Список форумов Балет и Опера Балет и Опера
Форум для обсуждения тем, связанных с балетом и оперой
 
 FAQFAQ   ПоискПоиск   ПользователиПользователи   ГруппыГруппы   РегистрацияРегистрация 
 ПрофильПрофиль   Войти и проверить личные сообщенияВойти и проверить личные сообщения   ВходВход 

Общество Друзья Большого балета
2013-12
На страницу Пред.  1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8  След.
 
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска
Предыдущая тема :: Следующая тема  
Автор Сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 16673
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Дек 25, 2013 12:28 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2013122502
Тема| Балет, «Ла Скала», Премьера, Персоналии, Алексей Ратманский
Автор| Татьяна Кузнецова
Заголовок| В "Ла Скала" со своей "Оперой"
Премьера Алексея Ратманского в Милане

Где опубликовано| © Газета "Коммерсантъ" №238
Дата публикации| 2013-12-25
Ссылка| http://www.kommersant.ru/doc/2375493
Аннотация| ПРЕМЬЕРА


Фото: Marco Brescia & Rudy Amisano/La Scala

Первой балетной премьерой сезона театра "Ла Скала" стал "Вечер Ратманского" ("Serata Ratmansky"). Он состоял из итальянской премьеры "Русских сезонов" Леонида Десятникова, "Concerto DSCH" Дмитрия Шостаковича и мировой премьеры балета "Опера", музыка и идея которого принадлежат композитору Десятникову. Из Милана — ТАТЬЯНА Ъ-КУЗНЕЦОВА.



Вечер, посвященный одному хореографу, огромная честь для автора: как правило, именных программ удостаиваются классики вроде Баланчина или Ролана Пети. Впрочем, Алексей Ратманский, один из самых востребованных хореографов мира, уже прошел изрядную часть пути по зачислению в сонм живых классиков. К тому же в прошлом миланском сезоне его "Concerto DSCH", поставленный на музыку Второго фортепианного концерта Шостаковича, имел большой успех, так что Махарбек Вазиев, худрук балета "Ла Скала", не слишком рисковал, заказывая балетмейстеру постановку уже известных и любимых "Русских сезонов", а также совсем нового оригинального балета.

Хореограф Ратманский пригласил своего любимого композитора — Леонида Десятникова; тот придумал идею балета (оммаж великой опере "Ла Скала") и, используя тексты из разных либретто Пьетро Метастазио, создал великолепный, слегка шаржированный портрет барочной оперы, состоящий из увертюры, финала и семи разнохарактерных арий, речитативов и дуэта. Стильные костюмы — облегченные реплики старинных балетных одежд (камзолы, панталоны, мужские "античные" юбки, укороченные выше колен пышные платья дам, латы и шлемы "римских" воинов и воительниц) — придумала оскароносная американка Коллин Этвуд. Вендал Харрингтон, тоже американка, запустила по заднику остроумные движущиеся видеопроекции по мотивам барочных картин и скульптур: кудреватый Марс, вплывающий со своим копьем в воинский стан латинян, театральные маски, выражающие крайнюю степень гнева или отчаяния, астрологические символы, окруженные плавающими мраморными ликами,— каждой сцене соответствует собственное оформление. Сам же Ратманский решил делать "сюжетный балет, который был бы абстрактным",— то есть, попросту говоря, вновь применить свой любимый принцип: пересказать танцем содержание или основной мотив литературного первоисточника. А поскольку единой сюжетной нитью арии "Оперы" не связаны, получается "абстракция", то есть как бы формальное исследование музыкальных и танцевальных структур. Этот прием несколько лет назад блистательно сработал в "Вываливающихся старухах" — балете Ратманского на вокальный цикл Десятникова, написанный на стихи Хармса и Введенского.



Но аббат Метастазио — не обэриут Хармс. Похоже, хореограф так и не решил, какую степень свободы и какую дозу иронии он может себе позволить в обращении со столь серьезным материалом. С одной стороны, цари и воины, поющие женскими голосами, провоцировали на травестийность, с другой — все-таки речь в ариях идет о нешуточных событиях: войнах, борьбе за власть, божественном промысле, любовных утратах. Итальянским артистам, играющим этот театр в театре (и персонажей арий, и театральных премьеров эпохи барокко, эти роли исполняющих), нужный тон было найти тем более трудно. Лучше всех это удалось Роберто Болле: кумир итальянцев, в сущности, играл самого себя — снисходительного и лучезарного красавца, радующего зрителей сериями неторопливых пируэтов, а партнершу — своим вниманием. Мик Дзени, которому досталась куда более трудная партия — насыщенная стремительными и обильными прыжковыми виртуозностями (надо сказать, в усложнении мужских соло Ратманский неустанно прогрессирует), задуматься над образом явно не успевал. Однако азарт, ловкость и легкость, с которыми танцовщик вывязывал петли навороченных па, вполне могли сойти за черты характера его дерзкого и победительного персонажа.

Хуже получилось с дамами: Беатриче Карбоне и Эмануэла Монтанари ни техникой, ни яркостью актерских дарований не смогли заполнить те лакуны, которые оставили в 40-минутной "Опере" их танцевальные фрагменты. Женские сцены казались затянутыми — будь то эпизод войны, где дамы играли полководцев враждующих армий, или долгие взаимные жалобы-утешения. Слишком монотонным выглядел и дуэт Карбоне—Болле, полный партерных проездов, низких подкруток и плавных невысоких поддержек,— дуэт столь тяжкий физически, что по просьбе партнерши композитор был вынужден купировать полторы минуты чудесной музыки. Восемь кордебалетных пар, еще не втанцевавшихся в сложную хореографию, были слишком озабочены выполнением комбинаций и четкостью перестроений — чрезвычайно обильных и быстрых: им было вовсе не до актерства. Не поняла жанра спектакля и публика, принимавшая все происходящее с покорной серьезностью: таких явных подсказок, которые рассыпал Ратманский в стилизованном придворном балетике из московского "Пламени Парижа", итальянцы не получили.

В результате "Опера", обещавшая стать сенсацией года, уступила в успешности "Русским сезонам", которые мужской состав "Ла Скала" исполнил с истинно русской удалью, а этуаль Светлана Захарова — с такой радостной игривостью, с какой в Москве не танцует никогда. А лидером "тройчатки" оказался полюбившийся итальянцам "Concerto DSCH". В этом балете, полном советских хореографических реминисценций, солисты Федерико Фрези и Антонио Сутера достигли высот присяжных российских виртуозов, а прима Захарова так доверчиво и проникновенно сыграла социалистическую влюбленность в юного Карло Ди Ланно, что адажио этой пары оказалось центральным лирическим эпизодом всего вечера — в нем сконцентрировалась простая человечность умного хореографа Ратманского.


Последний раз редактировалось: Елена С. (Ср Дек 25, 2013 5:54 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 16673
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Дек 25, 2013 5:53 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2013122503
Тема| Балет, БТ, Премьера, Персоналии,
Автор| Наталья ЗАХАРОВА
Заголовок| Лакотт вернул «Спаду»
Где опубликовано| © Литературная Газета № 51-52 (6444)
Дата публикации| 2013-12-25
Ссылка| http://lgz.ru/article/-51-52-6444-25-12-2013/lakott-vernul-spadu/
Аннотация| ПРЕМЬЕРА

Постановка в Большом глазами французского кинорежиссёра Марлен Ионеско и нашей балерины Марии Виноградовой

В Большом театре – премьера: балет «Марко Спада». Его поставил французский хореограф Пьер Лакотт, которого можно назвать последним из романтических балетмейстеров. Об этом замысле мне впервые рассказала год назад в Париже Марлен Ионеско, режиссёр, снимающий фильмы о звёздах французского балета. Я узнала, что 82-летний хореограф – своего рода балетный реставратор, возродивший к жизни на сцене «Сильфиду», «Пахиту», «Дочь Фараона» и «Марко Спада». Теперь этот балет и в репертуаре Большого театра.


Мария Виноградова в роли маркизы Сампьетри

– Если бы он не восстановил эти балеты, – рассказывала мне Марлен, – то они исчезли бы навсегда не только из репертуара парижской Оперы, но из мирового репертуара. Эта миссия Лакотта началась полвека назад. Вдохновила его, тогда 30-летнего танцовщика, известная русская балерина Любовь Егорова, жившая в Париже. «После моей смерти, – говорила она, – не останется никого, кто бы помнил эти спектакли. Если сможешь, восстанови их, Пьер!»

Вторым человеком, подтолкнувшим Лакотта на эту «археологичеcки-реставрационную» работу, была его Муза, любимая жена, балерина Гелен Тесмар.

68 лет Пьер и Гелен вместе. И вся их жизнь посвящена балету.

– Эта пара покорила меня, – говорила Марлен, – тем, что они оба – удивительные люди, а не только профессионалы высочайшего уровня. Он – с большим чувством юмора, перфекционист, умный и абсолютно лишённый «звёздной болезни». Сродни ему и Гелен – блистательная балерина 70–80-х годов, с которой несколько лет танцевал Рудольф Нуреев. Он, кстати, и попросил Лакотта поставить для них с Гелен «Марко Спаду». Однажды в Нью-Йорке хореограф рассказал Нурееву о предстоящем проекте балета про разбойника. Нуреев воскликнул: «Да это же я!»

«Марко Спада» впервые был показан в Париже 150 лет назад и первым исполнителем роли разбойника Марко был Доменико Сегарелли. Балет успешно шёл три сезона подряд, а затем канул в Лету, что было типично для оперно-балетных спектаклей той эпохи. В начале 1980-х благодаря участию Рудольфа и Гелен Лакотт подарил балету вторую жизнь.

– Поэтому русский след совершенно очевиден, – говорила мне Марлен. – К Большому Лакотта притягивало с давних пор, и сцены Москвы и Петербурга стали для него вторым домом. В течение последних 13 лет он регулярно ставит тут свои романтические балеты.

Действие трёхактного балета «Марко Спада» на музыку Даниэля Обера происходит в Лациуме, в окрестностях Рима – в стране романтических развалин, милых пастушек и пастушков, разбойничьих банд, орудующих в лесах, а также во дворце губернатора и его дочери маркизы Сампьетри. Разбойник Марко Спада занимается грабежами деревень в окрестностях Рима. Он так богат, что все принимают его за синьора, а его дочь Анжелу – за аристократку. Князь Федеричи влюблён в Анжелу, хотя помолвлен с маркизой Сампьетри... Словом, настоящий романтический сюжет с хорошей концовкой…

Когда смотришь изящный, искромётный с элементами драмы и комедии спектакль, героини которого как будто сошли с картин Ватто, то складывается впечатление, что хореограф лишь задаёт артистам характеры персонажей и модель поведения на сцене, а дальше они сами импровизируют. Но это обманчивое ощущение, так как в спектакле чётко чувствуется лакоттовский стиль – технически сложный, филигранный и ярко-выразительный. Движения танцовщиков, костюмы, декорации (которые, как всегда, лично разработал Пьер Лакотт), свет, музыка, проход по сцене животных – всё выверено и отточено до безупречности. Спектакль требует от исполнителей виртуознейшей техники и большого актёрского мастерства. На мой взгляд, молодой коллектив прекрасно с этим справился.

Радует, что театр даёт возможность раскрыться новым молодым дарованиям. Зрительный зал особенно покорила исполнительница роли маркизы Сампьетри Мария Виноградова. Глядя на её воздушные «бессмертновские» полёты по сцене, на её па-де-де, на зажигательную тарантеллу с «максимовской» естественностью и женским кокетством, мне захотелось узнать о Марии Виноградовой побольше.

– Маша, поздравляю с успехом, расскажи немного о себе. Насколько знаю, ты не из балетной семьи.

– Верно. Но ещё в детстве мои родители отдали меня в детский кружок, в котором среди разных занятий была хореография. Через некоторое время я поступила в ансамбль имени Локтева, где свои первые «па» начинали очень многие известные солисты балета. Там я узнала о Московской государственной академии хореографии, и когда мне исполнилось 9 лет, я легко прошла все три тура и поступила.

– Кто были твои педагоги?

– Я с большой теплотой и благодарностью вспоминаю Наталью Игоревну Ревич, которая никогда не давала мне спуску и воспитывала как серьёзную, думающую балерину. После училища меня приняли в Большой театр… Конечно, все начинают карьеру с нуля. И я выходила в разных партиях: от тех, когда просто стоят на сцене в углу, и, наконец, – до ведущих партий.

– А в театре?

– Нина Львовна Семизорова. Мне очень интересно и легко с ней работать! И сейчас, если я чего-то достигаю на сцене, это всё благодаря Нине Львовне. Она следит за каждым моим жестом, каждым шагом и помогает создавать интересные образы.

– Маша, балет – это каждодневный труд, жёсткий режим. Личная жизнь, удовольствия – всё на потом…

– Для меня балет – это моя жизнь! Я очень люблю танцевать и рада каждой возможности. Пусть даже в коротких вариациях. Я абсолютный фанат своего дела!

– Твоя маркиза в спектакле «Марко Спада» – изящная, кокетливо-манерная, грациозная. Как работалось с французским хореографом Пьером Лакоттом?

– Я была счастлива работать над этой красочной и эмоциональной ролью и прожить эту историю на сцене. Мы готовили спектакль три месяца. Поскольку героиня совсем не похожа на меня, я долго искала рисунок роли, манерность, пластику, жесты.

– Публика часто аплодировала тебе во время спектакля и кричала «браво»!

– Мне бы очень хотелось расширять свой репертуар, очень люблю балеты Юрия Николаевича Григоровича. Попробовать себя в современной хореографии мне бы тоже хотелось. Часто пересматриваю старые спектакли и нахожу в исполнении наших великих предшественников новые, удивительные краски и для себя.

…Как видим, не только Мария Виноградова находит «удивительные краски» в прошлом. Его магическому таинству и атмосфере, всему тому, чего нам так не хватает в сегодняшнем гламурном и бездуховном мире, посвящает свои фильмы Марлен Ионеско. И это роднит их обеих, как и роднит с хореографом Пьером Лакоттом, который вместе с Гелен Тесмар бережно сохранил и модернизировал для нас красоту классического, романтического балета, его традиций, подарив зрителям яркий синтез балетного искусства великих культур России и Франции.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 16673
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Дек 25, 2013 6:07 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2013122504
Тема| Балет, Санкт-Петербургский государственный академический театр балета имени Леонида Якобсона, Премьера, Персоналии,
Автор| Лариса АБЫЗОВА
Заголовок| Новые лица современной хореографии
Где опубликовано| © "С.-Петербургские ведомости" № 249
Дата публикации| 2013-12-25
Ссылка| http://www.spbvedomosti.ru/article.htm?id=10304599@SV_Articles
Аннотация| ПРЕМЬЕРА

Нынешний балетный сезон оказался насыщен крупными событиями: гастроли зарубежных трупп со спектаклями Анжелена Прельжокажа, Иржи Киллиана, новый «Щелкунчик» Начо Дуато. Но среди престижных представлений не затерялась премьера программы «Лики современной хореографии» в Санкт-Петербургском государственном академическом театре балета имени Леонида Якобсона, в которую вошли три одноактные постановки молодых хореографов Антона Пимонова и Константина Кейхеля.



Танцовщик Мариинского театра выпускник Академии русского балета имени А. Я. Вагановой Антон Пимонов показал две работы. «Иберия» на музыку одноименного сочинения Клода Дебюсси – импрессионистический балет, отражающий впечатления хореографа от Испании. Здесь вместо сюжета – череда мимолетных зарисовок, передающих изменчивые чувственные отношения шести пар. То под лучами палящего солнца, то под звездным южным небом их жизнь течет, как бесконечный праздник, который не омрачают случайные ссоры и расставания. Пимонов хорошо чувствует музыкальную фактуру. Как Дебюсси сумел передать испанский колорит без воспроизведения народных мелодий, так и хореограф создает испанскую атмосферу, не прибегая к балетной «испанщине».

Иное мастерство продемонстрировал Пимонов в сюрреалистическом балете «В темпе снов» на музыку Второй сонаты для скрипки и фортепиано Сергея Прокофьева. Бессюжетный симфонический танец в исполнении восьми пар развивался по законам, предложенным композитором. Точное следование за музыкой позволило хореографу сочинить яркие первую и финальную части, но в середине композиция получилась несколько затянутой.

Антон Пимонов показал себя зрелым интересным хореографом малых форм. Можно надеяться, что следующим этапом его творчества станет полнометражный балет в двух-трех актах, которого так не хватает на сегодняшней сцене.

Константин Кейхель, выпускник Челябинского педагогического университета и балетмейстерской кафедры Академии русского балета имени А. Я. Вагановой, педагог Академии танца Бориса Эйфмана, имеющий солидный список постановок в разных труппах страны, представил на суд публики балет «Столкновение» на музыку Джоби Тэлбота.

Кейхель любит поднимать философские темы. Столкновение он трактует не как человеческий конфликт, а как толчок для рождения нового качества или состояния космического масштаба. Пять пар во главе с солистами Евгенией Штаневой и Ильей Осиповым доказали, что им по силам сложная по технике и необычная по почерку хореография Кейхеля, включающая элементы разных современных стилей.

«Участником» действа стал огромный занавес из матерчатых полос, разделяющий пространство сцены на два противоборствующих мира. Двигаясь в определенном ритме, элементы конструкции становятся дополнением общей хореографической композиции. Совсем недавно петербуржцы наблюдали подобный эффект в балете Иржи Киллиана «Боги и собаки», показанном в конце ноября в рамках фестиваля «Дягилев. P. S.».

Свою лепту в успех программы внесли известные театральные художники Олег Головко (сценография и костюмы) и Евгений Ганзбург (световое оформление).

Энтузиазм, с которым молодые якобсоновцы под началом художественного руководителя труппы Андриана Фадеева осваивают новую хореографию, показал, что дух поиска, эксперимента живет в этом уникальном коллективе. Следовательно, петербургские балетоманы могут ждать новых интересных работ.


ФОТО Ирины ТУМИНЕНЕ


Последний раз редактировалось: Елена С. (Вс Авг 14, 2016 7:58 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 16673
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Дек 26, 2013 9:38 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2013122601
Тема| Балет, НГАТОиБ, Премьера, "Щелкунчик", Персоналии,
Автор| Текст и фото: Юлия Катковская
Заголовок| «Глубоко русская история»: Новосибирск увидел нового «Щелкунчика» с 202 костюмами и растущей елкой (видео)
Где опубликовано| © Тайга.инфо
Дата публикации| 2013-12-26
Ссылка| http://tayga.info/video/2013/12/26/~115006
Аннотация| ПРЕМЬЕРА



Новосибирский театр оперы и балета представил обновленного «Щелкунчика» в постановке Игоря Зеленского. Для этого потребовались тонны декораций, 202 костюма из Италии и Франции и 40 млн рублей из областного бюджета. Главную роль исполнил Сергей Полунин.

Премьера состоялась 25 декабря, в католическое Рождество. Дата оказалась знаковой: авторство художественного оформления балета принадлежит итальянским мастерам. Костюмы, тонны декораций и обширная география их изготовления — то, что сделало нового «Щелкунчика» «уникальным» по мнению исполнителя главной роли, премьера Московского музыкального театра имени Станиславского—Немировича-Данченко и приглашенного солиста Новосибирской Оперы Сергея Полунина. Классическая хореография Василия Вайнонена осталась неизменной.

«Много работы было сделано, и я считаю, что это будет грандиозно — лучший „Щелкунчик“, наверное, в мире. Это уникально, конечно, потому что с таким вкусом подобраны костюмы, декорации, я такого, если честно, не видел, поэтому мне будет интересно увидеть реакцию детей и их родителей», — говорил Полунин на генеральной репетиции.

По словам артиста, все, что происходит на сцене — идея художественного руководителя балетной труппы Новосибирского театра оперы и балета Игоря Зеленского. Добивался он такого воплощения примерно семь лет.

«Ёлка и ворота — это идея Игоря [Зеленского], к тому же, он хотел сделать местом действия не дом, а дворец, чтобы всё было еще сказочней, — рассказал Полунин. — Огромный торт, который появляется во втором действии, он видел, когда танцевал в Нью-Йорке, и ему захотелось, чтобы дети в Новосибирске увидели такой же, и у них в памяти осталось это нечто вкусное, необычное, большое. Здесь очень много разных мелочей, деталей, которые надо успеть уловить. Например, ворота, которые всего на минуту появляются, остаются только в памяти — в этом есть какая-то мистика и необычность».



Задумки постановщика воплотил один из ведущих мировых сценографов, итальянец Эцио Фриджерио. Кстати, в Новосибирск он приехал именно из-за «великого хореографа Игоря Зеленского». 83-летний Фриджерио уже 60 лет оформляет спектакли в лучших театрах мира — La Scala, Metropolitan Opera, Королевском театре Covent Garden, Шотландской и Венской операх. Поэтому его благосклонность к новосибирскому театру, как считает Полунин, «дорогого стоит». Вместе со сценографом в Новосибирск приехала его жена Франка Скуарчапино — художник по костюмам. Практически все, что надето на артистах спектакля, создано в Милане под ее чутким руководством. Единственное — обувь для нового «Щелкунчика» шили в Санкт-Петербурге, а парики «приехали» из Франции.

Имея волю делать все, что им захочется, итальянцы не позволили своей фантазии уйти далеко в художественные дебри и сделали оформление соответствующим эпохе, в которую происходили придуманные Эрнстом Гофманом события. «Теоретически сюжет можно перенести в различные эпохи, но я не вижу в этом необходимости. Произведение написано для определенной эпохи, подчиняется определенным эмоциям, и все декорации, все костюмы этому соответствуют. Это очень трогательная, очень сентиментальная и реалистичная история. Поэтому переносить ее в какое-то другое окружение — значит, потерять ее смысл. Тем более, если мы говорим о современности, то она же у нас совсем другая, несколько жестокая, суровая, поэтому потерять вот эту искренность и чувственность той эпохи нельзя», — считает Эцио Фриджерио.

Как рассказал сценограф, самой любимой его сценой и декорацией стал сбор гостей вокруг ёлки в первом действии, потому что «ёлка — это чисто русское понятие», в Италии почти не бывает такого.



Ёлка в спектакле действительно занимает центральное место, вокруг нее разворачиваются основные события. Вначале это маленькое рождественское дерево, какое стоит у каждого в доме, потом же оно вырастает до гигантских размеров и уходит верхушкой далеко за верхние софиты, кажется — в самое небо. И здесь-то начинаются главные чудеса... Во втором акте ёлку заменяет огромный торт и изображения разных стран, по которым во сне путешествует главная героиня Маша.

«Я уже старый сеньор, но когда я смотрю этот балет и слушаю эту музыку, я наслаждаюсь в самой высокой степени, я как бы становлюсь ребенком, но, тем не менее, вижу все смыслы, для меня это очень-очень интересно. Дети, посмотрев это произведение, тут же могут забыть и продолжить свои игры, а для меня это очень глубокое произведение», — восхищенно сказал господин Фриджерио на последней репетиции «Щелкунчика».



Итальянец считает эту историю «глубоко русской», потому что такое произведение мог придумать только русский, и «тот сон и всё, что видится героине, имеет какие-то русские корни». «Я полагаю, что новосибирские власти поступили очень мудро и дальновидно, приняв решение поставить это произведение. Думаю, что этот балет можно показывать не только в театре Новосибирска, но и во всех крупных театрах мира», — заключил Фриджерио. Ранее облправительство сообщило, что бюджет вложил в новую постановку 40 млн рублей, чтобы получить бесплатные билеты для незащищенных слоев населения, в том числе детей-сирот

Помимо Сергея Полунина, главные партии танцуют его коллеги по МАМТ Кристина Шапран и Ксения Рыжкова. Предыдущая версия «Щелкунчика» в Новосибирском театре оперы и балета шла почти 15 лет. Это была постановка артиста и балетмейстера Государственного академического Мариинского театра Сергея Вихарева в классическом варианте Льва Иванова и Василия Вайнонена с добавлением авторской хореографии. Новая версия, как надеются ее создатели, побьет все рекорды предыдущей.

Текст и фото: Юлия Катковская
Видео: Анастасия Кораблёва и Наталья Гредина
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 16673
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Дек 26, 2013 9:42 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2013122602
Тема| Балет, АРБ им. Вагановой, Премьера, "Щелкунчик", Персоналии, Николай Цискаридзе
Автор| корр.
Заголовок| Николай Цискаридзе: я никогда в жизни ни с кем не соревновался
Где опубликовано| © РИА Новости
Дата публикации| 2013-12-26
Ссылка| http://ria.ru/interview/20131226/986439674.html
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

Показы спектакля "Щелкунчик", который Академия русского балета имени Вагановой ежегодно ставит на сцене Мариинского театра, начались в Петербурге. В этом году спектакль впервые был подготовлен при участии нынешнего и.о. ректора академии Николая Цискаридзе.


Николай Цискаридзе в Михайловском театре, архивное фото
© РИА Новости. Игорь Руссак


Перед премьерным показом балета "Щелкунчик", состоявшимся на сцене Мариинки в субботу, корреспондент РИА Новости поговорил со знаменитым танцовщиком о волнении перед выборами на должность ректора, переезде в Петербург и ролях, которые ему приходится теперь исполнять вне сцены.

- Николай Максимович, вы уже определились со своими ближайшими планами в академии? Не глобальными — "балет в России поднимать", а конкретными, "приземленными"?

— Балет в России поднимать не надо. Его нужно просто беречь. Сохранять ту великую традицию и те потрясающие начинания, которые были созданы не нами. Меня сейчас заботит все, что касается хозяйства академии — тысячи проблем: начиная с приемки здания и заканчивая пожарными предписаниями, санитарными нормами, которые мы обязаны соблюдать, поскольку мы не просто учебное заведение, а учебное заведение, где учатся дети. Бытовых проблем очень много. В Петербурге особый климат, поэтому от протечки крыши до сосулек — все нужно предусмотреть. Это огромное серьезное хозяйство, которое занимает огромную территорию. Мы не только красивое здание, но и историческое, культурное наследие, охраняемое ЮНЕСКО. И усмотреть за всем этим – это непросто.

- То есть сейчас больше приходится хозяйственной частью заниматься?

— Нет, у меня, к счастью, жизнь строится параллельно. Мне приходится иногда на репетициях подписывать какие-нибудь документы, если срочно нужно. Иначе деньги людям могут вовремя не прийти. А с другой стороны — не могу не появиться на репетиции, поскольку я за это тоже ответственен. Мне кажется, студентам это приятно. Я, допустим, на днях, должен был быть в Москве. В академии в это время были экзамены, а я не смог присутствовать. Мне педагоги потом сказали: вас так ждали дети, они так готовились. Давайте, говорю, в следующий раз сообщать мне о подобных вещах заранее, чтобы я корректировал график. Но я не виноват, что уехал! Не приехать, когда Министерство культуры вызывает, я не имел права.



- Как вы сейчас оцениваете свои шансы занять должность ректора?

— Я их не оценивал с первой секунды. Понимаете, я никогда в жизни ни с кем не соревновался. Я занял свое место в балете настолько отдельно от всех, что никогда не пытался конкурировать ни с кем. Когда-то в детстве, когда я учился в школе, я услышал одну фразу Марии Каллас и подумал, что буду ею руководствоваться в жизни. Она сказала очень просто – если когда-то найдется кто-то, кто будет петь ее репертуар на том же уровне, то тогда она заволнуется, но поскольку такого человека на земле не было, то она жила спокойно. То же самое было со мной. Я никогда никому не завидовал. Еще я никогда — опять-таки руководствуясь постулатами моих великих педагогов — не брался не за свои роли. Поэтому, когда я согласился на эту должность, я понимал, что это определенная роль. Уже не на сцене, а социальная, отчасти политическая, поскольку для культуры это было одним из самых значимых назначений в этом году. Я понял, что ни с кем соревноваться не буду. Если честно, люди, которые также заявлены на должность ректора, — мы не просто из разных поколений, мы — разного образования. У нас разные заслуги перед государством и обществом. И сравнивать было бы глупо. А дальше уж дело покажет. Сказать, что он "самый крутой" может любой, но пусть он сначала покажет, что сделал.

- Это вы о своей предшественнице?

— Я с большим уважением отношусь к предыдущему ректору — Вере Алексеевне (Дорофеевой — РИА Новости), которая говорила во всех интервью, что она 28 лет в Академии проработала, 12 лет была ректором и так далее. А сейчас пришла проверка, скоро официально вывесят на сайте Минкультуры отчет. Вот тогда и будет понятно, что же она сделала за эти 12 лет, до чего довела в итоге всю ситуацию. Поэтому заявления какие-то делать очень опасно. Я всю жизнь свою артистическую занимал такое место, которое возлагало на меня безумную ответственность. И если бы я каждый раз выходил и заявлял: "Я — народный артист!" — это было бы глупостью. Поскольку в первую очередь ты должен доказывать, что ты — народный артист, своими танцами. Это очень сложно и страшно. Я всегда просил, чтобы на концертах, где я выступаю, не называли мои звания, поскольку их все равно больше, чем у всех остальных. Во-первых, мне всегда было неудобно перед коллегами, поскольку люди реагируют по-разному. А потом, мне было неудобно перед самим собой, ведь я очень переживаю – вдруг что-то не получится, я же ведь тоже живой организм.

- Но вы рассматриваете вариант, что вас могут не избрать?

— Я вообще об этом не думаю.

- После выборов планируете переезжать в Петербург?

— Я переехал уже. Как вы думаете, где я живу? Думаете, я в 8 утра встаю в Москве и бегу в Питер на работу? Расставаться с Москвой, конечно, неудобно, потому что там у меня очень хорошая квартира. И кошка там осталась!

- А когда, как символ окончательного переезда, планируете кошку перевезти?

— К сожалению, вообще не планирую. Я из академии не выхожу. И у кошки от перестановки слагаемых сумма не поменяется — что в Москве она меня не видит, что здесь она меня не будет видеть. Прихожу в 10 утра и ухожу из академии в 10 вечера. Если честно, по-настоящему я не живу в Питере, я живу на улице Зодчего Росси, 2. Что за ее пределами, я не знаю.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 16673
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Дек 26, 2013 11:18 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2013122603
Тема| Балет, Михайловский театр, Премьера, Персоналии, Начо Дуато
Автор| Елена ФЕДОРЕНКО
Заголовок| А напоследок я скажу
Где опубликовано| © Газета «Культура»
Дата публикации| 2013-12-26
Ссылка| http://portal-kultura.ru/articles/balet/23661-a-naposledok-ya-skazhu/
Аннотация| ПРЕМЬЕРА

Начо Дуато попрощался с Петербургом предновогодней премьерой балета «Щелкунчик».



Три года назад Начо Дуато привез в Москву свою испанскую труппу и не без лукавства объявил: «Известный хореограф ищет работу». Тогда же стало известно, что Министерство культуры Испании решило не продлевать контракт Дуато с Театром танца в Мадриде. Конфликт начался с малого: ведомство потребовало, чтобы репертуар труппы включал не только авторские сочинения руководителя — одного из самых ярких хореографов мира, но и классические спектакли. Дуато возглавлял мадридский театр два десятилетия, сменив на этом посту Майю Плисецкую — она-то классику как раз и отстаивала. Но Дуато, мастер одноактных инструментальных композиций, превратил театр в исключительно авторский — своего имени — бренд.

1 января 2011 года испанский хореограф приступил к руководству балетной труппой Михайловского театра. Стремительный работодатель и неутомимый коллекционер мировых знаменитостей Владимир Кехман (его последнее приобретение — экс-руководители Вагановской академии Вера Дорофеева и Алтынай Асылмуратова) трудоустроил отставленного новатора. Ко времени, когда не самая сильная балетная труппа Михайловского успешно и в кратчайшие сроки под мудрым педагогическим оком Михаила Мессерера овладевала академической каллиграфией, сражая не только соотечественников, но и чопорных англичан, Кехман позвал изгнанника на должность балетного худрука. Курс на классику тут же пошатнулся, труппе пришлось осваивать иноземный пластический язык. В чем явно преуспели. Одноактные балеты Дуато — хрупкие и простые, яростные и сложные — артисты научились исполнять пронзительно и виртуозно.



Кехман подписал с Дуато контракт на пять лет, причем с пролонгацией. Бессрочный характер документа оговорил особо: «Сколько сможет, столько будет работать». Смог три года, пока не освободилось кресло руководителя в труппе Берлинского государственного балета. И — поспешил в Европу. Напоследок поставил балет Чайковского «Щелкунчик». Классическим спектаклем Дуато словно благословил театр вернуться к прежней и привычной стратегии. Впереди — выход из дуатовского виража и кехмановского «сколько сможет».

После унылой «Спящей красавицы» от Начо Дуато в области классики сенсаций не ждали. Как ни признавайся в любви к классике, если в ее системе художественных координат хореографическая мысль не бьется, на этом поле победной игры не сыграть. Хотя прощальный спектакль вышел милой, красивой сказкой, рассказанной языком классического танца и даже прокомментированной закадровым текстом. Дуатовская пластика со вздохами тел, плачем рук, гримасами прыжков мелькает в грамотном классическом танце лишь изредка: волной в гросфатере первого акта или в пертурбациях мышиного войска.

Партитура «Щелкунчика» знала немало прочтений, и каждый хореограф пытался примирить простодушную рождественскую сказку с планетарной, трагически исповедальной музыкой. Дуато, воспринимающий мелос на каком-то клеточном уровне, душевные мучения Чайковского оставил за скобками. В «Щелкунчике» его волнует другое, может быть, не менее важное: тени Петербурга, тайны балетных легенд, загадки русской души. Его балет — оммаж Северной столице, поклон России, которую он так и не сумел познать, но которой оказался очарован. Тут приветы разным эпохам и разным именам. Первый — основателю города: Дроссельмейер (Марат Шемиунов) в «усатом» гриме под Петра Первого, в зеленом камзоле и треуголке, смахивает на ряженого, готового сняться с туристами на памятный снимок.


Седой локон в шевелюре Петра — «опознавательный знак» Сергея Дягилева и привет ему же, герою уже иного времени — эпохи, чья рафинированность тоже любима хореографом. Серебряный век русской культуры, преддверие Первой мировой — время действия спектакля. Гостиная Штальбаумов переехала в петербургский салон, и оформление (художник-постановщик Жером Каплан) дышит манерным декадансом, модерн заглядывает на сцену полукружием большого окна, изысканной роскошью костюмов женщин, которых сам век объявил недосягаемыми прекрасными дамами.

Увлекли хореографа и образы русского балета — ему он тоже кладет изящные поклоны в виде цепи летучих ассоциаций. Танец Пьеро и Коломбины, столетие назад оставивших уличные балаганы ради светских салонных вечеров и ставшие предметом эстетического любования, вынимает из памяти «Петрушку» Михаила Фокина. Дуэты главных героев как по канве прошиты узнаваемыми позами из русского классического наследия. Мигающие свечи в финале счастливого па-де-де Маши и Принца (милая красавица Анжелина Воронцова и по-мальчишески непосредственный Виктор Лебедев старательно выстроили свои роли) — почти цитата из Григоровича. «Вальс снежных хлопьев», парящих и образующих вихри, — парафраз из балетной сказки Вайнонена, чей «Щелкунчик» до сих пор идет во многих театрах России.



Ко второму акту Дуато устал, и действие почти остановилось, благо, как и положено, настала очередь дивертисменту. Следующие один за другим танцы кукол отмечены одной деталью оформления: пряный Испанский исполняется на фоне огромного, в полсцены, алого веера; томный Восточный оттенен ползущим драконом; под зонтиком, похожим на большую беседку, звонко пляшут китайцы. Оформление сцены — гигантская сладкая рождественская «корзиночка» с белоснежным кремом. Атрибутом «Трепака» стал штурвал корабля: лихой русский танец отплясывает с шиком и задором четверка забавных морячков. Такие могли бы встречать интуристов на подходе к крейсеру «Аврора». Собственно интуристом оказался и сам Дуато. Загадочная русская душа его поманила всерьез, но чтобы понять ее, времени (а может, и желания) все-таки не хватило.

Чтобы понять Россию, в ней надо жить долго. Что и сделал Мариус Петипа, оставшийся умирать в России и назвавший ее через шесть с гаком десятилетий своей любимой родиной. Потому и сделался полновластным хозяином русского балета. Два иностранца возглавляли российские балетные труппы. Петипа и Дуато. С паузой в полтора столетия. Почувствуйте разницу.


Последний раз редактировалось: Елена С. (Вс Авг 14, 2016 7:59 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 16673
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Дек 26, 2013 7:55 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2013122604
Тема| Балет, Персоналии, Андрис Лиепа
Автор| Марина Киселева
Заголовок| Андрис Лиепа: «Злодеев делать интересно»
Где опубликовано| © Газета «Владимирские ведомости»
Дата публикации| 2013-12-26
Ссылка| http://www.vedom.ru/news/2013/12/26/12197-andris
Аннотация| Интервью


Фото: Владимира ЧУЧАДЕЕВА

На прошлой неделе во Владимир на специальную творческую встречу с работниками «Точмаша» приезжал человек, чью фамилию знают даже те, кто в жизни не видел ни одного балета. Это знаменитый на весь мир танцовщик, режиссер театра и продюсер, сын легендарного Мариса и брат прекрасной Илзе - Андрис Лиепа.

Этот визит стал возможен благодаря проекту «Росатома» «Территория культуры». А после этой встречи, несмотря на позднее время и планы возвращаться в Москву (Лиепа сам был за рулем), уставший артист полчаса терпеливо и доброжелательно отвечал на вопросы корреспондента «ВВ».

За годы работы журналистом мне довелось пообщаться с десятками знаменитостей. Но Андрис (он сам сразу велит называть себя по имени) ‑ это что-то особенное. В нем чувствуется избыток внутренней интеллигентности, позитивного отношения к людям, к их слабостям и причудам и при этом - полное отсутствие даже намека на самомнение и пафос.

- Андрис, Вы когда-нибудь думали: если бы не балет, то я бы занялся... Чем?

- Скульптурой. Я надеюсь, что у меня когда-нибудь будет время на это. Что я своем доме в Дивеево смогу сесть спокойненько... Возьму там одну маленькую комнатку с красивым видом на монастырь и буду лепить всякое разное.

Конечно, я в этом не профессионал. Но я ведь и режиссерского образования не получал, но много работаю как режиссер. Хочу надеяться, что все, что я делаю, очень качественное и очень персональное. Самому себя оценить, разумеется, невозможно. Я работаю для зрителей. Но делаю все, что мне нравится. Так что пусть люди потом оценивают... Думаю, это имеет право на жизнь. Отец тоже не был профессиональным художником, но рисовал очень интересно и красиво. Мы его эскизы используем в наших программах. Мой коллега Владимир Васильев тоже хорошо рисует. Михаил Барышников сделал выставку своих фотографий... Может, это и не уровень великого Хельмута Ньютона. Но это интересно. Это же взгляд Барышникова...

- Вы много работали в Европе и США. Никогда не думали об эмиграции?

- Никогда. Своей задачей я всегда видел объединение, скажем так, Востока и Запада. Я действительно много работал и работаю на Западе. Пять лет мы уже делаем русские сезоны в Париже. В Лондоне ‑ фестиваль Дягилева. На следующий год собираемся в США. Но вот я узнал, что в Приморье построили новый театр, шикарный! Хочу туда привезти русские сезоны. Для зрителей, которые никогда ничего подобного не видели. И во Владимир теперь хочу привезти одну из программ... Сегодня я увидел, что это возможно. Скажем так - Дягилев возил все это на Запад. А я хочу и на Восток. Такая вот миссия... И это правильно. Вот сегодня я почему приехал? Потому что понимаю, что могу и должен это сделать. Подарить хороший вечер людям ‑ тем, кому это интересно. Был бы не полный зал, а 30 человек - мы бы и с ними также замечательно пообщались. Для меня это не вопрос количества: 6 человек или 6 тысяч, как было на моем юбилее в Кремлевском дворце. Просто в возрасте за 50 у тебя уже большой багаж. И этим багажом можно делиться. Это как внутренний аккумулятор. Если ты его не подзаряжаешь таким образом, он перестает работать. Смысл в обмене энергиями. Есть люди, которые энергию вообще отдавать не любят. А в итоге сидят и чахнут. Я отдавать люблю.

- Сложно Вам было начинать в балете с такой фамилией?

- До отца люди ходили на балет. Говорили так: «Пойдем на «Лебединое озеро». А с ним стали говорить: «Пойдем на Лиепу». Но отец за меня ничего сделать не мог. В балете это в принципе невозможно. Так что выкладываться пришлось на 200%. Чтобы соответствовать фамилии.

- На творческой встрече Вы много и подробно рассказывали о родителях, о сестре, о коллегах. И за Цискаридзе, о котором сейчас говорят и пишут много разного, заступились. Вы о ком-нибудь вообще плохо говорите?

- Сначала о Коле Цискаридзе. Я его лично знаю очень хорошо. Как артиста. Как работника. Как друга. Как образованного человека. Второго такого нет! Он непримирим и жесток к непрофессионалам. Поэтому многим с ним сложно говорить. Тому же директору театра, потому что он не знает, как балет работает. Коля ему: здесь нужна гримерка с окном. А тот: у нас нет окна. Коля: а почему в вашем кабинете оно есть? То есть он задает вопросы, на которые таким директорам отвечать нечего. Почему артистам сделали без окна? А вот так ему удобно было. Цискаридзе не придирается, а задает важные вопросы. Потому что кондиционированный воздух ‑ это одно, а некондиционированный ‑ другое. Коля прав, что задает эти вопросы. Поэтому он очень неудобен. Но у него такая внутренняя организация. Если бьет, то в болевую точку...
Что касается, говорю ли о ком-то плохо... Знаете, я стараюсь в каждом человеке, с которым общаюсь, найти что-то хорошее. Мне это всегда удается.

- Но как сохранять такое хорошее отношение к миру, в котором столько недостатков?

- Недостатков много, но и хорошего много. Например, есть люди, которые костюмы делают так, как никто, нигде и никогда. Здесь могут написать декорации так, как никто и никогда. Здесь можно репетировать с артистами, которые сделают все так, как никто и никогда. Я много езжу. Что, в Италии все так хорошо и просто? А я там иногда людей на репетиции собрать не могу. У них, видите ли, сиеста. Им через каждые 40 минут перерыв положен! Профсоюзы за этим следят. Но за этот перерыв они остыть успевают. И чтобы снова начать работать, надо снова разогреваться. Такова специфика балета. В итоге тут мы два с половиной часа репетируем моим волевым решением и потом, довольные, расходимся. А там репетируем три с половиной часа, из них 45 минут отдыхаем, и работа получается очень неэффективной.

- У вас есть любимая роль?

- Конечно, нет. Роли ‑ они как дети. Все любимые.

- На встрече Вы много рассказывали о примерах того, как танцовщики отрицательных персонажей переигрывали положительных. В том числе в одном из ваших любимых балетов - «Спартаке»: главный злодей Красс получался ярче и интереснее Спартака. Но разве это не предопределено? Злодеи всегда интереснее.

- Злодеев интереснее делать. Например, я танцевал спектакль «Моцарт и Сальери». По амплуа мне ближе Моцарт. Но выходить за рамки амплуа всегда интересно. Это всегда вызов, потому что все по-другому. Работаешь иначе. Поэтому так сложно было меня переиграть в этом балете. В принципе, когда любому хорошему артисту достается отрицательная роль, он ее делает так, что положительному герою рядом с ним никак не вырулить. Либо это должен быть очень-очень талантливый человек. Когда отец танцевал с Васильевым в «Спартаке», то это был балет «Спартак» с очень сильным Крассом. Но когда вместо Васильева танцевал кто-то другой, это был балет «Красс». И Спартаком там уже не пахло. Все зрители принимали сторону отрицательного героя. Уходили со спектакля и понимали: Спартака не помню, а Красс был гениален.

- Впереди Новый год. Вы в детстве долго верили в Деда Мороза?

- Недолго. В Деда Мороза одевался отец. Прямо в наряде шел к нам из Большого театра. Нам с Илзе всегда говорили, что папа работает. И без папы к нам всегда приходил Дед Мороз. Я в него верил, пока он не подарил мне фонарик. Когда подарил, я увидел, что у Деда Мороза нос из гумоза. До того же мы в этот праздник со свечами сидели. В романтичном полумраке. Тогда мне было лет семь, и я заявил, что на следующий Новый год этому Деду нос оторву. В итоге родители решили не рисковать и договорились с нашим соседом. Это был Юрий, сын великого Леонида Леонидова. Он оделся в Деда Мороза и пришел к нам. И первое, что произошло - у него ус отклеился. Сейчас я понимаю, что тогда фактически эту сказку сам оборвал. Если бы не сказал, что хочу проверить, тот Мороз или не тот, сказка продлилась бы дольше.

- А Вы для дочки Ксении Деда Мороза изображали?

- Для Ксюши я несколько лет подряд делал шоу смешариков. С настоящими куклами. Она очень этих смешаров полюбила. Вот в этом году будет в шоу и новый персонаж ‑ Игогоша. Впереди ведь год Лошади.

- Кстати, раз Вы упомянули лошадь ‑ животных любите?

- Люблю. В детстве у нас была собака. Отцу ее подарила английская королева. Когда он танцевал в Лондоне, она после спектакля пришла за кулисы и подарила Марису и его партнерше по щенку королевского пуделя. С домиками специальными, со всем щенячьим приданым... Эта собачка у нас 12 лет прожила. Звали Жужу. Красивая была Жужечка. Потом было двое детишек у нее... Я, честно говоря, не так давно хотел взять котенка. Пообщался с батюшкой, рассказал об этом намерении. А он ответил ‑ не благословляю на это. Дескать, если хозяин все время в разъездах, как я, животному будет казаться, что его бросили. Я подумал ‑ батюшка прав. Нельзя же коту объяснительную написать: извини, я отъехал на два месяца. А я каждую неделю куда-то уезжаю.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 16673
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Дек 26, 2013 10:40 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2013122605
Тема| Балет, Башкирия, Персоналии,
Автор| Валентина АЙШПОР. Фото Олега МЕНЬКОВА
Заголовок| Под знаком Рудольфа Нуреева
Зажечь такой огонь - мечта любого педагога

Где опубликовано| © Газета «Вечерняя Уфа»
Дата публикации| 2013-12-25
Ссылка| http://vechufa.ru/culture/2749-zazhech-takoy-ogon-mechta-lyubogo-pedagoga.html
Аннотация|



Каждый день, месяц, год уникальны по-своему. Они несут события, важные для всех, а иной раз таковые значимы для кого-то одного... Уходящий 2013-й был щедрым на праздники и даты. Но есть в числе последних одна, заставившая трепетать весь балетный мир - в минувшем марте исполнилось бы 75 лет со дня рождения гения танца XX века Рудольфа Нуреева.
Волна торжеств прокатилась по земному шару. И это неудивительно. Ведь еще при жизни великий Руди стал гражданином мира, а теперь каждая страна считает долгом отдать дань его памяти. Концерты, спектакли-биографии, документальные фильмы, выставки... все в его честь! Уфа, творческая колыбель танцовщика, отметила юбилей сначала спектаклем-посвящением - 17 марта Башкирский государственный театр оперы и балета дал “Сильфиду” Левенсхольда. В апреле в БГТОиБ прошел юбилейный Международный фестиваль балетного искусства, осенью в столице Башкортостана представили премьеру документального фильма “Мятежный демон”, съемки которого частично проходили в нашем городе...
А в начале декабря в Уфе состоялся Первый всероссийский фестиваль хореографических школ (колледжей). Новый праздник танца тоже был приурочен к юбилею Рудольфа Нуреева. “Вечерка” публиковала репортажи с места событий. А их было немало для столь сжатых фестивальных сроков: открытие мемориальной доски в честь бога танца на здании Башкирского хореографического колледжа, “круглый стол”, праздничный концерт, мастер-классы...
Хочется верить, что новый уфимский форум не затеряется во всеобщей “фестивализации” (а это мировая тенденция) и станет постоянным. В его пользу говорит то, что есть у него особый дух - единства, братства. И это отметили и участники, и гости. На это указывает и тот факт, что организаторы отменили конкурсную составляющую фестиваля. Действительно, в Уфу съехались слишком разновозрастные ребята, и сравнивать их невозможно. К тому же нельзя сбрасывать со счетов педагогическую, воспитательную подоплеку: каждое состязание предполагает победителя и проигравшего. И в столь нежном возрасте наградить ученика премией имени Рудольфа Нуреева - оказать, возможно, “медвежью услугу”: у победителя может “закружиться голова”, а проигравший потеряет ориентиры...
О трудностях педагогических, и не только, говорили на “круглом столе” Малого Нуреевского. С увлечением представители школ - участниц фестиваля рассказывали о достижениях, были внимательны к проблемам и предлагали варианты их решения. В какой-то момент даже показалось, будто за “круглым столом” произошел распад на региональные и столичные школы. Случилось это во время обсуждения финансовых трудностей. Не секрет, что Московская и Петербургская академии находятся на особом положении, и им чужды такие волнения. Сомнения развеял Илья Кузнецов, преподаватель из столицы России. Да, не всё в этом мире (к счастью!) измеряется в денежных единицах. Ни за какие гонорары невозможно восполнить пробел в поколении преподавателей (есть и начинающие, и почтенные педагоги, а вот середины нет) и извечный дефицит талантов. Есть гибкие, стройные, изящные студенты... И хотя бы кто-нибудь из них был наделен той фантастической энергией, фанатичным рвением и неуловимым духом гения, каковые отличали великого Руди!
Да, за всей медийной мишурой в последнее время Нуреев-скандал затмил Нуреева-мастера. Публике подробно рассказывают о его болезни, романтических приключениях, несметных богатствах, подчас забывая о том, что ничего бы этого не было без колоссального труда. Кроме того Руди сам с удовольствием придумывал новостные поводы, с увлечением создавал образ Нуреева-легенды. Но обратимся лишь к некоторым фактам. Нуреев первый в истории мужского балета встал на высокие полупальцы - так ноги казались длиннее, а рост - выше (известно, что Рудольф не обладал идеальными пропорциями). Он бесконечно изнурял себя репетициями, доводя до совершенства движения, привязывал к ногам мешочки с песком и прыгал - вырабатывал прыжок. Да, скандалил с партнерами, не прощая им ошибок в той же степени, что и себе. Нуреев первым остался за границей, потому что стремился к новому. Не задерживался подолгу в одном театре - ему всего всегда было мало, он хотел учиться, пытаться, пробовать... Такой ученик - не подарок, но подлинный клад! И задача каждого педагога - зажечь в своем подопечном вот такой огонь. Безусловно, подобное отношение к избранному делу должно быть в каждой профессии. Но балет - особая стезя, где учиться можно до конца жизни...
Иллюстрацией к данному постулату стали финальные мастер-классы. Концертный зал уфимской балетной школы был забит до отказа. Старшеклассникам давал класс художественный руководитель новосибирского колледжа Александр Шелемов (на снимке). Среди участников были замечены и недавние выпускники БХК - ныне солисты балета нашего театра. Учащимся средних классов урок преподал худрук пермской школы Владимир Толстухин. Непривычные комбинации па, замысловатые прыжки - это сбивает с толку и подстегивает! С интересом наблюдали за процессом все именитые педагоги, сидевшие в зале: возможно, и они что-то возьмут на вооружение. А уж о том, с каким восторгом следили за действом воспитанники, и вовсе не приходится говорить...
...Каждый день, месяц, год уникальны по-своему. Уходящий 2013-й запомнится еще и открытием нового фестиваля. И... с днем рождения, Малый Нуреевский!
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 16673
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Дек 26, 2013 10:45 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2013122606
Тема| Балет, Санкт-Петербургский государственный академический театр балета имени Леонида Якобсона, Премьера, Персоналии,
Автор| Лариса АБЫЗОВА
Заголовок| Ищем новых Петипа и Якобсонов!
В Каменноостровском театре прошла премьера «Лики современной хореографии».

Где опубликовано| © "Невское время"
Дата публикации| 2013-12-24
Ссылка| http://www.nvspb.ru/stories/ishchem-novyh-petipa-i-yakobsonov-53205
Аннотация| ПРЕМЬЕРА

Многие руководители балетных трупп сетуют на отсутствие новых имён хореографов, но мало кто решается пригласить никому не известных постановщиков. Это понятно, ведь вложенные средства могут не окупиться.

Андриан Фадеев, художественный руководитель Санкт-Петербургского государственного академического театра балета имени Леонида Якобсона, рискнуть не побоялся. В недавнем прошлом он, премьер Мариинского театра, с равным успехом танцевал хореографию разных жанров и стилей. Да и имя, которое носит труппа под его началом, обязывает: ведь Леонид Якобсон славился как выдающийся мастер-экспериментатор.

Премьера вечера «Лики современной хореографии», состоявшаяся на сцене Каменноостровского театра (своей сцены у якобсоновцев нет), включала три работы двух авторов.

Константина Кейхеля уже знают в России и за её пределами. Он, выпускник балетмейстерской кафедры Академии русского балета имени А.Я. Вагановой, педагог Академии танца Бориса Эйфмана, имеет довольно солидный список постановок и наград на танцевальных конкурсах. Показанный балет «Столкновение» на музыку английского композитора Джоби Тэлбота не имеет сюжета. Кейхель понимает столкновение как контакт, ведущий к рождению нового: иного чувства, другого физического состояния или формы.

В «Столкновении» участвуют пять пар исполнителей и солисты Евгения Штанева, Илья Осипов. Постепенно выделяясь из общей динамичной массы, солисты становятся главными выразителями хореографической темы. Артисты труппы показали свободу владения своеобразной пластикой, включающей в себя элементы разных стилей современной хореографии. На их фоне подлинной звездой смотрелся Илья Осипов. Выпускник Академии русского балета имени А.Я. Вагановой Осипов когда-то воспринимался чисто классическим танцовщиком. В «Столкновении» артист показывает поразительное владение своим телом, каждая клеточка которого способна передать не просто движение, но эмоцию и образ.

Антон Пимонов, питомец Академии русского балета имени А.Я. Вагановой, танцовщик Мариинского театра, известен своими балетмейстерскими сочинениями Solo for Two для артистов Мариинки Екатерины Кондауровой и Ислома Баймуратова, «Хореографическая игра 3х3». Теперь к списку работ прибавились две достойные новинки.

В балете Iberia на музыку Клода Дебюсси Пимонов не излагает сюжета. Шесть пар танцовщиков в ярких одеждах живут на сцене естественно и радостно. Исполнители, среди которых можно особо отметить Евгению Штатневу, Анну Науменко, Сергея Давыдова, Илью Осипова, объединены общими чувствами. Они влюбляются, дружат, ссорятся вплоть до драки, мирятся, расстаются. Мир персонажей Пимонова спокоен и светел, даже стычки лишены агрессии. Своеобразие пластике придают элементы характерного танца, деликатно вкраплённые в неоклассическую лексику.

Для балета «В темпе снов» Антон Пимонов выбрал Вторую сонату для скрипки и фортепиано Сергея Прокофьева. Здесь фабульных коллизий и вовсе не проследить. Инструментальный бессюжетный танец в исполнении восьми пар девушек и юношей в каждой из четырёх частей подобен музыке – её темам и ритмам. Сильная сторона Пимонова – способность внести в хореографию лёгкую нотку иронии, не нарушающей лирического, порой печального настроения.

Премьера Театра балета имени Леонида Якобсона была принята петербургской публикой с энтузиазмом: и с новыми именами удалось познакомиться, и убедиться, что молодые артисты труппы, находясь в отличной профессиональной форме, способны на эксперимент в любой области современного танца.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 16673
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Сб Дек 28, 2013 6:56 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2013122801
Тема| Балет, , Персоналии,
Автор| Сергей ЛАВИНОВ
Заголовок| Выгодное фуэте
Звезды балета хотят стать такими же раскрученными, как кумиры спорта и шоу-бизнеса

Где опубликовано| © "Новые Известия"
Дата публикации| 2013-12-28
Ссылка| http://www.newizv.ru/culture/2013-12-28/194955-vygodnoe-fuete.html
Аннотация|

Балет XXI века отличается от балета века минувшего. У современных танцоров все заметнее желание стать такими же популярными и раскрученными, как, скажем, теннисные звезды или звезды шоу-бизнеса. В отличие от предшественников современные артисты балета меняют театры, как перчатки и не скрывают, что стремятся к гламуру так же, как представители эстрады или большого спорта. Эта тенденция, которая в новом году будет только набирать обороты, сильно меняет балет. Ведь балет всегда был искусством, в основе которого лежат национальные стили и в котором всегда высоко ценилась многолетняя верность родному театру.



В недавнем интервью российская балерина Наталья Осипова (на фото) удивила поклонников классического искусства своим модерновым заявлением: «Талантливые люди не принадлежат какой-то одной компании. Они принадлежат всему миру танцев. В опере эта перемена уже произошла. Имеется, конечно, хор, но главные исполнители съезжаются из разных уголков земли».

27-летняя Наталья Осипова доказывает свою теорию не только на словах, но и на деле. Она является ярким примером типичной представительницы сегодняшнего балета. Не так давно Осипова впервые танцевала партию Джульетты в Лондоне, на сцене Королевского балета. Причем танцевала не как приглашенная гостья, а как член труппы. Это четвертый театр, который она сменила за пару последних лет. Способность собирать полные залы и харизма помогли ее переходу из Большого театра в санкт-петербургский Михайловский театр и далее в лондонский Королевский балет. Еще она танцевала в нью-йоркском Американском театре балета и в качестве гостьи – в миланской Ла Скала и в Австралийском балете.

Этот вид искусства всегда держался на маленькой группе суперзвезд. Таких, как, скажем, Рудольф Нуреев, Михаил Барышников и Сильви Гиллем. Слава планетарного масштаба и способность собирать полные залы в разных уголках земли позволяли им быть этакими танцорами мира и порхать с гастролями по всему свету. Но если раньше такая жизнь была присуща только суперзвездам, то сейчас она распространилась и на танцовщиков уровнем немного ниже. Наталья Осипова, Дэвид Холберг, Сергей Полунин, Иван Васильев, Алина Кожокару и другие звезды танца не только переезжают из театра в театр, но и нередко одновременно являются членами более чем одного балета.

Тенденция уже подтачивает традиционную структуру балетных трупп, потому что менее известные танцоры и танцовщицы подражают звездам и тоже начинают менять театры. Причем не какие-то провинциальные, а такие известные во всем мире, как Королевский балет или Парижская опера, которые всегда считались театрами на всю жизнь. Сейчас звезды балета уже не доверяют свою судьбу и карьеру, как раньше, директорам театров, считавшимся еще в недавнем прошлом всесильными богами танцевального мира, а больше полагаются на себя самих.

Художественный руководитель Американского балетного театра Кевин Маккензи считает, что изменения, происходящие в мире балета, отражают изменения во всем человеческом обществе и что в их основе лежит глобализация. Любителей балета современная тенденция порхания с места на место несомненно устраивает, потому что она предоставляет им отличную возможность увидеть множество звезд мирового уровня. Что касается танцоров, то им такой стиль жизни позволяет больше зарабатывать.

И хотя танцоры утверждают, что за этой тенденцией кроется не столько желание поправить свое материальное положение, сколько возможность попробовать новые стили танца, познакомиться с неизвестной хореографией и создать себе международное имя, за решением сменить труппу стоят все же и финансовые причины.

Например, в крупных американских театрах сезоны не длятся целый год, поэтому там артистам балета платят не из расчета за год. Премьеры в США зарабатывают неплохо, но и только: никакими астрономическими суммами и не пахнет. Из финансовой отчетности Американского балетного театра, например, следует, что в 2011 году у него были три премьера, заработавшие за сезон более 190 тыс. долларов. Вообще же танцоры, по словам Кевина Маккензи, получают зарплату раз в неделю, а не за каждое представление. Международные звезды, типа той же Осиповой и Полины Семеновой, примы Большого и Берлинского театров, получают не больше местных премьеров.

Метрополитен опера может заплатить суперзвездам за спектакль до 17 тыс. долларов, а в Европе – даже больше. В Парижской опере звезды в среднем зарабатывают в районе 125 тыс. долларов в год. Эти оклады не производят особого впечатления по сравнению с гонорарами оперных звезд и тем более звезд эстрады и киноактеров.

В балете денежная тема является чем-то вроде табу – здесь о деньгах предпочитают не говорить вслух. Тем не менее в последнее время благодаря рекламным контрактам суперзвезды начинают улучшать свое материальное положение. Например, Полина Семенова недавно появилась рядом с теннисистом Новаком Джоковичем в рекламе производителя одежды Uniqlo, Мильпье снялся в рекламе Dior и Saint Laurent; а Юань-Юань Тан, прима-балерина Балета Сан-Франциско (кстати, самая молодая в его истории) является лицом Rolex и ювелирной компании Van Cleef & Arpels.

«Почему балерина не может быть такой же публичной фигурой, как теннисистка?» – спрашивает Сара Мернс, прима-балерина Нью-Йоркского городского балета, которая сама до недавнего времени вела творческий блог в интернет-издании The Huffington Post и имеет своего агента по связям с прессой.


Последний раз редактировалось: Елена С. (Вс Авг 14, 2016 8:00 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 16673
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Сб Дек 28, 2013 12:35 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2013122802
Тема| Балет, НГАТОиБ, Премьера, "Щелкунчик", Персоналии,
Автор| АННА ОГОРОДНИКОВА
Заголовок| «Щелкунчик» в Оперном — мечты сбываются
Где опубликовано| © Континент Сибирь
Дата публикации| 2013-12-23
Ссылка| http://www.ksonline.ru/stats/-/id/2706/
Аннотация| ПРЕМЬЕРА

Новосибирский театр оперы и балета анонсировал самую масштабную и, пожалуй, самую ожидаемую премьеру сезона — новую версию классического балета Чайковского «Щелкунчик». Рождественская сказка, идеальная для семейного просмотра, увидит свет незадолго до новогодних праздников. За неделю до премьеры, назначенной на 25 декабря, театр приоткрыл завесу тайны над предстоящим событием.


Борис Мездрич (на фото справа) и Игорь Зеленский

Как все начиналось

История любви девочки и куклы Щелкунчика пришла к нам из причудливой сказки «Щелкунчик и мышиный король» великого немецкого романтика Гофмана, написанной в 1892 году. Позже ее переработал Дюма-отец, а хореограф Мариус Петипа превратил в либретто, на основе которого в 1892 году на сцене Мариинского театра состоялась премьера балета «Щелкунчик». Нервный и впечатлительный Петр Ильич Чайковский сочинил сказочно прекрасную, легкую и светлую музыку, которая уже 120 с лишним лет остается главным must-see российской публики, небезразличной к эстетическому воспитанию подрастающего поколения. За это время балет разошелся на цитаты и рингтоны, став для всего мира одним из главных символов русской культуры.

В Новосибирске первая постановка легендарного балета была осуществлена в 1950 году, следующий «Щелкунчик» был поставлен в 1995 году балетмейстером Сергеем Вихаревым, который постарался восстановить хореографический текст Льва Иванова в оригинальной версии 1892 года. В этом варианте балета главными героями становятся Фея Драже и Принц Оршад. «Это достойная постановка, которая за 18 лет была показана 176 раз, в том числе 44 раза на гастролях. Конечно, балет Чайковского вечен и бесконечен, но сценическая жизнь спектакля имеет свой срок. Летом мы были на гастролях в Китае, и там показали его в последний раз. Новая постановка «Щелкунчика» будет вызывать позитивные эмоции, это классический спектакль, качественный во всех проявлениях, без авангарда. Все благородно, чисто и прозрачно», — заверил директор НГАТОиБ Борис Мездрич.

Ничего лишнего

Новая новосибирская постановка основана на успевшей стать канонической хореографии Василия Вайнонена, впервые поставившего собственную версию «Щелкунчика» в Кировском театре в 1934 году. Здесь принцесса становится Машей, а сказочные превращения и первая любовь возможны лишь во сне. Таинственный Дроссельмейер становится другом детей и добрым волшебником, а сладкие Фея Драже и Принц Оршад вовсе исчезают из сюжета. Пожалуй, главное новшество предстоящей премьеры связано с тем, что во время сказочного путешествия во втором действии герои попадают каждый раз в новую страну и новые декорации. Классическая хореография Вайнонена при этом требует лишь минимальных изменений, связанных с особенностями такого сценического решения.

В первом действии танцевать будут дети, в конце, после сказочного путешествия, мы увидим розовый вальс и классический апофеоз. Спектакль создается в тесном взаимодействии с Новосибирским хореографическим колледжем, это чрезвычайно важно, так как дает возможность ребятам еще во время учебы участвовать в спектаклях, привыкать к большой сцене нашего театра. «Мы плотно работаем вместе с постановщиком-балетмейстером Вячеславом Хомяковым из Мариинского театра. Он свято блюдет традиции петербургской школы, его приглашают по всему миру. Сейчас мы вместе выходим на финишную прямую», — рассказал художественный руководитель балета Игорь Зеленский.

«Так как я сам танцевал не менее чем в двенадцати разных постановках «Щелкунчика», то могу вносить небольшие коррективы в каких-то моментах. Классическую хореографию делают современной люди, артисты. Сегодняшний день — это то, как ты двигаешься, смотришь, показываешь пантомиму, какую энергию передаешь», — уверен Игорь Зеленский. Так как к показу запланировано 19 премьерных спектаклей, выйти на сцену в «Щелкунчике» смогут целых семь составов исполнителей, включая всех ведущих артистов нашей труппы. Появятся и новые имена. Отдельного упоминания заслуживает участие в премьере солиста МАМТ имени К.С. Станиславского и В.И. Немировича-Данченко, постоянного приглашенного солиста НГАТОиБ Сергея Полунина.

Основная идея — музыка

«Балет есть не танцы под музыку, но музыка, выраженная в танце. Поэтому в зависимости от хореографии меняется и трактовка музыки. В данном случае в спектакле участвует много детей. Это особый колорит, особая атмосфера, очень продуманные, тонкие и многослойные психологические планы, которые неожиданно приобретают особое значение. Соответственно и в музыке мы стараемся найти оправдание этих моментов», — делится впечатлениями от работы над партитурой музыкальный руководитель и дирижер спектакля Петр Белякин. Кстати, несмотря на большой объем работы по подготовке «Щелкунчика», музыканты оркестра рады этому спектаклю, По словам дирижера, эта музыка каким-то загадочным образом никогда не приедается музыкантам.

«Музыка Чайковского — основная идея балета. Мечта поставить «Щелкунчика» появилась у меня, как только я приехал в Новосибирск. Сделать подарок городу, прививать хороший вкус детям, осуществить достойные постановки всех классических балетов, идущих в этом театре — в этом заключается мой эмоциональный порыв»,— поделился чувствами Игорь Зеленский. Русские романтические балеты Чайковского и по сей день составляют костяк репертуара любого отечественного театра оперы и балета, так что желание представить их публике в лучшем виде вполне понятно. Обновленное «Лебединое озеро» в прекрасной сценографии Луизы Спинателли мы уже успели полюбить, «Щелкунчика» увидим на днях, в перспективе — «Спящая красавица».

Итальянская сценография



Итак, с музыкой и танцами все понятно — революций не ожидается. На этом фоне главной интригой спектакля становится его визуальное решение, на которое не пожалели ни времени, ни сил, ни денег. Для создания декораций и костюмов была приглашена именитая итальянская чета постановщиков: сценограф Эцио Фриджерио и художник по костюмам Франка Скуарчиапино (на ее счету есть «Оскар» за костюмы к фильму «Сирано де Бержерак»). Авторству Фриджерио/Скуарчиапино принадлежит оформление спектаклей в крупнейших театрах мира, эти удивительные люди на протяжении многих десятилетий работали с Джорджо Стрелером, а также делали сценографию для таких режиссеров, как Роже Планшон, Андрей Кончаловский, Лука Ронкони, Лилиана Кавани, Вернер Херцог, Витторио де Сика, Бернардо Бертолуччи, Мауро Болоньини, Ренато Кастеллани, Фолькер Шлендорф; сотрудничали с хореографами уровня Ролана Пети, Юрия Григоровича, Кеннета Макмиллана и Рудольфа Нуреева.

«Выбирая стилистику костюмов, я исходила из эпохи, это Германия 20–30-х годов XIX века, мне важна атмосфера того времени. Для постановки дивертисмента мне пришлось немного пофантазировать, придумать что-то свое, но все время я пыталась быть в рамках исторической эпохи. Мы много общались, обсуждали, при этом мне хотелось поставить совершенно бесхитростный детский спектакль, настоящую сказку, которая станет для детей огромным впечатлением и развлечением», — рассказала Франка Скуарчиапино. Она также поблагодарила руководство театра, в том числе за возможность побывать в Сибири, которая представлялась ей чем-то загадочным и мистическим. Под личным контролем художников декорации и костюмы изготавливались в мастерских Рима и Милана, Санкт-Петербурга и Новосибирска. Пять фур с декорациями уже прибыли из Италии, более 200 костюмов прилетели багажом в самолете. Сейчас идут сценические монтировки, окончательная подгонка костюмов, создается сказочный реквизит: сани, оружие, куклы, маски, мебель. Те, кому во время этой работы удалось побывать за кулисами и в костюмерных цехах, подтвердят — нас ждет красивейшее зрелище.

Инвестиции в будущее



«Когда мы встретились с художниками, а позже увидели эскизы и макеты, стало понятно, что спектакль требует особого творческого подхода и отдельного финансового сопровождения», — рассказал Борис Мездрич. Высокие затраты обусловлены высоким художественным уровнем постановки и необходимостью осуществлять значительную часть работ в Италии: только так можно было осуществить качественный авторский надзор, к тому же в стране богатых театральных традиций есть особые секреты мастерства и материалы нужного качества. Осуществление проекта стало возможным благодаря поддержке Министерства культуры РФ и Правительства Новосибирской области, а также активному участию учрежденного в этом году Попечительского совета театра. Директор НГАТОиБ Борис Мездрич и постановщик балета Игорь Зеленский выразили благодарность за поддержку масштабной премьеры.

«Соединение бюджетов разных уровней и средств частного бизнеса для каждого конкретного проекта — единственный выход. Иначе мы будем жить каждый в своем отдельном блоке: федеральном, областном, муниципальном. Однако человек един, и нельзя ставить мифические интересы государства выше интересов человека, интересов зрителя. Я рад, что было принято стратегически верное решение в пользу будущих поколений», — отметил директор театра. Первыми новый спектакль увидят самые маленькие зрители, приехавшие из районов Новосибирской области, 25 декабря на Губернаторской Елке. Далее «Щелкунчик» будет показан с 25 по 31 декабря 2013 года и со 2 по 5 января 2014 года и войдет в постоянный репертуар театра. Надеемся, что на долгие годы.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 16673
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Сб Дек 28, 2013 3:15 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2013122803
Тема| Балет, Всероссийский конкурс артистов балета и хореографов, Персоналии,
Автор| Александр Вихров
Заголовок| Теория черных лебедей
Где опубликовано| © газета "Время культуры", №33 (Воронеж)
Дата публикации| 2013-12-20
Ссылка| http://vremyakultury.ru/teoriya-chernyx-lebedej/
Аннотация|

В Москве прошел Всероссийский конкурс артистов балета и хореографов. Места с первого по четвертое заняли те, кто в той или иной степени связан с Воронежем. Главный балетмейстер Театра оперы и балета – Андрей Меланьин – выступил в качестве члена жюри (и не мог голосовать за любых «своих»). А в августе никто еще даже не думал об этом конкурсе.



История банальна до безобразия. Летний занавес, у всех свои дела и заботы, о конкурсе никто (у нас, в Воронеже) не помышляет. И вдруг успех в ноябре. События, которые трудно предсказать и которые влияют существенно, нельзя котировать как невероятные. Согласно Нассиму Талебу. Короче говоря, если ты видел только белых лебедей, то не стоит полагать, будто черных не существует.

Первое место – Елена Князькова. Отучившись в столице, получила приглашение в Воронежское хореографическое училище. Еще на втором курсе стала лауреатом Всероссийского конкурса имени Ваганова в (тогда еще) Ленинграде. В этом году она подтянула сильных исполнителей и сотворила идеальный номер, которым можно и нужно завершать любой гала-концерт. Во многом именно этой прозорливостью (не забывая про талант и профессионализм) легко объяснить «золото». Второе место – Нина Мадан. Ученица Андрея Меланьина. Третье место – Дмитрий Антипов, представлявший Воронеж. Четвертое место – Вера Арбузова. Питерский хореограф, которая работала с воронежской командой. Даже избыточная скромность не снизит значимости успеха. И это, простите, круто. Закроем глаза даже на то, что между отдельными местами разница составляла всего пару баллов.

Всероссийский конкурс артистов балета и хореографов – мероприятие статусное. С 1965 года существовал аналогичный всесоюзный конкурс, потом, увы, традиция прервалась. Наша страна, сохраняя по сию пору лидерские позиции в мировой «поставке» балетных кадров, после всех своих кризисов реноме себе так и не испортила. Так что имеет смысл отметить кризис международный. Связан он с обилием конкурсов (в том числе коммерческих), на которые собирались (и будут собираться!) бюджеты, умело удвоенные заработками с прошлых аналогичных акций. Как следствие – тонны дип­ломов. Общий уровень снизился, потому как диплом есть у каждого второго, а мировым стандартам отвечает, в лучшем случае, каждый сотый. Чтобы противодействовать этому радостному безумию, в 2005 году оформилась Международная федерация балетных конкурсов (IFBC), президентом которой сразу же избрали Юрия Григоровича. Конкурс, позволивший Воронежу недурно зарекомендовать себя, проходит как раз в идеологической связке с IFBC, этой международной федерацией. В общем, далеко не о местечковых делах речь идет.

Отсюда должно бы проистекать и понимание значимости занятых мест. Пресс-конференция по случаю побед, Воронеж, театр оперы и балета. Журналистов и всяких других «контентщиков» едва не меньше, чем отвечающих на вопросы. Следом выходят редкие ватные публикации в духе «Так держать, ребята!» Сродни фамильярно-снисходительным поздравлениям в адрес юниоров от спорта или типично новостным заметкам. Искусствоведческой и культурологической оценки случившегося ждать не приходится. Можно сослаться на то, что не все люди от балета умеют красиво и складно говорить, но на то и задача журналиста – анализировать и считывать смыслы самостоятельно. В списке художественных талантов, допустим, Каганера не надо выискивать пункт «ораторское искусство», он занимается балетом, а не его популяризацией. О которой, кстати, и пойдет речь дальше.

И бог с ней, с аналитикой, на уровне репрезентативности балета все печально. А ведь балет, как ни крути, успешным считается лишь при полном зале. Когда у Меланьина шли спектакли, допустим, в Вильнюсе, посещаемость была порядка 110% (sic!). Что, за несколько месяцев он подцепил вирус бездарности?! А тот же Вильнюс – это не только воспитанный вкус. Это и афиши, и реклама, и пиар-акции, которые – в хорошем смысле – способны обеспечить приток зрителей. До тех пор же, пока фасад Театра оперы и балета будут украшать святые лики Киркорова, Носкова и Ваенги, никакой славы своим артистам мы не создадим. И даже высококлассный варяг с высококлассными исполнителями не сумеют привлечь людей в зал, ежели на фоне утраченного интереса к балету никаких новых эрогенных зон у зрителя никто так и не сыщет.

И речь не о потакании вкусам толпы, тут все попросту упирается в вынесенную за скобки интуитивную привлекательность воронежского балета. Главный балетмейстер Воронежа Андрей Меланьин вынужден забивать себе голову особенностями печати афиш, чернилами и пигментным сложением цветов. А именно пигментными пятнами смотрятся все афиши театра, посвященные собственным балетным постановкам. При виде этих аляповатых баннеров художественный вкус Меланьина под сомнение ставить не надо. Начать стоит с того, что это не его работа – делать афиши. Пусть он и остается недурным фотографом.

А ведь никто почти в местной балетной вселенной, разумеется, не хочет даже слышать слова «маркетинг», оно и понятно. Но при общей апатии можно с тем же полусонным настроем публики и организаторов прокатывать в Воронеже ведущие мировые (и зачастую российские – на половину, на треть, на четверть) балетные труппы. Но сегодня гастролеры, вытаскивающие из могил треклятые «гранитные камешки в груди» и «три кусочека колбаски», по-прежнему работают у нас и за оперу, и за балет.

А знаешь, зритель, кто в этом виноват? Ты, зритель! И высшее начальство, конечно. Но прежде всего ты.
Тем временем, Андрей Меланьин был избран членом жюри обсуждаемого конкурса. Большой человек дослужился, плюс он едва не самый молодой в составе комиссии. Вера Арбузова – из Питера – сотрудничала с нашей труппой не просто так, этот же состав она готовила для Платоновского фестиваля («Фро»). У нее уже тогда работа спорилась, плюс она свободный художник, который не связан конъюнктурными обязательства


Последний раз редактировалось: Елена С. (Сб Июл 12, 2014 9:25 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 16673
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вс Дек 29, 2013 9:47 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2013122901
Тема| Балет, НГАТОиБ, Премьера, "Щелкунчик", Персоналии,
Автор| Марина ВЕРЖБИЦКАЯ
Заголовок| Один из лучших «Щелкунчиков» мире
Где опубликовано| © «Новая Сибирь» № 52 (1102)
Дата публикации| 2013-12-27
Ссылка| http://www.newsib.net/index.php?newsid=813204479&paper_id=337
Аннотация| ПРЕМЬЕРА

Новосибирский театр оперы и балета представил самый грандиозный балетный проект десятилетия

ПОЯВЛЕНИЯ «Щелкунчика» на театральный свет ждали с огромным нетерпением. От озвучивания идеи — переодеть главный рождественский спектакль Новосибирска — до полномасштабного воплощения замысла на большой сцене «Сибирского Колизея» прошло семь лет. На исходе 2013 года чудо таки произошло: спектакль, созданный при серьезной финансовой поддержке Министерства культуры РФ и правительства Новосибирской области, был впервые представлен зрителям. В новом «Щелкунчике» музыкальная сказка П. И. Чайковского нашла идеальное продолжение в классической хореографии В. Вайнонена, а феерическая сценография знаменитого итальянского художника Эцио Фриджерио эффектно дополнилась изысканными костюмами Франки Скуарчиапино.

Балет «Щелкунчик» не нуждается в представлении. Наравне с «Лебединым озером» этот шедевр позднего Чайковского является визитной карточкой русского балета и входит в Топ балетных постановок для семейного просмотра. «Щелкунчик» — один из тех спектаклей, которые непременно должны быть в репертуаре театра оперы и балета, — рассказывает директор НГАТОиБ Борис Мездрич. — У нас был свой «Щелкунчик».

ЧАЙКОВСКИЙ вечен и бесконечен, но 18 лет эксплуатации сделали свое дело. Мы сыграли его летом в Китае в последний раз и взялись за работу над новой версией. И когда мы встретились с художниками спектакля, поняли, что это высочайший уровень, который требует специального подхода — и с творческой, и с финансовой точек зрения. На коленке такой спектакль сделать было нельзя. Нам удалось встретиться с губернатором и показать ему эскизы. Начались тщательные переговоры. Мы понимали, какой резонанс вызовет наша затея. Часть населения не понимает, зачем тратить большие деньги из областного бюджета на такую безделицу, как «Щелкунчик». Меня, конечно, это поражает до глубины души. Я всегда думаю, ну почему люди не хотят добра своим детям и семьям? Еще не видели спектакля, а уже так агрессивно реагируют? Если бы они не были столь негативно настроены, они бы вспомнили другой случай, как в 1944 году, когда шла война и впереди было восстановление народного хозяйства, советское правительство принимало решение о создании Новосибирского театра оперы и балета? Как этот исторический факт повлиял на судьбу города, нам известно. Поэтому решение областного правительства финансово поддержать создание спектакля «Щелкунчик» — редкое, но правильное и справедливое. Это создание при помощи театра художественного продукта для населения области и города. И интерес зрителей к нашему проекту, который проявился еще до премьеры, показывает, что в данном случае спрос находится в балансе с предложением».

Для современного театра «Щелкунчик» — несомненный клондайк. Долгое время «Щелкунчик» воспринимался как ретушированная пышностью сценического оформления оптимистическая детская сказка, поэтому сегодня постановщики имеют неограниченные возможности извлекать на свет божий глубинные слои музыки Чайковского, находить все новые философские, религиозные и психологические нюансы музыкальной драматургии. Новосибирский «Щелкунчик» имеет свою концепцию. «Балет, как известно, не танцы под музыку, а музыка, выраженная в танце, — рассказывает музыкальный руководитель проекта и дирижер Петр Белякин. — Поэтому в зависимости от хореографии меняется и музыкальная трактовка. В этом спектакле задействовано много детей, поэтому будет создана особая атмосфера, особый колорит. Из партитуры извлечены очень продуманные тонкие и многослойные психологические планы, которых раньше в «Щелкунчике» никогда не бывало. И в музыке мы делаем оправдание всем этим психологическим моментам. Эта касается первого акта. А во втором все идет в классическом ключе. Могу сказать, что мы, музыканты, несмотря на огромный объем работы, рады этому спектаклю. Эта музыка никогда не приедается».

Постановщик нового новосибирского «Щелкунчика» Игорь Зеленский признается, что как танцовщик принимал участие в 12 разных постановках знаменитого балета, но как худрук в своем театре хотел иметь одну-единственную версию — ту самую, в которой музыка Чайковского сочеталась бы с хореографией Вайнонена, к слову, в начале 1950-х три года проработавшего в НГАТОиБ.

Известный советский балетмейстер Василий Вайнонен видел в 1934 году своего «Щелкунчика» следующим образом: «Ведущими принципами моей работы являлись реалистическая трактовка первой части, использование танцевальной пантомимы и современной техники классического танца во второй и третьей части его, в целом же — желание с возможно большей полнотой вскрыть перед советским зрителем наиболее содержательные и художественно ценные стороны такой музыкальной жемчужины в сокровищнице классического наследия прошлого, какой является партитура «Щелкунчика».

Создатели «Щелкунчика» образца 2014 года сосредоточивают внимание на уникальной сказочной атмосфере спектакля: «Сделать такой спектакль я мечтал с того первого дня, как приехал в этот город. И сейчас могу сказать, господа, нас ожидает настоящий праздник», — комментирует художественный руководитель балетной труппы «Сибирского Колизея». К словам господина Зеленского присоединяется один из соавторов художественного оформления спектакля — художница Франка Скуарчиапино: «Я хотела поставить бесхитростный, простой детский спектакль. И я хотела бы, чтобы этот спектакль стал огромным развлечением для зрителей: ведь я, создавая его, получила не меньшее удовольствие».

Воплощение хореографической партитуры «Щелкунчика» легло на плечи семи составов. Главные партии в спектакле исполняют новосибирцы Ольга Гришенкова, Наталья Ершова, Анна Жарова, Екатерина Лихова, Елена Лыткина, Анна Одинцова, Вера Сабанцева, Светлана Свинко, Иван Кузнецов, Михаил Лифенцев, Иван Оскорбин, Роман Полковников, а также солистки МАМТ имени К. С. Станиславского и В. И. Немировича-Данченко Ксения Рыжкова и Кристина Шапран.
Главную мужскую партию исполнит постоянный приглашенный солист НГАТОиБ Сергей Полунин.

«Если честно, — рассказывает танцовщик, — я такого еще не видел. В этом спектакле все сделано со вкусом — костюмы, декорации, свет. Для меня «Щелкунчик», словно любимая станция, прибывать на которую я всегда рад. Этот балет — то, чему я учился и на чем я учился. Это классика в первозданном виде. Все легко, красочно, красиво, с легким мистическим подтекстом. В памяти детей спектакль наверняка останется надолго. Недаром Игорь Зеленский добивался постановки «Щелкунчика» целых семь лет. Глядя на сцену, понятно, почему он так долго шел к этому масштабу, почему добивался сотрудничества с лучшими театральными художниками мира, для чего привнес много своих идей. Здесь очень много деталей, нюансов, моментов, мелочей, которые появятся лишь на минуту, но будут жить в памяти зрителей вечно. И нас, артистов, это тоже очень сильно вдохновляет».
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 16673
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вс Дек 29, 2013 10:19 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2013122902
Тема| Балет, БТ, Персоналии, Ольга Смирнова
Автор| Ольга Шаблинская
Заголовок| Ольга Смирнова: «Зрители уже устали от цирка на сцене. Да и артисты тоже»
Где опубликовано| © АиФ №52.
Дата публикации| 2013-12-27
Ссылка| http://www.aif.ru/culture/person/1072512
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

О молодой звезде Большого театра Ольге Смирновой критики говорят: давно в российском балете не было столь стремительных взлётов...


Солистка Большого театра Ольга Смирнова. © / Владимир Федоренко / РИА Новости

Ольга Шаблинская, «АиФ» :​ Про вас: «Смирнова — это самородок, со времён Майи Плисецкой ни у кого не было таких шикарных физических данных».

Ольга Смирнова:
Какими данными природа ни наделила бы, без каждодневной выработки мышцы не будут работать так, как требует классический балет. Да и не бывает так, чтобы было всё — и шаг, и прыжок, и хорошие стопы, и выворотность... Но, знаете, с хорошими от природы данными даже сложнее в балете! Например, в училище педагоги, из-за того что хорошая выворотность или хороший шаг, часто не видят неправильной стойки. Ноги от природы сами разворачиваются, а мышцы при этом не работают. И поэтому, как ни странно, правильнее будет вращаться и стоять на ногах балерина, у которой более ограниченные данные, — ей придётся постоянно работать головой, просто чтобы получилось движение. Помните, Майю Плисецкую как-то спросили, когда легче танцевать — в 20 или в 50? Она ответила: «В 50». Я её, мне кажется, уже сейчас понимаю! 2 года назад, когда я только выпустилась, мне гораздо сложнее было, чем сейчас, когда и тело, и голова что-то уже понимают.


«Со временем мы вернёмся к балетной эстетике прошлого». Фото: РИА Новости / Владимир Федоренко

— Кстати, насчёт растяжки. Майя Михайловна в своих воспоминаниях пишет, что её педагоги говорили: «Ногу не дери». Это считалось неприличным.

— Смотришь записи Семёновой, Улановой — другая эстетика была. Они — актрисы, в первую очередь актрисы! Ты видишь на сцене Никию, Джульетту или Жизель, а не шикарные данные, когда быстро вертятся и высоко прыгают. Мне, кстати, кажется, что это временно, люди всё равно будут возвращаться к такому драматическому наполнению партии, как у Семёновой и Улановой. Зрители уже устают от цирка на сцене. Да и артисты тоже хотят вернуть ту психологическую наполненность роли, которая была.

— Кстати, мне всегда было интересно — про что танцует балерина в бессюжетных спектаклях, например, в «Драгоценностях» Баланчина?

— У Баланчина очень тесная связь с музыкой. Несмотря на то что «Драгоценности» действительно бессюжетны, каждый акт связан с конкретной мыслью. «Изумруды» — это Франция, эпоха романтизма, «Рубины» — дань американскому стилю, а «Бриллианты» посвящены классическому петербургскому стилю Петипа, большого классического балета XIX в. И в хореографии идёт перекличка: в «Бриллиантах» — лёгкий намёк Баланчина на «Лебединое озеро». Это видно и по движениям, угадывается и по музыке.


В 50 будет легче танцевать! Фото: www.russianlook.com

— «Лебединое», «Баядерка», Анастасия в «Грозном», Татьяна в «Онегине»... У Смирновой в основном лирические партии...

— ...но тем не менее хочу исполнить резко отрицательную роль. Например, Эгину в «Спартаке» — предводительницу куртизанок, сексуальную, коварную, решительную. Мне хочется показать разные грани в творчестве. Это же так интересно!


Досье
Ольга Смирнова родилась в 1991 г. в Санкт-Петербурге. Закончила Академию русского балета им. Вагановой. Лауреат премий международного фестиваля «Dance Open» и «Бенуа де ла данс». Танцует весь классический репертуар Большого.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 16673
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вс Дек 29, 2013 12:09 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2013122903
Тема| Балет, Пермский театр оперы и балета, Персоналии, Алексей Мирошниченко
Автор| Наталья Овчинникова
Заголовок| Алексей Мирошниченко: Мы делаем ставку «на отечественного производителя»
Где опубликовано| © Интернет-газета NewsKo
Дата публикации| 2013-12-17
Ссылка| http://newsko.ru/articles/nk-1198536.html
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

Главный балетмейстер Пермского театра оперы и балета — об итогах 2013 года: о номинации на «Золотую маску», проекте реконструкции театра, а также о приближающихся премьерах и интриге конкурса «Арабеск»


Фото: Антон Завьялов

— Во второй половине текущего теат­рального сезона поклонников пермского балета сюрпризы ждут с февраля и далее в каждом месяце. Почему не с января? Очередные гастроли?

— Очередные гастроли во Францию, которые в этот раз отличаются богатым и небывало разнообразным репертуаром. В первые годы мы выезжали либо с «Лебединым озером», либо с Фокинским вечером. Но когда труппа месяц танцует только «Лебединое озеро», она начинает терять форму. Поэтому я стал настаивать на том, чтобы гастрольный репертуар был шире.

Теперь наши импресарио сами просят разные вещи — вошли во вкус. В этом году мы везём балеты «Лебединое озеро», «Жизель», «Дон Кихот», «Шопениана», «Видение розы», «Умирающий лебедь», «Половецкие пляски», «Серенада», «Кончерто барокко», «Вариации на тему рококо» и The Second Detail.

Осенью мы выступали в Королевском театре в Мадриде и там тоже показывали нетривиальный репертуар — «Свадебку» и «Шута». Такое редко бывает, чтобы балетная труппа из России отправлялась на зарубежные гастроли вообще без классики. Добавлю, что в Ирландию в ноябре мы возили балеты «Ромео и Джуль­етта», «Жизель» и «Щелкунчик».

— В феврале состоится премьера, которую не анонсировали заранее. Расскажите о ней сейчас, подготовьте публику.

— Мы получили лицензию на исполнение двух номеров Баланчина — и «Тарантелла», и Pas de deux на музыку Чайковского. В первую очередь, с их помощью мы пополняем репертуар солистов. А во-вторых, это вопрос престижа, потому что эти номера — международные хиты.

Почему не анонсировали? Потому что шёл процесс переговоров c Фондом Джорджа Баланчина.

«Тарантеллу» и Pas de deux Чайковского мы покажем в феврале, в один вечер с другими балетами Баланчина из нашего репертуара. Их будут танцевать, соответственно: Наталья Домрачева и Руслан Савденов, Инна Билаш и Никита Четвериков. Затем в апреле наши артисты исполнят их на конкурсе «Арабеск». Это будут другие пары.

— Кто будет представлять Пермский театр оперы и балета на «Арабеске»?

— В этот раз театр представляют Никита Четвериков и Александр Соловей как солисты, а также три пары — Инна Билаш и Степан Дёмин, Полина Булдакова и Олег Куликов, Евгения Ляхова и Александр Таранов.

Наши артисты исполнят репертуар, которого не будет ни у кого из конкурсантов: кроме упомянутых названий, будут pas de deus из балета «Эсмеральда» в хореографии Николая Березова, pas de deus третьего акта из моей «Голубой птицы» и фрагмент из балета «Пери», ради которого в Пермь специально приезжал Юрий Бурлака, известный своими реконструкциями классических балетов.

— В своё время ваш «Ноктюрн» стал открытием «Арабеска». В этом году вы ставите конкурсные номера?

— И не один! Не буду раскрывать всех секретов, скажу только об одном номере. В этот раз, когда я думал о номерах для конкурсантов, мне пришла в голову абсолютно дерзкая идея — номер, который я поставил для Инны Билаш и Степана Дёмина, называется «Умирающий лебедь». На музыку Сен-Санса. Вот такая наглость — покусился на эмблему русского балета. Но есть одно «но»: у меня это — pas de deus. Она умирает, и вслед за Ней умирает Он. Потому что лебедь — самое верное существо на земле, это, кстати, доказано орнитологами.

У Дёмина потрясающе красивые руки — длинные, как крылья. У Билаш есть хрупкость и трепетность, необходимая для этой идеи. Я уже поставил этот номер, но всё ещё пока не понимаю, про кого больше эта история — про Неё или про Него. Надеюсь, что номер получился хороший, и ему удастся пройти через барьер предвзятого ожидания у членов жюри и у публики. Конкурс — это же всегда нечто особенное, просто необходимо, чтобы были какие-то сюрпризы.

— Давайте теперь поговорим о долгожданной премьере, которая объявлена на конец марта, — о вашей постановке «Голубая птица и принцесса Флорина». Представление планировалось ещё в прошлом сезоне, но в силу технических причин пришлось перенести премьеру на год. Наверное, сейчас уже всё готово, ну, или почти готово?

— «Голубая птица» — это наш проект-«долгострой», который мы готовим совместно с Пермским хореографическим колледжем.

В прошлом сезоне я сделал ошибку. До того, как было принято решение о переносе премьеры, мне оставалось поставить только половину третьего акта, пролог и просцениум. По сравнению со всем остальным (а «Птица» — трёхактный балет), это всего ничего. Но потом я остановился. Между тем, мне следовало «дожать» балет, потому что я вышел на «проектную мощность», и это было бы нетрудно. Теперь нужно входить в ту же воду, конечно, это очень сложно, да и много других проектов появилось за это время.

А ведь надо ещё репетировать, и мы уезжаем на пять недель на гастроли. Колледж мне даёт полтора часа в день, это очень мало, конечно, но больше нет возможности. Иногда у нас все полтора часа уходят на разучивание одной комбинации. Иначе не получается — это школа, это дети. Тем не менее я уверен, что к премьере все будут готовы.

— В прошлом сезоне вы говорили, что постановка готовится с расчётом на то, что хореографический колледж будет танцевать этот спектакль в Перми, пока труппа театра на гастролях. Впрочем, разучивание хореографии артистами театра тоже планировалось. А как сейчас: премьера будет совместной — театра и школы? Или только школы?

— 28 марта премьеру и ещё три спектакля, следующие за ней, будет танцевать школа, за исключением трёх главных партий — Флорины, принца Шармана и Голубой птицы. Это самые сложные образы. Партия Флорины титаническая, но в то же время такая роль — мечта любой балерины. Роль Шармана разделена на две партии: когда принц превращается в Голубую птицу, танцует другой солист.

— Переход из строгой академичности в характерный образ?

— Нет. Принц в образе Птицы — это такая же классическая премьерская партия. По сути, он всё равно остаётся принцем.

— Кто репетирует эти партии из артистов труппы?

— Голубую птицу сейчас готовят трое — Руслан Савденов, Денис Толмазов и Александр Таранов. Шарманы — это Никита Четвериков, Герман Стариков, Степан Дёмин и Олег Куликов. А Флорины — Наталья Домрачева, Инна Билаш, Александра Суродеева и Полина Булдакова.

— Булдакова, Дёмин и Куликов — новые имена в пуле премьеров и солистов. Нам стоит ожидать открытий?

— Артисты, о которых вы говорите, с большим потенциалом, но им ещё нужно набраться уверенности в своих силах, «заматереть».

Да, в общем, можно сказать, что я хочу запустить три новых кадровых проекта: «Полина Булдакова», «Степан Дёмин», «Олег Куликов». Когда выпускник приходит в театр из училища, он выпускник, не более. Только побыв в театре, пробуя себя в разных партиях, усердно работая на репетициях, он определяется со своим местом в балетной иерархии — кто он: солист, премьер или артист кордебалета. Очень важно увидеть потенциал танцовщика и помочь ему найти себя.

— Всё, что вы рассказываете об успехах конкретных артистов, очень интересно. Пермская публика очень любит свою труппу и готова пестовать каждого.

— Как худрук балетной труппы я выбрал самый сложный путь. Я не занимаюсь перетаскиванием уже готовых солистов. И дело не в финансовой составляющей.

— Но Руслана Савденова и Александру Суродееву вы из Казани взяли уже сформировавшимися?

— Тут немного другая история: они уже давно хотели работать в Перми. Потому что они профессионалы, которые не хотят стагнировать — им нужен репертуар. Посмотрите, сколько они сделали партий за один сезон.

В Перми сейчас есть очень чёткая художественная политика в балете. Мы делаем ставку, что называется, «на отечественного производителя». Мы не берём артистов, уже сформированных по стилю, идеологии, психологии, и не пытаемся втиснуть их в наши условия. Я хочу здесь, на базе нашего театра, пермской школы и эстетики выращивать артистов. Это дело благодарное, но сложное.

— Дальновидность вашей художественной политики была оценена критиками и профессионалами от балета, что выразилось в виде двух премий в течение 2013 года — общероссийской «Золотой маски» весной и пермской краевой «Волшебной кулисы» осенью. В 2014 году пермский балет покажет на «Маске» авангардный опус Уильяма Форсайта The Second Detail. Каковы шансы на победу?

— В списке номинантов «Золотой маски» отсутствуют два названия: «Ромео и Джульетта» сэра Кеннета Макмиллана от Пермского театра оперы и балета и «Онегин» Джона Крэнко от Большого театра. В то время как это две премьеры прошлого сезона, которые автоматически должны быть номинированы на «Маску».

В истории «Золотой маски» случались разные неожиданности, но такой курьёз, как в этом году, кажется, произошёл впервые. Ведь как звучит идея «Маски»? «Золотая маска» — это фестиваль-конкурс лучших спектаклей России. Великолепно! Создаётся экспертный совет, который осуществляет отбор претендентов, а затем судьбу всех номинантов решают члены жюри. Все чётко: цели ясны, задачи определены — работайте, ребята!

Не стану судить о том, кто и какую функцию выполняет в экспертном совете. Есть результат. А в результате остались «за бортом» два очень значительных события в музыкальном театре России: «Онегин» и «Ромео и Джульетта».

В том и другом случае речь идёт о спектаклях, впервые появившихся на нашем театральном пространстве. В том и другом случае мы видим целый букет актёрских удач и великолепных партий.

Ольга Смирнова и Владислав Лантратов — Татьяна и Онегин в Большом — прекрасные работы, великолепный дуэт, а их нет в персональных номинациях.

Редчайшая на сегодняшний день постановка Макмиллана (сегодня его «Ромео и Джульетта» идёт только в Ковент-Гарден и Ла Скала — и то редко, блоками, — и у нас в Перми) не будет показана в Москве. И у нас тоже много могло быть персональных номинаций. Но в результате столичная публика (не только московская, но и из других городов, ведь это огромный фестиваль, на который приезжают зрители отовсюду) лишена возможности увидеть своими глазами эту грандиозную работу. Я говорю о «Ромео», потому что «Онегина» москвичи могут увидеть, по крайней мере, в репертуаре Большого театра.

Ещё более курьёзна ситуация, если вспомнить про «Пульчинеллу» Новосибирского театра оперы и балета, который был номинирован на премию. Этот балет Кирилл Симонов поставил в 2004 году и возобновил в 2013-м. Однако редакция «Пульчинеллы», спектакля 2004 года, перевесила «Онегина» Крэнко или «Ромео и Джульетту» Макмиллана. Получается, экспертный совет дискредитирует саму идею фестиваля.

Возникает вопрос: чем руководствовались эксперты «Маски»? Вы хотите «тянуть» регионы, а ставшему одиозным сегодня Большому театру — вилку в бок? Отлично! Но Пермь разве не «регион»? Причём, далеко не бесславный в области театра.

— Вам недостаточно того, что Пермь будет представлена на фестивале балетом The Second Detail?

— А что, в условиях «Маски» есть примечание о том, что от театра должен быть номинирован только один спектакль? Екатеринбург номинирован с двумя балетами, также с двумя — Михайловский театр, театр им. Станиславского и Немировича-Данченко, Новосибирский театр.

Знаете, я бы ещё понял, если бы Форсайта как раз не пропустили: мол, в Большом его уже ставили, в Мариинке тоже, хотя The Second Detail — это тоже российская премьера. Понял бы. Но то, что «Деталь» номинирована, а «Ромео» нет, — вот это уже нонсенс.

До меня доносились иногда от членов экспертного совета настроения, что, мол, вот, неудачно перенесли... Во-первых, спектакль у нас выпускала лично леди Макмиллан, а, во-вторых, мне кажется, что господа члены совета уже берут на себя функцию жюри, а это по меньшей мере неприлично.

Кстати, Михайловский театр выдвинут как раз с «Ромео». Это двухактный спектакль, с купированной под авторскую хореографию Начо Дуато музыкой. В Перми Прокофьева играют целиком, причём в максимально приближенном к замыслу Прокофьева варианте. Говорю об этом, потому что с музыкальной стороны это тоже совершенно беспрецедентная работа, и Теодор Курентзис лишился абсолютно заслуженной дирижёрской номинации.

Совершенно очевидно, что в данной ситуации члены экспертного совета решают какие-то свои конъюнктурно-политические задачи. И демонстрируют субъективность и вкусовщину.

— Кто из балетного сообщества думает так же, как вы?

— Очень многие. Критики, профессионалы и поклонники балета считают, что это несправедливо.

— А на премию за Форсайта вы не рассчитываете?

— Нет. Как бы мы ни станцевали Форсайта, ему не присудят премию. Больше того, сами номинации уже сделаны с прицелом на победителей.

— В следующем сезоне номинации на «Маску» будут для вас иметь значение?

— Художественная политика нашего театра и репертуар формируются абсолютно безотносительно к «Золотой маске». Тот или иной репертуарный выбор мы делаем сообразно стратегии развития труппы и концепции, что называется, пермского контекста. «Золотая маска» — это для нас дополнительный повод показать наши спектакли в Москве, расширить круг публики. В Москве много людей, которые любят Пермский балет и хотят его видеть. Поэтому мы не собираемся бойкотировать «Маску».

— В 2013 году появилась относительная успокоенность за проект реконструкции Пермского театра оперы и балета. Это уже не мечты, на всех уровнях власти и в обществе о нём говорят, как о реальности. Вы со своих позиций контролируете процесс? Ведь вторую сцену обещают, в первую очередь, балетной труппе.

— Да. Вот недавно был Градостроительный совет при губернаторе, и я ещё раз посмотрел всё: где у нас будут репетиционные залы, где гримёрные, балетное управление — меня в этом проекте всё устраивает.

Нам хватит места, учитывая, что я не собираюсь набирать труппу в 400 человек, как в Мариинке, а всего лишь хочу увеличить состав вдвое. Когда откроется новая сцена, в труппе должно быть 150 человек. Другое дело, где их взять. Прежде всего, в Пермском хореографическом колледже. Но сегодня ситуация такова, что профессия артиста балета резко утратила свою популярность.

Когда в 1984 году я поступал в Вагановское училище, было 50 человек на место, а среди девочек ещё больше — 80 человек на место. Там толпы были! Сейчас такого нет — недобор. А теат­ры требуют: у Большого — две сцены, у Мариинки — три. Есть ещё гиганты с амбициями — Михайловский театр и театр имени Станиславского и Немировича-Данченко. Мы легко конкурируем с ними в плане репертуара. Вот, в частности, пример: 17 января Александр Таранов и Ксения Барбашёва приглашены принять участие в гала-концерте «Звёзды российского балета в Монреале». Меня умоляли отпустить их на три дня с гастролей (мы в те дни будем во Франции), и я согласился. Они исполнят pas de deux из «Шута» и «Ноктюрн», потому что это их уникальный репертуар, и такого репертуара больше нет ни у кого в мире.

При этом мы не в состоянии соперничать с театрами-монстрами в финансово-экономическом плане. Все наши успехи не благодаря чему-то, а всё время вопреки.

И здесь, с одной стороны, Пермский край должен понимать, что у него нет более впечатляющего культурного бренда, чем пермский балет и Театр оперы и балета. С другой стороны, есть общая картина в нашей стране — не менее спорная, чем с «Золотой маской», ситуация с президентским грантом.

Если копать глубже, мне вообще непонятно, почему нужно говорить о каких-то грантах. Сделайте вы зарплаты нормальные, а то у нас зарплата 5 тыс. руб., зато всё время какие-то гранты. Что за положение вечной нищеты! Ладно, пусть будет система грантов. Но опять же, почему Пермский театр оперы и балета обходят стороной? Раньше говорили о принципе федеральности — гранты были только для федеральных театров. Но в последний раз этот принцип был отменён, в список попали теат­ры, как наш, краевых учредителей.

Сейчас попросить президента о гранте для Пермского театра оперы и балета может только губернатор. Это напрямую зависит от Виктора Басаргина. И я очень надеюсь, что Виктор Фёдорович добудет театру президентский грант.

— Какой вы видите идеальную модель жизнедеятельности для труппы пермского балета?

— Именно такой, которая уже очень близка к своему воплощению. Безусловно, нужен новый театр, новая сцена. Труппа должна быть минимум 150 человек. Во-первых, потому что каждая труппа всё равно должна быть чётко структурирована, а во-вторых, когда мы уезжаем на гастроли, жизнь в театре не должна останавливаться. Расширять горизонты и аудиторию, а также «проветривать» труппу необходимо, но при этом дома репертуар тоже нужно продолжать показывать.

— Кстати, насколько известно, пермский балет в этом году отклонил предложение о гастролях в предновогодние недели в следующем году, это так?

— Вот когда у нас будет удвоенный состав труппы, тогда мы сможем всё — и гастролировать, зарабатывая для теат­ра деньги и выполняя план нашего учредителя по зрителям, и выступать дома.

— И пермяки, и зрители за границей — все просят «Щелкунчика». Это самый кассовый спектакль, но он нуждается в обновлении. Есть ли у вас желание сделать капитальное возобновление: новые красивые декорации, например?

— Такие планы есть, причём несколько вариантов. У нас сейчас идёт «Щелкунчик» Василия Вайнонена, плохо перенесённый, с купюрами. Я, слава богу, знаю этот балет наизусть, потому что он является учебным спектак­лем Вагановской балетной школы, и я прошёл в нём через все партии. Почему Наталья Спицына решила в пермской версии отменить «Гроссфатер» — эпизод, где бабушка с дедушкой танцуют и все мило им аплодируют, — и прочие «вкусности», мне непонятно. Вайнонен был образованный человек с прекрасным вкусом и к тому же хороший хореограф.

Есть мысль сделать капитальное во­зобновление: изменить сценографию и костюмы, освежить хореографию. А есть идея поставить абсолютно новый балет.

— Вашими силами или пригласить другого хореографа?

— В моей хореографии. Мне бы хотелось, чтобы всё-таки в большом адажио этот мир сладостей и детства разрушился. Там трагедия — переход от допубертата в пубертат... Я не говорю, что у меня получится наверняка, но я бы тоже хотел попробовать решить эту проблему. Как в науке, знаете, многие учёные бьются над решением одного и того же вопроса.

— То есть после «Голубой птицы» вы приметесь за «Щелкунчика»?

— За «Голубой птицей» у нас следует ряд интересных проектов. Дягилевский фестиваль летом откроется проектом Стравинский — Баланчин (балеты «Аполлон Мусагет», «Рубины» и «Симфония в трёх движениях», которой сейчас нет ни в одной русской труппе). А с началом следующего сезона мы приступим к подготовке хореографического вечера «Зимние грёзы» (балеты трёх британских хореографов) и Шостакович-проекта (наш с Теодором Курентзисом совместный проект, включающий оперу-балет «Оранго» и балет «Условно убитый»).
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска Часовой пояс: GMT + 3
На страницу Пред.  1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8  След.
Страница 6 из 8

 
Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах


Яндекс.Метрика