Список форумов Балет и Опера Балет и Опера
Форум для обсуждения тем, связанных с балетом и оперой
 
 FAQFAQ   ПоискПоиск   ПользователиПользователи   ГруппыГруппы   РегистрацияРегистрация 
 ПрофильПрофиль   Войти и проверить личные сообщенияВойти и проверить личные сообщения   ВходВход 

Общество Друзья Большого балета
2013-03
На страницу 1, 2  След.
 
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> Газетный киоск
Предыдущая тема :: Следующая тема  
Автор Сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17090
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Мар 07, 2013 8:24 am    Заголовок сообщения: 2013-03 Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2013030701
Тема| Музыка, Опера, НГАТОиБ; Персоналии, Вероника Джиоева
Авторы| Татьяна ШИПИЛОВА
Заголовок| Женщина- праздник
Где опубликовано| Газета "Советская Сибирь", / № 42 (26911)
Дата публикации| 2013-03-07
Ссылка| http://www.sovsibir.ru/index.php?dn=news&to=art&ye=2013&id=1117
Аннотация|



На сцене невозможно оторвать от нее глаз. А голос... хотелось бы, чтобы он звучал бесконечно

Солистка Новосибирского государственного академического театра оперы и балета Вероника Джиоева — обладательница божественного сопрано, и это — общепризнанный титул. Она востребована лучшими дирижерами современности и, судя по всему, неумолимо движется к статусу всемирно признанной примадонны. А еще Вероника, хотя и называет себя эгоисткой, женщина-праздник. И на сцене, и в общении она красива, невероятно обаятельна и открыта. У нее великолепное, с перчинкой, чувство юмора и пытливый ум, в первую очередь относительно того, что касается профессии: она живет музыкой.

Как утверждает певица, этим гармоничным счастливым настроем она в огромной степени обязана своей второй половинке — известному дирижеру Алиму Шахмаметьеву: он для нее всё — муж, друг, продюсер и строгий наставник. Поэтому говорили мы с ней в конце февраля (Вероника приезжала в Новосибирск, чтобы спеть Иоланту и впервые Ярославну в «Князе Игоре») не только о пении и карьере, но и о семье, а также «девичьих» секретах красоты.

Делу — время

— Вероника, каким был прошедший год? Где были, что пели?

— Три месяца репетировала в Гамбургской Штаатсопере с дирижером Симоной Янг и режиссером Дэвидом Паунтни именно Ярославну в «Князе Игоре».

— Вот это класс!

— Да, оба они — мировые знаменитости. Такая деталь: однажды Паунтни пропустил день репетиций. У нас был перерыв, сказали: он улетел на обед с королевой Англии. Такие вот люди. Еще деталь: спектакль был на русском языке — и Симона специально выучила русский. Все меня пугали ею — такой строгий дирижер! И партия у меня была не выучена, но она на первой же репетиции сказала: «Вероника, у вас такой красивый голос, что я не замечала ошибок»…

В общем, потом я усердно репетировала и спела Ярославну шесть раз. Кстати, чего никак не ожидала, очень приглянулась немецкой публике, критики отмечали и голос, и игру, которую назвали потрясающей. Симона Янг предложила мне спеть в «Травиате» — в Венской опере и в Берлине. После Гамбурга я сразу пела в Мадриде «Сестру Анжелику» Пуччини — также с одним из лучших дирижеров нашего времени — Инго Метцмахером. После я должна была петь в Большом театре «Травиату», поставленную Франческой Замбелло, даже спела оркестровую репетицию, но свалилась на месяц с гриппом, хотя должна была после этого работать с Гергиевым в Чикаго и участвовать в проекте Родиона Щедрина… Выздоровев, полетела в Хьюстон, где пела в «Дон Жуане» у маэстро Тревора Пиннока, всемирно известного знатока Моцарта. Оказывается, он слушал меня на YouTube — потрясающе! Вообще я замечаю: чем гениальнее маэстро, тем проще он в общении… Режиссером был Гарри Зильберштейн — тоже ас в творчестве Моцарта. Мечтаю еще раз с ним поработать. Встреча с такими уникальными музыкантами и режиссерами окрыляет.

Целовать, так от души

— Каковы ваши ближайшие планы? Когда опять в Новосибирск?

— Сейчас еду в Прагу, через три дня пою три «Реквиема» Верди в La Salle Pleyel в Париже, потом два — в Лилле, затем — Стокгольм. В Новосибирске буду 19 марта петь Виолетту в «Травиате», а 20 марта — Мими в «Богеме».

— Эти ваши роли любимы новосибирцами. Вы буквально купаетесь в них. В «Богеме» ваши лирические сцены настолько эмоциональны, вы так от души целуете Рудольфа…

— Да, целовать надо от души (смеется), чтобы все поверили.

— А как же грим, помада?

— У меня специальные, не стираются (смеется).

— Вы не однажды говорили, что Новосибирский оперный — ваш первый театр после консерватории, он вам родной, любимый. Но в последнее время много ездите по Европе, можно сказать, там прописались. Какие театры понравились? Какой город особенно мил?

— В театрах привыкаешь к партнерам, к обстановке, поэтому все любимы одинаково. Но Новосибирский оперный по-прежнему для меня главный. Постоянно слежу в Facebook, что там происходит, сохраняю ссылочки. Директору Борису Михайловичу Мездричу, конечно, часто звоню, с Татьяной Григорьевной Гиневич, его заместителем, перезваниваемся…

А город? Наверное, Прага. Там теперь мой дом. Я всегда мечтала о квартире, и вот мечта сбылась. Почему именно Прага? Мне оттуда удобнее летать по Европе. Сюда ко мне летом должна приехать помогать мама. Конечно, мне хотелось бы спеть в июне Ярославну в Большом, в спектакле Юрия Любимова. Но Алим спрашивает: как ты себе это представляешь? А так и представляю (улыбается): спела спектакль — и поехала в больницу… рожать. Вон в Метрополитен-опера Диана Дамрау зайдет в гримерку, покормит своего трехмесячного ребеночка и — на сцену, петь Джильду. Так живут все артисты.

О нашем, о девичьем

— В новой квартире обжились уже?

— Не совсем. Нет мягкой мебели. Да и проблема: квартира небольшая, все мои платья не помещаются (смеется).

— Сколько их?

— Больше пятидесяти. Здесь, в театре, у меня несколько платьев, еще в Москве, в отеле лежат.

— У вас собственный дизайнер?

— Нет, что вы. Я делаю так: понравилось — купила. Еще тринадцать нарядов сшили мне в Сеуле. Там так принято: приезжаешь петь, они говорят: ничего с собой не привозите, никаких чемоданов. Шьют там же, плюс обувь, бижутерия.

— А любимое платье есть?

— Очень хочу платье от Юдашкина. Мне кажется, он бы сделал для меня что-то очень женственное.

— Ваш инструмент воздействия на публику, безусловно, не только голос, но и красота. Есть какие-то особые девичьи секреты?

— Ничего особенного. Хорошая косметика и хороший аромат.

— Какие духи вы любите?

— Сейчас вот «подсела» на Kilian Love. У меня такой характер, что я все время их меняю. То мне нравятся густые, пряные, то принципиально иные, с острой нотой… Сегодня я хочу одно, завтра другое. И так, к сожалению, во всем. У меня нет такого, как у моего педагога: она любит ланкомовский Tresor и сразу можно узнать, что это она пришла в консерваторию. И один тон помады много-много лет. И дарим мы ей всегда Tresor…

— Но ведь важны не только духи и косметика?

— Нужно ходить в спортзал. Хотя с нашим кочевым образом жизни выкроить время для регулярных занятий непросто, этого требуют современные постановки.

— А любовь?

— Я люблю себя и свой голос (смеется). И люблю тех, кто любит меня. Я эгоистичная, Алим это знает, знают родители, мой педагог… Нет, ну, конечно, без Алима я, естественно, ничего бы не смогла. Это счастье, что рядом со мной такой человек, который может меня немножко держать в русле, потому что я очень люблю полетать… А вообще мне кажется, что красота — она должна идти изнутри. Ведь мы, артисты, поем красивую музыку, надеваем красивые наряды, представляем публике красоту искусства…

Самое-самое

— В чем, по-вашему, главное женское предназначение?

— Конечно, стать матерью — что еще? И, конечно, воспитать ребенка. У меня этого не получилось с моим сыном Ромой. Он живет в Южной Осетии. Хороший мальчик — добрый, способный, спортивный, но, мне кажется, несколько избалован бабушкой и дедушкой. Теперь, надеюсь, в Праге мы воссоединимся.



Последний раз редактировалось: Елена С. (Чт Мар 14, 2013 9:57 am), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17090
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Мар 07, 2013 8:44 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2013030702
Тема| Музыка, Опера, БТ, Премьера, "Сомнамбула"; Персоналии, Пьер-Луиджи Пицци, Энрике Маццола, Лора Клейкомб. Колин Ли, Николай Диденко, Анна Аглатова
Авторы| Елена Чишковская.
Заголовок| Премьера оперы Беллини "Сомнамбула" прошла в Большом театре
Где опубликовано| РИА Новости
Дата публикации| 2013-03-07
Ссылка| http://ria.ru/culture/20130307/926212810.html
Аннотация| ПРЕМЬЕРА

В репертуаре Большого этот шедевр бельканто отсутствовал 121 год. Вернуть его на столичную сцену взялись режиссер, художник Пьер-Луиджи Пицци и дирижер Энрике Маццола.


© РИА Новости. Владимир Федоренко

Премьера оперы Беллини "Сомнамбула" в постановке итальянского режиссера Пьера-Луиджи Пицци состоялась на Новой сцене Большого театра в среду.

В репертуаре Большого этот шедевр бельканто отсутствовал 121 год. Вернуть его на столичную сцену взялись режиссер, художник Пьер-Луиджи Пицци и дирижер Энрике Маццола.

Пицци не скрывал, что, создавая российскую "Сомнамбулу", он черпал вдохновение в пьесах Чехова. "Кажущаяся простота" — так охарактеризовал стиль спектакля его автор, одевший дам и господ в костюмы чеховской эпохи и поместивший их в пасторальную идиллию, главным элементом которой стали русские белоствольные березки.


© РИА Новости. Владимир Федоренко

Впрочем, на реалистичность и историческую достоверность ни костюмы, ни декорации не претендовали — условность атмосферы была задумана режиссером, а потому абсолютно не смущала. И такие явления, как, например, резкая смена лунной ночи на солнечный день, вовсе не выглядела странной по той причине, что для режиссера главным было не соблюдение формальностей, а ощущение прозрачности и сердечной лиричности этой немудреной любовной истории.

С артистами Пицци провел колоссальную работу, заставив хор (а он в "Сомнамбуле" трактован в духе греческих трагедий — комментирует события, одобряет, порицает и выражает общие эмоции) быть милейшей толпой провинциальных жителей — то беспечно веселящихся на природе, то бесцеремонно сующих нос в чужую спальню.

Позаботился режиссер и о солистах: все мизансцены были выстроены таким образом, что каждому из артистов было максимально комфортно петь их сложнейшие партии. На певцов сделал ставку и дирижер Энрике Маццола — оркестр под его управлением не затмевал вокалистов, был аккуратным и элегантным, но при этом звучал живо и непосредственно.

Все это способствовало успеху спектакля, но, конечно, главной его составляющей были превосходные певцы, без которых опера бельканто вообще теряет всякий смысл.

Открытием вечера стал южноафриканский тенор Колин Ли — обладатель сильного, сочного и очень светлого по тембру голоса, который, несмотря на акустические проблемы Новой сцены ГАБТ, был слышен во всех, даже самых отдаленных, уголках зала. Свою партию, изобилующую украшениями и верхними нотами на грани невозможного, он провел с блеском, не выходя при этом из роли искреннего и трепетного влюбленного Амины Эльвино.


© РИА Новости. Владимир Федоренко

Не обманула ожиданий и исполнительница главной роли американка Лора Клейкомб. И хотя ее голос не изобиловал тембровыми красками и звучал местами глуховато, техническое мастерство, точность интонации и владение стилем итальянского бельканто в значительной мере компенсировали возможные недостатки.

Интересные работы представили и другие исполнители — бас Николай Диденко, сопрано Анна Аглатова, бас Петр Мигунов.

Возвращение "Сомнамбулы" прошло с триумфом — зал дружно аплодировал всем без исключения участникам действа и его создателям.

На фоне драматических событий, происходивших вокруг балета Большого в последние дни, эта постановка, наполненная лирической поэзией и прекрасным пением, стала гимном чистому искусству, ради которого зрители и приходят в театр.

Премьера оперы Беллини "Сомнамбула" состоялась в миланском театре Каркано в марте 1831 года и прошла с оглушительным успехом. В Большом театре опера впервые была поставлена через шесть лет — в 1837 году. Затем ставилась в 1853, 1867 и в 1891 годах. С января 1892 года "Сомнамбула" ни разу не звучала в Большом театре.

ФОТОЛЕНТА


Последний раз редактировалось: Елена С. (Чт Мар 14, 2013 9:57 am), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17090
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Мар 08, 2013 7:54 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2013030801
Тема| Музыка, Опера, БТ, Премьера, "Сомнамбула"; Персоналии, Пьер-Луиджи Пицци
Авторы| Ольга Завьялова
Заголовок| Пьер Луиджи Пицци: «Беллини и Чехова объединяет великая мечта»
Где опубликовано| Известия
Дата публикации| 2013-03-06
Ссылка| http://izvestia.ru/news/546208
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

Режиссер «Сомнамбулы» — о том, как подняться над обыденностью, не покидая Большого театра


Фото: bolshoi.ru

6 марта в Большом театре знаменитый итальянский оперный режиссер Пьер Луиджи Пицци представит столичным слушателям «Сомнамбулу» Винченцо Беллини — оперу, которая вновь появится на подмостках главной сцены Москвы после 120-летнего перерыва.

Пицци работал в Большом 40 дней, активно решая не только режиссерские вопросы, но и вплотную занимаясь сценографией. Итальянская музыка навеяла режиссеру ассоциации с русской культурой. В постановке Русью пахнет и от несколько наивных бутафорских берез, украшающих сцену, и от костюмов, отсылающих к туалетам имперской России XIX века. Накануне последней репетиции Режиссер ответил на вопросы корреспондента «Известий».

― Откуда взялись русские мотивы в опере Беллини?

― Главным источником вдохновения для меня стало наследие Чехова. Его драматургический и литературный опыт подпитывает все мое творчество. Когда у меня выдалось несколько часов свободного времени, я поехал в Новодевичий монастырь, где посетил могилы Чехова и Станиславского. Над могилой Антона Павловича долго думал, размышлял. При постановке я стремился не только в действии, но и в сценографии передать лирическую естественность, которая свойственна произведениям Чехова.

― Образы главных героинь тоже вдохновлены персонажами Чехова?

― Чехов в своих сочинениях акцентирует стремление героев к возвышенному. И образ Амины, главной героини оперы, и образы, например, трех сестер объединяет желание подняться над земным и обыденным. Три сестры думают, что они поедут в Москву, мечтают о ней. Но мы знаем, что эта великая мечта никогда не исполнится. И Чехов это знает, но всё равно он описывает эту мечту, потому что она приподнимает людей над действительностью. То же самое и с образом Амины. Она — сомнамбула, лунатик, пытается летать — и ходит во сне. И тем самым поднимается над повседневностью. Именно это стремление вырваться за пределы обыкновенного, познать новые пространства позволяет объединить опыт Чехова и Беллини.

― Что скажете о солистах?

― У нас два состава. И я не принуждал их следовать одному и тому же рисунку. Я хотел подчеркнуть индивидуальное чувствование героев. В итоге получились две абсолютно разные Амины, два непохожих друг на друга Рудольфа. Каждый состав имеет свою эмоциональную окраску.

― А что скажете об оперной труппе ГАБТа?

― 40 дней я работал в стенах этого театра. Мне очень понравилась удивительная обстановка, присущая Большому. Было комфортно, как в родных стенах.


Последний раз редактировалось: Елена С. (Чт Мар 14, 2013 9:58 am), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17090
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Мар 11, 2013 8:04 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2013031101
Тема| Музыка, Опера, БТ, Премьера, "Сомнамбула"; Персоналии, Пьер-Луиджи Пицци, Энрике Маццола, Лора Клейкомб. Колин Ли
Автор| Ирина Муравьева
Заголовок| Сокровища былых времен
"Сомнамбула" вернулась в Большой театр

Где опубликовано| Российская газета
Дата публикации| 2013-03-11
Ссылка| http://www.rg.ru/2013/03/11/teatr.html
Аннотация| ПРЕМЬЕРА


Звезды мировой оперы Лора Клейкомб и Колин Ли в "Сомнамбуле". Фото: ИТАР-ТАСС

Наивную, романтическую и опасно-сложную для исполнения оперу-бельканто "Сомнамбула" Винченцо Беллини поставили на Новой сцене Большого театра итальянцы Пьер Луиджи Пицци (режиссер и сценограф) и Энрике Маццола (дирижер).

Появление "Сомнамбулы" - любовной пасторали - на мрачном фоне не утихающих скандалов и интриг вокруг Большого театра, превративших жизнь театра в сводку криминальной хроники, выглядит чувствительно: образец Прекрасного из мира "вечных ценностей" как смысл искусства, не теряющий своей актуальности со времен античности. Особенно рельефно эта коллизия звучит в нынешнем контексте сбившихся "ценностей", где понятие красоты - души, человека, мысли, его индивидуальности - вынесено обществом за скобки жизни.

И в этом смысле спектакль "Сомнамбула" есть своего рода тонкая манифестация театра, рассчитанная на публику и сделанная по негласному "заказу" публики, истосковавшейся в потоке стрессов по возвышенной над жизнью красоте. Постановщик Пицци не случайно педалирует в спектакле мотивы вечной, нетленной красоты - природы, стройных, как белые колонны, стволов берез, прозрачных небес с нежным свечением луны. Он вносит в итальянскую оперу интонацию "русской" ментальности, с ее ностальгией по березкам и просторам, с сокровенным образом душевной "чистоты", феноменом "белого балета", инкрустированного в оперу пасторальными танцами селян. Пицци подходит к шедевру Беллини как к "остановившемуся мгновению", как к мигу прекрасного, намеренно не усложняя его переживание концептуальным решением. Мизансцены напоминают балетные - хоровые "каре", обрамляющие дуэты и соло певцов, действие подчеркнуто статично, созерцательно, выдвигает на первый план прекрасное пение как артефакт.

И этот прием, несмотря на его прямолинейность, срабатывает: вся богатейшая красота беллиниевской музыки, так же, как и простодушие, романтизм и несуразности сюжета, "неактуальность" и сердечность "Сомнамбулы", где лунатик-невеста после временных недоразумений счастливо соединяется с женихом на фоне сельской природы, очаровывают в спектакле. Хотя центром его остаются сложнейшие партии бельканто, требующие от певцов специализации, особого качества голосов - подвижных, легких, пленяющих тембром. Большому театру удалось собрать такую команду, хотя и из разных стран мира. В итоге и американка Лора Клейкомб - Амина- "сильфида", романтическая возлюбленная, с нежными, тускловатыми, как старинные драгоценности, колоратурами, и "вторая" Амина - Ульяна Алексюк (Большой театр) - более живая, сочная по звуку, с вокальным "румянцем", как и ее темпераментный партнер Матиас Видаль (Франция) в партии Эльвино, и Колин Ли из ЮАР (Эльвино), поразивший бесшовными длинными фразами и качеством бесчисленных фиоритур, и деликатнейший оркестр под управлением Энрике Маццола, артистичный хор и остальные солисты - спаянной командой воссоздали шедевр бельканто, как живой мир прекрасного, которое никогда не утрачивает своей силы над публикой.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17090
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Мар 11, 2013 8:18 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2013031102
Тема| Музыка, Опера, БТ, Премьера, "Сомнамбула"; Персоналии, Пьер-Луиджи Пицци, Энрике Маццола, Лора Клейкомб. Колин Ли
Автор| Майя Крылова
Заголовок| Сонное царство: опера Беллини «Сомнамбула» в Большом театре
Где опубликовано| РБК daily
Дата публикации| 2013-03-11
Ссылка| http://rbcdaily.ru/lifestyle/562949986141169
Аннотация| ПРЕМЬЕРА



Премьера «Сомнамбулы» прошла на Новой сцене Большого театра. Итальянскую оперу в Москве сделала итальянская команда постановщиков. Эта премьера — важная веха нашей музыкальной жизни: в Большом театре опера Беллини не ставилась больше ста лет.

С момента премьеры в 1831 году «Сомнамбула» пользовалась несомненным успехом у публики — тонкая красота и «неуловимая меланхолия» музыки не могут не найти отклика. Одновременно за оперу Беллини как-то опасались браться: уж очень трудные вокальные задачи композитор поставил перед певцами. Трогательный сюжет о лунатизме был некогда ввезен из Франции: там во времена Беллини был популярен балет «Сомнамбула, или Прибытие нового хозяина». В переработанном с помощью либреттиста виде парижская вещица превратилась в романтико-бытовую историю, действие которой происходит в Швейцарии. Здесь живет Амина — девушка, которая ходит во сне. Не осознаваемая красавицей особенность едва не приводит к крушению ее личной жизни: после помолвки с односельчанином Эльвино лунатичка забралась в комнату к местному графу (сочный и в то же время легкий бас приглашенного солиста Николая Диденко), скомпрометировав себя в глазах жениха. К счастью, граф оказался истинным джентльменом и не тронул девушку, а потом и обиженный Эльвино ее простил, увидев, как Амина в бессознательном состоянии с риском для жизни бродит по крыше.

Режиссер Пьер Луиджи Пицци перенес действие «Сомнамбулы» и географически, и хронологически. Из эпохи романтизма опера перекочевала в конец XIX века, а из Швейцарии переместилась в Россию, правда, весьма условную. Тем не менее герои гуляют среди белоствольных березок и носят косоворотки. Светлая прозрачность русских березовых рощ так восхитила режиссера, что он увидел в них «образ невинности и чистоты, который созвучен героине «Сомнамбулы».

Оперы бельканто — редкий гость на российских оперных подмостках: чтобы спеть их на качественном уровне, требуются специально обученные голоса, которых в нашей стране практически нет. Но Большой театр взялся за проект масштабно, как принято во всем мире, пригласив иностранных мастеров по «прекрасному пению» (так переводится слово «бельканто»). За пультом стоял вдумчивый и внимательный к деталям партитуры дирижер Энрике Маццола, у которого итальянские оперы первой половины XIX века составляют важную часть профессиональной деятельности. В главных партиях выступили американская певица Лора Клейкомб (Амина) и певец из Южной Африки Колин Ли (Эльвино), признанные в мире специалисты по операм бельканто. Их можно было заслушаться, хотя Клейкомб, по слухам, пела с простудой, отчего ее голос претерпел некоторое ухудшение. Виртуозно исполняя необходимые трели, солисты не забывали и об актерской достоверности: у отверженной от общества Амины текли натуральные слезы, а Эльвино, считающий себя обманутым, не только переживал голосом, но страдальчески тер руками виски. При этом натурализм изображенного горя не мешал, а помогал сквозной идее постановки: обвинить человека легко, а оправдать трудно. И даже собственным глазам не всегда можно доверять, если речь идет о человеческой репутации.

Спектакль начинается за полупрозрачным занавесом, постепенно обретая плоть и кровь. Заканчивается он общим праздником: тайна деревенского призрака раскрыта, а без вины виноватая героиня получила прощение и любящего мужа в награду за страдания. Но загадочная природа сомнамбулизма так и остается загадкой. Потому, несмотря на крепкие объятия и жаркие поцелуи в финале, кажется, что вся эта история — сон.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17090
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вт Мар 12, 2013 9:01 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2013031201
Тема| Музыка, Опера, Михайловский театр, Премьера, «Билли Бадд»; Персоналии,
Автор| Владимир ДУДИН
Заголовок| Убили Билли
Где опубликовано| "С.-Петербургские ведомости" № 040
Дата публикации| 2013-03-04
Ссылка| http://www.spbvedomosti.ru/article.htm?id=10297011@SV_Articles
Аннотация| ПРЕМЬЕРА

В Михайловском театре состоялась российская премьера оперы «Билли Бадд» Бриттена в постановке известного немецкого режиссера Вилли Декера. В четвертом премьерном спектакле в партии капитана Вира выступил всемирно известный американский тенор Нил Шикофф.


Мятежный, нервный голос американского тенора Нила Шикоффа идеально подошел для партии капитана Вира.

В России «Билли Бадд» прежде не ставился, как долгое время оставались неизвестными и большинство опер Бриттена. Но сегодня в Петербурге можно увидеть сразу несколько постановок. В Мариинском – «Поворот винта» в режиссуре Дэвида МакВикара и «Сон в летнюю ночь» Клаудии Шолти, а в «Санкт-Петербург-опера» – «Поругание Лукреции» Юрия Александрова. Все это очень важные сочинения великого британца.

Но в списке непоставленных опер Бриттена остались еще такие названия, как «Питер Граймс», «Альберт Херринг», «Глориана», «Смерть в Венеции», поэтому впереди нас должны ждать новые режиссерские откровения. Без оперного наследия Бриттена картина музыкального театра ХХ века выглядит неполной. В оперном творчестве композитор создал уникальный авторский стиль, выработав феноменальный в своей точности, простоте и глубине язык, давший этому большому жанру новую жизнь.

После радикального прочтения оперы «Евгений Онегин» Чайковского, осуществленной на сцене Михайловского театра режиссером Андрием Жолдаком, спектакль Вилли Декера показался диетическим блюдом. Эта постановка «Билли Бадда» переехала в Петербург из венской «Штаатсопер», где в 2001 году состоялась ее мировая премьера. С тех пор ни малейших следов старения постановка не обнаружила: со временем в спектакле выкристаллизовались классические черты, что дает основание думать, что перед нами одна из эталонных постановочных версий этой оперы.

Вилли Декер не лукавил, сказав в интервью, что с годами его постановки становятся чище, освобождаясь от лишних деталей в декорациях. В «Билли Бадде» оформление сцены основано на строгих законах геометрии, позволивших связать в морской узел измерения Времени и Вечности, житейскую историю и притчу, а опера ставит перед режиссером и артистами именно такие задачи. Она исключительная, начиная с того, что в «Билли Бадде» нет ни одной женской партии! Зато есть восемнадцать мужских плюс хор.

По сюжету, действие происходит в 1797 году на военном корабле «Неустрашимый», где, как известно, женщинам места нет. В центре – конфликт между старшиной корабельной полиции Джоном Клэггартом и молодым матросом Билли Баддом, который своим простодушием и открытостью вызывает у старшины странные, необъяснимые, пугающие чувства, ведущие в результате к гибели обоих.

Странное притяжение Клэггарта и Билли давало и продолжает давать основание многим исследователям творчества Бриттена утверждать, что в этой опере композитор так или иначе исследовал природу гомосексуальности. И как бы ни утверждал режиссер, что все в этой опере нужно рассматривать в области высоких обобщений, мотив явственно присутствует. Бриттену эта тема была не чужда, поскольку он долгие годы до конца жизни открыто жил с Питером Пирсом, лирическим тенором, первым исполнителем многих его сочинений. И перед режиссером «Билли Бадда» встает задача пройти по лезвию бритвы. Хотя выбор остается всегда: акцентировать щекотливую тему, эпатировав ею публику, или вывести эту историю на уровень общечеловеческой притчи, для которой «Билли Бадд», к счастью, тоже дает благодатную почву.

Да, драматургия партии Клэггарта прописана так, что в ней есть мизансцены с молчаливыми взглядами и объяснениями с Билли. Однако тексты его речей таковы, что легко сходят за характеристику абсолютного Зла, брызжущего ненавистью к юному матросу. А тот в свою очередь воплощает абсолютное, беззащитное, ангельское Добро. Есть еще третий главный герой – капитан корабля Эдвард Фейрфакс Вир. За ним оказывается право последнего слова в вынесении приговора Билли, который случайным ударом убивает Клэггарта. Режиссер наделил капитана ролью Бога, создав таким образом конфликтный треугольник из Бога, Дьявола и Ангела.

Несмотря на то что матросы на корабле встают на сторону Билли, Вир, повинуясь военному закону, вынужден приговорить матроса к казни через повешение. Художнику-постановщику Вольфгангу Гуссманну удалось мастерски передать через графику линий атмосферу дисциплины, тревоги, подавленности, царящих на корабле. Наклонный пол сцены-палубы отражал состояние качки, в кульминационные моменты возникало ощущение постоянно колеблющихся чаш весов судьбы.

Большую часть времени над спектаклем в нашем городе работала Сабина Хартманнсхенн, режиссер возобновления, оставив Вилли Декеру лишь неделю для окончательной шлифовки. В спектакле были задействованы зарубежные солисты – Йоханнес фон Дуйсберг и Грэм Бродбент, певшие партию Клэггарта, а также солисты Мариинского театра (Андрей Бондаренко) и «Санкт-Петербург-опера» (Виктор Алешков).

Открытием премьеры стал Андрей Бондаренко, исполнивший партию Билли Бадда с такой степенью искренности, глубины и простоты, поразив такой вокальной свободой, что его интерпретацию можно поставить в ряд эталонных. Мягкость бархатного тембра вкупе с полетностью голоса позволяли певцу быть проводником света, который излучал Билли. Тем контрастнее воспринимался мрачный, тяжелый тембр баса Йоханнеса фон Дуйсберга в партии Клэггарта. Мятежный, неспокойный, нервный голос тенора Нила Шикоффа не менее идеально подошел для партии сомневающегося капитана Вира. Гибель Билли стала его личным поражением.

В партиях второго плана феноменальным показался Евгений Ахмедов в роли Новичка. Он завораживает своей психологически верной игрой, это уже вторая после Ленского очень заметная роль певца в Михайловском театре.

Музыка Бриттена в исполнении оркестра под управлением Михаила Татарникова прозвучала очень по-русски, бурно, чересчур открыто. Крупными штрихами, без пощады к слушателю были проведены генеральные линии партитуры. Немного «английской» сдержанности оркестру бы не помешало – все же Бриттен был скрупулезно внимателен к каждой ноте, каждому тембру, чтобы упускать их из виду. К тому же чем больше деталей, тем яснее диагноз.

ФОТО предоставлено пресс-службой театра
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17090
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вт Мар 12, 2013 10:00 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2013031202
Тема| Музыка, Опера, БТ, Премьера, "Сомнамбула"; Персоналии, Энрике Маццола
Авторы| Ярослав Тимофеев
Заголовок| «После нападения на Сергея Филина мы все должны приехать в Большой»
Где опубликовано| Известия
Дата публикации| 2013-03-01
Ссылка| http://izvestia.ru/news/545895
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

Дирижер Энрике Маццола — об артистической солидарности и солидной России


Фото: enriquemazzola.com

Большой театр погружается в тонкую материю итальянского романтизма: 6 марта здесь представят премьеру «Сомнамбулы» Винченцо Беллини. Обозреватель «Известий» встретился с дирижером постановки, специалистом по стилю бельканто Энрике Маццола.

— Про что ваша «Сомнамбула»?

— В опере Беллини есть две вещи, на которых можно сфокусироваться. Первое — этот странный сомнамбулизм, психологическая патология, как мы бы сказали сегодня. И патология становится почвой, на которой вырастает сюжет романтической оперы — потрясающе придумано! Второе — настроение, с которым нужно рассказать этот сюжет. Беллини всегда спокоен, умерен, он не любит грандиозные трагедии. Беллини медитирует. Он любит остановить движение сюжета и создать на этой «паузе» мелодию уникальной красоты.

— Значит, музыка здесь важнее театра?

— Сложный вопрос, но в каком-то смысле — да. В некоторых случаях «чистая музыка» — первое, что проникает в сердце слушателя.

— В России традиция бельканто не очень прижилась. Есть ли у вас намерение переучить солистов Большого театра?

— Нет, я лишь хочу показать им ясный образец того, каким должно быть бельканто. Конечно, мы меняем какие-то вещи — легато, фразировку. Но я не собираюсь менять их голоса. Художественные силы Большого театра эклектичны. Сегодня здесь поют Римского-Корсакова, завтра Вагнера, послезавтра Верди. Пожалуй, правда, что бельканто в этом списке куда-то потерялось. «Сомнамбула» не шла на сцене Большого 120 лет.

— Вы попытаетесь приблизить звучание оркестра к аутентичному?

— У нас нет аутентичных инструментов, но я попытаюсь воссоздать дух музыки Беллини. Мы используем жесткие палочки для литавр — звук получается очень четкий и сухой. Пытаемся добиться крайне отрывистого звука на тромбонах, потому что во времена Беллини они не были такими мощными, как сейчас.

— Акустика Новой сцены Большого далека от идеала. Как вы с ней справляетесь?

— Работаем. Во время репетиций я постоянно выпрыгиваю из ямы и слушаю оркестр из разных мест. В такой акустике нужно играть более детализировано, произносить слова со сцены более четко.

— Вы ведь уже бывали в России?

— Да, я дирижировал Российским национальным оркестром, оркестром Спивакова и много лет назад — еще в 1997-м — сотрудничал с «Геликон-оперой».

— Значит, у вас можно спросить, как изменилась Россия за прошедшие 16 лет.

— Мне кажется, Россия стала более солидной. В 1997-м еще продолжался тяжелый период перемен. Я знаю, что жизнь музыкантов тогда была очень трудна. Было ощущение, что тогда Россия не знала точно, куда ей двигаться. Сейчас все более-менее стабилизировалось. Я вижу, оркестры Плетнёва и Спивакова нашли деньги, чтобы обеспечить стабильность штата. Реноме российской музыки в мире сейчас очень высоко.

— Вы знаете Жерара Депардье?

— Да, он ведь недавно получил российский паспорт.

— Не хотите последовать его примеру? Как оказалось, это несложно.

— Почему бы и нет? Но Депардье сделал это по экономическим причинам, из-за налогов. Я думаю, менять гражданство нужно по велению сердца, а не по умыслу. Если Россия захочет, чтобы я стал ее частью — например, если я возглавлю какой-нибудь российский оркестр, — я буду не прочь стать гражданином вашей страны.

— Наши чиновники сейчас озабочены улучшением имиджа России за рубежом. Насколько плохо думают о России на Западе?

— Мне не кажется, что о России думают плохо. А что, о Соединеннных Штатах думают хорошо? А о Китае? В каких-то отношениях — да, во многих других — нет. Так что мне непонятно, почему именно у России должен быть плохой имидж. Считайте, что я пророссийский человек.

В западном обществе всегда было ощущение собственного превосходства. Европа знает, что и как надо делать, там самая лучшая демократия, и так далее. Но вы видите, как Европа оказалась в глубочайшем кризисе. Она всегда хотела быть мировым лидером и никогда не могла им быть, потому что была слишком разделена. Кстати, страны бывшего социалистического лагеря сейчас уже работают на Западную Европу, их экономика растет, в отличие от экономик Италии, Франции. Так что у меня нет оснований критиковать Россию — сначала нужно разобраться со своими странами. Я родился в Испании, вырос в Италии, живу во Франции. Типичный образец европейца.

— В Италии расходы на культуру сейчас сокращаются?

— Постоянно. И это в стране, которая была отцом и матерью оперы! Правительство разучилось смотреть вперед. Мы страна, привлекательная для туристов: каждая деревня как музей под открытым небом. И опера могла бы стать важной частью туристической индустрии. Но чиновники ничего не хотят с этим делать. Им нужно понять, что культура — это инвестиции, а не траты. Даже в период кризиса. Потому что культура объединяет людей. В трудные времена она становится пожарным выходом из окутавших нас проблем.

— Некоторые деятели искусств бояться ехать в Россию после трагедии с Сергеем Филиным. Почему вы не боитесь?

— Я не думаю, что нам нужно бояться. Да, произошло ужасное событие, но это не причина, чтобы оставлять Россию в одиночестве. Напротив, мы должны поддержать ее. После нападения на Сергея Филина мы все должны приехать в Большой. Артистический мир везде очень сложен. Всюду подводные камни, ревность, интриги. Не думаю, что где-то на Земле в этом смысле безопаснее.

— Вы авторитарный дирижер?

— Совсем нет.

— Что вы сделаете, если какой-нибудь оркестрант начнет вести себя нагло?

— Сделаю ему замечание. Наглость противоречит сути искусства. Я всегда дистанцируюсь от людей, озабоченных собой, а не искусством.

Хочу, чтобы артисты оркестра говорили со мной, не боялись говорить. Мы уже не в той эпохе, когда диктатура давала результат. Я предпочитаю действовать вдохновляя, а не приказывая. Наверное, такой путь медленнее. Иногда нужно потратить на достижение нужного звучания день, два, неделю, две недели. Но в итоге музыканты будут верить в то, что играют.

— Но ведь бывают успешные авторитарные лидеры — Валерий Гергиев, например.

— Что ж, у него свой метод. Мне он не близок. Думаю, если бы Гергиев предпочитал вдохновлять музыкантов, он достиг бы вдвое больших успехов. Невозможно делать музыку через страх. Не могу представить себе хороших музыкантов, которые играют по принуждению, а не по убеждению. В музыке нечем командовать. Нужно только вдохновлять и координировать. Больше ничего. Я всегда буду отстаивать эту точку зрения.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17090
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вт Мар 12, 2013 11:06 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2013031203
Тема| Музыка, Опера, БТ, Премьера, "Сомнамбула"; Персоналии, Пьер Луиджи Пицци, Энрике Маццола, Лора Клейкомб, Колин Ли, Николай Диденко, Анна Аглатова
Авторы| Екатерина Бирюкова
Заголовок| Не спать!
«Сомнамбула» в Большом театре

Где опубликовано| Сolta.ru
Дата публикации| 2013-03-07
Ссылка| http://www.colta.ru/docs/15743
Аннотация| ПРЕМЬЕРА

Жили-были две девицы. Одна звалась Лизой, взбалмошного нрава не скрывала и любила освежить любовные игры со своим покладистым партнером какими-нибудь стрессовыми ситуациями — например, унизительной беготней за чужим женихом. Другая, Амина, тоже довольно жестко развлекалась. Залезает в чужую постель и потом, не выходя из образа невинной страдалицы, вешает своему плаксивому парню какую-то лапшу на уши, которую он только и ждет. И тут же все ей прощает. Ну, что делать, девушка не в себе, умные люди говорят, что это называется «сомнамбулизмом», придется любить такую.



Далее: http://www.colta.ru/docs/15743
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17090
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Мар 15, 2013 7:52 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2013031501
Тема| Музыка, Опера, Персоналии, Ольга Перетятько
Авторы| Владимир ДУДИН
Заголовок| Примадонна из новых
Триумфом бельканто стало выступление в Петербурге Ольги Перетятько

Где опубликовано| "С.-Петербургские ведомости" № 043
Дата публикации| 2013-03-07
Ссылка| http://www.spbvedomosti.ru/article.htm?id=10297141@SV_Articles
Аннотация|

Восходящая звезда мировой оперы, впервые выступила в Большом зале Филармонии в сопровождении Санкт-Петербургского государственного академического симфонического оркестра под управлением Александра Титова.



Давно в наших широтах не доводилось сталкиваться с подобным совершенством вокальной техники. Инструментальная ясность и чистота звука лирико-колоратурного сопрано Ольги Перетятько изумили своей ровностью, мягкостью, сочностью, свободой. И – стабильностью с первой до последней ноты выступления. Певица выбрала свой коронный репертуар, благодаря которому стремительно развивается ее европейская карьера, – итальянское бельканто.

Ольгу Перетятько нередко сравнивают с Анной Нетребко. Но на концерте новой звезды невольно задумываешься о разнице исполнительских поколений. Насколько спонтанными, безоглядными, обжигающими были как первые, так последующие выходы на сцену Нетребко, настолько более рациональной, жестко выверенной «строгими правилами искусства» показалась исполнительская манера российской дебютантки Перетятько. Ее пример убедил в том, насколько стремительно меняются поколения, вооружаясь знаниями, информацией, школой жизни.

Если Анна высоко стартовала в «Метрополитен-опера», будучи уже солисткой Мариинского театра, Ольга отправилась покорять свет, будучи солисткой хора того же театра и обучаясь у Ларисы Гоголевской, лучшей вагнеровской дивы этой сцены. Но, прежде чем оказаться на престижных европейских площадках, Ольга очень грамотно решила пройти «курс молодого бойца» в Высшей школе музыки Х. Эйслера в Берлине, а затем еще и в Россиниевской академии в Пезаро. После этого все и закрутилось начиная с дебюта на главном фестивале Россини в том же родном городке композитора. Искусство бельканто, продемонстрированное Ольгой, оценили его знатоки, выдающиеся тенора ХХ века Рауль Хименес и Пласидо Доминго и дирижеры с мировыми именами. И совсем не случайно ее первый сольный диск на лейбле Sony Classical называется La bellezza del canto – «Красота пения». Наша исполнительница вновь доказала разборчивой Европе, что русские певцы могут петь бельканто не только не хуже, но и лучше многих зарубежных коллег.
«Красотой пения» или «Триумфом бельканто» вошел в историю и петербургский дебют Ольги. Изящно выстроенная программа из хитов Россини в первом отделении и шлягеров из репертуара лирико-колоратурного сопрано во втором была прослоена номерами в исполнении молодого лирического тенора Дмитрия Трунова. Первый номер программы, исполненный Перетятько, – каватину Фиориллы из «Турка в Италии» Россини публика встретила прохладно, возможно, в силу малой известности музыки. Но исполненная следом ария Линды ди Шамуни из одноименной оперы Доницетти заставила встрепенуться даже скептически настроенных слушателей. Ольга завораживала своим голосом, оставляя далеко на заднем плане оркестр, который своим блеклым, уныло академичным стилем игры слабо соответствовал победительному сиянию сопрано.

Впрочем, драгоценности эффектнее сверкают на темном фоне: по контрасту со звучанием оркестра особенно отчетливо и внимательно можно было расслышать все грани голоса солистки. Ровность голосоведения и объема во всех регистрах, деликатные взятия и снятия звука были подобны виртуозной игре на скрипке. Грациозные интонации идеально подходили красавицам XIX века – Эльвире из «Пуритан» Беллини, Манон из одноименной оперы Массне. Прохладца совершенства выдавала в сопрано европейскую выучку. Однако ее голос не лишен ни теплоты, ни великолепного чувства юмора, которыми Ольга блеснула в куплетах Олимпии из «Сказок Гофмана» Оффенбаха, в «Весенних голосах» Штрауса и куплетах Адели из его же «Летучей мыши», в дуэте из «Любовного напитка» Доницетти.


ФОТО Владимира ПОСТНОВА
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17090
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Мар 15, 2013 6:45 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2013031502
Тема| Музыка, Опера, БТ, Премьера, "Сомнамбула"; Персоналии, Пьер-Луиджи Пицци, Энрике Маццола, Лора Клейкомб. Колин Ли
Автор| Евгения КРИВИЦКАЯ
Заголовок| Не спи — изменишь!
Где опубликовано| Газета «Культура»
Дата публикации| 2013-03-15
Ссылка| http://portal-kultura.ru/articles/theater/3118-ne-spi-izmenish/
Аннотация| ПРЕМЬЕРА

В Большом театре снова — с паузой в 121 год — поставили «Сомнамбулу» Беллини.



Причина долгого перерыва объяснима: стиль бельканто до сих пор остается преградой для наших певцов. Дабы не промахнуться и качественно освоить Беллини, в Большой пригласили итальянскую постановочную команду. Дирижер Энрике Маццола искал вместе с оркестром нежные краски, добивался деликатного аккомпанемента, чтобы ничто не мешало «звуковым грезам и наслаждению чистым чувством любви». Ажурные березовые стволы, пейзане в слепяще-белоснежных одеждах — такая сценография, по мнению Маццолы, способна передать «улыбку вселенского спокойствия».

Водрузить на сцену Большого березки — идея 82-летнего режиссера и сценографа Пьера Луиджи Пицци. По его признанию, он думал о Чехове и России начала прошлого века и заранее решительно отверг швейцарские кущи XIX столетия. «Тихая меланхолия, мир, полный грусти и иронии», — вот о чем спектакль итальянского мэтра. Впрочем, на репетициях Пицци метал громы и молнии, призывая артистов к совершенству. Даже самому скромному участнику массовки надлежало погрузиться в придуманный образ всерьез. Персонажи на Новой сцене Большого театра смеются, общаются, ищут защиты в объятиях близких — ведут себя так, как каждый из нас в повседневной жизни.

Наверное, поэтому не вызывает ни раздражения, ни снисходительной улыбки внешне невероятный сюжет оперы о девушке-сомнамбуле, во сне пришедшей в комнату к постороннему мужчине. И ведь надо же такому случиться в самый канун свадьбы. Под утро невесту застают спящей в чужой постели, жених, разумеется, отрекается от нее и, терзаемый жестокой ревностью, ведет под венец свою бывшую возлюбленную — трактирщицу Лизу.

Голоса Лоры Клейкомб (Амина) и тенора Колина Ли (Эльвино) легко парят, задевая души чувствительные струны. Тем паче, что секрет бельканто — не в громобойной силе звука, а в серебристых переливах, легко увлекающих голос в запредельную вышину. Говорят, что тенор Рубини, первым спевший партию Эльвино, обладал невероятно широким диапазоном и утраченной ныне особой фальцетной техникой. Колин Ли почти разгадал старинный секрет, легко брал головокружительные верхние ноты, не забывая наполнять вокальную партию сладкой грустью любовника и томящей истомой первого тенора.

Ассистент Маццолы Коуч Алессандро Кортони неплохо говорит по-русски. Двадцать лет назад он учился в Москве и теперь легко находит общий язык с российскими певцами. Небольшие женские роли, порученные Светлане Шиловой (Тереза, мать Амины) и Анне Аглатовой (Лиза) удались настолько, насколько возможно выиграть поединок у самой природы: победительные русские голоса обрели медовую мягкость и гуттаперчевую пластичность, но и свойственный русской вокальной школе объем звучания остался. Общий ансамбль украсили бас Николай Диденко (Граф) и Петр Мигунов (Алессио). Так что Большой, похоже, все активнее вписывается в мировой оперный мейнстрим, где бельканто — в чести.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17090
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Мар 18, 2013 9:11 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2013031203
Тема| Музыка, Опера, БТ, Премьера, "Сомнамбула"; Персоналии, Пьер Луиджи Пицци, Энрике Маццола, Лора Клейкомб, Колин Ли, Николай Диденко, Анна Аглатова
Авторы| МАЙЯ КРЫЛОВА
Заголовок| Лунатик в березах
Большой театр показал оперу о тайне сновидений

Где опубликовано| Новые Известия
Дата публикации| 2013-03-14
Ссылка| http://www.newizv.ru/culture/2013-03-14/179241-lunatik-v-berezah.html
Аннотация| ПРЕМЬЕРА

Несмотря на то что внимание общественности в последнее время было приковано к нехудожественным событиям, случившимся вокруг Большого театра, последняя премьера показала, что Большой по-прежнему выполняет свою главную задачу – заниматься высоким искусством. Афиша театра пополнилась новым названием. Это «Сомнамбула» Беллини – шедевр бельканто. Свое представление об опере про девушку-лунатика воплотили режиссер Пьер Луиджи Пицци и дирижер Энрике Маццола.


Фото: ДАМИР ЮСУПОВ

Музыку «Сомнамбулы» лучше всего описывает слово «очаровательная». О Беллини говорят, что у него «каждая следующая нота возникает из предыдущей, как плод из цветка, всегда по-новому, всегда непредвиденно, иногда неожиданно, но всегда логично». Плавные, гибкие мелодии, полные элегической красоты, вдохновили Верди на глубокие слова о Беллини: «Он богат чувством печали, чувством индивидуальным, ему одному присущим». А нашего Глинку на премьере в Милане в 1831 году его музыка заставила пролить «обильный ток слез умиления и восторга».

Композитор создал оперу, заинтересовавшись полученным либретто о девушке-лунатике. Модная в эпоху романтиков тема сомнамбулизма претворена в историю о любви Амины и односельчанина из швейцарской деревни по имени Эльвино. Уже прошла помолвка, как вдруг приезжает местный граф. Ночью в его комнате появляется Амина, которая, как выяснилось, ходит и разговаривает во сне. Спящая красавица нежно лепечет о возлюбленном, но при этом ложится прямо в графскую постель. Соблазн, конечно, велик, но изумленный мужчина предпочитает ретироваться. Разумеется, грядет скандал, жених оскорблен в лучших чувствах, а соседи (хор) многословно судачат и так и сяк, то обвиняя девушку, то сочувствуя ей. Ученый граф объявляет, что Амина невинна, и рассказывает сельчанам о лунатизме. Правда, они ему не верят, предпочитая передавать друг другу страшную историю о белом призраке, бродящем в окрестностях по ночам. Но появляется доказательство правоты помещика: вновь задремавшая Амина на глазах у всех сходит с крыши. Все радуются, а повеселевший жених с реабилитированной невестой идут венчаться в церковь.

Пицци изначально хотел поставить оперу не о конкретной крестьянке, а некую притчу о человеке, непохожем на других, и поэтому ему понадобилось устраниться от густого местного колорита. Решив, что место действия будет достаточно условным, режиссер стал искать конкретное оформление условности. И получилось так, что для нас эта постановка неожиданно лестная. В сугубо итальянской опере с видом на Швейцарские Альпы режиссер обнаружил русский акцент, причем вывел его на поверхность вполне корректно, без насилия над спецификой формы и содержания. На сцене создан особый, полусказочный, мир, где солнце и луна гаснут и зажигаются мгновенно, в зависимости от настроения героев, а приметы русской «чеховской» жизни непринужденно соседствуют с условной романтической призрачностью. Чехов с его знаменитым «подводным течением», когда «разные планы жизни» незаметно, исподволь складываются в ежеминутные драмы, создавая «тревожный и сложный гул бытия», стал точкой отсчета для режиссерской концепции.

Об увлечении такими мотивами Пицци предупредил заранее. Поэтому никто не удивился, когда после поднятия занавеса на сцене обнаружился уютный светлый пригорок, на котором росли березки. Начиная с не менее уютной помолвки героев, со сцены полился поток всеобщего счастья, прерванный дисгармонией. Мизансцены устроены крайне просто, чтобы артистам было удобно петь: на пол (распространенное положение тел в современной оперной режиссуре) Пицци уложил героев всего один раз. Белые, как стволы берез, одежды положительных героев, черно-белый (то есть психологически амбивалентный) костюм графа, длинные цветные платья простодушных сельских женщин и соломенные канотье мужчин – все это, по мысли сценографа (сам Пицци и делал оформление), должно приблизить спектакль к идее связи человека с природой. А может, и с космосом (русские березки у Пицци растут в какой-то необъятной гулкой пустоте). Эта космическая связь есть и у героини-сомнамбулы: ведь никто не знает, в чем причина и суть ее таинственной особенности.

Последующие сцены будут проходить то в серого цвета гостинице с большой белой кроватью, то в той же роще, но около мельницы с вращающимся колесом. Именно с мельничной крыши бессознательно спустится Амина, спящая на ходу и во сне признающаяся в любви к жениху. Это происшествие, показавшее всем, что «коварная изменница» невиновна, приведет мир в изначальный уют и погасит расширяющиеся круги хаоса. Например, козни самоуверенной девушки Лизы (Анна Аглатова), соперницы Амины в чувствах к Эльвино, не увенчаются успехом. А сама Амина споет знаменитое финальное соло Ah, non giunde uman pensiero, в котором есть слова: «Землю, на которой мы живем, мы любовью превратим в небеса».

В итоге простенькая фабула у Пицци оказывается не так уж и проста, а в сочетании с музыкой – тем более. Но, конечно, в опере бельканто смыслы прежде всего раскрываются через вокал. А с пением премьере повезло. Лора Клейкомб, приехавшая исполнить Амину из Америки (певице хотелось бы пожелать чуть более ярких тембровых красок), обитала в недрах бельканто абсолютно непринужденно, словно не сложнейшие колоратуры выдавала, а, допустим, разговаривала по телефону. Лишь в последние пять минут голос подвел певицу: наверно, сказались усталость или нездоровье. Исполнитель партии Эльвино пел так, что слова дирижера «ваш билет на этот спектакль будет полностью оправдан, если вы просто услышите Колина Ли» еще не в полной мере передают впечатление от блистательного южноафриканского тенора. Сам Маццола во главе оркестра Большого театра был вполне успешен: он тактично подавал вокалистов, не форсируя громкости оркестра, по принципу «минимум материала и максимум выразительности». И вся идея «Сомнамбулы», оперы про испытание идиллии, засияла чистым светом.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17090
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вт Мар 19, 2013 9:09 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2013031901
Тема| Музыка, Опера, Метрополитен-опера, Персоналии, Питер Гелб
Авторы| МАЙЯ КРЫЛОВА
Заголовок| Питер Гелб, «Метрополитен-опера»: «Мы делаем оперу доступной каждому»
Где опубликовано| РБК daily
Дата публикации| 2013-03-15
Ссылка| http://rbcdaily.ru/lifestyle/562949986221294
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

Одна из ведущих оперных сцен мира, нью-йоркская «Метрополитен-опера», с прошлого театрального сезона проводит в России прямые трансляции оперных постановок. Это продолжение и расширение многолетнего проекта, в результате которого мир уже семь лет наслаждается прекрасным оркестром, яркими постановками и лучшими голосами современности, которые The Met собирает по всем странам и континентам. Генеральный менеджер «Метрополитен-оперы» ПИТЕР ГЕЛБ рассказал корреспонденту РБК daily МАЙЕ КРЫЛОВОЙ о проекте.



— Программа оперного сезона 2012/13 включает пять новых спектаклей, среди которых «Любовный напиток», «Бал-маскарад», «Риголетто», «Парсифаль» и «Юлий Цезарь». Какова ваша концепция выбора премьерных названий?

— При выборе новых постановок мы учитываем разные факторы. Одни из них продиктованы репертуарными нуждами, другие — возможностью распределения ролей, некоторые — выбором режиссера. Часто спектакли, которые становятся лучшими, служат разным художественным задачам. Опера этого сезона, «Риголетто», трансляция которой прошла 16 февраля, стала удачным совмещением исполнительского состава, сценографии, дирижера и режиссера.

— Прямые трансляции из «Метрополитен-оперы» проходят в России второй год. Российские меломаны увидели «Эрнани», «Манон», «Аиду», «Милосердие Тита», «Риголетто» и ожидают оперы «Франческа да Римини» и «Юлий Цезарь». Когда стартовал ваш международный проект и как он развивался?

— Когда мы начали проект в декабре 2006 года, я действительно рассчитывал на успех, но не ожидал, что прямые трансляции станут настолько популярными. С момента запуска The Met: Live in HD проект постепенно расширялся, захватывая десятки новых стран и мест каждый год. Если вернуться в 2006 год, то первая трансляция — «Волшебная флейта» Моцарта — была показана в 98 кинотеатрах четырех стран. Сейчас седьмой сезон The Met: Live in HD показывают более 1900 кинотеатров, почти в каждой мировой столице, от Москвы до Каира, а также в небольших городах и поселениях, разбросанных по всем континентам, за исключением разве что Антарктиды.

— Все ли из намеченного к трансляции смогут увидеть российские зрители?

— Да, в этом сезоне российские зрители увидят все 12 постановок. Мы надеемся, что, показывая посредством прямых трансляций такое многообразие опер, спектаклей и оперных звезд, мы можем приоткрыть как российской, так и мировой аудитории микрокосм всего сезона Мет.

— Вы показываете в кинотеатрах и новые спектакли, в частности тот же «Любовный напиток» с Анной Нетребко, которым открылся сезон. Нет опасения, что после кинопросмотра люди скажут: «Мы это уже видели» — и не пойдут в театр?

— Нет, в сущности, это другое. Ничто не может сравниться с посещением оперы в Мет, когда вы дышите одним воздухом с исполнителями, слышите их в естественной акустике. С запуском нашего проекта связано увеличение интереса к опере как таковой, к посещению «живых» спектаклей Мет. Первоначально, когда мы начинали трансляции, мы хотели удивить аудиторию, укрепить связь между поклонниками Мет и любителями оперы, обратить внимание широкой публики на сам оперный театр. Я полагался на то, как спортивные команды укрепляют связь с фанатами и привлекают их на стадионы, делая игры доступными на телевидении, радио, в Интернете. Мы пытаемся сделать то же самое с оперой. Хотим сделать эту форму искусства доступной каждому так часто, как это возможно.

— Как проходит съемка трансляций? Сколько камер задействовано?

— Для съемки спектаклей мы используем от десяти до двенадцати камер высокого разрешения, включая камеру-робота, которая фиксирует происходящее, двигаясь по краю сцены. Для того чтобы детально запечатлеть то, что происходит за кулисами, от артистов в гримерных до рабочих сцены, перемещающих массивные декорации между актами, используются дополнительные портативные камеры и стедикам. Для трансляции дневных спектаклей, которые обычно начинаются в час дня в Нью-Йорке, Мет использует восемь спутников, передающих оперу на 12 часовых поясов, от западного берега Северной Америки, где десять утра, до Москвы, в которой десять часов вечера.

— Зачем вы показываете аудитории, как меняются декорации? Почему знаменитые певцы Мет проводят интервью с исполнителями?

— Для зрителей кинотеатра возможность увидеть то, что происходит за сценой, является особым опытом. Это повышает интерес аудитории — она чувствует себя частью действия. А с точки зрения певца, ему или ей комфортнее разговаривать с коллегой, который понимает, что приходится испытывать артисту. Вместе они способны добраться до сути вопроса, что не певцу не удалось бы сделать. Вдобавок это особенное удовольствие для кинотеатральной аудитории — увидеть любимых исполнителей в другом свете.

— Бытовало мнение, что публике Мет вполне достаточно высокого уровня пения, а сценическую картинку она предпочитает относительно консервативную, мол, пение важнее происходящего на сцене. Это правда?

— Я считаю, что великолепная опера становится еще лучше от того, каким образом рассказывается история. Сегодняшняя публика, посещая театр, ждет от спектакля полного спектра музыкальных и театральных впечатлений. Для того чтобы оправдать ее ожидания, мы должны делать качественные спектакли и приглашать лучших мировых певцов. А это означает и новые постановки, созданные лучшими режиссерами и дизайнерами.

— А как американская публика относится к авангардной оперной музыке?

— Наша аудитория уже не раз показала, что откликается на великолепную работу вне зависимости от жанра.

— Как быть, если артист или артистка превосходно поют, но посредственно играют свои роли? Насколько важна внешность исполнителей в современном спектакле? Готова ли публика увидеть на сцене не очень молодую и не очень стройную Манон или Наташу Ростову, если у нее изумительный голос? Тем более при прямых трансляциях, где важны крупные планы.

— Для меня важно не то, как выглядит певец, а то, насколько хорошо он смотрится в роли, на которую выбран. Если артист правдоподобно играет и потрясаю­ще поет, никакого значения не имеет, как он выглядит. У нас нет каких-либо требований или правил, когда дело касается отбора исполнителей, кроме того, что они должны быть самыми лучшими.

— В «Любовном напитке» поет Анна Нетребко. В «Парсифале» задействованы Йонас Кауфманн, Петер Маттеи и Рене Папе, в «Марии Стюарт» — Джойс ДиДонато. Как вам удается собирать такие составы?

— Мет — один из ведущих оперных домов мира, мы предпринимаем все усилия, чтобы лучшие мировые артисты чувствовали себя в этом театре как дома. В дополнение к отпечатку, который накладывает исполнение роли в «Метрополитен-опере», прямые трансляции становятся для больших звезд еще большим соблазном петь у нас. Особенный трепет для артиста — знать, что он удостаивается аплодисментов не только четырехтысячной аудитории театра. Ведь постановка с его участием будет показана в 64 странах.

— В спектаклях «Метрополитен-оперы» задействовано много певцов из России. Достаточно назвать Дмитрия Хворостовского и Ольгу Бородину. Каково ваше мнение о «русском десанте» в оперной Америке и о российской вокальной школе?

— Я очень рад, что так много чудесных русских артистов соглашаются выступать в Мет. Мы стараемся представить нашей аудитории лучшие таланты современного мира, в числе которых много великолепных звезд из вашей страны.

— Российские оперные дома считают одной из первоочередных задач пропаганду национальной музыки и оперы. Есть ли у «Метрополитен-оперы» приверженность к американской музыке?

— Мет гордится тем, что является международным театром без системы квот, когда дело касается композиторов и артистов. Мы стремимся представить лучшее из классического репертуара и лучшее из современной оперы. У нас нет особенной приверженности к американской музыке. Тем не менее несколько величайших современных опер были написаны американскими композиторами, такими как Филип Гласс и Джон Адамс, и мы посчитали обязательным представить их работы в последнем сезоне.

— Алексей Ратманский стал хореографом «Аиды». Почему ваш выбор остановился на нем?

— Выбор Ратманского в качестве нового хореографа «Аиды» — удачная попытка обновить репертуар, не только включая в него новые постановки, но и улучшая старые. Мы в полной мере используем талант первоклассных художников разных направлений. Ратманский признан одним из величайших современных хореографов, и его номера в «Аиде» стали хитом.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17090
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вт Мар 19, 2013 9:20 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2013031902
Тема| Музыка, Опера, БТ, Премьера, "Сомнамбула"; Персоналии, Пьер Луиджи Пицци, Энрике Маццола, Лора Клейкомб, Колин Ли, Николай Диденко, Анна Аглатова
Автор| Елена ЛАРИНА
Заголовок| На Новой сцене Большого поставили оперу Винченцо Беллини «Сомнамбула»
Где опубликовано| Трибуна (г. Москва)
Дата публикации| 2013-03-19
Ссылка| http://www.tribuna.ru/news/culture/na_novoy_stsene_bolshogo_postavili_operu_vinchentso_bellini_somnambula/
Аннотация| ПРЕМЬЕРА

Понадобилось 120 лет, чтобы «Сомнамбула» Беллини вновь появилась в репертуаре Большого театра. Не секрет, что на мировом музыкальном рынке сегодня не так просто найти вокалиста, владеющего искусством бельканто, традиция которого родилась в итальянской опере XVII века.

Владеющих подобным вокальным мастерством певцов сегодня остается все меньше и меньше. Поэтому Большой театр убивает сразу двух зайцев. Для труппы это возможность освоения уникальной вокальной школы, а зритель получил возможность услышать подлинное бельканто. И конечно, условием осуществления столь непростой задачи стало приглашение в Москву истинных знатоков исконно итальянской культуры пения. Главный из них – всемирно известный итальянский дирижер Энрике Маццола, который за 40 дней постановочного процесса заслужил огромное уважение музыкантов.

Освоить бельканто российским певцам помогали педагоги из Италии. А вот приглашенные на ведущие партии зарубежные солисты этим искусством владеют блистательно. В роли Амины американская певица Лора Клейкомб. Ее колоратурное сопрано россияне уже имели возможность услышать в Москве. В 1994 году она завоевала серебряную медаль на конкурсе имени Чайковского. Тогда это была партия Джульетты из оперы Беллини «Капулетти и Монтекки». Колин Ли из южной Африки, приглашенный на роль Эльвино, исполнил эту невероятно высокую партию так, как она написана в оригинале. Его теплый, парящий голос легко взмывал ввысь без малейшего напряжения. Что же касается Лоры Клейкомб, то для нее выступление в роли Амины в Большом театре стало своего рода кульминацией траектории белькантовых героинь, которая складывалась все предыдущие годы. Исполнитель роли графа Рудольфа Николай Диденко считает свое участие в постановке «Сомнамбулы» настоящим подарком.

Либретто оперы представляет собой довольно запутанную историю. Невеста-лунатик (Лора Клейкомб), которая во сне, путешествуя по коридорам гостиницы, попадает в комнату графа и засыпает в его постели. И все это случается в ночь после празднования ее помолвки с женихом Эльвино (Колин Ли). Граф Рудольф (Николай Диденко), случайно остановившийся в этой гостинице, ведет себя достойно и благородно, стараясь не скомпрометировать Амину. Но этой ситуацией пытается воспользоваться соперница Амины Лиза – хозяйка гостиницы. Она зовет в свидетели позора невесты всех гостей. Амина просыпается и не понимает, почему она находится в чужой комнате и пытается уверить Эльвино в своей невинности. Но ни уговоры селян, ни объяснения графа, ни мольбы самой Амины не могут вразумить оскорбленного Эльвино. И вот когда ревнивый жених уже готов вести под венец новую невесту, появляется Амина. Она идет по краю балкона в сомнамбулическом сне и ищет своего возлюбленного. Эльвино потрясен. Амина просыпается в его объятиях. Казалось бы, простая мелодрама со счастливым концом. Но образ необычной девушки привносит в атмосферу сельской пасторали новую эмоциональную краску, которой не преминул воспользоваться Пьер-Луиджи Пицци. Он почувствовал в образе Амины стремление подняться над обыденностью, и это сближает ее с героинями Чехова.

– Благодаря небольшой паузе мне удалось побывать на Новодевичьем кладбище, где я посетил могилы Чехова и Станиславского. Я долго размышлял и понял, что именно чеховский драматургический опыт подпитывает мое творчество. Чехов объединяет меня с Беллини, который сумел показать истинную связь между музыкой и чувством. Именно Чехов показывает нам такие моменты жизни, которые помогают ощутить стремление к возвышенному, – сказал режиссер.

Чеховскую атмосферу маэстро Пицци попытался выразить и в сценографии, и в костюмах, автором которых является. Декорация усадебного пейзажа с русскими березами выполнена не в реалистическом ключе. Но камерность и лиричность этого атрибута «а ля рус», как ни странно, не противоречит характеру музыки Беллини. Кроме того, условность декорации оживляет постоянное присутствие хора. Это не просто толпа селян, которые становятся свидетелями свадебного скандала, присутствие хора наполняет жизнью все происходящее на сцене. Подобно греческому хору, он комментирует события, вмешивается в них и придает им смысл. Так что итальянцы в Большом театре создали во всех смыслах приятный спектакль, где ничто не мешает наслаждаться виртуозной музыкой великого Беллини.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17090
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Мар 20, 2013 7:21 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2013032001
Тема| Музыка, Опера, "Золотая маска", Екатеринбургский театр оперы и балета; Персоналии,
Автор| МАЙЯ КРЫЛОВА
Заголовок| Эротика забытых предков
Театр с Урала представил в столице оперу Россини

Где опубликовано| Новые Известия
Дата публикации| 2013-03-20
Ссылка| http://www.newizv.ru/culture/2013-03-20/179594-erotika-zabytyh-predkov.html
Аннотация| ЗОЛОТАЯ МАСКА

Екатеринбургский театр оперы и балета показал в Москве спектакль «Граф Ори». Малоизвестную в нашей стране оперу великого итальянского композитора постановщики выбрали специально для того, чтобы открыть российской публике «другого Россини».


Фото: С САЙТА ФЕСТИВАЛЯ «ЗОЛОТАЯ МАСКА»

Екатеринбургский театр оперы и балета показал в Москве спектакль «Граф Ори». Малоизвестную в нашей стране оперу великого итальянского композитора постановщики выбрали специально для того, чтобы открыть российской публике «другого Россини».

«Граф Ори» был создан Россини в Париже в 1828 году. Композитор с партитурой особо не церемонился, используя в ней много фрагментов из предыдущего сочинения – оперы «Путешествие в Реймс». «Может быть, нигде, за исключением «Цирюльника», композитор не был так остроумен и весел… Всюду роскошь удачных мелодий, новые рисунки аккомпанемента, изысканные гармонии, неожиданные оркестровые эффекты, драматические ситуации, полные смысла и остроумия», – это слова коллеги композитора Берлиоза. Увы, вскоре после премьеры «Графа» основательно подзабыли, но в XX веке в Европе и Америке снова вспомнили и не зря: любое сочинение маэстро нельзя сбрасывать со счетов. У нас вступить в заочное соревнование с Западом захотел и смог только екатеринбургский театр. В уральском городе отважно взялись за «Графа Ори», который в России не шел почти 200 лет. И не прогадали. Спектакль выдвинут на фестиваль «Золотая маска» по нескольким номинациям.

Сюжет откровенно развлекательного действия построен на эротических двусмысленностях. Время событий – эпоха крестовых походов, место – Франция. В отсутствие защитников-мужчин, сражающихся с сарацинами, сестра крестоносца, графиня Формутье, подвергается осаде местного бабника графа Ори. Чтобы сломить сопротивление девственницы, он переодевается то благочестивым отшельником, то монахиней-паломницей. В интригу вмешивается Изолье, паж графа, влюбленный в ту же девицу.

«Граф Ори» – опера, в которой все притворяются праведниками, тогда как на самом деле героев, в том числе и графиню, обуревают грешные чувства. Здесь каждый сам не свой, но если граф откровенно циничен и расчетлив, то девица с ее унылым существованием бессознательно упивается бушующим либидо. Сценография Алексея Кондратьева «по мотивам» средневековья тоже «прикрывает» старину современностью. «До тех пор пока эпоха Возрождения и Леонардо да Винчи не изобрели перспективу, люди мыслили некими плоскостями. Вот такие плоскости можно будет увидеть и в нашем спектакле. Они ничего не изображают, а скорее создают ощущение – это такой орнамент, танцующий в пространстве», – поясняет художник.

Режиссер Игорь Ушаков поставил комический спектакль с намеками на испанский плутовской роман, тем более что и в музыке есть кое-какие отсылки к «испанщине», а мужские костюмы иной раз напоминают одеяния Санчо Пансы. Дородная управительница замка, стоя около толпы крестьян, забавно орет на них через металлическую воронку, а мнимый старец с умильной улыбкой втирает очки крестьянкам и дворянкам, вгоняя экзальтированных девушек и женщин в транс. Постные благородные девицы, завернутые в глухие белые одежды и высокие чепцы, также млеют от звуков его голоса, как и разбитные жительницы деревни. И вот героини бегают по сцене, словно заполошные курицы, нервно одергивая складки платьев, а юная графиня, очумевшая от обета безбрачия и перспективы «увянуть в тишине», истерично крутит в пальцах рыжую бороду «отшельника». Но его разоблачают, и «старец», залихватски выпевая верхнее «до», сбрасывает хламиду и предстает красивым идальго (вылитый Дон Жуан). Графа Ори пел хороший тенор Дмитрий Трунов. Его голос, идеальный для партии, скажем, Ленского, не совсем справлялся с высокой тесситурой, и высокие ноты певцу приходилось брать надрывным фальцетом, отчего нужная в опере Россини грациозная легкость пения утрачивалась.

Во втором действии чопорные аристократки с рыжими макушками (в спектакле это цвет желания) с топорами и кольями наперевес оберегают свою неприступность, нетерпеливо ожидая мужей и братьев. Ведь девам было видение – статуя крестоносца, семафорящая руками, мол, скоро вернусь. И пришло письмо – долго разворачиваемый, длиннющий, как разлука, свиток. Графиня (очень достойно владеющая россиниевским стилем Ирина Боженко) выдавала такие трели, что становилось ясно: рулады – это знак ее эротического томления. Но тут под гром и вспышки молний в замок явился ряженый Ори с хором сообщников. Кстати, ансамбли в спектакле куда как хороши: видно, что дирижер Павел Клиничев репетировал постановку тщательно. Граф в женском платье виртуозно поиграл юбками, выпил украденного в погребе хозяйки вина и под конец забрался ночью в ее спальню. Но тут уже спрятался соперник, проныра-паж (богатое, но для Россини слегка тяжеловесное меццо Надежды Бабинцевой). Горе-любовники, путаясь в потемках и, не видя ничего дальше собственной руки, безуспешно пытаются обнять друг друга. В самый рискованный момент появляются богатыри-крестоносцы, и незадачливый граф с «монахинями» спешно ретируется. Женщины в замке то ли сожалеют, то ли гордятся своей нетронутостью. Графиня в пьянящих чувствах льнет к пажу. А публика вслед за Россини понимает, что «стяжать славу можно и в галантных похождениях».
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17090
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Сб Мар 23, 2013 9:08 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2013032301
Тема| Музыка, Опера, Балет, "Золотая маска", Пермский театр оперы и балета; Персоналии, Теодор Курентзис
Автор| Татьяна Ершова
Заголовок| «Публика нас просто боготворит»
Где опубликовано| Lenta.ru
Дата публикации| 2013-03-22
Ссылка| http://lenta.ru/articles/2013/03/22/teodor/
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

Теодор Курентзис — о «Маске», лучшем Моцарте и нежелании делать революцию


Фото: theatre.perm.ru

Одним из главных гостей фестиваля «Золотая маска» в 2013 году стал Пермский театр оперы и балета имени Чайковского: впервые 17 номинаций и столь мощная гастрольная программа. В Москву худрук театра дирижер Теодор Курентзис привез четыре постановки, одна интереснее другой, и главную свою гордость — оркестр MusicAeterna. «Лента.ру» встретилась с Курентзисом и поговорила с самым актуальным дирижером о музыкальном расцвете Перми, современном Моцарте, хореографии из муки, не бедном Большом театре и сюрпризах Дягилевского фестиваля.

Вы уже являетесь лауреатом «Золотой маски». Скажите, насколько для вас важно опять быть в конкурсе, бороться?

Теодор Курентзис: Я вообще не воспринимаю этот фестиваль как конкурс или борьбу. Прежде всего, «Золотая маска» — возможность для совершенно разных театров показать в столице какую-то важную постановку. Здесь есть момент просвещения, и он самый главный. Благодаря фестивалю можно понять, куда движется российский театр, как он меняется и в каком состоянии находится культура в нашей стране. Не все же могут путешествовать по России и смотреть новинки, а здесь театры сами приезжают с гастролями. С другой стороны, если твою работу высоко оценят, это тоже хорошо. В принципе, я не против наград, но не могу сказать, что они меня интересуют.

Вы номинированы за «работу дирижера» в четырех постановках (две оперы «Così fan tutte», «Medea Material» и два балета «Свадебка» и «Шут»). Какая из них для вас особенная?

Мне трудно выбрать. Первой мы показали на фестивале «Così fan tutte» — это была московская премьера оперы Моцарта, сыгранной на исторических инструментах. Мы привезли из Перми абсолютно новое качество, которое ни периферия, ни столица никогда не слышали. К сожалению, в Москве его невозможно найти. С другой стороны, «Medeamaterial»… Современной оперы такого уровня исполнения в российских театрах тоже нет. Здесь очень много антрепризной продукции, но ни один театр не ставит современную оперу. Мы долго репетировали, и важно, что мы делали «Медею» не как фестивальную, лабораторную работу, а как репертуарную и самую лучшую.

У вас большой проект с лейблом Sony Classical, вы записываете трилогию опер Моцарта на либретто да Понте. Почему вы решили записывать именно Моцарта?

Очень просто: это лучшая оперная музыка, написанная когда-либо. Я считаю, что люди должны слушать эти оперы и именно на их примере изучать эстетику звука. Это эталон, азбука. Мы не можем учить людей современной музыке, если у них нет базы. Мы как раз занимаемся тем, что формируем базу.


Сцена из оперы «Так поступают все»
Фото: Антон Завьялов / theatre.perm.ru


В «Così fan tutte» важно, что вы вместе с аутентичными инструментами сохранили историчность постановки, оставили время действия, исторические костюмы. Вы сознательно отказались от осовременивания, хотя этот прием сейчас чрезвычайно распространен. Он вам близок в принципе?

Я воспринимаю все, что сделано талантливо. Музыка Моцарта настолько современна сама по себе и гениальна, что ее можно играть и ставить совершенно по-разному. Я сам делал и современные постановки Моцарта — «Дон Жуана» с Черняковым, «Così fan tutte» с Химмельманном, «Свадьбу Фигаро» с Гюрбач, например. Но здесь я осознанно всю постановку стилизовал под аутентичную, использовал декорации XVIII века, чтобы зритель мог погрузиться в ту эстетику. Приблизительно так бы выглядел спектакль в XVIII веке. И, по-моему, выглядел очень современно. Несмотря на роскошные костюмы, он не является музейным экспонатом, что как раз плохо для театрального искусства. Но конечный результат зависит не от декораций и костюмов, а от людей, участвующих в создании постановки. И наоборот, может быть ультрасовременная режиссура, а получится музейный экспонат. Сейчас более современно выглядит пуристская, подлинная постановка XVIII века, чем немецкий театр 80-х годов, который всем надоел — одно и то же. Все хотят быть умными и играют в игру «Кто умнее?» Но сейчас выдающихся только 4—5 режиссеров, и еще три тысячи режиссеров повторяют за ними, думая, что они делают то же самое. Но это не то же самое.

Про вас говорят, что вы одновременно и новатор, и исторически ориентированный дирижер. В чем заключается суть новаторского подхода в работе с аутентичным материалом?

Есть три поколения аутентистов. Первое поколение — Николаус Арнонкур, Франс Брюгген, Сигисвальд Кёйкен, Густав Леонхардт; второе — Рене Якобс, Джон Гардинер, и мы — третье поколение. Но мы добиваемся абсолютно нового свежего звучания. Я думаю, то, что немцы и французы приезжают в Пермь записывать Моцарта, говорит об уровне нашей работы. Сейчас это единственный город в мире, где так играют Моцарта. Я не буду говорить — вы были на спектакле, слышали.

Мы с вами однажды разговаривали о вашем любимом хореографе Иржи Килиане. За то время, что прошло, в Перми поставили его «Свадебку». Как вы считаете, что дала работа с хореографией Килиана труппе и театру?

В России есть два театра, которые уже делали продукцию Иржи Килиана. Мне было интересно ставить не просто какое-то его произведение, а именно «Свадебку». Мы год как единственный театр в мире, имеющий в репертуаре этот спектакль, даже гастролировали с ним, что очень важно для театра. Кроме того, в «Свадебке» открывается Килиан, настолько музыкально чувствующий Стравинского, что создается абсолютно неповторимая эстетика. В Перми у всех был культурный шок от гениальности хореографии и эстетический шок от самого спектакля. Он получился настолько изысканным, настолько эмоциональным, настолько выдающимся, что, естественно, изменил акцент нашего балета. Потом мы делали Форсайта и заметили, что после этих постановок наши артисты по-другому, более экспрессивно, стали танцевать классику — например, «Лебединое озеро». Они начали ее тоньше чувствовать. Что касается «Свадебки», то это произведение просто гениальное, его хочется смотреть и смотреть.


Теодор Курентзис после выступления труппы Пермского театра оперы и балета на фестивале «Золотая Маска». «Свадебка»
Фото: Юрий Мартьянов / Коммерсантъ


Что, на ваш взгляд, может стать для труппы следующим таким поворотным моментом? После «Свадебки» есть ли планка выше?

Я не думаю, что есть произведения планкой выше. Но мы делаем балет Стравинского, самый важный его балет, «Весна священная» — в постановке Ромео Кастелуччи. И я уверен, что наша хореография в этом балете окажется самой продвинутой, потому что будут танцевать не люди, а мука́. Она будет главным «героем» на сцене — будто танцоры растворились в воздухе облаком пыли. В качестве этой пыли мы будем как раз использовать костную муку. «Весна священная» всегда должна оставаться самым прогрессивным сочинением. Последней до конца в танце в этом балете пошла Пина Бауш, поэтому миру сложно перепрыгнуть через ее уровень.

Во многих интервью вы отделяете себя от пермской культурной революции, хотя занимаетесь образованием и преобразованием города и региона, формированием вкуса у зрителей. Почему?

Естественно, я отделяю себя. Я приехал в Пермь не для того, чтобы выходить на улицу с флагами и проводить какую-то революцию, которой не могу управлять. Я не могу подписаться под движением, которое делают другие люди. Я хочу создать в Перми музыкальную традицию: чтобы через сорок лет здесь был центр российской музыкальной жизни. Мне нужна консерватория, оркестр, мне нужно, чтобы приезжали зрители. Я хочу делать здесь то, что невозможно сделать в Москве и в Петербурге. Хочу, чтобы Пермь стала балетным Вупперталем в Германии – свободной территорией, где можно получить образование, чтобы для этого не нужно было уезжать в Швейцарию, а можно было бы остаться здесь, стать полноценным артистом, воспитывать публику. Это долгосрочный проект. Мне неинтересно делать заявления о революции, потому что революция — это значит разрушать, а я хочу строить, именно поэтому у нас такой успех. Такого успеха, как у нас, не имел здесь ни один высококультурный революционер. На мои выступления невозможно попасть в зал, творится что-то невероятное. Нам нужна вторая сцена, потому что мы не можем вместить в зал всех желающих.

Наверное, вы согласитесь, что не все в состоянии оценить музыкальное качество. Явно зрителей привлекает и то, что дирижер Курентзис танцует и поет за пультом.

Пусть так, но MusicAeterna тоже играет огромную роль, потому что это феноменальный оркестр. Сейчас это золотой фонд России. У музыкантов не только со мной аншлаги, но и когда они играют с другими дирижерами. Мы делаем постановки высочайшего качества, и зрители это понимают, им не все равно.

Вы учились в Петербурге, работали в Новосибирске, но Пермь — первый город, с которым у вас сложились столь нежные отношения. Что вас в нем так привлекает?

Это первое место, где я работаю на должности художественного руководителя, то есть ответственен в театре абсолютно за все. В Новосибирске я был главным дирижером, музыкальным руководителем, но не мог принимать все решения. Конечно, есть сложности, особенно сложно было вначале, но уже сформировался настрой, позволяющий преодолеть трудности. В принципе, у нас вышла очень гармоничная история, потому что мы чувствуем поддержку публики. Публика нас просто боготворит. В случае с авторским искусством очень важно, чтобы люди шли за тобой. Можете представить, мы в Перми показываем произведения Бенедикта Мейсона, радикального композитора… В зале сидит простой зритель, который в середине сочинения начинает кричать «ура» и хлопать на са́мом модерне! Играли без меня. Люди были в диком восторге. Пишут письма, спасибо говорят. А это ведь самая сложная современная музыка. Это большой прыжок, пермская публика начала жить в другой системе координат.

При формировании художественной политики театра от чего вы отталкиваетесь? Что вы держите в голове всегда, прежде чем решиться на какой-то проект?

Мы включили Пермь в лигу европейских театров, потому что начали делать копродукцию с другими театрами. В Европе уже знают Пермь, и это очень важно, потому что нас интересует не только продвижение самого театра, а в целом пермского региона. Региона, в котором не налажен доступ к информации, а мы хотим ее донести до людей. Чтобы они не уступали тем, кто живет в другой информационной культуре, которую в большей степени поддерживает государство. Мы всегда помним и продвигаем идею, что опера — это счастье, это часть нашей жизни.

Залог успешной художественной политики – баланс между классикой и современным материалом. Это формула успеха, поэтому мы показываем классический, золотой репертуар, но очень качественно сделанный, а также современный. Наша политика демократична, мы учитываем разные вкусы, классические постановки можем чередовать с ультрасовременными, но все они должны быть сделаны со вкусом. И зрители, как гурманы, могут выбирать абсолютно разные вещи. С Филиппом Химмельманом получилась очень демократичная современная режиссура («Свадьба Фигаро»), но все были в восторге. Мы делаем пуристскую постановку с режиссером Маттиасом Ремусом («Così fan tutte»), тоже зритель в восторге. Зритель потрясающе принял Килиана. Невероятно, но пока все выходит выше наших ожиданий.


Актриса пермского Театра оперы и балета Надежда Кучер в роли Медеи в опере «Medeamaterial»
Фото: Алексей Филиппов / РИА Новости


Вы так говорили и после Дягилевского фестиваля в 2012 году, но с каждым годом все труднее формировать столь сильную программу. На что вы делаете ставку в 2013-м, на радикального Кастелуччи или, например, на балеты Макмиллана, так редко появляющиеся на российской сцене?

Предыдущий фестиваль был настолько успешным, что нам действительно было очень сложно создать программу, которая бы не уступала предыдущей. Но, на мой взгляд, в нынешней программе градус еще выше. Кастеллучи, конечно, ударный момент. В этом году мы впервые в России покажем его спектакль «Four Seasons», который в Авиньоне шел этим летом. Кроме того, представим перформанс танцовщика Израэля Гальвана — называется «Lo Real». Это современное цыганское фламенко, в основе истории лежит геноцид цыган во времена Третьего рейха. Потрясающее произведение; к счастью, у нас получилось привезти спектакль. Это словно фламенко Пины Бауш. Кажется, то, что происходит на сцене, — за пределами возможностей человеческого тела, такого просто не бывает в жизни, я только один раз видел что-то подобное.

Ensemble Modern опять приезжает на фестиваль и даст концерт, приедет камерный вокальный ансамбль Hillard ensemble. Будет Дягилевский фестивальный оркестр, где собраны лучшие музыканты со всего мира, впервые соберется Дягилевский фестивальный хор, в состав которого войдут как артисты хора MusicAeterna, так и известные солисты со всего мира. Будет гала-концерт, где выступят Алексей Любимов, Антон Батагов и Юлианна Авдеева. Батагов, кстати, один из кураторов в этом году. И, конечно, «Ромео и Джульетта» Макмиллана на музыку Прокофьева. Все ждали много лет, потому что в России этот балет еще не ставили. Очень дорогостоящий проект, блестящие костюмы, декорации.

У вас очень плодотворное сотрудничество с мадридским Teatro Real, в следующем сезоне вы ставите «Королеву индейцев» Перселла, отправляетесь туда с гастролями. Это результат ваших личных отношений с директором Жераром Мортье?

С Teatro Real я работаю очень давно, трачу на него достаточно много времени. Мортье — великий человек, у него есть определенная миссия. И я один из его главных соратников. Поэтому я не могу отказаться. И естественно, важен результат: у меня в Мадриде уже есть своя публика, которая высоко ценит то, что я делаю. Это приятно.

Кажется, Большому театру повезло меньше, на него у вас сейчас нет времени. Хотя в ГАБТ периодически говорят, что хотели бы еще с вами поработать.

Проблема в том, что когда я делал «Дон Жуана» и «Воццека», они начали со мной обсуждать какие-то даты на следующий год. К сожалению, у меня расписан весь график и сложно найти время. Я с руководством Большого театра — с господином Иксановым — в хороших отношениях и высоко его ценю, мне кажется, он очень порядочный человек и действительно интересующийся. У меня никогда с ним не было конфликтов. Успех «Воццека» был колоссальный, как вы помните. Я получил «Золотую маску», Черняков тоже. Столько премий, что плохих отношений и быть не может. Просто теперь в Большом есть музыкальный руководитель, Василий Синайский, и, естественно, все по-другому. Когда мы делали «Воццека», в театре была только коллегия дирижеров: Синайский, я, Лазарев и Юровский, но потом Синайского утвердили музыкальным руководителем. Конечно, он должен ставить больше других.

И потом я не знаю, нужно ли им что-то еще всерьез. А у меня очень мало времени. Я думаю, не отменить ли постановку с Ковент-гарден, потому что просто нет свободного времени.

Понятно, бедный Большой театр не дождется.

Почему «бедный Большой театр»? Они очень богатые, кстати. Недавно озвучили бюджет (120 миллионов долларов год — прим. «Ленты.ру»), а у нас — 12 миллионов. А сколько номинаций на «Золотую маску» у них и у нас? У них — девять, у нас — семнадцать.


Сцена из балета «Сказка про шута, семерых шутов перешутившего»
Фото: Антон Завьялов / theatre.perm.ru


В вашем театре случаются конфликты? Между артистами и администрацией, например?

Мы очень стараемся, чтобы администрация работала правильно, потому что в российских театрах один из главных недостатков — как раз работа администрации. Конечно, бывают проколы, порой администрация Пермского театра не очень пунктуальна. Но мы стараемся быть правдивыми и самокритичными — мы не можем требовать что-то от коллектива, если сами ошибаемся.

То есть у вас дружеская атмосфера, никакой жесткости?

Нет жесткости. Гибкости много, даже чересчур.

У вас можно опоздать на репетицию?

К сожалению, возможно. Я не верю в такие меры, как наказание — как у дрессировщиков с животными. Это же личности, к ним ко всем нужно проявить уважение, убедить их, что они должны придерживаться дисциплины, но они должны осознать это сами. Я против насаждения железной дисциплины с помощью очень жестких мер, как у Сталина. В такой ситуации невозможно требовать влюбленности. Влюбленность появляется, только когда пустишь в ход свои чары и таким образом убедишь человека, что правильно, а что нет. И когда ты сам дисциплинирован, ты можешь требовать дисциплины от других. Нужно подавать пример, поэтому мы самокритичны — сначала в администрации, потом в коллективе.

Сколько лет вы живете в России?

Восемнадцать лет.

Несколько недель назад интернет был полон сообщений о том, что у Теодора Курентзиса нет российского гражданства, и после истории с Жераром Депардье это выглядит особенно дико.

В 2007 году я написал письмо в министерство: хочу российское гражданство. Писал даже президенту. Мне сказали: очень приятно, большая честь, и так далее. Потом началась какая-то бюрократия… Есть, кстати, указ о награждении орденом Дружбы, но самого награждения не было. Но это все необязательно, главное работа. Пусть они подумают, достоин я или нет, вот и все. Не мне решать, может быть, я недостоин таких наград.

Когда вы в следующий раз будете играть Рамо?

Очень бы хотелось сыграть Рамо в Греции, один концерт. Но не знаю, сложится ли.

Вы рассказываете о большом количестве проектов, и все они связаны с Россией. Вам не хочется сделать что-то для Греции?

Я вырос в России, и моя молодость прошла в России. В Греции я родился. И если посмотреть на то, сколько времени я прожил в обеих странах, то получится поровну. Дело в том, что я чувствую себя человеком, у которого нет корней нигде. В Греции я русский, в России я грек. В Европе я русский.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> Газетный киоск Часовой пояс: GMT + 3
На страницу 1, 2  След.
Страница 1 из 2

 
Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах


Яндекс.Метрика