Список форумов Балет и Опера Балет и Опера
Форум для обсуждения тем, связанных с балетом и оперой
 
 FAQFAQ   ПоискПоиск   ПользователиПользователи   ГруппыГруппы   РегистрацияРегистрация 
 ПрофильПрофиль   Войти и проверить личные сообщенияВойти и проверить личные сообщения   ВходВход 

Общество Друзья Большого балета
2009-03
На страницу Пред.  1, 2, 3 ... 13, 14, 15
 
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска
Предыдущая тема :: Следующая тема  
Автор Сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20564
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вт Апр 14, 2009 2:17 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2009030001
Тема| Балет, IX международный фестиваль балета «Мариинский», Персоналии,
Авторы| Игорь СТУПНИКОВ
Заголовок| Бриллианты петербургской огранки
Где опубликовано| "С.-Петербургские ведомости" № 051
Дата публикации| 20090324
Ссылка| http://www.spbvedomosti.ru/article.htm?id=10257069@SV_Articles
Аннотация|

Незаметно пролетели дни IX международного фестиваля балета «Мариинский», но для любителей хореографии это были поистине «трудовые будни». Каждый вечер театр был переполнен, каждый спектакль сулил что-то новое и неожиданное, что было жаль пропустить. А событий было немало: с блеском выступили кубинская балерина Вингсэй Вальдес и Леонид Сарафанов в «Дон Кихоте», тонким лиризмом наполнили партии Одетты – Одиллии и принца Зигфрида Виктория Терешкина и Михаил Канискин, в «Баядерке» покорили мастерством Полина Семионова и Игорь Зеленский, трогательно прозвучала легенда о Жизели в исполнении Дианы Вишневой и Марсело Гомеса




Одним из главных событий фестиваля стал гала-концерт прима-балерины Мариинского театра Ульяны Лопаткиной. Ее бенефис прежде всего – дань уважения классической хореографии, ее безграничным возможностям. Нет сомнений, Джордж Баланчин был бы счастлив, если бы ему было суждено увидеть в «Бриллиантах» на музыку Чайковского, посвященных Петербургу и Мариинскому театру, столь замечательную исполнительницу, как Ульяна Лопаткина. Царственным величием овеян ее танец, в нем звучит праздничное изящество высокого стиля. Достойным партнером выступил Данила Корсунцев. Два бриллианта сверкали неподдельным блеском в дуэтах, отличались чистотой и элегантностью огранки, благородной и строгой манерой.

Резким контрастом первому отделению вечера прозвучала «Шехеразада» Римского-Корсакова в хореографии Михаила Фокина, где Ульяна Лопаткина предстала красавицей Зобеидой, любимой женой султана. Восточная пластика, чувственные жесты, красота удлиненных линий – все это передано танцовщицей с ощущением меры и безупречным вкусом. Любая поза, поворот головы, живописная фразировка танца вычерчены танцовщицей на фоне декораций и костюмов, будто перенесенных из арабских сказок. Великолепно прозвучали дуэты Зобеиды и Раба (отличная работа московского гостя Дмитрия Гуданова) – исполненные страсти, тревожных предчувствий, смятения и нежности, они покоряли драматической силой и виртуозностью.

Миниатюра «Противоречие» на музыку Яна Тирсена, поставленная для Ульяны Лопаткиной и Ивана Козлова модным нынче балетмейстером Франческо Вентрильи, переносит зрителя в день сегодняшний. Любовь соткана из противоречий. В танце-диалоге, непредсказуемом в своих изломах и поворотах, дуэты-признания сменяются дуэтами-ссорами. Ульяна Лопаткина проявила себя не только как классическая балерина, но и как драматическая актриса

Фестиваль закончился торжественным гала-концертом. Игорь Зеленский, который теперь руководит Новосибирским балетом, показал со своей труппой балет Джорджа Баланчина «Не все ли равно» на музыку Джорджа Гершвина. А танцовщики Мариинского театра, словно в ответ на подарок гостей, исполнили «Тему с вариациями» Баланчина на музыку Чайковского. Второе отделение вечера – «Дивертисмент» – представил созвездие выдающихся мастеров танца. Выступления Марсело Гомеса и Виктории Терешкиной, Дианы Вишневой и Владимира Малахова, Евгении Образцовой и Анхела Корейя вызывали бурю аплодисментов.

Фестиваль удался благодаря продуманному репертуару, слаженным усилиям всех служб театра, руководству маэстро Гергиева и заведующего труппой Юрия Фатеева. Танцовщики Мариинского еще раз доказали, что им подвластны все жанры балетного театра.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20564
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вт Апр 14, 2009 2:25 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2009030002
Тема| Балет, IX международный фестиваль балета «Мариинский», Персоналии, Диана Вишнева
Авторы| Игорь СТУПНИКОВ, ФОТО Наташи РАЗИНОЙ
Заголовок| Звезда вишневого цвета //
В рамках IX международного фестиваля балета «Мариинский» состоялся творческий вечер Дианы Вишневой

Где опубликовано| "С.-Петербургские ведомости" № 048
Дата публикации| 20090319
Ссылка| http://www.spbvedomosti.ru/article.htm?id=10256954@SV_Articles
Аннотация|



Этого вечера петербургские любители балета с нетерпением ждали давно. Он уже был показан в Лос-Анджелесе, Нью-Йорке и Москве, и рассказы о нем лишь подогревали интерес зрителей к появлению нашей звезды в новом репертуаре. Классическая танцовщица, воспитанница Вагановской академии, Вишнева никогда не боялась экспериментировать, работать с хореографами, чья творческая манера весьма далека от классических канонов. Резкий, дерзкий, порой диссонансный стиль современной хореографии покорялся мастерству балерины, взращенной в академической школе.

Гала-концерт получил выразительное название: «Диана Вишнева: красота в движении». Это своеобразный триптих, созданный тремя хореографами – Алексеем Ратманским, Мозесом Пендлтоном и Дуайтом Роденом.

Алексей Ратманский поставил «Лунного Пьеро» на сложнейшую музыку австрийского композитора-экспрессиониста, основоположника атональной музыки Арнольда Шенберга. В этой «хореографической рапсодии» действует маленькая субтильная женщина, одетая в короткое платье от Шанель. Улица, залитая лунным светом, притягивает ее и одновременно пугает, тишина настораживает, но дает желанные минуты покоя, когда можно предаться размышлениям и мечтам. Юная Пьеретта (назовем так нашу героиню) окружена тремя приятелями, на лицах которых нарисованные гримом белые маски – их предки явно принадлежали театру комедии дель арте. Сложные отношения складываются у озорной и смелой Пьеретты с юношами, каждый из которых претендует на ее внимание. Дуэты-признания сменяются трио-спорами, сольные вариации – квартетами друзей, исполненных то поэтического настроения, то юношеского задора. А всему виной луна, меняющая свой лик и беспристрастно освещающая тихую улицу большого города.

В балете «Из любви к женщине» Мозес Пендлтон представил Вишневу в трех ипостасях: лебедя, водного цветка и юного божества, чьи прекрасные формы отражаются в зеркале. Фосфоресцирующие краски отражают лебединый стан, готовые к полету крылья, гордые повороты шеи величественной птицы. Водный цветок окружен тонкими нитями паутинки – все движется, меняет форму, пленяет пряной пластикой восточного танца. А в миниатюре «Зеркальное пробуждение» возникают две героини: Вишнева-красавица, любующаяся своей грацией, и зеркало, у которого своя память и в котором отражаются все переливы настроений и желаний прекрасной дивы.

О непредсказуемости любви, ее прихотливых всплесках – балет Дуайта Родена. Три пары танцовщиков вступают в поединок – это состязание, которое древние греки называли «агон». В сложных дуэтах Вишнева проявляет отточенную технику, пластику тела, послушную каждому велению души.

В этот вечер с полной отдачей сил танцевали партнеры Вишневой – Ислом Баймурадов, Михаил Лобухин, Александр Сергеев, Антон Пимонов. Замечательные и выразительные актеры, они сделали все, чтобы героиня гала-концерта, эта звезда вишневого цвета, как можно ярче вспыхнула на петербургском небосклоне.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 11785

СообщениеДобавлено: Вс Апр 26, 2009 9:54 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2009030003
Тема| Балет, Общество «Друзья Большого балета», Вечера в Бахрушинском
Авторы| Нонна Алиханова
Заголовок| Не хлебом единым
Где опубликовано| Музыкальная жизнь № 3, 2009
Дата публикации| 2009, март
Ссылка|
Аннотация|



Россия — удивительная страна. Ну где еще, скажите на милость, найдется ученый, физик-теоретик, сотрудник известнейшего во всем мире научного центра, который тратил бы довольно значительную часть своего времени на организацию вечеров созданного им совместно с несколькими другими энтузиастами Общества «Друзья Большого балета»? А также на активное участие в организованном ими же Интернет-клубе, весьма популярном среди любителей балета?

Правда, профессор Смондырев утверждает, что подобные общества существуют и в других странах — «Друзья Ковент-Гардена», например, но там они возникли и существуют под эгидой театров, как форма их работы со зрителями, в то время как у нас все держится на чистом энтузиазме…

— Михаил Александрович, что означает название «Друзья Большого балета»? Имеются в виду друзья балета Большого театра?

— М.А. Смондырев. — Мы специально придумали название с двойным смыслом, чтобы можно было понимать более широко. Если бы меня попросили перевести название на французский, это звучало бы как «Лезами дю Гран Балле». Мы живем в Москве, и основная балетная столичная труппа — в Большом театре, но в круг наших интересов входят и другие известные труппы, знаменитые балетмейстеры и балетные артисты всего мира.

Конечно, наша духовная и «территориальная» близость к Большому театру дает нам множество замечательных возможностей, но мы вовсе не приносили ему «клятвы верности». И никому не обещали, что нам непременно должно нравиться все, что в Большом делается.

— Я смотрю программы творческих встреч и вечеров вашего Общества. Здесь значатся имена известных западных артистов и хореографов — Пьера Лакотта, Ролана Пети, Александра Гранта, российских мэтров сцены — Раисы Стручковой, Марины Кондратьевой, Михаила Лавровского, молодых хореографов Алексея Ратманского, Юрия Бурлаки... Неужели все они у вас побывали?

— Мы без присутствия гостя проводим только юбилейные вечера. Отмечали столетние юбилеи Баланчина, Якобсона, Бурмейстера, Гусева, Аштона, девяностолетие Роббинса. На вечерах памяти Нуреева у нас гостили Нинель Кургапкина - его партнерша в Мариинском театре, Андрис Лиепа, Роман Виктюк. Барышников в России не бывает, но мы делали вечер в его честь. Сорокалетие выдающейся балерины Сильви Гиллем мы отметили необычно, программой «Сильви Гиллем глазами Николая Цискаридзе», где Николай Максимович комментировал ее творчество как зритель. После встречи с французским танцовщиком и педагогом Микаэлем Денаром у нас возник интерес к французской школе, и мы устроили вечер «Уроки французской хореографии», где показали мастер-классы звезд парижской «Гранд-опера», а комментировал их наш замечательный премьер Сергей Филин.

— И все эти знаменитости к вам приходят? Следовательно, ваше Общество Друзей Большого балета позиционируется в балетной среде весьма серьезно... Как же это все началось?

— Началось с виртуальных знакомств в Интернете. Большой театр раньше имел на своем сайте форум (как и другие театры), на котором общались поклонники балета. Сложилась группа людей пишущих; я-то подключился к ним позже, когда разразилась история со снятием из репертуара только что поставленного балета «Дочь фараона» Цезаря Пуни. Это было в 2000-м году. Маэстро Рождественский, став художественным руководителем Большого театра, начал бороться с «плохой музыкой» тех композиторов, которая, по его мнению, не должна звучать в Большом театре. И были названы имена Пуни, Минкуса, Дриго и даже Адана. Балетная музыка этих авторов изящна, мелодична, удобна для танцев, но не годится для Большого зала консерватории, это правда. Если бы программу Рождественского действительно претворить в жизнь, то из репертуара выпали бы шедевры классического балетного искусства, поставленные великими хореографами прошлого: «Жизель», «Корсар», «Дон Кихот», «Баядерка»... При таком подходе кроме трех балетов Чайковского и одного Глазунова у нас не осталось бы классических балетов 19-го века. В своем письме в «Независимую газету» (оно было напечатано) я об этом написал. И о том, что при постановке «Дочери фараона» затрачены масса сил и средств.

Примерно то же самое, оказывается, можно было прочитать в Интернете — я заглянул и присоединился к этому сообществу протестующих. Помимо шума в Интернете, было письмо в Министерство культуры, и пресса нас поддержала. (Замечу, что в конечном итоге мы победили, а «Дочь фараона» идет до сих пор, с успехом вывозилась в Париж, Лондон, Нью-Йорк, да и в Москве зал никогда не пустует…)

Некоторое время спустя несколько любителей балета из Москвы, встречавшихся до тех пор на форуме, поехали в Санкт-Петербург на фестиваль «Мариинский». Там, наконец, и познакомились лично, обсуждали перспективы, строили планы. Не помню уже, кто из нас стал автором идеи устраивать встречи с артистами, но Ирина Гамула (тогда научный сотрудник отдела рукописей, а сейчас Главный хранитель Бахрушинского музея) предложила проводить балетные вечера у них в Лектории.

А после первого вечера пять человек (мы с Ириной, профессор-медик, доцент по информатике, представитель деловых кругов) — учредили наше Общество, приняли все требуемые Законом документы. Так родились «Друзья Большого балета» — общественная организация без образования юридического лица. Приняли временный устав, и когда нас спрашивали: «Как стать членом вашего Общества?» — отвечали: «А никак. Приходите на наши вечера, и все». Совсем недавно мы обновили наши уставные документы, все-таки ввели формальное членство и выдали членские карточки тем, кто уже давно участвовал в нашей работе и сам считает себя членом этого сообщества.

— И членские взносы собираете?

— До сих пор не собирали, хотя деньги бывают действительно нужны: на услуги в Интернете (у нас свой сайт), иногда на железнодорожные билеты, если гость, скажем, из Петербурга и едет специально к нам. В таких случаях тратятся обычно наши личные средства. Возможно, все-таки придется ввести членские взносы – совсем небольшие. Мы существуем под эгидой музея имени Бахрушина. У них есть Отдел просвещения, и мы вписались в работу этого подразделения. Музей предоставляет зал мест на 80–100, с радиорубкой, стационарной аппаратурой, приличным экраном, как в старых кинотеатрах. С уютным внутренним двориком, куда можно выйти передохнуть. Мы не платим за аренду, они не платят за подготовку видеозаписей, организацию вечеров, а все выступающие на этой маленькой сцене не требуют гонораров...

— Кто приходит на ваши вечера?

— В первую очередь и в основном — преданные любители балета, люди искушенные, которым не нужно объяснять, что такое arabesque или cabriole, люди, которые часто посещают театр и в курсе того, что делается в мире «в области балета». Но не только: афиша, наши объявления у касс Большого театра и в Интернете привлекают и новичков, и профессионалов. Возрастной состав очень разнообразный, но я бы хотел привлечь больше молодежи. Мы помещаем объявления о предстоящих встречах на нашем сайте forum.balletfriends.ru. Хорошо бы наладить более тесную связь с творческими вузами Москвы. Но в основном к нам ходят все-таки люди солидные.

А старейшая наша участница — Ольга Николаевна Крылова, ей больше девяноста. Она девочкой еще училась в студии Айседоры Дункан и танцевала знаменитый «Интернационал» на сцене Большого театра на вечере этой студии. Нередко бывает Фаина Порфирьевна Ефремова, сокурсница Майи Плисецкой; замечательная характерная танцовщица и мать известного балетного обозревателя Татьяны Кузнецовой. Балетные критики, кстати, тоже довольно часто ходят на наши вечера.

— Как они проходят?

— Как я уже говорил, у нас бывают вечера, посвященные памятным датам, великим балетмейстерам и артистам. Но особым успехом пользуются у публики живые встречи с мастерами балета, своеобразные ток-шоу, где интересующий всех артист общается с аудиторией. Первой, помнится, мы пригласили Нину Ананиашвили, бывшую тогда, восемь лет назад, одним из лидеров Большого театра. Вторым пришел Николай Цискаридзе. Так и пошло...

За эти годы у нас побывали практически все примы и премьеры из Москвы: Надежда Грачева, Светлана Захарова, Мария Александрова, Светлана Лунькина, Мария Аллаш, Наталья Ледовская, Андрей Уваров, Дмитрий Гуданов, Дмитрий Белоголовцев… Приглашали мы из Петербурга Никиту Александровича Долгушина, Диану Вишневу, Андрея Меркурьева (когда он еще работал в Мариинском театре). Но теперь мы стали привлекать наряду с балетными артистами, облеченными званиями и «регалиями», еще и подающий надежду «молодняк». У нас уже побывали Денис Савин, Наташа Осипова, Катя Крысанова, Ваня Васильев.

— И они соглашаются прийти к вам? Как вам удается всех их заполучить?

— Наверно, артистам тоже небезынтересен непосредственный контакт со зрителем, хотя иногда они кокетничают: «Мы балетные, мы думаем ногами, а не головой». Конечно, это не так, артистам всегда есть что сказать. Они интересно рассказывают о своей работе, о подготовке ролей, отвечают на вопросы. Может быть, им любопытно посмотреть на своего зрителя вблизи. С некоторых пор мы стали регулярно записывать наши встречи на видео, и потом дарим артистам «видеоотчеты» на память.

— Как построены эти вечера?

— Прежде всего, выбирается тема – большей частью творчество какого-то хореографа или артиста. Иногда она возникает «из головы», иногда по пожеланиям зрителей. Под тему находим ведущего – это очень трудная работа. Почти с самого начала с нами активно стали сотрудничать профессионалы, неоднократно проводившие наши вечера: Е.Я. Суриц, В.И. Уральская, В.М. Гаевский, балетные обозреватели Татьяна Кузнецова, Майя Крылова, Лейла Гучмазова. Виолетта Майниеце вела вечер Ролана Пети — незабываемый! На недавней встрече, посвященной Джону Ноймайеру, ведущей была Наталия Зозулина из Петербурга, доцент Академии русского балета имени Вагановой, профессионально изучающая творчество этого балетмейстера. Тема была сформулирована ею очень привлекательно: «Джон Ноймайер: русские влияния». Но и в своем коллективе мы вырастили нескольких хороших ведущих, и поручение вечеров им — скорее система, чем исключение.

— И беседа с гостем сопровождается показом видеозаписей, кадрами фильмов. Руководите этим процессом, всем, что имеет отношение к видеоряду, вы, Михаил Александрович. Где вы берете материал?

— Руковожу — совсем не то слово... Просто работаю: в контакте с ведущим вечера подбираю нужные фрагменты, монтирую программу, готовлю демонстрационный диск. Но я не один, у нас работало на вечерах три «команды».

У меня самого довольно-таки большая коллекция, которую давно уже собираю. Более 1000 названий. Из всех стран, где бывал, я привозил кассеты, диски с записями вариантов разных постановок. Например, «Жизелей» у меня около шестидесяти в разных версиях, с разными исполнителями, примерно столько же — «Лебединых озер»...

Подобные, хранящиеся у нас, любителей балета, сокровища помогают в работе. Был интересный цикл вечеров, который проводил шекспировед Алексей Вадимович Бартошевич: «Шекспир в балете». Когда готовилась первая тема — «Ромео и Джульетта», я ему предложил для видеопрограммы «нарезку» из 11 версий этого балета.

— Что значит «11 версий»?

— Есть музыка разных композиторов — Берлиоза, Чайковского, Прокофьева. И есть постановки разных хореографов. Например, на музыку Прокофьева поставлены балеты Лавровского, Кранко, популярная на Западе версия Макмиллана и другие. Бартошевич выбрал тот ракурс, который ему был интересен: в частности, предложил нам сравнить знаменитый «бег Джульетты» — как он воплощен у разных хореографов.

Артисты тоже нам помогают; у некоторых (далеко не у всех!) есть личные коллекции, иные пленки мы «выцарапываем» у их поклонников; иногда папы и мамы хранят старые записи, скверные по качеству, любительские, но бесценные. Современные спектакли, слава Богу, сейчас пишутся видеостудией Большого театра.

Делятся своими «единицами хранения» коллекционеры и не только наши — много материалов получали из Европы, из США, иногда специально для Бахрушинских вечеров.

— Как к вашей деятельности относится администрация Большого театра?

— Это надо бы их спросить… Скажем так: наша деятельность попала в их поле зрения. Мы встречались на наших вечерах со всеми худруками этого периода. С Алексеем Фадеечевым (правда, на тот момент уже получившего приставку «экс»), с Борисом Акимовым. Трижды встречались с Алексеем Ратманским, — в первый раз еще как с хореографом спектакля «Светлый ручей» перед премьерой, показали тогда на экране его работы как танцовщика и его постановки как хореографа. Позже он побывал у нас уже в ранге художественного руководителя балетной труппы. Был у нас заведующий труппой Геннадий Янин. Принял наше приглашение и Генеральный директор Большого театра Анатолий Геннадьевич Иксанов — его расспрашивали об организации дел в театре, вносили всякие предложения. Часть из них уже реализована.

— Сколько всего вечеров состоялось?

— Знаю совершенно точно: 94 на конец 2008 года. Это значит, что если мы не притормозим, то в конце сезона у нас состоится сотая встреча.

— Расскажите о вашем Интернет-форуме. Вы сказали, что в нем участвует довольно много людей.

— К нам «ходят» люди не только из Москвы, но также из Петербурга, Новосибирска, Казани, других городов России, с Украины — из Киева, Донецка. Пишут нам из США, из Европы — особенно интенсивно после того, как там пройдут гастроли наших балетных трупп. Балетоманы обмениваются мнениями, спорят.

На форуме есть тема, посвященная нашим вечерам, откуда зрители узнают их программу, а потом помещают свои впечатления, благодаря чему происходившее там становится известным далеко за пределами Бахрушинского музея.

— Кому и зачем нужен форум?

В Интернете разные есть люди: кто-то самовыражается, кто-то устраивает себе «вторую жизнь», виртуальную. Для многих форум — источник информации. Для меня — тоже, но мне важнее, что он дает стимул к познанию. Я никогда в жизни не прочитал бы столько литературы о балете, если бы не участвовал в нашем форуме. Я часто езжу в Соединенные Штаты и Европу, привожу оттуда книги о балете на иностранных языках. Всю жизнь я увлекался историей — античностью, средневековьем, и балет меня интересует еще и как часть истории.

— У вас большая библиотека по балету?

— Нет, не очень. Совсем нет раритетов. Книги знаменитых «балетных» авторов у меня в виде электронных копии или репринтов. Но я умею извлекать информацию даже при небольшом количестве исходных данных, умею анализировать источники — профессия научила. Кстати, форум очень помогает, коллективный разум Сети.

— Вы въедаетесь в суть чисто по-научному... Как вы увлеклись балетом?

— Сначала была музыка. Я вырос не в Москве, в столицу попал, когда поступил в Московский университет. И тогда стал ходить на оперы в Большом, на концерты в филармонию. Драмтеатры не забывал; в то время, если вы помните, гремели на всю страну «Таганка», Вахтанговский, «Современник»... На третьем курсе я женился, жена была поклонницей балета: она видела и Плисецкую в расцвете сил, Марго Фонтейн. Вот мы с ней и стали ходить в балет. Она же отвела меня через пару лет на премьеру «Спартака» Григоровича, с Васильевым и Лиепой. Мы были под большим впечатлением, «Спартак» надолго стал любимым балетом, после этого мы еще не раз ходили на него.

Но записными балетоманами мы не стали, да и вообще график посещения театров не был слишком плотным. По-разному было в различные периоды жизни. Мы завершили учебу, ребенок появился... У меня началась работа в Дубне, нужно было писать диссертацию, участвовать в семинарах, ездить на конференции. В Москве с семьей проводил лишь выходные.

— Искусство занимает значительную часть вашей жизни?:

Сейчас — да, почти все свободное время. Знаете, каждому свое. Одни ездят отдыхать в Таиланд или на Мальдивы, а мы с женой, собрав денег, поехали в летом Вену (не самый, нужно сказать, дешевый город). И совершили там восемь «выходов» в свет за десять дней. Это были симфонические концерты в «Мюзикферайн», спектакли в Венской опере. Вот такие мы с женой устроили себе каникулы.

— И что это дает вашей душе? Для чего это все вам надо? Я имею в виду любовь к музыке, любовь к балету.

— Разве любовь нужно объяснять?

— На подобных вам людях мир стоит...

— Мир стоит на трех слонах, а те стоят на черепахе, плавающей в Мировом океане. Нет, серьезно, мир стоит на разных людях. На тех, кто что-то делает руками, и тех, кто работает головой, он стоит и на занудах-ученых, и на поэтах, мыслящих метафорами, а не логическими выводами. Мир, если хотите, стоит на энтузиастах, на увлеченных. В некотором роде к ним можно причислить и нас: ведь те, что участвуют в деятельности Общества «Друзья Большого балета», делают все совершенно бескорыстно — и организаторы, и ведущие, и артисты. Некоторые удивляются: как же так? А вот так! В наше время неуемного потребления, в условиях, в которых, к сожалению, оказались наука, культура, искусство, есть те, кто утверждают, что жизнь не сосредоточилась только на хлебе насущном...
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Николай, Н-ск
Участник форума
Участник форума


Зарегистрирован: 12.10.2003
Сообщения: 226
Откуда: Новосибирск

СообщениеДобавлено: Чт Май 21, 2009 3:59 pm    Заголовок сообщения: НГАТОиБ, Новосибирский балет Ответить с цитатой

Номер ссылки| 200903109
Тема| Балет, НГАТОиБ, персоналии, Игорь Зеленский, Эдвард Льянг, Луиза Спинателли, Олеся Новикова, Наталья Осипова, Анна Жарова, Наталья Ершова, Елена Лыткина, Анна Одинцова, Кристина Старостина, Вера Сабанцева, Елена Востротина, Иван Васильев, Семен Чудин, Роман Полковников, Иван Кузнецов, Леонид Сарафанов
Авторы| Сергей Самойленко
Заголовок| Любители балета не будут разочарованы
Где опубликовано| Континент Сибирь №12 (604), 03 Апреля 2009 года
Дата публикации| 20090303
Ссылка| http://www.ksonline.ru/ks/-/sec/archive/year/2009/jid/434/cat_id/2/id/21570/
Аннотация| Завтра в Москве в рамках «Золотой маски» будет представлен балет Новосибирского государственного театра оперы и балета «Баядерка». Уникальность события еще и в том, что балет номинирован сразу на шесть масок — рекордное число для регионального театра. О том, что происходит в новосибирском балете, рассказал художественный директор НГТОиБ, народный артист России ИГОРЬ ЗЕЛЕНСКИЙ.

— Игорь Анатольевич, как складывается нынешний балетный сезон? Все ли получается осуществить из намеченного? В театре новый директор — не повлияло ли это на работу?

— Действительно, осенью в театре сменился директор: Борис Мездрич передал дела своему заместителю Руслану Ефремову. Могу сказать, что у меня как художественного руководителя балета с новым директором полное взаимопонимание, существует концепция развития, и я надеюсь, что работа будет проходить в рамках этой концепции, как мы и задумали. Основное событие, напрямую повлиявшее на жизнь балетной труппы и в этом, и последующих сезонах, — получение гранта. Благодаря ему выросли зарплаты артистов и расширились мои творческие возможности как руководителя.

Балетный сезон достаточно насыщен событиями. Можно назвать основные. Осенью мы показали премьеру балета Баланчина Who cares?, поставленного на музыку Гершвина (русский вариант названия — «Не все ли равно?»). Мне кажется, что спектакль получился ярким, интересным, безусловно, заслуживающим внимания публики. Поскольку я сам долго танцевал в New York City Ballet, естественно, мне хочется пополнить репертуар труппы баланчинскими балетами, безоговорочно признанными вершинными достижениями хореографии прошлого века. Who cares? стал четвертым балетом Баланчина в репертуаре театра, так что новосибирская публика теперь может иметь более полное представление о творчестве этого выдающегося мастера.

В феврале в наших спектаклях танцевали звезды Мариинки и Большого театра. Солисты Мариинского театра Леонид Сарафанов и Олеся Новикова — в главных партиях балета «Жизель», а солисты Большого театра Иван Васильев и Наталья Осипова — в «Баядерке» и «Дон Кихоте». Эти артисты сегодня — настоящие звезды первой величины, собирающие полные залы и у нас, и за границей. Вот только что, 6 марта, Васильев снова прилетал станцевать в «Баядерке».

В конце февраля мы показали вторую премьеру сезона — одноактный балет «Бессмертие в любви», который поставил Эдвард Льянг. В Новосибирске его хорошо знают по балету «Шепот в темноте». Думаю, что и новая работа Эдварда будет пользоваться популярностью.

Состоялось выступление на Мариинском фестивале балета в Санкт-Петербурге. Фестиваль проходит уже девятый раз, и всегда на него приглашают самых знаменитых артистов — и российских, и зарубежных. 22 марта в заключительном гала-концерте мы показали как раз Who cares? — событие очень ответственное. Прошу обратить внимание: приглашен именно новосибирский балет (хотя и я сам танцевал в рамках фестиваля в «Баядерке» с Полиной Семионовой). Завтра у нас в расписании — «Золотая маска»: «Баядерка», как вы знаете, номинирована на премию в шести номинациях. А после этого, в мае, открывается Второй сибирский фестиваль балета. Мы хотим не просто повторить успех прошлогоднего, первого фестиваля, но и шагнуть дальше, поднять планку выше.

— Звучит очень интригующе… Программа фестиваля уже известна?

— Могу с уверенностью сказать, что новосибирские любители балета не будут разочарованы. Фестиваль откроется выступлением балета Большого театра. Причем особо подчеркиваю, не выступлением отдельных артистов Большого театра, а полноценным вечером балета Большого театра. Программа предполагает три одноактных балета, названия которых сейчас уточняются. Большой театр будет выступать два вечера. А закрывать фестиваль предстоит Мариинскому театру (к сожалению, планируется только один вечер Мариинки). Пригласить на один фестиваль в одно время два таких театра практически невозможно. Но нам удалось. Более того, мы планируем выступление и еще одного известного театра… Пока идут переговоры, и я не хочу раньше времени открывать карты.

— Как продвигается работа над «Лебединым озером»? Когда ожидать премьеру?

— «Лебединым озером» мы будем этот сезон закрывать, уже летом. Сейчас все силы направляем на реализацию данного проекта, без преувеличения грандиозного. Я недавно вернулся из Италии, встречался с художником Луизой Спинателли, которая готовит сценографию и костюмы к балету. Это очень известный художник, она работала со знаменитым режиссером Джо Стрелером, оформляла спектакли Ролана Пети, сотрудничала практически со всеми знаменитыми театрами мира — с парижской Оперой, Ла Скала, Ковент-Гарденом. Ее последние работы — «Пахита» в Гран-Опера и «Коппелия» в Ла Скала. Я хорошо знаю ее работы и считаю большой удачей, что она согласилась оформлять наше «Лебединое озеро». Представьте, декорации пишутся на тюле и шьются в Венеции — это очень трудоемкая, кропотливая работа, секреты которой в России давно утеряны, у нас за это никто не возьмется. В общем, я надеюсь, что это будет очень достойный спектакль.

— Есть ли у вас долгосрочные планы постановок? Что это будет — балеты классические или современные?

— Конечно, хотелось бы выпускать за сезон больше премьер, но бюджет театра, как ни досадно, не резиновый. Тем более что мы делаем поправки на кризис. Волей-неволей приходится быть реалистом. Понятно, что абстрактные, бессюжетные балеты в Новосибирске востребованы меньше, чем большие классические постановки. Хотя мне кажется, что молодежи нравятся (по крайней мере я слышал много отзывов) и «Шепот в темноте», и Who cares?. Новый балет Эдварда «Бессмертие в любви», надеюсь, найдет своего зрителя. Но тем не менее надо думать о зрителе широком, и поэтому после «Лебединого озера», возможно, придет очередь «Щелкунчика». Как руководитель я должен смотреть, чтобы заполнялся зал, продавались билеты, а для этого надо поддерживать в хорошем состоянии все спектакли текущего репертуара. И не только в смысле хореографии, исполнительской техники, но и в том, что касается состояния костюмов! Нужно грамотно выстраивать афишу, нужно работать со СМИ, чтобы до публики вовремя доходила информация о премьерах, о приглашенных звездах…

Сейчас я отвечаю за все: не только за творческую составляющую, но и за административную часть. Работы выше головы, потому и сезон пролетает мгновенно — не успеваешь оглянуться.

— Планируете ли вы гастроли балета в ближайшее время?

— Можно составить очень обширную гастрольную программу — возможности, поверьте, большие, приглашений очень много. Но я считаю преждевременным делать упор на гастроли, много работы дома. Необходимо заниматься невероятно тяжелым, незаметным, ежедневным трудом для того, чтобы поднять уровень труппы. Понимаете, здание театра — грандиозное, знаменитое на весь мир. Хотелось бы, чтобы и уровень труппы был соответствующим.

— Расскажите как раз об этой повседневной работе. Что вам удалось сделать за два года, как изменилась труппа? Кто сейчас задает тон в новосибирском балете?

— Конечно, мне как руководителю балета хочется создать труппу на уровне лучших мировых компаний. К сожалению, изменения происходят не так быстро, как хотелось бы, вовсе не по мановению волшебной палочки. Разумеется, мы можем приглашать звезд из столичных театров, чтобы они танцевали в наших спектаклях. Например, мы предварительно разговаривали с Леонидом Сарафановым о планах на будущий сезон, он готов танцевать у нас десять спектаклей, так что сейчас надо вести переговоры с руководством Мариинки. Такие же разговоры были у нас с Иваном Васильевым, с Леной Востротиной. Более того, я бы хотел, чтобы она работала у нас… То есть приглашать звезд мы будем и дальше. Но поймите, гораздо важнее таких звезд воспитать у себя в коллективе, сделать звездами своих артистов. Вот в этом направлении мы и движемся. Недавно из Вены к нам приехал Иван Кузнецов, он танцевал в «Дон Кихоте», танцует в других балетах. Ему 20 лет, у него все впереди: вот на таких — молодых и талантливых — мы и будем делать ставку. Сегодня наш Рома Полковников в прекрасной форме, хорошо танцует Максим Гришенков. К сожалению, Семен Чудин выпал в этом сезоне: ему сделали операцию по удалению аппендицита. У нас прекрасные балерины: Жарова, Ершова, Одинцова, Лыткина. Очень стабильно и хорошо танцует молодежь — Старостина, Сабанцева. И мы ждем, ждем с нетерпением молодежь: из этого выпуска нашего хореографического училища к нам придут восемь талантливых парней.

А вот сейчас я перейду к очень болезненной теме. Я всегда говорил и говорю, что балет — профессия молодых. С возрастом человек физически не способен работать при нагрузках, сопоставимых с профессиональным спортом, организм попросту изнашивается — связки, суставы, мышцы. Так вот, нашей труппе нужна новая кровь, нужна молодежь, новая энергия. Сегодня в труппе номинально 96 человек, но тех, кто реально, по-настоящему танцует, не более 50. Да, остальные тоже работают, но балет, еще раз повторяю, — дело молодое. И если ты не можешь несколько часов подряд танцевать на пальцах, увы, надо уходить. А в современных балетах еще сложнее, чем в спектаклях классического репертуара, в них надо работать на износ, в них не спрячешься за пантомиму, здесь надо выкладываться полностью. Поэтому нам как воздух нужна молодежь. Понятно, что у всех возрастных артистов семьи, всем надо жить, работать, зарабатывать. Но при этом не может страдать театр! Да, люди работали здесь всю жизнь, и они, естественно, не представляют, как можно жить по-другому. Но мы в театр должны приходить молодые, должны танцевать. И поэтому мне придется предпринимать болезненные, непопулярные, но необходимые меры.

Хочу заметить, что за два года, которые я возглавляю новосибирский балет, я не уволил ни одного человека! Все знают, какая перетряска коллектива, как правило, происходит, когда появляется новый руководитель. Тем более новый художественный руководитель в творческом коллективе. Я сам всю жизнь работаю в балете и очень хорошо знаю, как это обычно бывает. Обычно состав коллектива меняется как минимум на 70%. 70% артистов уходит, а вместо них приходят новые люди. Это совершенно понятно и нормально: у каждого руководителя свой вкус, свои критерии, свои требования. Конечно, есть они и у меня, но все они обусловлены задачей создать труппу хорошего уровня.

Разумеется, при обновлении труппы важны финансовые возможности. Даже при тех финансовых условиях, которые мы имели, можно было обновить труппу. Но, снова повторяю, до сего дня я не уволил ни одного человека. А с получением гранта возможности, как я говорил, значительно расширились — теперь зарплата наших артистов балета выше, чем в других городах: выше, чем в Перми, Красноярске. Теперь мы можем приглашать талантливых людей из регионов, приглашать выпускников нашего училища. Сейчас там учится много талантливых ребят, которых я обязательно возьму в наш балет. В общем, вопрос уже стоит ребром.

— Новосибирские любители балета радуются переменам к лучшему: и в том, что касается репертуара, и в том, что касается появления новых имен. Но эту радость омрачают опасения: насколько серьезно вы обосновались в Новосибирске и готовы ли довести начатое до конца?

— Никуда не собираюсь уезжать. Я, конечно, не зарекаюсь и не обещаю, что останусь здесь на всю жизнь. Но пока все мои планы, надежды, устремления и амбиции связаны с новосибирским балетом.

Автор: Сергей Самойленко
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20564
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Май 22, 2009 4:04 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2009030004
Тема| Балет, Эстония, Персоналии, Марина Чиркова
Авторы| Лиана Турпакова
Заголовок| Марина Чиркова: «Обучение балету – это адский труд» //
Прима-балерина "Эстонии" из Петербурга

Где опубликовано| МК-Эстония
Дата публикации| 200903019
Ссылка|
Аннотация|

Я разговариваю с прима-балериной Национального театра «Эстония» Мариной Чирковой в ее гримерке.

Марина умело красится, демонстрируя мне, каким должен видеть зритель лицо балерины. «Глаза нужно делать еще больше, - говорит Марина, растушевывая темные линии грима под своими от природы большими глазами. - Иначе они будут выглядеть, как у японца». Марина такая хрупкая, что кажется школьницей. Когда она гуляет со своей большой собакой Цезариной (наполовину лайкой, наполовину овчаркой), то непонятно, как Марина может удерживать пса, да и кто кого выгуливает. Но Марина – очень сильная. Иначе она не была бы примой.

«Хочу все время расти, совершенствоваться, прогрессировать, остановка для меня подобна смерти», - говорит Марина Чиркова. И я думаю, что это ее жизненный девиз.

Всегда хотела быть балериной

- Сколько лет ты уже прима-балерина?

- В театре «Эстония» 10 лет. Этот год для меня очень важен, он юбилейный: я отмечаю 20-летие творческой деятельности. Специально в мою честь и именно под меня балетмейстер Тийт Хярм поставил балет «Дама с камелиями». С гордостью отмечу, что это произошло впервые в мировой истории балета, когда балет делается под конкретную балерину.

- Будучи маленькой девочкой, ты мечтала о карьере балерины?

- С тех пор, как я себя помню, я всегда хотела быть балериной. Как мама говорит, с 3 лет. Еще в том возрасте я понимала, что хочу и люблю танцевать. Помню, смотрела балет по телевизору и повторяла полностью все движения, которые балерины там делали: прыгала по квартире, вращалась, на шпагат садилась. Потом танцевала у мамы и папы на работе.

- Где проходило твое детство?

- Я родом из Петербурга, но моя бабушка родилась и жила в Раквере. И мы каждое лето отдыхали здесь. Поэтому Эстония для меня - тоже родной дом. Мои родители были оперными певцами, но потом ушли в другие профессии. Они познакомились в оперной консерватории. Потом папа стал профессором, академиком с множеством званий и наград, написавшим большое количество научных книг, директором физико-математического института в Санкт-Петербурге, а мама - одним из главных архитекторов города Ленинграда. Конечно, мама и папа хотели, чтобы я стала оперной певицей. В нашем роду балерин не было.

- У тебя голос есть?

- Да. Но мы опоздали на прием в музыкальную школу, и мама решила: хорошо, раз дочь хочет танцевать, отдам ее в хореографическую школу. Пускай потанцует годик, а потом ее переведу в музыкальную. И я поступила в балетный кружок во Дворце культуры. Через два года туда пришли учителя из Академии русского балета им. А. Я. Вагановой и меня единственную отобрали из всего класса. Родители сказали, раз уж так случилось, раз ребенок талантливый, если его взяли в такую академию, значит, это судьба, и надо ребенку помогать. Академия – огромная школа на выносливость, выживаемость и формирование характера. Обучение балету – адский труд. Никакого блата у меня не было, приходилось все доказывать самой. Я не хотела быть кордебалетной балериной, я боролась за звание «балерина», поэтому мне нужно было заниматься ещё и дополнительно.
Уроки делала до 3 ночи

- Маленькой девочке не хотелось поиграть в куклы?

- Куклы тоже были. Скажем так, до 7 лет. Пока я только капала родителям на мозги, что я хочу быть балериной, они не воспринимали меня всерьез. А с 7 лет уже никаких кукол не было - только работа и учеба. Причем с 9 утра и до 6 вечера мы учились, затем начиналась производственная практика: мы изучали разные партии, готовились к школьным концертам и участвовали в разных спектаклях Мариинского театра. Спектакли заканчивались в 24 часа, естественно, я ехала домой и делала уроки. Сидела до 3 ночи, со слезами на глазах, родители мне очень помогали. Приходилось и на рояле по ночам играть, когда соседи были в полном ужасе, и иностранный язык учить. Но из школы я приносила одни «пятерки». Вагановскую академию я окончила с золотой медалью и красным дипломом.

- Не жалеешь, что детства в привычном понимании у тебя не было?

- И да, и нет. Честно говоря, только благодаря тому, что всю жизнь посвятила любимому и очень тяжёлому творчеству, я смогла достигнуть таких высоких результатов. У меня есть знакомые, которые жалеют, что у них не было с детства такой занятости. И они не добились всего, чего хотели. Все детство у них прошло во дворе, в результате ни образования, ни любимой работы.

В Мариинке жесткая конкуренция

- Куда ты попала после Вагановской академии?

- Меня взяли в Мариинский театр, где я сразу стала танцевать ведущие роли, которые танцевали уже маститые балерины. Было очень сложно пробиваться, потому что постоянно надо было доказывать, что я лучше, что я могу танцевать. Я конкурировала с балеринами, у которых были очень богатые родители, покупающие им роли. В Мариинке очень жестокая конкуренция. У меня там никогда не было возможности спокойно учить свои роли. Здесь, например, молодые балерины учат свои роли полгода или год. В Мариинке у меня было максимум две недели на каждую партию. И если бы я не подготовила роль за две недели, то никогда бы и не танцевала. Всегда спрашивали так: «Ты знаешь эту роль?» «Да». «Иди, танцуй». Если ты ответишь отрицательно, на тебе поставят крест и отправят в кордебалет. Меня ценили за мою трудоспособность, большую эмоциональную отдачу и порядочность.

- А балерины с богатыми родителями тебе козни не строили? Битое стекло в пуанты не подкладывали?

- Такие вещи практиковали еще в Академии. Дети, завидуя, могли натворить что угодно. Они и стекла подсовывали в пуанты, и гвозди. Всякое было.

- Тебе тоже?

- Мне нет. Мне выключали свет во время выступления на концерте, а я продолжала танцевать. Выключалась музыка во время танца, я продолжала без музыки. А когда музыка опять включалась, то я попадала в такт. Как-то мы поехали в Германию с концертом, я повезла номер, который нравился всем - монолог из балета «Легенда о любви» в постановке Юрия Григоровича. В Дрездене номер имел большой успех. Мы должны были танцевать и в Берлине, но там выяснилось, что моя бобиновая пленка проколота иголкой. Запасная пленка тоже оказалась проколотой. К счастью, в Берлине в самом театре оказалась пленка с нужной музыкой.

- Ты выяснила, кто это сделал?

- Нет. Я догадывалась, кто. Когда-нибудь этот человек получит по заслугам. Это не наша привилегия наказывать кого-то или осуждать. Это происходит свыше. А если будешь мстить, то самой себе хуже сделаешь. В Мариинском театре было много наговоров. Я готовила балет «Легенда о любви». На главную партию претендовали три маститые балерины и я, молодая. И мне доверили главную роль. Шли репетиции. Ведущие балерины танцуют еще другие партии и могут позволять себе не приходить на репетиции. Наш главный балетмейстер вызвал меня и сказал, что мне надо проходить генеральную репетицию этого балета. Я прошла ее великолепно. Балетмейстер повернулся в зал, где сидели маститые балерины, и сказал: «Вот так, дорогие мои, надо работать. Посмотрите на молодой пример».

- Что ты подумала в этот момент?

- Я была счастлива, но параллельно меня охватил ужасный страх, потому что я понимала, чем мне это грозит. Пошли наговоры, но я все равно станцевала эту роль и пробивалась дальше. В 1997 я познакомилсь с главным балетмейстером театра «Эстония» Май Мурдмаа, и она предложила мне приезжать в Таллинн и танцевать спектакли. А в итоге предложила постоянно работать в театре «Эстония». Мое творчество в театре «Эстонии» началось с нового для меня пластического балета «Огненный ангел», который Мурдмаа поставила для Кайе Кырб, а потом переделала для меня и моего партнера. Этот балет в моём исполнении, кстати, произвел фурор. О нем много писали и говорили. Два года я была балериной театра «Эстония» и Мариинского театра. Трудно было. Я взвешивала все «за» и «против». «За» Мариинский театр были постоянные поездки, само имя театра, классический репертуар. Но к тому времени я отработала в Мариинском 10 лет и станцевала почти все ведущие роли, о которых мечтала. Что меня ждало? 10 лет того же. Потолок. Хотелось попробовать чего-то нового, хотелось двигаться дальше. Да и в театре «Эстония» мне нравился репертуар. Вот я и решила окончательно остаться в Эстонии. Удивительно, но в Эстонии я себя чувствовала, как дома, а Питер становился чужим, хотя связи с этим городом я не теряю до сих пор.

- Ты переехала одна?

- С мужем, Владимиром Архангельским. Он родом из Эстонии. Познакомились в Мариинском театре. Он был молодым артистом, а я балериной с ведущим репертуаром. Я взяла его себе в партнеры, помогла, и у него пошёл творческий рост. У нас очень хорошо сложились отношения, но они были больше творческими. Когда мы разошлись, то творческий союз не разрывали. Самое интересное, что наши отношения стали лучше после развода. Мы 15 лет танцевали вместе, из них 8 лет - в разводе. У нас чисто дружеские отношения, у обоих есть своя личная жизнь. У меня молодой талантливый партнер. И свой юбилейный спектакль танцую с ним, с Максимом Чукарёвым. Он выпускник Таллиннского училища.

Ноги у меня сильные

- Тебе 38 лет. В каком возрасте заканчивается век балерины?

- Ведущие балерины могут дольше танцевать. Но так долго, как Майя Плисецкая, я танцевать не хочу, это уже слишком. Скажем, когда исполняется 20 лет творческой деятельности, можно еще лет 5 танцевать спокойно. Балет – это эстетическое наслаждение для зрителей. Об этом не стоит забывать.

- Ты всю жизнь на ногах. Как выдерживаешь такие нагрузки?

- Ноги у меня сильные и всегда выдерживали огромные нагрузки. В том числе и 10-часовые репетиции в Мариинском театре. Тяжело, когда ставится новый балет, тогда репетиции идут с утра до вечера. Ведь надо играть еще и текущий репертуар. Приходится массаж делать – через день или каждый день, в зависимости от нагрузки, ходить к мануальному терапевту поправлять спину. Витамины, конечно, ем. Бывает, что мышцы ног и спины болят, но это часть профессии. Мы говорим: «если у тебя ничего не болит, значит, ты умер».

- Чем питаешься?

- Овощи, мясо, рыба. Никаких оладий и пельменей.

- Никогда?

- Очень редко позволяю. Если очень захочется макарон или галушек украинских. Но этого, можно сказать, почти никогда не бывает.

- У вас есть в контракте какой-то пункт, касающийся соблюдения диеты и веса?

- Нет. На тебя смотрят и выносят вердикт: похудеть. Я считаю, что должен быть специалист, который мог бы составлять специальные диеты для танцоров балета. Как мы худеем? Ничего не едим. Многие еще в детстве таким образом портят себе желудки. Но я четко знаю, когда могу себе позволить немного больше съесть и когда надо соблюдать строгую диету.

- Твой рост и вес?

- 168 см и 48 кг. Это идеально для меня. И танцевать легче, потому что тогда нагрузка на ноги не слишком большая. И партнеру легче поднимать. Балерина ведь должна летать, как пёрышко.


Я веду скромный образ жизни

- Кроме работы в театре у тебя есть другая?

- У меня есть своя балетная школа Luikede Lend, где обучаются дети с 2-летнего возраста. Так же работаю и с фигуристами, с теми, которые готовятся к чемпионату, ставлю им танцевальные номера и помогаю работать над пластикой тела и техникой ног. Кроме того, я учусь в институте экономики и управления.

- Значит ли это, что зарплаты балерины не хватает для безбедного существования?

- Знаешь, я веду довольно скромный образ жизни, не шикую направо и налево, не одеваюсь в дорогих магазинах, не обедаю в ресторанах, но случается, что ещё месяц не закончился, а зарплаты уже нет. Конечно, зарплата намного меньше, чем получает прима в странах Евросоюза. Проблема в том, что государство существенно сократило дотацию для театра, довольно-таки существенные миллионы, что привело наше руководство в ужас. Мало того, что нет возможности повысить зарплату, так еще пришлось и штат сократить! А сейчас будут и зарплату на 10% уменьшать.

- Твоя любимая роль?

- Роль Маргариты в «Даме с камелиями». Из-за драматичности сюжета и великолепной хореографии.

- Твой любимый балет как зрителя?

- «Дон Кихот». Он веселый, красочный и можно посмеяться.

- Личная жизнь при такой загруженности у тебя есть?

- О личной жизни не хочу говорить. Не люблю, когда личная жизнь становится достоянием общественности. Может быть, когда-нибудь в будущем расскажу.

Наша справка:

Марина награждена многими наградами, среди которых серебряная медаль на VI Международном конкурсе артистов балета в Москве (1993 г.), премия от радио «Меридиан» (1994г.), титул «Лучшая балетная пара года» (Таллинн, 1999 г.), стипендия от фонда Kultuurkapital (2000 г.), премия «Балерина года» от корпорации Philipp Morris (2002 г.), памятная награда за исполнение балета «Роза Шэннона» (2006 г.).

В 2005 г. Марина попробовала себя в роли постановщика балетных картин в опере «Пиковая дама».
В 2008 г. организовала и провела благотворительный танцевальный и музыкальный «Весенний бал талантов» в Саку Суурхалль, в котором объединила 23 творческих детских и взрослых коллектива.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20564
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Май 22, 2009 4:54 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2009030005
Тема| Балет, Казахстан, Проблемы Персоналии,
Авторы| Анна Ассонова
Заголовок| Жизнь на кончиках пальцев
Где опубликовано| журнал "КонтиненТ" (Казахстан) № 6 (239)
Дата публикации| 25 марта - 7 апреля 2009 г.
Ссылка| http://www.continent.kz/2009/06/13.htm
Аннотация|

Казахстанский балет в этом году отмечает знаменательное событие. 75 лет исполняется театру оперы и балета им. Абая и столько же Алматинскому хореографическому училищу им. Селезнева – одному из старейших учебных заведений в республике. В отличие от Туркмении, где после обретения независимости балет вдруг стал «чужд и непонятен туркменскому народу», балетное искусство в Казахстане не прервало своей истории, а напротив – образовательная база неуклонно развивалась. Как один из примеров этого – многочисленные награды наших танцовщиков на всевозможных конкурсах. Иностранные специалисты подтверждают, что от Казахстана выступают всегда просто уникальные ребята, очень талантливая поросль мужских танцовщиков. С таким, казалось бы, мощным тылом балетное искусство должно процветать в стране. Однако проблем в этой сфере немало

Экзерсисы у станка

По сути Алматинское хореографическое училище и есть система балетного образования в стране. Оно готовит творческие кадры для всех танцевальных коллективов республики. В Алматы удалось сохранить классическую русскую школу балета, заложенную блестящими педагогами Александровым, Жуковым, Чекрыгиным и другими, и, конечно, Александром Селезневым. Преподаватели училища с гордостью говорят о том, что первые экзамены в их учебном заведении принимала сама Ольга Лепешинская, находящаяся в Алма-Ате в эвакуации. И сейчас здесь работает мощный костяк педагогов.

Казахстанская балетная школа является сейчас третьей в мире по качеству образования. «По тем отзывам, что были от членов жюри на различных конкурсах, можно сделать вывод, что мы находимся в первой тройке после московской и санкт-петербургской хореографической школы, – говорит директор училища Карлыгаш Мурзаханова. – Да, мы отстаем по методике, результативности, по каким-то направлениям, таким как неоклассика, современная хореография, но активно ищем себя. Конкурентоспособность нашего балетного искусства бесспорна. Ежегодно порядка 30–35 наших детей становятся лауреатами международных конкурсов. Только с сентября у нас уже 18 учащихся стали призерами. Из последних достижений – с влиятельного конкурса «Танцевальный олимп» семь из 13 детей вернулись с медалями (1 золото, 4 серебра, 2 бронзы). После этого состязания ребят пригласили на гастроли по Германии». Руководство училища отдает предпочтение конкурсам, где представлена хорошая хореографическая школа, чтобы соревноваться с достойными, а заодно и учиться у сильных соперников. Из российских – это турниры в Москве, Сочи, Новосибирске, Перми.

Такое встречается редко, но последнее десятилетие училище славится именно мужской школой, потому как в одно время был сделан акцент именно на мужской танец. Яссауи Мергалиев в 2006 году взял гран-при в Варне, Досжан Табылды стал серебряным призером конкурса «Артисты балета» в Москве. Это лишь малая часть успехов. Как тут не вспомнить крылатую фразу из песни Владимира Высоцкого: «А также в области балета мы впереди планеты всей!». Но сейчас в училище планируют подтянуть и усилить женскую школу.

Несмотря на такие внушительные успехи учащихся, средства для поездок на конкурсы и фестивали, училище вынуждено искать самостоятельно. Финансируют поездки различные нефтяные компании, культурные фонды и даже родители учеников помогают искать спонсоров. «Дело в том, что наше училище относится к Министерству образования, где приоритетными направлениями являются наука и общее образование, поэтому финансовой помощи приходится ждать от Министерства культуры, которое все время обещает нам выделить какие-то гранты», – рассказывает директор.

Конечно, не каждое государство может позволить себе содержать хореографическое училище. Обучение одного учащегося обходится бюджету в 300 тысяч тенге в год. Причем в эти средства не вкладывается, как говорят педагоги, «организация творческой жизни», то есть все, что нужно для выступлений на сцене, юные танцовщики покупают сами. Сейчас ежегодно в училище поступают примерно 80 человек, из них к концу обучения остаются не больше сорока. Отсев происходит по понятным причинам – не каждому ребенку под силу выдерживать жесткие требования, как физические, так и моральные, такого искусства, как балет. Как шутят прославленные российские хореографы Касаткина и Василев, «артисты балета – это искусственно выведенная порода людей: танец, музыка должны быть в крови, ну и колоссальный, самоотверженный труд, конечно». Опытные хореографы подтверждают: «Балет – это добровольная пытка на всю жизнь». Поэтому-то 50–60 процентов учеников не добираются до финиша балетной муштры. К тому же во время обучения, а в училище очень строгий медицинский контроль, выявляются и «липовые» медицинские справки поступивших, и из-за оставляющей желать лучшего алматинской экологии у некоторых ребят, приехавших с других регионов, начинается астма. Кстати, количество приезжих и алматинцев сейчас примерно равно, хотя училище с удовольствием принимало бы больше детей из регионов, но здесь сказывается нехватка мест в общежитии. И так там вместо 170 учащихся проживает 217.

Фуэте отечественного балета

Количество выпущенных училищем балерин и танцовщиков не в силах удовлетворить госзаказ. Ежегодно от астанинского и алматинского театров оперы и балета поступает заявка на 15 выпускников. Множество коллективов по республике – а это Театр танца Булата Аюханова, «Салтанат», «Гульдер», «Самрук», новые столичные «Шалкыма», «Наз» – ждут вливания, как говорят танцовщики, «новых рук и ног». Однако не все выпускники стремятся пополнить творческие ряды местных театров – и это одна из главных проблем казахстанского балета. «На что может рассчитывать выпускник после окончания училища? – повторяет вопрос Булат Аюханов. – Только на 25 лет ощущения прекрасного рядом, на 25 лет попадания в сказку, потому как балет – это великая гармония тела и духа». А потом вновь серьезно продолжает: «Понимаете у нас глобальное несоответствие – уровень подготовки танцовщиков высокий, а почвы, куда упали бы эти семена, у нас нет. Всему виной отсутствие социальной поддержки артистов балета». Артистка театра оперы и балета им. Абая Любовь Кухарева говорит: «В денежном вопросе эта работа больше похожа на хобби. Ну что можно себе позволить на зарплату 40 тысяч тенге? Если одни пуанты стоят 4 тысячи и хватает их на две недели, солисткам и вовсе на неделю. А еще нужно прокормить себя, одеться, заплатить за квартиру». Булат Аюханов рассказывает: «В советское время я выхлопотал 35 квартир, поэтому коллектив сохранился. Вот недавно мы отметили 45-летие. А в этом году ко мне в коллектив пришли семь девушек и все не алматинки. Крыши над головой у них нет, чтобы снимать квартиру, нужно платить 400–500 долларов. А у них зарплата 33 тысячи – выпускнику больше не полагается. Получается, что мне нечем их заинтересовать. Если бы было общежитие для молодых специалистов, это решило бы проблему».

Чтобы начать танцевать сольные партии, молодой балерине нужно четыре-пять лет проработать в родном театре, чтобы обратили внимание, пригласили на ведущую роль – в балете ведь, как нигде, сохраняется жесткая иерархия: кордебалет, корифей, солист, наконец, премьер. Хотя разница в окладах между тем же кордебалетом и солистом невелика – процентов десять. С такими зарплатами и ипотеку взять не под силу. Порой финансовая неудовлетворенность заставляет артистов идти на крайние, некрасивые меры. Весной 2008 года артисты балета ГАТОБ сорвали спектакль из-за того, что им в течение двух месяцев не выплачивали зарплату. Причина была не только в этом, но и в том, что в театре давно не было новых постановок, а последние гастроли проходили очень давно. Затем в январе забастовали артисты астанинского театра оперы и балета им. Байсеитовой – все выпускники АХУ. Жаловались, что за девять лет работы в труппе им так и не выделили обещанных квартир, и они вынуждены ютиться в общежитии без должных коммунальных условий.

Еще один неприятный момент, с которым приходится жить казахстанским танцовщикам, – по завершении карьеры (в среднем в 40 лет) дожидаться пенсионного возраста, не получая пенсии. В 1992 году после развала советской системы шахтеров, летчиков, других специалистов вредных производств и работников усиленного физического труда, а вместе с ними и артистов балета перевели на пенсию, как у всех, то есть с 58 и 63 лет. Хотя для остального артистического, балетного мира это абсурд – как можно себе представить 50- или 60-летнюю балерину? Во всем мире артисты балета уходят, протанцевав 15 лет в качестве солистов или 17–20 в составе кордебалета. Потому что за это время организм успевает изработаться до предела. «Танцевать можно долго, но смотреть на это нельзя, – говорил, находясь в Алматы, мэтр Юрий Григорович. – Балет – это искусство молодости».

«Нет ни одной балерины, чтобы что-то у нее не болело. Работа в балете – это полный износ. Кто успевает завести семью, родить ребенка – герои. Но в основном на первом месте стоит работа – балетные люди ненасытные, одержимые, хочется станцевать и то, и другое. Но они выступают не ради истории. Это их планета. А получается, что они «отдолбали» 20 лет, и им говорят «до свидания» – это жестоко. Я просто по моральным соображениям не могу из своего коллектива выгнать кого-то на пенсию. Они уже не танцуют, но я вынужден их держать, держать место, на которое мог прийти кто-нибудь молодой, энергичный. В этом учебном году я отговариваю родителей, отдающих свое чадо в балет. Говорю: подумайте, что ждет ваших детей», – рассказывает Булат Аюханов.

Ведущие хореографы страны обращаются к чиновникам с предложением, если государство не в состоянии оплачивать пенсию (хотя в Казахстане всего 870 танцоров на пенсии), тогда надо дать возможность человеку пройти какое-то обучение, найти себя в другой специальности, устроиться.

У людей других творческих профессий в Казахстане есть возможность приработка, а может быть, и основного заработка, как той-бизнес. И некоторые из танцовщиков тоже «грешат» этим, выступая в ресторанах, на корпоративных вечеринках, торжествах. Хотя здесь сильную конкуренцию казахстанцам составляют киргизские танцовщики, которые неплохо зарабатывают в южной столице. Однако балетные будни действительно увлеченных профессией людей не позволяют им устраивать подобные вечерне-ночные заработки, темп работы совсем иной. «Постройте два высотных дома, один – в Алматы, другой – в Астане, поселите несчастных танцовщиков, циркачей, никто тогда не будет бегать по ночным заработкам, а будет полностью отдаваться работе», – возмущаются балетоманы. «Артисты вкалывают в балетной студии с десяти утра и, иной раз, до одиннадцати вечера. Мизерная оплата этому не соответствует, и все это влияет на настрой в работе. Зарплата именно в ГАТОБ отличается от российских в три-четыре раза, не говоря уже о европейских. Но дело не только в зарплате – для того чтобы был стимул к работе, нужны гастроли, которых, к сожалению, нет», – говорит Ерлан Андагулов, в прошлом ведущий солист ГАТОБ, работающий сейчас в испанском театре. После окончания АХУ, чьих педагогов Ерлан до сих пор вспоминает с теплотой, он работал в московской труппе, затем окончил известную мюнхенскую хореографическую школу Нeinz-Bosl, танцевал в Angel Corella Ballet.

И такие случаи – успешной работы в России и в Европе наших танцовщиков – не единичны. После окончания училища 8–10 процентов выпускников сразу уезжают за рубеж, затем к ним присоединяются разочарованные в отечественном искусстве. И хотя бессменный руководитель Театра танца Булат Аюханов повторяет, что понятия «зарубежье» у балетных сейчас как такового нет – «у искусства нет границ, искусство там, где ты востребован». Тем не менее напрашиваются выводы о несовершенстве системы, когда прекрасные танцовщики, воспитанные за государственный счет, и рады бы танцевать на родине, но выступают на иностранных подмостках для совершенно другой публики. Это вечная дискуссия между учебными организациями и работодателями в нашей стране. Отец одного из учеников хореографического училища рассказывает: «То, что мой сын не останется работать здесь в каком-нибудь местном театре, это однозначно. Перспектив особых нет. Уже сейчас он ездил на кастинг в швейцарский театр, из 220 претендентов вошел в семерку лучших. Единственное, из-за чего ему отказали, это возраст – ему сейчас 17 лет, а им нужны более зрелые танцовщики. Думаю, со временем он сможет все-таки устроиться в европейский театр – уровень подготовки у него неплохой. Знаете, в прошлом году он ездил на месяц в США, где работала выездная летняя школа Большого театра для танцовщиков со всего мира, не скажу, что он вынес от этих занятий что-то принципиально новое. Это говорит о том, что казахстанское хореографическое образование все-таки у нас на должном уровне».

Один из педагогов хореографического училища рассказывает о своей выпускнице Алие Таныкбаевой, приме-балерине Венского театра: «Позвонила мне на днях, говорит, что переезжает в Женеву. В Венском театре станцевала все, что хотела, репертуар себя исчерпал. В Европе ей платят 3,5–4 тысячи евро. Многое, конечно, уходит на аренду квартиры, налоги, но она кормит семью в Аркалыке».

Много выпускников АХУ работает сейчас в России, в частности, в многочисленных московских, санкт-петербургских труппах. В бишкекском и ташкентском театрах с удовольствием приняли бы наших выпускников. «Вот только они нарасхват», – сожалеют художественные руководители центральноазиатских коллективов. Алматинцы отдают предпочтение работе в Татарском академическом театре оперы и балета им. Мусы Джалиля. Казанский театр вообще можно назвать передовым – там введена контрактная система, как в Европе, артист получает не только зарплату, но и гонорар за каждый выход на сцену. В Казани также проводится престижный конкурс им. Рудольфа Нуреева, участвовать в котором считается очень почетно. Казахстанские танцовщики не только становятся лауреатами конкурса, но и, как говорят алматинские педагоги, составляют чуть ли не большую часть балетной труппы театра. Сейчас там работают ведущими солистами Айдос Закан, Бахытжан Смагулов, Александра Суродеева и другие. «В Казани солидные заработки, но там и «потогонная система». Если вы тянете на «звезду», то сразу начинаете получать значительно больше, скажем не 500, а 1000 долларов. Вы становитесь «звездой», «делаете» кассу театру. Это и правильно, должна быть контрактная система», – рассказывают педагоги училища.

«Знаете, пока мы учились в хореографическом училище, понятия не имели, что нас ждет и как вообще строить свою карьеру, – говорит танцовщик театра танца «Самрук» Юрий Силантьев. – Поэтому у меня сейчас есть идея, над которой я работаю, пригласить в училище наших выпускников, работающих в самых разных коллективах, устроить такую встречу, чтобы опытные артисты поделились с начинающими, как вообще можно себя реализовывать и как подавать каким-то театрам». Потому как и в Европе устроиться непросто, конкуренция с западными танцовщиками очень острая, потому что там много превосходных артистов. А для создания имиджа звезды требуется сильный пиар, мощная реклама, словом, много денег. И хотя танцы на пуантах – не самая доходная статья культурной индустрии, а вот попробуй-ка попади в историю балета.

Альтернативой для тех, кто не может реализовать себя в местных театрах, а устроиться в западные не получается, является преподавательская деятельность. Педагогическое образование можно получить в Академии им. Жургенова или на кафедре хореографии в Женском педагогическом институте и, конечно, в России. Многие выпускники училища оканчивают российские балетные академии, а затем возвращаются в Алматы преподавать. Но опять же учительская ставка в АХУ всего 11 тысяч тенге. «Мы работаем из любви», – говорят педагоги. Уже долгое время на базе училища хотят открыть бакалавриат, чтобы и статус поднять единственного в республике хореографического училища, и предоставить новые возможности выпускникам. Да и зарплаты у преподавателей станут выше. Однако идея с вузом пока еще не сдвинулась с мертвой точки. Также педагоги ждут открытия астанинского института искусств, где находящийся на грани закрытия столичный филиал училища им. Селезнева, сейчас по сути являющийся просто балетной школой, а не интернатской системой образования, станет основой кафедры хореографии.

Остается вопрос: стоит ли посвящать свою жизнь искусству, такому быстротечному, такому изматывающему, если в ответ не будет достойного вознаграждения? «За рубежом в балете учатся дети из обеспеченных семей, а у нас в балет отдают своих детей нищие люди. Если бы они платили за учебу, то приезжали и интересовались бы успехами своих детей, а так получается, что семьи скидывают лишний рот. Раньше нас бедность жизни гнала в балет, мы создавали себе сказку, особый мир, а сейчас ведет в балет нищета. В училище ведь хорошо кормят, прекрасно оснащены классы, в том числе телевизорами, ноутбуками, есть Интернет, получают стипендию 7,5 тысячи», – рассуждают хореографы. Небольшая часть, как и прежде, приходит в балет по наследству, ну и из-за романтических ожиданий своих родителей, а потом уже просто не могут жить без балета, без ежедневных физических нагрузок, без сцены, публики, аплодисментов.

Со временем меняются и герои, кумиры балетной молодежи. Если раньше в пример начинающим приводили таланты Нуреева, Барышникова – мальчикам, Уланову, Плисецкую – девочкам, то теперь юные танцовщики знают их лишь понаслышке. Они увлечены современными «звездами»: фантастическими техническими способностями кубинца Карлоса Акосты, Игоря Колба, солиста характерного танца Ислома Баймурадова, Владимира Малахова. «Для меня героинями сегодняшнего балета являются примы Светлана Захарова, Ульяна Лопаткина. Волочкова – конечно, не великая балерина, но стоит позавидовать ее настойчивости, упорству», – говорит Любовь Кухарева.

Изменился и зритель театров оперы и балета. «Когда мы выступаем в Европе, нам рукоплещут. А здесь узкий круг постоянных зрителей, которые ходят на все спектакли, всего 500 человек, – рассказывает ведущий солист ГАТОБ Досжан Табылды. – Всего наш театр посещает где-то 12 тысяч человек. Из них 80 процентов иностранцы, 10 – старая интеллигенция Алматы, и 10 проц. – молодежь, творческая или те, кто обучался за границей. На Западе, в Москве множество театров и все они каждый вечер заполнены, у нас же людей интересует совсем другое, они далеки от высокого искусства, и многие сами это признают. Это говорит о низкой культуре. Но у меня в проектах, в том числе для привлечения зрительского внимания, организовать масштабные концерты премьеров Большого, Мариинского, европейских, американских театров. Много танцовщиков хотят приехать сюда, потому что им очень интересна местная балетная школа. А здесь у нас никто не заинтересован ни в выпускниках, ни в театре никто никого не держит, не пытается остановить утечку талантов. Танцовщики работают здесь, чтобы набраться опыта, а потом уже выступать на международном уровне».

Хотя можно было ожидать других ответов, тем не менее ни один из собеседников «КонтиненТа» не согласился, что в последние годы интерес к балетному искусству упал. «Мы собираем полные залы, хотя билеты и не назовешь дешевыми», – говорят руководители различных коллективов. «Люди хотят видеть красоту, а балет – это танец красоты. Им нужно искусство, которое выравнивало бы кривизну жизни», – восклицают мэтры хореографии. Несмотря на все препоны и, как водится, интриги, что существуют в одном из самых жестких, требовательных, жизнепоглощающих и конечно же блестящих, виртуозных, одухотворенных видов искусств, балет в Казахстане продолжает жить. Нам не догнать пока Санкт-Петербурга, где ходить на спектакли Мариинского театра так же престижно, как иметь дом на Рублевке или последнюю модель спортивного автомобиля. Но предпосылки для того, чтобы смотреть мастерский балет на наших подмостках, есть. Другое дело – как дадут развернуться этим предпосылкам.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20564
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Май 22, 2009 5:24 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2009030006
Тема| Балет, гастроли в Армении, Персоналии, Нино Ананиашвили
Авторы| Беседовала Нора КАНАНОВА
Заголовок| Нино Ананиашвили - жемчужина мирового балета
Где опубликовано| Новое время (Армения)
Дата публикации| 20090305
Ссылка| http://www.nv.am/2008/5mart/kultura.htm
Аннотация|

Сезоны грузинской культуры в Армении открылись “Вечером одноактных балетов” труппы Тбилисского театра оперы и балета им.Захария Палиашвили. Тбилисцы представили три постановки — “Green”, “Sagalobeli”, “Sechs Tanze”, — чья оригинальная хореография сразу же покорила ереванцев. Да иначе, наверное, и быть не могло, ведь художественным руководителем Государственного балета Грузии является Нино АНАНИАШВИЛИ, прима-балерина Большого театра, танцевавшая ведущие партии на всех великих сценах мира — American Balet Theatre, Датский королевский, Grand Opera, “Ковент-Гарден”...
Двадцать лет отдавшая Большому театру Нино Ананиашвили всегда шла не в ногу, летала на личные гастроли, прихватывая с собой лучших партнеров, чем очень досаждала своему начальству. При этом трудовую дисциплину не нарушала и с костюмершей ладила, а для частных проектов привлекала Алексея Ратманского, тогда мало кому известного хореографа, ставшего затем художественным руководителем балета Большого театра. В 2004 году карьера ее сделала крутой вираж — она приступила к новым для себя обязанностям художественного руководителя Государственного балета Грузии.

— Решение возглавить грузинский балет пришло неожиданно?
— В жизни однажды наступает переломный момент, когда ты должен на что-то решиться даже в ущерб себе. Я всегда была свободной птицей, летала, куда хотела, и выбирала только те предложения, которые нравились. Свое время тогда я делила между США и Москвой, в Тбилиси у нас с мужем даже дома своего не было, но случилось так, что одновременно с предложением президента Михаила Саакашвили возглавить балет Большой закрылся на ремонт, тогда же скончалась мой любимый педагог Раиса Степановна Стручкова, и я подумала: раз все так совпало, значит, так и должно быть. Конечно, часть моей жизни так и осталась в Большом, а в Тбилиси началась другая ее часть, более лучшая, ведь здесь три года назад родилась моя дочь Елена. Дела я не боюсь, работать умею, тем более что люди, которые мне помогают, есть как в самой Грузии, так и в России, на Западе. Сегодня я чувствую ответственность не только за себя, но и за всю труппу, за ее лицо, ее продвижение. Я не скажу, что начинала в Тбилиси с нуля, — это было бы просто нечестно, но пришлось все поднимать заново.
— Тбилисский театр оперы и балета на бюджетном обеспечении?
— Да, он государственный, но мы получаем гранты из президентского фонда по Национальной программе развития грузинского балета, и эти деньги идут на постановку, костюмы, декорации. Мы первые на постсоветском пространстве приобрели и специальный пол, который возили с собой и на гостроли. Помогают и частные инвесторы — мы не автономны от оперы.
— Труппа освоила стили, видимо, до вас ей не знакомые, — Трея Макинтайра, Стентона Уэлша, Алексея Ратманского, достойно выдержала и “Лебединое озеро”.
— Прежде всего надо было приводить в порядок классику, почистить хореографически, отрепетировать, заново одеть. И тут понадобились педагоги из Москвы, Питера, Копенгагена. Без классики труппа никуда не двинулась бы. Конечно, я использовала хорошие отношения с Фондом Баланчина. Он признанный гений и он грузин, хоть и американский хореограф. Было бы грешно не ставить его балетов на тбилисской сцене. И, кстати, после постановки Баланчина та же академическая классика удается труппе гораздо лучше. Ставили мы и одноактные балеты современных хореографов.
Стиль Стентона Уэлша воплощен в “Green” — балете, которым мы открыли вечер. Совсем иная стилистика присуща балету “Second Before the ground” Трея Макинтайра. Другой стиль, другая пластика в балете “Sechs Tanze” на музыку Моцарта хореографа Иржи Килейна. Исполнение всех этих балетов требует особой координации и свободной пластики. Приходится преодолевать себя, пока понимаешь — некрасивых поз нет. Я очень надеюсь, что такая богатая палитра возможностей хореографии, которую мы имеем сегодня, будет способствовать росту новых хореографов. У нас с хореографами плохо, хоть караул кричи.
— Говорят, вы открыли Ратманского.
— Я очень рада, что он сам это говорит. Все три постановки, которые я ему заказывала, получились очень удачными: “Прелести маньеризма”, “Сны о Японии”, “Леа”... До него никто не видел нас, а он ставил на звезд Большого и Мариинского в таком амплуа, а тут мы не боимся быть смешными, шутить... Сейчас Ратманский работает в США.
— Посол Грузии в Армении Реваз Гачечиладзе накануне открытия Сезона грузинской культуры сказал, что ваша труппа только что вернулась из США и что гастроли были успешными. А где еще были и куда в перспективе поедете?
— Мы были в большом турне по Японии. И знаете, что самое приятное для меня, — японцы были уверены, что перед ними выступает кордебалет Большого театра, никто и предположить не мог, что в Тбилиси настолько развит академический балет. Думали, у нас есть только ансамбль народного танца Сухишвили и Рамишвили. В феврале 2010 года снова поедем в Японию со спектаклями “Ромео и Джульетта”, “Жизель”. В США мы выступали на самых престижных сценах, “Sagalobeli” принимали там на ура, были на фестивале в Великобритании. Это профессиональные сцены, качественные оркестры, гарантированные залы.
— Вам, наверное, пришлось резко сократить сольные выступления.
— В этом году я танцую только в American Balet Theatre и в Тбилиси, иногда принимаю участие в эксклюзивных гала-концертах. Хулия Бока, прощаясь с балетом, пригласил выступить меня. Станцевала я и на гала-концерте Ратманского — на сцене Большого выступила впервые после четырехлетнего перерыва. ...Я могу позволить себе уехать лишь ненадолго — я ведь руковожу еще и балетной школой, так что семья, театр, школа не оставляют мне времени, поэтому пришлось до минимума сократить свои западные выступления. 27 июня я буду прощаться с American Balet Theatre, на сцене которого — Метрополитен-Опера я танцевала 16 лет.
— Вашими стараниями для Большого были приобретены балеты Баланчина, но потом их упразднили.
— Мне было обидно за театр. В балетах Баланчина я впервые открыла для себя, что в классике, оказывается, существует очень много других выражений. Это классика, все делаешь на пуантах, но совсем по-другому мыслишь, совсем по-другому выстраиваются ноги, совершенно не обязательно идти в одну сторону, как мы привыкли, можно и обратно. И это очень красиво. Сейчас в нашем репертуаре 9 балетов Баланчина. Баланчин нужен для развития актера и зрителя тоже. В Большом поставили Баланчина, когда руководителем туда пришел Алексей Фадеичев.
— Расскажите о себе: какие партии самые любимые, какой стиль одежды и какую кухню предпочитаете?
— Все любимые, но, наверное, последняя любовь — Маргарита из балета Энтина “Маргарита и Арман” — история дамы с камелиями. Балет был поставлен на Марго Фонтейн и Рудольфа Нуриева — это был эксклюзивный балет “Ковент-Гарден”, и я была счастлива, что мне единственной разрешили сделать эту постановку в Тбилиси и что я сама станцевала партию Маргариты.
Я не одеваюсь постоянно у одного мастера, ношу то, что мне нравится и что нравится моему супругу. Моя любимая кухня, конечно, грузинская. Еще люблю всякие японские вкусности, китайские блюда, да и итальянские тоже. Голодовкой и строгой диетой никогда себя не мучила. Но когда надо похудеть, строго себя ограничиваю. Готовить сама умею. Может, это даже связано с генетикой, ведь я грузинка... Отдыхать люблю в кругу семьи, с дочкой и когда собираемся с друзьями. Люблю читать, хотя и не могу сказать, какая книга любимая — под настроение...
— Вы не помните самую смешную сплетню о вас?
— Очень давно обо мне ходил смешной слух. Было это во времена перестройки. Михаил Сергеевич Горбачев вместе со своей супругой любил посещать Большой театр, как правило, это было неожиданностью. И так получалось, что очень часто они приходили именно на мои выступления и присылали много цветов. Конечно, это было очень приятно для артистов, да и для театра престижно. А в это время я как раз вышла замуж. И почему-то многие решили, что я вышла замуж за сына Горбачева. Это было тем более смешно, что у Горбачева сына вообще нет. Узнала я об этом слухе случайно в самолете. Настроение было плохое, из-за непогоды мы приземлились в Минводах, а не в Тбилиси. И вдруг ко мне подходит незнакомец и спрашивает: “Вы Нина?” — “Да”, — говорю, я решила, что это очередной поклонник. А он говорит: “Это правда, что ваш муж — сын Горбачева?” Я была настолько шокирована, что ответила: “Если бы я была супругой сына Горбачева, то мы бы с вами в Минводах не торчали”.
— Вы имели в виду что-то конкретное, говоря о контактах с армянским балетом?
— Я очень рада, что привезла в Ереван труппу и что первый вечер сама не танцевала, так что это был успех именно труппы. Мне гораздо приятнее, когда я слышу комплименты в ее адрес, — значит, затраченный труд не пропал зря. Говоря о контактах, я имела в виду, что мы многому могли бы научиться друг у друга, я бы с удовольствием пригласила в Тбилиси молодых армянских танцоров, а наши ездили бы сюда — это было бы интересно и полезно всем.
— Вы как-то признались, что вы счастливый человек.
— Да, счастливый человек, успешный в профессии и вообще в жизни, потому что я сделала, наверное, больше, чем надеялась, больше, чем возможно было. Но ценности жизни стали другими, когда у меня появилась дочь.
* * *
Блеск и красота грузинского балета останутся в нашей памяти надолго. Как дар нам, зрителям, от всех, кто работал над спектаклями и в первую очередь как дар Нино Ананиашвили, которую судьба одарила бесценным сокровищем, имя которому талант.
Сегодня Нино Ананиашвили приглашает нас посмотреть еще три одноактных балета — “Serenade” Джорджа Баланчина, “Second Before the ground” Трея Макинтайра и “Dreams about Japan” Алексея Ратманского. Сама Нино Ананиашвили выступит в “Dreams about Japan”. Это будет ее первое выступление на сцене Ереванского театра оперы и балета. Обидно, что тбилисцы издали на армянском языке и привезли в Ереван буклет о Государственном балете Грузии, а также вкладыш, представляющий актеров, занятых в спектаклях. Как сказала Нино Ананиашвили, и буклет, и вкладыш в количестве 2 тысяч экземпляров были переданы для раздачи зрителям дирекции театра, однако те по непонятным причинам этого не сделали.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20564
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Июл 09, 2009 12:32 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2009030007
Тема| Балет, Краснодарский театр балета Григоровича, Персоналии, Екатерина Конобеева
Авторы| Александр Геннадьев
Заголовок| Балетные узоры Екатерины Конобеевой
Где опубликовано| Аргументы и факты - Юг (Краснодар)
Дата публикации| 20090304
Ссылка| http://www.vashagazeta.ru/index.php?id=9196
Аннотация|

Екатерина Конобеева появилась в Краснодарском театре балета Григоровича год назад. Она мгновенно обратила на себя внимание, так как такой сценичной, с красивыми пропорциями, лиричной и удивительно женственной танцовщицы видеть у нас не приходилось давно. Пополнив немногочисленные, потускневшие ряды наших солисток, Конобеева сразу заняла место прима-балерины.

- За год вы станцевали сразу три новых партии: Аврору из «Спящей красавицы», Фригию из «Спартака» и Катерину из «Каменного цветка». Партии все разные, сложные, требующие хороших профессиональных навыков. Такой ритм вас не пугает?
- Вообще-то я их выучила даже меньше чем за полгода. Сложно, конечно, но это работа, и работа в радость. Наш век очень короток, поэтому чем больше танцуешь, тем больше твой репертуар, опыт, творческий багаж. Ведь после хореографического училища почти за пять лет в театре мало что было сделано.
- Вы работали в Перми?
- Да, после учебы в Пермском хореографическом училище у прославленного педагога Людмилы Сахаровой, которая воспитала Надежду Павлову, Любовь Кунакову, я получила несколько приглашений и тогда предпочла пермский балет, где, кстати, сегодня дела идут не самым лучшим образом.
- А приезд в Краснодар с чем связан?
- Исключительно с творчеством. У нас с мужем - он тоже артист балета - здесь работают одноклассники, которые нас и звали к себе. Вот мы и решили сменить город, театр, репертуар, впечатления.
- Ну и как?
- Что-то нравится, что-то, естественно, нет. Но у меня есть уникальная возможность перетанцевать весь репертуар Юрия Григоровича и танцевать сколько душе угодно.
Сейчас готовлю партию Джульетты, позже думаю станцевать Жизель. А там, если повезет, и балеты Фокина.
- Кто для вас эталон балерины?
- Идола для себя не держу, а так мне ближе из современных Ульяна Лопаткина.
- Что цените в партнере?
- Чувство партнера и уважение к партнеру. Чтобы более опытный помогал, а не подавлял. А то у нас бывает и такое.
- Хочешь - не хочешь, а конкурентка вы завидная, и наверняка отдельные «примы» проявляют к вам «любовь» и «понимание»?
- Возможно, я совсем наивная и ничего такого пока не ощущаю. Да мне и некогда.
Я приехала работать, а не лавры и партии делить. Потом я не одна, у меня есть поддержка - любимый супруг Евгений, мой советчик, надежный друг. А это облегчает жизнь в чужом городе.
- Кстати, как вам Краснодар?
- Нравится, ведь девушка я теплолюбивая, и климат меня очень устраивает, несмотря на то, что я пермячка.
- Что прима-балерина театра балета Григоровича делает в свободное от работы время?
- Вышивает. У нас этим занимается практически вся дамская часть труппы. Знаете, очень успокаивает нервы…
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20564
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вт Июл 21, 2009 4:06 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2009030008
Тема| Современный танец, Biennale de la Dance, Персоналии, Анжолен Прельжокаж
Авторы| Наталия Колесова
Заголовок| В МИРЕ КОНТРАПУНКТА
Где опубликовано| журнал "Планета красота"
Дата публикации| 20090304
Ссылка| http://www.melpomene.ru/index.php?option=com_content&view=article&id=448%3Apoint-01-02-2008&catid=117%3Athe-ballet&Itemid=363&showall=1
Аннотация| фестиваль, Интервью

В нынешнем году традиционное Biennale de la Dance, проходящее в Лионе и остающееся самым насыщенным фестивалем современного танца, проходило под девизом «Retour en avant» (Возвращение вперед).

Попытка увязать воедино настоящее, прошлое и будущее, в принципе безнадежная и благородная, как нельзя лучше соответствует состоянию танца начала ХХI века. В этом году биеннале, собравшее ярких представителей contemporary dance, от Маги Марэн, Каролин Карлсон, Анжолена Прельжокажа до хореографов из Тайваня, танцовщиков фламенко и уличных артистов, подарило публике несколько отменных событий.



Подлинная история Белоснежки.

Анжолен Прельжокаж, автор впечатлившей москвичей версии «Ромео и Джульетты», сочинил авторский балет «Белоснежка» на музыку Густава Малера. Мрачный и жестокий, вовсе не приторный мир сказки братьев Гримм привлек хореографа. Он стремился уйти от красок диснеевского мультфильма, вызвать к жизни и воплотить в танце мощные и свободные импульсы природы, услышанные им в симфонической музыке Малера. Если добавить к этому, что костюмы постановки — плод фантазии Жана-Поля Готье, одного из самых театральных и бесстрашных художников мира высокой моды, ажиотаж вокруг спектакля понятен.

По-метерлинковски сумрачный, лишенный солнца, мир спектакля населяют герои истории о торжествующем, но не безнаказанном зле, о любви и смерти. Это не только короли и принцессы, а лесные жители, сказочные животные и забавные гномы. Королева-мать рожает Белоснежку ночью на лесной тропе и умирает в одиночестве. Там же она спустится с неба, чтобы передать своей злодейски отравленной дочери последний жизненный импульс, который вернет ее к жизни вместе с поцелуем Принца. Общая нота спектакля — меланхолия.

В памяти запечатлевается в первую очередь танец гномов-землекопов. Появляясь в проломах горы, они крадучись спускаются по вертикальной стене на цирковых лонжах и всю сцену проводят, ритмично двигаясь с их помощью вниз и взмывая вверх, как воздушные гимнасты. Этот сложный и выверенный ритм смен высоты, натяжения, переплетения тросов в сочетании с остроумным танцем производит сильнейшее впечатление. Пожалуй, танец гномов в вертикальной плоскости, замысловатый и изобретательный, — главное открытие балетмейстера в этой постановке.

Прельжокаж сознательно противопоставляет Белоснежку и Королеву даже на этническом уровне: гуттаперчевая японка Нагиса Ширай, чье атлетичное тело до степени последней откровенности просвечивает сквозь тунику, пропущенную между ног, и длинноногая блондинка Королева (Селин Галли) в черном латексе, на каблуках, в перчатках и в готической короне, одетая Готье в стилистике садо-мазо, — что может быть контрастнее?

Танец Белоснежки насыщен динамикой и сильными акробатическими элементами. Королева в сопровождении зловещих гибких горгулий, затянутых в черный бархат, великолепна в своей яростной и агрессивной пластике. Зеркало — символ потустороннего мира и могущества — отражает ее амбициозную фигуру (зеркальное отражение в точности копирует движения солистки и свиты). Но на третий раз оно отразит не пугающую красоту Королевы, а безмятежную Белоснежку, живущую у гномов. Сначала злодейка посылает в лес трех охранников в костюмах спецназовцев, но те не могут убить принцессу, хотя и пытаются сделать это в странном и недобром танце. (В конце концов, вместо сердца Белоснежки они приносят во дворец сердце оленя.) Одна из лучших сцен в спектакле — сцена с яблоком, которое преобразившаяся в немощную нищенку королева сначала вкрадчиво предлагает Белоснежке. А потом, улучив момент, буквально забивает им рот девушки, и они так и танцуют вместе — убийца и жертва, словно спаянные отравленным плодом.

Прельжокаж сочинил неожиданный дуэтный танец двух женщин, и пока с лица Белоснежки исчезают последние краски жизни, лицо Королевы заливает румянец сладострастной жестокости. Она наслаждается убийством.

Убитые горем гномы сооружают для Белоснежки хрустальный помост, к которому и приходит Принц. Следующий затем его долгий танец с безжизненным телом возлюбленной имеет предысторию в творчестве хореографа — аналогичный прием и лексику он использовал в своей постановке «Ромео и Джульетты». Под музыку «Адажиетто» из Пятой симфонии Малера этот дуэт длится до тех пор, пока Белоснежка не оживает.

Совершенно логично в финале постановщик совмещает несовместимое: свадебный вальс Белоснежки и Принца и казнь Королевы, исступленно танцующей до смерти в раскаленных башмаках. Эти серебряные башмаки с алой подошвой тоже придумал Готье, который в целом выступил очень деликатным художником. (Немного изуродовал женские фигуры, пропустив между ног танцовщиц кожаные ремни-портупеи, да лесных жителей нарядил в мохнатые панталоны, имитирующие козлиные ноги сатиров).

Безумная, отчаянная пляска королевы оставила в финале очень тяжелый осадок, хотя аплодисменты не умолкали долго. На этом контрапункте — лиризма и жестокости, поэзии и физиологии, — построен весь спектакль, и, наверное, это один из возможных способов рассказывать сказки в современном мире.



«Живым и только — до конца»

Самым ярким впечатлением биеннале стал моноспектакль Пьера Ригаля «Press» («Компания последняя минута») — абсолютно оригинальное сочинение о невыносимости бытия, достоинстве и одиночестве человека. Герой — красивый мужчина в черном деловом костюме — на протяжении часа непрерывно держит внимание зала.

Свой бессловесный монолог он представляет в пространстве комнаты-камеры, которая по ходу действия сжимается до размеров узкой щели. Он стоит на голове, непринужденно засунув руки в карманы и притопывая отставленной ногой. Он балансирует, опираясь лишь на две ножки стула и собственную голову с риском сломать шею, с таким изяществом, что зал восхищенно замирает. На героя опускается потолок, он словно сдерживает его руками, потом втягивает голову в плечи, складывается все больше, но клаустрофобическое сжатие пространства продолжается.

Герой словно плавает в узком пространстве, отталкиваясь от противоположных стен, как пленный ихтиандр. Он борется с маленьким софитом-убийцей, похожим на ядовитую змею, под скрежет и свист звуков, сопровождающих спектакль, и в последний момент, спасаясь, выскальзывает из невыносимо узкой щели. Неоспоримое достоинство спектакля «Press» заключается в том, что, концентрируясь на теме несвободы, в попытке противостоять ей Пьер Ригаль открывает неожиданные средства пластической выразительности.

После сильных впечатлений от столь лаконичного спектакля, как «Press», представление «Turba» в постановке Маги Марэн казалось избыточным и перегруженным. Заслуженный современный хореограф все больше удаляется от танца в сторону авангардного театра — вербального, детализированного, поэтизированного и даже статичного.

Чего не скажешь о компании «Le Ballet C de la B», безудержно весело демонстрирующей в постановке «Афазидизиак» Теда Стоффера все умения сразу — танцевать, строить кирпичные башни, петь и профессионально играть джаз. Если добавить, что в финале биеннале в Лионе прошел бал «Карибы и сальса», то становится ясно: репутацию свою Biennale de la Dance несет с честью.

А. ПРЕЛЬЖОКАЖ.: «АВТОРСКИЙ СПЕКТАКЛЬ — ВСЕГДА РИСК»

Один из ведущих французских хореографов Анжолен Прельжокаж, автор десятков оригинальных балетов, стал одним из главных героев Biennale de la Dance в Лионе со спектаклем «Белоснежка». Вполне возможно, что вскоре его увидят в Москве: Большой театр договорился с балетмейстером о сотрудничестве.

— Почему для балета «Белоснежка» вы выбрали музыку Густава Малера?
— Это был инстинкт, чутье. Когда я подумал об истории Белоснежки, первое, что мне пришло в голову, — это симфонии Малера. Мне хотелось найти музыку, напоминающую и выражающую силы природы. Малер — композитор, благодаря которому приходят образы, постановочные идеи. Они с братьями Гримм удивительно совпадают по настроению, по выразительности. Эта музыка отражает мир литературы романтизма. Встреча в одном спектакле двух представителей-романтиков — уже знак.

— Как вы пришли к идее создания авторского балета? В принципе, переосмысление классики на современном уровне нам хорошо знакомо. Но создать спектакль «с нуля», вдохновляясь музыкой и сюжетом, — задача совершенно иная и гораздо более рискованная.
— Мне хотелось придумать новый балет, потому что переосмысливать классику надоело. Все началось с того, что я перечитал сказку и на взрослом уровне восприятия понял, что в ней масса таких деталей, которые раньше как-то ускользнули от моего внимания. Мало кто может сказать, что знает сказку братьев Гримм — ведь большинство знакомо с ней по мультфильму Уолта Диснея. А ведь «Белоснежка» — сказка жестокая и кровавая.

— Вам не кажется, что финал спектакля, во время которого сразу после свадьбы происходит казнь Королевы — это слишком сильный стресс для публики? И после него трудновато аплодировать, даже если спектакль очень понравился?
— Шок должен быть именно такой — сильный, ощутимый. На мой взгляд, это польза для публики, очищение, катарсис, почти как в греческой трагедии. Традиционно и часто в романтическом балете жестокость стыдливо забывается и остается в стороне.

— Почему в целом зрелище получилось сумеречным, как в каком-нибудь королевстве из пьес Мориса Метерлинка, где идет непрерывный дождь, и никогда нет солнца?
— Вспомните, с чего начинается: Королева-мать в одиночестве идет ночью по лесной дороге. В темноте она рожает Белоснежку и, оставшись одна, без помощи и сострадания близких, умирает.

— Появление призрака матери, когда отравленная Белоснежка находится между жизнью и смертью, вы добавили к сказке сами?
— Это трогательная идея: мать умерла, но она возвращается на то же место, видит свою дочь, уже взрослую, находящуюся в смертельной опасности. Она стремится возродить ее к жизни, передать ей импульс, который поможет ей справиться с колдовством.

— Какое значение в вашей постановке имеет смерть?
— В моем спектакле три смерти — Королевы-матери, Белоснежки (которая воскресает) и Королевы-мачехи. Все они окрашены разными эмоциями — покорной печали, отчаяния, обреченности. Смерть — частая гостья сказок.

— В первом составе роли Белоснежки и Королевы-мачехи исполняют японка и европейка. Этнический контраст очень силен, даже если сравнить физические особенности обеих танцовщиц.
— У нас в спектакле три состава. На мой взгляд, японка Нагиса Ширай — идеальный интерпретатор моей хореографии. Но во втором составе Белоснежку танцует мулатка — танцовщица с Мадагаскара Заратьяна Рандрианантеньяна. А Королеву — Эмма Густафсон. У нас вообще многонациональная труппа.

— Я порадовалась, что Жан-Поль Готье в своей работе был корректен и сдержан, а ведь мог бы развернуться во всю мощь своей фантазии, сочинить немыслимые туалеты и сделать жизнь артистов невыносимой.
— Мы в первый раз работаем вместе, чему я очень рад. Ведь Жан-Поль Готье очень театрален, визуален. В его коллекциях для Недель высокой моды всегда присутствует сказочность — в дефиле появляются образы то русалок, то фей. Он мог бы дать волю своему воображению, но не хотел, чтобы костюмы затмевали танец. Он стремился вписаться в декорации, быть корректным и сбалансированным. В своей сфере он стремился к тому, чтобы сопровождать действие и не мешать танцу. Он сделал тонкую, деликатную работу.

— Почему вас вообще потянуло к сказке?
— Это вправду большой риск. Когда мои друзья узнавали, над чем я работаю, они говорили: «Сумасшедший, ты шутишь?»

— Что входит в вашу собственную сокровищницу эстетических впечатлений?
— Я люблю живопись Поля Сезанна, на меня сильно воздействуют работы Люсьена Фрейда. Особенное отношение у меня к музыке Штокхаузена, с которым мы плодотворно работали вплоть до его смерти в 2007 году. Про нашу совместную работу Оливье Осайас снял фильм «Эльдорадо».

Лион – Москва
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20564
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Июл 22, 2009 6:10 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2009030009
Тема| Балет, труппа Б.Эйфмана, Персоналии, Мария Абашова
Авторы| Ольга Гольдфарб
Заголовок| Мария Абашова: Love me
Где опубликовано| Журнал «NU»
Дата публикации| 20090325
Ссылка| http://www.nu-online.ru/index.php?newsid=83
Аннотация|



Только что в Театре балета Бориса Эйфмана отгремела премьера «Онегинъ. Оnline». В 5 утра довольная и счастливая Маша уснула. На 11 утра у нее номерок к зубному, затем интервью, после – репетиция.– Маша, да у тебя на пальце кольцо с надписью «Love».Чуть поворачивая его на пальце:– Все намного запущеннее! Love me.

Я эгоистка. Признаюсь в этом. Если я чего-то хочу, я хочу этого здесь и сейчас. И чтобы в работе все было тут же и немедленно. Даже Борис Яковлевич говорит: «Успокойся. Мы это движение только сделали. Все у тебя получится».


– А разве в вашей профессии можно иначе? Рецепт 100% успеха – смешать однопроцентный раствор таланта с 99% раствором работоспособности.
– Коктейль довольно-таки сложный... Работоспособность нужна везде – в любой области нашей жизни. Но в нашу профессию не попасть без таланта и внешних данных: это красивые линии, подъем, длинные ноги и руки – фигура, говоря примитивно. И, безусловно, еще один ингредиент – харизма, то есть умение держать публику. Действительно, насладиться таким коктейлем дано не многим. Иначе все были бы успешными. Поверьте, было бы скучно.

– Маша, твоя мама мечтала стать балериной. Но ею стала ты! Сбылась ее мечта. А не изменилось ли у нее отношение к профессии за эти годы?
– Нет! Она очень счастлива. «Какая у тебя работа! - постоянно повторяет она, - как это здорово нести радость людям». Мы заряжаем людей эмоциями. Положительными эмоциями.

– Чтобы работать у станка без выходных да еще заряжать людей эмоциями, нужна энергия. Из чего ты черпаешь энергию?
– Честно – не знаю. Я затрудняюсь ответить на этот вопрос, хотя в нашей труппе меня и называют «машиной». Я готова работать всегда, работать много. Я люблю работать. А вот откуда берутся силы...
Я думаю, наш балетмейстер заражает нас желанием делать что-то новое.При новой постановке балета тебе интересно, что мы поставим, что же будет дальше, какой будет развязка.

– А после премьеры? Когда цель достигнута?
Все время линия идет вверх. Нет спуска. Например, в день премьеры «Онегинъ. Оnline» я думала: ну скорее бы 22 часа. И вот на часах пробило десять вечера – у всех улыбки до ушей, корзины цветов, не хватает рук… И вот ты приезжаешь домой, где понимаешь, что до гастролей всего два дня, а еще столько надо успеть сделать до отъезда. Сначала Египет, затем Корея. По возвращении в Петербург у нас всего три недели на подготовку Онегина. И опять 40 дней гастролей – теперь уже Америка. Сначала ждешь хотя бы одного выходного. Потом понимаешь, что опять не получается с выходным, потому что мы не успеваем готовить спектакли: на гастроли едут разные спектакли. Танцуем один, второй. Возвращаемся в Петербург, смотрим на афишы – вот этот балет? И вот этот?! Мы же их не танцевали так давно! И снова понимаешь, что выходных не будет.

– А я хотела спросить, тусовочный ли ты человек. Теперь понимаю, что невозможно блистать на сцене и блистать на тусовках.
– Я люблю выходить в свет: будь то премьера нового спектакля, фильма или просто поход с друзьями в ресторан. Не поверите, но стены и залы надоедают. Да и женщиной здесь себя не чувствуешь абсолютно. Ты действительно машина…

– Даже когда надеваешь на себя прекрасный блистательный наряд?
– Под костюмом потное тело, все в царапинах, синяках, ссадинах - в общем все то, что не видит зритель.

– А приходилось ли тебе влюбляться в партнера? Может ли это помешать работе и как этого избежать, если работаешь в паре с настоящим «мачо»?
– Да, я была замужем за солистом нашего театра. Это, прежде всего, мешает личной жизни! А вот на сцене очень сильно помогает – идет совершенно другая энергетика!
Как избежать? Не знаю. В Театре у Бориса Яковлевича много людей сходится. Мы же все время вместе, все время на гастролях, у нас закрытый коллектив. А надо ли избегать? И знаете, к тому же это не так просто, как может показаться на первый взгляд. Образы на сцене такие яркие! А когда начинаешь танцевать, чувствуешь такую энергию друг от друга. Только если ты начисто лишен каких-то иллюзий, то можешь позволить себе не влюбиться в какой-то образ. Но очень трудно проводить с человеком 24 часа в сутки.

– А разделять работу и личную жизнь?
– Это невозможно! Когда вы работаете вместе, то вместе участвуете в постановочном процессе. К примеру, когда тебя роняет другой человек, он тут же извиняется, и ты говоришь: «Ничего, ничего страшного». А вот когда роняет муж, хочется сразу ему кулаком в нос дать: «Да что ты такое творишь! Я же жена твоя, в конце концов!»

– Ты исполняла огромное количество ведущих партий. Роль кого хотела бы сыграть в будущем?
– Я бы хотела воплотить образы Кармэн и Жизель. Во-первых, меня еще не убивали на сцене. Во-вторых, ну какая женщина не мечтает об этом: безумная музыка, образ роковой женщины и этот любовный треугольник. Безусловно, это очень интересно.
«Жизель» – в этом балете очень много эмоций. Музыка кричит, что этот балет о любви. Когда тебе нравится музыка, ты танцуешь по-другому. Такие истории заводят. Танцевать их – одно удовольствие.

– Какая твоя главная роль в жизни?
– Ты имеешь в виду работу?

– Жизнь!
– В жизни очень много занимает работа.
Да и друзья говорят: «Ты посмотри на себя – ты карьеристка!» Хотя, может, все изменится когда-то. Например, когда рядом со мной мама, я чувствую, как родители важны для меня. Я люблю роль дочери. Но родители живут не со мной.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20564
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вт Авг 04, 2009 1:40 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2009030010
Тема| Балет, Базельская танцевальная академия, Персоналии, Галина Гладкова-Хоффманн
Авторы| Людмила Клот
Заголовок| Что сказал бы господин Фокин бабочке со сломанными крыльями?
Где опубликовано| Nashagazeta (Швейцария)
Дата публикации| 20090325
Ссылка| http://www.nashagazeta.ch/%D0%BD%D0%B0%D1%88%D0%B8-%D0%BB%D1%8E%D0%B4%D0%B8/%D1%87%D1%82%D0%BE-%D1%81%D0%BA%D0%B0%D0%B7%D0%B0%D0%BB-%D0%B1%D1%8B-%D0%B3%D0%BE%D1%81%D0%BF%D0%BE%D0%B4%D0%B8%D0%BD-%D1%84%D0%BE%D0%BA%D0%B8%D0%BD-%D0%B1%D0%B0%D0%B1%D0%BE%D1%87%D0%BA%D0%B5-%D1%81%D0%BE-%D1%81%D0%BB%D0%BE%D0%BC%D0%B0%D0%BD%D0%BD%D1%8B%D0%BC%D0%B8-%D0%BA%D1%80%D1%8B%D0%BB%D1%8C%D1%8F%D0%BC%D0%B8
Аннотация|


Ученики и учительница (фото автора)

Про удивительную жизнь балерины Галины Гладковой, будни и праздники «балетных детей» и наследие Большого театра в Базеле.

Субботнее утро, музыка, солнце льет весенний свет сквозь громадные окна зала для репетиций, согревая деревянный турникет. За него держатся шесть пар подростковых рук - это старшая группа учеников Базельской танцевальной академии репетирует перед зеркалом во всю сцену, подчиняясь классической музыке и звукам мелодичного женского голоса, идущего из глубины зала.

Балерина Галина Гладкова-Хоффманн сидит в уголке и, кажется, управляет учениками одним взглядом громадных глаз. Сияние этих глаз видишь первым, затем начинаешь неотрывно следить за движениями тонких кистей рук. Словно трепетные крылья бабочки, они взлетают вверх, дирижируя танцорами.

При этом Галина не может поднять руки выше уровня плеч: для работы у нее остались лишь голос, взгляд, а также терпение и непобедимый оптимизм. Перелом позвоночника привел к тому, что в 1995 году бывшая солистка Базельского балета, канадка русского происхождения, «белая лебедь» лучших европейских сцен оказалась в инвалидной коляске. Она не сдалась и открыла школу для детей и подростков под названием «Базельская танцевальная академия».

У Академии праздник: в феврале участвовали в крупнейшем балетном конкурсе в Берлине, «Танцевальный Олимп 2009». В соперничестве с 600 участниками из 25 стран пяти континентов завоевали две бронзовые медали! Одну - все вместе, в категории современный танец, а вторую, сольную, за выступление с балетной композицией «Резервист» получил талантливый ученик Галины, 16-летний Килиан Хоффмайер.



Аплодисменты, фотографии, статьи в прессе! Вот и еще один журналист приехал в Базель посмотреть на репетицию. Впрочем, балетные дети на такие отвлекающие моменты не обращают внимания: в перерывах между танцами с нескрываемым обожанием вьются у кресла любимой преподавательницы - не нужно ли принести телефон, не подержать ли чашку с кофе?

Как вы объясняете ученикам движения? Ведь обычно преподаватели танца показывают их сами?

В ответ улыбка и сияние глаз:

- Самым маленьким показываю руками, и при этом говорю: «А теперь представь, что ты это делаешь ножками». Взрослым объясняю на словах, придумываю какие-то образы, они прекрасно понимают. Балет - это, прежде всего, история. Ее нужно уметь сочинить и рассказать. Например, замечательный балет «Резервист», с которым выступает Килиан Хоффмайер, принадлежит современному берлинскому хореографу Раймондо Ребеку. В нем баскетболист, который постоянно находится в резерве, мечтает, как бы он сыграл на поле, с мячом: исполнитель здесь как закрученная пружина, это такая страсть, энергия, а в конце - разочарование, матч кончился, а он так и не вступил в игру... Или другая наша победная композиция под названием «Привлекательный юноша», я сочинила ее специально для выступления в Берлине, желая создать танец, в котором есть шутка, романтика, нежность. Здесь как бы рассказываются любовные истории солиста, который по очереди танцует с каждой из девушек труппы. При этом ни одно «увлечение» не похоже на другое, в конце все девушки отвергают ветреника, а он целует им руки, чтобы поблагодарить.

Галина, когда смотришь такой балет и видишь, как Вы смеетесь, становится понятно, что Вы и сами большая кокетка.

- О, не без этого! Но все это было до замужества, в начале карьеры. Я познакомилась со своим супругом в 1982 году, а в 1985 мы обвенчались в русской церкви в Веве. С тех пор мы много пережили вместе...

...Бернд Хоффманн, сухощавый серьезный мужчина, уже несколько раз успел заглянуть в зал во время субботней репетиции. Занес позабытую в машине шляпу - реквизит для танцев, затем поинтересовался, не нужно ли чего, может ли он отъехать на некоторое время.

- Мне было 36 лет, - продолжает Галина, - в этом возрасте балерины заканчивают танцевать. Конечно, есть среди нас очень целеустремленные, которые остаются в балете до сорока, а гениальная Майя Плисецкая, к примеру, выходила на сцену до семидесяти лет. Но я уже мечтала посвятить себя семье, иметь детей, продолжать занятия классической музыкой (я профессионально играла на контрабасе), а жить мы хотели за городом, на ферме. Балетные - они все ведь немного «чокнутые», большинство после выхода на пенсию осваивает другую профессию и добивается в успеха. Привыкли все делать со страстью. Я увлекалась верховой ездой, вот и родилась такая задумка: дрессировать лошадей, обучать их танцевать.

В тот день мы с конем - красивый такой конь, которого я взяла для уроков - решили проехать по полю, во Франции, близ Эльзаса. К сожалению, на поле были гнезда земляных ос. Ужаленный конь просто выбросил меня из седла. Открыла глаза - не чувствую своего тела ниже шеи. Пять переломов позвоночника, кто мог подумать, что предстоит несколько операций и два года восстановительной терапии, чтобы иметь возможность просто сидеть и чуть двигать руками? Я лежала на траве и думала: закричать - никто не услышит, поэтому нужно ждать, пока тебя найдут...

Возвращались ли Вы мысленно к этому дню, спрашивая себя: если бы я сделала что-то по-другому, не поехала кататься, не повернула в ту сторону?

- Никогда. Как ни странно, я никогда не проигрываю в голове неприятные моменты, а сразу начинаю думать о будущем. К счастью, и муж, и близкие все время показывали, как меня любят, что им нужна я и моя душа, независимо от того, что случилось. Я очень им благодарна. Понимаете, я же физически не выживу одна, без посторонней помощи. Но Боже мой, как не хватает самостоятельности и - одиночества. Работаю ночами, сижу за компьютером - благословенные часы...

Зато в некотором смысле именно травма способствовала тому, что я осталась в искусстве. А началось все с помощью подруги - музыканта. Она сказала: «Нашему квартету нужен менеджер. Будешь находить нам залы для концертов, организовывать все по телефону и по интернету, голос и голова у тебя в порядке, вот и работай!». Я очень удивилась, но у меня это получилось.

Первая собственная мечта была организовать летний балетный лагерь. Балетная школа России и США знаменита тем, что танцовщики с детства воспитываются в интернатах. В Европе такой жесткой традиции нет, дети ходят в обычную школу, так было и в моем канадском балетном детстве. Но какие прекрасные воспоминания остались от летних танцевальных лагерей, где я впервые оказалась 8-летней девочкой! Когда ребенок свободен от учебы, он с радостью посвящает время репетициям и в 2-3 недельный период может достигнуть изумительных результатов.

11 лет назад я смогла открыть Летнюю академию «Mudance» в местечке под названием Château de Villersexel, в регионе Франш-Комтене во Франции, неподалеку от границы со Швейцарией. Девочки возрастом от 9 до 19 лет тренируются там под руководством преподавателей балета из разных стран мира. В первый же год набралось 17 девочек. В прошлом году детей было уже 48, из них получилось прекрасное «Лебединое озеро».

Но и зимой тоже хотелось заниматься танцами. Так несколько лет назад я открыла Базельскую танцевальную академию, куда приглашаются дети от 6 до 17 лет. Понимаете, после несчастного случая я стала легко и просто относиться к жизни. Ну что еще страшного со мной может произойти? Только смерть. А пока я здесь, могу делать все, что хочу. Вот мы приехали из Берлина с победой, и я сразу начинаю мечтать о постановках, с которыми мы поедем на следующий балетный конкурс в Золотурн, и там уже нужно выиграть «золото»!

В 2003 году я окончила Университет Базеля, получила диплом «мастера» по менеджменту в культуре. Конечно, для моей сегодняшней работы иметь диплом - не жизненно важно. Но учеба в университете - это подарок, который я всегда хотела сделать моему отцу. Он был послевоенным эмигрантом, не успел получить образование, а в России учеба всегда была престижна, и папа мечтал об этом для своих детей. Мои родители живы, они в Канаде, папе сейчас 87 лет, а маме 83, их зовут Николай и Аделаида.

Сейчас Галина, которая всегда с гордостью использует свое русское имя, подчеркивая принадлежность традициям великой балетной школы, в основном общается с учениками на языке Гете. Впочем, балетный лексикон интернационален: « Ein - zwei - drei - vier - tombé - glissé - assemblé - point - changement», - дирижирует она танцорами. Труппа репетирует «Сильфид» Шопена в оркестровке Александра Глазунова (в России этот балет идет под названием "Шопениана"). Хрупкие крылья бабочки взлетают вверх: «Пуанты, пуанты, пожалуйста, выпрямляйте пальчики! Представьте только, что на нас сейчас смотрит господин Михаил Фокин! В постановке для «Русского балета» он сочинил, чтобы это движение в «Сильфидах» исполнялось на полупуантах, но я вас прошу постараться на пуантах, уверена, что ему бы это тоже понравилось», - с нежной иронией вдохновляет Галина учениц. Девушки смеются - они-то понимают, о чем идет речь.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20564
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Янв 27, 2010 12:17 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2009030010
Тема| Балет, Музыкальный театр Республики Карелия, Персоналии, Лариса Иванова
Авторы| Игорь ИЛЬИН
Заголовок| Трудное счастье балерины
Где опубликовано| газета "Карелия"
Дата публикации| 20090314
Ссылка| http://www.gov.karelia.ru/Karelia/1893/31.html
Аннотация|

Лариса Иванова, солистка балета Музыкального театра, заслуженная артистка Карелии, считает себя очень даже счастливой.
- Для кого-то счастье - лежать на диване или махать лопатой. Я же счастлива от того, что имею все, что у меня есть. А могло и не быть:
Путь к этому счастью был долгим, а начался в детстве, в родной Йошкар-Оле. В семье, в которой кроме Ларисы еще есть две сестры и младший брат, решением мамы почему-то именно ей суждено было посвятить свою жизнь искусству. Сначала были занятия по классу скрипки в музыкальной школе. Увы, струнная музыка не увлекла. Сама Лариса говорит, что из-за собственной лени. Вот уж во что никак не верится, когда вся жизнь подчинена урокам, репетициям, премьерам и постановкам!
Началось все с простого объявления в газете, в которую был завернут букет цветов для маминой подруги по случаю ее дня рождения. По словам Ларисы, маленькое такое объявление, в черной рамке, как некролог: <Производится набор в балетную студию при местном театре>. Показала маме. Она-то и приняла решение за дочь. Так в десять лет будущая заслуженная артистка Карелии начала свое восхождение на театральную сцену. Уже через год занятий в студии по совету первого педагога Лариса поступила в Пермское хореографическое училище. Вот тогда, говорит, начались настоящие испытания - изматывающие занятия и интернатская жизнь, слезы в три ручья, письма домой с мольбой о пощаде и разрешении вернуться в Йошкар-Олу: Но в родительском доме на эти просьбы не реагировали. Впрочем, и ночные рыдания в подушку после года обучения прекратились.
А еще, вспоминает балерина, был в детстве случай, который врезался в память на всю жизнь. Увиденный по телевизору балет <Жизель> вызвал бурю эмоций и переживаний - так было жалко погибающую главную героиню. Возможно, зародившаяся тогда мечта станцевать Жизель помогла преодолеть все тяготы жизни и учебы в пермском училище. После его окончания Лариса несколько лет работала в Чувашском музыкальном театре города Чебоксары. В 1994 году родилась дочь Дашенька, и пришлось вернуться домой в Йошкар-Олу. Именно тогда на исторической родине, на сцене Марийского музыкального театра, в репертуаре балерины появились ведущие партии в <Дон Кихоте>, <Лесной легенде>, <Щелкунчике>. Жизнь вне сцены, увы, была в ту пору не такой сказочной. Хронические задержки зарплаты, вместо которой в театре выдавали квитанции с указанием заработанной суммы. Отоварить их можно было в театральном буфете - из неширокого ассортимента запомнились макароны, растительное масло и портвейн.
В это время Лариса узнала, что в Музыкальном театре Республики Карелия имеются вакансии. Позвонила, рассказала о себе, пригласили. Осталось только доехать до Петрозаводска, но выдать заработанное, хотя бы в размере стоимости билета до пункта назначения (600 рублей), отказались. Лариса сообщила об этом своим новым работодателям. И через несколько дней по почте пришла необходимая сумма. Это было первым приятным впечатлением от Петрозаводска. Города, который с июля 1998 года стал для Ларисы Ивановой родным:
Она дебютировала в составе труппы Музыкального театра, исполнив партию Маши в балете <Щелкунчик>. В репертуаре балерины - ведущие роли в классических балетах: <Жизель>, <Щелкунчик>, <Пахита>, <Шопениана>, партия Невесты в национальном балете <Сампо>, <Лебединое озеро>, <Спящая красавица>: В 2004 году за исполнение сольной партии в балете <Все о любви> Лариса была удостоена высшей республиканской театральной премии <Онежская маска>, а совсем недавно она стала заслуженной артисткой Карелии.
- Когда узнала, первое, что сделала, - позвонила маме. Но больше всех радовалась Даша. Она скакала по комнате, не в силах сдержать радость.
В тот день в театре был спектакль, и почти никто еще не знал о случившемся. Но прима волновалась больше, чем перед премьерой. <Ответственности прибавилось, - говорит она. - Особенно перед молодежью, которая только в этом сезоне появилась в труппе со всех сторон света>.
Достигнута еще одна вершина, к которой так долго шла артистка. Шла, превозмогая боль, через слезы, печали, жертвы. Да, жертвы были. Главной из них считает свою семью и дочь, которой мало уделяла внимания, которую даже в болезни приходилось одну оставлять дома и бежать в театр на репетиции и спектакли. Но за одной покоренной высотой всегда поднимается вторая, третья:.
Из непокоренных осталось фигурное катание. Никогда не стояла на коньках, несмотря на то что дочь, которой уже четырнадцать лет, постоянно зовет на каток. Но тут опять-таки ответственность мешает: нельзя подвергать себя риску, ведь в театре весь репертуар держится на ней.
Так и не научилась печь пироги. Правда, с едой у балетных вообще не разгуляешься. Постоянно надо следить за собой. Домашние невольно разделяют все тяготы балетной жизни.
На вопрос: <Пойдет ли Дарья по маминым стопам <на цыпочках>?> - смеется: <Слава Богу, нет!> Она мечтает стать дизайнером, окончить школу, поехать учиться в Питер.
На прощание не удержался от банального вопроса: счастлива ли?
- У меня прекрасная дочь, в Йошкар-Оле любимая мама, две сестры и младший брат. В моей творческой биографии есть Жизель. Та Жизель, что заставила плакать в десятилетнем возрасте. И кто бы успокоил тогда, сказав: не плачь, в жизни будет еще ох как много поводов для слез: Я счастлива от того, что у меня есть, а ради всего этого стоило иногда и поплакать.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20564
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Мар 11, 2010 7:04 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2009030011
Тема| Балет, Музыкальный театр Республики Карелия, Персоналии, Марина Зинькова
Авторы| Анна ГРИНЕВИЧ
Заголовок| Марина Зинькова: «Вышло так, что с 11 лет у меня были танцы»
Где опубликовано| журнал "Телепульт" № 7(44) (Карелия)
Дата публикации| 02.03-08.03.2009
Ссылка| http://telepult.karelia.ru/article/264
Аннотация|

24 февраля она плела интриги, совращала юные умы, была коварной и расчетливой. А незадолго до этого из-за нее сводили счеты с жизнью мужчины, затеявшие играть в русскую рулетку. Так уж выходит, что молодую солистку балета Марину Зинькову постановщики спектаклей видят в ролях роковых и ярких женщин.
Несмотря на то, что в нашем Музыкальном театре Марина служит чуть больше полугода, зрители уже успели ее заметить. Самой, наверное, серьезной ролью на сегодня можно посчитать ее маркизу де Мертей в балете «Опасные связи», который поставил Кирилл Симонов. Марина Зинькова там танцует в дубле с Ларисой Ивановой.


Роковая, но очень домашняя

— Марина, вы по жизни тоже такая роковая?

— По жизни я очень домашняя. Очень люблю готовить: варить супы, печь пироги. У меня польско-украинские корни, и я думаю, что интерес к хорошей кухне — оттуда. Мое фирменное блюдо — украинский борщ с чесноком и салом.

— Мне казалось, что артисты балета маковыми росинками сыты!

— Наша семья разрушает этот стереотип. Мы с Володей (Владимир Варнава, тоже солист балета) любим хорошо поесть. Булочки с медом и молоком — вообще мое любимое блюдо.

— Маркиза де Мертей — искушенная в тонкостях светской жизни женщина, умудренная опытом к тому же. Где вы набирались опыта, чтобы сыграть ее?

— Де Мертей по произведению всего 22 года. А опыт у меня, конечно, заимствованный. Из фильмов, в основном. Мне вообще было сложно разобраться с этой ролью. Я на самом деле привыкла своих героинь разбирать «по Станиславскому» — всегда продумываю всю их биографию до деталей. Здесь поняла, что даже думать, как она, я никогда не буду. И у нас с Ларисой Ивановой получились совсем разные героини. Ее Мертей в финале становится жалко, мою — нет, поскольку за красотой и нежностью у нее — черви.

— Вот вы говорите про Станиславского. Драматической актрисой никогда не хотелось стать?

— Хотелось. Но вышло так, что с 11 лет у меня были танцы. В 12 лет я начала заниматься танцем профессионально, поступив в школу для одаренных детей Севера в Ханты-Мансийске. Просто так попасть туда было невозможно, производился тщательный отбор. В моем случае поступление произошло спонтанно: на одном из танцевальных конкурсов меня увидели, я чем-то понравилась людям из отборочной комиссии, и меня пригласили учиться. И вот я, семиклассница, пришла домой и сообщила родителям, что намерена уехать из родного города Сургута, чтобы поступить в эту школу в Ханты-Мансийске, в 350 км от родного дома.



«Дедушка, дорогой, забери меня отсюда!»

— Эта школа была вроде интерната? Как вас отпустили-то?

— Родители у меня понимающие. Вообще я старшая в семье, меня с детства приучили к ответственности, но два года учебы в этой школе дались мне очень тяжело. В интернате был строгий режим и довольно большие нагрузки. Весь день был расписан по часам. Подъем в 7 утра, в 7.45 — сборы в школу, в 13.00 обед. Потом — специальность до вечера… Я уставала жутко. Через полгода ко мне приехал папа. Я волком выла: «Забери меня отсюда!».

— Ваши товарищи отличались от сверстников из обычных школ?

— Дети в интернате быстро вырастают. Очень рано появляются алкоголь, сигареты…Меня, честно сказать, книги спасали. И еще интерес к искусству, не только к хореографии. В колледже, куда я поступила после 9 класса, с нами и «художники» учились, и «дизайнеры», и «музыканты», а к ним приезжали читать лекции столичные педагоги. Мне все это тоже было очень интересно.

— Как успевали-то?

— Я вообще всегда шустрая была. В Ханты-Мансийске жизнь размеренная. Бегу я однажды по улице по каким-то своим делам. Вдруг меня останавливает милиционер. Что такое? Оказывается, я порядок нарушаю, слишком быстро иду по улице!

— Как вы попали в Петрозаводск?

— В момент окончания Ханты-Мансийского филиала Московского госуниверситета культуры и искусств, перед госэкзаменами, к нам приехал Кирилл Алексеевич Симонов и выбрал несколько ребят для пополнения балетной труппы Музыкального театра Карелии. Мне, честно сказать, было все равно, Петрозаводск это или другой какой город — было бы интересно работать. Здесь интересно. И жить здесь удобно: климат в Карелии по сравнению с нашим севером — курортный.

«Хочется остаться человеком»

— В вашей семье сразу два артиста балета. Общее дело укрепляет отношения?

— Пока это помогает. Я могу пожаловаться Володе на свои проблемы, и он поймет. Могу с ним дома поддержку отрепетировать, что-то попробовать… Володя вообще не только талантливый артист, но и хороший постановщик.

— В чем заключаются ваши профессиональные амбиции?

— У каждого артиста есть амбиции, есть своя планка, которую хочется перепрыгнуть. Я стараюсь работать хорошо, потому что знаю, какая планка, например, существует у Кирилла Алексеевича, работавшего с артистами Мариинского театра. И при всех этих амбициях еще очень хочется остаться человеком. Для меня в этом плане показателен пример Ларисы Ивановой, заслуженной артистки Карелии, ведущей солистки балета. Когда меня поставили в «Опасных связях» к ней в дубль, она сразу начала мне помогать. Обстановка была дружеской и исключающей конкуренцию. Я очень благодарна ей за это. Ей и Кириллу Симонову, конечно.

— Кирилл Симонов на сегодня, судя по вашим словам, ваш главный учитель?

— Мне очень нравится с ним работать. Это он с виду может показаться маленьким и худеньким, но когда он начинает танцевать, показывать что-то, такая в нем открывается сила, и мощь, и нежность, и красота, и мягкость…

Балет и другие интересные вещи

— Есть ли у вас свои ежедневные ритуалы, помогающие сохранять форму?

— Я продолжаю заниматься йогой и аутотренингом. Каждое утро начинаю с мысли: «Привет, новый день! Классно, что я живу!». И настроение мое сразу улучшается.

— Давно ли занимаетесь йогой?

— Уже несколько лет. В Ханты-Мансийске у меня был мастер — воспитанник даосской школы. Сейчас такого наставника нет. Думаю, что на пенсии займусь этим делом серьезнее.

— Уже думаете про пенсию?

— Мне сейчас 24 года, и у меня нет никаких иллюзий относительно карьеры. Я прекрасно знаю, что век балерины короток, и что сцена требует красоты и молодости. Я не переживаю — в жизни очень много интересных вещей!

— Кем бы вы стали, выйдя на пенсию?

— Может быть, из меня вышел бы хороший галерейщик или менеджер в сфере, связанной с искусством. Или я стала бы визажистом — мне очень нравится делать людям макияж. Когда я работала в театре, то всегда следила за работой гримеров. Потом стала сама изучать визаж, закончила специальные курсы и даже преподавала одно время в модельной школе. В театре мне доверяли гримировать актеров в детских спектаклях.

— В разговоре со мной вы постоянно называете театр работой: «пошла на работу», «была занята на работе»…

— Потому что это работа. Звучит, конечно, необычно. Сама обратила на это внимание, когда заводила карточку в регистратуре стоматологии. «Кем работаете?», — меня спросили. Я даже растерялась сначала: «Артисткой балета...».

Фото Якова СИМАНОВА и из архива Марины ЗИНЬКОВОЙ
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20564
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вт Авг 03, 2010 5:59 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2009030012
Тема| Балет, Королевский балет Covent Garden, Персоналии, Иван Путров, Сергей Полунин
Авторы| Олеся Найдюк
Заголовок| Интервью с Иваном Путровым и Сергеем Полуниным
Где опубликовано| журнал "ТОП 10" (Украина)
Дата публикации| 20090326
Ссылка| http://top10-kiev.livejournal.com/99783.html
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

Иван Путров и Сергей Полунин к «Киевской пекторали» как таковой отношения не имеют. Но они имеют непосредственное отношение к Киеву, к его театральной жизни в сфере хореографического искусства. Ведь именно здесь они сделали свои первые шаги по сцене. А ныне живут и работают в Лондоне, в The Royal Ballet.

Иван Путров, лауреат І премии ІІ Международного конкурса имени Сержа Лифаря в Киеве, победитель конкурса Prix de Lausanne в Лондоне, премьер-солист Королевского балета Covent Garden:

- Считаете ли Вы себя человеком, который добился в хореографическом искусстве того, о чем другие могут только мечтать? Вы вообще везучий?

- Вдохновение, которое дарит мне окружающая среда, дает право говорить, что я везучий. Чего я добился? Я просто делаю то, что мне нравится. Это и есть мечта.

- Что непосредственно во время танца Вы делаете «для себя», а что «для других»?

- Я все делаю лишь для спектакля в целом, я составная – часть общей картины.

- Насколько активна, объективна и остра современная балетная критика в Лондоне? Интересуетесь ли вы откликами на выступления своих коллег?

- Радуюсь успехам коллег. Критика в газете – всего лишь мнение одного человека.

- Можете ли Вы назвать Лондон столицей Вашего искусства?

- Да, но не только его.

- Когда-то вы были в жюри конкурса имени Сержа Лифаря. Что можете сказать об уровне балетного искусства в Украине в целом?

- Танец – живое искусство. Радует то, что оно интересует и зрителя, и людей, которые вовлечены в него.

- Не думали ли вы когда-нибудь открыть балетную школу в Киеве?

- Пока что я просто танцую.


Сергей Полунин, лауреат І премии VІ Международного конкурса имени Сержа Лифаря в Киеве, обладатель золотой медали конкурса Prix de Lausanne в Лондоне, солист Королевского балета Covent Garden

- Почему вы решили посвятить себя балетному искусству? Какую профессию вы бы выбрали как альтернативу?

- Это сейчас у меня киевская прописка, а родился я в Херсоне и до приезда в Киев о балете практически ничего не знал. 4 года занимался гимнастикой, учился в спортивном классе, занимал призовые места на соревнованиях, подавал надежды... и так далее. Но из-за болезни не смог продолжать, и по маминому решению стал посещать танцевальную студию. Руководительница этой студии была прекрасным педагогом. Она и привила мне любовь к танцу и помогла поступить в Киевское государственное хореографическое училище.
Но если бы не балет… Мне очень нравится футбол.

- Что вы считаете самым трудным в профессии артиста балета? Что лично вам дается труднее всего, а что, наоборот, легко?

- Для меня самое сложное – это не проспать утром урок... Мне редко удается не опаздывать, а это не приветствуется...

- Какую свою партию вы считаете наиболее удачной? Почему?

- Я в самом начале своего пути, работаю второй сезон, и первый – в статусе солиста, поэтому считаю, что лучшая моя партия впереди.

- Кто из мастеров хореографического искусства для вас является
недосягаемой высотой? Какое значение для вас имеют авторитеты?


- Я очень люблю творчество Михаила Барышникова. Авторитеты дают стимул к собственному творчеству.

- Какую роль в вашем профессиональном образовании сыграла учеба в Киевском хореографическом училище? Чем отечественная система обучения танцам отличается от зарубежной?

- Я бы не хотел сравнивать системы обучения. Могу только сказать, что мне очень повезло. Все 4 года, что я учился в КГХУ, мой класс вел самый лучший педагог в училище – Эдуард Борисович Костюков, я ему очень благодарен. Еще многим я обязан педагогу-репетитору Национальной Оперы Украины – Прядченко Николаю Даниловичу. Он готовил меня к конкурсам, и победами в них я обязан именно ему.

- Какое значение, на ваш взгляд, имеют конкурсы, зачем они нужны?

- Конкурсы обязательно нужны, хотя бы для того, чтобы сравнить себя с другими, увидеть чего ты стоишь на самом деле... и, в случае победы, ощутить радость триумфа... это же победа – прежде всего, над собой!

- Что для вас «свободное время», и как вы его проводите?

- Понятия «свободное время» для меня сейчас вообще не существует.

- Что посоветуете украинским танцорам, которые, возможно, в профессиональном смысле хотят быть похожими на вас?

- Что я могу посоветовать? Ничего невозможного нет, нужно только желание, и тогда всего добьешься.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20564
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Авг 11, 2010 11:18 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2009030013
Тема| Балет, Башкирский государственный театр оперы и балета, Персоналии, Игорь Марков
Авторы| Нина ЖИЛЕНКО. Фото Сергея ГУТНИКА.
Заголовок| Шаги по облакам с Игорем Марковым
Где опубликовано| "Молодежная газета" (Уфа)
Дата публикации| 20090319
Ссылка| http://molodejnaiagazeta.pressarb.ru/index.php?option=com_content&view=article&id=747:2009-03-19-09-44-46&catid=6:2008-11-18-12-19-07
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

В Башкирском государственном театре оперы и балета готовится мировая премьера балета «Прометей» на музыку Рустэма Сабитова.


Прометей – Андрей Брынцев, Ильдар Маняпов, Агазия – Валерия Лапшова, Гульсина Мавлюкасова

Коренной петербуржец Игорь Марков с раннего детства пропитан культурой этого неповторимого города. Атмосфера Академии русского балета имени А.Вагановой, по его собственному признанию, выковала его характер и заполнила его суть на всю жизнь уважением и вниманием к искусству танца. Непродолжительная работа в Новосибирском театре оперы и балета дала школу крепкого и уверенного мужского кордебалета и начало сольной работы.

В течение 17 лет он был ведущим танцовщиком Театра балета Бориса Эйфмана. За роль Алексея в «Братьях Карамазовых» удостоен высшей театральной премии Санкт-Петербурга «Золотой софит», за партию Двойника в балете «Чайковский» – высшей театральной премии России «Золотая маска». Эмоциональность, пластичность, музыкальность танца Игоря Маркова, искусство перевоплощения и отточенная техника пленили Европу и Америку, его назвали танцовщиком XXI века.
Желание самому сочинять танец, постановочные идеи и фантазии приходили еще во время работы в театре. Он окончил отделение хореографии Академии русского балета, ставил хореографические миниатюры для учащихся академии, работал с солистами Большого, Мариинского, Михайловского театров; много дал сезон работы в театре Познани.
Танцовщик, хореограф, сценарист, художник, поэт… А еще Игорь – увлекательный собеседник.

– Игорь, какие дороги привели вас в Уфу?

– В театре я работал с прекрасным танцовщиком, который своим талантом, трудоспособностью, отношением к делу вызвал у меня желание танцевать так же, как он. Это Алик Галичанин. В 80-е годы он начинал карьеру в башкирском театре, поэтому Уфа естественно всплыла в наших разговорах. Я рад, что представилась возможность приехать сюда, поставить новый балет «Прометей». Мы встретились с композитором Рустэмом Сабитовым, о многом говорили. Пришлось увеличить количество музыкального материала, на что Рустэм охотно откликнулся. Мой приезд в театр всегда сопровождался посещением уроков. Я их даже записывал на видео, чтобы иметь возможность смотреть на людей, которые будут заняты в проекте. Когда увидел Ирину Чыонг, появилось желание ярко обозначить партию Афродиты. Потом в театр пришла Диляна Мухутдинова, которая тоже вдохновила сделать образ Афродиты особенным. Четче стала вырисовываться фигура Гермеса, потому что всегда должна быть альтернатива главному герою. Оттеняя друг друга, каждый становится ярче, понятнее. Сценическое воплощение требует не только прямолинейных портретов.

– Музыка Рустэма Сабитова позволяет передать энергетику вашего танца, сделать балет таким, каким вы его видите?

– Когда первый раз прослушал музыку, не скрою, у меня было настороженное отношение. До того я работал с другим музыкальным материалом. Здесь же приходилось «разговаривать» с музыкой. Такое случилось второй раз в моей жизни. Впервые я разговаривал с музыкой Шостаковича, достаточно насыщенной, таящей в себе множество граней, нюансов, неожиданных ощущений. Здесь тоже пришел к выводу, что эту музыку нужно не только слушать, но уметь общаться с ней словесно, давать ей разные трактовки. Ведь музыка – самое абстрактное искусство, допускающее множество интерпретаций. Приходилось иногда спорить с ней, к каким-то фрагментам относиться трепетно. Когда приступали к подготовке финальной сцены Агазия – Прометей, я старался артистам передать эту трепетность, осторожность. Это словно шаги, ходьба по облакам.

– У вас так выразительно написан литературный сценарий, что читая уже видишь, чувствуешь каждого героя. А в целом образ спектакля уже сложился?

– Безусловно! Хотя это очень живой процесс, все вырисовывается более четко, в общении с актерами понятнее становятся образы. У нас все выстроено на архитипах, психологических портретах. Мифология излагает истории богов со всеми легендами, их образы складывались в зависимости от того, как развивалось общество. Эти истории мобильны, всегда можно взять любую линию, и это будет правдой по отношению к мифу. Людям моего поколения и более раннего нужно согласиться, что нам навязывали образ Прометея как похитителя огня. Но связывать Прометея только с огнем неправильно.

– В своем сценарии вы называете его Творцом…

– Да, он сотворил людей из глины, замесив ее на своих слезах. Его позиция – как любого художника – находиться МЕЖДУ: чуть над людьми, но не с богами. В финальной сцене к скале Прометея приковывает его друг Гефест, единственный трудяга на Олимпе. Он исполняет волю верховного бога, но понимает Прометея, и он знает истинную причину немилости: Прометею известен секрет гибели Зевса. А божественный огонь неиссякаем… За полтора года работы над проектом многие вещи переосмыслены, пережитое в реальной жизни тоже оставляет след.

– Вы основывались не только на мифологии, но и на трагедии Мустая Карима?

– Конечно. Агазия – образ Мустая Карима. Боги, которые вальяжно чувствуют себя на Олимпе, хмелеют от власти, также выразительно выписаны драматургом.

– Какое впечатление сложилось у вас о профессионализме, мастерстве уфимских артистов? В труппе Бориса Эйфмана, где вы работали много лет, танцовщики славятся тем, что не знают границ во владении телом, им по плечу самые сложные акробатические трюки и самые немыслимые па. Судя по репетиционным фрагментам, ваша хореография непроста для исполнения. Вам не приходится ее упрощать?

– У башкирской труппы, считаю, очень хороший потенциал. В течение 17 лет я наблюдал, как из полупрофессионального коллектив Эйфмана превращался в высокопрофессиональный. Все определяет преданность своей цели. И многое зависит от того, кто с ним работает. Актеры видят тебя насквозь, у них потрясающе развита внутренняя интуиция. И нельзя позволить себе относиться к делу нечестно. Не терять уважения к танцовщикам, иметь терпение в хорошем смысле слова, дождаться результата, уловить грань между моментами, когда ты еще можешь позволить себе быть не очень строгим и когда ты обязан потребовать от актера.

– Вы находите взаимопонимание с автором сценографии спектакля Равилем Ахметзяновым?

– Пока идет период хорошей работы. Мы много разговариваем, обсуждаем, иногда спорим, прислушиваемся друг к другу. Многое прояснится, когда все увидим на сцене.

– Поскольку огонь – один из главных персонажей или, вернее, лейтмотивов спектакля, большую роль играет художественный свет…

– Я рад, что для работы над спектаклем пригласили большого мастера из Санкт-Петербурга Дениса Солнцева. И лучше сказать: не огонь, а свет – наш важный персонаж. Кто-то несет его как свет истины и добра, кто-то приторговывает им, кто-то плетет интриги.

– Чувствуется, что вы наполняете спектакль всем сегодняшним, живыми чувствами…

– Просто я живу этим. Зачем схематично показывать танец, уйдя лишь в движение?! Такой жизненной наполненности можно добиться именно в России, поэтому мне очень интересно работать в российских театрах. Здесь люди на любую поставленную задачу открывают резерв своих знаний. На Западе часто сталкиваешься с тем, что артисты готовы выполнить любой предлагаемый хореографический материал, но не всегда вносят в него личное отношение. В России по-другому. Конечно, не скроешь, что танцовщики нечасто проходят хорошую школу актерского мастерства. Очень важно для нынешнего артиста балета знание современной пластики, таких направлений, как модерн, контемпори, джаз-танец, чечетка, фламенко. Это дает хороший тренинг. Артисты уфимской труппы хорошо подготовлены, восприимчивы, неравнодушны. Верю, у нас все получится!
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска Часовой пояс: GMT + 3
На страницу Пред.  1, 2, 3 ... 13, 14, 15
Страница 15 из 15

 
Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах


Яндекс.Метрика