на разных постановках. Рецензии критиков иногда читаю, но не переживаю сильно, если отзывы нелестные. Во время спектакля артисты отдают душу зрителям, поэтому важно мнение зрителей.

Сольные партии

Андрей:
Когда конкретно на артиста ставят партии и спектакли – это повод для гордости. Это значит, что у нас с хореографом есть взаимопонимание, что нам вместе удобно работать.
Для меня поставлены “Amore Buffo”, “Cantus arcticus”, «Вариации Сальери”.

Виктор: Конкретно на меня ставили «Спящую красавицу», а также партию в «Пламени Парижа». Классические балеты из репертуара Михайловского театра просто плавно перенеслись на меня.

Через десять лет

Виктор:
Я хочу, чтобы через десять лет моя карьера продолжалась, чтобы было как можно меньше травм. Это самое главное. У меня есть мой любимый Михайловский, а это уже огромное счастье для любого премьера.

Андрей: Как и любой артист, я мечтаю станцевать на самых лучших площадках мира. И хочу реализовать себя в качестве хореографа. Когда карьера артиста подойдет к концу, я хотел бы остаться в балете именно в качестве хореографа. Я уже участвовал в Dance-платформе в нашем Екатеринбургском театре оперы и балета и планирую участие еще раз.

Отдых

Андрей:
Чтобы отвести душу, занимаюсь спортом: бегаю, плаваю. Так я расслабляюсь.

Виктор: Хотите верьте, хотите нет, а я расслабляюсь в магазинах. Люблю шопинг, для меня это лекарство. Обожаю Burberry, особенно их клетку. В моей квартире есть отдельный уголок для моей коллекции вещей этого бренда. Люблю проводить время с близкими и друзьями в уютном месте за парой бокальчиков, за разговорами.

Благодарим администрацию Екатеринбургского театра оперы и балета за помощь в организации интервью и съемки.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17179
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Авг 05, 2015 12:29 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2014043113
Тема| Балет, БТ, Персоналии, Кристина Кретова
Автор| Полина БЛЭК
Заголовок| Интервью:балерина Кристина Кретова
Где опубликовано|© Geometria.ru
Дата публикации| 2014-04-19
Ссылка| http://geometria.ru/blogs/culture/72706
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

Уже совсем скоро Александрийский театр закружится в танце! С 23 по 28 апреля 2014 года в Санкт-Петербурге пройдет XIII Международный фестиваль балета DANCE OPEN. В преддверии этого яркого события Geometria.ru пообщалась с солисткой большого театра Кристиной Кретовой.


Кристина Кретова. Фото Марка Олича

Geometria.ru:Кристина, расскажите о своей первой роли в Большом театре.

Кристина Кретова
:Моя первая роль в Большом театре, как и в Кремлевском балете, где я начинала свою карьеру после училища, – Жизель. С этой постановкой у меня многое связано. Для моего педагога Нины Семизоровой, которая меня учила и в Кремле, и в Большом, это тоже была первая роль. Важно то, что она получила ее от самой Улановой. Мы все знаем, что «Жизель» и «Ромео и Джульетта» были коронными спектаклями легендарной балерины. Для меня было важно сохранить все традиции, которые мне достались и перешли от Улановой через моего педагога. На самом деле, я считаю «Жизель» самым знаковым балетом для себя, потому что именно за эту партию я получила премию "Триумф" от Екатерины Максимовой. Стараюсь исполнять Жизель как можно чаще, и в Большом театре мне это действительно удается.

Geometria.ru:В этом году Вы вошли в Топ-25 звезд балета, которых нужно увидеть о версии журнала «Dance Magazine». Что значит для Вас этот статус?

Кристина Кретова
:Для меня это было полной неожиданностью, потому что, как правило, организаторы весьма щепетильно относятся к своему выбору. Хотя этот топ ничего особенного за собой не несет, но в то же самое время это такой статус, которому постоянно нужно соответствовать, отрабатывать его. Они смотрели мои спектакли не только за границей, но и в Большом театре. Когда мы были с театром на гастролях в Лондоне, представитель журнала приехала в столицу Великобритании. Она видела мои выступления в «Рубинах», «Лебедином озере», «Пламени Парижа» и после этого сообщила о том, что на протяжении всего года комиссия наблюдала за моей работой и готова выдвинуть меня на эту премию. А уже через неделю мне сказали, что мою кандидатуру одобрили и внесли в список «25 лучших звезд». Мне, конечно, очень-очень приятно, но на моей работе это никак не сказывается. Я полностью отдаюсь и прорабатываю тщательно любую роль, будь она главная или второстепенная. Не могу сказать, что этот статус поменял мое отношение к каким-то отдельным постановкам. Но мне, безусловно, приятно. Не так сложно получить, как сложно удержать, поэтому я стараюсь работать в том же ключе.

Geometria.ru:Какие партии Вы мечтаете сыграть?

Кристина Кретова
:Честно говоря, я мечтала сыграть Маргариту в балете «Дама с камелиями», премьера которого прошла у нас совсем недавно, буквально на днях. Но Джон Ноймаер увидел меня в другой роли – Пруданс, которая очень подошла мне по моему характеру, по моему стилю. Тем не менее, у меня остается огромное желание исполнить партию Маргариты. Пожалуй, на сегодняшний день для меня - это самая главная мечта. Вообще мне ближе драматические произведения. Хотя меня считают больше бравурной балериной, которая чаще исполняет Китри из «Дон Кихота» или главную роль в «Эсмеральде», которую я танцевала в Кремлевском балете и театре имени Станиславского и Немировича-Данченко.
Сергей Филин делает для артистов Большого буквально невозможное, потому что в то время, когда он танцевал, он не имел возможности работать с такими выдающимися хореографами и балетмейстерами, с которыми работаем мы благодаря ему. Я работала со многими знаменитыми балетмейстерами - такими, как Пьер Лакотт, Жан-Кристоф Майо, с которым работа идет прямо сейчас. Поэтому не приходится зацикливаться на чем-то одном, работы много и мне удается в полной мере раскрыть себя.


Кристина Кретова и Семен Чудин. Фото Батыра Аннадурдыева

Geometria.ru:С какими хореографами хотелось бы поработать в будущем?

Кристина Кретова:
У меня была мечта поработать с Матс Эком, но я понимала, что в принципе это нереально. Но Сергей Филин привез нам и Матс Эка, который поставил «Квартиру», а я исполнила в ней дуэт под названием «Плита». Это было просто невероятно, когда он вошел в зал со своей женой Анной, я думала, что заплачу от счастья. Матс Эк настолько легендарная личность!
Джон Ноймаер, Пьер Лакотт, Уэйн МакГрегор, Жан-Кристоф Майо, который сейчас ставит «Укрощение строптивой», даже Юрий Посохов, который поставил «Классическую симфонию», и Ваш петербургский хореограф Юрий Смекалов, поставивший в Большом «Мойдодыра» - со всеми этими людьми мне посчастливилось работать.

Geometria.ru:Расскажите о своем участии в Культурной Олимпиаде.

Кристина Кретова
:Вообще это было здорово, потому что Екатерина Галанова, директор Фестиваля DANCE OPEN, приглашает нас участвовать в потрясающих проектах. Она предоставляет нам возможность расширять свой кругозор. Я, например, была своего рода проводником между Великобританией и Россией, выступая вместе с Мэтью Голдингом. На репетицию у нас было отведено полтора часа, но мы управились с ним всего за десять минут. Было, конечно, волнительно, но танцевать с таким ассом было безумно приятно. Мне было интересно участвовать в этом концерте. Несмотря на то, что в это же время шли соревнования по фигурному катанию, в сочинском Зимнем театре был аншлаг. А поздравил нас лично Владимир Мединский, было почетно и вообще здорово!

Geometria.ru:На грядущем Фестивале балета DANCE OPEN Вы выступите в номере из «Синей бороды», специально реконструированном для программы петербургского форума. Расскажите об этом фрагменте и своей роли.

Кристина Кретова
:Что-то рассказать конкретно о самом балете мне будет сложно, т.к. его не показывали более ста лет. Для меня это знаковое событие, потому что я поработала наконец-таки с Василием Медведевым, художественным руководителем Фестиваля. Работали мы очень интенсивно. Мы исполняем номер под названием «Электра». Сейчас по большому счету мало людей, которые стремятся сохранить чью-либо хореографию. Мы знаем те отличия, которые были характерны для хореографии Петипа. Василий стремился показать как можно больше этих характеристик. Как мне кажется, па-де-де получилось красивым, но честно признаюсь, оно тяжелое для исполнения. Но Василий как балетный человек, все прекрасно понимает, и поэтому с нами также будет выступать кордебалет. Также к нам на репетицию приходил Юрий Бурлака, который сделал несколько корректировок и в принципе остался доволен номером. Для меня это ответственно, потому что мы будем закрывать гала. Надеюсь, что нам удастся показать, на что мы способны в полной мере. В этом году мы с Семеном Чудиным единственные представители из Большого театра. Поэтому на нас лежит большой груз ответственности.

Geometria.ru:На Фестивале DANCE OPEN в фокусе программы заявлена современная хореография. Отдаете ли Вы большее предпочтение современным балетам или все-таки классическим?

Кристина Кретова
:Изначально я, конечно, же классическая балерина. В то время, когда я начинала свою карьеру в театре, было мало постановок современной хореографии, тем более модерна. Но мы старались везде ходить, больше смотреть и говорить без конца о том, что нет ничего лучше классики. Однако современную хореографию и классическую нужно воспринимать как две абсолютно разные категории. Как правило, современный балет не настроен на какие-то жизненные переживания. Дается лишь какая-то определенная тематика. Возьмите того же МакГрегора и его последнюю работу, которая, кстати, совсем недавно была показана в Питере. Он решил показать людей в метро и то, как они ходят. В принципе никакой драматической и психологической подоплеки в этом балете нет. Также и Матс Эк, который представил в Большом театре свой балет «Квартира». Многие ничего не поняли. Но если вы хотите, что-то понимать стоит идти на классические постановки такие, например, как «Жизель», где все понятно. А в современной хореографии нужно лишь наслаждаться танцем, новым стилем, новым искусством. Я люблю танцевать в современных постановках. Но классику никто не забывает и такие хореографы, как Вася Медведев, Юрий Бурлака, стараются возобновлять утраченные классические произведения.

Geometria.ru:Расскажите о своих дальнейших творческих планах. В каких спектаклях Вас можно увидеть в ближайшее время?

Кристина Кретова
:В ближайшее время меня можно будет увидеть в «Классической симфонии» Юрия Посохова, в «Квартире» Матс Эка, в роли Мочалки в «Мойдодыре» Юрия Смекалова, в роли Актрисы в балете «Светлый ручей» Алексея Ратманского, в балете Жана-Кристофа Майо «Укрощение строптивой», в «Марко Спада» в роли Анжелы, в спектакле «Дама с камелиями» Джона Ноймаера в роли Пруданс и в роли Гамзатти в «Баядерке». Это мои ближайшие выступления в Большом театре до июля.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17179
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вт Июл 26, 2016 1:40 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2014043114
Тема| Балет, Михайловский театр, Персоналии, Виктор Лебедев
Автор| ДМИТРИЙ БЕЗУГЛОВ
Заголовок| АД С ДЕВЯТИ ДО ШЕСТИ
Где опубликовано|© издание «What is The Fashion?» (Екатеринбург)
Дата публикации| 2014-04-22
Ссылка| http://wtf-magazine.com/post/267
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

ВИКТОР ЛЕБЕДЕВ, ЗВЕЗДНЫЙ ПРЕМЬЕР МИХАЙЛОВСКОГО ТЕАТРА, ЛЮБИМЕЦ ЕКАТЕРИНБУРГСКОЙ БАЛЕТНОЙ ПУБЛИКИ, РАССКАЗЫВАЕТ О ТОНКОСТЯХ ВОСПРИЯТИЯ ИСКУССТВА КАК РЕМЕСЛА И ОБ ИСТИННЫХ АМБИЦИЯХ БОЛЬШИХ АРТИСТОВ.


Виктор Лебедев. Фото: Артем Сурков

Когда я поступил в Вагановское училище, мне очень не хотелось там учиться, и первые два года для меня были адом – с девяти до шести. Затем, когда я стал старше и очень хотел гулять, подумывал о том, чтобы уйти из академии и вообще бросить балет. Старшая сестра посоветовала остаться и заставила задуматься: куда же мне еще идти после балета? К тому времени я проучился уже шесть лет. И остался, о чем не жалею.

За все, что я танцую сейчас, могу сказать большое спасибо директору Михайловского театра Владимиру Абрамовичу Кехману и своему любимому репетитору, главному балетмейстеру Михаилу Григорьевичу Мессереру. Если бы не они, никакого карьерного взрыва могло не быть. Вначале я попал по распределению в Мариинский театр, отработал там два дня, а потом Кехман с Мессерером пригласили меня на собеседование. Через три часа беседы я понял, что увольняюсь из Мариинского и ухожу в Михайловский. Они ко мне очень хорошо относятся, а когда ты чувствуешь поддержку руководства и понимаешь, что нужен театру, стараешься еще больше.

С загрузкой своего расписания ничего не могу сделать, но это хорошо, когда человек занят во всех спектаклях. Мне 22 года, и мне приятно выходить на сцену в статусе премьера.

У каждого артиста есть свой самый любимый балет – у меня это «Баядерка». В школе я не особо интересовался балетом и в свободное время занимался совершенно другими вещами. Но, еще учась в академии, решил сходить в театр на «Баядерку». Когда увидел ее, сразу понял, что это мой балет и я могу его станцевать.

В Михайловский театр меня пригласили специально на роль принца Дезире в «Спящей красавице», потому что увидели меня на выпускном – я исполнял па-де-де именно в этой постановке. В репертуаре тогда еще не было «Баядерки». И я ждал, когда же, господи, мне дадут партию Солора. Хотя, скажу по секрету, в первый год работы никто ее не танцует. И вот я станцевал «Сильфиду», «Корсара»… И тут выпадает одна «Баядерка», но она у другого танцора, Леонида Сарафанова. Я очень расстроился, и ради меня сместили весь блок других спектаклей, чтобы поставить еще одну «Баядерку» – чтобы я ее станцевал. Но Сарафанов получил травму на репетициях и станцевать так и не смог. Так что я, получилось, танцевал две «Баядерки».

У меня ужасная черта характера – я очень ленивый. Почти всегда меня заставляли что-либо делать. Я не фанатик балета, вокруг меня в жизни есть много всего другого. Например, много разных магазинов (смеется). Надеюсь, что фанатом я не стану. Может, это мне даже помогает. Некоторые фанаты просто не могут уйти из зала – много раз оттачивают одно и то же, репетиция за репетицией. Но на сцене у них все равно не получается. Какой смысл репетировать пять дней подряд? Нужно понимать, что сцена непредсказуема. Может получиться, а может и не выйти ничего. Это зависит от многих вещей – даже от того, с каким настроением ты проснулся, или от того, кто его тебе сегодня испортил.

Я стараюсь не репетировать. Это вовсе не значит, что у меня все идеально. И, конечно, я не могу сейчас сказать, что завтра на сцене у меня все получится идеально. Точно так же никто не знает, что будет со мной через десять лет, кем я буду работать.

Пока что у меня нет большой мечты. Я лишь хочу спокойно танцевать то, что мне нравится, и чтобы не было травм. И если меня в Михайловском продолжат так же любить – будет прекрасно. Сказать «никогда из балета не уйду» у меня язык не поворачивается. Не могу знать наперед. Желания стать хореографом у меня нет. Разве что – директором театра (смеется). Наверное, любому артисту хотелось бы стать директором театра. Как и любому человеку – стать директором. Поставьте эксперимент, предложите руководящий пост любому случайному знакомому. Наверняка не откажется.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17179
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Авг 26, 2016 9:39 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2014043115
Тема| Балет, , Персоналии, Наталия Макарова
Автор| Соловьев Д.
Заголовок| Биография в танце
Где опубликовано|© журнал «Линия полета» № 94
Дата публикации| 2014 апрель
Ссылка| http://www.spblp.ru/ru/magazine/94/384
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

В биографии прославленной балетной примы Наталии Макаровой было много крутых поворотов, но она всегда оставалась честной перед собой и хотела только одного: реализовать таланты, данные судьбой, и состояться в творчестве.



Стремление состояться

Наталия Романовна, в последнее время вы частый гость в родном городе. Какое событие запомнилось вам более всего?

Наталия Макарова:
Мне запоминается каждый день в Петербурге. Наверное, особенно приятным был вечер презентации моей книги «Биография в танце». В 1978 году, во время беременности, я ее написала, а Геннадий Шмаков перевел на английский язык. Вышла книга в 1979 году, имела успех, но получился не совсем мой личный текст, а перевод. По прошествии лет я решила многое добавить, какие-то фрагменты переписать и издать в Москве на русском языке. На вечере выступали мои любимые партнеры: Никита Долгушин, Сергей Викулов, показывали фильм обо мне, снятый Галиной Мшанской. Было очень приятно, тепло.

Но ведь и в советское время вас очень любили, вы танцевали лучшие партии, вас награждали. Почему же решили покинуть этот «рай»?

Н. М.:
Да, роли были, но я не чувствовала своей полной востребованности. Я могла в тысячу раз больше, чем делала. Инициатива не приветствовалась, все новое гасилось на корню. Жуткое идеологическое давление, хотя я всегда была независимой и на собрания не ходила, за что получала выговоры. В интригах я не участвовала – не умею этим заниматься. Главным для меня всегда было творчество, оно-то и вызывало у меня основную тревогу: век балерины недолог, годы уходили, а я чувствовала, что не развиваюсь как профессионал. У меня сформировался артистический голод, хотелось реализовать свой потенциал.

Вы ведь танцевали под руководством самого Якобсона.

Н. М.:
Да, эти воспоминания очень ярки для меня. Это гениальный хореограф, и очень жаль, что в то время нельзя было заснять его спектакли хотя бы на видеопленку. Вот почему сейчас так важно, чтобы его наследие не пропало. Слишком мало осталось нас, тех, кто работал с ним лично и может воспроизвести фрагменты его спектаклей, методы работы.

Вы пытались как-то бороться с системой?

Н. М.:
Трудно было бороться, когда ставились, например, балеты ««Россия» входит в порт» или «Далекая планета» о наших космических достижениях. Мне же хотелось работать в разных стилях и с разными хореографами. Одного Якобсона было мало. Работала с Сергеевым, но хорошим хореографом его не считала. В свободное время мы с потрясающим партнером Алексидзе под руководством Захарова репетировали миниатюры. Эта работа меня вдохновляла, но ее было мало. Игорь Чернышев поставил вне плана спектакль на музыку Берлиоза: я – Джульетта, Вадим Гуляев – Ромео, Михаил Барышников – Меркуцио. Худсовет «зарубил»: слишком эротично, по-декадентски, тогда с этим боролись. Мне все это порядком надоело.

И вы решили во время гастролей остаться на Западе?

Н. М.:
Нет, если бы я все продумала заранее, ничего бы точно не получилось. Все произошло спонтанно.

Как же вам это удалось? Ведь в каждой труппе на гастролях обязательно находился «дядя Вася», представитель КГБ, который не сводил с артистов глаз?

Н. М.:
У нас таких «дядь Вась» было несколько. Одного я, кстати, недавно встретила в России, и он сам напомнил: «Мы с вами в Лондон ездили». К счастью, он из-за меня не пострадал. Но тогда, в последний мой вечер в Британии, я отправилась в гости к своим английским друзьям. Идеи оставаться не было, но друзья уговорили.

Они тоже имели отношение к балету?

Н. М.:
Нет, просто ценили мое творчество и страстно хотели, чтобы я полностью раскрылась как балерина. В 1970 году мне было уже тридцать, и они внушили мне, что это последний шанс. Оглядываясь назад, понимаю, что было самое время.

Приезжая в Россию сейчас, вам не кажется, что здесь есть все то, о чем вы когда-то мечтали?

Н. М.:
Изменения, конечно, колоссальные, но мне трудно судить, что происходит сейчас в России в сфере искусства. Я вижу, что здесь слишком много несерьезного, нет углубленности, многое делается на скорую руку, без длительной подготовки. А поскольку для меня всегда на первом месте было понятие качества, профессионализма, скажу вам честно: я не была бы удовлетворена. Все-таки в 1970-м мне хотелось чего-то другого.

Кумиры, учителя и партнеры

Вы часто говорите о профессионализме. Кто образец для вас?

Н. М.:
Мой кумир – Галина Уланова. Мы подружились, к сожалению, поздно, в конце ее жизни, но такой духовной близости у меня не было ни с одной балериной.

А Наталья Дудинская? Ведь именно она была вашим репетитором в Мариинском театре?

Н. М.:
Великая Дудинская – несколько иное. Ее конек – высочайшая техника. Это типичная балерина-виртуоз, которых в то время было невероятно мало. Последняя ученица Вагановой, она обладала уникальным техническим багажом, который щедро передавала молодым. А вот в плане артистизма я больше работала с Татьяной Вечесловой. У них были какие-то столкновения между собой, но я никогда в них не вникала.

Вы работали с такими корифеями, как Роббинс, Пти, Бежар. Расскажите немного о них.

Н. М.:
Джером Роббинс – поэт танца, он мыслит образами, хореограф от Бога. Ролан Пти – совсем другая история: талант, эрудит, француз, и этим многое сказано. Морис Бежар – более чем хореограф, он театральный человек с необыкновенной эрудицией. Невозможно не утонуть в его огромных синих глазах.

А ваши отечественные партнеры за рубежом – Нуреев, Барышников?

Н. М.:
Нуреев остался на Западе еще в 1960-х. Я всегда его называла Руди, что говорит о моем к нему отношении. Человек страстей, неуправляемый. Миша остался после гастролей в 1974-м. Барышников – гениальный танцовщик и артист. На сцене он всегда был контактным, а про жизнь мы сегодня говорить не будем.

Вам удалось соприкоснуться с творчеством такого мастера мюзиклов, как Ричард Роджерс.

Н. М.:
Да, за спектакль на Бродвее «На пуантах» на его музыку в 1983 году я получила семь разных наград. Одна из них, театральная премия «Тони» лучшей актрисы мюзикла, – самая дорогая для меня.

У вас был и российский театральный опыт – «Двое на качелях» в постановке Романа Виктюка. Как возник такой союз?

Н. М.:
Я сама о нем попросила. Решила, что играла на английском многих авторов – Б. Шоу, Н. Коуарда, Ж. Дюваля, а на русском такого опыта не было. Захотелось сыграть у Виктюка. Его основная черта, помимо таланта, – невероятное обаяние.

Какие тенденции в балетном искусстве вы улавливаете сейчас?

Н. М.:
Могу сказать, что ничего принципиально нового не наблюдаю. Значительных хореографов можно пересчитать по пальцам: Эк, Форсайт, Ратманский, Уилдон, Ньюмейер.

Вам знаком такой термин, как stage fright (волнение перед выходом на сцену)?

Н. М.:
Да, конечно, и с годами волнение увеличивается. Зато, когда выходишь на сцену, забываешь обо всем.

В связи с этим – вопрос о нашумевшем фильме «Черный лебедь». Удалось ли его создателям передать атмосферу, царящую на сцене и за ее пределами?

Н. М.:
Это чудесный триллер, ужастик, но к балету он не имеет никакого отношения. Балет здесь – эффектный бэкграунд, не более того.

И последний вопрос: вы выступали на лучших сценах мира. Какая из них была самой лучшей для вас?

Н. М.:
И все-таки Мариинка. Здесь я делала первые шаги, меня научили всему тому, что дало мне возможность выжить в другом мире. И я никогда этого не забуду.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17179
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Сб Авг 27, 2016 9:17 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2014043116
Тема| Балет, Санкт-Петербургский театр балета, Гастроли, Персоналии, Борис Эйфман
Авторы| Евгений Ксензенко
Заголовок| Борис Эйфман
«Я - хореограф. Мы работаем с человеческим телом, мы пытаемся понять, познать человеческое тело, открыть тайну человеческого тела и это мне близко»

Где опубликовано| © Информационный журнал Евромаг
Дата публикации| 2014-04-22
Ссылка| http://www.euromag.ru/lifestyle/36945.html
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ



На прошлой неделе в Лондоне состоялась премьера спектакля Бориса Эйфмана «Роден». Наш колумнист Евгений Ксензенко встретился с великим балетмейстером и поговорил с ним об искусстве, публике и философии.

Борис Яковлевич, я был вчера на премьере, видел, как восторженно публика восприняла спектакль. Можно ли привыкнуть к таким овациям, которыми постоянно награждают Вас и Ваш коллектив?

Нет, к овациям привыкнуть нельзя и не надо привыкать, но с другой стороны, понимаете, после этих оваций начинается рабочий день, рабочие будни, проблемы и они очень быстро опускают на землю любого художника, особенно руководителя театра. И если ты постоянно находишься в каком-то творческом процессе, то всё новое, которое ты создаешь, оно уже как бы практически не имеет отношения к тому успеху, который ты получил вчера, потому что сегодня новый день, новые проблемы и новые достижения, которые ты должен преодолеть. В общем, я думаю, что это замечательно. Иначе, как говорят, у нас бы просто крыша поехала и ничего бы толкового никто не сделал, и я в том числе.

Почему Вы выбрали именно «Роден» для открытия Лондонских гастролей?

Вы знаете, во-первых, это последняя наша признанная во всём мире премьера. Во-вторых, это спектакль, который как бы говорит о художнике, который принадлежит человечеству. Понимаете, это не французский скульптор. Это личность, которая принадлежит России, Англии, Америке, Франции. Это человек, который создал шедевры, которые обогатили мир, обогатили общество. И это мне лично очень близкий человек как скульптор. Я хореограф, мы работаем с человеческим телом, мы пытаемся понять, познать человеческое тело, открыть тайну человеческого тела и это мне близко.

Потом история Родена мне близка, потому что в нём есть очень важная для меня тема. Тема жертвы творца, которую он приносит для создания своих шедевров. История Родена и Камиллы Клодель, их любовь, их творчество совместное, оно с одной стороны - действительно обогатило мир выдающимися произведениями искусства, а с другой стороны - эта история одна из самых трагичных историй взаимоотношений мужчины и женщины, взаимоотношения двух художников. Это история, которая сопровождалась любовью, страстями, ревностью и безумием. Поэтому это близкая мне и балетному театру история.

Сюжет расплаты гения за талант. Вы считаете, что за всё в жизни приходится платить? Даже за талант?

Таланту, прежде всего, потому что, понимаете, талант - это человек, который должен, как говорил Микеланджело: чтобы создать шедевр, нужно отсечь всё лишнее и получишь великолепное произведение искусства. Вот талант - это человек, который всё свою жизнь должен постоянно отсекать всё лишнее, что мешает ему сотворить великое. А лишнее это бывает иногда и человеческие отношения, и человеческие судьбы.

То есть иногда приходиться резать по живому, чтобы в конечном итоге добиться создания этих шедевров. И жертвы, которые приходится преодолевать, это конечно, колосcальные жертвы. А главное - это постоянная борьба с самим собой, это постоянный диалог с самим собой, понимаете, поединок с самим собой. И это конечно, очень изнурительный, очень тяжёлый, долгий путь. Как говорила Ахматова: «если бы знать, из какого сора рождаются стихи, не ведая стыда». Это очень близкая мне тема и она очень характерна для многих художников и, в частности, для Родена.

Довольны ли Вы, как прошла премьера спектакля?

Да, я в общем, очень доволен, как приняли зрители спектакль. Потому что, конечно, когда приезжаешь в какую-то новую столицу, новые зрители, конечно, каждая новая встреча - это экзамен, это новая премьера, поэтому никогда не знаешь, что можно ожидать. Я очень волновался, потому что лондонская публика - она очень воспитанная, изысканная. Она видела всё лучшее, что сегодня создаётся в мире, и всё, что создавалось в прошлом мире, и поэтому, конечно, её оценка очень важна. Тот приём, который мы получили вчера, говорит о том, что, в общем-то, 37 лет творческой жизни моего театра прошли не зря.

Действительно, часто применительно к Лондону говорят «избалованная публика». Волнует ли Вас избалованность публики, её искушённость?

Нет, вы знаете, наоборот, меня очень стимулирует искушённая публика. Потому что я люблю очень достойных противников. Конечно, я люблю свою публику. Но всё равно любая публика, приходящая в твой зал, это противник, которого ты должен одолеть, победить. Ты должен привлечь его своим искусством, сделать его соучастником этого зрелища. Это очень трудно сделать, особенно первую половину действия, но в конечном итоге нам это удаётся, потому что в общем наше искусство обращено к зрителям, оно обращено к людям, оно не само по себе, оно не внутри себя. Эта та эмоциональная энергетика, которая вырывается со сцены в зрительный зал.

Понимаете, публика сегодня должна оторваться от интернета, от телевизора, от многого того, что сегодня людей, так сказать, затягивает. Потерять время, потерять деньги, прийти в балетный театр. Для чего? Ради чего? Она должна прийти, чтобы получить то, что она не может получить нигде. Это общение, живое общение с человеческим телом, с его энергией, с его эмоциями, потому что человеческое тело это удивительный инструмент передачи особой эмоциональной энергетики. Это удивительный инструмент познания души человека, и умение владеть этим инструментом, человеческим телом, оно, конечно, очень сильное оружие общения с людьми. Это такое шаманство. Поэтому одна из причин востребованности нашего театра, его популярности в мире, - это то, что люди приходят за тем, что они нигде в другом месте не получат. И это очень важный момент.

Более того, мне очень радостно, что люди приходят увидеть новый русский балет, потому что все знают классический русский балет, все любят классический русский балет, и когда говорят русский современный балет, конечно, есть такое отторжение. Современный балет - это где-то Америка, Европа, но с Россией современный балет как-то не очень ассоциируется. И вот на протяжении уже многих лет мы обращаем мировую публику в новую веру. Они уверовали в то, что в России сегодня не только хранят шедевры классики, но и создают такое новое успешное востребованное искусство балета.

Получается, что от нашего русского балета ждут классической школы, что сложился миф уже, как в Голливуде - если русский, то обязательно в шапке и со стаканом водки?

Есть такое стереотипное ожидание, что русские должны показывать только классику и не должны лезть в другие сферы. Но наша задача, наша миссия в мире именно в том, чтобы разубедить. Именно чтобы вовлечь нашего зрителя в сферы современного балетного театра, рождённого в Петербурге.

Насколько балет может через пластику передать философские проблемы, которые волнует человечество?

Вы знаете, на мой взгляд, возможности современного балетного театра безграничны, но всё зависит от степени таланта хореографа, от степени таланта артиста и так далее. Балетному театру не нужно ставить по романам, допустим, по сюжетам телефонной книги, но всё что касается души человеческой, всё что касается внутреннего мира, всё что касается его такого, я бы сказал, интерьерного состояния, то это конечно, достигается возможностями балета, и это то, чем должен заниматься современный балет.

Я думаю, что в этом направлении наш театр преуспел. Мы открывали неизвестное в известных романах классических русских, западных. Мы открывали новый лик известных деятелей и культуры, и истории и так далее. То есть мы пытались вообще открыть новые возможности балетного театра. Показать, что это не только искусство, которое может поражать какой-то красотой линий и так далее, а это искусство, которое может сегодня рассказать языком тел то, что невозможно выразить словами.

Язык человеческого тела - это уникальный инструмент познания мира, а главное - познание человека. Более того, это язык будущего, потому что язык тела не имеет языкового барьера. Он понятен людям разных культур, национальностей, вероисповеданий. Это то искусство, которое направлено на интеграцию людей разных культур. И это очень перспективное, очень современное искусство, которое в 21 веке, если оно будет правильно развиваться, будет очень востребовано и высоко оценено.

Выражать чувства языком тела - это такое погружение в подсознание зрителей?

Частично. Понимаете, я бы не хотел так глубоко философствовать на эту тему. Потому что очень многое работает в подсознании, а это значит, что есть какие-то элементы необъяснимые. Сейчас расщеплять это всё и начинать анализировать, откуда что всё происходит, я просто ошибусь или введу Вас в заблуждение, потому что очень многое делается на интyитивном уровне. Это невозможно описать. Для этого есть дар Божий. Что такое дар божий? Это способность проникать в какие-то глубокие слои психики, может быть, способность проникать в слои каких-то предшествующих эпох.

Я думаю, что и наука сейчас не может определить точно, что есть талант, на какую полку это поставить, как это определить. Я думаю, это какая-то особенная способность человека, какая-то субстанция, которая дана человеку. Человеку с ней очень трудно жить, потому что человек понимает, что ему что-то дано, и он должен что-то реализовать, но что конкретно? Очень мало кто понимает, и когда понимает, готов пожертвовать своей жизнью ради реализации этого дара, тогда получается счастливый случай.

Многие познают, но не способны, не хватает просто силы воли преодолеть свою человеческую слабость, чтобы реализовать. Получается трагедия, а многие просто вообще проживают счастливую жизнь и как-то даже не заметили, что Бог им дал. Каждый случай очень индивидуален. Мне повезло в том, что я очень рано ощутил способность быть хореографом, очень рано сконцентрировался на этом и очень рано начал развивать эту способность, как бы отсекая всё лишнее, пошёл по этому пути.

Борис Яковлевич, Вы исследуете человеческие души уже столько лет. К каким выводам приходите? Кто мы? Какие мы?

Вы знаете, не совсем правильно «изучаю человеческую душу». Я не знаю, можно ли это назвать изучением. Я просто погружаюсь постоянно в силу специфики моей личности и моего такого пристрастия в творчестве, я погружаюсь вот в эту тайну человека, в его духовный мир. Я погружаюсь для того, чтобы в нём открыть для себя какие-то новые знаки, новые открытия что ли в своей сфере. Я просто живу в этом. Я не изучаю. Изучение - это что аналитическое, отстранённое. Я просто в этом нахожусь, постоянно живу, это очень сложно. Язык - это что-то искусственное, что-то созданное человечеством, а вот язык тела - это очень естественное.

Человек начинает танцевать где? В утробе матери. Понимаете, он начинает выражать свои эмоции, двигаясь уже там, в утробе матери. Поэтому я – человек, который занимается всю жизнь движениями человеческого тела, это значит, что я всю жизнь пытаюсь понять, что провоцирует то или иное движение, что предшествует внутри человека тому или иному движению. И это тайна, которую может быть кто-нибудь когда-нибудь откроет, я её, конечно, не открыл, но я в этом направлении работаю, мне это интересно. Познание человека, его внутреннего мира через те внешние признаки выражения, через движения человеческого тела.

Если вы спрашиваете, кто мы. Я не знаю. Мы все очень разные. Вот мы сидим с Вами разговариваем. Вы это Вы, я это я. То что мы находим с Вами общий язык, это большое счастье, то что мы находимся в каком-то доброжелательном расположении к друг другу - это большое счастье. Многие люди уже определённо настроены антагонистично к друг другу, очень противоречиво. Люди очень и очень разные. Они собраны, на мой взгляд, из разных племён, такое ощущение, что они прилетели из разных планет и вот их собрали на планете Земля. Если говорить о том, кто мы в плане личности, на мой взгляд, человек - это существо Божье, конечно, но это такой большой эксперимент, который был создан, и он ещё не доведён до конца. Мы находимся в глубоком процессе доразвития.

Если бы мы были более развиты, то в конечном итоге мы бы находили общие интересы, я имею в виду общие глубинные интересы, а у нас как ни странно нет такого интереса. Мы наоборот, обособляемся, локализируемся. И вот, как ни странно только высокое искусство может объединить людей нашей планеты, и оно объединяет. А вот высокое искусство - это уже надчеловеческое. Это то, что дано человеку свыше, и оно всё-таки начинает людей объединять. Всё-таки над нами есть что-то такое, что, может быть, такие творческие личности какие-то сигналы получили, но ещё люди до этого не дошли. И поэтому нужно беречь тех людей, которые получают эти знаки, которые дают нам возможность почувствовать себя людьми и почувствовать какую-то общность того, что называется человек.

Какой балет вам интересен?

Трудно сказать. Я пытаюсь, конечно, смотреть всё, что сегодня появляется по возможности, конечно. Но я не посещаю спектакли, а стараюсь смотреть в интернете. Не могу сказать, что меня очень многое сегодня восхищает, радует. Я очень озабочен новым поколением хореографов, которые для себя так и не открыли пока всю важность нашего искусства, всю значимость. Это не миссионеры, это не люди, осознающие всю степень и ответственности, и привилегии, которую дал им Господь, для того чтобы этим языком говорить с людьми. Это же действительно миссионерство. Ты открываешь занавес и в зале две тысячи человек, и ты начинаешь с ними говорить без слов на языке движения, на языке танца. И ты их завораживаешь, как-то привлекаешь, они становятся твоими фанатами, твоими последователями.

Это очень серьёзное искусство, очень серьёзное, такое шаманское, а молодые хореографы сегодня этого не понимают, не чувствуют. Я думаю, что тот театр Дворец Танца, который мне обещает построить правительство, я очень надеюсь, что он станет в первую очередь таким центром современного мирового балета, который бы дал возможность открыть для зрителя и прошлое, и настоящее, и конечно, будущее, а будущее - это как раз создание какой-то студии-лаборатории, где молодые хореографы могли бы открывать для себя возможности совершенствования, возможности для практики и становились мастерами. И это моя важная задача, которую я себя ставлю. Если Дворец Танца будет открыт, то он стал бы именно тем центром, который бы открыл миру и новые имена хореографов, и новых звёзд балета, и вообще дал бы возможность людям разных направлений искусства и профессионалам, и любителям жить танцем и радоваться жизни.

Помните, своё первое впечатление, когда Вы приехали в Лондон. Каким оно было?

Вы знаете, это, по-моему, было в 91-92 году. Конечно, для каждого человека есть какие-то города, в которых он мечтает побывать. Остап Бендер мечтал быть в Рио-де-Жанейро на пляже. Я, честно говоря, мечтал о Париже, о Иерусалиме. Конечно, Лондон был один из приоритетных городов, куда хотелось приехать. Это мировая история, это город Шекспира, это город великих потрясений, великих реформаций и так далее. Это город очень интересный. Я, конечно, был очень очарован этим городом. Я и до сих пор люблю его, приезжаю сюда с большой радостью. Есть несколько городов в мире, которые я люблю. Лондон один из них.

Конечно, редко бываю здесь и имею возможность просто погулять по городу. В нём есть какая-то величавость архитектурная, такая историческая стать, имперская стать, а с другой стороны - это город для людей - он не подавляет. В нём огромное количество парков, замечательных, ухоженных парков, и видно, как лондонцы сами любят свой город, и как это всё чисто, как аккуратно - это высокая культура. С одной стороны много дворцов, масштабной архитектуры, а с другой - много зелени. Это гармония, баланс имперских амбиций и отношения к человеку. Именно как к человеку, которому нужно в этой империи жить, и растить детей. И вот этот баланс очень правильно выстроен в Лондоне.

Несмотря на то, что балет в Лондоне имеет не такую долгую историю - он возник где-то 100 лет назад, как профессиональный вид искусства, но с другой стороны - он получил колоссальную популярность здесь. Здесь сильны влияния русской школы в Лондонском балете. В основном, педагоги первые были все русские, влияние Дягилева очень мощно было. Такие наши балетные традиции здесь очень сильны, но с другой стороны они сумели эти традиции очень умно впитать в себя и создать свой английский балетный стиль. Это очень правильно, очень талантливо, взять какую-то базу, какую-то модель, какую-то систему и создать что-то близкое, эмоциональное, своё, поэтому здесь публика образованная, эрудированная и она, конечно, понимает и может оценить объективно, если можно так сказать.

Борис Яковлевич, Вы очень хорошо выглядите. Как Вам это удаётся при такой самоотдаче и сопереживании судьбам своих героев.

Выгляжу хорошо? Это для меня что-то новое. Мне кажется, я один из тех людей, которые вообще не думают об этом. Понимаете, я же говорил, что 7-8 часов провожу в балетном зале. Это молодые тела, молодые люди. Я не вампир энергетический, нет. Я так не считаю, но сама форма жизни она требует движения, а движение - это жизнь, а жизнь - это молодость, понимаете. Это всё как-то взаимосвязано. Я нахожусь в творческом процессе постоянно и чем больше работаю, тем лучше я выгляжу, потому что это очень взаимосвязано.

Бывают моменты, когда я не работаю. Это, конечно, меня наоборот, как-то, знаете, опускает. Я расслабляюсь, может быть, и старею в этот момент. Мы живём всё-таки не годами, а той внутренней энергией, которая в нас есть: какая разница, сколько нам лет. Я видел молодых людей уже стариков, совершенно разбитых, это люди, которые уже потеряли связь с миром. Мы живём энергией, а моё искусство зиждется на энергии, эмоциональной энергии, поэтому я полон той эмоциональной энергии.

Ну конечно, Господь мне дал эту энергию, дал возможность подпитываться, компенсировать, потому что я затрачиваю очень много. Удивительно, что я ничего не коплю и наоборот я отдаю, как будто в последний раз всегда. Во-первых, потому что не знаешь, когда этот раз наступит. Просто я привык, что по жизни я отдаю всё, я очень эмоционально работаю. Любую репетицию веду на полной отдаче, но видимо, это и нужно, чтобы был обмен постоянный.

Чем больше ты отдаешь, тем больше ты получаешь. То есть чем больше ты освобождаешь внутреннего пространства, тем больше сразу же тебе что-то приходит, обогащение какое-то комплексное, большое. Если ты жалеешь, ты отдаёшь чуть-чуть и ты чуть-чуть получаешь. У тебя происходит застой, и этот застой приводит к какому-то одряхлению, вы знаете, это как вода, застой воды. Нужно всё время обновление.

Так и здесь - обновление крови, обновление энергии, обновление всего. Для этого необязательно должно быть обновление женщины. Необязательно. Я живу со своей женой очень много - уже более 30 лет вместе и у нас единая семья. Мы сейчас говорим о каких-то внутренних ощущениях. И вот внутренние ощущения - ты должен всё время отдавать, отдавать как можно больше. Освобождать, выплёскивать из себя, выдыхать то, что внутри тебя лежит. И обязательно этот обмен будет происходить, а раз будет происходить обмен, значит ты будешь постоянно обновляться.

Честно говоря, я об этом не думал, сейчас Вы спросили, начал думать. Этот обмен, постоянная циркуляция свежей энергетики и даёт ощущение такого не очень дряхлого существа как я. Но это от того, что я вообще не ощущаю, сколько мне лет. Конечно, я не могу уже так прыгать, девочек поднимать, как я раньше показывал движения, но внутренне я больше скажу - я сейчас меньше сам прыгаю на репетициях в силу возраста - раньше я всё показывал сам, но фантазия стала гораздо более эффективной, более интересной.

Я не примеряю всё на своё дряблое тело, а просто я живу в мире своих фантазий, а фантазии они просто безграничны в любом возрасте, поэтому сегодня, как ни странно, чем старше я становлюсь, тем более изысканная, технически оснащённая, более изобретательная моя хореография. Это поразительно. Я желаю всем нам, вам жить полноценной эмоциональной жизнью. Жить на взлёте - тогда всё будет хорошо!
-----------------------------------------
Все фото - по ссылке
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17179
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Сб Окт 15, 2016 12:18 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2014043117
Тема| Балет, Михайловский театр, Персоналии, Анжелина Воронцова
Автор| беседовала Эльвира Дажунц
Заголовок| Анжелина Воронцова: «Музыка Прокофьева со мной днём и ночью, даже во сне…»
Где опубликовано|© Невский Театралъ" №4(07) апрель 2014
Дата публикации| 2014 апрель
Ссылка| http://n-teatral.ru/anzhelina-vorontsova-muzyka-prokofeva-so-mnoj-dnyom-i-nochyu-dazhe-vo-sne/
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

8 марта солистка Михайловского театра Анжелина Воронцова дебютировала в балете Начо Дуато «Ромео и Джульетта». Это уже восьмая сольная партия молодой балерины на сцене Михайловского театра. Она станцевала Диану Мирейль де Пуатье и Жанну в балете «Пламя Парижа», Китри в «Дон Кихоте», принцессу Аврору в «Спящей красавице», Машу в «Щелкунчике», Лауренсию в одноимённом балете, партию в одноактном балете «Прелюдия»…
А ведь к репетициям на петербургской сцене Анжелина приступила только в сентябре прошлого года!


– Анжелина, ваша карьера развивается не просто быстро – стремительно. Столько премьер всего за полгода!
А в балете «Пламя Парижа» у вас сразу две роли. И такие разные…


– Диану Мирейль я уже танцевала в Большом театре, но в другой постановке. Пришлось что-то переделывать, переучивать. Например, адажио в третьем акте. А потом Михаил Григорьевич Мессерер, постановщик этого балета в Михайловском театре, предложил мне попробовать партию Жанны. А это совсем другая роль! Диана – аристократка, для неё нужна строгая академичность, особая пластика. Мои педагоги говорили, что это моя роль. Но Михаил Григорьевич заверил, что у меня широкое амплуа, я смогу танцевать и крестьянскую девушку. Меня эти слова очень вдохновили. Когда начала работать, то сразу же нашлись иные краски, новые жесты. Так получилось, что у меня эти премьеры прошли одна за другой – 22 июля я дебютировала на сцене Михайловского в партии Дианы Мирейль, а буквально на следующий день станцевала Жанну.

– Диана не мешает вашей Жанне? Ведь в жизни, простите, в балете, эти две девушки находятся по разные стороны баррикад.

– Нет, они как-то уживаются. Две этих роли не смешиваются абсолютно. Для меня это как два разных балета…

– Именно с «Пламени Парижа» началась ваша работа в Петербурге, в Михайловском театре.

– Да, когда я приняла решение уйти из Большого театра, я знала, что это серьёзный шаг. Что придётся поменять не только театр, коллектив, но и город. Но, вы знаете, это решение далось достаточно легко, потому что мне сразу же предложили сольную партию в июльской премьере. Это был как раз балет «Пламя Парижа». Поэтому я согласилась. И работа над этими двумя ролями меня захватила сразу же. И стало легко – коренные перемены в моей жизни отошли на второй план.

– Анжелина, прошу прощения, этот вопрос вам, наверное, задают все журналисты. Оставив Большой – театр номер один в нашей балетной стране, вы попадаете в Петербург. Не провинция, конечно, но и не столица. Не пожалели?

– Когда мне задают мне этот вопрос, я отвечаю: нет. Я не жалею. Наоборот, думаю, может, мне следовало раньше уйти? В Москве я вдруг поняла, что остановилась в творческом росте. Пока ещё там был мой педагог, Николай Максимович Цискаридзе, мы продолжали работать над теми партиями, в которых я не была задействована на сцене Большого. И я знала, что даже не танцуя этот репертуар, всё равно профессионально расту. Открывалось новое понимание своей профессии, я чувствовала, что могу очень многое. А когда Николай Максимович ушёл из Большого театра, для меня это стало переломным моментом. Смысла оставаться не было.



– Вы как-то сказали в одном из интервью, что в Михайловском театре совершенно другая атмо­сфера.

– Очень тёплая и дружеская. Коллектив не такой многочисленный, как в Большом театре, но все артисты – профессионалы, каждый интересен в своем амплуа. Знаете, я никогда не думала, что дружеская атмосфера так помогает в работе! Такого я прежде не испытывала. Я сейчас сильно устаю, но тем не менее каждое утро я просыпаюсь в радостном настроении и с удовольствием бегу в театр.

– Но не слишком ли много работы на вас навалилось? Раньше артисты балета разучивали партии по много месяцев…

– Даже годами работали над одной ролью! Мне же пришлось партию Авроры выучить за полтора месяца.

Просто сейчас другой ритм жизни вообще, не только в балете. Это не означает, что артисты выходят неподготовленными, просто мы привыкли к более интенсивным репетициям. Я репетировала Джульетту по семь-восемь часов в день. И дома у меня всё время звучала музыка Прокофьева, днём и ночью, даже во сне я её слышала! Я бесконечно смотрела видеозаписи, для того чтобы предельно сконцентрироваться на роли. Так что всё нормально.

– Как вам работается с Начо Дуато?

– Здорово. Первая работа с ним – это партия Маши в «Щелкунчике». Начо – требовательный хореограф. Но если это хорошо – он обязательно скажет, что это хорошо. Он бесконечно внимателен, на каждую ноту, на каждый такт у него есть своё движение. Например, в первой сцене под музыкальные трели Джульетта должна сделать такой жест – как будто она выпускает из рук птичку. Я делала это не очень осознанно, просто руки разводила, мне так удобнее было подготовиться к прыжку. А Начо увидел это и сказал: «Надо обязательно выпустить птичку!» И я поняла – именно так! И никак иначе…

– Кто ваши любимые Джульетты? А Маши? У кого из балерин вы учитесь?

– Вот с любимой Джульеттой я никак не определюсь. Все они такие разные! А моя любимая Маша в «Щелкунчике» – это, безусловно, Екатерина Максимова в постановке Григоровича – она лучшая, её не превзойти..

– Анжелина, с городом успели познакомиться? Выучили питерские улицы, дворы? Побывали в музеях?

– У меня было свободное время, когда я только приехала. Я ходила по музеям, знакомилась с городом. А потом началась сумасшедшая гонка. Сейчас жду весеннего тепла – буду много гулять по городу.

– На днях прочла в интернете, что Петербург – самый пасмурный из всех городов-миллионников.

– Да? Я не заметила.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска Часовой пояс: GMT + 3
На страницу Пред.  1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10
Страница 10 из 10

 
Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах


Яндекс.Метрика