Список форумов Балет и Опера Балет и Опера
Форум для обсуждения тем, связанных с балетом и оперой
 
 FAQFAQ   ПоискПоиск   ПользователиПользователи   ГруппыГруппы   РегистрацияРегистрация 
 ПрофильПрофиль   Войти и проверить личные сообщенияВойти и проверить личные сообщения   ВходВход 

Общество Друзья Большого балета
2011-07
На страницу 1, 2, 3 ... 10, 11, 12  След.
 
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска
Предыдущая тема :: Следующая тема  
Автор Сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20641
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Июн 30, 2011 4:31 pm    Заголовок сообщения: 2011-07 Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2011070101
Тема| Балет, Чеховский Фестиваль, "Золушка", Персоналии, Мэтью Боурн
Авторы| Павел Ященков
Заголовок| Золушка попала в сумасшедший дом //
На Чеховфесте — самое дорогостоящее событие

Где опубликовано| Газета Московский Комсомолец № 25681
Дата публикации| 20110701
Ссылка| http://www.mk.ru/culture/article/2011/06/30/601971-zolushka-popala-v-sumasshedshiy-dom.html
Аннотация| Фестиваль

Почти семейную историю привез на Чеховфест всемирно известный хореограф Мэтью Боурн. Балет “Золушка”, номинированный недавно на престижную премию “Оливье” как лучшая театральная постановка, стал уже четвертым произведением законодателя мировой балетной моды.



Итак, в зрительном зале воздушная тревога, вой сирен. Многоканальный окружающий стереозвук, как в кинотеатре, — ноу-хау хореографа и единственное, что он позволил себе добавить к партитуре Прокофьева. Впечатление, что ты находишься в кинозале, усиливается, когда на возникшем экране показывают кинохронику о том, как надо вести себя во время воздушного налета, и затем бегут титры: “New Adventures” представляет: “Золушка” Мэтью Боурна.

Лондонское светопреставление, которое Анна Ахматова назвала “двадцать четвертой драмой Шекспира”, подано в спектакле крупно, во всей красе и документальной достоверности: рвущиеся снаряды, рушащиеся, горящие здания, лозунги тех лет: “Прорвемся, господи! “и угрозы Черчилля: “Мы им покажем!”. На этом трагическом, а подчас и комическом (спектакль переполнен тонким английским юмором) фоне и происходит встреча летчика-героя Гарри и Золушки — затюканного, очкастого “синего чулка”, — превращающейся на вечеринке в “Кафе де Пари” в роскошную кинодиву военных лет

Балеты Боурна напоминают немые фильмы, и их часто упрекают в отсутствии изысканной хореографии. “Золушка” также стилизована под эстетику послевоенного кино. Тяга к кинематографичности симптоматична — Боурн с юности слывет киноманом. При непременном использовании современной хореографической лексики в своих сочинениях для постановщика все же более важна режиссерская составляющая. Свою хореографическую декларацию Боурн провозгласил в 1987 году, назвав созданную им первую компанию “Adventures in Motion Pictures” — “Приключения в движущихся картинках” (сейчас труппа называется “New Adventures”). Здесь, по сути, оказались выражены художественные принципы хореографа. “Пьесой без слов” можно назвать и эту постановку — получаешь впечатление как от полноценной драмы или кинофильма.

Быстро, как в киноленте, мелькают эпизоды с отлично разработанными Боурном жанровыми сценками, куда Гарри попадает в поисках потерянной во время бомбежки возлюбленной. Или в финале — на вокзале Паддингтон, с которого влюбленная парочка отправляется в свадебное путешествие. Да и заканчивается всё как в сладких послевоенных музыкальных фильмах: полным хеппи-эндом с пением и танцами.

Несмотря на стилизацию под послевоенное кино, истории в пересказах Боурна выходят суперсовременными: вместо кареты из тыквы в этой балетной сказке для взрослых появляется крутой белый мотоцикл с коляской, фея-крестная стала похожим на кинозвезду юношей-ангелом, который в балете и становится главным героем (партию исполнил ветеран боурновской труппы Кристофер Марни). А у ябед-сестер появились братья, которые понадобились хореографу, чтобы ввести в балет “голубую тему”: один из них не без успеха пытается снять солдатика и таким образом отбивает жениха у сестрицы. Причем английский юмор у Боурна нарочито соседствует с пародийными сценами, взятыми напрокат из триллеров: кровожадная мачеха пытается, пользуясь неразберихой, во время бомбежки пристрелить надоевшего ей супруга в инвалидной коляске — отца Золушки, а затем придушить и саму падчерицу.

“Музыкой мировых катастроф” называют партитуру Прокофьева к этому балету, написанному композитором как раз во время войны. И Боурн очень верно почувствовал ее дух, поведав о трагичнейших для английской столицы событиях Второй мировой. Страшная тема неумолимого времени, звучащая в музыке, находит воплощение и у хореографа, когда Биг-Бен безжалостно бьет полночь, и начинается авианалет. “Время — это всё, что приходит внезапно и так же внезапно исчезает, а мир танцует с таким чувством, будто завтра не наступит никогда”, — говорит художник о своем спектакле.


Последний раз редактировалось: Елена С. (Вт Сен 16, 2014 9:24 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20641
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Июл 01, 2011 10:37 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2011070102
Тема| Балет, Татарский театр оперы и балета имени М.Джалиля , Премьера, Персоналии, Владимир Васильев
Авторы| Татьяна МАМАЕВА, Фото: Илья Шалман
Заголовок| Владимир Васильев поклонился казанским артистам
Где опубликовано| Газета Время и деньги № 117-118
Дата публикации| 20110701
Ссылка| http://www.e-vid.ru/index-m-192-p-63-article-38123.htm
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ



Как уже сообщал "ВиД", в Татарском академическом театре оперы и балета имени М.Джалиля прошла премьера балета В. Гаврилина "Анюта", на которой побывал легендарный танцовщик Владимир ВАСИЛЬЕВ.

Васильев, как всегда, молодой, стильный, дорого и немного богемно одетый, улыбающийся, буквально излучающий флюиды доброжелательности и открытости. Приходит на пресс-конференцию даже раньше многих журналистов - в нем за всю его "звездную" жизнь так и не появилось ни капли "звездности". Он приготовил журналистам сюрприз - привез с собой диск с клипом: его картины на фоне музыки Шопена. Живописью Васильев занимается последние десять лет и, надо отдать ему должное, делает это вполне профессионально. После этой мини-презентации живописного творчества ни у кого не взывает сомнения, что автор - прекрасный "цветовик". Его живопись и графика, я бы сказала, брутальна, ему свойственен сильный, размашистый мазок. Темы картин просты - любимая деревня под Костромой, где у Васильева настоящий деревенский дом, натюрморты с самоваром, костромские луга и поля. Набережная в Венеции, площадь Сан-Марко. Ярко, темпераментно, смело - каким был и его танец. Перед нами - вполне приличный impression. Картины Васильев не продает, при этом говорит, что стоят они дорого. Он их раздаривает и отдает на благотворительные аукционы, где они уходят за вполне приличные деньги. Один пейзаж, например, купил олигарх Борис Березовский, не пожалев за него 40 тысяч баксов. Для справки - за 20 тысяч долларов можно купить пейзаж работы Ильи Глазунова…

Но презентация картин - это было так, бонус к пресс-конференции. Вообще-то Васильев говорил о театре. Естественно, разговор коснулся идеи возникновения балета "Анюта"

- Когда я послушал знаменитый гаврилинский вальс, я понял, что в нем есть все. Я очень люблю Чехова, он весь соткан из полутонов, вот эти полутона есть в музыке Гаврилина. Вначале был фильм-балет "Анюта" с Катей Максимовой, затем появился спектакль в Большом театре, где мы с ней танцевали. Это произошло практически случайно - труппа Большого уехала на гастроли в Америку, было свободное время, была свободна сцена и мне предложили поставить какой-нибудь не очень большой балет. Потом начали появляться постановки по всей стране. Это было замечательное время, когда на телевидении начали возникать оригинальные балеты, и во многих мы участвовали, - рассказал Владимир Викторович.

- Ваше восприятие "Анюты" такое же, как было в момент постановки балета?

- Этот балет, как и прежде, вызывает сочувствие у зрителей.

- Вы не жалеете, что в свое время положили столько сил на руководство Большим театром?

- Большой театр потому и называется Большим, что должен делать большие полотна. Хор, оркестр, миманс, кордебалет, солисты - все должно быть в комплексе. Я пытался этого достичь.

- У вас нет желания поставить вашего любимого Чехова в драматическом театре?

- Нет.

- Какого мнения вы о казанском театре?

- Уровень театра определяется по уровню оркестра, кордебалета и хора - у вас они отличные. Что касается приглашенных солистов, то сейчас их может, имея деньги, пригласить любой театр, и это не показатель. Резервы собственной труппы, а они в Казани отличные, это гораздо важнее. Дай бог, чтобы то, что в Казани прекрасный оперный, понимало руководство республики и чаще бывало на спектаклях.

Вечером Владимир Васильев был на "Анюте", он скромно сидел в ложе первого яруса, так что большая часть публики просто не знала, что в зале присутствует величайший танцовщик современности. Когда же спектакль закончился и труппа вышла на поклоны, Владимир Викторович появился на сцене.

- Этот спектакль мы в свое время делали замечательной командой - композитор Валерий Гаврилин, сценограф Белла Маневич, Катя Максимова в партии Анюты… Их уже нет с нами. Мне бы хотелось, чтобы нынешнюю казанскую "Анюту" вы посвятили их памяти.

А затем Васильев низко поклонился нашим артистам, благодаря их за труд.

Но самое интересное началось на сцене, когда занавес закрылся. Артисты балета обступили Васильева плотным кольцом, и он давал им импровизированный мастер класс, показывая то или иное движение. Как он был молод и заразителен!

…Папа - шофер, мама - служащая, женщина религиозная, водившая сына в церковь. Московский послевоенный двор с жестокими драками, у него - бескозырка с надписью "Герой", так его и завали приятели за смелость и умение постоять за слабого. В кружок танца он попал случайно, за компанию с приятелем. На него сразу же обратили внимание педагоги и посоветовали учиться дальше. В училище его сразу же поставили в пару со строгой девочкой с удивительно распахнутыми глазами - с Катей Максимовой. Так они потом всю жизнь и были парой, до ее безвременного ухода из жизни. "Катя и Володя" - больше ничего не надо было объяснять, все понимали, что это Максимова и Васильев. Триумфальное шествие по лучшим сценам мира, несправедливости в родном Большом театре, их преодоление. Множество наград, обожание публики и, наверное, желание уединения. Уход в стихи и живопись, хотя театром, конкурсами, работой с молодежью Васильев занимается очень плотно.

Я рад всему, что есть вокруг

Меня и что я чувствую.

Никто не враг мне, а я друг

Вам всем,

Во всех присутствую.

Я к бесконечности плыву,

А где она, кто ведает?

Я рад, что я еще живу,

Что все живые на плаву,

И всё течет, как следует.


Пожалуй, в этих строчках Владимира Викторовича можно прочесть его жизненное кредо.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20641
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Июл 01, 2011 10:45 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2011070102
Тема| Балет, фестиваль DanceInversion, Труппа Элвина Эйли, Персоналии,
Авторы| Татьяна КУЗНЕЦОВА
Заголовок| Замена рабства //
Труппа Элвина Эйли на DanceInversion

Где опубликовано| Газета "Коммерсантъ", №118 (4659)
Дата публикации| 20110701
Ссылка| http://www.kommersant.ru/doc/1669878
Аннотация| ФЕСТИВАЛЬ


1 из 5
Молитва из "Откровений" уже полвека служит эмблемой Американского театра танца Элвина Эйли
Фото: Сергей Киселев
/ Коммерсантъ /


Вся галерея

Гастролями Американского театра танца Элвина Эйли, проходящими при поддержке посольства США, в Музыкальном театре имени Станиславского и Немировича-Данченко начался международный фестиваль DanceInversion. Знаменитая негритянская труппа, три года назад отпраздновавшая свое 60-летие, обнадежила ТАТЬЯНУ КУЗНЕЦОВУ.

Американский театр танца Элвина Эйли привез в Москву две программы, представив в них спектакли разных лет и позволив проследить за эволюцией одного из самых ценных коллективов Америки. Ядро обеих программ — балет "Откровения" Элвина Эйли, харизматичного основателя труппы. Собственно, московские гастроли — часть мирового турне, которым компания отмечает 50-летие шедевра, провозглашенного "самой популярной современной танцевальной постановкой". По случаю юбилея перед спектаклем показывают документальный фильм, в котором кадры, запечатлевшие рабский труд и дискриминацию негров, чередуются с монологами самого Элвина Эйли, рассказывающего о своей постановке. Уроженец Техаса, выросший, по его словам, "в яростно расистской стране", он ставил балет о себе, а получилась монументальная трехчастная фреска, запечатлевшая коллективный портрет негров американского юга. В фильме танцует и сам Эйли, танцует совершенно гениально. Протагонистка той труппы, великолепная Джудит Джеймисон, возглавившая компанию после смерти ее создателя, тоже мелькает в старой хронике и говорит об искусстве Эйли, быть может, главные слова: "В те времена темнокожим было что рассказать зрителям".

Новые времена не изменили поразительно экспрессивную и проникновенную хореографию Эйли, они изменили артистов. Нынешним танцовщикам нелегко прочувствовать истовый пафос темнокожего хореографа. Новые времена нарушили и расовую однородность труппы, что, быть может, и правильно с позиций политкорректности, однако по части художественной сущий нонсенс: когда протестное соло самого Элвина Эйли исполняет белый человек, то при всем старании ему не передать вековых мучений негритянского рабства — тут нужны иной менталитет, иная пластика. В третьей части "Откровений" отлично танцует тройка солистов: парни высоко прыгают, лихо разрываются в разножках, резво крутят пируэты, с разбега бросаются на шпагат. Но все эти подвиги, восторженно оцененные публикой, остаются их личными достижениями, не пересекая ту грань, где движения превращаются в крик души.

Не произошло этого и с "Криком" — пронзительным женским соло, поставленным Элвином Эйли для великой и прекрасной Джеймисон. Темнокожая Брайана Рид, ширококостная женщина с короткой шеей, танцевала с почтением к материалу: прилежно имитировала молитвенный экстаз и трудовые процессы, широко открывала рот в беззвучном крике отчаяния — но все эти старания не возместили отсутствия драйва и артистической харизмы. Впрочем, также можно сетовать и по поводу отечественного балета: без Плисецкой пропала "Кармен-сюита", без тандема Лиепа—Васильев обескровлен "Спартак". Сетования эти столь же бесспорны, сколь и бесплодны: теперешние танцовщики не хуже, они просто другие. Похоже, Американский театр Элвина Эйли это отлично понимает, подбирая своим артистам актуальный репертуар.

Актуальность, однако, хореографы понимают по-разному. Кристофер Л. Хаггенс претендует на танцевальное отображение судьбы труппы Эйли — с основания до наших дней. В его балете "Помазанник" одинокий мужчина, опекаемый протагонисткой и четырьмя солистками, олицетворяет отца-основателя труппы, а дамы — директрис, педагогов и активисток фонда Элвина Эйли. Различные конфигурации и танцевальные манипуляции персонажей, возможно, и отражают перипетии жизни коллектива, но мало кому удается станцевать профсоюзное собрание.

А вот "Охота" Роберта Баттла, поставленная на основе ритуальных африканских плясок и идущая под неумолчный грохот барабанов, не только превосходна сама по себе, но и дает некоторое представление о будущем труппы. В этом крепко сконструированном 20-минутном балете, где за охотничьими мотивами (погоней за зверем, единоборством, травлей) прослеживаются вполне человеческие темы (от неконтролируемой агрессии до всеобщего братства) шестеро великолепных танцовщиков выкладываются с такой отдачей, с какой сам Эйли ставил и танцевал свои антирасистские манифесты.

Закономерно, что именно Роберт Баттл, сумевший воодушевить своими работами сегодняшних артистов, только что стал новым худруком труппы — постаревшая Джудит Джеймисон отдала бразды правления в надежные руки. Эта легитимная, художественно оправданная передача верховной власти — как раз то, чему могут поучиться у афроамериканцев наши большие и малые академические театры, полные белых танцовщиков, очень похожих на рабов.


Последний раз редактировалось: Елена С. (Вт Сен 16, 2014 9:25 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20641
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Июл 01, 2011 10:53 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2011070104
Тема| Балет, Татарский театр оперы и балета имени М.Джалиля , Премьера, Персоналии, Владимир Васильев
Авторы| Ирина УЛЬЯНОВА
Заголовок| Вторая жизнь «Анюты» //
Легенда российского балета Владимир Васильев побывал на казанской премьере

Где опубликовано| Газета Республика Татарстан № 131 (27028)
Дата публикации| 20110701
Ссылка| http://www.rt-online.ru/articles/3626/107467/
Аннотация| Премьера



На днях в Татарском академическом театре им. М.Джалиля с успехом прошла премьера балета на музыку Валерия Гаврилина «Анюта», который после восьмилетнего перерыва был восстановлен на казанской сцене.

На премьерном спектакле присутствовал выдающийся российский танцовщик и хореограф, народный артист СССР Владимир Васильев, которого с полным правом можно назвать «отцом» этого маленького балетного шедевра.

У балета «Анюта», созданного по мотивам рассказа Антона Чехова «Анна на шее», необычная судьба. Екатерина Максимова, которая блистала в роли Анюты, в своей книге «Мадам «Нет» так пишет об истории его создания: «Александр Белинский давно хотел снять телевизионный балет по Чехову, долго «ходил вокруг» «Скверного анекдота», а потом как-то раз услышал вальс Валерия Гаврилина и понял, что это настоящий «чеховский вальс». Вот так, не от литературы, а от музыки родился замысел фильма». Фильм-балет «Анюта» имел ошеломляющий успех и вскоре был перенесен на сцену Большого театра.

Напомним, в 1988 году балет «Анюта» впервые был поставлен в Казани в хореографии Владимира Васильева, который вышел на сцену в премьерном спектакле вместе с незабвенной Екатериной Максимовой. Первая постановка пользовалась успехом, но после того как износились декорации, костюмы, спектакль временно покинул репертуар.

Выступая на пресс-конференции, посвященной нынешней премьере, Владимир Викторович признался, что Чехов является его любимым писателем и секрет успеха «Анюты», по его мнению, заложен в самих чеховских образах, «сотканных из огромного количества полутонов».

По словам художественного руководителя балета ТАГТОБ им. М.Джалиля, заслуженного артиста России и Татарстана Владимира Яковлева, принимавшего участие в пресс-конференции, балет «Анюта» выдержал главное испытание - испытание временем, и этим он обязан в первую очередь гению постановщика, который сумел соединить чеховский дух, чудную музыку, хореографию и свое понимание этого сюжета.



По признанию Владимира Васильева, последние десять лет живопись занимает в его жизни гораздо большее место, чем балет. В подтверждение этого журналистам был показан видеоролик с живописными работами выдающегося танцовщика и хореографа. В основном это акварельные пейзажи, изображающие уголки природы вблизи подмосковной дачи Васильева и Максимовой, и чувствуется, что написаны они с большой любовью.

На пресс-конференции также выступила московский балетный критик Наталья Садовская, которая отметила, что балет «Анюта» очень красивый, но невероятно сложный, ведь в силу своего драматизма он становится для артистов балета экзаменом на степень актерского мастерства.

Непревзойденной исполнительницей партии Анюты была Екатерина Максимова, для которой и создавался этот балет. И, возможно, солистки Татарского театра оперы и балета, выступавшие в этой роли, пока тоже не выдерживают сравнения с великой балериной, но и хрупкая Юлия Позднякова, и точеная, точная в каждом движении Александра Суродеева, и легкая, изящная Ольга Алексеева, танцевавшая Анюту еще в старой постановке, каждая по-своему были очаровательны и артистичны.

Хотелось бы отметить, что в главных партиях балета не заняты приезжие звезды, - все роли исполняют артисты нашего театра. Так, например, лауреат международных конкурсов Михаил Тимаев одинаково убедителен и в роли бедного Студента, влюбленного в Анюту, и в гротесковом образе Модеста Алексеевича, мужа главной героини. По две роли исполняют также Артем Белов и Максим Поцелуйко.

По словам Натальи Садовской, именно роль отца Анюты, которую в свое время танцевал сам Владимир Васильев, самая сложная в спектакле. Тем не менее и Дмитрий Строителев, и молодой дебютант Денис Исаев с этой ролью справились, сумев передать своей игрой чеховское сочувствие «маленькому человеку».

После спектакля Владимир Васильев вышел на сцену и поблагодарил артистов балета за доставленное удовольствие. Вспоминая свою жену, блистательную Екатерину Максимову, он выразил надежду, что у спектакля будет счастливая судьба, а вместе с ним будет жить и память о тех, кто восхищал нас раньше и кого с нами больше нет.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20641
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вс Июл 03, 2011 9:19 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2011070301
Тема| Балет, фестиваль DanceInversion, Труппа Элвина Эйли, Персоналии,
Авторы| Татьяна КУЗНЕЦОВА
Заголовок| Кадровая постановка //
В Москве представили худрука Американского театра танца Элвина Эйли

Где опубликовано| Газета "Коммерсантъ", №119 (4660)
Дата публикации| 20110702
Ссылка| http://www.kommersant.ru/doc-y/1671972
Аннотация| ФЕСТИВАЛЬ

В Музыкальном театре им. Станиславского и Немировича-Данченко в рамках международного фестиваля DanceInversion при поддержке посольства США проходят гастроли американского театра танца Элвина Эйли. Вторая программа (о первой "Ъ" писал вчера) лишь укрепила ТАТЬЯНУ КУЗНЕЦОВУ в убеждении, что будущее этой благополучной компании зависит от хореографа.


Вчера у Американского театра танца появился новый худрук, третий по счету с момента его основания. 67-летнюю соратницу Элвина Эйли, танцовщицу Джудит Джеймисон, сменил на этом посту темнокожий танцовщик, педагог и хореограф Роберт Баттл, с 1999 года обеспечивающий труппу постановками. Его инаугурация состоялась вчера в музтеатре Станиславского в присутствии труппы и журналистов.

Для любой авторской компании, утратившей своего основателя, проблема репертуара жизненно важна. На хрестоматийных запасах, пусть и обширных, просуществовать невозможно: меняется время, меняются исполнители, меняется восприятие музейных шедевров, меняются и они сами — и почти всегда копии оказываются бледнее оригиналов. Как правило, осиротевшие труппы (скажем, баланчинский New York City Ballet) пополняют репертуар, приглашая хореографов со стороны. Но не перестают искать постоянного автора, способного вписаться в историческую традицию и при этом оставаться актуальным. В таком контексте выбор нового руководителя Американского театра танца выглядит логичным и удачным. Судя по гастрольным программам, Роберт Баттл — наиболее успешный автор Американского театра танца: в Москве были показаны два с половиной его балета (о лучшем из них, "Охоте", "Ъ" писал вчера) — почти столько же, сколько самого Эйли.

Мужское соло "В/нутри" (2008) на музыку Нины Симон — экспрессивный монолог человека, пытающегося сохранить внутреннюю гармонию под прессом распадающегося на части мира — поставлено Баттлом в согласии с эстетикой основателя компании. Но и с поправкой на современность: убран открытый пафос, использована более изощренная лексика. Янник Лебрун, обладатель античного торса и стройных ног классических пропорций, танцует это соло с полным пониманием его нюансов — психологических и физиологических, а потому выглядит в нем адекватнее, чем многие его коллеги в репертуаре Эйли.

Сам же основатель компании во второй программе предстал в неожиданном для нас свете: его "бродвейский" (не по географии, по духу и букве) балет "Ночное существо" (1978) на музыку Дюка Эллингтона разительно отличался от экзальтированных спектаклей из жизни американского юга. Надо признать, что идеологические балеты, поставленные "своей кровью", у Элвина Эйли получались гораздо мощнее, чем развлекательные. "Ночное существо" выглядит как выпускной экзамен по различным танцдисциплинам, обработанный для сценического употребления. Тут был и прыжковый раздел "классики", нашлось место и адажио в стиле modern, и поддержкам, преимущественно "верхним" (за них больше "трояка" я бы артистам не поставила). Главным предметом оказался джаз, имеющий, бесспорно, негритянские корни, однако давно приватизированный бродвейскими мюзиклами, отчего комбинации движений вызывали стойкое дежавю. Выручила самоирония хореографа: в главном построении кордебалета (треугольнике, направленном острием к зрителям), он процитировал собственный шедевр — патетическую молитву из "Откровений".

В балете "Любовные истории" (2004) на музыку Стиви Уандера, совместной постановке бывшего и нынешнего худрука, Джудит Джеймисон и Роберт Баттл постарались изобразить портрет нынешнего поколения артистов, разрешив им вдоволь порезвиться на ниве дискотечного джаза и хип-хопа, также порожденного афроамериканской культурой. Постановка, выглядящая как цепь многообещающих, но ничем не разрешающихся зачинов, так и не оформилась в осмысленное художественное высказывание. Однако благодарная молодежь отрывалась в ней с таким упоением, что драйв исполнителей передался и публике, встретившей "Любовные истории" едва ли не так же восторженно, как исторические "Откровения".


Последний раз редактировалось: Елена С. (Вт Сен 16, 2014 9:27 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20641
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вс Июл 03, 2011 9:32 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2011070302
Тема| Балет, Бенефис Дианы Вишневой, Персоналии, Диана Вишнева
Авторы| Инна Скляревская
Заголовок| Бенефис Дианы Вишневой: Эрос в лабиринте
Где опубликовано| «Фонтанка.ру»
Дата публикации| 20110702
Ссылка| http://www.fontanka.ru/2011/07/02/001/
Аннотация| БЕНЕФИС

Бенефис Дианы Вишневой, посвященный 15-летию ее творческой деятельности, менее всего был похож на подведение итогов. Наоборот, это рывок к новому: Вишнева начала свой вечер с сенсационной премьеры – «Лабиринта» Марты Грэм, родоначальницы американского танца модерн, произведения которой никогда прежде не ставились в России.

Диана верна себе: не порывая с классикой, она постоянно расширяет свои возможности, включая в круг своих интересов художественные сферы, небывалые для русской академической балерины. Марта Грэм – это то, что во всем мире называется не балетом, но «танцем», и что балету в достаточной мере противостоит. Здесь другой принцип движения и другое осмысление человеческого тела. Даже облик танцовщицы здесь совсем не такой, как в балете: она в платье до пят, движения ее резки, пластика заведомо косноязычна, и все усилия в танце выставлены напоказ. Это другой пласт культуры – обратная сторона Луны; танец модерн поглощен проблематикой, от которой балет остался в стороне. Он возник в те годы, когда Запад уже переварил опыт экспрессионизма и осваивал искушения Фрейда, он – дитя ХХ века со всеми его изломами.



Выбранный Дианой 14-минутный спектакль принадлежит античному циклу Грэм. И это античность темная, мистическая. Речь о том самом критском лабиринте с Минотавром – только никакого Тесея там нет: Ариадна с чудовищем наедине, и это поединок женщины с таинственной мужской силой, материализация смутных эротических страхов. Название («Errand into the Maze», обычно переводимое как «С вестью в лабиринт») на самом деле двусмысленно и может означать что-то вроде «командировки в путаный мир обманных фантазий». (В скобках скажу, что Минотавр придуман хореографом гениально и совсем просто: поперек шеи он держит палку, руки, зацепленные за нее и поднятые вверх, как страшные рога, в то же время остаются мужскими руками.)

Выбор Дианы парадоксален – у нее, казалось бы, совсем другая фактура: Грэм – высокая и суровая, а Диана миниатюрная и нежная; наконец, героиня танца модерн - всегда взрослая женщина с грузом прожитого, с напором жизненных испытаний и терзающим ее естеством, а Диана – это всё-таки вечно юный девичий образ. Тем не менее, Диана за это взялась – со свойственным ей бесстрашием – и овладела языком грэмовской Ариадны.


"Лабиринт"

Кроме «Лабиринта» Вишнева выходила на сцену всего в трех номерах, не стремясь заполнить собой всё пространство и время, зато прочерчивая ясный эстетический сюжет. Набор этот был продуман и содержателен, причем классика в нем демонстративно отсутствовала: Вишнева показывала диапазон именно неклассических форм, их многогранность и их развитие. А также развитие в них эротической темы – только не от слова «эротика», а от слова «Эрос». Кроме Марты Грэм – неоромантическая «Дама с камелиями» Ноймайера.


"Лабиринт"

А также телесные гимны современного американского хореографа Дуайта Родена из балета «Повороты любви», которые, как и в своей программе «Красота в движении», Вишнева танцевала с роскошным Десмондом Ричардсоном, афроамериканским виртуозом. Поразительно, но здесь играл не контраст, а подобие: рядом с ним, черным атлетом, хрупкая Диана становилась материальной и даже мощной – еще одна неожиданная возможность, еще один из ее артистических векторов.


"Повороты любви"

Венчал бенефис легендарный дуэт с поцелуем из балета «Парк», который Прельжокаж поставил о высвобождении табуированной женской страстности и из которого Диана извлекает несколько иную тему – тему любви, обрушившейся на женщину. A propos скажу, что знаменитый Владимир Малахов, худрук берлинской Staatsoper, которого журналисты называли первым танцовщиком мира, в этом дуэте показался мне менее ярким, чем даже молодые мариинские артисты. В нем больше мальчишеского, чем мужского; рядом с Вишневой, охваченной любовным пламенем, он был безгласен и бесцветен, и смысл дуэта – тем более вырванного из контекста – был у него абсолютно не прояснен.


"Парк"

Итак, многогранные повороты любви и крутые повороты эстетики – вот две темы, которые занимают Вишневу в последние годы. Тут нужно еще сказать, что Вишнева – быть может, самая свободная из российских балерин, но свободу она осуществляет в очень культурных, эстетически осмысленных формах. Приглашенными участниками программы были серьезные артисты: уже названные Владимир Малахов, Дезмонд Ричардсон, Светлана Лунькина из Большого, Бен Шультц, впечатляющий Минотавр из труппы Марты Грэм, и солисты Мариинки. И среди этих звезд – девочка Ольга Смирнова, талантливая ученица выпускного класса Вагановской академии (с партнером – тоже выпускником). Пожалуй, такое случилось впервые – обычно подобный патронат не в ходу у бенефицианток, их по понятным причинам не прельщает соседство юных. Диана же сама юна духом, и жест ее выглядит совсем естественным. И, думается, празднуя юбилей творческого пути, она захотела коснуться его начала – и сделала это изящно и остроумно: не имея тяги снова вступать в ту же реку, она не возвращается к ранним ролям, но выводит на сцену новую девочку, расцветающее дарование другого темперамента, другого типа, но в том же самом состоянии открытости будущему, в каком была сама Диана, когда начинала блистать – в таком же выпускном классе.


Выпускница Академии русского балета им. А.Я. Вагановой Ольга Смирнова

И этот жест оказывается более чем содержательным – во-первых, потому что показывает ту колоссальную дистанцию, которую прошла Вишнева за эти пятнадцать лет, во-вторых, потому, что этим в бенефис вводится благородная тема: оммаж педагогу, поклон состоявшейся балерины своему учителю. Ведь многообещающая вагановка Смирнова – воспитанница той самой Людмилы Ковалевой, которая учила и Диану. Путь состоялся – мы празднуем юбилей выдающейся балерины. С одним нюансом: неизменным внутренний образ вовсе не остался, и за юношеской лучезарной ясностью обнаружились непознанные глубины всё новых лабиринтов.


Фото: пресс-служба Мариинского театра/ Наташа Разина.


Последний раз редактировалось: Елена С. (Вт Сен 16, 2014 9:30 pm), всего редактировалось 2 раз(а)
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20641
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Июл 04, 2011 9:32 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2011070401
Тема| Балет, Чеховский Фестиваль, "Золушка", Персоналии, Мэтью Боурн
Авторы| Лейла Гучмазова
Заголовок| Сказка военного времени //
Мэтью Боурн: «Мне хотелось вернуть «Золушку» домой, потому что музыка ее была написана здесь, в России»

Где опубликовано| "Итоги" №27 / 786
Дата публикации| 20110704
Ссылка| http://www.itogi.ru/iskus/2011/27/167036.html
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ



На Чеховском фестивале начались показы знаменитой «Золушки» в постановке Мэтью Боурна. Возмутитель спокойствия, известный скандальной постановкой «Лебединого озера», на этот раз удивляет знаменитой сказкой на музыку Сергея Прокофьева, которая меньше всего похожа на сказку.

— Еще года два назад, приехав на Чеховский фестиваль, вы говорили, что очень хотите привезти в Москву «Золушку». Почему именно ее?

— Мне хотелось вернуть «Золушку» домой, потому что музыка ее была написана здесь и соответственно премьера балета должна была состояться в России. Но теперь на сцене немножко другая «Золушка», с английским акцентом, в которой очень много от моей личной истории. Два этих обстоятельства вместе показались мне весомыми. Во всяком случае достаточными для того, чтобы привезти сюда этот спектакль.

— У вас одна из самых полных версий партитуры. Почему вы вернули туда все купюры?

— Когда я в первый раз ставил «Золушку» в 1998-м, то использовал прокофьевскую партитуру целиком. Сейчас уже смотрел на обновленную постановку глазами режиссера. Какие-то сцены показались длинноваты, их я решил подсократить, а часть музыкальных фрагментов пришлось поменять местами, чтобы они выглядели эффектнее. Но первый и третий акты музыка идет точно так, как написано у Прокофьева. Это действительно одна из самых полных балетных версий.

— Значит, отношения с наследниками Прокофьева у вас лучше, чем у многих русских хореографов. Как вам это удалось?

— Семья Прокофьева уже очень долго живет в Англии. Сначала я познакомился с Олегом, сыном композитора. Он был художником, приходил к нам на репетиции и делал зарисовки, на этой почве мы познакомились и очень сдружились. Когда он умер, в театре появился Габриэль, внук Прокофьева. Это такой вполне модный молодой человек современных взглядов. И как-то так получилось, что моя версия «Золушки» — его любимая постановка этого балета.

— В спектакле вместо сказочных интерьеров на сцене разбомбленные здания и маскировочная сеть, вместо королевского бала вечеринка с отпущенными в увольнение военными, а Золушка влюбляется не в принца, а в летчика ВВС Великобритании…

— Я исходил из музыки и, мне кажется, приблизился ко времени ее написания. К тому же это правда моя личная история: в Лондоне времен Второй мировой жили мои бабушки, дедушки и родители, которые были тогда детьми. У каждого в Британии есть какая-то своя, личная связанная с войной история. И со Второй мировой, и с Первой. Так или иначе, война есть в прошлом каждой британской семьи, и это удалось воспроизвести в спектакле. Но на самом деле мой спектакль не о самой войне, не о битвах и сражениях, не о героической борьбе и выживании. Он скорее о людях во время войны и о том, как они с этой ситуацией пробуют справиться. К сожалению, я не могу ничего сказать о российском восприятии войны, потому что очень мало об этом знаю. Но мне кажется, большая история всегда и везде складывается из таких вот личных историй. Мой спектакль как раз о том, что это пережили все абсолютно. Все воевавшие страны.

— Я заметила, что вмонтированная в спектакль хроника тех лет с инструкциями, как вести себя во время обстрела, для сидящих в зале студентов была открытием.

— Это как раз другая мысль, которую я хотел донести до зрителя. Мне было важно правильное восприятие этого периода молодым поколением, потому что они просто не все знают и не так воспринимают. Именно поэтому я и вставил хроникальные кадры — чтобы показать, что вообще-то история реальная. Это не сказка вовсе, все это было на самом деле.

— В «Золушке» есть гротеск, но в отличие от других ваших спектаклей почти нет иронии.

— Действительно, иронии в «Золушке» меньше. Здесь достаточно прямолинейный путь подачи сюжета. Но он только с одной стороны прямолинейный, а с другой — там есть свои подводные камни. Что-то происходит наяву, а что-то в мечтах, в воображении Золушки. На самом деле второй акт вообще вне реальности — одни фантазии.

— Ну да, Золушка военной поры танцует вальс не в бальном платье, а в белом макинтоше, и вокруг кружатся пилоты — все в белом, белом.

— В моем представлении это души погибших. Потому они и в летных костюмах, что поднимаются в воздух, на небо. Здесь нет иронии. Важно было рассказать саму историю немножко нестандартно. Притом мне очень хотелось, чтобы главные герои были правдоподобными, чтобы это были некие реальные люди.

— Но принц у вас — настоящий манекен с деревянной пластикой…

— Счастье Золушки в том, что она влюбилась в совершенно обыкновенного реального человека, такого же, как она. История очень простая. Встретились, быстро полюбили и потом потеряли друг друга на войне. Дальше он уже вырастает до образа героя — в ее воображении. Но в результате она возвращается в госпиталь к этому абсолютно земному человеку. И обретает свое счастье. Счастье во дворце — это сказка. У меня принц совершенно обычный человек. И именно поэтому на сцене в финале появляется вторая потенциальная Золушка, а с ней ангел-хранитель. Он выбирает, кому следующему из людей подарить обычное человеческое счастье.

— А вы сами — Золушка или ангел-хранитель?

— Я ощущаю себя больше ангелом, потому что он в спектакле вертится все время среди людей, контролирует жизнь на земле — и я примерно таким же образом контролирую свою компанию. Жизни тех людей, с которыми работаю.

— Когда четыре года назад вы привезли в Москву эпатажное «Лебединое озеро», где всех героев танцуют мужчины, вы чувствовали себя победителем? Все-таки показали стране с закостенелым балетом некий новый взгляд на вещи...

— Нет, приехал-то я на Чеховский фестиваль, основная задача которого познакомить публику здесь, в Москве, с новыми идеями в области театра, существующими в мире. В контексте фестиваля мой приезд с «Лебединым озером» был очень органичен. И важное замечание: наверное, я бы побоялся приехать так просто, на гастроли, а для фестиваля наше появление было оправданно. И самое главное, что касается взглядов на балет. Если внимательно посмотреть «Лебединое озеро», любой человек найдет там огромное уважение к композитору, к музыке, к истории, рассказанной в этом балете изначально. Все это там есть, безусловно. Иногда, особенно поначалу, его воспринимали шокирующим. Но на самом деле это произведение выросло из уважения.

— Тогда почему возможность показать его в Москве обсуждалась так долго и так томительно?

— Во-первых, это очень большой и дорогой спектакль. И, во-вторых, действительно требовалось время.

— Вашей главной заслугой считается то, что вы превратили балет в шоу и привлекли молодежь. Вам не обидно, что некоторые ваши идеи трактуются плоско? Ведь в том же «Лебедином озере», которое многие прочли как примитивную «гей стори», на самом деле куда больше смыслов?

— Я отвечаю только за свою интерпретацию и не могу требовать, чтобы зал все воспринимал именно так, как я задумывал. Почему пришли новые зрители? Они увидели в моих постановках очень похожих на себя людей. Реальных, а не небожителей классического танца, к которым нельзя прикоснуться. И у меня все-таки получилось сделать то, что я пытался: заставить публику подумать о чем-то новом, увидеть что-то свое даже во всем известной истории, рассказанной непривычно.

— Если представить, что вас позовут на новую постановку в российский театр?

— На самом деле я хорошо знаком только с двумя российскими грандами, Большим и Мариинским театрами, — по их гастролям в Великобритании. Заезжали к нам и труппы поменьше, например Михайловского театра, но как-то не удалось мне их внимательно рассмотреть. Что касается постановок, я настолько привык работать со своими, что другая труппа — не только российская — для меня под вопросом. Мне как воздух необходимо быть окруженным пониманием и энтузиазмом, чтобы люди разделяли мои мысли и идеи. Думаю, что если бы я такой красивый появился в чужой балетной труппе, то, наверное, какая-нибудь звезда русского балета могла бы посмотреть на меня косо. Я попытался бы найти общий язык и добиться одобрения, но в такой ситуации уже потерял бы доверие к самому себе. Но я с удовольствием поработаю с группой молодых танцоров, которые согласятся принять именно тот стиль работы, который у меня есть.

— Говорят, к вам давно приглядывается Большой театр?

— Вчера худрук балета пришел на представление… На самом деле мне очень интересно поставить рядом в афишу классическую версию балета и, допустим, мою. У меня есть и «Лебединое озеро», и «Щелкунчик». Почему бы нет?

— Подозреваю, что Большой не все ваши идеи примет на ура. Я вот не могу себе представить, чтобы какая-то российская труппа вытащила на балетную сцену портрет Сталина — как вы вытащили портрет Черчилля.

— Почему вы считаете, что я храбрый? Что, здесь не любят Черчилля? Это на самом деле просто вопрос исторической корректности. Если Черчилль был частью той эпохи, то его портрет может появиться в спектакле. У нас в Великобритании к нему до сих пор относятся как к герою.


Идентификация Боурна



Режиссер и хореограф Мэтью Боурн родился в январе 1960 года в Лондоне. Подростком был завсегдатаем Вест-Энда, где смотрел все мюзиклы подряд и охотился за автографами звезд. С 18 лет начал работать клерком в BBC. Потом стал продавать театральные билеты и только в 22 года поступил в знаменитый Центр движения и танца Рудольфа Лабана. Обучение в центре ведется по всем направлениям танца — от классического балета до новейших течений contemporary dance. Едва закончив учебу, Боурн вместе с двумя коллегами основал собственную танцевальную труппу Adventures In Motion Pictures, попытавшись соединить эстетику балета, кино и шоу-бизнеса. Как профессиональный хореограф и директор работает с 1987 года. Ставит мюзиклы, музыкальные фильмы на BBC, спектакли в собственной компании. Самые известные из них — «Эдвард руки-ножницы», «Кар Мэн», «Пьеса без слов», «Лебединое озеро», «Дориан Грей». Три последних в разные годы были включены в программу Международного театрального фестиваля имени А. П. Чехова. В 2002 году Мэтью Боурн стал художественным руководителем труппы New Adventures. Обладатель многочисленных наград. Среди них — «Тони» за лучшую хореографию и режиссуру (Боурн — единственный британец, сумевший получить «Тони» сразу в двух этих номинациях) и премия Лоренса Оливье. Награжден орденом Британской империи.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20641
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Июл 04, 2011 9:40 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2011070402
Тема| Балет, Чеховский Фестиваль, "Золушка", Персоналии, Мэтью Боурн
Авторы| Ольга Галахова, театральный критик, главный редактор газеты "Дом актера"
Заголовок| Золушка под бомбами
Где опубликовано| РИА Новости
Дата публикации| 20110701
Ссылка| http://rian.ru/theatre/20110701/396242397.html
Аннотация| Фестиваль


© Фото: Simon Annand, предоставлено МТФ им.А.П. Чехова

Британский хореограф Мэтью Боурн, награжденный самыми престижными премиями и у себя на родине, и в США, вошел в число любимчиков нашего Чеховского фестиваля. Четвертый раз он и коллектив "New Adventures", им созданный, привозит в Москву свои балеты. В 2011 году раз это "Золушка".

Спектакль этот – 1997 года, то есть мы смотрим балет спустя четырнадцать лет после его создания. С одной стороны, Боурн – твердая валюта фестиваля, обеспечивающая аншлаги, с другой, – есть что-то в таком отборе лишенное риска. Когда делается ставка на спектакль столь давний, впору задаться вопросом о стратегии первого театрального форума страны. Радость встречи со спектаклем, обкатанным на протяжении многих лет, несет какой-то привкус провинциальности. По сути, в рамках фестиваля проходят коммерческие гастроли "New Adventures": 12 дней отданы этой труппе, и в Театре им. Моссовета пять из этих дней спектакли будут играться дважды.

Невольно стирается грань между фестивалем, открывающим новое в мировой театральной культуре, и фестивалем как прокатной площадкой для успешных авторитетов. Это дело выбора устроителей. Залы полны, билеты проданы, привезенное искусство востребовано. Однако мы помним, как когда-то чеховский фестиваль открывал имена и театральные культуры, как фестиваль рисковал, как фестиваль восполнял то, чего недоставало на российской сцене.


© Фото: Simon Annand, предоставлено МТФ им.А.П. Чехова

Безусловно, был свой резон показать в Москве именно "Золушку", поставленную Боурном на музыку Сергея Прокофьева и перенесенную в Лондон военных сороковых. С одной стороны, музыка нашего гения, с другой, – история, вырванная из плена классического либретто по Шарлю Перро, пронизанная британскими контекстом.

Режиссер перенес время действия в годы Второй мировой войны по нескольким причинам. Композитор писал музыку к этому балету всю войну. Мэтью Борн в одном из своих интервью напоминает, что премьера в Большом театре состоялась в 1946, а в Лондоне – в 1948. Почему, задается вопросом хореограф, в столь мрачное время, сюжет о Золушке так манил художников? "Я стал копаться в самой истории "Золушки" … в военном времени любовь могла быть найдена и внезапно потеряна, мир танцевал, как будто завтра не будет". В завершение всего бабушка и дедушка Мэтью рассказывали своему внуку о том, как бомбили Лондон. Место действия второго акта балета хореограф обозначил исторически и географически конкретно: легендарное кабаре "Кафе де Пари" в районе Сохо, в которое 8 марта 1941 году попала бомба, убившая или ранившая 100 танцующих пар.

Это состояние – смеяться и танцевать во время войны, – точно подмечено Мэтью Борном. Солдатам на фронтах, населению в тылу в тогдашнем СССР тоже остро требовалась комедия, спектакли и кино о любви с песнями и танцами. Люди не хотели в войну думать о войне.


© Фото: Simon Annand, предоставлено МТФ им.А.П. Чехова

Мэтью Боурн подробно объясняет свои источники вдохновения: он с детства обожал кинематограф, в своей страсти был последователен и собирал автографы, есть даже автограф Чарли Чаплина и короткая переписка с ним. При создании "Золушки" вспоминал фильмы, созданные во времена Второй мировой войны.

В спектакле три полноценные акта, как всегда у Мэтью Боурна, с впечатляющими добросовестными декорациями (художник Лез Боазерстоун): тут тебе и мост, и метро, и танцевальный зал "Кафе де Пари". Декорации на глазах у зрителей могут трансформироваться, съезжать таким образом, что отделят пространство грез от реальности.

Золушка – изгой в большой британской семье, дочь военного, который прикован к инвалидной коляске, у нее две сводные сестры и три брата, которые даны карикатурно. Мачеха похожа на злую ведьму с одной поправкой: хороша собой, однако, как и полагается по клише, стерва, к тому же прикладывается к бутылке.

Сестры пошли в маму – обозленные стервочки. Характер каждого из братьев отмечен какой-нибудь яркой краской. Один все время запускает самолетик, другой – переросток в пижаме и очках, в нем запоздало и не без некоторой маниакальности проснулся интерес к проблемам пола. Все они с радостью травят Золушку. Первый акт – дом, встреча Золушки с возлюбленным. Второй – бал в знаменитом кабаре, где она становится царицей кабаре, сцена любви, интимной близости, бегство домой, бомбежка, третий – госпиталь, в котором оказывается Золушка, а потом и ее возлюбленный пилот, где они случайно встречаются, чтобы уже не расстаться.

Примерно так Мэтью Боурн складывает свой сюжет, который мог бы развиваться с меньшей произвольностью относительно оригинала Перро, и тогда с большей внятностью. К примеру, туфелька – важный знак этой сказки, оказывается ненужной, хотя и вынесена на занавес. И в спектакле создатели стараются всячески подать серебряную пару бальных туфель на каблучке, но выглядит такая подача иллюстративно.

Сюжет с примеркой сестрами туфель, казалось бы, такой хореографический, игнорирован вовсе. Пилот (он занимает положение Принца), у которого ночью оставляет Золушка свою туфлю, носится с ней по темным районам Лондона, его даже избивают, но воры не зарятся на этот трофей.

В госпитале, очнувшись, Золушка достает свою серебряную туфлю. Ей Боурн даже поставил номер, в котором она танцует, обутая на одну ногу. Влюбленные сложат при встрече в больнице и пару туфель, и свою счастливую пару. Такое решение не выражено хореографически, с театральной, сценической точки зрения весьма наивно, чего не скажешь, к примеру, про эпизод во втором акте, когда весь мужской состав участников бала очарован и восхищен Золушкой, явившейся в белом, украшенном серебром платье. Боурн ставит такой танец, когда к Золушке выстраиваются в ряд все кавалеры, и она одна танцует со всеми. Остроумная, оригинальная мысль хореографа!

Вместо Феи здесь Ангел, который управляет и сказочным сюжетом, и ходом всего представления. Он – дирижер спектакля, отделяющий мир грез, сна от реальности. Есть в спектакле и документальная хроника 40-ых, в которой учат, как спасаться от бомбежки, показывают кадры самой бомбежки, а потом в спектакле появляются наяву сцены из жизни военного Лондона с проститутками в метро, ворами и криминальными элементами на ночном мосту. Вся эта фактура сделана честно и тщательно, богато и качественно. Однако не покидает по ходу всего спектакля чувство, что музыка Сергея Прокофьева намного глубже происходящего на сцене.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20641
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Июл 04, 2011 10:02 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2011070403
Тема| Балет, фестиваль DanceInversion, Труппа Элвина Эйли, Персоналии,
Авторы| Анна Галайда
Заголовок| Африканское счастье
Где опубликовано| Газета "Ведомости", № 120 (2886)
Дата публикации| 20110704
Ссылка| http://www.vedomosti.ru/newspaper/article/263261/afrikanskoe_schaste
Аннотация| ФЕСТИВАЛЬ

Американский театр танца Элвина Эйли не выступал в Москве с советских времен. За 20 с лишним лет труппа сменила не только руководителей и танцовщиков, но и направление

Гастроли, проведенные при поддержке посольства США, шли под маркой Dance Inversion. В конце 1990-х этот фестиваль был одним из главных событий в области хореографии, но по разным обстоятельствам оказался замороженным почти на 10 лет. Теперь Dance Inversion возрождается и в следующем сезоне представит проекты один соблазнительнее другого.

Опередившая всех труппа Элвина Эйли — одна из старейших компаний современного танца — показала в Москве две большие программы.

Свое наследие американцы блюдут не менее тщательно, чем наши балетные театры: почти наполовину гастрольные программы состоят из постановок Эйли, а весь летний европейский тур театра посвящен 50-летию легендарных «Откровений». Спектакль стал знаковым и благодаря своему содержанию — это был уникальный танцевальный плакат в честь афроамериканской культуры, — и благодаря совершенной форме, изумительную пластичность расы сочетающей с лаконичной, но выразительной хореографией. Перед живым исполнением «Откровений» пускают видео, в котором о постановке рассказывает сам Эйли, а его речь перемежается записью спектакля, в котором танцует он сам и его артисты первых наборов. Рассказ Эйли и сопровождающая его хроника жизни деревень американского Юга важны для понимания контекста. Но они вместе с кадрами первых исполнений провоцируют тот же эффект, что и записи великих русских балерин перед посвященными им юбилейными спектаклями: жизненной силой и правдивостью убивают с технической точки зрения, может, и более совершенных современных танцовщиков, чаще всего воспроизводящих лишь форму старых постановок.

Таковы и работы современных хореографов, сотрудничающих с театром Эйли. Каждый из них с помощью мощных точеных тел составляет не песню протеста или страстную молитву, а эффектный дискотечный калейдоскоп. Танцовщики легко вьются во вращениях и прыгают из самых немыслимых позиций. Но задержаться в репертуаре на полвека имеет шанс разве что «Охота» Роберта Баттла, который сумел объединить набор уникальных кульбитов сакральным смыслом. В этом спектакле танцовщики, вероятно, и сами ощущают, что хореограф способен придать новый смысл их профессиональной деятельности: именно Баттл во время гастролей в Москве был объявлен новым художественным лидером Американского театра балета Элвина Эйли.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20641
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Июл 04, 2011 10:27 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2011070404
Тема| Балет, фестиваль DanceInversion, Труппа Элвина Эйли, Персоналии,
Авторы| Лейла Гучмазова
Заголовок| Красота по-американски //
Легендарный Американский театр танца Элвина Эйли в Москве

Где опубликовано| "Итоги", №27 / 786
Дата публикации| 20110704
Ссылка| http://www.itogi.ru/arts-balet/2011/27/167044.html
Аннотация| ФЕСТИВАЛЬ



Международный фестиваль современного танца DanceInversion — мерцающий проект Московского музыкального театра имени Станиславского и Немировича-Данченко. С конца девяностых из-за скромных возможностей театра он живет в нерегулярном режиме, но всегда привозит знаменитые труппы. В этом году главные события феста развернутся осенью, а пока в афише громкий «затакт»: живая легенда Америки Театр танца Элвина Эйли.

Есть соблазн назвать эту труппу явлением социальным — примерно таким же, как баскетбол или рэп для афроамериканцев, но этот соблазн преодолим. Да, лучшие, самые характерные постановки труппы — антирасистские. Они программно воспевают красоту черного человека, круто замешаны на его специфичной пластике, а также блюзе, спиричуэлсе, приплясах чернокожих прихожан в баптистских церквях Юга и праздниках после какого-нибудь сбора хлопка на плантации. Если бы труппе понадобился гимн, идеально подошел бы Let My People Go Армстронга, красивая песня о грустном. Но отцу-основателю труппы Элвину Эйли, чье имя навсегда осталось в ее названии, хватило здравого смысла не ограничить себя рамками продвинутого фольклора черной расы. В результате он дождался, что Конгресс США объявил его труппу «американским культурным послом мира».

Эйли учился у икон американского модерн-данса, начиная с Марты Грэм, и классическому балету, что наслоилось на его происхождение и определило широту подхода к танцу. Сегодня изначально авторская труппа, ведущая свою родословную с 1958 года, гордится репертуаром от почти сотни хореографов разных стран мира.

Благодаря этому обстоятельству артисты труппы могут соорудить академический балетный пируэт в «Помазаннике» Кристофера Хаггинса или завести зал ритуальными ритмами в брутальной «Охоте» Роберта Баттла, где по-настоящему блеснула мужская часть труппы. Но, как ни крути, лучше всего у них выглядит именно собственная классика в жанре, придуманном Элвином Эйли. Посвященный «всем темнокожим женщинам, особенно нашим матерям» краткий «Крик» и прежде всего знаменитые «Откровения» 1960 года отвечают начальному посылу Эйли создать труппу с собственной эстетикой. Сделанные в свое время и, что скрывать, сейчас иногда выглядящие наивно, эти спектакли нежданно принесли нынешней сцене нечто актуальное. Вокруг асексуальность и бесполость? А в спектаклях труппы Элвина Эйли умопомрачительной красоты негритянки в широких юбках с оборками соблазняют шикарных кавалеров. Вокруг умствование и вымороченность? А здесь витальность и любовь к жизни, в которой всегда есть место празднику. Умноженные на животную органику исполнения, эти постановки противостоят театру дистиллированных форм и просчитанных эмоций. Это как солнечный луч, осветивший сцену вместо софитов. В финальном танце, отлично отрепетированном за последние пятьдесят лет, несколько артистов даже подпевали.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20641
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Июл 04, 2011 11:55 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2011070405
Тема| Балет, Чеховский Фестиваль, "Золушка", Персоналии, Мэтью Боурн
Авторы| Анна Галайда
Заголовок| Жертва ностальгии
Где опубликовано| «Эксперт» №26 (760)
Дата публикации| 20110704
Ссылка| http://expert.ru/expert/2011/26/zhertva-nostalgii/
Аннотация| Фестиваль

«Золушка» Мэтью Боурна на Чеховском фестивале красиво вписалась в эпоху Второй мировой войны, но в ней не прижилась


Фото: Архив пресс-службы

Со времени первой постановки, пришедшейся на победный 1945 год, «Золушка» остается почти обязательным блюдом любого балетного театра. Но это вовсе не означает, что среди вариаций на тему сказки Перро много удач. Партитура Прокофьева была и остается для хореографов головной болью: когда-то музыка устрашала своей «непонятностью» и «сложностью», потом — трехактной подробностью и всегда — неудобным сочетанием философской обобщенности с простодушным сюжетом.

Мэтью Боурн относится к тем редким постановщикам, кому, казалось, самим Богом велено взяться за прокофьевскую «Золушку». Он прославился полнометражными балетами и сочетанием мобильности и внятности, умением передавать сюжет и видеть его в новых ракурсах. В его культовом «Лебедином озере» главным действующим персонажем оказались члены королевской семьи, отпрыск которой бегал ночами в городской парк на свидание с лебедем, действие «Кармен» (Car Man) он перенес в автомастерскую, а детей из «Щелкунчика» переселил в приют. Но это транспонирование классических сюжетов в иное время и пространство у Боурна всегда влечет за собой открытие новых смыслов.

Поэтому перенос действия «Золушки» в Лондон времен Второй мировой войны не выглядел экзальтированным стремлением вывернуть классиков наизнанку, тем более что для музыки Прокофьева обстановка эпохи чарльстонов оказалась гораздо более естественной, чем сказочное царство — некое государство с фальшивыми театральными бриллиантами, фижмами и пуантами, на которых приклеенная мишура обычно обозначает их волшебность.

Кадры документальной хроники, звуки бомбежек, эффектно рушащиеся дома, портрет Черчилля в подземке, а на занавесе — шпиль Св. Павла (сценограф Лез Бразерстоун) Боурн легко вписывает в классический сюжет. Любимец лондонского Вест-Энда, он виртуоз в создании новых театральных иллюзий. Его Золушка оказывается дочерью инвалида войны, у которого детей так же много, как медалей на груди: к двум просто неприятным во всех отношениях сестрам прибавляются три сына, каждый из которых страдает собственными маниями. Мачеха тоже в наличии, причем жизнь (или война?) довела ее до того, что она пытается удушить собственными руками падчерицу и бесплатную домработницу своей большой семьи. Судя по обстановке гостиной, тоже тщательно воспроизведенной на сцене, пенсия по инвалидности в Великобритании была вполне достойной, позволяла эффектно наряжать женскую часть семьи, а забитой дочке приобрести вполне сказочные туфельки. Избранник же из принцев переведен в бравого летчика военно-воздушных сил, и у него появилось наконец собственное имя — Гарри.

Знакомство главных героев происходит во время бомбежки, а дальнейшее развитие их отношений легко представить в параллельных плоскостях реальности и больного воображения, где белый ангел вполне естественно ощущает себя в бытовых интерьерах «Кафе де Пари», в котором любят отрываться мирные граждане и военные. Боурн лихо уворачивается от неудобных рудиментов классической сказки: на музыку национальных танцев, когда принц искал Золушку по всему миру, ставит сцены с городскими проститутками на Оксфорд-стрит, опрокидывает на кровать полет героев в «Звездном вальсе», вместо аллегорических времен года запускает ансамбль пожарных и придумывает вставные номера для братцев там, где раньше героиня плясала с кастрюлями и чашками. Он отрывает одни купюры и тут же штампует другие, а образующиеся трещины надежно заливает бетоном актерских гэгов.

История «Золушки» летит к финалу беспрепятственно, не позволяя действию и секундной проволочки, — даже удивительно, почему успел так истосковаться по Золушке пилот Гарри. Хореограф устраивает перпетуум-мобиле: события сменяют друг друга, но глаз устает от них, как от колебания компьютерных волн, они создают движения, но не порождают ни эмоций, ни мыслей. Самая эффектная сцена — вечер в «Кафе де Пари»: то ли счастливая мечта Золушки, то ли явь из жизни Гарри, когда они вдвоем предстают героями голливудского фильма. Ностальгия по героям «Моста Ватерлоо» оказывается единственным очевидным поводом, вызвавшим к жизни спектакль Мэтью Боурна.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20641
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вт Июл 05, 2011 9:42 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2011070501
Тема| Балет, фестиваль DanceInversion, Труппа Элвина Эйли, Персоналии,
Авторы| Наталия Звенигородская
Заголовок| Афроамериканская мечта //
В Москве открылся фестиваль DanceInversion

Где опубликовано| "Независимая газета "
Дата публикации| 20110705
Ссылка| http://www.ng.ru/culture/2011-07-05/7_american_dream.html
Аннотация| ФЕСТИВАЛЬ


Полвека назад спектакли Эйли были тем же, что и речи Мартина Лютера Кинга.
Фото ИТАР-ТАСС


В 1997 году Московский музыкальный театр имени Станиславского и Немировича-Данченко организовал в России первый Американский фестиваль современного танца (ADF). Потом были ADF/Россия, две версии EDF (Европейского фестиваля современного танца), шумные гастроли. В 2003-м возникло название DanceInversion, в полной мере отражающее основную цель – представить современную мировую хореографию в смешении направлений, от чистого contemporary до экспериментов академических балетных трупп. В 2011-м – новый формат.

В этот раз фестиваль продлится до декабря. В его афише – французская компания Монтальво-Эрвье, Польский театр танца, итальянский «Атербалет», Нидерландский театр танца, трехдневный Фестиваль фламенко, «Короли танца. Опус 3» и новый проект Дианы Вишневой «Диалоги». Открыл фестиваль коллектив-легенда – Американский театр танца Элвина Эйли.

Основатель труппы, чье имя она носит с первого дня, родился в 1931 году в штате Техас. Как сам не раз напоминал: «Чернокожий – в расистской стране». В конце 1950-х в хореографии он стал для афроамериканцев почти тем же, кем Мартин Лютер Кинг – в политике. Его спектакли рождала «память крови». Но этнический танец в чистом виде Эйли не интересовал. Получив из первых ног – от Лестера Хортона, Марты Грэм, Дорис Хамфри, Чарлза Вейдмана – уроки танца модерн, в 1958-м он создал собственный театр и всю жизнь развивал уникальный пластический язык. Этот язык, на котором могли изъясняться лишь освоившие всевозможные техники танцовщики-универсалы, был тем не менее совершенно определенно окрашен. Имел свои особенности «произношения» и «написания». Неповторимый колорит, обусловленный культурной и телесной памятью потомков выходцев с Черного континента.

За полвека изменилась Америка, а вместе с ней и театр Элвина Эйли. Сегодня здесь с гордостью говорят о том, что труппа – мультирасовая, а огромный суперсовременный танцевальный центр располагается в одном из крупнейших зданий Манхэттена. Компания объединяет основную труппу из 30 человек, юниоров («Эйли-2») и собственную школу. После смерти Эйли в 1989 году ее возглавила бывшая прима Джудит Джеймисон, 1 июля 2011-го уступившая пост художественного руководителя танцовщику и хореографу Роберту Баттлу.

Центральное место в репертуаре по-прежнему занимают постановки Элвина Эйли. Визитной карточкой труппы и гвоздем московских гастролей стали «Откровения». Балет-воспоминание об американском Юге на музыку негритянских спиричуэлс хореограф создал в 1960 году. Но теперь, костюмный и красочный, он показался бледнее, чем на старой черно-белой кинопленке (представление предварял пятиминутный фильм «50 лет Откровениям», снятый специально к юбилею шедевра). Стираются акценты, унифицируются пластические характеристики. Богатство интонаций и внутренний импульс уступают место энергетике мышц. Еще очевиднее потери – для трагического соло «Крик». Эйли сочинил его в 1971 году, посвятив «всем темнокожим женщинам, особенно – нашим матерям». Когда-то в нем потрясала Джудит Джеймисон. Движения ее танца рождались не в репетиционном классе. В нем кричала непорабощенная душа. Сегодня же сохранен лишь формальный рисунок. О силе былого впечатления остается догадываться.

Родившийся из уникального опыта очень талантливого человека, современный театр Элвина Эйли не увлекает ни новым видением, ни художественными и техническими возможностями артистов, ни фантазией хореографов (помимо спектаклей Эйли в программу гастролей вошли постановки Джеймисон, Баттла и Кристофера Хаггинса). Является ли потеря самобытности платой за равенство? А может, это дань эпохе всеобщей унификации и массовой культуры? Или все проще: если отец-основатель умер, не стоит подключать его детище к аппарату искусственного дыхания.


Последний раз редактировалось: Елена С. (Вт Сен 16, 2014 9:31 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20641
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вт Июл 05, 2011 9:45 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2011070502
Тема| Балет, фестиваль DanceInversion, Труппа Элвина Эйли, Персоналии,
Авторы| МАЙЯ КРЫЛОВА
Заголовок| Убаюкай мою душу //
Гастроли Театра танца Элвина Эйли прошли с активным участием публики

Где опубликовано| "Новые Известия"
Дата публикации| 20110705
Ссылка| http://www.newizv.ru/culture/2011-07-05/147187-ubajukaj-moju-dushu.html
Аннотация| ФЕСТИВАЛЬ


Броское мастерство танцовщиков буквально завораживало зрителей

Американский Театр танца Элвина Эйли несколько дней выступал в Москве. Этим проектом открылся многомесячный фестиваль современного танца Dance Inversion, организованный Музыкальным театром имени Станиславского и Немировича-Данченко совместно с посольствами и культурными центрами США, Польши, Испании, Франции и Нидерландов.

Коллектив из Нью-Йорка существует более полувека, и все эти годы пользуется популярностью: компания объединяет две большие труппы, собственную школу, проводит мастер-классы для детей и взрослых и активно гастролирует по странам и континентам. Компания, основанная чернокожим танцовщиком и хореографом Элвином Эйли, родилась в период, когда США изживали остатки расовой сегрегации. Артисты новой труппы должны были показать миру, как интересен афроамериканский культурный опыт, если скрестить его с современным американским танцем. К счастью, основателю удалось избежать серьезной опасности получить на выходе всего лишь этнографическую диковину, и пресс-релиз гастролей гордо сообщает: сегодня это «мультирасовая труппа, открытая самым разным экспериментам».

Стиль американцев и впрямь неоднозначный. С одной стороны, основатель учился у Лестера Хортона, основателя особой техники современного танца, и это сполна унаследовано труппой: тело каждого исполнителя вызывает ассоциации с джазовым оркестром. Но достаточно одним глазом взглянуть на выступления танцовщиков Театра танца Элвина Эйли, чтобы увидеть своеобразие природной негритянской пластики, уловить отчетливый акцент народных плясок и услышать госпелы и спиричуэлс (традиционные мелодии афроамериканцев по мотивам Библии и евангелий).

Показанные балеты при том были достаточно разными. «Ночное существо» в хореографии Эйли – это забавные контакты сине-голубых «зверьков» из диснеевских мультиков, сплавленные со вполне взрослым эротическим напряжением. «Любовные истории» в постановке Джудит Джеймисон, наоборот, обходятся без физической любви, заменяя ее любовью к движению и танцу: балет решен как разминка артистов, переполненных энергией. «Помазанник» – сочиненные хореографом Кристофером Хаггинсом пластические поползновения некого доминирующего существа в белом, сопровождаемые яростным танцем его адептов, мужчин и женщин в красном и лиловом. «Крик» – несколько минут чистого джаза и пронзительное женское соло о нелегкой доле и жизненной энергии, преодолевающей депрессии и несчастья, поставленное Элвином Эйли в честь своей матери. «Охота» – силовой праздник мужского непослушания, сделанный нынешним руководителем труппы Робертом Баттлом. В этом сгустке боевых искусств и шаманских камланий шестеро участников под грохот барабанов топают, прыгают и кружатся в экстазе погони и преследования.

Показ «Откровений», самого известного творения Эйли, сопровождался коротким фильмом о возникновении этого шедевра: в ходе нынешнего гастрольного тура труппа отмечает 50-летие создания балета. Баптистские корни детства хореографа сказались на выборе музыки и хореографии: то, что в Америке называется «священный блюз», использовано для рассказа об эмоциях, переживаемых в непосредственном ощущении бога. В чувственном танце есть мольба о свободе и аллегория церемонии крещения, условное сбрасывание тяжких оков рабства и конкретные тяготы земного существования. А когда на табуреты, колеблясь, как пальмы на ветру, рассаживаются женщины в ярко-желтых платьях, такого же цвета огромных шляпах и с веерами в руках, которыми они кокетливо обмахиваются, а кавалеры в парадных жилетах декоративно обхаживают смеющихся дам, ты попадаешь в наивную и пылкую мечту о рае.

Финальные эпизоды «Откровений» проходили под дружные аплодисменты зала, благо мелодия знаменитого госпела Rocka my soul in the bosom of Abraham («Убаюкай мою душу на груди Авраама») изобилует подчеркнутым ритмом. Коллектив из Нью-Йорка хранит завет основателя: показывать балеты, которые понятны всем без исключения. «Я мечтаю, – говорил когда-то Эйли, – что мои родственники с фермы в Техасе смогут приехать на наш концерт и понять то, что происходит на сцене. Вот мое восприятие того, чем танец должен быть: формой, уходящей от элитарности».

Конечно, огромную роль в доступности этого искусства играет броское мастерство артистов. Танцовщики напоминают о жестких требованиях Эйли: у своих артистов он хотел видеть «длинную непрерывную линию ноги и ловкую работу ступней в сочетании с резко выразительной верхней частью туловища». Труппа отнюдь не рвется подать каждый танец как последнее откровение (и странно было бы ждать этого при столь многочисленных выступлениях), но демонстрирует уверенное мастерство. И этого вполне достаточно, чтобы очаровать публику: московские зрители так активно принимали американские пляски, что едва не выскочили на сцену.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20641
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вт Июл 05, 2011 9:58 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2011070503
Тема| Балет, фестиваль «Опералия» (Казахстан), Персоналии,
Авторы| Елена КУЗНЕЦОВА, фото Игоря БУРГАНДИНОВА
Заголовок| На нашей сцене – мировой балет
Где опубликовано| "Казахстанская правда"
Дата публикации| 20110705
Ссылка| http://www.kazpravda.kz/c/1309830003
Аннотация| ФЕСТИВАЛЬ

В рамках фестиваля «Опералия» в Центральном концертном зале «Казахстан» состоялся концерт «Звезды мирового балета», на котором присутствовал министр культуры РК Мухтар Кул-Мухаммед. Продюсер гала-концерта, заслуженный деятель искусств РФ Сергей Усанов, собрал в одной программе таких звезд мирового балета, как художественный руководитель, хореограф-постановщик и ведущий танцовщик труппы Staatsballet Berlin Владимир Малахов, премьеры его труппы – Надежда Сайдакова, Яна Саленко и Дину Тамажлакару, прима-балерина Шведского Королевского балета и Национального балета Королевства Нидерландов Юргита Дронин и премьер Норвеж­ского национального балета Йоэль Карреньо, а также премьеры Мариинского театра Денис и Анастасия Матвиенко.



А открыли вечер наши артисты – премьеры Национального театра оперы и балета им. К. Байсеитовой Мадина Басбаева и Таир Гатауов. Когда они исполняли па-де-де из «Щелкунчика», неожиданно случился технический сбой фонограммы, но Мадина и Таир, что называется, не дрогнули и дотанцевали, точно «попав в ноты» вновь зазвучавшего оркестра. Зал оценил мужество и выдержку танцовщиков и устроил им овацию.

Впрочем, аплодисменты сопровождали выход всех артистов.

В первом отделении преобладала классика, причем гости исполняли фрагменты балетов, которые идут у нас в театре, и это интересно зрителям и полезно молодым артистам. Па-де-де из «Корсара» показали Юргита Дронин и Йоэль Карреньо, а па-де-де из «Дон Кихота» замечательно станцевали Денис и Анастасия Матвиенко. Этот ряд именитых артистов достойно продолжили и наши премьеры – Гульфайрус Курмангожаева и Жандос Аубакиров, исполнившие дуэт Никии и Салора из «Баядерки».

Современную хореографию представили артистичный и обаятельный Дину Тамажлакару, вышедший на сцену под музыку Жака Бреля в композиции Б. Ковенберга «Буржуа», и Яна Саленко, поведавшая историю «Один год любви», которую сочинил Э. Клюг.

Второе отделение открывали Владимир Малахов и Надежда Сайдакова дуэтом из балета А. Прельжокажа Le Park на музыку Концерта для фортепиано с оркестром В.-А. Моцарта. В модерн-балете уже само сочетание старинной музыки и современных «сюжетов» и движений завораживает.

«Уединение» Йоэль Карреньо начинает танцевать в полной тишине, и вдруг, словно с неба, проливаются звуки органа, оркестра и голос певца. Это танец-монолог. «Тарантелла» Дж. Баланчина на музыку Л. Готшалька заведомо обречена на успех. В прошлом году на «Опералии» ее исполняли американцы Эшли Буде и Эндрю Вейет, в нынешнем – Дину Тамажлакару и Яна Саленко, которые просто летят, не касаясь пола, демонстрируя великолепную мелкую технику ног, при этом Дину еще успевает заигрывать с публикой… А кто сказал, что «Умирающий лебедь» – это обязательно балерина в белой пачке? Хореограф Мауро де Кандиа предложил ироничную интерпретацию для мужчины (Владимир Малахов).



Венчал концерт номер, поставленный главным балетмейстером нашего театра Турсынбеком Нуркалиевым и педагогом-хореографом Галией Бурибаевой. Это была своего рода презентация трех лучших пар нашей молодой труппы. Костюмы артистов отсылают к «Щелкунчику» (Мадина Басбаева и Таир Гатауов), «Корсару» (Гульфайрус Курмангожаева и Жандос Аубакиров) и «Дон Кихоту» (Гаухар Усина и Рустем Сейт­беков), но звучит музыка Ф. Мендельсона, цитаты из балетов лишь слегка обозначаются и на сцене «то вместе, то поврозь, а то попеременно» танцуют шестеро в сопровождении кордебалета.

После долгих поклонов за кулисами началась фотосессия – всем хотелось сфотографироваться с легендарными артистами.

Турсынбек Нуркалиев вспоминал, как 20 лет назад танцевал с совсем молодым тогда Владимиром Малаховым в «Лебедином озере» и «Даме с камелиями». Но это было в Алма-Ате, а теперь они встретились как старые знакомые уже в новой столице. Кстати, когда мы спрашиваем у приезжих артистов об их впечатлениях от Астаны, обычно они отвечают, что видели ее лишь мельком по дороге из аэропорта. На этот раз нашим гостям повезло – у них было время посмотреть город, поэтому впечатлениями они делились с удовольствием. Анастасия и Денис Матвиенко проехались специально на такси по центру: «Так все красиво, такие здания! Как будто в космос попадаешь – ощущения нереальные. А чистота какая!..» «Я бы еще на денек задержался», – смеется Денис.

«Мы были наслышаны о вашем городе, но такого не ожидали, – говорит Надежда Сайдакова. – Мы в восторге – настолько все необычно. Такой юный город и труппа юная, я желаю ребятам больших успехов».

Владимир Малахов тоже отметил, что столица растет и балет вместе с ней.

Он наслышан о строящемся театре оперы и балета и готов с радостью приехать на его открытие. Будем рады!
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20641
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вт Июл 05, 2011 10:08 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2011070504
Тема| Балет, Башкирский государственный театр оперы и балета, Персоналии, ЮРИЙ ГРИГОРОВИЧ
Авторы| Нина ЖИЛЕНКО, фото Александра ДАНИЛОВА
Заголовок| ПОДАРОК ЮРИЯ ГРИГОРОВИЧА УФИМЦАМ
Где опубликовано| "NewsUfa" Портал новостей города Уфы и Республики Башкортостан
Дата публикации| 20110704
Ссылка| http://newsufa.ru/index.php?part_id=553&news_id=5379
Аннотация|



Законы театральной жизни парадоксальны: зачастую финал только что завершенного дела быстро превращается в старт нового. Не успел закончиться в Башкирском государственном театре оперы и балета 73-й сезон блистательным фестивалем балетного искусства имени Рудольфа Нуреева, как уже состоялось совещание художественного совета с обсуждением будущей масштабной работы. Это балет «Корсар» А.Адана в постановке великого хореографа современности Юрия Григоровича.

Художник-постановщик Николай Шаронов, ученик знаменитого Валерия Левенталя и сам уже опытный, талантливый сценограф, на худсовете подробно рассказал о концепции будущего спектакля, показал макеты, эскизы декораций и костюмов, одобренные хореографом.
Юрий Николаевич только что побывал в Уфе и обговорил с генеральным директором театра Юрием Стульниковым и художественным руководителем балета Леонорой Куватовой детали предстоящего сотрудничества.
«Корсар» - один из старейших балетов классического наследия, он сохраняется в репертуаре многих театров мира более 150 лет. «Корсар» Юрия Григоровича имеет собственную историю. Балет любим хореографом со времен учебы в Ленинградском хореографическом училище, где его учителями были непосредственные сотрудники Мариуса Петипа, заставшие самого великого хореографа и помогавшие ему в постановках многих балетов, «Корсара» в частности. Впервые он поставил его в 1994 году в Большом театре России. В 2005 году представил новую версию в Краснодарском театре балета, два года спустя – на сцене Кремлевского театра в Москве, а вскоре «Корсаром» Григоровича насладились жители столицы Казахстана Астаны.
Теперь роскошный подарок готовится уфимским зрителям.
Юрий Николаевич знаком с башкирской труппой с 1993 года, когда он вместе со своим учеником Андреем Меланьиным поставил в башкирском театре «Тщетную предосторожность» П.Гертеля и предложил проводить в Уфе фестивали балетного искусства в память о гениальном танцовщике XX века, своем большом друге Рудольфе Нурееве.
Полтора десятилетия афишу театра украшают спектакли, поставленные великолепным Григом: «Дон Кихот», «Щелкунчик», «Лебединое озеро». Работа с Юрием Григоровичем – незабываемый эпизод в жизни театра, бесценные уроки мастерства для артистов башкирского балета. Новая работа вдохновляет коллектив и придает силы для полной творческой отдачи. А именно это качество больше всего ценит Мастер, девиз которого все знают – «Цель творчества – самоотдача».
Балет «Корсар создан по мотивам одноименной поэмы Дж.Байрона, но со временем сохранил лишь формальную связь с первоисточником: имена главных героев – Конрад, Медора, да романтический, вольнолюбивый дух байроновской поэмы. Но всегда зрителей привлекают приключения морских разбойников – корсаров, сильные страсти – любовь, коварство, предательство, похищение… Все это выражается танцем, сохранившим лучшее от Мариуса Петипа и озаренным неповторимой индивидуальностью Юрия Григоровича, под выразительную, эмоциональную музыку Адольфа Адана. Знаменитая картина «Оживленный сад», танцы одалисок, любовный дуэт в гроте, другие восхитительные сцены… Если вспомнить, что Юрий Николаевич – талантливый драматург и режиссер, что он никогда не дает скучать на своих спектаклях, то можно представить, какое захватывающее зрелище ожидает уфимских любителей балета.
Работа огромная – и для артистов, и для постановочных цехов. Спектакль будет готовиться в течение всего сезона, а его премьера откроет XVIII Международный фестиваль балетного искусства имени Рудольфа Нуреева.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска Часовой пояс: GMT + 3
На страницу 1, 2, 3 ... 10, 11, 12  След.
Страница 1 из 12

 
Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах


Яндекс.Метрика