Список форумов Балет и Опера Балет и Опера
Форум для обсуждения тем, связанных с балетом и оперой
 
 FAQFAQ   ПоискПоиск   ПользователиПользователи   ГруппыГруппы   РегистрацияРегистрация 
 ПрофильПрофиль   Войти и проверить личные сообщенияВойти и проверить личные сообщения   ВходВход 

Общество Друзья Большого балета
2001-09
На страницу Пред.  1, 2, 3  След.
 
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска
Предыдущая тема :: Следующая тема  
Автор Сообщение
atv
Заслуженный участник форума
Заслуженный участник форума


Зарегистрирован: 05.09.2003
Сообщения: 5129

СообщениеДобавлено: Пн Сен 20, 2004 10:20 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2001091502
Тема| Балет, «Кремлевский балет», «Руслан и Людмила», Персоналии, Петров А.
Авторы|
Заголовок| Вчера сезон открыл "Кремлевский балет".
Где опубликовано| Время МН
Дата публикации| 20010915
Ссылка| ссылку не нашла (Елена С. 09.05.2015)
Аннотация|

Вчера сезон открыл "Кремлевский балет". На сцене Кремлевского дворца был показан спектакль "Руслан и Людмила", поставленный балетмейстером Андреем Петровым на музыку оперы Глинки.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
atv
Заслуженный участник форума
Заслуженный участник форума


Зарегистрирован: 05.09.2003
Сообщения: 5129

СообщениеДобавлено: Пн Сен 20, 2004 10:26 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2001091901
Тема| Балет, БТ, Королевский балет Великобритании, гастроли, «Сильфида», Датский Королевский балет, Персоналии, Кобборг Й., Бурнонвиль А., Рыжкина М., Кожокару А.
Авторы| Анна Галайда
Заголовок| Датский стиль
Показал на сцене Большого театра Йохан Кобборг

Где опубликовано| Ведомости
Дата публикации| 20010919
Ссылка| http://www.vedomosti.ru/newspaper/articles/2001/09/19/datskij-stil
Аннотация| На сцене Большого театра в рамках фестиваля звезд мирового балета выступил Йохан Кобборг. 29-летний датчанин, представляющий сейчас Королевский балет Великобритании, станцевал "Сильфиду" - классический спектакль Августа Бурнонвиля. Давно выродившийся в детскую сказочку и списанный в утренники балет Кобборг превратил в актуальную современную психологическую прозу. Его выступления наверняка останутся одним из самых значительных событий только начавшегося балетного сезона. После спектакля Йохан Кобборг дал интервью "Ведомостям".

- В Москве с труппой Большого театра вы выступаете как приглашенная звезда. Часто ли вам приходится ездить по миру в качестве гостя-гастролера?
- Я очень часто танцую как гость, и не только балеты Бурнонвиля. Выступал в Ла Скала, парижской Опере, во многих театрах в Италии, с Национальным балетом Канады, Шотландским балетом. Но танцевать на сцене Большого театра для меня, конечно, волшебный момент. Когда я был маленьким мальчиком и только начинал учиться балету, то смотрел разные видеокассеты. В основном это были записи Большого театра: Васильев, Лавровский. И вдруг я сам на сцене Большого - боже мой, не могу даже поверить! Я чувствовал себя потрясающе.
- У вас были какие-то специфические трудности, связанные с незнакомой сценой?
- Конечно, некоторые были. Обычно я танцую на сцене без наклона. Как только попадаешь на покатую сцену, весь баланс меняется. К тому же здесь она была покрыта тканью, а я привык к другой поверхности - к пластику. Но самое необычное для меня - это сам размер сцены и размер дистанции до зала. Должно пройти время, чтобы ко всему этому привыкнуть.
- В спектакле были купированы отдельные фрагменты. Это было сделано по вашей просьбе?
- По сравнению с "Сильфидой", которую мне довелось танцевать, в Москве есть дополнительное па-де-де. Я приехал всего за два дня до спектакля, у меня не было времени его выучить. Из-за этого пришлось вырезать еще одну сцену. Жаль, что ее не было, потому что это достаточно важная сцена для балета. Но выброшенное па-де-де - это на самом деле не Бурнонвиль. А мне казалось, что здесь я должен показать, как танцуют "Сильфиду" в Дании, станцевать совершенно правильно по Бурнонвилю.
- Значит ли это, что в московской "Сильфиде" вы не узнали спектакль, который был создан и тщательно сохранен в Датском Королевском балете, и что он отличается даже от тех "Сильфид", что идут в разных театрах мира под маркой Бурнонвиля?
- Обычно, если театры хотят иметь в репертуаре "Сильфиду" Бурнонвиля, они не делают собственные редакции, а приглашают датских постановщиков. В Москве идет версия шведского постановщика Эльзы Марианне фон Розен. Как мне сказали, па-де-де, о котором идет речь, вставил в спектакль Олег Виноградов, который переносил его из Петербурга в Москву.
- Когда Виноградов репетировал в Большом театре, он говорил, что точно воспроизводит версию фон Розен.
- Я думаю, некоторые вещи выявляют себя на сценах в разных странах по-разному. Иногда это влияет на пластику, на мимику, поэтому что-то должно быть изменено. Как мне показалось, в России людям больше нравится смотреть танец, чем актерскую игру. Поэтому хореографы стараются ставить спектакли, которые в большей мере показывают танец - танец в чистом виде, ничем больше не отягощенный. Ни в коем случае не хочу сказать, что это недостаток, просто, как оказалось, русский спектакль больше всего отличается от той "Сильфиды", к которой я привык.
- Что именно странно для датчанина в нашей "Сильфиде"? Каков ваш диагноз?
- Во-первых, в Дании театр очень маленький. И нужно показать очень много эмоций маленькими движениями. А здесь, в Большом театре, все должно быть крупное - этого требует огромная сцена. Поэтому есть очень много дополнительных движений, которые несут то же значение, выражают те же чувства, но они масштабнее. Во многих мимических сценах история рассказывается та же, но иными средствами. И на сцене пространственно место используется иначе.
- Во всем балетном мире давно бытует термин "датский стиль", идеальным воплощением которого и считается "Сильфида". Что вкладывают в это понятие сами датчане?
- Очень трудный вопрос... Наверное, для меня это значит быть максимально естественным, не делая никакого движения на сцене бессмысленно, только ради движения. Если говорить о технической стороне, у нас очень сложные port de bras. Они предполагают небольшие руки и минимально подвижный корпус, очень много маленьких деталей. И все это должно тщательно контролироваться.
Но и в самой Дании все меняется. Мне кажется, традиции Королевского Датского балета строились раньше на традициях Бурнонвиля. А от него осталось всего около пяти первоклассных спектаклей, остальные плохие. И в этих пяти спектаклях обычно танцуют два, максимум три человека. И если в труппе сто человек, их трудно заинтересовать тем, чтобы они выдерживали стиль Бурнонвиля, - они в них почти не танцуют, им отведена роль массовки. И в этом, на мой взгляд, большая проблема. Поэтому многие в Дании хотели бы сделать ставку на новую хореографию или балеты Баланчина, потому что там танцуют все - и больше, чем в Бурнонвиле.

- Кто давал вам уроки по технике Бурнонвиля?
- Я жил в Оденсе - это маленький городок в Дании. Первый урок балета я получил в семь лет, и несколько лет брал только один балетный класс в неделю. У меня было много других увлечений - театр, пение. Поэтому, когда мне было 15, мама сказала: "Знаешь, нужно выбрать что-то конкретное, иначе у тебя в жизни ничего не получится". Тогда я пошел на просмотр в школу Датского Королевского балета, и меня приняли. Мне было 16, и с тех пор балет у меня уже каждый день. Я всего год пробыл в школе и сразу после нее попал в труппу Датского Королевского балета. В школе и в труппе у меня были разные педагоги: Кирстен Ралов, Флемминг Рюберг. Они научили меня движениям Бурнонвиля. Но, я думаю, больше всего - уже в театре - мне дал Фрэнк Андерсен, который учил не только технике, но стилю Бурнонвиля.
Мне кажется, иногда ничего страшного нет в том, что начинаешь поздно: ты успеваешь попробовать разные вещи в разных областях и потом можешь использовать это уже в своем деле. Кроме того, если ты оказываешься в балетной школе совсем маленьким, обычно тебя туда определяют родители. А в моем случае я сам решил: "Да, я хочу заняться балетом". Это был мой собственный осознанный выбор.

- В отличие от российских танцовщиков вы передаете содержание роли не только средствами танца, но и потрясающе мимируете. Этому вас учили в школе?
- Да, у нас были такие классы. Я занимался, кажется, в течение двух лет. В Дании пантомиме уделяют особое внимание. Это не столько работа на публику, сколько общение друг с другом на сцене. Я верю, что если ты создаешь хорошую атмосферу своим партнерам, то публика увидит это и появится ответная реакция.
- Каков сейчас ваш официальный статус? Вы остаетесь солистом Датского Королевского балета и параллельно являетесь приглашенным солистом Королевского балета Великобритании или же работаете в Лондоне постоянно?
- Сейчас я постоянно нахожусь в Англии. Но в то же время всегда могу вернуться домой, когда захочу, - мне удалось договориться об этом с руководителями Датского Королевского балета. То есть насовсем я Данию не покинул, просто в данный момент стараюсь расширить свой репертуар. К тому же в Копенгагене сейчас очень большие проблемы: ситуация очень похожа на вашу в Большом театре: за шесть лет у нас поменялось шесть художественных руководителей балета. Две недели назад ушел очередной - Ааге Тордал-Кристенсон. Я пока даже не знаю, кто займет его место. Каждый раз новый художественный руководитель приходит и все меняет. В последние два года Бурнонвиля ставили уже совсем не много. Честно говоря, я больше танцую его с тех пор, как уехал в Англию.
- Много гастролируя по миру, встретили ли вы идеальную Сильфиду и существует ли она сегодня вообще?
- О, мне кажется, в мире очень много хороших Сильфид. И Марианна Рыжкина, с которой я танцевал в Москве, мне кажется, замечательная. Правда, я настолько волновался за себя, что видел не все ее вариации, но на репетиции она мне понравилась. В Лондоне, мне кажется, есть одна балерина, которая могла бы хорошо станцевать Сильфиду. Она из Киева - Алина Кожокару. Сильфиду можно исполнять совершенно по-разному. Кто-то показывает, будто она знает, чего хочет, и пытается Джеймса заманить. У кого-то она совершенно не думает о последствиях. В "Сильфиде" есть простор для актеров. Даже колдунью Мэдж можно представить традиционной волшебницей, иногда ее танцуют как состарившуюся Сильфиду, а некоторые показывают так, будто она сама когда-то была влюблена в Джеймса и поэтому хочет отомстить.
- Значит ли это, что ваш Джеймс меняется в зависимости от того, какие Сильфида и Мэдж рядом с вами?
- Разные люди роль Джеймса воспринимают по-разному. У меня есть собственный взгляд. То, что происходит с Джеймсом, относится ко всем нам. У тебя идет своя жизнь - все уже давно сложено, установлено, определено. И вдруг ты сам задаешь себе вопрос: действительно ли твоя жизнь - это то, чего ты хочешь?
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
atv
Заслуженный участник форума
Заслуженный участник форума


Зарегистрирован: 05.09.2003
Сообщения: 5129

СообщениеДобавлено: Пн Сен 20, 2004 11:13 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2001092101
Тема| Балет, БТ, АБТ, гастроли, «Жизель», Персоналии, Малахов В., Занелло Р., Волочкова А., Лунькина С., Эйфман Б.
Авторы| Кузнецова Т.
Заголовок| "Об уходе со сцены страшно думать"
Где опубликовано| Коммерсант
Дата публикации| 20010921
Ссылка| http://kommersant.ru/doc/283808
Аннотация| Владимир Малахов танцует в Большом театре



Сегодня в "Жизели" на сцене Большого театра выступит Владимир Малахов. Мировая знаменитость будет танцевать в Москве впервые после десятилетнего перерыва. Накануне спектакля ВЛАДИМИР МАЛАХОВ встретился с корреспондентом Ъ ТАТЬЯНОЙ Ъ-КУЗНЕЦОВОЙ.
Владимир Малахов родился в Кривом Роге в 1968 году, окончил Московское хореографическое училище в 1986-м по классу Петра Пестова. Лауреат пяти международных конкурсов и парижской премии Сержа Лифаря. В 1986-1992 годах - премьер Театра классического балета Натальи Касаткиной-Владимира Василева. После отъезда из России в 1991-м работал в Штутгарте, в Венской опере, с 1994-го - в American Ballet Theatre. Ныне - премьер всех трех театров, международный guest-star и постоянный участник мировых гала. В прошлом сезоне поставил в венской "Штаатсопер" "Баядерку" Минкуса (по Мариусу Петипа) и оригинальный "Бал-маскарад" на музыку оперы Джузеппе Верди. В феврале этого года впервые после отъезда выступил в России - станцевал "Жизель" на сцене Мариинского театра.

- Вы не были в Москве ни разу за десять лет.
- Не было приглашений. Вернее, приглашали в последний момент, я же не мог отказываться от других контрактов. На этот раз меня пригласили за полгода. Эти дни были как раз свободными - нью-йоркский сезон в ABT начинается 21 октября.
- Откуда же вы приехали?
- Из Вены. Я там отменил два "Ромео" - мне выкачивали воду из колена. Из-за этого колена весной я пропустил два месяца. Потом много танцевал, и все было в порядке. А тут вдруг опять. К счастью, ничего страшного - просто простуда.
- В Вене вы поставили "Баядерку". Вы сами ее выбрали?
- Не то слово. "Баядерку" мы буквально выбили. Были всякие разборки, ну как обыкновенно в театрах. Я поставил новый четвертый акт - с землетрясением. Собирался сделать голограмму, напустить много дыма, но не хватило ни времени, ни денег. С кордебалетом сам работал: 32 тени у меня - все по струночке, в адажио стоят, не шевелятся. А вообще, я хотел делать "Коппелию". Но директор решил, что это детский балет. Тогда был юбилей Верди, все время шли его оперы. Все Верди и Верди, все думай и думай о балете... эта головная боль - что придумать, боже! Нашли специалиста по Верди, он предложил "Бал-маскарад", написал либретто.
- Все-таки танцовщик и хореограф - разные профессии. Не все звезды берутся ставить - Барышников, например. Как вы рискнули?
- А что? Я исходил из музыки. Что чувствую, то и ставлю. Самое трудное было сделать вариацию для себя.
- A как же женская пальцевая техника?
- Никаких проблем. Я могу ее себе представить. На балетном фестивале в Японии я пародировал Сильви Гиллем - танцевал вариацию Обера. Ноги задирал, делал диагональ, пируэт - все как положено. На последнем фестивале исполнил "Умирающего лебедя" - тоже пародия, не скажу на кого. Так мне говорили, что такого па-де-бурре давно не видели.
- Руководитель Венской оперы Ренато Занелло воспринимает вас как конкурента?
- Возможно. Я с ним не имею никаких отношений. То, что я хочу танцевать, я танцую. Переговоры веду через директора всей Венской оперы, а Занелло - только директор балета.
- Вы будете что-нибудь ставить в этом году?
- Новогодний концерт в венской филармонии. Дирижирует Сейджи Озава. Я поставлю вальсы - "Голубой Дунай" - для труппы Венской оперы. 1 января - прямая трансляция.
- Как вам васильевская редакция "Жизели"?
- Я танцевал васильевскую версию в Риме. Но здесь он сделал немного иначе. Мизансцены другие, музыкальные акценты. Что касается танца - большой проблемы нет. И с балериной - тоже.
- Поговаривали, что с вами хотела танцевать Анастасия Волочкова.
- Тут важны пропорции. Наверное, она шикарная балерина, но если партнерша выше меня, это уже не работает. Я сразу сказал - конечно, Света Лунькина. С ней я буду танцевать в первый раз, но она готова на все: слушает внимательно и очень старается. Я пытаюсь сделать ее еще более воздушной, чтобы она почти летала. Со всеми Жизелями самый тяжелый момент - это кода второго акта перед тем, как плюхнулся у могилы. Тогда, считай, все уже закончилось.
- Вы видели на Западе гастроли русских трупп?
- Ходил на балеты Бориса Эйфмана.
- Чем объясняется его успех в Америке?
- Эйфмана там любят критики, это очень важно. У него есть публика, которая специально ходит на него. И у него хороший агент. Я смотрел "Гамлета" и премьеру "Дон Жуана". Очень интересно. И очень трудно.
- Хотели бы станцевать в его балете?
- С удовольствием. Там новое что-то, почему бы нет?
- Предложения были?
- Не буду говорить, секрет.
- В ABT за восемь недель бывает 64 спектакля. Сколько лет можно выдержать при таких перегрузках?
- Ну, это бывает раз в год - в Нью-Йорке. Дальше у них гастроли по стране, я в них обычно не участвую. Но до 60 лет точно не буду танцевать. Не хочу, чтобы меня вывозили на кресле-качалке и говорили: "Вот это Малахов, сейчас он вам прыгнет". Когда почувствую, что уже не тяну, конечно, уйду. Но об этом очень страшно думать, и пока я не думаю.
- А разве ваши постановки в Венской опере не связаны с мыслью о неизбежном конце карьеры танцовщика?
- Нет, просто было интересно. Если тебе предлагают сделать хореографию на сцене Венской оперы, почему не воспользоваться? Я же ничего не теряю.
- Что вы считаете своим домом?
- Самолет. Я арендую квартиры в Нью-Йорке, в Вене, в Штутгарте, а дома по-настоящему нет. Но уже пора думать о том, где я остановлюсь. Нужно же куда-то приезжать.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
atv
Заслуженный участник форума
Заслуженный участник форума


Зарегистрирован: 05.09.2003
Сообщения: 5129

СообщениеДобавлено: Вт Сен 21, 2004 9:15 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2001092201
Тема| Танец, Второй европейский фестиваль современного танца, "Галили Данс", Персоналии, Галили И.
Авторы| ЛЕЙЛА ГУЧМАЗОВА
Заголовок| ГОЛЛАНДСКИЙ ДРАЙВ.
Где опубликовано| Время МН
Дата публикации| 20010922
Ссылка| ссылку не нашла 09.05.2015 Елена С.
Аннотация| В Театре имени Пушкина гастролями нидерландской труппы "Галили Данс" начался Второй европейский фестиваль современного танца.

И сразу обнаружились две большие радости. Во-первых, в Россию теперь импортируют свежий, но при этом увенчанный наградами contemporary dance. Во-вторых (и в-главных), наш критический пафос борцов с балетным единомыслием прокисает на глазах. Залы полные. Публика, что называется, сочувствующая. Давние поклонники лишились показушного "мы это видели" и стали значительно трезвее в оценках. Хоть и по-прежнему не насытились. Полифония Баха выливалась в куб сцены через упоительно красивое движение мускулистых тел, оттенялась прозрачным Моцартом и Вивальди. Такого рода гармония для современного танца - исключение, скорее, привычен подход к этому спектаклю как опыту сотрудничества с японской труппой пожилых актеров. За азиатской замкнутостью "О чем я никому не сказал" с "песочным" перетеканием движений можно вдруг разглядеть четкую позу и классическую комбинацию бхарат-натьям, а в технической свободе профессионалов "Галили Данс" - европейский плавильный котел культур. Спектакль Итцика Галили удивительно красив для современного танца, который от рождения боится "искусственных" красот, как лукавый ладана. Чтобы немного уравновесить впечатление, постановщик чуть припорошил спектакль смешком. Потому и смотрится эта роскошь "высокого" бессюжетного танцтеатра на одном дыхании.
Дуэт "Ради всего святого" понадобился устроителям, видимо, для "размывки" вечера. Усталые духоборы, он и она, невозможно долго носили по сцене плакаты с надписями наспех: "Пусть мир проплывает мимо", "Можете почувствовать, что парите". Вероятно, постановщик рассчитывал заполнить лакуны в нашем мировосприятии, напомнив, например, что свобода движения может быть сырой и похожей на плохой актерский этюд с аскетичным светом, заставляющим сомневаться в своей преднамеренности. Итцик Галили вернулся на круги своя в спектакле "Пьяный сад" (не путать с лауреатом "Золотой маски" - уральским "Кленовым садом"). По форме "Пьяный сад" - детская считалка-заклинание "Если нравится тебе, то делай так...". По содержанию - победа примата иррациональной магии ритма над движением. При внешней попсовой зрелищности работа на самом деле виртуозная - под дождем спущенных с колосников микрофонов актеры стучат по полу, бьют себя и друг друга по рукам и ногам, скандируют речитативы и... танцуют. Бесконечное извлечение ритма не провисает, не отпускает ни на секунду. Общаются они не только с противоположным, но и просто - с полом, включая делание того, что сухо зовется фрикциями.
Восьмерка в разноцветных одежках за этим сосредоточенным занятием смотрится забавно. Веселое бестолковье тем не менее четко напоминает сценическую толкотню африканских этнотрупп. А закончилось оно неожиданно поэтично и целомудренно - снятием цветной размахайки, под которой - совершенное женское тело, усыпанное мелкими бутонами роз. Спектаклям, открывшим европейский фестиваль танца соответственно год и два года. Израильтянин Итцик Галили, работавший на родине в двух известных труппах, - "Бат Дор" и "Батшева Данс Кампани", прославился в голландском Гронингене в начале 90-х. С тех пор обосновался в нем с собственной труппой. И хотя сборные команды contemporary dance не имеют национальности, но рискну заметить, что именно особая еврейская эмоциональность дала искреннее и сильное впечатление. Правда, и почву голландские мастера готовили долго и кропотливо.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
atv
Заслуженный участник форума
Заслуженный участник форума


Зарегистрирован: 05.09.2003
Сообщения: 5129

СообщениеДобавлено: Вт Сен 21, 2004 9:21 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2001092501
Тема| Танец, Второй европейский фестиваль современного танца, "Галили Данс", Персоналии, Урин В., Галили И.
Авторы| Наталья Филатова
Заголовок| Невезучий фестиваль.
Где опубликовано| Итоги
Дата публикации| 20010925
Ссылка| http://www.itogi.ru/paper2001.nsf/Article/Itogi_2001_09_24_14_0135.html
Аннотация|

В 1999 году Владимир Урин, директор музыкального театра им. Станиславского и Немировича-Данченко, организовал первый европейский фестиваль современного танца. Проходил он в начале октября, у всех еще живы были в памяти трагические события на улице Гурьянова и Каширском шоссе. И все равно фестиваль не прошел незамеченным, пустых мест в залах не было, лишний билетик спрашивали за сто метров от театра. Прошло два года. Фестиваль проводится во второй раз. И снова ему не повезло: буквально за неделю до начала фестиваля террористы направляют самолеты на здания Всемирного торгового центра... Основная часть фестиваля приходится на октябрь, сейчас выступил только один коллектив - голландская труппа "Галили данс". В программе было заявлено два спектакля: "О чем я никому не сказал" и "Пьяный сад".
Недаром Галили называют одним из лучших хореографов Голландии. Оба балета выше всяких похвал. "О чем я никому не сказал" - пластическая вариация на музыку Баха, Моцарта, Вивальди. Тела танцоров перетекают из одного движения в другое. Рисунок танца не прерывается ни одним резким или неловким жестом. "Пьяный сад" - притча о густонаселенном эдеме, где главное действующее лицо - секс. Музыку подчас заменяет речитатив на разных языках, сапотеадо ногами, руками и прочими частями тела. Кульминация - танец девушки, весь наряд которой составляют прикрепленные к телу бутоны роз. Прекрасное и захватывающее зрелище.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
atv
Заслуженный участник форума
Заслуженный участник форума


Зарегистрирован: 05.09.2003
Сообщения: 5129

СообщениеДобавлено: Ср Сен 22, 2004 9:36 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2001092502
Тема| Балет, БТ, АБТ, гастроли, «Жизель», Персоналии, Малахов В., Лунькина С., Александрова М.
Авторы| Владимир Котыхов
Заголовок| ВОЗВРАЩЕНИЕ БЛУДНОГО АЛЬБЕРТА
Где опубликовано| Московский Комсомолец
Дата публикации| 20010925
Ссылка| на сайте МК не найдено 09.05.2015 Е.С.
Аннотация| В Большом театре, где годами не увидишь ни одного гастролера, случился сплошной звездопад. Здесь один за другим просверкали сразу три балетные звезды: Хосе Мануэль Карреньо, Иохан Кобборг и Владимир Малахов. Более всего ожидалось выступление нашего бывшего соотечественника, а ныне мегастар - Владимира Малахова.

Возбужденное сознание рисовало эффектную картину на вечнозеленый сюжет "Возвращение блудного сына": толпы поклонников, рвущие на части своего кумира, объятия, слезы, триумф...

Из досье "МК": Владимир Малахов после того, как окончил в 1986 году Московское хореографическое училище, был принят в труппу "Московского классического балета" Касаткиной и Василева. Здесь он добивается первых успехов и восторженного признания зрителей. Но в 1991 году, уехав на гастроли за границу, Малахов на родину уже не возвращается. Сегодня Малахов, которому исполнилось тридцать три года, выступает в Американском балетном театре, в Венской опере и Штутгартском балете. Он танцует классику XIX века и балеты, созданные лучшими хореографами века двадцатого, в 1999 году он дебютировал как балетмейстер, создав для Венской оперы собственную версию "Баядерки", а в прошлом сезоне осуществил там постановку "Бала-маскарада" на музыку Верди. Не хватит газетных полос, чтобы перечислить те восторженные эпитеты, которыми критики всего мира награждают Малахова.

Для выступления в Большом, куда Малахова не приняли после училища, артист выбрал балет "Жизель", в котором когда-то потряс московского зрителя.
Что касается нынешних потрясений, то первое действие "Жизели" в исполнении гастролера и его партнерши, солистки Большого Светланы Лунькиной, потрясало своей унылостью. Все было мимо сюжета, темы и настроения. Удивляли пафосные гримасы и чрезмерная жестикуляция Малахова, словно позаимствованные им из немого кино. А про ядовито-лимонного цвета пачку и вишневый лиф Жизели (это антиромантическое соединение изобрел модельер Юбер де Живанши) лучше не вспоминать: просто беда. В общем, поэзия и логика этого красивого акта испарились. Было непонятно, почему Альберт, не успев толком разглядеть Жизель, клянется ей в любви, а энергичная, жизнерадостная девушка ни с того ни с сего трогается рассудком и гибнет. Первый выход Жизели, гадание на ромашке, любовная клятва Альберта - эти трепетные эпизоды разыгрывались так торопливо, словно артисты спешили поскорее добежать до второго акта, переместившись с деревенской полянки на сельское кладбище, где можно отдаться безудержному танцу.
Что они и сделали, взорвав зрительный зал громом аплодисментов. Присоединившаяся к главным персонажам Мария Александрова (Мирта) летала по сцене, словно белое пламя, ледяное и обжигающее одновременно. Светлана Лунькина казалась печальной неземной тенью. А Владимир Малахов демонстрировал фантастические перегибы корпуса, соревнуясь в томной надломленности с самой Жизелью. Создавалось впечатление, что это не он предал свою подругу, чем свел ее в могилу, а она своим могильным холодом доводит его до безумия.
Звездный статус Малахов утверждал феерической техникой. Взлетев высоко над сценой, он откидывал корпус назад, едва не касаясь головой спины, а потом стремительно летел вниз и падал на спину. Этот трюк танцовщик повторил три раза, разбивая логику действия, но вызывая безумие в зале. Эффектно и технично, но малопоэтично. Впрочем, та действительность, которую когда-то покинул Малахов, сегодня тоже не такая поэтичная, как десять лет назад. Так что можно сказать, что "возвращение блудного сына" состоялось, хотя и без особого мелодраматического экстаза.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
atv
Заслуженный участник форума
Заслуженный участник форума


Зарегистрирован: 05.09.2003
Сообщения: 5129

СообщениеДобавлено: Ср Сен 22, 2004 9:45 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2001092503
Тема| Балет, БТ, АБТ, гастроли, «Жизель», Персоналии, Малахов В., Лунькина С.
Авторы| Майя Крылова
Заголовок| Звездный мальчик
Где опубликовано| Независимая Газета
Дата публикации| 20010925
Ссылка| http://ng.ru/culture/2001-09-25/8_boy.html
Аннотация| Спустя 10 лет знаменитый танцовщик Владимир Малахов вернулся в Москву

ДЛЯ ЛЮБИТЕЛЕЙ балета Владимир Малахов - фигура культовая. Еще с тех пор, когда ребенок из Кривого Рога с уникальными природными данными поступил в Московскую балетную школу, а после ее окончания не смог работать в Большом театре, потому что не было столичной прописки. Потом Малахов уехал за границу, прославился, получил австрийское гражданство, сотрудничество с лучшими хореографами мира, работу в Американском театре балета, Штутгарте и Венской опере. В Москве с тех пор не выступал, но прошлой зимой танцевал в Мариинском театре в "Жизели".
Тот спектакль в Мариинке накрепко остался в памяти - и не потому, что зрительный зал в Питере с заведомым придыханием отнесся к приезду премьера-соотечественника. А потому, что балет с Малаховым и Дианой Вишневой в главных партиях стал этапным в сценической истории "Жизели". То был диалог большого и, главное, равноправного мастерства балерины и танцовщика. О таких спектаклях рассказывают детям.
О московском выступлении Малахова в "Жизели" тоже будут помнить. Но не столь однозначно. Во-первых, габтовская Жизель - Светлана Лунькина - и технически запорола половину того, что можно в этом балете запороть, и артистически выглядела бледной тенью при главном герое, хотя с безупречным в партнерстве Малаховым танцевать очень удобно. Во-вторых, на спектакле в который раз обозначилось, сколь важно в искусстве понятие "чуть-чуть". И как меняется конструкция целого, если смещается любая часть.
В первом акте Малахов показал своего обычного Альберта, поглощенного собой феодального соблазнителя деревенских девиц. Его герой - вполне в русле привычных трактовок мужского персонажа "Жизели": звездный мальчик с манерами капризного дитяти, донельзя забалованный знатными предками. Но чертовски элегантно забалованный. И капризный по-королевски. Длинные, абсолютно выворотные ноги играючи рисовали классические па, которые у Малахова раскрывались во всей первозданной красоте. Точно скупы были движения рук, жесты: покровительственно-небрежные в любовном, игровом смысле, безупречные - в смысле профессионально-балетном. А сцена сумасшествия - та вообще превратилась в мини-бенефис Малахова, поразившего контрастом внезапной трагической экспрессии с прежней нарочитой расслабленностью обладателя права первой ночи. Все попадало в яблочко. Фабула и пластика слились в дружеском объятии. Зрительницы смахивали слезу.
Второй акт сместил акценты. Конечно, знаменитые прыжки Малахова, долгие, необыкновенно мягкие и абсолютно бесшумные, нам были продемонстрированы. Но стремление пластически усилить главный постулат действия (вынужденность танцев героя, затанцовываемого призраками до смерти) привело к отчаянному маньеризму. Тело танцовщика, как бы сопротивляющееся вовлечению в пляс, выгибалось чересчур декоративной дугой. От стандартных канонов балетного романтизма не осталось и следа. Напрягшиеся критики готовились к дискуссиям. Зрительницы прятали ставшие ненужными носовые платки. Правда, оркестр норовил играть быстрее темпов малаховского танца, отчего впечатление портилось.
В финале Малахов исправил напыщенный финал, придуманный Владимиром Васильевым. По традиции многих исполнителей, танцовщик рассыпал скорбную дорожку из цветов, а не прыгал по кругу в "криках души".
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
atv
Заслуженный участник форума
Заслуженный участник форума


Зарегистрирован: 05.09.2003
Сообщения: 5129

СообщениеДобавлено: Чт Сен 23, 2004 12:05 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2001092601
Тема| Балет, БТ, АБТ, гастроли, «Жизель», Персоналии, Малахов В.
Авторы| Андрей ХРИПИН
Заголовок| Владимир Малахов танцует в Большом, не имея прописки.
Где опубликовано| Аргументы и Факты
Дата публикации| 20010926
Ссылка| http://gazeta.aif.ru/_/online/moskva/429/22_01
Аннотация| ВПЕРВЫЕ после десяти лет эмиграции в Москве появился идол мирового балета Владимир Малахов. "Жизелевский" Граф Альберт, проходящий за полтора часа сценического времени путь от совратителя наивной сельчанки до раскаявшегося грешника, - одна из самых лучших ролей Малахова, чаще других танцуемая. Когда-то в Большой театр его не взяли из-за отсутствия московской прописки.

Принц из советских
У КАЖДОГО времени свои танцы. Героическое мужское начало советского балета достигло апогея в последней трети ХХ века благодаря балетам Григоровича. В его спектаклях интимная лирика подавлялась спортивным напором - зигфриды и ромео по сути своей были прометеями и спартаками. Несколько поколений советских танцовщиков - от Вахтанга Чабукиани до Мариса Лиепы и от Владимира Васильева до Ирека Мухамедова (невозвращенцы Нуреев и Барышников, конечно же, в этот ряд не вписывались) - возвеличили атлетический, "спартаковский" стиль мужского танца в некий интернациональный символ. Но ничто не вечно под Луной, даже в такой консервативной области, как классический балет. В калейдоскопе правителей и режимов перестраивалась наша жизнь, менялись ментальность и имидж нации. На смену сокрушительным силовикам-атлантам в балет пришла плеяда романтических юношей, хрупких сильфидных андрогинов и влюбленных в свою красоту нарциссов. Наиболее ярко эта общая модуляция мужского танца воплотилась во Владимире Малахове. Но даже тогда, в начале 90-х, мало кто мог предположить, что именно этому гуттаперчевому мальчику из Кривого Рога с божественным телом, некрасивым лицом и непослушными вихрами уготовано вскоре прийти на смену закатившейся звезде Нуреева и стать одним из ликов нового балета.
Игрой судьбы и случая Малахов ухитрился явиться вовремя - в тот самый критический момент, когда одряхлевшие мышцы советской героики уже не выдерживали темпа меняющихся критериев красоты. Спартакообразные мужики и герои с Ангары в одночасье стали казаться анахронизмом ушедшей эпохи. Вернув мужскому танцу кантилену, лирику и изысканность, поколение Малахова по-новому высветило эстетический и этический смысл балета - теперь им стала КРАСОТА.

Только в гости
В 1991-м Малахов уехал. Уехал совсем. Естественно, им руководили творческие соображения. Но побочной причиной была чисто житейская. Когда-то гений Рудольфа Нуреева ничего не значил для коммунистов, важнее были "неправильный моральный облик горячего татарского парня" и нарушения принятой формы одежды на сцене. Так и Малахову, который не скрывал своей сущности, но и не афишировал ее, не слишком комфортно жилось в малотолерантном постсоветском сообществе. В конце концов его избили в собственном подъезде так, что пришлось накладывать на голову швы.
В поисках творческого счастья Малахов работал сначала в Штутгарте, потом в Вене, а с 1995-го параллельно стал солистом Американского балетного театра (АБТ). Тогда и пришло ощущение полноты жизни, чувство безграничности профессиональных горизонтов. Наш герой начал позировать для художественной фотографии, сниматься в кино, моделировать балетные костюмы. Проявил себя достаточно смелым и раскованным человеком - на недавней премьере современных балетов в Базеле танцевал абсолютно обнаженным. Наконец выпустил свои первые спектакли как балетмейстер ("Баядерка" и "Бал-маскарад" на тему оперы Верди об убийстве шведского короля Густава - в Венской Штаатсопер).
Сегодня Малахов - гражданин Австрии: у него свой дом в Вене, а также квартира в Нью-Йорке на Бродвее. Но вообще-то он великий космополит: живет там, где выступает, а сам по этому поводу шутит, что по-настоящему живет только на сцене. Россию по-прежнему любит, но жить здесь не собирается - у нас, к сожалению, личность пока еще не защищена барьером уважения и неприкосновенности частной жизни. Поэтому - пока только в гости. Несмотря на свои громкие титулы и статус небожителя, в жизни Володя очень человечный человек. Как и все балетные, мечтает вкусно поесть. Предпочитает рыбу и красное вино. Из сладостей бессилен перед вафельными тортами и конфетами "Мишка" и "Белочка". Еще очень любит кошек, филармонические концерты и островки первозданной природы.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
atv
Заслуженный участник форума
Заслуженный участник форума


Зарегистрирован: 05.09.2003
Сообщения: 5129

СообщениеДобавлено: Чт Сен 23, 2004 12:22 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2001092701
Тема| Балет, БТ, АБТ, гастроли, «Жизель», Персоналии, Малахов В., Лунькина С., Кобборг Й.
Авторы| ЛЕЙЛА ГУЧМАЗОВА
Заголовок| "ЖИЗЕЛЬ" И КАРДИОЛОГ.
Где опубликовано| Время МН
Дата публикации| 20010927
Ссылка| сайт "Время МН" не существует 09.05.2015 Е.С.
Аннотация| После умеренно знойного Хосе Карреньо и изысканного Йоханна Кобборга на сцене Большого театра в партии Альберта танцевал солист American Ballet Theatre и венской Staatsoper Владимир Малахов. Героев вечера оказалось два.

Уроженец Кривого Рога Владимир Малахов окончил Московское хореографическое училище в 1986 году и несколько сезонов танцевал в театре балета Н.Касаткиной и В.Василева, где полуфабрикат балетных солистов обычно доводят до кондиции. Выезжал на гастроли, в 1992 уехал в Вену в качестве ведущего солиста, в 1995 перебрался в ABT со свободным контрактом, постоянно освящает присутствием Штутгарт, Берлин, Торонто, Токио. Примерно в это время бывший московский принц титулован званием лучшего танцовщика мира, эпитетами "чудо" и "феномен". Появление на российском небосклоне "бывшей нашей", а ныне guest star 33 лет - большое событие.
По уверениям дирекции Большого и приглашенных звезд, выбор репертуара был делом общим и полюбовным. Так Малахов очутился в балете "Жизель" в редакции бывшего худрука Владимира Васильева, декорациях С.Бархина и костюмах от Живанши. И героев вечера получилось два: первый - собственно Владимир Малахов, второй - спектакль "Жизель" Большого театра России. Надо бы редкую звезду рассматривать, не отвлекаясь, да второй протагонист мешает. Раздражает, мельтешит, превращает гастролера в самодостаточную "вещь в себе".
Нынешняя "Жизель" полна безвкусицы и плоских буквальностей. Крестьянское антре отчаянно напоминает пляски ансамбля Моисеева, только без четкости, свойственной ему в лучшие времена. Умноженное на четыре па-де-де первого акта смотрится парным шоу близнецов, танцклассом, тестом на синхронность - чем угодно, только никак не образчиком земного счастья. Картонный злодей Ганс-Илларион тугодумски сличал графа с его шпагой и подробно, как в папином кино, злодействовал. Светлана Лунькина - Жизель пристойнее выглядела вилисой в загробном мире, чем резвушкой в крестьянском. Живая Жизель, неизящная и тяжелая не по годам, чуть что - хваталась за сердце. Сия маленькая деталь повторяется, повторяется и, наконец, становится настолько заразной, что впору крикнуть из зала кардиохирурга. Присутствовавший при все том Владимир Малахов никак не мог понять, от чего это миленькая крестьянка а) так порывиста в обхождении, б) так беспричинно влюбчива, в) так близко к сердцу принимает дозволенные земные радости. А с ума сходить и умирать вовсе непонятно, с чего. Он-то точно не давал ей никаких авансов всерьез. И не от испорченности натуры. Альберт-Малахов искренне не понимает, как крестьянке графа не любить. Не так уж он рвется успокоить ее, скорее, позволяет оруженосцу успокоить себя, на Ганса кидается не потому, что деву жалко, а потому, что нервы, нервы: мельтешит тут гнусный плебс, не дает жизнь украсить. Он-то романтичен до донышка. Вот и выходя на кладбище, прятал лицо в цветы, кутался в плащ и танцевал так, что впору ожить всем вилисам разом. Элегантные прыжки, чистейшие заноски, верчение - облагороженный трюк. Все роскошно актерски. И Жизель тут была - его видение. Он ее сам такую выдумал и одушевил, как голем. Но Альберт-Малахов все-таки не романтик-бунтарь, а романтик-созерцатель. При блистательно сделанной партии он не вытянул спектакль в другое измерение. Нечто подобное сделал только что Йоханн Кобборг с линялой, невыносимо заношенной "Сильфидой" Большого. Кобборг озвучил собственную продуманную позицию: "Сильфида" - предмет старины, мимика в ней - дело важное, и стал мимировать партнерам, а не партеру. То есть наслоил на базу, близкую к источнику-Бурнонвилю мелкую технику, выгодное актерское отличие от прочих джеймсов. И поймал идеальное - приглашенная звезда улучшила спектакль.
Владимир Малахов - и блистательная, и guest, и настоящая звезда, а все-таки - наша. На то, чтобы положительно влиять на партнершу и отстраниться от плохого спектакля, у нее хватит инстинкта самосохранения, а вот чтобы улучшить его - нет ни желания, ни умения. Нашим звездам в детстве не давали частных уроков, свободам не обучали. Более того. Русского солиста всегда особо ценили за умение проникнуться духом спектакля, не разрушая его, а уж лирику-Альберту и вовсе не пристало вытягивать на себе бастионы крестьян да привидений. А также редакций, декораций и костюмов от Живанши. Браво - звезде, а вот "Жизель" - жалко бедняжку.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
atv
Заслуженный участник форума
Заслуженный участник форума


Зарегистрирован: 05.09.2003
Сообщения: 5129

СообщениеДобавлено: Пт Сен 24, 2004 11:23 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2001092801
Тема| Балет, Имперский балет, "Пахита", Персоналии, Таранда Г., Сурнева И. Прибылов Г.
Авторы| Кузнецова Т.
Заголовок| Полуимперский балет показал полу-"Пахиту".
Где опубликовано| Коммерсант
Дата публикации| 20010928
Ссылка| http://kommersant.ru/doc/284756
Аннотация| В концертном зале Чайковского Имперский балет Гедиминаса Таранды показал новинку - Grand pas из балета "Пахита". Публику надули: pas оказалось не grand, а совсем небольшим, потому что положенных па там содержалось не более 60%.


В строю балетных испанок не хватало троих, но Ирина Сурнева (на первом плане) старалась этого не замечать

Гедиминас Таранда - лучший менеджер нашего балетного театра. Собственно, за менеджерский талант господина Таранду и вышибли из Большого, спектакли которого он 14 лет взбаламучивал ураганным темпераментом и невиданной на академической сцене сексапильностью (предприимчивый Гедиминас устроил своим коллегам очередное левое турне прямо в разгар сезона, так что для плановых спектаклей еле наскребли народ).
Лишившись крыши Большого, экс-солист тут же сколотил труппу, заручился именем Майи Плисецкой (звезда позволила считать себя ее президентом) и нарек свое детище Имперским балетом. От всяких Русских балетов, Национальных русских балетов и прочих компаний с одинаково стертыми физиономиями команду Таранды отличает не только оригинальный брэнд, нахально и находчиво отсылающий к всяким Николаям-Александрам, Кшесинским, Павловым, Петипа и прочим славным персонажам имперского прошлого; не только устойчивые связи с "Новой оперой", позволяющие регулярно прокатывать программы на этой удобной и престижной площадке, но и принципиальная всеядность. У Таранды ставят все - от "Жизелей" до капустников с канканами. Серьезная публика на Имперский балет не ходит, широкая - с превеликим удовольствием.Последняя репертуарная новинка - "Пахита" - рассчитана как на иностранцев, жаждущих русской классики, так и на тех русских, которые считают себя обманутыми, если не увидят в балете 32 фуэте. На первое представление в "Новой опере" ваш корреспондент не попал. Меж тем именно там разыгрались драматические события, оставшиеся тайной для публики, но доведенные до сведения Ъ хорошо информированными источниками. Во время представления от близко стоявшего софита загорелась кулиса. Артисты балета разорвали тлеющую тряпку и затоптали балетными туфлями. Однако висящие обрывки продолжали гореть. Руководитель труппы, сам участвующий в концерте, рванул на первый рабочий ярус и оттуда прыгнул на пылающую кулису, справедливо полагая, что под его тяжестью она непременно оборвется. Она и оборвалась, так что Гедиминас Таранда грохнулся вниз с высоты четырех метров. Отбил пятки, повредил связки, но на сцену все-таки вышел и оттанцевал все, что положено. В концертном зале Чайковского на следующий день он появился уже на костылях. Программу срочно пришлось менять. Однако "Пахита" осталась нетронутой, в ней героический глава компании не занят. И при всем восхищении мужеством руководителя минимальной рецензии избежать не удастся. Тут необходимо одно пояснение. К своей "Пахите" - незатейливой истории амурных приключений французского гусара и испанской красотки - Мариус Петипа приделал grand pas спустя три с половиной десятилетия. Сам балет не пережил своего времени, но этот довесок, не имеющий отношения ни к сюжету, ни к общей стилистике спектакля, сохранился в целости и сохранности. Иерархическая пирамида императорского балетного театра выстроена в Grand pas с архитектурным совершенством. Многочисленный кордебалет детской мазурки. Восьмерка цветущих корифеек. Три пары вторых солисток с яркими выходами-диагоналями. Пять первых танцовщиц с собственными вариациями. И наконец - прима-балерина, некоронованная императрица сцены в сопровождении первого танцовщика. Места и роли всех строго определены и размечены, как в ритуале официального выхода главы государства. В Имперском балете, разумеется, никаких детей, совсем слабые корифейки, нет ни вторых солисток, ни, тем более, первых, а есть Ирина Сурнева - милая танцовщица-инженю, старательно, но безуспешно играющая роль царственной примы. Конечно, никакому дирижеру оркестра не придет в голову выкинуть из Ленинградской симфонии Шостаковича тему нашествия за неимением нужных солистов. В балете это дело обычное. Знаток классики Герман Прибылов, ставивший "Пахиту" в Имперском балете, бестрепетно урезал Петипа, приноравливаясь к скудным возможностям труппы: удалил танцевальные фрагменты после адажио, отменил все пять сольных вариаций, перелопатил и коду, но сохранил балерине и зрителям их законные 32 фуэте. Разнокалиберные девушки с сомнительной профессиональной подготовкой не справились и с упрощенным заданием. Да что там танцы, некоторые вообще забыли выйти на сцену, так что фонограмма тактов 16 наяривала впустую, а в линии вместо шести артисток сбоку топталось всего трое. Премьер вышел с хвостиком, обручальным кольцом и дыркой на трико. Сделал пируэты в положении Пизанской башни; пошатнулся, становясь на колено; подержавшись рукой за пол, сохранил позу и раскланялся уже с достоинством. Прима-балерина танцевала, как на выпускном экзамене балетной школы: виновато улыбаясь, неуверенно и опасливо. Впрочем, 29 фуэте выдержала; благодушная публика стала подхлопывать в такт уже на восьмом. В ближайшее время Имперский балет познакомит с русской классикой Финляндию, Японию, Испанию и Кипр. Надо думать, дырку на трико премьер зашьет, девушки не опоздают на выход, прима скрутит все 32 фуэте, и блистательный менеджер Гедиминас Таранда сумеет в очередной раз убедить потребителей, что его товар - лучшего качества.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
atv
Заслуженный участник форума
Заслуженный участник форума


Зарегистрирован: 05.09.2003
Сообщения: 5129

СообщениеДобавлено: Пт Сен 24, 2004 11:25 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2001092802
Тема| Балет, БТ, Персоналии, Лепешинская О., Уланова Г., Голейзовский К.
Авторы| Владимир Котыхов
Заголовок| Морковный пирог для комсомолки на пуантах.
Где опубликовано| Московский Комсомолец
Дата публикации| 20010928
Ссылка| http://www.mk.ru/editions/daily/article/2001/09/28/103661-morkovnyiy-pirog-dlya-komsomolki-na-puantah.html
Аннотация| Балет не может существовать без мифов и легенд. И неважно, золотой это или серебряный век, эпоха Людовика XIV или сталинского ГУЛАГа. Всегда найдется тот или та, кто легендарно отразит в танце приметы своего времени. Такой в тридцатые-пятидесятые была комсомолка, коммунистка, четырежды лауреат Сталинских премий балерина Ольга ЛЕПЕШИНСКАЯ.

В особняке у Берии
- Первый орден мне вручили в страшном 1937 году. Но то, что происходило в стране, что гибнут люди, мы тогда этого не знали. Все вскрывалось значительно позже. А тогда мы верили власти, с энтузиазмом строили новое социалистическое общество, и я тоже. И никому не отдам моей комсомольской юности: ведь тогда было столько хорошего! Хотя и мне тоже пришлось многое пережить, но спасал характер. Арестовали сестру отца, пропали две племянницы, тетка была в концлагере...
В начале пятидесятых был арестован мой первый муж, полковник КГБ. И вот однажды в три часа ночи за мной пришла машина, меня повезли в особняк Берии. А до этого я писала письма, хотела узнать, что с мужем. Когда меня привезли, я, умирая от страха, с дрожащими коленями, спросила: "В чем он виноват? Ответьте мне! Я разговариваю с вами как коммунист с коммунистом!" На что Берия мне кричал: "Вы что, не верите советской власти?!" Для меня все закончилось благополучно, а муж - погиб.


В здоровом теле - здоровый дух
Но все это в жизни балерины случится позже. А сначала - учеба в Московском хореографическом училище, где Ольга Лепешинская будет упорно познавать секреты балеринской профессии.
- Я оставалась одна в классе, чертила на полу большой круг и пыталась сделать фуэте. Ничего не получалось, я падала и начинала все сначала. Но шло время, мне стали удаваться четыре, затем - шесть, восемь, двадцать фуэте. Круг постепенно сужался и уже напоминал поросячий пятачок, и вот наступил момент, когда я могла делать пятьдесят восемь, а без рук - шестьдесят четыре фуэте. Мне очень хотелось научиться безукоризненно исполнять фуэте - ведь без него нет балерины. И мне это удалось.
В 1932 году на выпускном вечере Лепешинская танцевала в балете "Щелкунчик" фею Драже. После спектакля молодая балерина получила свою первую корзину цветов. Она была от папы, а в ней записка: "В здоровом теле - здоровый дух, ешь пирожных не больше двух".
- Я с детства была страшной сладкоежкой, - вспоминает Лепешинская. - А самое любимое лакомство - восхитительный морковный пирог, который замечательно готовила мама. Этот пирог был всегда украшением нашего праздничного стола.
После училища, вопреки традиции, когда выпускников зачисляют в кордебалет, Лепешинскую сразу приняли в солистки. И очень скоро молодая балерина становится примой Большого, на сцене которого будет танцевать тридцать лет.


Феерическая "рыбка"
О танце Лепешинской ходит немало восторженных легенд. Но каким он был в действительности? Ведь нет ничего более эфемерного в прямом и в переносном смысле, чем балет. Перестает балерина танцевать - и нет уже ее танца.
Пять лет назад, когда в Большом отмечали восьмидесятилетний юбилей балерины, в честь Лепешинской танцевали нынешние звезды, демонстрировавшие изощренную технику. Глядя на их стильный, современный танец, с легкой иронией думалось о танце советских Терпсихор. А потом по белому заднику сцены пошли документальные кадры, запечатлевшие давний танец Лепешинской. И при виде этого смерча зал взорвался аплодисментами. Лепешинская летала, поражая огненным темпераментом, а от ее феерической "рыбки" (когда балерина с разбегу летит в руки партнера) захватывало дух.
- Вообще-то, мне всегда не нравилось то, что я делала, поэтому много работала. Там, где нужно было два часа репетировать, я репетировала восемь, что-то искала, пробовала. У Галины Сергеевны Улановой в "Красном маке" было две репетиции, а у меня - десять. К тому же я хорошо знала, что публика Галины Сергеевны располагается в партере, а моя - на галерке. Я была земная, ходила по полу. Может быть, поэтому никогда не собирала своих афиш, вырезок из газет, рецензий, фотографий...

Ворошиловский стрелок
Характер у Лепешинской никогда не был тихим - скорее бойцовским. Когда началась Великая Отечественная, балерина, решив, что танцы теперь никому не нужны, пошла в райком просить, чтобы ее отправили на фронт.
- Но мне отказали. Не помогло даже то, что я была ворошиловским стрелком. Сказали, что дел хватит и в городе. И мы, а я тогда была депутатом Моссовета, членом военно-шефской комиссии ЦК ВЛКСМ, начали работать. Одни дежурили на крышах, другие мыли полы в метро, кто-то занимался эвакуацией детей. А между тем уходили на фронт наши товарищи. Помню, как провожали их с площади Белорусского вокзала, говорили напутственные слова. Выступала и я, но однажды услышала, как кто-то крикнул: "Ты бы лучше станцевала, товарищ Лепешинская!" И вот откуда-то появился аккордеон, зазвучала музыка, и я стала танцевать.
Потом начали формироваться бригады артистов, обслуживающих действующие армии, и начались мои фронтовые поездки. Где только не приходилось танцевать: в клубе, на грузовике, в землянке... Я ввинчивала носок в землю и через какие-то рытвины и ухабы прыгала на руки партнеру. Деньги от концертов шли в Фонд обороны. У меня хранится благодарственная телеграмма, подписанная Сталиным, где говорится, что на наши деньги построен самолет. Мой последний концерт с фронтовой бригадой проходил 9 мая 1945 года, а 10 мая я получила телеграмму от балетмейстера Ростислава Захарова: "Ставлю на вас "Золушку", немедленно приезжайте".


Красный мак в ноябре
И вновь Большой театр. После Золушки были Лиза в "Барышне-крестьянке", Жанна в "Пламени Парижа", Параша в "Медном всаднике" и Тао Хоа в популярном советском балете "Красный мак". Партию Тао Хоа Лепешинская танцевала в очередь с Галиной Улановой.
- В 1944 году Галина Сергеевна была переведена из Ленинграда, из Кировского театра, в Москву, в Большой. Когда я вернулась в театр, то оказалась вместе с ней в одной артистической. Наши гримировальные столики были рядом, но только столики, потому что рядом с Улановой никого быть не могло. Она была единственной. Я восхищалась ее танцем. И хотя у нас был один репертуар, мы были очень разные, поэтому не мешали друг другу. В тот период я не знала Уланову. Она была закрыта и недоступна. Лишь в последние три года ее жизни мы много общались, перезванивались почти каждый день.
...Так случилось, что популярный советский балет "Красный мак" сыграл в судьбе Лепешинской роковую роль. Это случилось 7 ноября 1953 года. Во время танца балерина услышала треск, и страшная боль пронзила ногу. Превозмогая боль, Лепешинская продолжала танцевать, а потом, за кулисами, потеряла сознание. Когда ее привезли в больницу, оказалось, что у нее - перелом стопы сразу в четырех местах. Но драма заключалась не только в сломанной ноге: ведь незадолго до этого арестовали мужа, а пламенную активистку Лепешинскую "попросили" из всех партийных и общественных организаций.
В больнице Лепешинская познакомилась с человеком, который помог ей в тот трудный период. Это был писатель Михаил Пришвин.
- Еще в пору моей юности папа, считавший, что одного хореографического училища для моего образования недостаточно, заставлял меня писать диктанты. И я писала их по произведениям Тургенева и - по счастливой случайности - Пришвина. Я полюбила его прозу, и вот через много лет довелось с ним встретиться при таких неожиданных обстоятельствах. Он меня просто поднял на ноги. Михаил Михайлович, зная, что умирает (у него был рак), приходил ко мне каждый день, садился у постели и беседовал со мной...

И, кажется, она была всегда
А вот что о встрече с балериной рассказал в дневниках сам Михаил Пришвин:
"15 ноября. Познакомился с Лепешинской, сломавшей себе ногу на балете "Красный мак". Сначала я не знал, что это старая балерина (Лепешинской в то время было тридцать семь лет. - В.К.), и в полумраке принял за девочку, сломавшую жизнь свою на танцах. Еле-еле удержался от слез, потом много говорил ей об искусстве и о природе, как о любви. После того, уже в своей палате, узнал, что это была Лепешинская, и почему-то перестал жалеть.
18 ноября. Долго болтал вчера с О.В.Лепешинской. Впервые понял, что в отношении любви Дон Жуана балерина менее доступна, чем монахиня. И это оттого, что у монахини плоть ее сдерживается, а у балерины преобразуется. Монахиня, отказывая Дон Жуану, поступает по общему закону монастыря, а балерина на своем ослепительно-прекрасном прыжке успевает показать Дон Жуану шиш. "Поздравляю!" - встречает его Командор на кладбище, кивает головой и улыбается.
7 декабря. Приезжала в первый раз Лепешинская, очень милая, сама капелька, а глаза сверкают издали, как льдинки в горах. А в душе, как видишь, начинается оттепель, и кажется, будто сам знал ее и она была всегда..."

Ветеринарная помощь
Эти записи сделаны за два месяца до смерти Пришвина. Можно только поражаться наблюдательности, нежности и юмору писателя. Но и у Лепешинской с юмором все замечательно.
- Однажды, - вспоминает балерина, - приезжаем в один южный город в ожидании горячего приема. Подходим к театру и видим плакат с надписью "Непрошеные гости". Мы в недоумении. Оказалось, это название пьесы, которая готовилась к постановке...
Как-то балерина во время выступления вывихнула ногу, а дело было где-то в провинции. Администратор вышел в зал и обратился к зрителям, есть ли среди них врач. Один мужчина вызвался помочь, и его провели за кулисы к Лепешинской. Он осмотрел ногу, а затем с силой ее дернул. Лепешинская взревела от боли. На что врач хладнокровно прикрикнул: "Тпрруу!" Оказалось, это был ветеринар.

Искры горного хрусталя
Выступать Лепешинская закончила в 1963 году. Это случилось через год после того, как она похоронила второго мужа - видного советского военачальника Алексея Антонова. Хотя первое время после его смерти пыталась танцевать.
- Галина Уланова, увидев меня в репетиционном классе, сказала, что форма не потеряна, надо продолжать... Но я не могла. Из моего танца ушла радость.
И Лепешинская ушла из театра. Буднично, без предварительного объявления о том, что расстается со сценой. Станцевала "Вальпургиеву ночь", а потом за кулисами сообщила, что танцевала последний спектакль.
И больше ей в Большом театре места не нашлось. Как педагога-репетитора ее сюда не подпустили, как, впрочем, и к хореографическому училищу тоже. Но Лепешинская не жалуется, считая, что никто ни в чем не виноват. И тогда началась ее зарубежная гастроль в качестве педагога-репетитора длиною в двадцать пять лет: Италия, Германия, Венгрия, Япония...
Сейчас Ольга Васильевна не преподает, но ей часто звонят и просят приехать посмотреть танцы юных артистов балета, которых воспитал кто-то из ее бывших учеников.
А что касается легендарного танца Лепешинской, то хореограф Касьян Голейзовский дал ему яркую характеристику: "Искусство этой артистки напоминает жемчужину, хранящую в себе все цвета радуги. Движения ее, как искры кристалликов горного хрусталя... Но глаза у нее иные. Они большие и печальные, как два глубоких молчаливых озера. Они то фиолетовые, то голубые, как цейлонский сапфир, а люди говорят, что они серые. Смотрят они, как будто хотят убаюкать, простить, поведать неразрешимую тайну. Радость проникает в них, только когда руки ее, ноги и сердце охвачены танцем..."
Ольга Васильевна, вы как-то сказали, что у балерины есть возраст, пока она танцует, а потом уже неважно. С днем рождения вас, Ольга Васильевна!
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 12126

СообщениеДобавлено: Чт Ноя 16, 2006 8:38 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2001090005
Тема| Балет, БТ, «Пиковая дама», Персоналии, Р. Пети
Авторы| При пиковом интересе
Французский хореограф Ролан Пети утверждает, что он сделал имя Майе Плисецкой
Заголовок| Майя Крылова
Где опубликовано| «Независимая газета»
Дата публикации| 20010905
Ссылка| http://www.ng.ru/events/2001-09-05/1_interes.html
Аннотация|

В МОСКВУ приехал знаменитый французский хореограф Ролан Пети. На родине плодовитый постановщик особо знаменит своей пятидесятилетней давности совместной работой с Жаном Кокто (как либреттистом) над экзистенциальным балетом "Юноша и Смерть". Не так давно освобожденный властями Марселя от обязанностей главы Марсельского балета (этот пост Пети занимал много лет), он ушел в свободные художники. В 78 лет Ролана Пети пригласил Большой театр - поставить балет по "Пиковой даме". Спектакль будет называться "Три карты". Это вторая постановка Пети в Большом театре. Первой - давным-давно - был балет "Сирано де Бержерак", который в репертуаре долго не продержался.
Когда-то Пети уже ставил балет по Пушкину с Михаилом Барышниковым в главной роли. Но от того спектакля, сделанного для Балета Марселя, не сохранилось ничего. И Барышников не любил свою роль Германа, и хореограф считает балет своей неудачей, он даже не снял спектакль на пленку. Для ГАБТа будет сочинена совершенно новая версия в одном действии, к которой Пети присовокупит еще один балет. А пока надо провести рекламную кампанию.
В умении подать себя Пети мало равных, и никакие пиарщики ему не требуются - он сам себе пиар. Сразу по приезде чудесно сохранившийся маэстро раздавал интервью прямо у самолетного трапа, в которых усиленно рекламировал свою особу. Он пританцовывал перед камерами, демонстрируя старческую стройность и шустрость, и рассказывал, что именно он когда-то создал мировое имя Майе Плисецкой. Без него, видимо, она, бедная, так и прозябала бы за железным занавесом.
На самом деле Плисецкая гораздо больше работала с другим знаменитым хореографом - Морисом Бежаром, чем с Пети. Плисецкую с Пети познакомили Арагоны - писатель-коммунист Луи и его жена, сестра Лили Брик, Эльза Триоле. Как пишет Плисецкая в мемуарах, именно Арагону принадлежит идея станцевать стихотворение Уильяма Блейка "Гибель розы".
Репетиции с Пети были первым опытом сотрудничества всемирно известной балерины Плисецкой с известным западным хореографом. Но еще неизвестно, кто кого прорекламировал в 1973 году, когда Пети попросил Майю Михайловну (а не она - его) станцевать "Гибель розы" с солистом Марсельского балета Руди Брианом.
Пети так увлекся придуманной им историей с Плисецкой, что и сам в нее поверил. Теперь он одержим идеей повторить пройденное: хочет открыть в России новую звезду, причем, по словам Пети, ей должно быть "за сорок", чтобы достоверно сыграть старую Графиню. Весной, когда Пети приезжал в Большой обсуждать грядущую постановку, перед ним провели всех прим ГАБТа. Ни одна - ни молодая, ни старая - его не устроила (правда, нашелся стильный Герман - Николай Цискаридзе). Пока Пети приступил к репетициям в Большом без новой Прекрасной Дамы. Но назначить ее - лишь дело времени. В рекламе простои не дозволяются.
А Плисецкой не привыкать. После того как она судебно отбилась от израильской гражданки, называющей себя ее внебрачной дочерью, - балерине сам черт не брат.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 12126

СообщениеДобавлено: Чт Авг 02, 2007 5:52 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2001090006
Тема| Балет, БТ, Персоналии, Й. Кобборг, В. Малахов
Авторы| Марина Тимашева
Заголовок| Большой театр приглашает звезд
Где опубликовано| Радио Свобода
Дата публикации| 19.09.2001
Ссылка| http://www.svoboda.org/archive/ll_cult/0901/ll.091901-1.asp
Аннотация|

Марина Тимашева, Москва:

Большой театр представляет свои спектакли с приглашенными звездами. Сегодня на его сцену в "Сильфиде" выйдет солист Королевского балета Великобритании Йоханн Кобборг, 21 и 23 сентября Альберта в "Жизели" станцует солист Штутгартского балета, балета Венской оперы и Национального балета Канады Владимир Малахов.

Отвечая на мой вопрос, что может дать танцору и театру появление в спектаклях приглашенных звезд Йоханн Кобборг ответил:

Йоханн Кобборг:

Я много раз танцевал Сильфиду в разных спектаклях, и всякий раз они выглядели по-разному. Я многое беру у других танцоров и, если кто-то воспримет что-нибудь из моего танца, я буду счастлив. Увы, в последнее время люди все чаще пересаживаются из кресла в кресло, принося в разные театры один репертуар и один стиль, приводя одних и тех же танцоров за собой. Действительно есть риск, что все театры будут выглядеть, как один. Но Большой театр как раз консервативен и хранит верность традиции. Зрителям ведь тоже интереснее видеть свое, уникальное, неповторимое. В Большом театре мне приходится многое менять просто из-за слишком большой сцены и дистанции от актера до зрителя. Я много видел русских танцоров и думал: они отличные, замечательные, но какие-то величественные. Теперь, танцуя на сцене Большого театра, я знаю, отчего так кажется"

Марина Тимашева:

Владимир Малахов, отвечая на мой вопрос, не с привычкой ли работать на общих планах связано отсутствие тонкой, филигранной техники у труппы Большого театра, ответил:

Владимир Малахов:

...Ты можешь владеть этой техникой, или ты не можешь владеть... Тоже, когда я приехал на Запад, я тоже не владел этой техникой Баланчина или Бурнанвиля, это все пришло в процессе работы. Я работал с этими хореографами, танцевал эти постановки. По "Жизели" очень трудно судить, потому что это романтика, там не нужно такой мелкой техники. Это все лирика...

Марина Тимашева:

Борис Акимов, руководитель балетной труппы Большого театра и один из лучших педагогов мира, утверждает, что его желание пригласить звезд для участия в романтических балетах связано не с желанием замаскировать недостатки труппы или какой-то иной тайной, но исключительно с репертуарными планами театра.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 12126

СообщениеДобавлено: Чт Авг 02, 2007 5:57 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2001090007
Тема| Балет, БТ, «Жизель», «Сильфида», Персоналии, Й. Кобборг, В. Малахов
Авторы| Наталия Звенигородская
Заголовок| Вчера мы встретились случайно
Йохан Кобборг и Владимир Малахов на сцене Большого театра
Где опубликовано| Русский Журнал
Дата публикации| 25 Сентября 2001
Ссылка| http://old.russ.ru/culture/podmostki/20010925_zve-pr.html
Аннотация|

Ни редкое дарование, ни уникальные природные данные, ни Гран-при одного из самых престижных конкурсов в Варне не заставили Большой театр в 1986 году принять в свои ряды восемнадцатилетнего выпускника Московского хореографического училища Владимира Малахова. Не хватало уроженцу Кривого Рога сущего пустяка - московской прописки. Зато нынче, дабы залучить к себе "танцовщика века", обладателя, кажется, всех высших балетных премий мира, "наследника славы Нуреева и Барышникова", главный театр страны принужден стоять в очереди. Причем в самом хвосте. Малахов - ведущий танцовщик сразу трех театров: American Ballet Theatre, Венской Оперы и Штутгартского балета, к тому же гастролирует по всему свету. Специально для него ставят такие монстры мировой хореографии, как Начо Дуато, Туайла Тарп, Марк Моррис, Ренато Занелла. Прошлой зимой Малахов впервые за десять лет танцевал-таки в России. У Гергиева, в Мариинке.

Но вот, наконец, "звезда среди звезд" - в Первопрестольной.

То, что одновременно с Малаховым в Москве оказалась еще одна "звезда", датчанин Йохан Кобборг, - случайность. Совпали бреши в задолго спланированном гастрольном расписании, а сезон в их родных театрах, как в большинстве ведущих балетных трупп мира, в сентябре еще не развернулся. Однако случайная встреча неожиданно породила некую подспудную интригу, предоставив информацию к размышлению о проблемах бытования стиля.
Естественно, и речи не может идти о том, чтобы сравнивать двух танцовщиков. Каждый из них - индивидуальность, самой Природой из ряда вон выдвинутая, так что не нам их строить. Но опять же так случилось, что играли они на одном стилевом поле, не сговариваясь, выбрали для московских бенефисов два основных классических шедевра романтизма: Кобборг - "Сильфиду", Малахов - "Жизель", и оказавшись, таким образом, внутри своего рода стилистической матрешки: общехудожественный стиль - романтизм, разные танцевальные стили, чьими типичными и полномочными представителями они являются, и, наконец, индивидуальный исполнительский стиль каждого из них.

Намек на интригу возник уже во время их совместной пресс-конференции. Кое-кто из устроителей опасался, не обойдут ли журналисты своим вниманием датского гостя и не останется ли тот в тени столь долгожданного и обожаемого москвичами Владимира Малахова. Но вышло чуть ли не наоборот, когда разговор зашел о стилевых проблемах. 29-летний Кобборг считается эталонным представителем стиля великого датского хореографа Августа Бурнонвиля, нашедшего в нем столь категоричное, лабораторно чистое воплощение, что это выглядит едва ли не вызывающе в эпоху тотального плюрализма и иступленной политкорректности. Кстати, эту самую политкорректность Кобборг попытался продемонстрировать, отвечая на вопрос об опасности или закономерности размывания стилистических ориентиров: отрадно, мол, что в разных странах и труппах один и тот же классический балет исполняют по-своему; в том, что мир открыт, есть свои положительные и отрицательные стороны. Правда, стоило пять минут спустя построить вопрос по-иному, как деликатный Йохан раскололся: безусловно, интереснее видеть, как сохраняется живая традиция, наслаждаться уникальным стилем во всей его полноте и неприкосновенности. Что он и доказал наглядно вечером, выступив в "Сильфиде", которая появилась в репертуаре Большого театра несколько лет назад в редакции шведки Эльзы Марианны фон Розен, возобновившей в театрах мира уже не один шедевр Бурнонвиля.

В школу Датского Королевского балета Йохан Кобборг поступил лишь в 16 лет. Но уже через год, в 1989, был принят в прославленную труппу. В 1994 стал ведущим солистом ДКБ, а с 1999 - лондонского "Ковент-Гарден". Джеймс в "Сильфиде" - его коронная партия.

Последователь романтической школы, Бурнонвиль на ее основе создал самобытный стиль танца. К тому времени Дания пережила все треволнения начала XIX века, ощутив, наконец, твердую почву под ногами и реальные перспективы. Маленькая страна, упорядоченное сознание. Идеал - покой и добродетель. Людям захотелось земных радостей, стабильности и уюта. Уют - одна из основных составляющих датской ментальности вообще и танцевальной ментальности в частности. Недаром о Бурнонвиле говорили, будто у него французский романтизм стал датским бидермейером.

Художественную выразительность стиля обусловили и крошечные размеры сцены Королевского театра. Совершенное чувство формы. Парадоксальное сочетание экономичного и вместе максимального использования строго выверенного пространства. Прочувствован каждый поворот головы, каждый акцент, каждый взгляд. Не упущена, не смазана ни одна пауза, ни одно междудействие. Законченные позы, во всех микроскопических деталях прорисованные в буквальном смысле до кончиков ногтей. Самый воздух вокруг танцовщика как будто загустевает. Синкопированный ритм придает дополнительный блеск орнаментированной заносками, филигранной, мелкой технике. Каллиграфический танец. Пластическая скань. Не золотая, не серебряная. Вообще не металлическая. Фарфоровая. Если бы статуэтки драгоценного старинного фарфора вдруг ожили и пустились танцевать, то самым органичным для них, без сомнения, стал бы стиль Бурнонвиля.

Йохан Кобборг олицетворяет на сцене теоретические постулаты отца датского балета: "Вершиной и пределом таланта является мастерство, скрывающее механизм за гармоническим покоем - основой истинной грации. Непринужденность грации, сохраняемая при наиболее утомительных движениях, - вот величайшая проблема танца". Кобборг - воплощенное решение этой проблемы.

Бурнонвиля вдохновляли сказки Андерсена и скульптуры Торвальдсена: закругленные линии, точеные детали. Гармония пропорций. Гармоничности, деликатности требует и проявление эмоций, без которых нет датского стиля. Его великий соотечественник настаивал: искусство танца "устремлено к идеалу не только пластической красоты, но также лирической и драматической выразительности", а "искусство пантомимы вбирает в себя всю гамму душевных переживаний". Кобборг и в этом подтвердил звание эталонного интерпретатора Бурновиля. Мало того, он - поразил.
Искусство его тем более впечатляюще, что впечатлило нас, априори считающих себя монополистами по части драматических глубин и психологических мотиваций. Кобборг все знает о своем герое. Крестьянский парень. Реальный, очень земной. Дитя шотландских традиций и уклада. Он не может похвастаться богатым воображением, а потому явление Сильфиды для него - стресс. В течение всей сцены помолвки и домашнего праздника он ни на секунду не забывает о случившемся, но это не романтические грезы. Джеймс выбит из колеи, чем и мотивирован не свойственный ему обычно нервный всплеск: перевозбужденный, он слишком грубо выгоняет из дома колдунью и тем самым предопределяет все дальнейшие злоключения. В финале, в сцене гибели он достигает почти невозможного - чуть ли не заставляет плакать, ни в коем случае не опускаясь до дешевой сентиментальности, но и ни на мгновение не выпадая из стилистики "Сильфиды". Мастер балетной пантомимы (искусства, сегодня почти утерянного), Кобборг еще и великолепный мимист. Тончайшие нюансы в выражении лица, глаз. И некий внутренний импульс, нерв, без которого актер не актер. При этом каждый жест, каждый шаг логичен и понятен. Артист выстраивает сложнейшую цепь мотивов и поступков, свободно распоряжаясь собой (и нашим восприятием) в двух параллельных мирах: суперусловном танцевальном и реальном психологическом.

Романтический герой Владимира Малахова совсем иной.
Его Альберт - истинно балетный граф с истинно театральными страстями. Властный, привыкший, чтобы ему подчинялись люди и обстоятельства. Он не капризен, но невольно избалован тем, что все для него легко достижимо. Не жесток, но попросту не задумывается о том, что лишает понравившуюся ему деревенскую девушку будущего. И когда та, обманутая им, гибнет, - надрывно страдает, исступленно жалея и ее, и себя, осужденного до гробовой доски мучиться угрызениями совести. Картинна его диагональ к могиле Жизели во втором - "белом" - акте: плащ цвета ночи, мертвенно-бледные лилии в руках. И ноги в строго выворотном рисунке. И взгляд, устремленный в никуда. И безупречность линий. Малахов демонстрирует сплав традиции французской и русской школ, отлитый в совершенную форму с тончайшей выделкой, произведенной твердой рукой современных западных педагогов. Почти забытое сегодня благородство манеры и утонченность жеста, которые не портит даже чуть излишняя жеманность. Жеманность эта, кстати, была когда-то лишней - вовсе не чуть, а очень даже заметно. И то, что теперь лишь легкий шлейф, воспоминание о ней не мешает, а даже придает некоторую декадентскую изысканность его танцу, - опять-таки заслуга педагогов. (Как ни пытали его на пресс-конференции журналисты, их имена по каким-то ему одному ведомым причинам танцовщик упорно не хотел назвать. Уважая это его право, не назовем их и мы. Да и не в конкретных именах дело. Когда в очередной раз наглядно убеждаешься в том, что способен сделать высококлассный педагог, в очередной же раз впадаешь в уныние при виде того, что совершается дома. Как бы ни старались иные опровергнуть этот факт, но наше исполнительское балетное искусство сегодня переживает, мягко говоря, не лучшие времена. Пора признать, что в огромной степени причина - в падении культуры и престижа профессии педагога. Неизвестно, где были бы многие звезды золотого века нашего балета, не поработай с ними в свое время Алексей Ермолаев или Марина Семенова.)

Невзирая на то, что на роль Жизели прославленному гастролеру упорно предлагали самозабвенно прокладывающую себе путь наверх Анастасию Волочкову, в партнерши Малахов выбрал Светлану Лунькину и на том стоял. Ломать его, видимо, не решились, ведь характер премьера таков, что он запросто мог развернуться и уехать восвояси, предоставив московским балетоманам облизываться еще лет десять. Рядом с мировой знаменитостью Лунькина, точно троечник, которого посадили за одну парту с отличником, как-то собралась, подтянулась и впечатления не нарушила: сцену сумасшествия провела как прилежная ученица, а вилисой была нежной, хрупкой, невесомой. В последнем, впрочем, ей немало поспособствовал партнер. У Малахова удивительные поддержки. Никаких видимых усилий. Его словно бы и нет вовсе, а балерина парит в воздухе с легкостью как будто и впрямь бестелесной.

От такой чистоты танца, какой добивается Малахов, мы давным-давно отвыкли. У нас просто не работают столько, хоть есть дарования не меньшие. Но если Кобборг, следуя формообразующим принципам датской школы, ставит во главу угла легкость, скрывающую трудности, то танец Малахова - преодоление. Понятно, какая эта работа, сколько пришлось потрудиться, стремясь к совершенству. Это не значит, что его танец тяжеловесен или напряжен. Напротив, феерически легок. Но легок победно. Легок - вопреки. Малахов откровенно кайфует на сцене, упивается танцем. И это захватывает и покоряет, компенсируя мелкие разочарования. Например, то, что прыжок его уже не столь завораживающе воздушен, как раньше.
То, что в эти сентябрьские дни в Москве побывали не просто две мировые знаменитости, а два тонких стилиста, представляется мне чрезвычайно важным в контексте настроений и споров, давно ставших жизненными реалиями в балетной и околобалетной среде. Отрыжкой человечества на многовековой диктат канона стало столетие авангарда, завершившееся канонизированной же сумятицей постмодернизма. Рожденная этим столетием новая, неклассическая, хореография - явление по самой природе своей общим канонам не поддающееся, сугубо индивидуалистическое, даже не род занятий, а экзистенция, - невольно отбросило отсвет и на восприятие классики. Происходит переоценка ценностей: важен не столько результат, сколько опыт, причем любой. Стилевые критерии заметно размыты, и многим уже не понятно: к чему вообще все эти сложности? Все чаще, правда, задают и другой вопрос, к сожалению, никак не связывая его с первым: почему наши классические спектакли так невыносимо скучны? Те, кто видел "Сильфиду" Йохана Кобборга и "Жизель" Владимира Малахова, пожалуй, знают ответ. Как нельзя отменить законов Ньютона или закон Бойля-Мариотта, просто потому, что не в человеческой власти отменить объективно существующее, так нельзя отменить законы стиля. Другое дело, что тот или иной исполнитель в том или ином классическом спектакле волен, в силу лени, недостатка таланта, мастерства или культуры, пренебречь ими. Мол, давайте договоримся: я якобы исполняю классику, а вы якобы ее смотрите. Но тогда, как сказано в известной рекламе, это будет уже совсем другая игра. Скучная.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 12126

СообщениеДобавлено: Чт Авг 02, 2007 5:58 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2001090008
Тема| Балет, БТ, «Жизель», «Сильфида», Персоналии, Й. Кобборг, В. Малахов
Авторы| Виолетта МАЙНИЕЦЕ
Заголовок| Всем спасибо, причем большое!
Кобборг и Малахов выступили в спектаклях ГАБТа
Где опубликовано| Культура
Дата публикации| 27 Сентября 2001
Ссылка| http://www.kultura-portal.ru/tree_new/cultpaper/article.jsp?number=298&crubric_id=100442&rubric_id=207&pub_id=99843
Аннотация|

В балетах эпохи романтизма на сцене Большого выступили еще две из триады приглашенных к нам зарубежных звезд: работающий в Лондоне датчанин Йохан Кобборг исполнил партию Джеймса в датской бурнонвилевской "Сильфиде", наш бывший соотечественник, ныне премьер с громким международным именем Владимир Малахов - принца Альберта в русско-французской "Жизели". Они станцевали по два спектакля, хотя, на мой взгляд и вкус, сама "драматургия" их выступлений могла быть "срежиссирована" занимательнее.
Неплохо бы каждому из приглашенных артистов станцевать по "Сильфиде" и "Жизели", что придало бы гастролям интригующую многогранность. При том, что на данном этапе Джеймс в "Сильфиде", очевидно, - одна из лучших партий Малахова, у которого всегда была блестящая мелкая техника, координация, прыжок и точная, изящная работа стоп. Год назад малаховский Джеймс заметно выделялся среди других партий (когда я имела возможность следить за серией его выступлений в разных спектаклях во время нью-йоркского сезона Американского балетного театра). А британская балетная пресса восторженно писала о выступлении Кобборга в партии Альберта в паре с миниатюрной лауреаткой одного из московских конкурсов Алиной Кожокару. Но это - из области пожеланий...
Хотя датский солист танцевал с детства знакомую бурнонвилевскую хореографию, а работающий в западной манере русский - родную русскую, оба гастролера значительно скорректировали наши очень танцевальные и технически насыщенные редакции романтических балетов. Они купировали некоторые сольные фрагменты, местами упростили хореографический текст. Словом, пришли со своим уставом в чужой монастырь, не всегда считаясь с установками творческой этики, хотя, подписав контракт, по моему разумению, они согласились танцевать именно московские варианты. Так поступил Кобборг во втором действии "Сильфиды", из которой заодно почему-то испарилась целая игровая мизансцена, правда, не имеющая прямого отношения к его герою. Гастрольный спектакль показался до предела укороченным и каким-то куцым. Малахов же в "Жизели" отказался от труднейших "вставок", осуществленных Владимиром Васильевым в партию Альберта в первом действии балета, а также от виртуозно-бурного финала, когда все наши принцы "опоясывают" сцену в стремительных шене и жете ан турнан... Под ту же музыку малаховский герой меланхолично разбрасывал лилии, медленно удаляясь от могилы Жизели. К тому же он упростил вторую часть знаменитой мужской вариации. За подобные "пассажи" наших солистов "сожрали" бы живьем и педагоги, и пресса, и любители балета. Но неписаный кодекс русского гостеприимства велит лишь поблагодарить приглашенных...
В лучших традициях датской бурнонвилевской школы выучен Йохан Кобборг. У него филигранная работа стоп - любо-дорого смотреть - и сильный толчковый прыжок. Благодаря правильной постановке корпуса и бедер надежное партерное и воздушное вращение и вправо, и влево - не собьешь! Хотя даже у него двойные туры в воздухе из пятой позиции в пятую порой выглядели скомканными. Строго по канонам собраны руки. Он с легкостью "выделывает" все тончайшие петельки кружевной хореографии мужской партии "Сильфиды", которая очень продумана, драматургически выстроена и логична. Кобборг не идеализирует, не романтизирует героя. Его Джеймс - натура цельная. Такой обаятельный простой деревенский парень, любящий невесту, готовящийся к свадьбе. Вторжение фантастической Сильфиды в его жизнь этого Джеймса скорее пугает, чем радует. Сильфида, словно фантом, увлекает за собой героя, который вплоть до трагической развязки балета все пытается как-то совместить уют повседневной жизни с лукавыми проявлениями слишком тонкого для него мира...
По окончании Московского хореографического училища, еще будучи в Москве, Владимир Малахов станцевал партию Альберта в "Жизели". Воздушно, изящно, музыкально, точно. Еще тогда его поклонники ходили смотреть прежде всего на изумительные танцы этого премьера-"инструменталиста". Впрочем, и в юности он был занимательным актером, но далеко не в романтическом репертуаре. До сих пор отлично помню и его Присыпкина (миниатюра, основанная на пьесе "Клоп" Маяковского), и чудака Гамаша, которого специально для него в своем "Дон Кихоте" сочинили Наталия Касаткина и Владимир Василев. С бесшабашными пародиями он лихо выступал в капустниках и гала-концертах. Всегда был смешливым, отзывчивым и добрым. Огромной несправедливостью было то, что тогда его не пригласили в Большой. Но Бог ведает, что творит, - за прошедшие с его отъезда десять лет Малахов стал звездой с международной репутацией. И только сейчас состоялся его столь обидно запоздалый дебют на сцене Большого. Понимаю, как волновался танцовщик, за последнее десятилетие привыкший к преимущественно небольшим западным сценам. Они невольно вырабатывают собранную, экономную, стилистически выдержанную манеру танца. А тут - необъятные просторы сцены Большого, которые надо с ходу "обжить", которые нещадно "пожирают" физические силы...
Совершенно разными показались две малаховские "Жизели", которые он станцевал в паре со Светланой Лунькиной, притом без малейшей претензии сыграть "принца". Хотя танцовщиком четко выстроена и проработана мизансценическая драматургия действия, где немало интересных находок и точных деталей, очевидно, он каждый раз что-то варьирует и меняет. Наивные "детские забавы на лужайке" преобладали в пейзанских сценах первого спектакля. Малаховский герой был естественным, светлым, игривым, очень внимательным и нежным с партнершей. Зато мрачновато-сдержанным во втором с нотками отчаяния и истерии в финальных сценах после сумасшествия и смерти Жизели. Во втором "ночном" акте этот "моцартовский танцовщик" был прежде всего внимательнейшим кавалером в безупречных по чистоте танцевальных линий дуэтах, сумел придать воздушность и полетность танцу дамы. Он продемонстрировал стремительнейшие повторные диагонали вдоль шеренги вилис, которые когда-то идеально делал и, кажется, первым ввел в этот балет Михаил Барышников. Лабильными были более чем скромные малаховские партерные вращения, просчеты в которых он удачно актерски обыграл, точными и ловкими воздушные туры в пятую позицию. Невысокими его финальные кабриоли...
Мы привыкли к более интенсивной и выразительной театральной подаче хореографического материала второго действия, эмоциональной наполненности каждого па. Наш мужской состав - серьезная конкуренция любому гастролеру. Это наглядно подтвердили и сентябрьские "визиты" зарубежных гостей, после которых, думаю, мы начнем повнимательнее относиться к собственным артистам (хотя, кому дано, с того и спрос построже). Ведь Большой театр, по сути, пригласил - на нынешний день - лучших из лучших. Пока что не появлялись разве что и опытные, и юные парижские принцы, приезд которых, надеюсь, не за горами.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска Часовой пояс: GMT + 3
На страницу Пред.  1, 2, 3  След.
Страница 2 из 3

 
Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах


Яндекс.Метрика