Список форумов Балет и Опера Балет и Опера
Форум для обсуждения тем, связанных с балетом и оперой
 
 FAQFAQ   ПоискПоиск   ПользователиПользователи   ГруппыГруппы   РегистрацияРегистрация 
 ПрофильПрофиль   Войти и проверить личные сообщенияВойти и проверить личные сообщения   ВходВход 

Общество Друзья Большого балета
2014-02
На страницу Пред.  1, 2, 3, 4, 5  След.
 
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска
Предыдущая тема :: Следующая тема  
Автор Сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18661
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Фев 24, 2014 10:54 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2014022403
Тема| Балет, АРБ, Памяти Н. Кургапкиной
Автор| Дубшан Федор
Заголовок| В Вагановке провели открытый урок памяти Нинели Кургапкиной
«Она была бы счастлива, что вы все собрались»

Где опубликовано| Вечерний Петербург № 33(25061)
Дата публикации| 2014-02-24
Ссылка| http://vppress.ru/stories/V-Vaganovke-proveli-otkrytyi-urok-pamyati-Nineli-Kurgapkinoi-22359
Аннотация|

Утром к входу в Академию русского балета имени Вагановой подъезжает автомобиль. Выходит коротко стриженная девушка. На вахте ее останавливают, спрашивают, кто такая и куда.


Открытый урок, посвященный памяти Нинели Кургапкиной, поставила Жанна Аюпова.

— Вы что, это же Лопаткина! — говорят вахтеру. — Стыдно не знать.

Народная артистка РФ балерина Ульяна Лопаткина проходит вглубь Вагановки, и я следом за ней. Поднимаемся по лестнице. Из репетиционного зала академии доносится музыка. На входе — толпа, не протолкнуться. Лопаткину люди все же замечают и расступаются перед ней, как море перед Моисеем.

Внутри на большом экране показывают старую черно-белую пленку. Балерина с какой-то сияющей, восторженной улыбкой. Ее появление даже на экране публика встречает аплодисментами. Это Нинель Александровна Кургапкина, ученица Агриппины Вагановой, народная артистка СССР, прима Мариинского театра, партнерша Рудольфа Нуреева и Михаила Барышникова. Более тридцати лет, с 1947-го по 1981-й, она провела на сцене Кировского, более сорока лет проработала педагогом. 13 февраля ей исполнилось бы 80 лет.

Нинель Кургапкина погибла в 2009 году в ДТП у железнодорожного переезда возле станции Белоостров, где у нее была дача. Виновник гибели артистки так и не был найден…

Видеозапись заканчивается, а музыка не прекращается. Под нее выбегают в зал девочки-ученицы. Делают па. Это открытый урок — дань памяти приме. Движения и музыка — точно те же, что были у воспитанников Нинели Александровны на экзаменационном занятии. Некоторые из них сейчас в зале.

Ведет урок новый художественный руководитель академии Жанна Аюпова, также ученица Кургапкиной, — она вполголоса поправляет девушек, подсказывает им. Здесь же и. о. ректора Николай Цискаридзе. Он тоже, кажется, взволнован ответственным моментом. Все же он находит момент, чтобы шепнуть Ульяне Лопаткиной: «Спасибо, что пришла. Я так рад».

— Есть в истории персонажи ключевые, поворотные. К сожалению, память уходит, даже несмотря на то что сохранились какие-то кинокадры… Но нам очень хотелось восстановить атмосферу, царившую на занятиях Нинели Александровны. Хотелось, чтобы ученицы понимали, какой вклад эта женщина внесла в развитие танца. Благодаря ее технике, ловкости и необыкновенной жизнерадостности многие элементы вошли в сегодняшний балет. Теперь мы вынуждены этому учиться, — улыбается Цискаридзе.

После выступления все спускаются в музей академии. Там на стендах выставлено множество фото, в витринах — личные вещи Нинели Кургапкиной. Шкатулка, например, где изображена она сама в одной из ролей. Кастаньеты. На манекены надеты ее ученические платья.

Посреди зала накрыты столы. Наливают вино, пьют не чокаясь.

— Грузины обычно чокаются, потому что душа-то жива, — говорит Николай Цискаридзе. — Мы столько вспоминали за последние недели Нинель Александровну, что я уверен: она с нами. Столько смеялись, пока все это собирали… Я уверен, что она сейчас очень радуется. Знаете, я стоял рядом с Жанной, смотрел, какие лица были у посетителей открытого урока. Она была бы счастлива, что вы все собрались. Каждого она очень любила, в каждого вложила много добра, тепла и своего существа. Пока вы танцуете, творите и существуете, Нинель Александровна жива. Так же, как и в ваших учениках она будет иметь свое продолжение.

— Память у нее была идеальная. Она помнила все балеты, даже те, которые сама не танцевала, — вспоминает поклонница балерины Маргарита Ремизова. — Проработав с Нинелью Александровной 25 лет, я поняла, что не знаю и половины того, что знает она. Удивительное качество — видеть новизну в каждой роли. Не только в движениях — во взаимоотношениях героев. И в нас, ее учениках, тоже. Она все время пыталась из нас это вытащить.

— Я слышала иногда из-за дверей ее громогласный голос. Когда она шла в своем рыжем комбинезоне — разбегались все. Ее воинствующей харизмы боялись, — поделилась Ульяна Лопаткина. — Боевой характер требуется, конечно, любому солисту. Без смелости, без стержня очень сложно вести спектакль. Но то, что Нинель Александровна благодаря своему характеру делала за пределами сцены для некоторых людей, — это человеческий подвиг. Я не много, к сожалению, знаю об этом. Но она в свое время спасала людей от тюрьмы и от смерти. С этим своим локомотивным напором она могла топнуть ногой и сказать: этого человека надо освободить! Хорошо, если бы кто-то рассказал об этом побольше.

Мы побеседовали и с педагогом, поставившим открытый урок, — с новым художественным руководителем академии Жанной Аюповой.

Разговор об ученичестве у Нинели Александровны, о работе с Рудольфом Нуреевым и о нынешней ситуации в академии читайте в ближайших выпусках «Вечернего Петербурга».



Фото: Чайка Наталья
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18661
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Фев 24, 2014 12:52 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2014022404
Тема| Балет, АРБ, Персоналии, Николай Цискаридзе
Автор| Марина Алексинская
Заголовок| Пламя русского балета
Николай Цискаридзе об Олимпиаде и не только

Где опубликовано| газета "Завтра" №8 (1057)
Дата публикации| 2014-02-20
Ссылка| http://zavtra.ru/content/view/plamya-russkogo-baleta/
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ



Романтический принц на сцене, Николай Цискаридзе в жизни — герой. Вступив в схватку с катком под названием «швыдковщина», что вот уже четверть века закатывает в асфальт основы и традиции русского искусства, он выдержал объявленную ему администрацией Большого театра и «свободными» СМИ войну. А в октябре прошлого года возглавил Академию русского балета имени Вагановой. Назначение Николая Цискаридзе на столь высокую и ответственную должность – событие знаковое. Оно определит вектор развития русского балета в XXI веке. Именно этот фактор вызвал еще один приступ бешеной ненависти у комиссаров насаждения прозападной культуры в России, именно поэтому они развязали еще одну чудовищную кампанию по диффамации Николая Цискаридзе. Хладнокровно, элегантно, с шармом и харизмой премьера балета Большого продолжает он отстаивать идеалы высокого искусства.

С Николаем Цискаридзе я встретилась в Петербурге. С корабля на бал, он только что вернулся в северную столицу из Сочи.

"ЗАВТРА". Николай, открытие Олимпиады вконец взбесило креативную общественность. Каковы ваши впечатления, как участника и свидетеля церемонии открытия Олимпийских игр?

Николай ЦИСКАРИДЗЕ
. Это было грандиозно! К сожалению, телевидение не могло передать главного — всего масштаба превращений, что сопровождали театральные действия. Технологии 3D, мастерство голографии, динамика движений казались фантастикой и буквально взрывали трибуны.

"ЗАВТРА". Олимпиада особенна для вас потому еще, что есть и ваша лепта в её осуществлении.

Николай ЦИСКАРИДЗЕ.
В день открытия Олимпиады я бежал с огнем и любовался: Сочи необыкновенно чистый, красивый город. А во время открытия, когда зазвучал гимн России, вдруг вспомнил: какое-то, пусть небольшое, участие к этой Олимпиаде, действительно, имею. В 2007 году для конкурса на проведение Олимпийских игр в Сочи снимался в ролике. Весь ролик длился одну минуту, моя часть 20 секунд. Камера несется через всю нашу страну, через Москву и влетает в Большой театр. На сцене, среди лебедей, я танцевал в костюме принца из балета "Щелкунчик". Этот ролик демонстрировался во время представления нашей страны, и когда Сочи был назван городом Олимпиады 2014 года, я был, конечно, счастлив. Потом в составе группы артистов танцевал на закрытии Олимпийских игр в Ванкувере, шла церемония передачи олимпийского огня. Комментаторы всего мира говорили: только Россия может показать такое количество звезд балета одновременно. Наш номер был, действительно, красивый. А в 2011 году десять артистов представляли один из десяти символов Олимпиады. Я представлял Леопарда, и он победил (улыбается).

"ЗАВТРА". Олимпиада отметила заслуги русского балета. Представляя букву "Р" алфавита, был назван "Русский балет". И мы от спорта перейдём к балету. Николай, вы были единственный, кто публично выступил против очередной реформы, на тот раз — реформы школы хореографии, которая бы уничтожила русский балет как явление. Могли вы тогда предположить, что придет час — и вы возглавите академию Вагановой?

Николай ЦИСКАРИДЗЕ.
У меня таких мыслей, таких дерзких мечтаний не было никогда. В день моего назначения, когда я ехал по городу, вспомнил случай. В 2003 году отмечали 300-летие Петербурга и юбилей Марины Тимофеевны Семёновой, 95-летие. О Семеновой снимали фильм, где я был ведущим. Съёмки проходили в Мариинском театре, в Академии русского балета, и необходимо было сделать много подводок, которые снимали в разных местах города. И вот один эпизод пришелся на площадь Ломоносова, где я рассказывал о начале питерского периода Марины Тимофеевны. К тому времени я был уже уставший, допускал ошибки. Мы сделали много дублей, а когда складывали аппаратуру, мне сказали: едем в Академию. Желания туда ехать у меня не было никакого. "Почему ты грустный?" — спросили. "Вы знаете, — отвечаю, — я бывал в Академии, там очень интересно, но они нас, москвичей, не любят. Мы прямо во вражеское логово приедем". И оператор, который складывал аппаратуру, говорит: "Ладно, Коль, еще руководить ими будешь" Я только посмеялся тогда…

"ЗАВТРА". Когда вы узнали о назначении?

Николай ЦИСКАРИДЗЕ.
Предложение было сделано еще полтора года назад, когда на сессии в заседаниях Думы обсуждали реформу в хореографическом образовании. Хотя отношения к образованию я не имел, но дальнейшая судьба балета для меня не безразлична. Реформа могла обернуться катастрофой. Перед выступлением постарался изучить документы, вникнуть в суть проблемы. Владимир Мединский и Григорий Ивлиев работали в то время в Комитете культуры Государственной думы. Наверное, они и заметили меня. А когда пришли работать в Министерство культуры, предложили занять должность ректора Академии Вагановой.

"ЗАВТРА". Известие о вашем назначении ректором Академии русского балета в очередной раз вызвало гранд-скандал. Вы понимаете, что за силы пресекают каждый ваш карьерный шаг? Чего они добиваются?

Николай ЦИСКАРИДЗЕ.
Абсолютно понимаю. Вероятно, хотят торжества зла.

"ЗАВТРА". Верно, что вы устроили в Академии проверку, которая выявила финансовые нарушения?

Николай ЦИСКАРИДЗЕ.
Вообще-то, я никакой проверки не устраивал. Проверка была инициирована Министерством культуры в связи с вступлением в должность ректора нового лица. Проверка был комплексная, как и предусмотрено в такой ситуации.

"ЗАВТРА". Олег Михайлович Виноградов говорил мне, что от коллекции икон, которую он подарил Академии, мало что осталось. Но еще больше меня поразил другой факт. Виноградов сегодня — "фигура нон-грата", а вы пригласили его в Академию.

Николай ЦИСКАРИДЗЕ.
На работе я не делю людей на плохих и хороших, за что был много раз, к сожалению, бит. Для меня важно: приносит человек пользу или вред работе. Когда конкретно встал вопрос об Олеге Михайловиче Виноградове, услышал: зачем ты его приглашаешь? Отвечаю: пожалуйста, назовите мне фамилию балетмейстера, кто может принимать экзамен на балетмейстерском факультете и кто более именит и более значим на сегодняшний день, чем Виноградов. Нравится он вам, не нравится, вы мне назовите просто альтернативу, и я с удовольствием приглашу. Академия русского балета – это старейшее учебное заведение. Я считаю, одно из самых главных в мире. И каждый председатель на экзаменах того или иного факультета должен быть, если это "Вагановка", значимым. Вопрос сразу был снят. Что же касается коллекции, то я попросил Олега Михайловича предоставить мне список и фотографии икон.

"ЗАВТРА". Академия русского балета – заведение священное. Вот вы пришли в кабинет, сели в кресло ректора, что ощутили?

Николай ЦИСКАРИДЗЕ
. Какого-либо страха у меня не было. Просто я вышел на работу и понимал: работа должна быть качественной, грамотной, никак не нарушающей уклада жизни детей. Не нравлюсь кому-то? Но я не доллар, чтобы всем нравиться. Вы знаете, меня очень тронула один педагог, она принесла мне в подарок вазу: тоненький человек держит на себе огромный сосуд. И педагог произнесла: "Николай – это вы и наша Академия, вы на себя взвалили Академию – теперь несите".

"ЗАВТРА". Училище воспитало не только див русского балета, но и величайших личностей. Потом личности куда-то исчезли. Чем это можно объяснить? Исчезла преемственность поколений?

Николай ЦИСКАРИДЗЕ.
Она исчезала все последние двадцать лет. После смерти Константина Михайловича Сергеева Академия сильно изменилась. Уходили в мир иной и выдающиеся артисты русского балета, кто преподавал в Академии. Это Зубковская, Кургапкина, Дудинская, Брегвадзе, Умрихин… Поколение, которое пришло вслед за ними, либо оказалось на Западе, либо было так занято в театре, что на школу не хватало времени. Следующее поколение эту работу не считает интересной. Не все хотят работать в Академии. Здесь гораздо сложнее, чем в театре. В театре вы готовите конкретную роль, а здесь – базу для того, чтобы потом когда-то готовить роли. Работа более однообразная и рутинная, не все хотят….

"ЗАВТРА". Есть таинственная связь. Как только училище получило статус Академии, личности словно испарились. Тогда как с училищем связаны имена Мравинского, Шостаковича, Любови Дмитриевны Блок. Преподаватель истории искусств Мариэтта Харлампиевна Франгопуло рассказывала на уроках о Николае II, как он приходил в училище к Кшесинской… Атмосфера в училище была изысканной, и артисты выходили изысканные.

Николай ЦИСКАРИДЗЕ.
С 1994 года Академия русского балета является отдельным субъектом и не связана с Мариинским театром. Это плюс или минус, зачем это сделано? При Сергееве, думаю, такая реформа была бы просто невозможна. Что же касается личностей в балете, то они не грибы ведь. Нельзя сказать: прошел дождь, и сейчас личности вырастут. Нет. К сожалению, бывают провалы. Разве наша поэзия или музыкальная культура всё время дает гениев? Потому, наверное, мы и говорим о золотом, серебряном веке русской поэзии.

"ЗАВТРА". Уделяете ли вы внимание преподаванию гуманитарных дисциплин?

Николай ЦИСКАРИДЗЕ
. У нас преподаватели очень хорошие. Другое дело, что у детей такая насыщенная жизнь сегодня, что они порой не успевают учиться. Дети выходят на сцену 25 или 26 раз в месяц! Это каждый вечер, по нескольку часов.

"ЗАВТРА". Репетиторы старшего поколения Мариинского театра стонут. Уже нет речи об искусстве. Три сцены, по два-три спектакля в день. Конвейер?

Николай ЦИСКАРИДЗЕ.
Конвейер. Другое дело, в состоянии ли ты к этому конвейеру пристроиться? Я, например, много танцевал. По три-четыре спектакля подряд — потому просто, что не было других исполнителей. Моё поколение любило взять больничный в России и "выздороветь" за границей: за спектакли тогда не платили. Я танцевал и "Баядерку", и "Жизель" подряд, с разными балеринами, но мне это нравилось. Это же радость!

"ЗАВТРА". Но вы взросли на советском искусстве, когда над партией работали не два-три дня.

Николай ЦИСКАРИДЗЕ.
Свою первую роль я готовил три года. С первого дня в театре готовил принца в "Щелкунчике", а станцевал только в третьем сезоне. Григорович в театре "нарисовал" своеобразный план моей работы на пять лет, и во главе плана стоял балет "Легенда о любви". Юрий Николаевич относился к этому серьезно. Для каждого артиста, кого он видел в премьерах или примах театра, был выстроен свой чёткий план восхождения в карьере. Сейчас такое в принципе невозможно.

"ЗАВТРА". Нет ли ставки на халтуру?

Николай ЦИСКАРИДЗЕ
. Знаете, разговоры о халтуре… Всё зависит от человека. Человеческий организм — не машина, конечно, он изнашивается. Когда ты много раз подряд выходишь на сцену, ты не в состоянии оставаться эмоционально зажжённым. Допустим, Галина Уланова в день спектакля не приходила в театр, она уже за сутки до спектакля не репетировала. Она гуляла, готовилась, настраивалась. И меня учила: старайся в день спектакля никуда не ходить, не общаться, лучше погуляй, посиди в парке, почитай книгу. Вообразить такое сегодня вообще невозможно. Просто невозможно.

"ЗАВТРА". Вернутся ли те времена?

Николай ЦИСКАРИДЗЕ.
Об этом можно только мечтать и рассказывать, как о былинах. Никогда больше такого не будет. Та система ушла навсегда, а я с современным ритмом работы столкнулся уже в середине карьеры.

"ЗАВТРА". Из детей надо делать роботов?

Николай ЦИСКАРИДЗЕ
Детей в училище надо готовить так, чтобы, попадая в "обойму", они оставались здоровыми людьми, готовыми очень быстро реагировать на любые изменения облика, настроения, хореографии. Это сложно. Но что делать. Западная система пришла к нам.

"ЗАВТРА". Что мешает от этой западной системы отказаться?

Николай ЦИСКАРИДЗЕ
. Пока будет бизнес, эта система будет работать.

"ЗАВТРА". Борис Эйфман открыл в Петербурге Академию современного танца. Не конкурент ли Академии имени Вагановой?

Николай ЦИСКАРИДЗЕ
. Пока Борис Яковлевич Эйфман разрабатывает систему, по которой он хочет преподавать современный танец. Пока его Академия — зеркальное отражение Академии имени Вагановой. Однако условия у него великолепные, на зависть нам. Четырнадцать залов, оборудованных по последнему слову техники, хорошие гимнастические залы, бассейн. Другое дело, что в Академии Вагановой, конечно, фантастические традиции, хороший педагогический состав. А мои друзья подарили нам оснащение для шести залов. До этого техника была только в одном зале.

"ЗАВТРА". Каков приоритет ценностей в Академии имени Вагановой для вас?

Николай ЦИСКАРИДЗЕ.
Хотел бы, чтобы образование в Академии приносило потрясающие плоды. Я приверженец советской системы преподавания — всё-таки нас с вами хорошо учили. Были и пробелы, но всё-таки худо-бедно всё моё поколение умеет по способностям играть на рояле. Я не был феноменально одарён музыкально, но могу читать нотный текст, в отличие от современных выпускников, которые не знают, что такое нотная грамота, которые не понимают разницу в музыкальных инструментах и так далее. Комплексное образование должно быть серьёзным. И когда мы выбираем репертуар для детей, то детям необходимо знать историю балета, его персонажей. Я сам буду спрашивать об этом детей на репетициях, как меня спрашивал мой педагог в училище Петр Пестов. И было очень страшно, если ты чего-либо не знал. Значит, тебе не интересно. Значит, ты просто на репетицию не допускался. Это важный воспитательный момент. Но если ты прочитал о балете раз, другой, третий, то тебе станет приятно читать. И подготовка к роли станет привычкой.

"ЗАВТРА". По мнению небезызвестного вам Михаила Швыдкого, артист не может заниматься административной работой. Тогда как в Москве уже легенды ходят о том, что вы в Академии — с утра до ночи, обедаете в столовой, чтобы знать, как кормят детей. Это правда?

Николай ЦИСКАРИДЗЕ.
Да, это правда. Но кто не знает "любовь" главного шоумена от искусства страны ко мне! Ведь только ему и его свите можно петь, танцевать, возглавлять все главные учреждения культуры. И, как ни странно, почему-то г-на Швыдкого никогда не удивляет, что некоторые артисты вступают в партии, работают в Государственной думе, продолжая при этом свою творческую деятельность. Потому что прекрасно знает, какие покровители стоят за каждым из них? Вероятно, это его пугает и останавливает?

"ЗАВТРА". Николай, мы разговариваем с вами не в первый раз, и я не перестаю удивляться. Вы прошли через такие тернии, такую машину прессинга вынесли... Что вам дает уверенность в себе?

Николай ЦИСКАРИДЗЕ
. Мне кажется, что волноваться должны те люди, которые воруют или совершают преступления. Я ничего такого не совершал, мне нечего стесняться.

"ЗАВТРА". В Москве можно услышать: Николай Цискаридзе еще вернется в Большой театр! Ваши отношения с Большим исчерпаны?

Николай ЦИСКАРИДЗЕ
. Я был артистом Большого театра и навсегда останусь им. Другое дело, что на сегодняшний день я занимаю чиновничью должность. Но чем она прекрасна? Она сочетает в себе административную, образовательную и творческую составляющие одновременно… Вы знаете, я долго не входил в Большой театр. Приехал на премьеру "Дона Карлоса", потому что пела Мария Гулегина. Только вошёл в зрительный зал — и стали аплодировать.

"ЗАВТРА". Страна должна помнить своих героев!
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18661
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Фев 24, 2014 1:40 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2014022405
Тема| Балет, "Золотая маска", Random Dance , "Atomos", Персоналии, Уэйн Макгрегор
Автор| Екатерина ВАСЕНИНА
Заголовок| Меланхолия балетного Doom'а
Усталость стиля Уйэна МакГрегора показали в программе «Контекст» на «Золотой маске»

Где опубликовано| "Театрал"
Дата публикации| 2014-02-24
Ссылка| http://www.teatral-online.ru/news/11077/
Аннотация|



Некоторая пышность, демонстративность и торжественность в синтезе уличного стиля с классической манерой коренится в дате и месте основания Random Dance Company хореографа Уйэна Макгрегора: 1992 год, Лондон – расцвет эпохи постмодерна. Это слияние улиц и дворцов напоказ объяснимы местом, временем и рождаемой ими средой, как и хореографический код компании – физическим телосложением ее хореографа. Высокий, худой и гибкий МакГрегор двигается «опасно», Youtube это доказывает: любое движение высокого и сильного человека, спонтанное или осознанное, интуитивно воспринимается угрожающе и при этом оно выразительно. Канон классического балета, мимикрирующего эту опасность в породу и благородный темперамент, своей сдержанностью усиливает вложенные в авторскую хореографию смыслы. Босоногость и скульптурность танцовщиков – небольшая формальная дань свободному стилю: корсет традиций классических и модернистских (учеба в школе Хосе Лимона в стиле заметна) у МакГрегора крепок.

МакГрегор увлекся компьютерными играми в семь лет: естественно, когда хореография стала смыслом его жизни, он перенес кибермиры своего воображения на сцену. Десять лет назад интересующаяся современный танцем Москва впервые в этом убедилась на фестивале Grand Pas. «Полярные секвенции» (секвенция – религиозное песнопение, входившее в григорианский хорал) создавались как строгая месса людям-машинам под музыку Генри Перселла и Мерилина Мэнсона. Балет «Немезида» шел под живое исполнение электронной музыки диджея Сканнера (диджейский пульт установили в Малом театре), в интервью Сканнер признавался, что главное дело своей жизни он уже осуществил — написал музыку для залов прощания во французских моргах. Танцовщики были нарочито безэмоциональны и удивляли возможностями совершенных тел. МакГрегор настаивал на техногенном происхождении современного человека – за изломами тел в режиме электронных синкоп был различим рисунок компьютерных заставок, разбегающихся и сходящихся линий на мониторе. Танцовщики МакГрегора следовали задаче быть электрическими импульсами, персонажами фантастических рассказов 20 века.


Atomos production shot. Photo by Ravi Deepres

Так же легко люди превращались в собственные видеопроекции: вот шел живой человек по сцене, а вот он уже на экране, в виртуальном лабиринте комнат и катакомб. Дуэт видеографической бабочки и живого мужчины, повторившего в синхроне ее полет, уравнивал в профессионализме видеографиков с танцевальной командой. За надругательство над божественной природой человека следовало возмездие богини Немезиды: облачившись в черные латексные костюмы и вооружившись циркулями-щупальцами, техногенные существа убивали друг друга. Житель кибермиров, МакГрегор ставил это как балет-притчу о перетекании идей и энергий из живого мира в онлайн и обратно.

«Атомос», привезенный на «Маску»-2014, развивает философию МакГрегора о все большем слиянии кибермиров и живой природы: и человек, и созданная им атомная бомба состоит из этих неделимых частиц, в зависимости от того, в какую реакцию они вступят, мир будет развиваться так или иначе, и очень по-разному. Неделимость, целостность атома тоже важно упомянуть: целостность современного человека, как и мир во всем мире – важная утопия и фетиш наших дней.

Хореография, в связи с которой должно говорить о философских понятиях и широких гуманитарных категориях – само по себе признак высокого уровня, характеристика мышления художника. Который имеет право устать, не довести замысел до адекватного воплощения. Полиэкраны, по которым транслировали изображения жуков, бабочек и таблицы и сводки, по идее обуславливающие движения людей, в этот раз могли отсутствовать – убедительного диалога техники и человека в этот раз не получилось. «Атомос» выглядел крепкой работой усталого профессионала. Но покажите мне российского хореографа, который интересовался бы природой атома, протонами, нейтронами, нейтрино – физико-химической сутью божественной природы человека, из которой хореограф-проводник создает свои послания – и я поселюсь у него на репетициях. Потому что, на мой взгляд, такой человек занимается делом.


Последний раз редактировалось: Елена С. (Чт Фев 27, 2014 9:32 am), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18661
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Фев 24, 2014 8:24 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2014022406
Тема| Балет, "Золотая маска", МТ, Персоналии, Алексей Ратманский, Саша Вальц
Автор| Александр ФИРЕР
Заголовок| Танцы под Стравинского и Шостаковича
Где опубликовано| «Музыкальная жизнь» №2 (2014), с. 30-32
Дата публикации| 2014 февраль
Ссылка| http://ikompozitor.ru/RU/catalogue/mz
Аннотация|

На исторической сцене Большого театра в рамках фестиваля «Золотая Маска» балетная труппа Мариинского театра показала два спектакля: «Весну священную» Саши Вальц и «Concerto DSCH» Алексея Ратманского. Опусы-номинанты выдвинуты в разных категориях: первый – «Современный танец/спектакль» и «Работа балетмейстера – хореографа», второй – «Балет/спектакль».

«Весна» без акцента


«Весна священная»

Датой рождения танцевального авангарда можно исторически считать 29 мая 1913 года. Тогда дягилевская антреприза представила в Париже в Театре Елисейских Полей скандальную премьеру «Весны священной» Игоря Стравинского в хореографии Вацлава Нижинского. Креативное событие, освистанное и увенчавшееся дракой театралов, стало хрестоматийным.

Ровно 100 лет спустя (день в день) Валерий Гергиев в том же театре продирижировал «Весной» в постановке популярного в России и в Европе хореографа немки Саши Вальц и в исполнении балетной труппы Мариинского театра. На авеню Монтень в 2013 году драк и скандала не было: повода не давали ни юбилейно-бомондные рамки вечера, ни «ретроградность» новой хореографии относительно революционности Нижинского столетие назад и неординарности версий последующих культовых хореографов. Изначально Саша Вальц поставила «Весну» на своих артистах из «Sasha Waltz & Guests», затем перенесла в Мариинский, где и состоялась премьера. Вальц мыслит в формате философско-космических категорий и ритуальности эмоций, что энергетически родственно сути музыки Стравинского. Хореограф живописует жесткую картину бытия с его «волчьими» законами выживания и сосуществования. Суггестивное осмысление общечеловеческих социумных взаимосвязей находит экспрессивное отражение в ее опусе. В хирургически стальном холоде сценографической отчужденности вокруг горстки то ли земли, то ли пепла, то ли «алюминиевой» стружки рухнувших цивилизаций с детализацией летописца Саши Вальц изображен «хоррор» деконструктивного созидания. Серая масса зомбированных человекосуществ в минималистских робах с черными зияющими глазницами с первых тактов спектакля исступленно, одержимо и запрограммированно преследует единственную цель: это поиск жертвы, который, по Вальц, не что иное, как важный циклический этап ритуально-эволюционного закона сохранения жизни. Неумолимо спускающийся из космоса, будто сталактит, огненный меч должен в четко означенный момент пронзить жертву. Избранницей для галактического «минотавра» становится юная женщина, вынашивающая в своем чреве ребенка. Видимо, хореограф считает, что подобная космогоническая сакральность жертвоприношения суть диалектической квинтэссенции мироздания. Избранница – лишь дочерний клеточный материал астральной «биопсии» для дальнейшего развития жизни во Вселенной. Это концепция, а сценическое воплощение изобилует сценами насилия, страха, брутальности и жесткого эротического смятения. Табунами прочесывают сцену четко выстроенные смешанные группы или группировки самцов и самок, чьи животные инстинкты накалены до высоких температур. Вскакивая на спину мужчины, наездница седлает его, как необузданного мустанга. Вцепляясь в его волосы, она остервенело смакует доминирующие мгновения торжества. Дерганая поступь профильных движений, вольтовы дуги целующихся кончиками кистей рук, самурайская точность широких жестов рисуют напряженную картину терминальной экспрессии. В предгрозовой атмосфере царит инстинкт самосохранения и самовыживания, когда каждый «подозревает» всех. Мужчины хаотично аускультируют животы женщин, прислушиваясь, в чьем чреве бьется зарождающаяся жизнь. Среди беснующегося племени появляется девочка как видение цикличности мироздания, возможная избранница грядущего поколения.


«Весна священная»

По ходу спектакля танцовщики в мольбе выстраиваются клином, стоя на коленях. А то они вглядываются в свои ладони, пытаясь перевести рисунок линий в гипотетическую линию судьбы. Затем сбрасывают с рук невидимую коросту негатива. Лес верхних поддержек, в которых партнерши силуэтными распятиями пронзают сценическое пространство, вырастает предтечей венечного убиения мечом Избранницы. В этот сакральный миг жертвоприношения происходит слияние космоса с бездной земли, которой является человеческая душа. А пластический рисунок вибрирующих рук танцовщиков создает пространственную диаграмму выскакивающих из груди сердец. Финальное раздевание избранницы догола (это есть в немецком варианте, но нет в версии мариинцев) художественно оправдано. Человек, как дитя, без защитной брони одежд истинно является астральным телом, каждая клеточка которого связана с макрокосмосом. Манифестационный взрыв неприкрытой плоти протестует неминуемому приближению смерти. Сгусток визуального внимания к телу танцовщицы лишен ложной стыдливости, но полон непреодолимого желания постигнуть первопричину происходящей трагедии.

Вальц не иллюстрирует партитуру. Она нарочито декларирует свое хореоавторское видение «Весны», для пущего эффекта «четвертуя» опус Стравинского: с железной хваткой эскулапа она делает «перезагрузку», паузы-микроантракты между структурными частями партитуры. Для Вальц это необходимые «передышки», во время которых в беззвучном вакууме самодостаточно длится заряженная инерция движений. Хореограф демонстративно показывает, что ее танец без музыки не задыхается, как рыба без воды: танцевальный текст существует с музыкой Стравинского на паритетных началах. Музыка не делит свою «власть», но делегирует хореографии право на высказывание. А паузы тишины инсталляционно символизируют мимолетную непостижимость сакрального времени и невозможность им управлять.

Все это красноречие нюансов хореографа не очень просматривается в исполнении труппы Мариинского театра. И разница в трактовке «Весны священной» Саши Вальц немцами и петербуржцами такая же, как если бы вы вкушали камамбер, приготовленный из сырого коровьего молока или из пастеризованного. В исполнении мариинцев, увиденном в Большом театре, начинают слишком явно проглядывать цитаты из Нижинского, Бежара, Бауш, Ноймайера, Прельжокажа… Отчего постановка Вальц выглядит вторичной, а сама концепция расползается на отдельные куски, и полностью исчезает сквозное действо. Артисты танцуют формально, соблюдая внешнюю форму и не погружаясь в музыкальную природу произведения. И хотя «пластаются» они «по полной», но с бестолково-наигранными чувствами. Весьма активное воспроизведение движений без их осмысления превращает спектакль в безучастное протанцовывание текста. И лишь экспрессивным Екатерине Кондауровой, Дарье Павленко и Александру Сергееву удается вдохнуть жизнь в балет.

Антитезисным контрастом к общим танцам звучит и музыка в великолепном исполнении оркестра Мариинского театра под управлением Валерия Гергиева.

«Концерт» без задора


«Concerto DSCH». Лидер – Кимин Ким

«Concerto DSCH» поставлен Алексеем Ратманским на музыку Второго фортепианного концерта Дмитрия Шостаковича, написанного композитором в 1957 году для 19-летнего сына Максима. Музыка «оттепельного» опуса вобрала светлый мажорный спектр надежд нашей страны конца 50-х годов. Шостаковичская монограмма DSCH (а также обозначение нот: ре, ми-бемоль, до, си) проходит меткой-автографом через многие произведения классика. Сочиненный Ратманским опус в 2008 году для труппы Нью-Йорк сити балета – оммажный портрет этой американской труппы, созданной Баланчиным. Хореограф не преминул конструктивно сохранить иерархический статус любой балетной компании. Дуэт премьеров в серо-зеленом, обладателей прекрасных линий, царит над шестью парами кордебалета (в бордовых и оранжевых трико-купальниках и веселых платьицах) и тройкой солистов-корифеев в голубом. В балете нет очевидного сюжета и декораций – все сконцентрировано на танце и его эмоциональной палитре. Тут и советская эстетика, и баланчинские отголоски. Танцевальный драйв искрится тонким и добрым иронизированием над эклектичным арсеналом советских классических балетов. Чего стоит только смакование прыжка с двух ног (па соте), когда ненатянутые стопы утюжком застывают в воздухе как зависающие удивления, как подтрунивание над несостоявшимися «антраша сис». Это будто умышленные «бабочки» вместо тройного акселя у фигуристов. Групповой энтузиазм построений и ансамблевого рисунка вместе с девичьими хороводами, скольжениями-проездами и перекатываниями по полу, изящными танцевальными выгибами боков вперед подобен фейерверку эмоций и куражу фонтанирующей мышечной энергии. Ратманский мастерски облекает широчайший виртуозный ассортимент движений в текучую ажурность своей коронной гибкой пластики и колышущегося корпуса. Трио солистов (Надежда Батоева, Филипп Степин и роскошный, вдохновенный Кимин Ким) играют телами друг друга прямо как в мячик. А танец ансамблей строится по принципу сливающегося гармоничного многоголосья, движения одной группы танцовщиков дополняются движениями другой. Адажио статусно отведено дуэту главных солистов, в котором в красивую кантилену хореографом умело вплетены скульптурности изысканных дуэтных поддержек (Светлана Иванова и Константин Зверев прилежно и воздержанно представили некий унифицированный стиль без психологических деталей). На проникновенную лирику, кажущуюся мелодическую простоту и одновременно шлягерное воздействие медленной части концерта Ратманский чутко откликается вязью хореографической фразеологии. Дуновение перебора стоп в па де бурре или скольжения пуантов по полу сцены преображаются в радужный блик рождающихся эмоций. Интересная деталь: дуэт идет в антуражном присутствии кордебалета, который и вторит солистам, и выражает одобрительный дух коллективизма, и разделяет чувства – это словно ироничный реверанс и эпохе, и вампучным хрестоматийностям классических полнометражных гигантов, где вдоль кулис всегда гроздьями усажены поселяне и поселянки, дворцовая челядь и где все в курсе всего.

Хорошо играет оркестр (дирижер Алексей Репников), со старанием танцуют артисты. И все же спектакль в исполнении мариинцев (а сравнивать есть с чем: «Concerto DSCH» танцуют и в Нью-Йорк сити балете, и в балетной труппе Ла Скала) обескуражил убылью смысловых акцентов, подтекстов, живости и «выпуклости» юмора, иронии, солнечного драйва.

Фото Натальи Разиной предоставлены пресс-службой Мариинского театра
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18661
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Фев 24, 2014 9:18 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2014022407
Тема| Балет, МТ, Премьера, Персоналии, Уэйн МакГрегор
Автор| Михаил Садчиков
Заголовок| Премьера балета «Инфра» в Мариинском: чувства, эмоции и человеческие тела
Где опубликовано| Вечерняя Москва
Дата публикации| 2014-02-24
Ссылка| http://vm.ru/news/2014/02/24/premera-baleta-infra-v-mariinskom-chuvstva-emotsii-i-chelovecheskie-tela-236896.html
Аннотация| ПРЕМЬЕРА


Репетиция балета "Инфра" на Новой сцене Мариинского театра
Фото: Михаил Садчиков-младший


24 февраля в рамках фестиваля балета «Мариинский» на новой сцене Мариинского театра состоится российская премьера балета «Инфра» в постановке британского хореографа Уэйна МакГрегора.

Мировая премьера балета «Инфра» состоялась 13 ноября 2008 года на сцене Ковент-Гардена, спектакль был поставлен для Лондонского Королевского балета Великобритании. Отличительной чертой балета «Инфра» является то, что рядом с танцовщиками на экранах движутся сгенерированные компьютерные фигуры, используются визуальные 3D-эффекты. Современных технических новшеств удалось достичь благодаря оснащенной по последнему слову техники, сценой Мариинского-2. Об этом рассказал сам мистер МакГрегор на генеральной репетиции: «Балетное искусство – это форма, которая постоянно развивается. Она может существовать и на классической сцене, но, конечно же, намного удобнее воплощать свои технологические задумки на такой современной сцене, как Мариинский-2».

«Инфра», по признанию одного из самых востребованных хореографов современности, «очень эмоциональный балет»: «Я пытался проникнуть в потаенные уголки человеческой души, показать изнанку людей – таких прозаичных, несовершенных и уязвимых».

Мистер МакГрегор также лестно высказался и о танцорах Мариинского театра: «Ваши танцоры обладают особыми физическим и интеллектуальным уровнем. Но для меня в работе немаловажную роль играет и желание людей. Здесь у нас все совпало. Мне также нравится, что ваши танцоры оказались готовы к моей хореографии, но в тоже время у них есть некий голод к постановкам подобного рода, поэтому мы быстро нашли общий язык».

Мистер Уайн также рассказал о подготовительной работе первой балетной премьерой этого сезона в Мариинском: «Один из элементов моей работы – понять физические особенности артистов, сопоставить их с хореографией и затем определить, как они на нее влияют. Мне кажется, что великолепные танцовщики Мариинского наполнят хореографию своей энергией, изменят характер этого балета. Когда я выбирал, что показать в Петербурге, то мне хотелось найти что-то подходящее именно для этой труппы, сочетающее высокую техничность и эмоциональность».

Не ускользнула от журналистов и интересная деталь – МакГрегор несколько лет назад работал на кафедре экспериментальной психологии Кембриджского университета, где участвовал в исследовании взаимодействия тела и мозга. Хореограф ответил, что ему всегда хотелось исследовать возможности человеческого тела в экстремальных проявлениях, в том числе и реакцию мозга на эти проявления. «Мне очень интересно работать с человеческими телами как с архитектурным объектом, я пытаюсь тестировать, провоцировать и смотреть на то, как объект существует в пространстве и поскольку речь идет о человеческом теле, то мне интересно, как проявляют себя в этот момент эмоции. Для меня важно совместить пространство на сцене вместе с телами и эмоциями. И благодаря той интимной атмосфере в зале, которая царит во время действия, можно достичь фантастического соединения всех этих элементов», - добавил МакГрегор.

Журналисты также поинтересовались: «Если вы работаете с эмоциями, то мы увидим импровизацию на сцене или это будет заранее продуманная хореография с определенной основой?»

- Это две разные вещи – когда вы работаете с труппой на которую ставите какую-то вещь, или вы переносите уже существующий проект на какую-то компанию. Простой перенос оригинальной версии с одной сцены на другую меня не интересует. Основная причина, по которой я здесь нахожусь, это особый почерк артистов Мариинского театра, который должен повлиять на мою собственную креативную составляющую. И когда вы встречаетесь с такими артистами, которые обладают, с одной стороны, таким фантастическим инструментом, как тело, с другой стороны, в них живут чувства, эмоции, это приводит к изменению самого произведения.

Мистера МакГрегора в Петербурге ожидает еще один сюрприз - по окончании премьерного показа балета «Инфра» ему вручат приз «Бенуа де ла Данс».

Как сообщает пресс-служба Мариинского театра «приз был присужден г-ну МакГрегору еще в 2009 году, именно за постановку "Инфры", однако в виду плотного рабочего графика тогда он не смог приехать в Москву».

Вручать почетную награду будет прима-балерина Мариинского театра, участница петербургской премьеры балета и лауреат «Бенуа да ла Данс-2006» Екатерина Кондаурова и театральный критик, координатор «Бенуа де ла Данс» Александр Колесников.

Балет «Инфра» также можно будет посмотреть в рамках фестиваля балета «Мариинский» 5 апреля на новой сцене Мариинского театра.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18661
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Фев 24, 2014 9:38 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2014022408
Тема| Балет, "Золотая маска", Random Dance , Пермский театр, Персоналии, Уэйн Макгрегор
Автор| Наталья Витвицкая
Заголовок| Форсайт и Макгрегор на «Золотой маске»
Где опубликовано| «ВашДосуг.RU/VashDosug.RU»
Дата публикации| 2014-02-21
Ссылка| http://www.vashdosug.ru/msk/theatre/article/73113/
Аннотация|

Пермский театр и лондонская труппа Random Dance привезли в Москву опусы главных авангардистов балетной сцены.



Балетный репертуар нынешней «Золотой маски» радует наличием в нем работ всемирно известных хореографов-радикалов. Имена Уильяма Форсайта и Уэйна Макгрегора балетоманам хорошо известны, однако в стране найдется совсем немного театров, отважившихся сломать стереотипы и поставить какую-нибудь из работ современных гениев. Тем более любопытно было увидеть, как это смогли сделать пермяки. И делают мэтры — макгрегоровская труппа из Великобритании.

Пермский театр оперы и балета на «Маску» приезжает ежегодно. Современный балет они начали осваивать чуть ли не раньше всех, но их сильной стороной все равно оставалась русская балетная классика. Попыток самоутвердиться на непривычном для себя материале театр не оставляет, одна из последних смелых заявок — балет «The Second Detail». Радикальная хореография Форсайта в сочетании с электронной музыкой Тома Виллемса, производит сильное впечатление. Множество танцовщиков, кажущихся бесполыми в одинаковых белых костюмах, двигаются подчеркнуто несинхронно. С видимым стремлением к ускорению и нечеловеческой точности. Разумеется, никакой лирики. Главное в этом балете (и любом другом у Форсайта) — холодная отстраненность, которую, будем честны, пермякам изобразить удается не всегда (все-таки у нас привыкли к рефлексиям на сцене). Но усилия «спрятать душу» очевидны, — виртуозная силовая техника не должна вступать в борьбу с отвлеченной душевностью. Ближе к финалу балетной абстракции на сцене появляется босая танцовщица в белом хитоне. Ее эффектное соло — дань прародительнице авангардного балета Айседоре Дункан. Точнее тому, что она олицетворяет. Несмотря на некоторую хореографическую «предвзятость» классической труппы, пермякам удалось доказать публике форсайтовскую теорию: красота может быть равной деконструкции всех нормативных балетных схем.



Следующим пунктом обязательной программы для всех ценителей балета стала российская премьера балет Уэйна Макгрегора «Atomos». Суперзвезда современной хореографии прошлом году должен был ставить «Весну священную» в Большом театре. Но после трагедии с Филиным, приезжать наотрез отказался. Уговорить его пожаловать в Москву удалось «Золотой маске». На показах в рамках программы «Контекст» случился предсказуемый аншлаг, среди гостей были замечены Роман Абрамович, Дарья Жукова, Сергей Капков и др. Фамилия Макгрегор — это синоним слову революция в балете, он знаменит тем, что ставит свои произведения с оглядкой на науку (физику, химию, нейробиологию и т. д.). Над «Atomos», к примеру, вместе с ним работал социальный антрополог Джеймс Лич — подвергал анализу взаимодействия артистов. Результаты этой работы невидимы, но интригует уже сам факт. Еще один сюрприз — балет нужно смотреть в 3D-очках. На подвесных экранах мелькают кадры с нефтяными вышками, скоплениями жуков и биржевыми отчетами. Иногда возникают красноватые полосы и гигантские пурпурные шары-планеты. Тем, кто надевает очки, все это видится на расстоянии вытянутой руки, пугающе объемно и реалистично. В белом тумане на сцене, тем временем, работает труппа. Эти британские мальчики и девочки свободно чувствуют себя, танцуя любую и самую сложную в техническом плане абстракцию. Им не нужно развивать сюжет или передавать характер. Они — только инструмент в руках мастера. В этом балете их задача — отобразить движения атомов. Стать непрекращающимся броуновским движением, видимым и оттого пугающим.

Электронная музыка «A Winged Victory For The Sullen» добавляет еще сто очков к финальному впечатлению: бессловесная и безэмоциональная вечность прекраснее и страшнее всего на свете. Как и уникальный танцевальный космос, заново открытый Макгрегором.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18661
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вт Фев 25, 2014 10:47 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2014022501
Тема| Балет, Екатеринбургский театр оперы и балета, Персоналии, Надежда Малыгина
Автор| Ольга МАСЛОВА
Заголовок| Гордость страны. Екатеринбургский балет отмечает 100 лет
Где опубликовано| «Аргументы и факты. Урал»
Дата публикации| 2014-02-25
Ссылка| http://www.ural.aif.ru/culture/1112631
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

О важности столь знакового юбилея и проблемах становления балета в провинциальных городах «АиФ-Урал» рассказала управляющая балетной труппой Екатеринбургского оперного театра Надежда Малыгина.



100 лет – не просто юбилейная дата, это веха»

Ольга Маслова, «АиФ-Урал»: – Надежда Анатольевна, что для Екатеринбурга, для театра оперы и балета значит это столетие?



Надежда Малыгина: – В истории развития жизни, человечества в целом, есть определенные вехи, которые мы отсчитываем от своего рождения – это касается как жизни человека, так и жизни в профессии или жизни учреждения. Мы все имеем дату своего рождения. Дату эту мы всегда помним и, естественно, отмечаем. Особенно нас радуют юбилейные даты. Так вот, 100 лет – не просто юбилейная дата, это веха. Если мы будем говорить о развитии науки, искусства, других принципиальных вещах, то 100 лет – это тот рубеж, та граница, которая может полностью поменять лицо объекта. Развивается прогресс, меняется человеческое мировоззрение – и за этим тянутся перемены во всем, в том числе и знаковые перемены в искусстве.

В данном случае мы говорим о балете, поэтому 100 лет – это, конечно, особая дата. С одной стороны – это показатель, чего мы достигли за целую эпоху, с другой – переход в новую эпоху, а если мы будем смотреть глобально, – то это первый маленький шаг в будущее.


В Екатеринбург балет «Лебединое озеро» ставился 13 раз. Фото: www.uralopera.ru

– Если говорить о возможных изменениях после этого юбилея, то чего от них ждать? Мы еще будем держаться за привычный, классический балет или до конца обратимся к современным направлениям?

– Нельзя говорить, что мы уходим в современность, – мы всегда в ней находимся. Мы находились в современности и 50 лет назад – просто тогда была современность того дня. А сегодня современность нашего дня. Каждой эпохе свойственны определенные черты, они ее характеризуют. Нашу эпоху характеризует развитие contemporary dance (пер. с англ. – «современный танец»). Нельзя все называть общим словом «современность», можно говорить о появлении направлений нового танца и новых данс-театрах, которые иначе складывают свои спектакли. Это те же самые балетные постановки, но там принципиально другой подход к построению действа.

«Область должна гордиться»

– Вы говорите о прогрессе, переменах в искусстве. Успевает ли за этими переменами наш зритель? Есть мнение, что до сих пор публика больше цепляется за какие-то привычные, классические произведения.

– Здесь проблема в другом – в особенностях восприятии зрителем спектакля в принципе, любого. Во-первых, сказывается воспитание. К восприятию классического спектакля зрители готовы, а современный им непривычен. Но справедливо и то, что правильно выстроенные постановки всегда принимаются на ура, любым зрителем, даже неподготовленным. Проблема современных постановщиков в том, что очень часто, увлекаясь, уходя только в хореографию, они забывают, что в зале сидит зритель. Если хореограф не учитывает законы режиссирования постановки, то публика его не понимает.

Если же он учитывает эти законы, то на интуитивном уровне зритель все равно проникнется тем, что происходит на сцене. Он может не понять, о чем спектакль, но он получит так называемый катарсис. Он подумает: «Да, это новое, чужое, я никогда такого не видел», – не сможет проанализировать, но все-таки примет эту работу. А если современный хореограф все позиции, о которых я говорила, обходит, тогда – не примет. Все зависит от того, насколько творец идет на общение с публикой.


Сегодня екатеринбургский балет - это 80 профессиональных танцовщиков. Фото: www.uralopera.ru

– Если учесть восторженные отзывы о постановках художественного руководителя балетной труппы оперного театра Вячеслава Самодурова, ему, видимо, как раз и удается найти общий язык с публикой.

– Мне бы хотелось сказать особо про директора Екатеринбургского театра оперы и балета – Андрея Геннадьевича Шишкина. Прежде всего, именно он сделал шаг в сторону экспериментов. Директор осознал необходимость появления нового направления в театре – вот что стало самым важным! Так удачно сложилось, что зеленый свет был дан Славе Самодурову. Мог появиться Слава Самодуров, могла появиться какая-то другая фамилия – самое главное, что было дано разрешение на это направление в работе.

– Все-таки столетие екатеринбургского балета на общемировом фоне, общероссийском – это знаковое событие или мы еще относительно молоды?

– Это знаковое событие. Я считаю, что область должна гордиться, ведь вы находитесь в центре страны, в сердце России. У вас такой прекрасный старинный театр, к тому же вы федералы – это очень хорошо! Если ты хочешь, чтобы у тебя где-то в какой-то деятельности появились корни, а затем здоровые ростки, ты выбираешь дитя. По этой логике Москва, столица нашей родины, на периферии выбрала своим ребенком Екатеринбург. Через вас вглубь страны идет вся культурная политика балета. Это очень важно!
Главная проблема решена

– Знаю, изучала вашу биографию, что у нас в Екатеринбурге вы не так давно, поэтому, наверное, будет немного некорректно задавать вопросы о становлении балета, его истории именно в нашем городе. Но что касается провинции в целом – насколько это становление тяжело проходит?

– В принципе все провинциальные театры находятся в одних и тех же условиях. Одна из самых главных проблем, которая решилась буквально на днях, – это подготовка собственных кадров. Любой провинциальный театр, который имеет собственную школу, всегда будет занимать лидирующее положение, и иметь преимущество перед всеми остальными в стране. Эта позиция в Екатеринбурге долго не решалась, что было большим упущением для федерального театра.

Это тот негатив, который оставался в течение 100 лет и который изменен на знак «плюс» только сейчас. Но отдельно вашему театру еще повезло и в другом: он имеет статус федерального. Вы изначально имеете статус выше, чем все остальные провинциальные театры России.


В репертуаре театра - более 20 балетных спектаклей. Фото: www.uralopera.ru

– Зачастую провинциальные театры, как наверняка и Екатеринбургский оперный, являлись стартовой площадкой для начинающих танцовщиков. После же, набравшись опыта, многие рвались в Петербург или Москву. Изменилось ли это положение сейчас? Возможно, екатеринбургский театр достиг того уровня и престижа, когда место здесь берегут и ценят?

– Каждый человек сам строит свою судьбу. Иногда артист рассчитывает на театр как на стартовую площадку, иногда – как на место своего постоянного жительства и работы. Это чисто человеческий выбор – и неважно, хороший это театр, или плохой. Любой танцовщик, даже тот, что основательно хочет остаться в театре, приглядывается к нему первый год. Примет ли он атмосферу артистическую, примет ли он атмосферу педагогическую, примет ли он атмосферу репертуарную? Если все три позиции не вызывают отторжения у человека, то 99% – что он остается на этом месте.

Я хотела бы сказать о том ряде позиций, которого нет в других театрах, перечислить те бонусы, благодаря которым мы в Екатеринбурге в выигрышном положении. Первое – у нас насыщенная репертуарная афиша, балет идет по три раза в неделю. У нас театр для тружеников. Далее, наша репертуарная афиша очень разнообразна – спектакли есть совершенно на все вкусы: и старинная классика, и работы современных хореографов. Поэтому человек, который любит работать в разных жанрах, – тоже пойдет к нам. Далее, у нас театр «зеленого светофора», как я его называю. Когда я приглашаю в труппу танцовщиков, я им всем говорю: «Зеленый светофор» вам обеспечен – только работайте». Это значит, что мы никого не сдерживаем, и если танцовщик показывает, что может, то он в первый год, даже будучи артистом кордебалета, обязательно станцует сольные вещи.

К тому же здесь очень сплоченная группа репетиторов, заслуженных артистов с богатым опытом – не только танцевальным, но и педагогическим. Самое главное, что они радеют каждый за свои участок работы. Это для них вопрос личной гордости и личного престижа – научить танцовщика, отдать все знания, что у них есть. Поэтому я считаю, что в балетном коллективе нашего театра по всем позициям благоприятная, положительная обстановка.


Последний раз редактировалось: Елена С. (Чт Фев 27, 2014 9:52 am), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18661
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вт Фев 25, 2014 10:54 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2014022502
Тема| Балет, Новосибирский театр оперы и балета, Персоналии, Лидия Крупенина
Автор| Татьяна ШИПИЛОВА
Заголовок| Летящая красота
Где опубликовано| Советская Сибирь
Дата публикации| 2014-02-25
Ссылка| http://www.sovsibir.ru/index.php?dn=news&to=art&ye=2014&id=753
Аннотация| ЮБИЛЕЙ

В Новосибирском театре оперы и балета прошел юбилейный вечер выдающейся балерины, народной артистки СССР Лидии Крупениной

В этот вечер давали «Дон Кихота» Минкуса, где любимую партию и на протяжении многих лет визитную карточку Лидии Ивановны — Китри — танцевала ее ученица Елена Лыткина. А потом были поздравления, в их числе от председателя Правительства Российской Федерации, цветы и множество сердечных слов благодарности артистке, которая отдала НГАТОиБ 66 лет творческой жизни, из них 33 — сцене и ровно столько же — благородному труду педагога-репетитора.


У журналистов к Лидии Крупениной всегда много вопросов. Фото Андрея БАУЛИНА

«Буду ведущей!»

Возьми любую часть биографии Лидии Ивановны Крупениной — все просто и в то же время насыщенно, целеустремленно, самобытно и талантливо, как она сама. Ее вклад в сохранение и развитие школы русского балета неоценим.

Родилась будущая прима-балерина в столице, на 5-й Тверской- Ямской в многодетной семье, где мама занималась воспитанием семерых детей, а отец служил в московской милиции. В пять лет вслед за двумя старшими сестрами пришла в балетную студию при детском клубе, что располагался в их доме. А через два года была принята в Московское хореографическое училище, где занималась самозабвенно, пропустив за девять лет учебы всего два дня по болезни и запомнив их навсегда — два дня без любимого дела. Кто хорошо занимался по специальности, рассказывает Лидия Ивановна, с первого класса училища участвовал в балетных спектаклях Большого театра в сценах, где танцуют дети.

— Меня все время ставили в «Дон Кихот», «Золушку», «Щелкунчик». А в третьем классе доверили роль главного амурчика в «Дон Кихоте», и я два акта танцевала солисткой, — вспоминает она с едва уловимыми нотками той прежней, детской гордости. И маме маленькая непоседа (дома тоже постоянно танцевала!) говорила: «Буду ведущей! Обязательно буду ведущей!»

Сбылось. И довольно скоро. Когда в 1947 году в труппу молодого, только что открывшегося Новосибирского театра оперы и балета, влились выпускники хореографических училищ из Москвы (в их числе Лида Крупенина), Ленинграда, Перми, творческая жизнь в театре кипела, и солисты, получившие академическое профессиональное образование, были очень нужны.

Преданности балету и трудолюбия ей было не занимать, и уже во втором сезоне работы в репертуаре Лидии Крупениной, кроме сольных, появились ведущие партии, такие как Раймонда в одноименном балете Глазунова, Танечка в «Докторе Айболите» Морозова и другие.

Приметы счастья


В роли Эсмеральды (1953 г.) Фото из архива НГАТОиБ

Она называет себя счастливой, потому что «сразу попала в хорошие руки» балетмейстера Михаила Фёдоровича Моисеева, создавшего новосибирский балет, и его жены педагога-репетитора Клавдии Ивановны Сальниковой.

— Она работала с нами до упада, была очень требовательной, но умела поддержать, когда силы были на исходе.

Лидия Ивановна говорит: «Я счастливая, меня Бог любит», находя тому подтверждение в каждом этапе и повороте своего жизненного пути, и собеседник невольно кивает головой: да, счастливая, на самом деле.

Например, потому что в Новосибирске ей довелось работать с замечательными балетмейстерами — Гусевым, Вайноненом, Чабукиани, Виноградовым, Сатуновским, Григоровичем. И каждый привносил в творческую палитру артистов что-то свое. Преданно почитая классику, тот же Григорович привил новосибирским артистам вкус к эксперименту для наиболее яркого раскрытия художественных образов. Партии Хозяйки Медной горы в «Каменном цветке» и Ширин в «Легенде о любви» были для Лидии Ивановны посвящением в современную хореографию и до сих пор являются эталоном счастливого соединения классики и поиска нового.

Тридцатилетнее партнерство на сцене и почти сорокалетний брак с Юрием Васильевичем Гревцовым — ее собственная яркая, светлая и незабываемая легенда о любви. Он приехал в театр в 1950-м, в 51-м они поженились, родился сын, а в 1952-м Крупенина и Гревцов станцевали вместе первый спектакль — «Спящую красавицу». Потом были «Дон Кихот», «Эсмеральда», череда других спектаклей и только в 1980 году, спустя 33 года (!) выхода Лидии Ивановны на сцену Сибирского Колизея — прощальная для великолепного дуэта и обожавшей их публики «Жизель»…

Танец любви и нежности

— У меня хороших партнеров было много, но Юра — лучший, главный, — говорит Лидия Ивановна.

Он, высокий и статный, подбрасывал ее, маленькую и миниатюрную, крутил в воздухе и бережно ловил в объятия как самую большую драгоценность. Вне сцены оберегал точно так же от перегрузок, домашних обязанностей:

— Когда я приходила домой, он говорил мне: «Отдохни, ты устала», — как будто он сам только что не провел несколько часов в балетном классе, — вспоминает Лидия Ивановна. — Убирал, готовил, ходил по магазинам и сына наставлял: «Мы с тобой — двое мужчин, маме должны помогать».

Называл ласково Кашалочкой: когда-то она рассказала ему, что в детстве таким образом выговаривала слово «шоколадка». Это нежное прозвище в их семье прижилось на долгие годы.

Но более всего их, конечно, соединяло отношение к профессии. Оба были убеждены: несколько дней без класса, без занятий опасны для артиста, поддерживать форму надо ежедневно. Поэтому даже когда ездили в отпуск в Сочи, договаривались с директором местного театра, чтобы рано утром, пока нет репетиций, позаниматься у станка. И дома, в выходные брали у охранника ключи, открывали балетный зал и занимались.

— Потом многие за нами потянулись, — улыбается Лидия Ивановна, — и даже концертмейстер стал приходить, подыгрывать…

Юрий Васильевич ушел из жизни рано, в 56 лет, сказалось сиротское военное детство, потом фронтовой период в качестве сына полка, откуда подростку довелось вынести совсем не детские впечатления и переживания…

— Тяжело, конечно, было, когда Юры не стало. Успокаивали только работа и память — есть сын, внук…

Уроки красоты


В балетном классе (2011 г.) Фото Виктора ДМИТРИЕВА

Первые уроки в роли педагога Лидия Ивановна дала в 1969 году в Новосибирском хореографическом училище. В 1973 — 1980 годах, продолжая танцевать ведущие партии в театре, Крупенина была художественным руководителем училища, а также педагогом-репетитором НГАТОиБ. В 80-м полностью перешла на педагогическую работу. В числе ее воспитанниц — народные артистки России Татьяна Кладничкина, Лариса Матюхина-Василевская, которые теперь уже тоже педагоги-репетиторы. Сейчас под наставнической опекой Лидии Ивановны ведущие солистки — народная артистка России Анна Жарова и Елена Лыткина.

Когда они танцуют, в полутьме зала, у центрального входа в партер, на специально поставленном кресле можно увидеть Лидию Ивановну. Она вся внимание и сопереживание. В антракте в гримуборной ее с нетерпением ждут: «Ну, как?!» Однако в день спектакля она замечаний не делает:

— Не порчу настроения, ей еще танцевать. Обычно говорю какие-то пустые вещи: мол, ничего, сделай то-то и то-то, только лицо не морщи, веселей, выразительней. Вот и все, лишь бы поддержать и направить. И только на следующий день подробно разбираем, как она станцевала…

Добавляет почти строго, хотя обычно от Лидии Ивановны исходят лишь легкость, бесконфликтность, непоказная доброжелательность:

— Наша работа очень тяжелая. Если не любишь профессию, сразу уходи…

А уходят, испугавшись труда, и из училища, и из театра. Она же всегда знала: если выбрал эту профессию, а она — тебя, служить ей надо самозабвенно, то есть забывая обо всем остальном.

— Какие бы златые горы мне ни сулили, не стала бы заниматься ничем другим. Балет — это высшая летящая красота.

Она и сегодня летит в театр как на крыльях: там не только тепло и как-то по-особому уютно, но главное для нее — это воздух творчества Сибирского Колизея, в котором растворена сама жизнь.

ЦИТАТА

Игорь ЗЕЛЕНСКИЙ, народный артист России, художественный руководитель балета НГАТОиБ, из интервью в документальном фильме:
— Отдав более шестидесяти лет этой сцене, с какой энергий, с какой отдачей она работает сегодня. Но главное — она мыслит по-современному. Лидия Крупенина — флаг нашего театра.

НАША СПРАВКА

За годы работы в НГАТОиБ Лидия Крупенина станцевала 30 главных партий в классических и современных балетах. В 1971 году балерине присвоено звание народной артистки СССР. Она — одна из четырех артистов в истории Новосибирского театра оперы и балета, удостоенных этого высокого звания.


Последний раз редактировалось: Елена С. (Чт Фев 27, 2014 9:45 am), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18661
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вт Фев 25, 2014 9:49 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2014022503
Тема| Балет, Челябинский театр оперы и балета, Персоналии, Татьяна Предеина
Автор| Светлана СИМАКОВА, специально для Cheldiplom.ru
Заголовок| Татьяна Предеина,
балерина, народная артистка России: «Мир изменился кардинально, все заняты исключительно собой»

Где опубликовано| Chel­Diplom.ru
Дата публикации| 2014-02-25
Ссылка| http://cheldiplom.ru/text/charisma/762594.html?full=3
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

Прима челябинского балета Татьяна Предеина только что вернулась из Москвы, где она танцевала на исторической сцене Большого театра. Народный артист СССР Владимир Васильев пригласил ученицу своей жены Екатерины Максимовой принять участие в вечере памяти великой балерины. О том, как важно помнить и любить, о предстоящем фестивале «В честь Екатерины Максимовой» в Челябинске мы говорили с Татьяной Предеиной.



Чтобы помнили

– Татьяна, недавний спектакль «Анюта» в челябинском театре оперы и балета был также посвящен памяти Екатерины Максимовой?


– Да, в этом году Екатерине Сергеевне исполнилось бы 75 лет. Недавно в Москве на исторической сцене Большого театра состоялся вечер, посвященный памяти великой русской балерины Екатерины Максимовой. Театр «Кремлевский балет», где Екатерина Сергеевна работала много лет, также посвятил ее памяти спектакль. Сделали это и мы.

Как известно, «Анюта» была поставлена Владимиром Васильевым для Екатерины Максимовой. В 1987 году спектакль был перенесен балетмейстером Акчуриным на нашу сцену. Моя премьера в партии Анюты состоялась в 1998 году. И готовила я ее с Екатериной Сергеевной в Большом театре. Свою премьеру не забуду никогда, ведь в зрительном зале находилась сама Екатерина Максимова, а Владимир Васильев исполнял в этом спектакле роль отца Анюты. Модеста Алексеевича танцевал солист Большого театра, заслуженный артист России Александр Петухов.

– Вы принимали участие в гала-концерте в Большом театре?

– В этом вечере принимали участие ученицы Екатерины Максимовой, в том числе и я. Для нас Владимир Васильев поставил «Вальс-фантазию» на музыку Михаила Глинки, который мы танцевали с премьером Большого театра Владиславом Лантратовым. Кроме звезд российского балета на вечер памяти Екатерины Максимовой были приглашены артисты из Испании, Израиля, Италии, Бразилии и танцовщики других стран. Много было гостей и много премьер. Я несколько раз летала на постановочные репетиции в Москву и с большой радостью репетировала. Рабочий график у меня был очень плотный, на это же самое время пришлась защита моей кандидатской диссертации.

– Можно поздравить?

– Да, все прошло хорошо. Владимир Васильев был на защите. Поддержал меня.

– Танцевать на сцене Большого театра – мечта многих выдающихся артистов. Что испытывали вы, выступая на его исторической сцене?

– Я вообще натура очень нервная, волнуюсь всегда – перед каждым спектаклем, даже если выхожу на сцену каждый день. И надо сказать, очень люблю это волнение, оно мне нравится. Но в этот вечер, я, конечно же, испытала просто-таки непередаваемые ощущения от самого факта выступления на исторической сцене Большого театра! Меня переполняли разные чувства и эмоции: уже к привычным, хорошо знакомым мне ощущениям, добавлялись новые незнакомые оттенки какой-то необычайной ответственности и счастья. Вечер был особенным, посвященным моему любимому педагогу и любимой балерине; и я станцевала на легендарной сцене Большого театра, как в свое время того хотела Екатерина Сергеевна… Волновало в этот вечер и то, что со мной работали парикмахер и костюмер, которые в свое время причесывали и одевали Екатерину Сергеевну. Я не могла не думать о том, что когда-то руки этих женщин касались великой балерины.

– В Большом в тот вечер собрались все те, кто хорошо знал Екатерину Максимову?

– Думаю, ее помнит весь балетный мир. На вечере памяти Екатерины Максимовой собралось множество ее учеников, поклонников и хореографов. Я пообщалась с итальянской балериной Аллесандрой Капоцци, которая хорошо знала Екатерину Максимову и танцевала с Владимиром Васильевым. Она подошла ко мне со словами: «Вы так похожи на Катю, только вы – блондинка».

Важные встречи

– Какое впечатление произвел на вас сам театр?

– Очень красивый, очень ухоженный. То, как там работает персонал, должно служить примером для всех остальных российских театров. Важно, что в Большом театре все сделано не только для комфорта зрителей, но и для закулисного быта артистов.



– Не впервые вы посвящаете памяти Екатерины Максимовой спектакли и фестивали в Челябинске. Насколько важно, чтобы артистов помнили? Ведь не секрет, что мы сами себя часто называем иванами, родства не помнящими.

– Для любого человека важно помнить и ценить. Помнить своих учителей. Помнить любимых артистов. Ведь эти люди подарили миру столько прекрасных мгновений, не жалея ни сил, ни здоровья своего. И чем дольше мы храним память о них, тем человечнее мы становимся. Особенно сегодня, когда мир изменился кардинально, – все заняты исключительно собой, своим благосостоянием. Какой-то всеобщий комплекс эгоизма. Душевность и духовность уходят на второй план. И от этого мы многое теряем…

– Принято ли решение о проведении в Челябинске фестиваля «В честь Екатерины Максимовой»?

– Я видела решение правительства области, на проведение фестиваля выделены средства. И я очень надеюсь, что в этом году фестиваль состоится. Скорее всего, это будет в мае 2014 года. Уже подтвердила свое согласие на участие в фестивале балетная труппа Екатеринбургского оперного театра. Сейчас директор нашего театра Владимир Досаев ведет переговоры с Башкирским театром оперы и балета, и получено предварительное согласие. Ведем также переговоры с ведущими артистами российских театров, которые по уже сложившейся традиции во время фестиваля танцуют в спектаклях нашего репертуара. При жизни Екатерины Сергеевны в фестивале в ее честь, как вы помните, принимали участие ее ученики, которые танцевали вместе с нашей труппой.

– Владимир Васильев приедет на наш фестиваль?

– Это станет известно ближе к фестивалю. Надеюсь, что Владимир Викторович приедет в Челябинск на открытие фестиваля либо на его закрытие.

– Как-то вы сказали, что не способны бороться на баррикадах. Но за фестиваль «В честь Екатерины Максимовой» вы с упорством сражаетесь уже несколько лет.

– На этой баррикаде я готова стоять столько, сколько понадобится. Екатерина Максимова – символ целой эпохи в русском балете. И это просто счастье, что такая звездная пара, как Екатерина Максимова и Владимир Васильев, часто бывали в Челябинске, любили здесь танцевать. Не случайно зрительский интерес к этому фестивалю в городе огромен. Фестивали – это вообще очень важная страница культуры любого города. Посмотрите, какие мощные фестивали проводятся в Перми, Уфе, Сыктывкаре, Якутске. В Казани фестивалю имени Рудольфа Нуриева уже больше 25 лет.

А наш фестиваль «В честь Екатерины Максимовой» уникален тем, что мы начали проводить его при жизни Екатерины Сергеевны. И она приезжала на свой фестиваль с огромной радостью, очень дорожила этим фестивалем, для нее он был важен.

– Вспоминаю эпизод: я пришла на интервью к Екатерине Сергеевне и в это же время одна из ее почитательниц подошла сказать спасибо и принесла маленький чудесный букет фиалок. Женщина стала говорить слова благодарности балерине и заплакала, Максимова в ответ тоже заплакала. Да, для нее эти встречи были очень важны.

– Она была очень чувствительным человеком, это правда. Я постоянно возвращаюсь мысленно к временам нашей совместной работы, вспоминаю ее советы, думаю: как бы она поступила в том или ином случае? Екатерина Сергеевна была не только великой балериной, но и очень мудрым педагогом и замечательным человеком. С ней можно было обо всем поговорить, посоветоваться, прийти с любым вопросом. И всегда ее советы оказывались единственно верными. Я на практике убеждалась постоянно: если следовать ее совету, все сложится, как надо. Ее слова помогали навести в голове полный порядок, все сразу становилось на свои места.



– Екатерина Максимова и Владимир Васильев всегда отличались отсутствием снобизма, каких-либо симптомов звездной болезни. В чем здесь секрет?

– Да, это было видно во всем: в том, как они проводили репетиции, как общались с артистами. И сегодня Владимир Викторович искренен, открыт. Общаться с такими людьми – огромное удовольствие. Недаром говорят, чем талантливее человек, тем он проще в общении, в нем есть естественная открытость, он всегда готов поделиться опытом и знаниями.
Забытый список

– Балет «Анюта» уже 25 лет в репертуаре челябинского театра, и зрительный зал всегда полон. Чем вы это объясняете?

– Он понятен публике. Балет поставлен по рассказу Чехова «Анна на шее», а этого писателя заслуженно называют знатоком человеческих душ. И Владимир Васильев поставил исключительно чеховский спектакль. Аншлаг говорит о том, что зрителю нужны такие спектакли. В последнее время вообще волна по России прошла – многие театры поставили «Анюту» на своей сцене, поэтому мне грустно, что наш спектакль находится сегодня в ветхом состоянии – не в исполнительском плане, сильно износились костюмы и декорации.

– Помнится, в свой последний приезд в Челябинск Владимир Васильев говорил об этом с дирекцией театра?

– Да, потому что уже тогда декорации и костюмы крайне нуждались в обновлении. Владимир Викторович даже составил список, что необходимо обновить в первую очередь. Дирекция с его мнением согласилась. Но тогда ничего не было сделано, а потом руководство театра сменилось. И этот список был забыт. В Москве я встретилась с главным балетмейстером Воронежского театра Андреем Меланьиным, который рассказал, что у них «Анюта» выглядит чудесно. Я порадовалась за воронежцев.

– Обидно такой спектакль танцевать в «лохмотьях»?

– Конечно, обидно.

– А сама партия Анюты для вас всегда остается новой?

– Как и любая другая. Иначе ты просто плохой артист. Сколько бы ни работал над партией, ты всегда в процессе размышлений и открытий, хотя сам танец, замысел постановщика остаются в неприкосновенности.

– Приходится ли спорить по поводу вот этой «неприкосновенности» замысла постановщика?

– При работе с современными хореографами можно и поспорить, что-то уточнить, предложить что-то свое. Здесь есть сотворчество. И это всегда очень интересно. А вот классическое наследие балетного театра, конечно же, надо сохранять. И у нас в стране есть прекрасные специалисты, которые помогают это делать.

– Часто ли сегодня ставятся балеты по литературным произведениям?

– Конечно. И в советское время такие постановки были популярны, был даже балет по пьесе Всеволода Вишневского «Комиссар». Не говоря уже о пьесах Шекспира. А сколько балетов поставлено по произведениям Пушкина! И сейчас, например, Джон Ноймайер ставит в Большом театре «Даму с камелиями» Дюма.

– Скажите, а ваш фестиваль «Татьяна Предеина приглашает…» мы увидим в афише театра?

– Пока не знаю. Но это меня волнует меньше, чем фестиваль «В честь Екатерины Максимовой». Такие уникальные традиции нельзя терять. Нужно помнить людей, которые делали и делают славу России – я такие слова громкими не считаю. В успешных странах понимают, что экономика развивается там, где развиваются наука и культура.

Фото А. СОКОЛОВА, А. ГОЛУБЕВА, Е. ФЕТИСОВА


Последний раз редактировалось: Елена С. (Пн Мар 24, 2014 8:23 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18661
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Фев 26, 2014 9:04 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2014022601
Тема| Балет, Музыкальный театр Карелии, Персоналии, Кирилл Симонов
Автор| Беседовала Наталья Соколова
Заголовок| Кирилл Симонов «хочет садить картошку в одном месте»
Где опубликовано| «Вести Карелии»
Дата публикации| 2014-02-25
Ссылка| http://vesti.karelia.ru/kult/kirill_simonov_hochet_sadit_kartoshku_v_odnom_meste/
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

Известный балетмейстер о карельском балете, «Золотой маске» и совместной работе с Евгением Плющенко



Он вернулся в Петрозаводск летом прошлого года. Вернулся с большими планами создать заново в Музыкальном театре Карелии балет, который заставляет говорить о себе далеко за пределами республики. Удалось ли известному хореографу Кириллу Симонову за прошедшие полгода вдохнуть новую жизнь в балетную труппу? Не жалеет ли балетмейстер о том, что вернулся в кресло худрука карельского театра? И почему Кирилл Симонов сегодня «живет» в самолетах и аэропортах? Хореограф откровенно рассказал «Вестям Карелии» о судьбе балета, где все больше работают иностранцы, «Золотых масках» и любви к фигурному катанию.

Театр как отражение страны

– Кирилл Алексеевич, осенью прошлого года на сборе труппы вы сказали, что причин для возвращения в родной город и в Музыкальный театр у вас было достаточно. Но основным поводом для принятия решения все-таки были заверения министра культуры и главы республики о том, что они всячески будут вас поддерживать в новых постановках. Сегодня вы не жалеете, что согласились вновь занять пост худрука нашей балетной труппы?




– Я стал более философски ко всему относиться. Театр – это отражение страны. Как тяжело сейчас всем в нашей стране, так тяжело и в театре. Не скрою, решение вернуться далось не просто. Я его принял после того, как съездил с «Золушкой» на «Золотую маску». Поговорив с директором театра, с министром культуры, мы решили попробовать. Без внятного решения власти я сюда вернуться не мог. Хотя я прекрасно понимал, что 100-процентного финансирования театра все равно не будет. Мы знаем, какие проблемы есть у республики. Но министерство культуры стало активно работать с грантовыми федеральными программами. Оно сейчас не просто кидает деньги на что-то, а работает адресно, под определенные проекты. А мы подготовили много проектов, и есть надежда, что они сработают. Театр уже получил деньги на балет «Анна Каренина», первое знакомство с публикой у этой постановки состоялось в ноябре, а полная версия премьеры состоится в конце сезона. В марте мы выпускаем «Жизель». Этот спектакль зрители должны были увидеть еще в прошлом году. Еще один наш долг – балет «Спящая красавица», который мы должны были представить публике перед «Золушкой». Надеюсь, сделаем спектакль в следующем сезоне. Вообще, у нас работы хватает. Мы увеличили показ балетных спектаклей в два раза. Если в прошлом сезоне показали порядка 20 спектаклей, то в планах нынешнего – 45.

– Помимо работы в Петрозаводске у вас масса дел в других театрах, где вы ставите спектакли. Как все успеваете?

– Я живу в самолете и аэропорту «Домодедово». Это очень тяжело, но поскольку все театры планируют постановки задолго, то, когда я согласился вернуться в Петрозаводск, мой предстоящий сезон уже был распланирован без учета Музыкального театра. У меня прошлый год был нелегким, а нынешний по объему постановок такой же, да еще с Музыкальным театром. Поэтому самому «Жизель» мне здесь не выпустить. Спектакль поставит Екатерина Ковалева, известная петрозаводской публике по «Шопениане». А сейчас у меня на выпуске два спектакля: в Саратове, где я в этом сезоне уже поставил «Половецкие пляски», готовлю классический балет «Раймонда» и делаю «Анну Каренину» в Словакии.

– Балет «Анна Каренина», который петрозаводский зритель увидит в конце сезона, сначала выпустите в Словакии?

– Мы изначально планировали, что один и тот же спектакль будет поставлен в двух театрах. Правда, право первой ночи было у Музыкального театра Карелии. Но так как здесь мы столкнулись с финансовыми проблемами, то все отложилось. А в Европе, если запланирована премьера на апрель, то никуда эти сроки не сдвинешь.
Сказать, что мы делаем два одинаковых спектакля, нельзя. Художники, с которыми я работаю (Эмиль Капелюш и Стефания Граурогкайте), сделали разные эскизы костюмов и сценографии. Труппы театров отличаются. Так что точного повторения проекта не будет. Но у нас есть договоренность со словацким театром, что мы будем меняться солистами: словаков приглашать в Петрозаводск, а наших солистов отправлять в Словакию. А на следующий сезон есть задумка сделать с этим же театром совместный проект «Алиса в стране чудес». Надеюсь, что все состоится, и один очень известный художник будет с нами сотрудничать. Это визуально сложная история. Здесь нужны «крепкая» сценография и необычные костюмы.

Русских в балете не хватает

– Сегодня многие критикуют вас за то, что в труппе много иностранцев. Мол, что, в балетной державе не хватает русских артистов?..


– Русских в балете сегодня катастрофически не хватает. И этому есть объективные причины. В Санкт-Петербурге и Москве много антрепризных трупп, которые занимаются чесом балетов «Щелкунчик» и «Лебединое озеро» в Европе и Америке. Они не дают спектаклей в России. А артисты, которые получают образование в регионах и хотят уехать в Москву, с радостью это делают. В результате провинциальные театры, особенно где нет учреждений, готовящих артистов балета, страдают. Поэтому мы берем артистов из-за границы. Сейчас у нас в труппе только японцы. Но мы ведем переговоры с Бразилией, Испанией, Италией. На мой взгляд, это абсолютно нормальная практика. Например, в Германии вы увидите в балетной компании только 20 процентов немцев и даже меньше. В основном там танцуют артисты из России, Украины, Франции, Аргентины, Бразилии. Эти труппы интересны своим разнообразием лиц, культур, характеров.



– Но попахать в этом сезоне на карельской сцене пришлось и русским, и иностранным танцорам…

– Начало сезона было адовое. Нам пришлось сделать несколько премьер. Ведь мы вводили не 2-3 человека, восстанавливая спектакли, а 80 процентов новых артистов. Ребята пахали целыми сутками, чтобы выучить «текст». Честь и хвала педагогам, команде, которая здесь работает. Они провели титаническую работу. Теперь нам не стыдно показывать наши спектакли и нашей публике, и за границей.

– Балет «Щелкунчик» вы на днях вывезли на фестиваль в Финляндию, где его с успехом показали почти 2,5 тысячи зрителей в спортивном комплексе. Планируете и дальше гастролировать по миру со своими именитыми постановками?

– Ведем переговоры с испанским продюсерским центром. Возможно, поедем на месячные гастроли в Испанию в декабре. Большие гастроли должны быть в жизни актеров.

Нужная всем «маска»

– А весной хореограф Симонов вновь поедет в Москву на «Золотую маску»? На этот раз на премию выдвинут ваш спектакль «Пульчинелла», поставленный в новосибирском Театре оперы и балета. Вы были на «Золотой маске» и как участник, и как член жюри. Как вы считаете, премию сегодня получают действительно достойные или ее «покупают»?


– «Золотая маска» не просто конкурс, это, прежде всего, фестиваль. Ты можешь за один месяц посмотреть огромное количество спектаклей – срез того, что происходит в этой большой стране. Я был в жюри и знаю, что иногда очень сложно понять, как это можно оценивать. Спектакли бывают настолько разными и по стилю, и по структуре. Наверное, какие-то люди говорят, что все это куплено, кто-то лоббирует свои интересы. Но я был внутри жюри и никакого давления со стороны руководства «Золотой маски» и еще кого-нибудь не испытывал. Хотя на многих конкурсах такое бывает. Уверен, что «Золотая маска» – очень нужная вещь. Огромное количество людей – артисты, режиссеры, музыканты, художники – благодаря премии получают шанс в жизни. Это является двигателем, помогает тебе творить дальше. И как бы без «Золотой маски» в Петрозаводске посмотрели спектакли Фоменко, Бутусова, одноактные балеты Начо Дуато? Без фестиваля мы бы смотрели только драматические антрепризы ужасного качества в ДК «Машиностроитель».

– А вы что-то успеваете смотреть? Телевизор включаете? За Олимпиадой следили?

– Телевизор у меня все время работает, но без звука. Это еще одно своеобразное окно в моем доме. За Олимпиадой не следил, но фигурное катание смотрел. Когда выступали наши пары, это было потрясающе, до слез. Ты понимаешь, чего реально стоила ребятам эта победа. Сколько сил они вложили, какая ответственность на них лежала! История, которая произошла с Евгением Плющенко, нехорошая. Мне она не нравится. Но мы все равно до конца не узнаем всей правды, и я не считаю возможным обвинять Женю. Плющенко сделал для страны нереально много. Поэтому сегодня нам нужно просто перестать обсуждать уход Жени с олимпийского льда.



– Вы работали вместе с Евгением Плющенко. Вам понравился этот опыт?

– Несколько лет назад я познакомился с тренером Евгения Алексеем Мишиным, который предложил мне сделать совместный проект. Женя много гастролировал в США и тосковал по Питеру. Тогда на экраны вышел фильм «Бандитский Петербург», музыка к которому ему очень нравилась. Я познакомил Женю с композитором Игорем Корнелюком. Он сделал обработку своей песни «Город, которого нет». И под эту фонограмму мы стали работать. Сначала в балетном зале, потом на льду. Для меня это было сложно. Но Женя – легендарный спортсмен, талантливый, чувственный, отзывчивый человек с прекрасным внутренним миром. От совместной работы у меня остались хорошие воспоминания. Но больше ставить номера для фигуристов я не хочу. Не люблю работать в смежных жанрах. То же самое было с фильмом «Мастер и Маргарита» Владимира Бортко, куда меня позвал Корнелюк как автор музыки. Ставить танцы для кино было интересно, но больше я этого делать не буду. Все-таки это не балет.

– Значит, Кирилл Симонов будет жить только балетом? Опять вас ждут аэропорты, самолеты?

– Нет. Я попытаюсь побольше работать в Петрозаводске и поменьше в других театрах. Самолеты, бесконечные гостиницы, съемные квартиры – все это хорошо, но хорошо в 18 лет. Сейчас мне хочется уже сажать и растить «картошку» в одном месте, чтобы видеть, как она зреет.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18661
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Фев 26, 2014 9:16 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2014022602
Тема| Балет, АРБ, Памяти Аллы Шелест
Автор| Михаил Садчиков
Заголовок| Николай Цискаридзе: «Я рад, что мне удалось станцевать перед Аллой Шелест»
Где опубликовано| «Вечерняя Москва»
Дата публикации| 2014-02-26
Ссылка| http://vm.ru/news/2014/02/26/nikolaj-tsiskaridze-ya-rad-chto-mne-udalos-stantsevat-pered-alloj-shelest-237273.html
Аннотация|

26 февраля великолепной русской балерине Алле Яковлевне Шелест исполнилось бы 95 лет. «Шелест на сцене была невыразимо прекрасна», – так однажды сказала о ней Майя Плисецкая.


Цискаридзе посетил открытый урок памяти Аллы Шелест в Академии Русского балета имени А. Я. Вагановой
Фото: Михаил Садчиков-младший, "Вечерняя Москва"


Вся фотогалерея по ссылке



Накануне в Академии Русского балета им А.Я.Вагановой состоялся урок памяти одной из самых прославленных балерин XX века.

В этот день в стенах Академии собрались ученики и преподаватели, коллеги и друзья Аллы Яковлевны. Своими воспоминаниями о Шелест поделился и.о. ректора Академии русского балета им. А.Я.Вагановой Николай Цискаридзе:

- Конечно, она была ярчайшим представителем профессии, настоящей примой балериной Мариинского театра, которая оставила неизгладимый след в сердцах миллионов. К сожалению, в отличие от многих своих коллег того периода, ее очень мало снимали на камеру, поэтому посмотреть многие ее спектакли теперь невозможно. Но до сих пор из уст в уста передаются рассказы о том, как она танцевала.

Вообще, это было феноменальное поколение по своему дарованию: Уланова, Семенова, Дудинская и даже в этом списке Алла Яковлевна занимает отдельное положение. Это показатель яркой личности.

Николай Максимович припомнил, что ему удалось лично познакомиться с Шелест, когда он был молодым танцором: «Мне довелось с ней познакомиться, я был совсем юным артистом, а она долгое время в Самаре была худруком балета и вырастила много хороших артистов. В начале 90-х годов устроили фестиваль имени Аллы Шелест, где она была в жюри и я очень счастлив, что мне удалось перед ней станцевать. Я смотрел спектакли в рамках фестиваля, и заметил, что некоторым артистам она аплодировала, а некоторым – нет. «Интересно, мне она зааплодирует?», меня, конечно же, интересовал этот вопрос, ведь это было бы своеобразным одобрением с ее стороны».

Цискаридзе отметил, что Алла Шелест была уникальной личностью и «она жива, пока мы помним».

В Академии Русского балета им. Вагановой (кстати, Алла Яковлевна училась в Ленинградском хореографическом училище у легендарных балетных педагогов – Елизаветы Гердт и Агриппины Вагановой, а на выпускном спектакле ей досталась главная партия из балета «Катерина» в хореографии Леонида Лавровского) не могли пройти мимо такого значимого события в истории русского балета и устроили открытый урок в честь Аллы Яковлевны, что, по мнению Цискаридзе, «очень важно для молодого поколения». Сотрудники Академии рассказали, что Алла Шелест была в 1952—1955 годах педагогом Ленинградского хореографического училища им. А. Я. Вагановой, что подтвердил и Николай Максимович: «Она вела здесь национальные классы, которые были популярны в Советском Союзе, но, преподавала здесь не долго. К сожалению, какие-то вещи ее не устраивали и она была вынуждена уйти».

Перед юными танцорами выступила и ученица Аллы Яковлевны, Любовь Галинская:

Я училась в классе перспективной молодежи, куда входило только четыре человека – Елена Балуева, Ирина Чистякова, Ольга Виховская и я. Остальные были артистки из кардебалета, которым не надо было себя сильно изнурять репетициями. Класс очень быстро развалился и получилось, что я осталась единственной ученицей.

Первая партия, которую мы сделали с Аллой Яковлевной была «уличная танцовщица» – на которую в театре отводится 20 минут репетиций, а нам давали час и мы все равно многое не успевали отрепетировать. Затем из класса мы выходили на основную сцену, где работали еще два часа. Подготовка к партии «уличной танцовщицы» заняла у меня 20 дней!

Когда мне говорили Шелест в зале, то это было что-то особенное. Ты начинал приподнимать себя, собирать все внутренние силы! Ее присутствие на спектакле обязывало тебя выступать достойно.

После одного из спектаклей она пришла ко мне в гримерку и тихо сказала: «Ты меня убедила» - это очень большая похвала с ее стороны. Я знала, что все ученицы Вагановой, как и сама Агриппина Яковлевна, были очень скупы на похвалы, и добиться от них слов «умница», «молодец» было невозможно.

Маргарита Алфимова, преподаватель актёрского мастерства в Санкт-Петербургской академии русского балета:

Алла Яковлевна всегда выстраивала свою роль – от первого появления до последнего. Причем это было в идеальной танцевальной форме. Шикарно владея жестами, она также владела и актерским наполнением этого жеста. Все это, безусловно, подчеркивало ее самобытность. В то время ведь танцевали и Моисеева, и Зубковская, и молодая Колпакова, и Дудинская – все они были очень талантливы, отличались яркой индивидуальностью. Среди этих выдающихся балерин Алла Яковлевна занимала достойное место.

Жизель в ее исполнении была самой романтической, какую мне довелось видеть. Такое чувство, что она была из другой эпохи, из XIX века. И это было потрясающе! Все ее жесты, танец говорили о том, что она тщательно готовилась к каждой постановке, узнавала все об истории создания спектакля, о живописи, о музыке. Она хотела максимально понять автора и понять, что же заложено в этой хореографии.

В Музее Академии Русского балета имени А.Вагановой будет представлена выставка фотографий Аллы Шелест и видео, посвященные творчеству легендарной балерины. На выставке можно будет посмотреть и личные вещи Аллы Яковлевны, которые ее муж, Рафаил Вагабов, передал в дар музею.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18661
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Фев 26, 2014 9:54 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2014022603
Тема| Балет, БТ, МАМТ, Дебюты, Персоналии, Игорь Цвирко, Дмитрий Загребин
Автор| Людмила Гусева
Заголовок| Игорь Цвирко и Дмитрий Загребин дебютировали в «Дон Кихоте»
Где опубликовано| Belcanto.ru
Дата публикации| 2014-02-26
Ссылка| http://belcanto.ru/14022601.html
Аннотация| ДЕБЮТЫ


«Дон Кихот» в Большом театре. Фото Дамира Юсупова

В 2007 году педагог Московской академии хореографии Александр Бондаренко, скоропостижно скончавшийся 2 года спустя, выпустил свой последний класс. Педагог был знаменит, специализировался на воспитании танцовщиков виртуозного типа, с хорошим прыжком, развитой мелкой техникой, с устойчивыми и быстрыми вращениями. Из самых известных его учеников — Андрей Уваров, Дмитрий Белоголовцев и Морихиро Ивата, уже закончившие службу в Большом театре, Вячеслав Лопатин и Артём Овчаренко — ведущие танцовщики сегодняшнего Большого.

Овчаренко, в прошлом сезоне ставший премьером Большого, как раз из того самого выпуска 2007 года. Вместе с ним в Большой пришли его однокашники — Игорь Цвирко и Дмитрий Загребин.

В быстром продвижении Овчаренко большую роль сыграл Цискаридзе, взявший его в ученики. Цвирко и Загребин тоже не задержались в кордебалете, но и не особо продвинулись в театре — сольные вариации, роли второго плана, специализация скорее на характерных и демихарактерных партиях, чем на классических. В балете балетов — «Лебедином» участь танцовщиков с такой специализацией — Шут, но почти никогда не Принц. Оба танцовщика знаковую партию Шута в Лебедином уже станцевали, оба — с большим успехом.

В сегодняшнем Большом перспективы танцовщика стать премьером ограничиваются завышенными требованиями к фактуре артиста:

на огромной сцене рядом с высокими балеринами нужны рослые, статные, длинноногие молодые люди. Высокий рост, сценичное лицо, удлиненные мышцы, благородная манера — вот джентльменский набор для будущего премьера Большого.

Есть, правда, исключение, собственно это исключение одно за последние два десятилетия — это Иван Васильев, но тут случай особенный, связанный с особой физической одаренностью, и то, каждую роль за пределами амплуа героика в Большом ему давали не сразу и с очень большой неохотой.

Оба танцовщика — и Цвирко, и Загребин — оказались за пределами фактурных притязаний театра.


Дмитрий Загребин

Особенно Загребин — невысокий, с коротковатыми ногами и накачанными мышцами. Участь его в Большом была предрешена — всю жизнь танцевать Шута, а не Принца.

Единственной большой ролью Загребина в Большом стал Меркуцио в «Ромео и Джульетте» Григоровича, тоже не главная, но в этой версии парадоксальным образом более яркая и интересная, чем титульная роль. На титульную он претендовать не мог из-за пресловутой проблемы «белого трико», которое надевают премьеры в классических ролях, в белом недостатки фигуры особенно заметны.

Два года назад Дмитрий Загребин перешел в соседний театр, Московский музыкальный.

МАМТ к этому времени стал очень заметным игроком на театрально-музыкальной карте Москвы. Перешел с повышением — ведущим солистом, до ставки премьера — одна ступень. Но вопреки ожиданиям зрителей, уже знавшим это имя по работам в Большом, первых партий не получил: крестьянское па-де-де в «Жизели» при Альберте-Полунине, кучер Братфиш при Рудольфе-Полунине в «Майерлинге», Китайская кукла в «Щелкунчике» при Щелкунчике-Полунине, Золотой божок (единственный во всей труппе) при Солоре-Полунине в «Баядерке» и так далее. Конечно, он танцевал в спектаклях и с другими премьерами Стасика, но именно Загребина всегда ставили в тот состав, где танцевал Полунин — его высокий профессионализм поддерживал баланс — трупп и звезда.

Загребина полюбили. Любую маленькую роль он делает на таком уровне, что не забывается, что он — ученик знаменитых педагогов

(Бондаренко — в училище, Бориса Акимова — в Большом) и что он — из Большого: отточенное танцевальное мастерство, чистота исполнения, яркий актерский талант.

Но роли всё те же — маленькие. В конце прошлого сезона Дмитрий уехал в балет Сан-Франциско, основная специализация которого — не классика, а современный балет, но неожиданно к началу нового сезона вернулся в Станиславский — к своему привычному репертуару. И только к середине сезона наконец-то получил свою первую премьерскую партию — Базиля в «Дон Кихоте». Дебют состоялся в середине февраля.

А за три недели до этого в этой же роли, только в Большом, дебютировал его однокашник Игорь Цвирко.

Сезон 2013-2014 стал для Игоря переломным, до этого перспективы его в Большом тоже были весьма определенными и не очень радужными — короткие сольные партии, один в один как у Загребина. За шесть сезонов в Большом он оттанцевал весь ассортимент таких партий — от Испанской куклы до Шута в «Лебедином». И как прежде Дмитрий Загребин, получил Меркуцио в «Ромео и Джульетте».

Но перелом в его карьере все-таки произошел.


Игорь Цвирко

В Большом началась возрастная ротация педагогического состава, и педагогом Игоря стал Александр Ветров, знаменитый танцовщик Большого конца 80 — начала 90-х, вернувшийся в театр после долгой работы за рубежом. В прошлом сезоне Игорь станцевал второстепенную роль Пассефонта в балете Лакотта «Дочь фараона», блеснул мелкой техникой, его заметил хореограф балета Пьер Лакотт, который приехал отбирать танцовщиков для своей новой постановки «Марко Спада».

В результате в роскошном мужском кастинге на «Марко Спада» солист (еще 3 ступени до премьерского положения) Игорь Цвирко оказался сразу на двух главных ролях. В заглавной — разбойника Марко Спада и в комической роли капитана драгун Пепинелли. Только знаменитый Холберг и Цвирко, имя которого еще не на слуху, станцевали в этом балете по две роли. На первом премьерном спектакле Цвирко-Пепинелли появился как раз в белом трико. Поставленный Спадой в четвертый состав, он станцевал главного героя очень ярко и «вкусно», сыграл, не только не потерявшись в на редкость сильном мужском составе (замечательные работы у Холберга, Чудина и Овчаренко), но и сделав серьезную заявку на будущее.

После «Спады» дебют танцовщика в первой премьерской партии классического репертуара не заставил себя долго ждать.

Понятно, почему именно Базиль из всего классического наследия стал первым у обоих актеров. Базиль не требует аристократичной внешности, здесь больше востребованы виртуозность, темперамент, актерские навыки и... «характерное» прошлое здесь только в плюс.

Оба дебюта прошли в целом удачно.

«Дон Кихот», в котором дебютировал Игорь Цвирко, был утренним, молодежным и полидебютным.

Кроме нового Базиля, была и новая Китри — Анна Тихомирова, т.е. дебют был у пары, это всегда сложнее, чем когда нового исполнителя вводит исполнитель опытный. В роли Тореадора — Денис Родькин, вышедший в этой партии только второй раз и станцевавший в лучших традициях Большого. У него была новая подруга в первом действии — в роли Уличной танцовщицы дебютировала Ангелина Карпова, и во втором тоже — Мерседес впервые станцевала Оксана Шарова. Был новый Амур — Евгения Саварская и новая подружка Китри (уже опытный Амур) — Дарья Хохлова. Все дебютанты — станцевали с самоотдачей и куражом, «Дон Кихот» — фирменное блюдо московской балетной кухни, и вливаться в него — не только большая ответственность, но и большое удовольствие.

Цвирко очень пошла роль Базиля.

Темпераментный брюнет даже выглядел как настоящий испанец. Для Базиля была выбрана вихрастая прическа и образ простого парня из толпы, совсем не героя, а рядового жителя Барселоны, лишь волей случая оказавшегося в центре балетной истории. В актерском плане Цвирко пока только обживает балет и идет по стопам предшественников, но он уверенно станцевал сольную часть партии (маленькие помарки не в счет), сделав упор на разнообразные виртуозные вращения, эффектные завершения танцевальных фраз и стильные пор-де-бра, подчеркивающую испанскую окраску партии.

Однако партнерские навыки пока в стадии освоения — шесть лет в театре на корифейских позициях не дают полноценного партнерского опыта.

Воздушные поддержки «Дон Кихота» — самые сложные из всей классики. Свою Китри Базиль-Цвирко неоднократно поднимал на одной руке, только одну поддержку — в па-де-де третьего акта — он сделан не совсем уверенно, но обошлось. Совсем неплохо для начала. А вот «летающие» рыбки в таверне больше походили на имитацию, чем на рискованный трюк, каким они выглядят при должном исполнении — Тихомирова прыгала в руки партнера с безопасного расстояния.

В день дебюта Игорю и Анне пришлось выступить в «Дон Кихоте» еще раз, в па-де-де третьего акта, они подменили Гуданова и Рыжкину, танцевавших в вечернем спектакле и снявшихся с последнего действия из-за плохого самочувствия балерины. Говорят, танцевали они уже не так здорово, как утром. Но стабильность — это дело наживное.

Дебют показал, что Базиль — безусловно, партия Цвирко, в театре незаметно вырос артист с потенциалом, самое интересное у которого еще впереди.

У Дмитрия Загребина с Татьяной Мельник тоже был совместный дебют в «Дон Кихоте» театра Станиславского. Однако Мельник — бывшая прима труппы Гордеева — уже опытная Китри.

Сценический образ Базиля у Загребина был не таким убедительным, как у Цвирко. Внешне даже разочаровывал — Дмитрий русоволос и светлоглаз, а давно замечено, что у брюнетов явное сценическое преимущество перед обладателями более светлых волос. Вдобавок неудачной была прическа Загребина: высокий, залитый лаком, зачес назад, у Дмитрия в жизни непослушные кудри. Эта прическа не только ему не пошла, но и сделала фигуру, и так не отличающуюся хорошими пропорциями, еще более диспропорциональной из-за «большой» головы. Учитывая, что Базиль — человек из народа, куда естественней бы смотрелась свободная прическа, а не залитый лаком кок.

Неудачным у нового Базиля был и костюм третьего действия — удлиненный колет с блестящей аппликацией, скорее обращенной не к Испании, а к Востоку, и глянцевое, с серым отливом, трико. Вместо того чтобы скрадывать недостатки фигуры, костюм еще больше их обнаруживал. Для такой проблемной фигуры надо не удлинять колет, а максимально укорачивать, затягивая талию широким поясом и используя матовое трико одного цвета с поясом.

Внешность — не последнее дело в балете, но впервые вышедший в главной партии Загребин показал себя более зрелым артистом, чем Цвирко.

Базиль получился у него очень необычным. Этот народный герой по сложившейся сценической традиции — весельчак, ловкач, любитель жизни и любимец толпы, словом, барселонский цирюльник. Загребинский Базиль (не жгучий брюнет, а светлоглазый шатен) был не таким уж веселым и легкомысленным, не очень ловким и не совсем уверенным в собственной неотразимости. Видно сразу, очень хороший парень, но немного стеснительный и даже (по-загребински) чуть-чуть трогательный — этот Базиль был сильно и искренне влюблен.

И проявил твердость и решительность в борьбе за свою любовь: сцену мнимой смерти он разыграл как по нотам,

даже добавил новую интермедию — когда Китри, рыдающую над телом «умирающего» Базиля, сменяет Санчо Панса, а Базиль это на ощупь обнаруживает.

Станцевал Дмитрий блестяще, в своем фирменном стиле — виртуозно и чисто, почти без помарок. Упор в тексте партии делался на разнообразные вращения с усложнением: он же — ученик Бондаренко! С верхними поддержками трудностей не имел, держал долго и надежно, давая Китри повисеть в воздухе, и «рыбки» в таверне были то, что надо. Правда и партнерша ему досталась полегче, покомпактней и поопытней. А вот в партере его поддержка партнерши была напряженной и не очень ловкой, обнаруживая те же издержки корифейского положения, что и у Цвирко. Но это исправимо с помощью опыта.

Зал чутко реагировал на виртуозность и тепло, исходящее от артиста.

Опять вспоминалось то, что это артист Большого, конечно, уже в прошлом. В этот вечер ему очень удачно аккомпанировали лучшие артисты театра Станиславского — зажигательная Уличная танцовщица — А. Першенкова, утонченная Повелительница дриад — О. Кардаш, юркий и прыгучий как мячик Д. Муравинец — Санчо Панса, шустрые подружки Китри — К. Шевцова и А. Лименько.

С почином Загребина! После Базиля хотелось бы его увидеть в «Сильфиде» Лакотта, там на месте будет его шикарная мелкая техника — не хуже, чем у Цвирко. Впрочем, и Цвирко хотелось бы в первую очередь увидеть в партии Джеймса.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18661
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Фев 27, 2014 9:36 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2014022701
Тема| Балет, МТ, Премьера, Персоналии, Уэйн МакГрегор
Автор| Игорь СТУПНИКОВ
Заголовок| Макгрегор внизу и наверху
Где опубликовано| "С.-Петербургские ведомости" № 036
Дата публикации| 2014-02-27
Ссылка| http://www.spbvedomosti.ru/article.htm?id=10305984@SV_Articles
Аннотация| ПРЕМЬЕРА

В рамках фестиваля «Масленица» на Новой сцене Мариинского театра состоялась премьера балета «Инфра». Это первая встреча танцовщиков Мариинского театра с творчеством знаменитого хореографа Уэйна Макгрегора.



В послужном списке английского хореографа более восьмидесяти сочинений. Его балеты прочно вошли в репертуар ведущих театров мира, среди которых «Нью-Йорк сити балет» и Большой театр России. Стихия Макгрегора – современный танец в самом широком понимании этого термина, и поначалу далеко не все балетные труппы воспринимали его стиль, своеобразие пластики и философию. Макгрегор завоевывал балетную сцену постепенно, и в итоге под натиском его творческой энергии сдался даже Королевский балет Великобритании, оплот английской рафинированной классики и хранитель ее традиций. С 2006 года Макгрегор занимает пост постоянного приглашенного хореографа королевского балета «Ковент-Гарден».

Интересы Макгрегора разнообразны: его интересуют проблемы взаимодействия тела танцовщика с его мозгом и психикой, балетмейстер увлечен современными технологиями и сочетает в своих постановках танец с достижениями мультимедиа – цифровым видео и анимацией.

Балет «Инфра» (лат. – «внизу») был поставлен в 2008 году.

Сценограф спектакля Джулиан Опи разделил пространство сцены на два горизонтальных объема: светодиодный экран занимает верх сцены, и по нему, словно по тротуару, спокойно и бесстрастно двигается поток пешеходов – цифровые видеофигуры горожан, спешащих по своим делам. Это город с его шумом, свистками полицейских, звуками громкоговорителей. А внизу, на планшете сцены, двенадцать танцовщиков рассказывают свои истории, каждая из которых – маленькая исповедь о любви и разочаровании, одиночестве и грусти.

Дуэты сменяют друг друга, поражая разнообразием хореографической лексики, ощущением виртуозности, которая никак не связана с традиционными балетными приемами. Внутренняя страстность танца закована в графически рациональную форму со своим внутренним ассоциативным ходом и собственной логикой развития. Макгрегор создает пластические зарисовки-иероглифы, где тела танцовщиков возникают в быстро меняющихся ракурсах, ритмах, плоскостях. Композитор Макс Рихтер создал индивидуальную музыку для каждого дуэта в зависимости от его смысла и настроения – урбанистическая электронная музыка нередко уступает место задушевным мелодиям струнных или трогательному соло скрипки.

Великолепно освоили технику Макгрегора танцовщики Мариинского театра. Запомнились своим эмоциональным накалом и совершенством фразировки дуэты Екатерины Кондауровой и Андрея Ермакова, Виктории Терешкиной и Ким Кимина, Александра Сергеева и Надежды Батоевой.

Финал спектакля трагичен: среди счастливых влюбленных пар возникает скорбная фигура одинокой женщины (Екатерина Кондаурова), так и не сумевшей обрести свое счастье. В отчаянии она падает на пол и заходится в безмолвном крике. Гаснет светодиодный экран, и на сцене появляется кордебалет в уличной повседневной одежде. Это «сходит с экрана» электронная толпа, созданная Джулианом Опи. Равнодушно проходят люди мимо лежащей женщины – мегаполису чужды сострадание и душевная боль.

После окончания спектакля состоялось вручение приза «Бенуа де ла Данс» Уэйну Макгрегору. Приз был присужден ему еще в 2009 году именно за постановку «Инфры», однако из-за плотного рабочего графика он тогда не смог приехать в Москву. Приз вручали прима-балерина Мариинского театра Екатерина Кондаурова и театральный критик Александр Колесников.


ФОТО Наташи РАЗИНОЙ
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18661
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Фев 27, 2014 9:56 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2014022701
Тема| Балет, АРБ, Памяти Нинели Кургапкиной
Автор| Лариса Абызова
Заголовок| В Вагановке прошёл урок в честь королевы фуэте
Где опубликовано| "Невское время"
Дата публикации| 2014-02-26
Ссылка| http://www.nvspb.ru/stories/v-vaganovke-proshel-urok-v-chest-korolevy-fuete-53760
Аннотация|

Память в балете – главное. Но балетный мир помнит не только сложные хореографические комбинации. Здесь принято чтить великие имена. В феврале в стенах старейшей балетной школы страны отметили 85 лет со дня рождения выдающейся балерины Кировского (ныне – Мариинского театра) Нинели Александровны Кургапкиной.

С утра в старинном репетиционном зале Академии русского балета имени А. Я. Вагановой, где когда-то юная Нинель осваивала секреты мастерства, собрался весь петербургский балетный бомонд: балерины Ульяна Лопаткина, Татьяна Терехова, Юлия Махалина, Татьяна Ткаченко, Юлия Косёнкова, известные солисты Сергей Викулов, Реджеп Абдыев, Андриан Фадеев, руководитель труппы Мариинского театра Юрий Фатеев, родственники и поклонники Кургапкиной, журналисты, критики и, конечно, ученики и педагоги академии.

Кургапкина была в числе лучших и любимых учениц Агриппины Вагановой и часто вызывала ревность одноклассниц, когда сдержанная на похвалу Ваганова ставила в пример другим её усердие и умение с полуслова запоминать сложнейшие комбинации. Затем Кургапкина сама преподавала в Ленинградском хореографическом училище и до последнего дня жизни (она трагически погибла в ДТП в 2009 году) работала педагогом-репетитором в Мариинском театре.

Художественный руководитель Вагановской академии Жанна Аюпова училась в классе Кургапкиной, затем работала под её руководством в Мариинском театре и прекрасно помнит заветы своего педагога. Благодаря Аюповой был подготовлен урок, в котором показаны элементы экзерсиса Кургапкиной.

«Нинель Александровна была жизнерадостной, виртуозной балериной, благодаря её невероятной технике многие труднейшие элементы вошли в балетный обиход, и мы должны их изучать», – сказал исполняющий обязанности ректора Николай Цискаридзе, который в своей сценической судьбе имел счастливую возможность репетировать с Кургапкиной.

Овации вызвали немногочисленные записи, запечатлевшие мастерство Нинели Кургапкиной. Достоинства балерины известны: высокий лёгкий прыжок, виртуозные пассажи, впечатляющие верхние поддержки, так называемые «рыбки», «кораблики», «ласточки». В искусстве крутить фуэте Кургапкина не имела соперниц – по тридцать два оборота в обе стороны. Танцовщица не позволяла себе «уползти» хотя бы на сантиметр в сторону – все толчки ложились точно след в след. Неистовство публики не давало возможности продолжать спектакль. Балерина повторяла фуэте на бис, и зрителям казалось, что это не составляло для неё никакого труда.

Кургапкина танцевала со многими знаменитыми партнёрами Кировского театра. В том невнимании к партнёршам, в котором впоследствии укоряли Рудольфа Нуреева, есть вина Нинели Александровны – уж очень самостоятельна была она в паре с молодым артистом. Благодаря Михаилу Барышникову Кургапкина протанцевала в Кировском театре «лишний» десяток лет. Талантливый юноша был слаб в дуэте, и опытная миниатюрная балерина (рост Кургапкиной – метр шестьдесят) помогала ему.

Этим этапам творчества Кургапкиной посвящена масштабная выставка в музее Вагановской академии.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18661
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Фев 27, 2014 10:05 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2014022703
Тема| Балет, МТ, Премьера, Персоналии, Уэйн МакГрегор
Автор| Елена ФЕДОРЕНКО
Заголовок| Уэйн Макгрегор: «Тела русских артистов — фантастический инструмент»
Где опубликовано| Газета «Культура»
Дата публикации| 2014-02-27
Ссылка| http://portal-kultura.ru/articles/balet/29492-ueyn-makgregor-tela-russkikh-artistov-fantasticheskiy-instrument/
Аннотация| ПРЕМЬЕРА, ИНТЕРВЬЮ

Накануне петербургской премьеры хореограф лондонского Королевского балета и руководитель труппы Random Dance Уэйн Макгрегор ответил на вопросы «Культуры».


Фото: Наталья Разина

культура: Объясните название спектакля?

Макгрегор:
Infra — латинское слово, в переводе — «внизу» или что-то вроде «смотрите ниже». То есть ищите то, что под оболочкой, внутри человека.

культура: А там при внешнем благополучии — много боли и одиночества...

Макгрегор:
Конечно. Такова реальность, и она вторгается в танец. Радость и любовь, к счастью, тоже себя не скрывают.

культура: С одной стороны, Вы сотрудничаете со специалистами факультета экспериментальной психологии Кембриджского университета, с другой — серьезно изучаете компьютерные технологии. Как совмещаете разные миры: живой, хрупкий и неодушевленный, точный?

Макгрегор:
Компьютером я увлекся в семилетнем возрасте, и мы были все время вместе. Без техники жизнь ужасна — Вам, например, пришлось бы все, о чем мы говорим и что фиксирует диктофон, запоминать и записывать. Разговор получился бы иным. Диктофон лежит на столе, рядом с нами, но на наше общение не влияет. Как и любое технологическое устройство, вроде айпада или каких-то новейших гаджетов.



культура: Вас уже называют гуру, Ваши балеты танцуют самые известные труппы и звездные солисты. Зачем Вам ставить спектакли в музеях или среди архитектурных памятников?

Макгрегор: Любопытно работать с человеческим телом как с архитектурным объектом и одновременно исследовать его возможности в самых разных условиях, даже экстремальных. Танцевать вне сцены как раз и есть такой экстрим. Место действия влияет на танец. То, что вокруг, проявляет себя в человеческих эмоциях.

культура: Как Вам пространство новой Мариинки?

Макгрегор: Несмотря на просторы и большие технические возможности, здесь существует некая интимная атмосфера и на сцене, и в зале. Можно чувствовать себя комфортно и генерировать импульсы.

культура: Что Вы подразумеваете под импульсами?

Макгрегор: Связь психики и движения. Сегодня уже изобретены приборы, способные заглянуть внутрь тела. Биометрическая повязка на руке позволяет узнать, какое количество адреналина выделяется в крови при том или ином движении. Датчики показывают, как реагирует сознание на телесный порыв, фиксируют нервное раздражение при любом пластическом нюансе. Эти данные дают возможность оценить эмоциональный уровень, который человек транслирует вовне. Танец и есть «вещание» тела.


Infra, «Ковент-Гарден»

культура: Вы ставили Infra для артистов «Ковент-Гарден». Мариинские танцовщики их повторяют?

Макгрегор: Нет, они наполняют движения своими историями. Возобновление существующего спектакля в другой труппе — не просто перенос. Калька как таковая меня не интересует. Основная причина, по которой я здесь, в Петербурге, — возможность получить особенную эмоциональную «подпись» артистов Мариинского театра под уже рожденной хореографией. Тела русских артистов — фантастический инструмент, в каждом — энергетика и чувства, меняющие, казалось бы, готовое произведение.

культура: Когда Вы ставили в Большом театре балет Chroma, Вас часто можно было видеть среди публики на классических спектаклях.

Макгрегор: Да, к классике я отношусь с почтением.

культура: Тогда Вы не раз признавались в пристрастии к двум примам — Наташе Осиповой и Свете Лунькиной. Обеих, к слову, уже нет в труппе Большого. В Мариинском тоже появились любимцы?

Макгрегор: У любого хореографа есть свои привязанности, но до премьеры имен называть не хочу. Невероятным в мариинских артистах оказалось их стремление к результату, они приняли вызов, горели желанием, работали яростно. Так получилось, что в спектакле заняты уже признанные звезды и звезды будущего, и у всех — думающие интеллектуальные тела. Они оказались готовы к моей хореографии, в них чувствовался голод по современному танцу.

культура: С Наташей Осиповой Вы теперь служите в одном театре. Занимаете ее в своих спектаклях?

Макгрегор: Она только что замечательно станцевала в моем новом балете Tetractys в «Ковент-Гарден». Наташа — невероятная балерина и очень трогательный человек.

культура: А для Светы Лунькиной что-то ставите?

Макгрегор: Пока нет, но очень хочу с ней поработать.

культура: Когда сами в последний раз выходили на сцену как танцовщик?

Макгрегор: Девять лет назад. В студии и на репетициях я и сейчас танцую.


«Chroma», Большой театр

культура: В Большом театре говорят, что скоро Вы приедете на постановку и даже уже встречались с новым директором...

Макгрегор: Я продуктивно и радостно провел время с артистами Большого театра, когда готовили спектакль Chroma. Надеюсь, наше сотрудничество продолжится. Мы действительно встречались с Владимиром Уриным в Лондоне, и разговор получился замечательный. Но точных дат пока нет. Могу только сказать, что это будет уже в 2015 году.

культура: Поставите «Весну священную», на которую Вас так ждали?

Макгрегор: Нет, буду делать другой спектакль, «Весна» у Вас уже есть. (В 2013-м Макгрегор отменил в Большом постановку «Весны священной» Стравинского, но премьера состоялась в срок: ситуацию спасла хореограф Татьяна Баганова. — «Культура»).

культура: И все-таки, почему Вы тогда не приехали? Многие СМИ писали, что испугались кислотной атаки…

Макгрегор: Я дружу с Сергеем Филиным, и то, что произошло с ним, тогда не могло не сказаться на внутритеатральной ситуации. Но, знаете, все это уже не новость, давайте смотреть в будущее.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска Часовой пояс: GMT + 3
На страницу Пред.  1, 2, 3, 4, 5  След.
Страница 4 из 5

 
Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах


Яндекс.Метрика