Список форумов Балет и Опера Балет и Опера
Форум для обсуждения тем, связанных с балетом и оперой
 
 FAQFAQ   ПоискПоиск   ПользователиПользователи   ГруппыГруппы   РегистрацияРегистрация 
 ПрофильПрофиль   Войти и проверить личные сообщенияВойти и проверить личные сообщения   ВходВход 

Общество Друзья Большого балета
2009-12
На страницу Пред.  1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10  След.
 
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска
Предыдущая тема :: Следующая тема  
Автор Сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17930
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вс Дек 27, 2009 11:09 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2009122704
Тема| Балет, БТ, Персоналии, Мария Александрова
Авторы| Игорь Шнуренко
Заголовок| Мария Александрова: "С одной стороны, мы невероятно сказочные, а с другой – поцарапать можем"
Где опубликовано| "Деловой Петербург"
Дата публикации| 20091226
Ссылка| http://www.dp.ru/a/2009/12/26/Marija_Aleksandrova_S_od
Аннотация|
(первоначальный - менее причесанный текст был в Киоске 25.11 - см. на предыдущей странице - Елена С.)

Прима Большого театра Мария Александрова рассказала в интервью "Деловому Петербургу" о том, почему балерины – богини (но очень жесткие богини).



"ДП": Правда, что вы еще в раннем детстве самостоятельно выбрали, кем быть – и осуществили мечту?

Мария Александрова: Когда меня еще не было, мама хотела, чтобы у нее была Машенька-доченька-балериночка. И вот в восемь лет я увидела фильм про Вагановское училище, и поняла, что балет - это четкая система. Мне этому захотелось научиться.

Когда родители поняли, что это сознательный шаг, у нас даже был такой серьезный разговор на кухне, они говорили: "Машенька, это очень сложно, у нас там никого нет, мы не можем помочь". Я поняла, о чем они говорили, почему они так переживали, только когда пришла в театр. Я до сих пор помню, как тогда сказала "Это научит меня жизни". Это было в восемь лет. Знаете, как дети иногда бывают невероятно серьезны?

"ДП": И научило ли это жизни?

Мария Александрова: Потихонечку учит. Самое большое открытие во всей этой истории – это я сама. С каждой новой ролью я открываю что-то в себе, или пытаюсь открыть. То, что я стала людей понимать лучше – это правда.

"ДП": Раз фильм был о Вагановке, почему вы не поехали в Ленинград?

Мария Александрова: Потому что я москвичка, я же родилась здесь.

"ДП": То есть вы убежденная москвичка, и не могли бы жить в другом городе?

Мария Александрова: Запросто могла бы. Я каждый раз это делаю, когда выезжаю из Москвы в другой город.

"ДП": Сохраняется ли разница между тем, как танцуют в Петербурге, и как в Москве?

Мария Александрова: О разногласиях говорят больше люди, которые около, чем те, которые внутри. Отличаются краски, тона – если у Москвы более яркие краски, то у Москвы они более пастельные. Это как разница между художниками-импрессионистами и художниками-экспрессионистами.

Не зря Большой театр всегда был в красном, а Мариинский – в голубом. Мы яркие, а ребята в Мариинском более пастельные. Вообще, редко какая страна может гордиться тем, что в ней есть два таких великих театра, две великие труппы.

У меня очень хорошие отношения с артистами из Мариинского театра. Два-три года назад я выступала в Мариинском театре, исполняла Гамзати в "Баядерке" и Одетту-Одиллию в "Лебедином озере". Такого уж сильного отличия в традициях нет, и вписаться в петербургскую традицию для меня очень легко.

"ДП": Краски Большого театра всегда остаются с вами, где бы вы ни танцевали?

Мария Александрова: Я по своей натуре создание темпераментное. Это нельзя спрятать, прикрыть. Другое дело – научиться этим темпераментом владеть в разных ситуациях и стилях, чтобы оставаться при этом всегда искренней. Тогда получается здорово. Но я всегда стараюсь остаться самой собой.

"ДП": Трудно сейчас работать в Большом театре, с его нескончаемой реконструкцией и чехардой в руководстве?

Мария Александрова: Когда у Большого театра была большая сцена, привязка была очень сильная. Сейчас ее нет, и что-то потерялось. Это очень болезненная тема, на которую не очень хочется говорить. Все-таки смена масштаба проходит болезненно. Но мы не выбираем время, в котором живем. Время сейчас таково, и если ты не можешь на него повлиять, измени точку зрения.

ДП": Может быть, сейчас комфортнее было бы работать в каком-нибудь другом театре?

Мария Александрова: Дело не в комфорте. Творчество не создается в тепле и в уюте, с одной стороны. С другой стороны, сейчас и время такое, и есть возможность не замыкаться на одной точке. Если есть возможность, можно расширить себя, и не привязываться к одному месту.

"ДП": Художественный руководитель Большого театра отпускает вас на проекты в другие театры?

Мария Александрова: Было такое, что и не отпускали, было, что на мои контракты отправляли других людей. Сейчас, после некоторых историй, да, я могу одна куда-нибудь уехать, если захочу участвовать в других проектах. Творческая жизнь проходит быстро, а с другой стороны, быстро у нас ничего не делается.

"ДП": Из того, что впереди, можно о чем-нибудь рассказать, о будущих проектах?

Мария Александрова: Нет, нельзя. Не заставляйте – вдруг не получится. Надо жить, любить, не отчаиваться, очень важно помнить только хорошее. Я уверена, у каждого есть что-то такое, или кто-то, о ком можно подумать, и будет хорошо.

"ДП": Есть ли у вас жизненная программа: пройти через те или иные этапы, станцевать в Большом, в Мариинке, в Парижской опере... Надолго вперед вы планируете свою жизнь?

Мария Александрова: Я такое создание, что не планирую точно. Театр меня научил, что никогда не получается так, как ты планируешь. Но, чтобы ответить на этот вопрос, нужно раскрыть, что у меня сейчас в голове, а я не хотела бы этого делать, потому что есть опасность, что может что-то измениться. Боюсь сглазить. Вообще, я довольно спонтанное существо, если вы об этом.

"ДП": Бывает спонтанность контролируемая, на сцене…

Мария Александрова: Могу быть контролируемой, могу быть совершенно сумасшедшей, бесшабашной и неконтролируемой. Именно поэтому сложно со мной, сложно.

"ДП": Поэтому вы в Москве и живете – в Питере все было бы еще сложнее. Вы были бы еще больше на виду, о вас бы больше говорили. В Москве на тех, кто ведет себя экстравагантно, обращают меньше внимания, а мы в этом отношении провинциальнее.

Мария Александрова: Я не экстравагантное существо, это однозначно. Я такая хорошая девочка, но с буйным нравом. Когда у меня плохое настроение, люди замечают, что я не улыбаюсь. Значит, они ждут от меня всегда улыбки, позитива. Я могу быть и очень простой, и необычной, могу как-то совмещать все это с красотой – в хорошем смысле этого слова.

"ДП": А в театре к вам есть такое отношение, как к звезде?

Мария Александрова: Это надо не меня спрашивать.

"ДП": Ваши друзья в основном из балетного мира?

Мария Александрова: Они очень разные. Есть друзья и в труппе, но больше – вне труппы.

"ДП": Есть обязательные качества, которые обязательно иметь вашему другу?

Мария Александрова: Как-то странно все, бывает, завязывается - дружба сродни любви.

"ДП": Было ли в жизни, что вы на что-то делали ставку, и это не получалось?

Мария Александрова: Нет, я, наверное, не игрок, чтобы на что-то делать ставку. Не делала ставки никогда, просто жила искренне и честно.

"ДП": В прыжках вы смелы и даже безоглядны. Есть какие-то вещи, которых вы боитесь?

Мария Александрова: Конечно. Я боюсь высоты, и боюсь страхов всяких разных, боюсь самого ощущения страха.

"ДП": Но на сцене этого не чувствуется.

Мария Александрова: Знаете, я не могу этого объяснить, но на сцене мне просто очень хорошо. Поэтому, наверное, я и танцую много, и репертуар у меня такой разный. Я люблю это дело не потому, что мое имя пишут в программке, а потому что мне там – хорошо.

"ДП": Когда вы выступали в Михайловском театре, юные девочки из Вагановки были в шоке, говорили друг другу: "Я не понимаю, как она может это делать". Чтобы вы могли сказать таким девочкам, которые думают, что есть такая богиня Мария Александрова?

Мария Александрова: Не создавайте себе кумиров. Потому что мы обычные люди, подверженные всем страстям. Как греческие боги, которые абсолютно как люди – они и прекрасны, и ужасны, и человечны.

"ДП": И все-таки они боги.

Мария Александрова: Я бы не сказала, что мы, балерины, боги – но все-таки мы немножко другие. Мы, скорее, эльфы. С одной стороны мы сказочные создания, с другой, если нас копнуть или задеть – мы царапнем крылышками, мы можем быть очень жесткими. Эта другая сторона профессии. Вообще, балерины очень жесткие – сказывается и дисциплина, и это ощущение, когда надо добиться чего-то через не могу, через не хочу. Так что, с одной стороны, мы невероятно сказочные, а с другой – поцарапать можем.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17930
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вс Дек 27, 2009 11:59 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2009122705
Тема| Балет, Пермский театр оперы и балета, Премьера, Персоналии,
Авторы| Тина Каррель
Заголовок| В Театре Оперы и Балета танцуют венгерские танцы
Где опубликовано| properm.ru
Дата публикации| 20091226
Ссылка| http://news.properm.ru/text.php?NewsID=13997
Аннотация|



Вчера в Пермском театре оперы и балета состоялась премьера балета «Венгерские танцы».

Это одноактный балет в хореографии Алексея Мирошниченко. Спектакль, созданный главным балетмейстером театра на музыку классика романтизма Иоганнеса Брамса, стал второй балетной премьерой 138 театрального сезона.

В самом названии уже заключена основная идея. Стремительный цикл «Венгерские танцы» стал музыкальной основой для хореографической сюиты, соединившей в себе классический академизм русского балета и характерность, жестовую своеобразность народного венгерского танца, преломленные творческой волей постановщика.

«Мы разыгрываем танцевальную форму, где присутствует и национальный колорит, и салонный характерный танец, и ирония над пафосом большого балетного стиля. И все это делается через пуантный классический танец», — поясняет Алексей Мирошниченко.


В этом балете представлена вся иерархия труппы, за последний год в театр пришло много новых, но перспективных танцовщиков. При этом разнообразии в спектакле есть единая линия и своеобразный сюжет. Не все в постановке дается легко, но зато эта работа прокладывает путь, считает Алексей Мирошниченко, ведь в следующем сезоне в планах есть сотрудничество с мировыми хореографами.





К примеру, года через полтора в пермском Театре Оперы и Балета планируется масштабный проект из трех разноплановых одноактных балетов, названий которым еще даже не придумали. Это будут совершенно новые и поставленные специально для Перми спектакли. В ближайшем будущем ожидается не менее достойный проект: спектакли планируется поставить прямо в одном из цехов Мотовилихинского завода. Премьеры индустриального проекта запланированы на весну 2010 года. А одним из самых ожидаемых проектов зимнего сезона станет симфонический концерт.

А в январе 2010 года зрителей ожидает еще одна премьера — Комическая опера Гаэтано Доницетти «Разбитая чашка, или Как стать мужем и уцелеть…»

Художник-постановщик Елена Соловьева сделала сценой для спектакля театральное фойе, в центре которого и будут разворачиваться баталии между тремя супругами — двумя бывшими и двумя настоящими. «Любви, ревности, путаницы и разных недоразумений в сюжете комической оперы предостаточно. Но изящная и жизнерадостная музыка маэстро Гаэтано диктует, в соответствии с законами жанра, вполне благополучный финал», — говорит режиссер-постановщик спектакля Ольга Эннс.

Мелодии Доницетти — настоящий образец стиля бельканто. Композитор всегда следовал его основному принципу: музыка должна быть такой красивой и так легко запоминаться, чтобы слушателю хотелось ее бесконечно повторять.

Зрителей этой миниатюрной оперы ждут дивные мелодии итальянского композитора, искрометные водевильные шутки и яркие комические характеры. Любопытно, что премьера пройдет не в зале, как обычно, а прямо в холле. Зрителей рассадят по кругу, а оркестр разместится на балконе.

Балет «Венгерские танцы»:

..........

..........
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17930
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вс Дек 27, 2009 7:05 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2009122706
Тема| Балет, Музыкальный театр РК , Премьера, "Щелкунчик", Персоналии, Кирилл Симонов
Авторы| Ирина Ларионова
Заголовок| Дождались «Щелкунчика»
Где опубликовано| газета "Лицей"
Дата публикации| 20091226
Ссылка| http://www.gazeta-licey.ru/index.php?option=com_content&task=view&id=1309&Itemid=90
Аннотация|

24 декабря, в канун Нового года и католического Рождества, в Музыкальном театре РК прошла премьера балета «Щелкунчик» в постановке Кирилла Симонова.

Весь город жил ожиданием новой постановки этого легендарного балета на музыку Чайковского. И это не преувеличение. Народ истосковался по красоте и по классике жанра. Многие ребятишки, родившиеся за последние года в Петрозаводске, не бывали на подобных постановках вообще и, поэтому для них это был первый выход в настоящий театр – с бархатным роскошным занавесом, сверкающей люстрой и сказочным действом. Предпраздничному настроению не помешал даже разгулявшийся накануне снегопад, который сделал улицы непроходимыми. Из-за пробок в городе начало спектакля задержалось, но это не испортило настроение публики.

И вот занавес! Трижды сцена преображалась неузнаваемо: роскошный дом, украшенный нарядной елкой, превращался в зимнюю сказку, а потом во дворец сластей Конфитюренбург. Достаточно было посмотреть на реакцию детишек: их глаза горели восторгом. Взрослая публика, по-моему, вообще забыла на какой-то момент о своем возрасте. И все это – плод труда художника-постановщика Андрея Войтенко из Санкт-Петербурга, выполненных по эскизам И. А. Бочарова и К. М. Иванова. Каждый костюм – настоящее произведение искусства! Затаив дыхание, зрители следили за сражением между огромными мышами во главе с Королем в красной мантии и отважными солдатиками. Все костюмы, от изысканных платьев фей до мышиных масок, поражали воображение. Их авторы – Ирина Коровина, выполнившая костюмы по эскизам И. А Всеволожского, и Андрея Севбо – маски (оба художника из Санкт-Петербурга).

Уже писалось о том, что нынешняя постановка – реконструкция оригинального балета 1892 года, поставленного в Мариинском театре. Эту идею известному российскому балетмейстеру, заслуженному деятелю искусств Карелии Кириллу Симонову удалась воплотить вполне. Конечно, артисты очень волновались на первом представлении, и не обошлось без шероховатостей. Особенно разочаровал самый красивый и любимый публикой момент – танец феи Драже и принца Коклюша. Эта сцена в целом оказалась слабым звеном. Но в остальном спектакль удачный, яркий, захватывающий. Хороша в роли Клары звезда нашего балета Лариса Иванова. Показал свой характер и капризный Фриц (Владимир Варнава), которого публика уже успела полюбить. Он же сорвал аплодисменты за свой эмоциональный и живой танец буффона. Танцы Шоколада (Марина Зенькова и Эдуард Демидов), Кофе (Анна Яковлева и Семен Бубан) и Чая (Зарина Галлямова и Чингис Гомбоев) и, конечно, Сахарных трубочек (Диана Колесникова, Карина Петрусенкова, Ирина Чернова) и Феи были яркими и запоминающимися.

Хочется отметить, что эта премьера стала первым и вполне удачным дебютом и для воспитанников детской балетной студии Музыкального театра (руководитель – заслуженная артистка России и Карелии Наталья Гальцина и педагог Ирина Чернова).

Нашим молодым артистам пока не хватает опыта и отточенности движения, слаженности. Но они проделали грандиозную работу, приложили огромные усилия, чтобы спектакль получился. Главное – театр начал жить полноценной жизнью.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17930
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Дек 28, 2009 11:20 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2009122801
Тема| Балет, БТ , Премьера, "Эсмеральда", Персоналии, Юрий Бурлака, В. Медведев, Мария Александрова, Наталья Осипова, Нина Капцова, Геннадий Янин, Алексей Лопаревич, Денис Савин, Денис Медведев, Иван Васильев, Владислав Лантратов, Екатерина Крысанова, Анастасия Сташкевич
Авторы| Анна Галайда
Заголовок| Секрет ее молодости //
Старая "Эсмеральда" стала полигоном для молодых балерин

Где опубликовано| "Российская газета" - Федеральный выпуск №5075 (251)
Дата публикации| 20091228
Ссылка| http://www.rg.ru/2009/12/28/a367061.html
Аннотация|

Большой театр оказался третьим в Москве, выпустившим за последнее время балет по мотивам "Собора Парижской Богоматери" Гюго. Его постановка следует версии Мариуса Петипа, премьера которой состоялась в 1899 году в Мариинском театре.

Большой, в последние годы вернувший себе статус законодателя мод в отечественном балете, одним из первых уловил всплеск интереса к старине, идеальным воплощением которой видится императорский балет Мариуса Петипа. Архив ассистента балетмейстера Николая Сергеева, хранящий частичные записи утраченных спектаклей, стал притяжением для современных хореографов.

Поле того как эти документы из чисто научного обихода вернулись к театральным практикам, оживление "Эсмеральды" было предрешено - слишком ароматен шлейф окутывающих ее легенд. Этот балет, впервые поставленный в 1844 году в Лондоне, оказался для балетмейстеров XIX века практически синонимом успеха. Петербург и Москва воспользовались услугами создателя "Эсмеральды" - спектакль в России ставил сам Жюль Перро. Несколько десятилетий спустя Мариус Петипа, тонко улавливавший запросы и претензии публики, вернул на сцену Мариинки "Эсмеральду". В Москве модернист Александр Горский в сотрудничестве с художником Константином Коровиным отметил наступление ХХ века собственной версией спектакля. Уже в советские годы Агриппина Ваганова воплотила его в очередной модернизации "Эсмеральды". Француз Ролан Пети выстроил свой "Собор Парижской Богоматери" как мюзикл, в котором не поют, а танцуют.

Юрий Бурлак и Василий Медведев, воскрешавшие "Эсмеральду" в Большом театре, собственные художественные амбиции пытались отодвинуть на второй план. Первый акт их версии хранит многочисленные следы Петипа, от общей конструкции сцен до отдельных танцев и мимических диалогов. Второй отсылает скорее к более-менее современным редакторам классики - схема дворцового праздника напоминает соответствующую картину "Дочери фараона" Пьера Лакотта, ансамблевые построения и лексика - гран па из "Баядерки" Вахтанга Чабукиани. В третьем акте балетные эпохи закручиваются в хороводе.

Микст стилей оказывается невероятно плодотворным плацдармом для танцовщиков. Причем главным героям порой приходится биться за зрительское внимание с второстепенными персонажами. Это происходит, когда на сцену выходят Геннадий Янин (Квазимодо), Алексей Лопаревич (Клод Фролло), Денис Савин и Денис Медведев (Пьер Гренгуар), Иван Васильев, Владислав Лантратов (Актеон), Екатерина Крысанова и Анастасия Сташкевич (Диана). Однако в центре спектакля остается Эсмеральда. Судьба танцовщицы-цыганки, чьи пляски заворожили четырех неординарных мужчин, воплощена в гигантском количестве разностильных танцев и мимических сцен. Мария Александрова представила ее Матильдой Кшесинской - прославленной примой императорского балета, для которой и создавал свою версию 1899 года Петипа. Наталья Осипова бурно переживала каждый зигзаг судьбы героини. Нина Капцова тонко играла на контрастах роли. И все они представили "Эсмеральду" как квинтэссенцию московского балетного стиля с его страстью к буйным эмоциональным порывам, экзотике и виртуозной чрезмерности. А это значит, что новый балет наполнится энергией балерин, что всегда гарантирует долговечность.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17930
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Дек 28, 2009 11:27 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2009122802
Тема| Балет, БТ , Премьера, "Эсмеральда", Персоналии,
Авторы| Лейла Гучмазова
Заголовок| Козьи козни //
В Большом театре поставили "Эсмеральду"

Где опубликовано| "Итоги" № 53/707
Дата публикации| 20091228
Ссылка| http://www.itogi.ru/arts-balet/2009/53/147614.html
Аннотация|



Как пелось в известном мюзикле, "пришла пора соборов кафедральных". Месяц спустя после спектакля на тот же сюжет в МАМТе свою версию старинной "Эсмеральды" выпустил Большой театр. Только флагман апеллировал не к советским пятидесятым, а к архивам Гарварда, Неаполя, Петербурга и Москвы в поисках версии Мариуса Петипа по оригиналу Жюля Перро. Возродиться должен был спектакль XIX века со всеми положенными ему неуемным кокетством, рыхловатым сюжетом, виньетками мизансцен и живой козой, которую таскает за собой по сцене главная героиня. Восстановили. Все как будто на месте, а смотрится эклектичной инсталляцией. Постановщики честно предупредили, что выстроить копию "точь-в-точь" у них не выйдет - как, впрочем, не выйдет ни у кого из наших современников. Нынешние исполнители отличаются от прежних, как карета от внедорожника, свет не тот, пантомима не та, в конце концов, даже зрительская оптика не та, ибо подпорчена клиповым мельканием. Так что при обилии лакун в старом тексте неизбежно встает вопрос о попадании новых авторов в стиль эпохи. Тонкий реконструктор старается попасть. Точный - чувствует себя уверенно только на внятно зафиксированных сценах. Новую "Эсмеральду" сделали адепты точности.

Бодро начатый, спектакль к последнему занавесу плавно теряет градус. Массовые сцены без конца напоминают что-то виденное в том же театре, и ладно бы еще сцену народного разгула из "Пламени Парижа" - на воле кордебалет всегда похож сам на себя. Второй "классический" акт, по всем параметрам годящийся постановщикам в козыри, получился памятником эклектике: наличие вставного па-де-де Агриппины Вагановой производства 1935 года было оговорено - тут некуда деться, намертво приросло к спектаклю, а вот почему мерещатся розовенький кордебалет из "Корсара" и знаменитый танец с подушками из "Ромео и Джульетты" Лавровского, вопрос. С камерными сценами тоже все не слава богу. Пока герои выясняют отношения с помощью бубна и половника (эта сценка со сноской на мастерство исполнения, возможно, лучшая в спектакле), все выглядит прекрасно и даже пахнет стариной. Но лирические дуэты становятся самым неприятным открытием. Они словно вышли из глухих советских семидесятых, когда ни идей, ни затей на балетной сцене не наблюдалось. Как уж они пробрались в эту историю - загадка.

Время восторга и мифов, когда казалось, что архивы могут спасти балет от пыли советской культуры, безвозвратно кануло. Люди театра это понимают, но дальше встает вопрос об умении заполнить пустоты, для чего нужны и вкус, и, как к этому ни относиться, талантливый авантюризм. Трепетная к букве архива и подпорченная советским опытом "Эсмеральда" упустила дух спектакля. Сам Мариус Петипа вертел в руках первоисточник Перро куда как вольно, заботясь не о верности оригиналу и вчерашним вкусам, а о развлечении зрителя. Рисковый был дяденька.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17930
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Дек 28, 2009 11:39 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2009122803
Тема| Балет, Челябинский театр оперы и балета, Персоналии,
Авторы| Людмила Фёдорова
Заголовок| Прима балета Татьяна Предеина приглашает
Где опубликовано| uralpress.ru
Дата публикации| 20091228
Ссылка| http://uralpress.ru/art188199.htm
Аннотация|

В эти дни Челябинский балет прощается с уходящим годом на гастролях в Китае. Там же встретит и Новый год. Домой возвращается к Рождеству – 7 января.

Эта поездка с двумя шедеврами Чайковского («Лебединое озеро» и «Щелкунчик») по четырём городам Поднебесной, пожалуй, самое значительное событие для балетной труппы в нынешнем театральном сезоне. А для зрителей таким событием в январе обещает стать фестиваль балета «Татьяна Предеина приглашает…».

Фестиваль, посвящённый блистательной челябинской танцовщице, чьё имя по праву носит, пройдёт на сцене театра оперы и балета имени Глинки.

В третий раз прима балета народная артистка России Татьяна Предеина приглашает челябинцев на свой бал. Судя по предыдущим двум, все спектакли которых шли при аншлаге, при восторженном приёме зрителей, для них он стал необходимостью, а для культурной жизни города замечательной традицией, достойным праздником балетного искусства.

Третий бал Татьяны откроется в преддверии Татьяниного дня. Он пройдёт с 24 по 31 января. В программе – любимые спектакли балерины, в которых её талант проявился ярко и образно. Это «Ромео и Джульетта» Прокофьева, «Анюта» Гаврилина, «Жизель» Адана и заключительный гала-концерт участников фестиваля.

Принять участие в своём празднике актриса пригласила ведущих молодых солистов из разных театров. Её партнёрами в фестивальных спектаклях будут солист Большого театра заслуженный артист России Геннадий Янин, артист Национального балета Великобритании Вадим Мунтагиров (сын народного артиста России Александра Мунтагирова, бывшего художественного руководителя Челябинского балета), молодая солистка балета Большого театра лауреат международных конкурсов Ангелина Влашинец.

Помимо спектаклей они будут танцевать и в гала-концерте, в котором также примут участие артисты балета театров Екатеринбурга, Перми и учащиеся Пермского хореографического колледжа.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17930
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Дек 28, 2009 12:06 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2009122804
Тема| Балет, Пермский театр оперы и балета, Премьера, Персоналии,
Авторы| Нина Соловей
Заголовок| «Венгерские танцы» пополнили ряд одноактных спектаклей в пермской опере
Где опубликовано| «Эхо Перми»
Дата публикации| 20091228
Ссылка| http://www.echoperm.ru/article.php?class=news&id=24271&part_id=2
Аннотация|



В минувшие пятницу и субботу состоялась премьера нового балета, поставленного Алексеем Мирошниченко на музыку Брамса.

Ровно месяц понадобился пермской балетной труппе и Алексею Мирошниченко, чтобы репертуар театра пополнился ещё одним искромётным, технически слаженным и очень праздничным спектаклем. Известный пермякам по балету «Ринг», а теперь ещё и являющийся главным балетмейстером театра, хореограф представил бессюжетный, но состоящий из очень ярких концертных номеров спектакль. «Венгерские танцы» являются продолжением линии одноактных балетов Баланчина и Роббинса, в которых основу составляет музыка, и она же является отправной точкой для лексики спектакля. Что собственно не отрицает и сам Алексей Мирошниченко, называя спектакль бенефисом балета.

- В самом названии уже заключена основная идея этого спектакля «Венгерские танцы». Этот балет является по сути концертом. Здесь очень много артистов имеют возможность себя проявить. Здесь представлена вся иерархия труппы. Но в тоже время поскольку это спектакль имеет единую форму, там присутствует драматургия. Там есть, конечно, свой сюжет, но он скорее философский.

Иерархия пермской балетной труппы читается и в составе исполнителей. Причём этот балет отличает и тот факт, что мужской кордебалет, который, прежде во многом уступал женскому, наконец, стал работать очень музыкально и слажено. Новые солисты театра Мария Меньшикова, Екатерина Панченко и Роберт Габдулин, выступая в одном номере с примой театра Натальей Моисеевой, продемонстрировали высокий исполнительский потенциал. Кроме «Венгерских танцев», в спектакле звучит ещё и фортепианный квартет в исполнении струнного. Причём музыканты во время этого номера появились в глубине сцены также неожиданно и воздушно легко, как собственно смотрелся сам номер.

Добавлю, что декорации на сцене отсутствуют. Один чёрный кабинет. Но большую изобразительную роль сыграл свет (художник – Сергей Мартынов). Три цвета белый, зеленый и фиолетовый в костюмах артистов так же дополняли идею спектакля. Рассказывает художник Светлана Ногинова (г. Санкт-Петербург).

- Здесь вы не увидите конкретных танцев крестьян в том виде, в котором мы знаем и представляем. Поэтому возможность для художника поработать с костюмом была открыта более широко, чем обычно. Вы увидите любопытную трансформацию венгерского и гусарского костюма от почти честного дословного исполнения к более условному, почти элегическому.

Кроме того, по словам Алексея Мирошниченко ещё одной идеей постановщиков спектакля являлось желание высказать иронию по поводу салонных пафосных танцев времен Брамса, когда из-за обилия украшений и тяжести нарядов исключалась возможность каких-либо прыжков или быстрых движений. Пермские «Венгерские танцы» - это феерический каскад трюков и прыжков.

В связи с тем, что пермская балетная труппа отправляется на гастроли во Францию и Америку следующий показ «Венгерских танцев» состоится лишь 11 февраля 2010-го.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17930
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Дек 28, 2009 12:30 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2009122805
Тема| Балет, БТ , Премьера, "Эсмеральда", Персоналии, Юрий Бурлака, В. Медведев, Мария Александрова, Наталья Осипова и Нина Капцова, Руслан Скворцов, Александр Волчков и Дмитрий Гуданов, Мария Аллаш и Екатерина Крысанова, Дениса Савина и Дениса Медведева
Авторы| Анна Галайда
Заголовок| Эсмеральды затерли Квазимодо //
Восстановление роскошного старинного спектакля «Эсмеральда» — главный балетный козырь Большого театра в этом сезоне

Где опубликовано| "Ведомости" № 246 (2516)
Дата публикации| 20091228
Ссылка| http://www.vedomosti.ru/newspaper/article.shtml?2009/12/28/222330
Аннотация|

До «Эсмеральды» Большой успел показать «Тщетную предосторожность» в редакции Юрия Григоровича, но там вклад театра почти ограничился материальной стороной дела — он предоставил свою сцену, мастерские для изготовления оформления, а также оркестр, дав возможность потанцевать студентам Академии хореографии. Другой балет Григоровича, «Ромео и Джульетта», который выйдет в апреле, будет корректировкой хорошо известного спектакля конца 1970-х, до сих пор числящегося в репертуаре «Кремлевского балета». Шедевр Ролана Пети «Юноша и смерть» — 1946 года рождения, и в нем хореограф не любит менять даже движения мизинца. Сергей Вихарев тоже вряд ли покусится на знаменитого «Петрушку» Фокина, которому в июле предстоит стать последней премьерой сезона в Большом.

Обращение к легендарному балету Петипа в версии 1899 г. — единственная новинка, которую среди всех этих реставрационных работ можно назвать оригинальной. Художественный руководитель балетной труппы Большого Юрий Бурлака, до этого засветившийся тонким воспроизведением старинной хореографии Па-де-катра из «Пробуждения Флоры» и полнометражного «Корсара», который был поставлен в дуэте с Алексеем Ратманским, сделал беспроигрышный выбор названия — «Эсмеральда» может похвастаться потрясающей сценической судьбой и особой любовью москвичей. В Большом она появилась в 1850-м, всего через шесть лет после мировой премьеры, причем в хореографии автора оригинальной версии Жюля Перро. И с тех пор в разных постановках и даже под разными названиями практически не сходила с репертуара. Забавно, что совсем недавно в Большом был балет на тот же популярный сюжет Виктора Гюго, что послужил основой «Эсмеральды», — в 2003 г. Пети возвел здесь «Собор Парижской Богоматери», продержавшийся до закрытия основной сцены театра в 2005 г.

Бурлака и петербуржец Василий Медведев сделали все возможное, чтобы даже гиперболизировать движущие героями чувства: танцы сменяют друг друга на протяжении трех с половиной часов. Постановщики, в руках которых были документы из так называемого Гарвардского архива (там хранятся отрывочные записи спектаклей, сделанные на рубеже XIX-XX вв. Николаем Сергеевым, ассистентом Петипа), использовали не только их, но и знаменитое па-де-де Дианы и Актеона из постановки Вагановой, а для сохранения структуры старинного балета сами поставили недостающие номера, значительно урезав обильную пантомиму.

Дисбаланс выразительных средств, которые виртуозно умел сочетать и дозировать Петипа, и оказался самым уязвимым местом спектакля. Из четверки мужчин-антагонистов даже не на второй, а на третий план оказались выдавлены Квазимодо и Клод Фролло, не потерявшиеся в толпе лишь титаническими усилиями Геннадия Янина и Алексея Лопаревича. Сюжет буксует, выдавая редактуру пантомимы, а изысканное разнообразие хореографии Петипа выделяется на фоне менее изощренных номеров.

Состояния праздника спектакль достигает благодаря исполнителям. Мария Александрова, Наталья Осипова и Нина Капцова (Эсмеральды разных составов) умеют довести зал до кипения. А Руслан Скворцов, Александр Волчков и Дмитрий Гуданов (их Фебы) заставляют поверить в возможность счастливого финала (как было в старом балете). Им эффектно противостоят Мария Аллаш и Екатерина Крысанова (Флер де Лис) при галантной поддержке Дениса Савина и Дениса Медведева (Пьер Гренгуар).

Однако все 2000-е Большой театр приучал к тому, что его премьеры задают направление развитию российского балета. Пополнив репертуар «Эсмеральдой», он обогатился красивым спектаклем, которому обеспечен успех у массового зрителя. Но оставляющим в недоумении, куда поворачивается колесо балетной истории.

Всегда к месту
«Эсмеральда» приносила успех во все времена. На излете эпохи романтизма был ее первый общеевропейский триумф – в версии Перро. Долговечное имперское сияние ей обеспечил Петипа. Под названием «Дочь Гудулы» в Большом она была быстро сгинувшим манифестом модернизма Горского. В редакции Вагановой запечатлено формирование сталинского монументализма.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17930
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Дек 28, 2009 12:48 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2009122806
Тема| Балет, БТ , Гала в честь Галины Улановой, Персоналии,
Авторы| Лейла Гучмазова
Заголовок| Гала Галине
Где опубликовано| "Итоги" № 53/707
Дата публикации| 20091228
Ссылка| http://www.itogi.ru/arts-zhdems/2009/53/147622.html
Аннотация|



Среди символов эпохи Галина Уланова - один из самых бесспорных. Потому идея отметить ее вековой юбилей встретила полное понимание всех причастных к балету. Устраивающий торжества Фонд Галины Улановой подошел к делу концептуально: вместо привычного в таких случаях концертного сборника номеров, слабо связанных друг с другом и главной темой, в Москве всерьез вспомнят образы Улановой в ее лучших спектаклях. По замыслу режиссера гала-вечера Владимира Васильева, долгие годы бывшего младшим коллегой и учеником Галины Сергеевны, Большой театр представит полноценные "Лебединое озеро" и "Жизель", с тех самых пор не сходящие со сцены. А на заключительном гала два главных театра страны представят другие легендарные партии героини. Символ возвышенной улановской эстетики, "Шопениану" с неземной красоты ноктюрном и вальсом, преподнесет Большой театр. А Мариинский покажет первые акты когда-то прославивших Уланову драмбалетов - "Бахчисарайского фонтана", где она пленяла ролью горделивой польки Марии, и "Ромео и Джульетты", после которого "бег Улановой" стал категорией искусствоведения.

Было бы странно в дни векового юбилея не вспомнить о мировом значении искусства Улановой, о том, как одно ее краткое появление на сцене формировало вкус думающих артистов. Свое восхищение перед гением балерины уже высказали Наталья Макарова, Джон Ноймайер, Карла Фраччи и другие балетные небожители. Михаил Барышников признался "Итогам", что после единственной встречи с Улановой и по сей день помнит "ту необыкновенную ауру, которая ее окружала и которую отмечали в ней все, кому посчастливилось видеть ее близко в жизни". Тем ценнее, что три вечера памяти Улановой позволят не только вспомнить главную легенду советского балета и одну из самых опоэтизированных героинь балета вообще, но и непредвзято увидеть, как выглядят принципы ее искусства сегодня. Ведь в эпоху показательных страстей и клипового мышления улановская готовность полностью превратиться в своих героинь, ограничив при этом внешние проявления, остается недосягаемым эталоном, влекущим и сто лет спустя.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 10599

СообщениеДобавлено: Пн Дек 28, 2009 2:31 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2009122801
Тема| Балет, Театр Станиславского и НемировичаДанченко, Премьеры
Авторы| Raymond Stults
Заголовок| ‘Esmeralda’ Strikes Gold With ‘Notre Dame’ Redo
Где опубликовано| The Moscow Times
Дата публикации| 20091228
Ссылка| http://www.themoscowtimes.com/arts_n_ideas/article/esmeralda-strikes-gold-with-notre-dame-redo/396873.html
Аннотация|

Svetlana Postoyenko

The acclaimed Stanislavsky-Nemirovich production is one of two that will be staged in the capital this season.
Last season, the ballet company of the Stanislavsky and Nemirovich-Danchenko Musical Theater enjoyed a remarkable run of success with its trio of new productions: “Stone Flower,” the first of one-time Bolshoi Theater ballet master Yury Grigorovich’s many full-length ballets, restaged by Grigorovich himself; the Danish classic “Napoli,” as authentically produced by a team from Copenhagen’s Royal Danish Ballet; and “Ballet Masterpieces of the 20th Century,” which most notably featured contemporary Spanish choreographer Nacho Duato’s spectacular “Na Floresta.”
Late last month, the theater again struck gold, with a superb revival of one of its principal ballet treasures, an unorthodox version of the 19th-century classic “Esmeralda” created 59 years ago by Vladimir Burmeister, the theater’s ballet master for some three decades after his appointment in 1941.
“Esmeralda” is one of many works for stage and screen that takes its story from Victor Hugo’s famous novel “Notre Dame de Paris” and first appeared in London in 1844, 13 years after the novel’s publication, in choreography by Frenchman Jules Perrot, best-known as the creator of “Giselle,” and with music by prolific Italian ballet composer Cesare Pugni. In 1848, Perrot himself staged the Russian premiere of “Esmeralda” in St. Petersburg and two years later brought it to Moscow.
Burmeister’s version of the ballet strays quite far from Perrot’s original and emerges as one of the rare examples of “drambalet,” or dramatic ballet — the expression in dance of Stalin’s doctrine of Socialist Realism that reigned supreme on the Soviet stage from the 1930s to 1960s — that can still be enjoyed today without serious reservation. The music is a reworking of Pugni’s score by the eminent Soviet composer Reinhold Gliere, with several additions to the score by long-time Moscow Conservatory professor Sergei Vasilenko.
For benefit of the few who may be unfamiliar with its underlying story, the ballet tells of a young Parisian street dancer named Esmeralda, kidnapped as an infant by gypsies, who has captured the eye (and lust) of both Phoebus, Captain of the King’s Archers, and a worldly priest named Claude Frollo, the Archdeacon of Notre Dame Cathedral. Esmeralda falls for the handsome Phoebus and spurns the advances of Frollo, who takes his revenge by implicating her in an attempted murder of Phoebus, an act that he himself has committed. Esmeralda dies on the gallows, but Frollo soon meets his own death, thrown from a tower of Notre Dame by the cathedral’s deformed bell ringer, Quasimodo.
For its revival of “Esmeralda,” the theater has meticulously copied Alexander Lushin’s original 1950 decor, which depicts late 15th-century Paris with startling realism and includes a facade of Notre Dame detailed right down to the very last gargoyle. There is nothing revolutionary about Burmeister’s classically based choreography. But it is filled with imaginative touches expertly attuned to the story and in total effect provides one of the most enthralling evenings of ballet to be found anywhere in Moscow.
Russia’s stages boast many a fine ballerina. But none I can think of seems more perfectly suited to the title role in Burmeister’s “Esmeralda” than Natalya Ledovskaya, who danced it on opening night. Even in the autumn of her career, she retains technical skills second to none, which she combines with an almost uncanny ability to create character within the constraints of classical dance.
Both dance and pantomime appeared in abundance among the rest of the large cast, a tribute not only to ballet artistic director Sergei Filin’s staging but also to his revitalization of the company during his season and a half at its helm.
Young soloist Semyon Chudin gave a commanding account of Phoebus; veteran Viktor Dik proved a suitably sinister Claude Frollo; and Natalya Somova, though a bit too much the conventional ingenue, danced quite beautifully as Phoebus’ rich and haughty fiancee, Fleur-de-Lys.
Deserving special praise among others in the cast were two of the company’s most highly promising young women, Maria Semenyachenko (a first-prize winner in Moscow last June at the 11th International Ballet and Choreographers’ Competition) and Oksana Kardash, who danced variations in the big scene of Fleur-de-Lys. Also noteworthy were the idiomatic Gypsy of Irina Belavina, the wonderfully grotesque Quasimodo of Anton Domashev and the whole company of Fools that provided such a rousing start to the first act.
Probably by accident, rather than design, Moscow audiences have just been presented with yet another “Esmeralda,” this time at the Bolshoi Theater in a reconstruction of the choreography created by Marius Petipa for a revival at St. Petersburg’s Mariinsky Theater in 1899. But comment on that will have to wait until The Moscow Times reappears in January.

“Esmeralda” next plays Jan. 29 at 7 p.m. at the Stanislavsky and Nemirovich-Danchenko Musical Theater, 17 Bolshaya Dmitrovka. Metro Chekhovskaya. Tel. 650-2835, www.stanmus.ru.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17930
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Дек 28, 2009 2:54 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2009122808
Тема| Балет, БТ , Премьера, "Эсмеральда", Персоналии, Юрий Бурлака, В. Медведев, Мария Александрова, Денис Савин
Авторы| Светлана Наборщикова
Заголовок| Кавалер для Джоконды
Где опубликовано| "Известия"
Дата публикации| 20091228
Ссылка| http://www.izvestia.ru/culture/article3137022/
Аннотация|


Мария Александрова (Эсмеральда) и Руслан Скворцов (Феб) (фото: Михаил Логвинов/Большой театр)

Большой театр вернул в репертуар старинную "Эсмеральду". Работа над танцевальной версией романа Виктора Гюго "Собор Парижской богоматери" шла под девизом: "Большому балету - большие страсти".

Страсти разгорелись еще до поднятия занавеса. Незадолго до премьеры скончалась коза, с которой героиня, согласно балетной традиции, появляется на улицах Парижа. На Западе недогляд за козой, простудившейся во время прогулки, скорее всего пройдет по разделу "жестокое обращение с животными", что может неблагоприятно сказаться на гастрольной судьбе балета.

На премьере в Большом усопшую заменили козликом. Новоиспеченный артист не пожелал самостоятельно выйти на сцену, и Эсмеральде - Марии Александровой пришлось носить его на руках. К счастью, несговорчивый партнер стал единственной проблемой балерины, станцевавшей свою роль с отменной чистотой и легкостью. Среди других достижений отмечу Дениса Савина (влюбленный в Эсмеральду поэт Гренгуар), в очередной раз удивившего редкой в балете сценической естественностью. Хороши реалистические декорации, скопированные Аленой Пикаловой со старинных эскизов. А также "народные" костюмы Елены Зайцевой, сделанные по рисункам Ивана Всеволожского.

Список достоинств хотелось бы продолжить - уж очень симпатичен дуэт постановщиков-хореографов. И знаток балетной старины Юрий Бурлака, и его петербургский коллега-реставратор Василий Медведев - люди увлеченные, энциклопедически образованные и искренне желающие взять из нашей балетной истории лучшее. Увы, именно фундаментальная образованность сгубила уважаемых мастеров. Их "Эсмеральда" напоминает научный труд, куда авторы, забыв о строгом отборе материала, вложили все свои знания о предмете. Результатом стали странные стилистические смешения.

Вот, например, второй акт, где офицер Феб празднует помолвку с благородной дамой. Один за другим следуют три классических ансамбля, заимствованных соответственно из постановок 1899, 1935 и 1886 годов. В центре - знаменитое па де Диан, сочиненное Агриппиной Вагановой. Железная леди советского балета выполнила заказ эпохи - не будь отсылки к анакреонтическим героям (в замке невесты Феба - Флер де Лис дают театральное представление) бодро-спортивный номер сошел бы за дуэт рабочего и колхозницы.

Обрамляют союз серпа и молота аристократические создания Мариуса Петипа - гран па с цветочными корзинками и па де сис Эсмеральды, Гренгуара и четырех цыганок. Первое в старину танцевали дамы. Творческое кредо любвеобильного маэстро (женщина - яркий цветок, созданный для наслаждений) получало в нем не менее роскошное воплощение. В это женское царство постановщики ввели кавалеров, бесцеремонно обнимающих дам за талию. Как худрука Юрия Бурлаку можно понять: мужчин Большого балета нужно обеспечить работой. Но как реконструктору оправдание ему найти трудно. Ввести мужской элемент в это гран па все равно, что при реставрации "Джоконды" приписать сбоку мужской силуэт...

К масштабу - спектакль идет три с половиной часа - тоже есть претензии. Нагромождение танцев и пантомимы, не оправданное режиссерским месседжем (как, например, в "Корсаре", поданном Алексеем Ратманским в качестве балетных "Пиратов Карибского моря"), современному зрителю вынести трудно. Не то что балетоманам прежних времен, ходившим в театр приятно провести время, выпить и закусить. На случай дальнейшего присутствия в программе старинных сочинений стоит привлечь нужного спонсора и устроить в фойе разлив шампанского. Тогда благодушный зритель осилит и четыре акта. Если, конечно, не утомится обилием традиционной балетной музыки.

Несмотря на оркестровку Рейнгольда Глиэра, несколько облагородившего сочинение Пуни и поэтичный эпизод с музыкой Риккардо Дриго, бесконечные "ум-ца" действуют наподобие китайской пытки. Безусловно, посягать на формулы, составляющие смысл дансантной музыки, нельзя, но освежить партитуру можно и нужно. Тем более что имеется успешный прецедент. Британец Джон Ланчбери элегантно осовременивал старинные партитуры, в том числе идущую в БТ "Тщетную предосторожность". Да и Юрий Потеенко - композитор "Ночного" и "Дневного" дозоров", сделавший достойную оркестровку некогда раздражавшей Геннадия Рождественского "Дочери Фараона", мог бы помочь "Эсмеральде" Большого...
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17930
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Дек 28, 2009 5:10 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2009122809
Тема| Балет, Пермский театр оперы и балета, Персоналии,
Авторы| Нина Соловей
Заголовок| Западные хореографы приедут ставить пермские балеты
Где опубликовано| «Эхо Перми»
Дата публикации| 20091228
Ссылка| http://www.echoperm.ru/article.php?class=news&id=24273&part_id=2
Аннотация|

В апреле 2011 года театр оперы и балета намерен осуществить новый совместный проект с современными западными балетмейстерами. В рамках проекта будет поставлено три различных по стилистике одноактных балета. Хореографы - Дугласс Ли, солист Штуттгартского балета; Лука Веджетти, выпускник Школы американского балета; испанский хореограф Гаэтано Сото. Об этом сообщил на встрече с журналистами главный хореограф театра оперы и балета Алексей Мирошниченко.

- Вот эти люди, это в принципе новое поколение хореографов. Ещё в России не известных, но на сегодняшний день у них… у всех есть постановки в Нью-Йорк Сити Балле, в Шведском королевском балете, в Роял-балле Ковент-гарден, в королекском балете Фландрии и т.д. и т.п. Это свидетельствует о том, что их профессиональный и сочинительский уровень позволяет им ставить спектакли в тех театрах, которые я перечислил.

Все три балетмейстера приедут в Пермь летом 2010, чтобы познакомиться с труппой пермского театра. И только после этой встречи будут определяться имена композиторов, на музыку которых западные хореографы поставят свои три одноактных балета. Как заметил руководитель пермского балета Алексей Мирошниченко, у этой идеи есть все шансы осуществиться ещё и потому, что он лично со всеми тремя хореографами уже работал. А сам же, добавлю, в январе выпускает премьеру в Нью-Йорк Сити Балле.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17930
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вт Дек 29, 2009 11:37 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2009122901
Тема| Балет, БТ , Фестиваль в честь Галины Улановой, Персоналии,
Авторы| Анна Гордеева
Заголовок| Фестиваль памяти Галины Улановой //
Большой театр танцует в честь главной советской балерины

Где опубликовано| Time Out Москва №51 /
Дата публикации| 28 декабря - 17 января 2010 г.
Ссылка| http://www.timeout.ru/journal/feature/8150/
Аннотация|



Сто лет со дня рождения, двенадцать со дня смерти — у Галины Сергеевны Улановой была длинная жизнь, театру есть что вспомнить. Детство и юность в Петербурге (ровно на ее глазах он трансформировался в Ленинград), учеба у Агриппины Вагановой, становление славы в Кировском театре. И — на пике карьеры — перевод в Москву, официальный статус народного достояния, переезд в город, который она так и не сумела полюбить. Фестиваль, который Большой организует в ее честь, состоит из трех вечеров — два спектакля и концерт. Спектакли (кто выйдет на сцену, еще неизвестно, но в таких случаях театр выпускает самых-самых) отмечают главные роли из тех, что танцевала Уланова: белый лебедь Одетта и крестьянская девушка Жизель. На концерт же приедут посланцы из Мариинского театра и напомнят о других спектаклях, в которых участвовала балерина.

«Бахчисарайский фонтан», например: летучая пушкинская история о гордой полячке Марии, захваченной крымским ханом и убитой из ревности прежней любимой женой властителя, постановщиком балета была превращена в довольно тяжеловесную мелодраму, но пушкинская интонация благодаря Улановой выжила. «Ромео и Джульетта», конечно же, — в 1956 году, на первых гастролях Большого, балерина заставила весь Лондон согласиться с тем, что она лучшая из Джульетт (меж тем ей было уже 46). И тот и другой спектакль существуют в репертуаре Мариинки именно в том виде, в каком были при Улановой, потому петербуржцы и будут фрагменты из этих балетов танцевать. Большой же, помимо «Лебединого озера» и «Жизели», покажет на фестивале «Шопениану» — тот спектакль, которым Уланова прощалась со сценой в 1960 году. Для показа в программе финального гала (что назван «Мона Лиза русского балета», придуман титул Владимиром Васильевым) «Шопениану» чистит Николай Цискаридзе, последний ученик легендарной балерины. Вытрясает пыль из кордебалета, правит стиль, напоминает девушкам, чем фокинский спектакль отличается от прочих «белых балетов». Поскольку он фанат и перфекционист, есть надежда, что «Шопениана» пройдет прилично.

Большой театр
Лебединое озеро
Чт 14 января, 19.00

Жизель
Пт 15 января, 19.00

Мона Лиза русского балета
Сб 16 января, 19.00
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17930
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вт Дек 29, 2009 11:46 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2009122902
Тема| Балет, Пермский театр оперы и балета, Премьера, Персоналии,
Авторы| --
Заголовок| Театр оперы и балета подарил пермякам «Венгерские танцы»
Где опубликовано| Пермская Афиша
Дата публикации| 20091229
Ссылка| http://afisha.prm.ru/News/premera_tanci
Аннотация|

Пермский театр оперы и балета не только строит грандиозные планы на год наступающий, но и закончил уходящий 25 и 26 декабря премьерой одноактного балета «Венгерские танцы». Балет, который позволяет в предвкушении новогодних каникул просто расслабится и почувствовать легкость и праздничность происходящего. Простота этих танцев не примитивна, их простота — из танцевально-песенной стихии народной музыки: чешской, сербской, австро-венгерской...



«Мы будем продолжать эту работу. Конечно же, нам периодически нужно устраивать такие праздники, именины сердца, праздники души и в этом смысле „Венгерские танцы“ — бенефис пермской балетной труппы, логично, что премьера выходит в преддверии новогодних праздников», — говорит художественный руководитель театра Георгий Исаакян.

Как и было обещано, первыми спектакль увидели пермские блоггеры еще 24 декабря во время генеральной сдачи спектакля. Сложно передать ощущения зрителя, который смог прикоснуться к процессу создания нового произведения: темный зал, небольшое количество зрителей в амфитеатре и как будто обычная репетиция, но она скрывает в себе столько таинственного. Вот и первые отзывы о новом спектакле.

«Этот балет — для отдыха: сами Венгерские танцы считаются одними из наиболее легких для восприятия произведений Брамса, с которых советуют начинать знакомство с музыкой композитора. Хореография поддерживает настроение музыки, Мирошниченко иногда даже шутит на языке танца, и то, что эти шутки достаточно выразительны и понятны зрителям — его безусловное достижение. Но не все сцены балета имеют одинаково веселый характер. Па-де-труа с неожиданной оркестровой группой — выразительная протяжная музыка, а исполнители как будто не танцевали, а пели. Мои им аплодисменты, мы с сестрой перевели дыхание только когда стих последний аккорд. Великолепно», — пишет klubok-slov.

«Ходили на Венгерские танцы. Странное впечатление. В Танцах сочетание классических движений и каких-то современных выпадов. Очень интересно, будто из этого может выйти какой-то новый вид танца или балета. Но кажется, что это была только первая попытка, проба пера. И то ли постановщик так задумал — сделать только попытку нового сочетания балета и современного или народного танца, т.е. намеренно не доработал, то ли действительно не доработал — он или у труппы не хватило сил и возможностей. Осталось легкое чувство недоделки», — делится впечатлениями sova-atka.



Вообще, стремительный цикл «Венгерские танцы» стал музыкальной основой для хореографической сюиты, соединившей в себе классический академизм русского балета и характерность, жестовую своеобразность народного венгерского танца, преломленные творческой волей постановщика.

«Этот балет является по сути концертом, здесь очень много возможностей себя проявить. Несмотря на то, что весь балет — абстракции, там есть и свой сюжет. Здесь очень большой диапазон для интерпретации. Была проделана большая работа, и действительно она принесла удовлетворение, потому что у нас не было сильных разногласий. Сильно не отступая от академических канонов, тем не менее передано авторское видение или собственное ощущение», — рассказывает режиссер-поставнощик Алексей Мирошниченко.

Можно отметить, что обрести свой стиль в современном балетном искусстве: «оживить» каноническое па наивным искренним чувством девичьей песни или безудержной пляской парней — и очаровать зрителя магией сложного и гармоничного танца постановщику удалось. Напомним, в следующий раз «Венгерские танцы» можно будет увидеть на сцене Театра оперы и балета11 февраля 2010 года.

Фоторепортаж (37 фотографий) здесь: http://prm.ru/album/album.php?album=vengerskie_tancy
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 17930
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Дек 30, 2009 10:45 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2009123001
Тема| Балет, История, Персоналии, Галина Уланова, Дм.Шостакович
Авторы| Бирюков Сергей
Заголовок| Галина Уланова: «Все мы были молодые и бог знает что вытворяли» //
Неизвестное интервью великой Улановой. 8 января ей исполнилось бы 100 лет

Где опубликовано| "Труд"
Дата публикации| 20091230
Ссылка| http://www.trud.ru/article/30-12-2009/234625_galina_ulanova_vse_my_byli_molodye_i_bog_znaet_chto_vytvorjali.html
Аннотация|

В сентябре 1996 года, собирая материал о Шостаковиче, я позвонил Галине Сергеевне: не поделится ли она воспоминаниями о своем великом земляке-петербуржце? Уланова взяла трубку (к тому моменту умерла жившая с ней долгие годы ее помощница и подруга Татьяна Агафонова) и неожиданно сказала: «Приходите!»

Дом советской артистической элиты на Котельнической набережной выглядел совсем не элитно: едва держащаяся на петлях входная дверь, неохраняемый подъезд. Шестой этаж, на звонок открыла сама Галина Сергеевна в домашних спортивных брюках.

Уланова, словно желая выговориться за годы молчания, рассказывала о своем детстве и юности, о том, как с отцом ходила в походы, плавала на байдарке. Водила по просторному жилищу почти без мебели с удивительно маленькой и неуютной кухней, жаловалась, что не успевает убрать пыль с пола и горок, где хранилась антикварная фарфоровая посуда. Подводила к окну гостиной, выходящему на красивейшее место Москвы у самого Кремля, печалилась, что, наверное, никогда уже не увидит свой любимый Питер: «Разве это река? Вот Нева — река!»

Попросила большую часть нашего разговора не записывать и разрешила включить диктофон, только когда речь зашла непосредственно о Шостаковиче. Тогда показалось, что разговор не задался и самое интересное оказалось незаписанным, но спустя 13 лет эта пленка стала бесценным документом великой жизни.

— Когда вы впервые встретили Шостаковича?

— В балетной школе, уже почти перед выпускными. Но сперва я познакомилась с его старшей сестрой Марией Дмитриевной, она была пианисткой и преподавала у нас фортепиано. В школе была такая традиция: женщин, которые в общежитии всегда жили на нижнем этаже, обучали игре на фортепиано, а мужчин (они жили на верхнем) — на скрипке. Я думаю, это шло с того далекого времени, когда училась моя мама, Легат и целый ряд других танцовщиков. Рояля тогда в классе не было, а темп, нужный для движения, давали на скрипке, причем играя не смычком, а пальцем — тын-тын-тын. И, наверное, юноши, кончающие школу, потом становились не только актерами, но и учителями, и им надо было уметь обращаться со скрипкой. А женщины, видимо, меньше шли в педагоги.

— Подружились с Марией Дмитриевной?

— Да, потом у нас возникли сравнительно близкие отношения, я ее называла тетя Маруся, она меня приглашала в их дом. Я там бывала, когда Шостакович писал для нас первый свой балет «Золотой век», Лопухов ставил (неточность: Федор Лопухов ставил второй и третий балеты Шостаковича «Болт» и «Светлый ручей». — «Труд-7»). В этом балете был целый акт спортивный: изображали футбол, теннис, плавание на лодках, и вот это как раз было мое. У меня в партнерах были четверо мужчин, я одна, все в купальных костюмах.

Делали акробатические трюки со мной, бог знает что вытворяли. Одной танцовщице до меня уже голову разбили, я шла, слава богу, вторым составом. Все мы были молодые — Вахтанг Чабукиани, Константин Сергеев, кто-то еще. Делали со мной такое движение: держали меня два человека тут, другие два вот тут, я как бы лежала.

И Якобсон, который эти номера ставил, решил, что должен такой маятник получиться: пока эти держат меня внизу, другие меня ногами вверх поднимают и вытягивают, я получаюсь такая стрелка, потом стрелкой падаю в противоположную сторону, а те туда быстро бегут и меня подхватывают со спины. Вот такие спортивные вещи мы делали, а потом этот самый спорт переносился и в содержание других спектаклей. И, помню, после этого балета мы пришли к Шостаковичу домой, там его милейшая мама, я ее очень хорошо знала, и тетя Маруся. Потом уже дочка Галя появилась, мне говорили, что Шостакович ее в мою честь назвал.

— А что он в балетной школе вел как педагог?

— В выпускном классе теорию музыки. Что мы понимали в этой теории (смеется): И всегда мы смеялись. Это был первый урок, рано утром, где-то часов в девять, он прибегал, и всегда с зубным порошком на губах: не успевал с себя это стереть (смеется). Что-то такое быстро нам говорил, мы ничего не понимали, он почесывался вот так: «Ну, хорошо, вы вот это и вот это должны сделать» — и бежал куда-то дальше.

Потом в памяти осталось: у нас на углу Невского и Большой Морской стоял большой дом, там был кинематограф, не помню, как назывался, и Шостакович там играл музыку во время сеансов, чтобы заработать денег. И в этом же доме была вторая балетная школа, там преподавал такой Волынский, он еще писал такие серьезные книги, много книг, его очень трудно читать. Там и моя мама тоже преподавала.

Фильмы показывали, когда не было спектаклей и балетных занятий. И там Шостакович играл на пианино. Правда, вскоре его оттуда уволили, потому что он на ходу увлекался, начинал сочинять что-то свое, не глядя на действие, которое происходит на экране. Публика говорила: нам мешает этот пианист! Вот такие смешные эпизоды, может, не очень значительные, но сейчас мало кто помнит их.

Потом я уже жила в Москве, но родители оставались дома, папа — на пенсии, мама тоже уже закончила преподавать, я для них в Комарово дачу снимала. Это была такая общая дача для музыкантов, дом отдыха, и там мы снова оказывались рядом с Шостаковичами. В филармонии мы с Дмитрием Дмитриевичем много раз встречались. И когда он тоже переехал в Москву, виделись, но уже не так часто, не помню, чтобы я у него дома была. Он стал болеть, ноги у него ломались, люди говорили, потому что он пьет. Ничего подобного абсолютно, не пил он так, просто у него были очень некрепкие кости.

— В филармонию он вас приучил ходить?

— Нет, это дирижер Гаук, поскольку он был муж Гердт, известной танцовщицы, которая у нас преподавала. И мы перед уроком ходили в консерваторию на его репетиции, а потом уже на концерт — не все, пять-шесть человек, у кого получалось. Ведь многим не в чем было пойти и некогда. Ничего же не было ни на себя надеть, ни в себя вложить. А мы очень дружили с Танюшей Вечесловой, с ней поступали в школу. Она была очень хорошей артисткой — совершенно другого плана, чем я, драматического. Если я Мария, то она Зарема. Но всегда вместе ходили на концерты, спектакли. Я очень увлекалась, как вечер — меня дома нет. Мама: «Ты куда?» Я: «В театр!» Все же рядышком было: и филармония, и Александринка, то есть драма, и наш театр. Все оперы я переслушала, все балеты, которые не посмотрела в детстве, потому что мы детьми если и были заняты в спектакле, то знали какой-то один акт, а остальное — нет. И все равно этого было мало, теперь я это понимаю: мало что было откуда взять, потому что настоящих танцовщиков почти не осталось — они все уехали за границу.

— А как познакомились с Прокофьевым?

— Он приехал в Ленинград показать свою музыку балета «Ромео и Джульетта». В Москве ему отказали: говорят, на такую музыку спектакль нельзя ставить. В Ленинграде по-другому отнеслись, Лавровский согласился. Но он начал делать спектакль не на меня. У него жена была, балерина Чикваидзе, к сожалению, она два года тому назад умерла. И он стал пробовать на нее, не я была там первым составом. И первый спектакль должна была танцевать она. Не то чтобы я требовала: «Поставьте меня первой». Никогда у меня этого не было. Но во время репетиций на сцене как-то это изменили, и стала танцевать я.

Я Лавровскому говорила: «Леня, я понимаю эту новую музыку, где происходят драматические вещи, там мне интересно. А вот где лирические — мне мешает Чайковский, он у меня в голове сидит, а как станцевать адажио, как любовь выразить под музыку Прокофьева, я не понимаю». Он говорит: «Ты пой про себя Чайковского, а делай то, что на эту музыку надо». Я сказала: «Попробую». Мне в Прокофьеве не хватало мягкости какой то, к которой я привыкла в Чайковском. Но это же было впервые — музыка, которая совершенно уводила нас от Шопена, Чайковского.

А тут прошел спектакль «Гамлет» (Ленинградский театр-студия под руководством Сергея Радлова, музыка Прокофьева. — «Труд-7»), и я понемножку начала привыкать и к музыке. Спектакль очень непривычный, такого раньше не было. Я потом и самому Прокофьеву говорила: «Я не понимала вас в романтике, в любовной теме, но я не могла бы сейчас ничего сделать во второй части („Ромео и Джульетты“. — „Труд-7“), в драматических вещах, на которые потом героиня пошла, если бы не было вашей музыки». В особенности весь последний акт, когда она вся совершенно дрожит неизвестно отчего и только в смерти ей выход. И такая здесь музыка, которая тебя заставляет быть в дрожи. Я все-таки более лирическая танцовщица. А благодаря Прокофьеву, оказывается, стала и драматической. Я сама стала другая.

— Да, это по фильму «Ромео и Джульетта» видно.

— Нет, ну фильм короткий, какие-то только отдельные кусочки. Когда Прокофьев первое время приходил к нам, он был мрачный, через очки свои так смотрел, что мы всегда побаивались, не так, как сегодня молодежь у нас перед старшими. Но, когда узнал, что наконец его музыку взяли, был очень доволен. Как ребенок радовался. И после спектакля говорит: «Идите ко мне все в «Асторию». Как сейчас помню, был прелестный зимний вечер, мы выходили из артистического подъезда, и такой, знаете, снег, именно ленинградский.

Тут, в Москве, я как-то не замечала этого, а там медленно-медленно спускались звездочки снега, и почти оттепель, тихо, без ветра, свет от фонаря: Я жила близко, на улице Гоголя. И мы все, кто на чем, на каком-то трамвае — не было же тогда машин, ничего этого мы не знали вообще — приезжали к нему, и там уже было весело, он веселый, мы веселые. Пьем за то то, за то-то. Я всегда была сдержанная, а тут почему-то мне сдуру пришло в голову, и я говорю: «Вы знаете, я никак не могла к вашей музыке привыкнуть, и, значит, у меня такое двустишие сложилось: «Нет повести печальнее на свете, чем музыка в балете» (Галина Сергеевна неточно процитировала собственную шутку, которая вошла в фольклор: «Нет повести печальнее на свете, чем музыка Прокофьева в балете». — «Труд-7»). Как они все расхохочутся! Глупость, конечно, я сделала. Но так это и осталось как моя шутка. Он сам тоже смеялся, но понял, что не сразу нам понимание его музыки далось.

Вскоре мы приехали в Москву с гастролями, и он тоже устроил небольшой вечер. Я не хотела туда идти — устала или что-то еще, не помню. Кто-то за мной приехал: Кажется, Николай Радлов, художник (их два брата было, другой — режиссер): мол, пойдемте! И там уже все — и художник Вильямс (автор декораций «Ромео и Джульетты». — «Труд-7»), и вся компания, кто участвовал в постановке. В Доме книги собрались. Нет, в Доме писателей. Там еще есть второй этаж у стенки (очевидно, антресоли Дубового зала. — «Труд 7»).

И Прокофьев опять веселый, довольный: «Господи, тут мою музыку никто не брал, а с вами спектакль имел успех». Как ребенок радовался, звал меня: «Ну пойдем еще раз, Галя, поклонимся». В радужном был настроении. Начали какую-то музыку танцевать. Вроде фокстрота или что-то такое, не знаю. Я говорю: «Я не умею!» Он: «Галя, пойдем!» Я: «Так вы мне наступите на все ноги!» Он: «Да нет!» Сделали 20 движений, я говорю: «Ой, вы уже одну ногу мне отдавили, ой, вторую!» Он говорит: «Ты неверно танцуешь, я танцую синкопы, а ты — музыку». Я говорю: «А я не умею немузыку танцевать» (смеется). Вот так мы смеялись, что он танцует синкопы, то есть между долями счета. Поэтому он на ноги мне и наступал.

И он говорит: «Все, вальс танцевать с вами не буду». Хохотали все. Вот такие отдельные случаи. Потом я его долго не видела, он уже разошелся с первой женой, женился на второй, они жили на даче на «наших горах» так называемых.

— Это Николина гора, где до сих пор многие артисты живут?

— Да, Николина, там я с ним встречалась. Потом случилось, что он умер в тот же день, когда умер Сталин. А квартира у него со второй женой была напротив Художественного театра. И мы даже не могли пройти к нему попрощаться, пошли только на следующий день. Ну, это я разбросанно вам все говорю, потому что не все помню (усмехается).

— Все-таки интересно, когда к вам пришло осознание и музыки Шостаковича?

— Вы знаете, мне, к сожалению, не пришлось танцевать ни одного его спектакля, кроме первого — «Золотого века». Поэтому мне трудно сказать. Он же писал в основном не для театра — симфонии.

— Но вы, наверное, участвовали как педагог-репетитор в восстановлении «Золотого века» Григоровичем в 80-е годы?

— Ну, может, что-то репетировала. Я сейчас не помню. Но он ставил уже совсем по-другому. А как танцовщица я с Шостаковичем больше не соприкасалась. Когда я в консерватории слушала его вещи — удивлялась, что-то на меня действовало внутренне, я чувствовала это нутром, но не своим искусством. Понимаете, вот человечески я в этом ощущала его самого, его манеру быстро говорить что-то. Он не похож ни на кого. И думал он тоже очень по-своему, видел не так, как другие.

Художнику дано видеть то, что другим сперва трудно понять. А потом, когда ты уже начинаешь понимать, то видишь, что именно вот только так и можно делать. У него были любимые инструменты в оркестре. Вот как мы любим людей определенного характера, так и он без этих инструментов не мог обойтись. Конечно, надо использовать весь оркестр, но эти инструменты он любил в особенности. Духовые. Скрипки — меньше. Душой всегда чувствовал, что тут должен сыграть вот такой-то инструмент, а не иной. Но это надо музыкантов спрашивать, они вам точнее скажут, а мне стыдно на эту тему говорить, я это не знаю так хорошо. Могут меня и не понять, сказать: все неверно!

— В Шостаковиче вам тоже недоставало лирического начала?

— Да, не хватало какой-то лирики, я ее не чувствовала в нем. Той лирики, к которой привыкла с раннего возраста, со старых спектаклей, которые смотрела, сама ими занималась, может, и малоинтересных, но привычных. Он своеобразно относился к жизни, к людям. А чем я старше становлюсь, тем я как-то больше понимаю.

— А то, что он ленинградец, не вызывало к нему и его музыке особого отношения?

— Ну, конечно, да, несомненно. Но я боюсь углубляться в эту тему. Вы извините, душой-то я это, может быть, понимаю, но высказать не могу. Серьезного или глубокого чего-то я не могу вам о нем рассказать. Нельзя, понимаете?

Наше досье
Галина Уланова родилась в Петербурге 8 января 1910 года.

Училась у собственной матери и Агриппины Вагановой.

С 1928-го — в Ленинградском театре оперы и балета (ныне — Мариинский).

В 1944–1960 годах — солистка Большого театра. Исполнение Улановой сцены сумасшествия в «Жизели» (1932) признано непревзойденным.

Впервые создала образы Марии в «Бахчисарайском фонтане» Б. Асафьева (1934), Джульетты в «Ромео и Джульетте» С. Прокофьева (1940).

До конца жизни (21 марта 1998 года) — балетмейстер-репетитор Большого театра.

Среди учеников — Максимова, Васильев, Тимофеева, Семеняка, Семизорова, Цискаридзе.

Народная артистка СССР, дважды Герой Социалистического Труда. Скульптура Улановой в Стокгольме (1984) — первый прижизненный памятник русскому человеку за границей.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска Часовой пояс: GMT + 3
На страницу Пред.  1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10  След.
Страница 8 из 10

 
Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах


Яндекс.Метрика