Список форумов Балет и Опера Балет и Опера
Форум для обсуждения тем, связанных с балетом и оперой
 
 FAQFAQ   ПоискПоиск   ПользователиПользователи   ГруппыГруппы   РегистрацияРегистрация 
 ПрофильПрофиль   Войти и проверить личные сообщенияВойти и проверить личные сообщения   ВходВход 

Общество Друзья Большого балета
2021-01
На страницу 1, 2  След.
 
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> Газетный киоск
Предыдущая тема :: Следующая тема  
Автор Сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 22526
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Янв 04, 2021 6:40 pm    Заголовок сообщения: 2021-01 Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2021010201
Тема| Музыка, Опера, НОВАТ, Персоналии, Вячеслав Стародубцев
Автор| Анастасия Куприянова
Заголовок| Этого не сделал ни один театр в мире
Где опубликовано| © журнал "LEADERSTODAY" № 1 (186), стр. 66-67
Дата публикации| 2021 январь
Ссылка| https://leaderstoday.ru/archive/2021/1/etogo-ne-sdelal-ni-odin-teatr-v-mire.html
Аннотация| Интервью

О первой детской опере, написанной в Новосибирске, премьерных сказках для взрослых и неутолимой жажде творчества в период пандемии.


Вячеслав Стародубцев
главный режиссёр Новосибирского государственного академического театра оперы и балета (НОВАТ), кандидат искусствоведения, автор образовательных программ, член Союза театральных деятелей РФ


LT: В этом году многих отправили на «удалёнку», и театр не стал исключением. Как вам работалось в таком режиме?

ВЯЧЕСЛАВ СТАРОДУБЦЕВ
: Надо сказать, что ещё до пандемии мне приходилось пользоваться этим инструментом — вести онлайн-репетиции из другого города. Но лучше этому формату оставаться одним из дополнительных инструментов, крайних решений, когда нет другой возможности работать. Я и большинство моих коллег считаем, что театр — это живой организм, и все онлайн-проекты, сделанные удалённо, не имеют полноценной кровеносной системы, в отличие от спектаклей, поставленных живьём. Даже если удалённо ты продумал спектакль до миллиметра, всё равно нужен прямой контакт, живая эмоция, чтобы максимально раскрыть артиста.

Из-за пандемии продажи билетов в театре упали в пять раз. Что происходит: страх лишает людей их любимого времяпрепровождения, а театр — зрителей?

Мы живём в эпоху информационной манипуляции. Если раньше мои интервью касались только творчества, то теперь всё чаще приходится отвечать на вопросы о коронавирусе, который завладел людьми, их мыслями. С этим можно бороться только верой в красоту и основной залог физического здоровья — это нормальное эмоциональное состояние. И театр в этой карантинной пьесе является главным положительным персонажем, потому что только в театре человек получает духовную подпитку, укрепляя свой эмоциональный иммунитет. Люди устали от улицы, политики и серости вокруг. Они хотят стремиться к красоте, хотят слышать музыку. По себе, коллегам и зрителям я вижу — мы наконец-то приходим к пониманию, что поэтический театр становится важнее политического. Это перерождение очень важно для нас.

Но вопреки всему творческий коллектив театра продемонстрировал невероятную работоспособность, удивив зрителя сразу семью премьерами. Как вам это удалось?

Семь премьер, поставленных всего лишь с сентября, — этого не сделал ни один театр в мире! Так получилось во многом благодаря тому, что артисты начали больше ценить свою профессию, ощутив её хрупкость сегодня. С таким счастьем и самозабвением, с такой самоотдачей мы не репетировали никогда! Утоляя жажду творчества и работы, мы выпустили балет «Баядерка», оперы «Дидона и Эней», «Иоланта», «Снегурочка», «Сказка про козлика», «Кащей бессмертный» и детский проект «Крибле, крабле, бумс!». Учитывая, в каком критическом положении, из-за ограничений и отменённых гастролей, находится весь европейский и мировой оперный мир, сделать такую афишу в Новосибирске — большая победа. Собственно, поэтому стал возможен приезд наших звёздных солистов, у которых обычно графики выступлений расписаны на несколько лет вперёд. Это Вероника Джиоева и Василиса Бержанская, прима-балерина Лондонского королевского балета Наталья Осипова, Иван Васильев. И это, я считаю, тоже результат долгосрочной и планомерной художественной политики. Кстати, в начале сезона мы выпустили оперу «Фальстаф». Это последняя опера Верди, которая в мире идёт едва ли в трёх театрах, очень уж вокально и актёрски сложная вещь, не каждая труппа берётся сыграть. Мы со страхом подбирались к этому материалу, но я чувствовал, что сможем, и всё получилось. Спектакль даже был отмечен национальной оперной премией «Онегин».

Правда ли, что детская опера «Сказка про козлика» — это целиком ваша придумка?

Понимаете, я давно хотел сделать какой-то локальный новосибирский проект, чтобы он отражал тему наших музыкальных исторических корней, сибирского фольклора. Опять же, благодаря карантину и была написана эта сказка в творческом союзе с замечательным новосибирским композитором Александром Абраменко. Помню, тогда я был на даче в Москве, а он на даче здесь, мы постоянно созванивались, придумывали что-то, шутили, и в результате получилась интересная и весёлая история. Мне хотелось сделать из неё некий фольклорный лабиринт, со скоморошьм действом, с костюмами на манер дымковской игрушки, которой я занимался в детстве. Ведь это наш культурный код, который нужно поддерживать и передавать юному поколению.

В этом сезоне особенное внимание к русской опере — это спектакли «Снегурочка» и «Кащей Бессмертный» Римского-Корсакова. Но назвать их сказками в привычном понимании нельзя. Почему?

Это не такие простые истории, как может показаться, у некоторых стоит маркировка «12+». Николай Андреевич Римский-Корсаков — один из самых сказочных композиторов, но столько мудрости, глубины и философии в этих его произведениях... Поэтому для меня великое наслаждение вскрывать весь этот философский пласт, казалось бы, в сказке. К примеру, «Кащей Бессмертный» — одно из сложнейших произведений в плане постановки, потому что это не детская опера, а трагедия, исследование страсти и любви, история самопожертвования. В прошлом году в рамках фестиваля юбилея Римского-Корсакова я уже ставил это произведение в Мариинском театре. Для многих режиссёров дважды работать с одним и тем же материалом — мука, а для меня — счастье, ведь можно копнуть ещё глубже, сделать всё по-другому, может, ещё интереснее.

Интерпретируя классику, режиссёры иногда так увлекаются, что трудно узнать первоисточник. А что для вас главное в работе с историческим материалом?

Всё имеет смысл, если это озарено талантом и небом. Лично мне интересно погружение в музыкальную драматургию, в разгадывание нот, музыкальных, культурных кодов и замысла композитора. Сегодня, имея профессиональную режиссёрскую подготовку и фантазию, очень легко придумать любую современную концепцию, переодеть всех в офисные костюмы, взять политический контекст, но трудно гармонично соединить всё это с музыкой. И моё твёрдое убеждение — в оперном театре режиссёр должен иметь музыкальное образование. Потому что спорить с музыкой — это как спорить с небом, всегда проиграешь. Режиссёр обязан говорить о волнующем, исследовать человека, но если он думает, что умнее Чайковского или Верди, то он — глупец, поэтому мы видим кучи мусорных спектаклей, которые к музыке не имеют никакого отношения.

Судя по таким спектаклям НОВАТа как оперный квест «Турандот», fashion-опера «Аида» или триллер-опера «Бал-маскарад», погружение в классику не обходится без маркетинговых фишек, не так ли?

Но я ничего не делаю специально, это моё чувствование материала. Например, оперный квест «Турандот» — целая история, начинавшаяся с лекции перед спектаклем, потом мы делали с группами квест по театру, да и сама фигура загадывающей загадки Турандот логично вписалась в эту концепцию. В «Аиде» я придумал fashion-историю, в которой мы использовали современные ткани для изготовления костюмов. Например, очень модный сейчас неопрен, EVA-пену, пластик.
Всё это художественные ходы, которые, конечно же, отыграли и в маркетинге. Понимаете, моя задача — влюбить в оперу молодёжь, чтобы она понимала, насколько это современный, интересный, глубокий и разноплановый жанр. И весь прошлый сезон был потрачен на то, чтобы создать здесь практически с нуля детский оперный репертуар. Режиссёр должен быть в постоянном диалоге — с композитором, современностью, зрителем. Мы понимаем, что должны воспитывать зрителя, это часть нашей образовательной и культурной миссии.

Вы много раз отмечали высокий профессиональный уровень артистов НОВАТа, но что думаете о его зрителях?

Повторю: я согласился на работу главного режиссёра здесь, потому что мне было важно развивать и пополнять именно эту труппу, работать именно с этими артистами, давать им роли на вырост и перспективу.

Моя задача — влюбить в оперу молодёжь, чтобы она понимала, насколько это современный, интересный, глубокий и разноплановый жанр

Зрители же дают мне огромные силы идти вперёд. Здешний почитатель — избалованный, изысканный, но ценящий на сцене искренность и за версту чувствующий ложь. Я благодарен за это тонкое и верное чутьё, которое не позволяет нам всем сбиться с пути.

Проработав больше десяти лет солистом в музыкальном театре «Геликон-Опера», уйдя в режиссуру, не скучаете по ролям и сцене?

Конечно же, я скучаю по «Геликону», ведь это была моя семья на протяжении 15 лет. Я благодарен своему учителю — Дмитрию Александровичу Бертману, который сначала влюбил меня в оперу, а потом увёл в режиссуру. Сольные проекты сейчас, конечно, отошли на второй план, но не исчезли совсем. К примеру, в конце декабря я пою в спектакле «Сергей и Айседора» в театре Романа Виктюка. Этому союзу уже 15 лет, и мне хотелось бы поддерживать творческие отношения в дальнейшем.
Но также хочу сказать, что и НОВАТ за три года стал моим домом, новой семьёй, которой я отдаю всю свою энергию, душу и мысли.

Под Новый год принято загадывать желания, чего бы вам хотелось?

Чтобы театр никогда не разлучали с его зрителем.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 22526
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Янв 04, 2021 6:51 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2021010401
Тема| Музыка, Опера, Персоналии, Юсиф Эйвазов
Автор| Владимир Дудин
Заголовок| Юсиф Эйвазов рассказал, что он и Анна Нетребко ждут в Новом году
Где опубликовано| © Российская Газета
Дата публикации| 2021-01-04
Ссылка| https://rg.ru/2021/01/04/iusif-ejvazov-rasskazal-chto-on-i-anna-netrebko-zhdut-v-novom-godu.html
Аннотация| Интервью

Для звездной оперной четы Анны Нетребко и Юсифа Эйвазова конец ушедшего года ознаменовался серией спектаклей и концертов в Мариинском театре, ставших для них в этот период спасительным "ковчегом" в ситуации отмененных контрактов по всему миру.


Пресс-служба Мариинского театра" title="Фото: Наташа Разина


Анна Нетребко впервые спела на Мариинской сцене Татьяну в "Евгении Онегине" Чайковского, а Юсиф Эйвазов - Туридду в "Сельской чести" Масканьи.

Вместе они вышли в "Дон Карлосе" Верди. Тенор и сопрано отметили и пятилетие совместной жизни. Новый год он отметили в Вене. Между тем, Юсиф Эйвазов рассказал "РГ", в чем разница их подходов к опере и попытался спрогнозировать ситуацию с возобновлением полноценной жизни в театрах.

Как выглядит новогодняя Вена?

Юсиф Эйвазов:
Новогодняя Вена опустела без туристов, которых в это время обычно бывает очень много. Люди на улице, конечно, есть, но закрыты все магазины, кроме продуктовых, супермаркетов и аптек. Нет и новогодних ярмарок. Не знаю, остался ли работать каток у Ратуши.

Но в Вене даже и при таком не слишком веселом раскладе наверняка невозможно не ощутить духа волшебства зимних праздников, тем более в вашем доме, где всегда так многолюдно.

Юсиф Эйвазов
: Несмотря на то, что время грустное, год был паршивый, мы все равно хотим праздника дома, поэтому и елки с Дедом Морозом есть, и даже Щелкунчик стоит. Аня с Тишей (сын Анны Нетребко) гуляли, наткнулись в одной из рождественских витрин на гигантскую куклу и решили сделать себе такой подарок. Праздники никто не отменял, и мы создаем этот праздник, чтобы поддерживать надежду на то, что завтра все будет намного лучше. Надо верить.

А вы любите подарки?

Юсиф Эйвазов:
Для меня большим счастьем всегда было дарить подарки, а не получать их, так уж заведено. Подарками меня очень сложно удивить, это должно быть что-то такое совсем необыкновенное. А вот дарить я очень люблю, и для этого мне не нужно дожидаться Рождества, какого-то повода, я могу дарить в любое время года.

Стол в вашем доме наверняка полон разных яств?

Юсиф Эйвазов
: На столе - ничего сверхъестественного: столичный салат, селедка под шубой, мясо, курица, рыба - все, как всегда, эти традиции не изменит никто.

Конец минувшего года вы с Анной, на радость российских фанатов, провели в Петербурге, в Мариинском театре, кстати, во многом благодаря локдауну в Европе и Америке. Какие впечатления?

Юсиф Эйвазов
: Для нас было огромным счастьем выступать в Петербурге. Я всегда более тесно сотрудничал и продолжу сотрудничество с Большим театром. Но счастлив, что стал своим и в Мариинке. Для Ани это родной дом - потрясающий театр, где трудятся чудесные, самоотверженные люди: и концертмейстеры, и ассистенты, отвечающие за репетиции, все технические службы, гримеры, костюмеры, с которыми невероятно комфортно. И, конечно, выходить на сцену с Валерием Абисаловичем - большое счастье. Он - величайший музыкант. Можно, конечно, говорить о том, что он мало репетирует, задерживает начало спектаклей. Но при этом надо помнить о том, что он - выдающийся музыкант, когда встает за пульт. И как он ведет оркестр - это нечто экстраординарное! Его энергетика, передающаяся во время спектакля, для меня очень важна. Валерий Абисалович - бесконечно добрый, как отец родной. Я столько тепла чувствовал в его голосе даже когда мы общались по телефону. Это было жизненно необходимо осознавать особенно в такое сложное время. У нас много планов выступать в Мариинском. Я вернусь сюда в феврале после серии спектаклей "Манон Леско" в Москве в конце января, чтобы снова выйти в "Сельской чести" и любимой опере "Пиковая дама" - это моя мечта.

О партии Германа многие тенора мечтают, но так и не берутся, боясь потерять голос. Вам она удалась. Какой-то есть секрет у теноров?

Юсиф Эйвазов:
Когда ко мне подходят за советом молодые тенора, признаваясь, что у них проблемы с верхними нотами, я отвечаю, что для того, чтобы они были, их надо петь, не надо бояться, иначе они никогда и не прозвучат. Голос - та же мышца. Спортсмены тренируют их в спортзале, мы - "качаем" у рояля. Чем спокойней и уверенней будешь относиться к своему вокальному аппарату, знать его возможности, не боясь регулярно производить в нем "капитальный ремонт", тем дольше сможешь удивлять слушателей. Важен бесконечный поиск. Это как машина, которую нужно регулярно разбирать по винтикам и снова собирать.

В партии Германа - очень низкая тесситура на протяжении всей оперы. Если от природы нет хорошего плотного низкого регистра, крепкой, мясистой первой октавы, чтобы наполнить партию и большой оркестр, приходится искусственно подключать какие-то мышцы, чтобы добыть нужный звук, а это может привести к разрушению голосового аппарата. Если бы мой голос от природы не был рожден для таких партий, как Радамес, Манрико, Каварадосси, с которых я начинал карьеру, я бы давно его сломал.

В прошлом сезоне вы заменяли в партии Германа Александра Антоненко в Метрополитен Опера. Спокойно воспринимали предложения заменить кого-то?

Юсиф Эйвазов
: Да, с 2015 года моя история там складывалась из череды замен, выступлений во вторых составах, скажем, в "Девушке с Запада". "Пиковая дама" решила мою судьбу, и я услышал после нее от Питера Гелба, обычно скупого на похвалы, то, что он говорит далеко не каждому артисту: "А что бы ты хотел спеть?" Этот вопрос он задает тем, кто завоевал его признание, убедил, что выходишь на сцену не только потому, что умеешь быстро кого-то заменить, а потому что имеешь на это полное право. Я попросил спеть "Богему". "Хорошо", - был мне ответ. Он сдержал свое слово, и в следующем сезоне в Метрополитен я дебютирую в партии Рудольфа. Всю жизнь это было моей огромной мечтой, с тех пор как я увидел, учась еще в Баку, на видеокассете постановку Дзефирелли невероятной красоты с Ренатой Скотто и Лучано Паваротти. Дай Бог, чтобы Мет скорей открылся, чтобы все там наладилось.

Сейчас они переживают страшные времена, как и многие другие театры. Я получил там контракты на "Сельскую честь" и "Девушку с Запада", и снова "Пиковую даму" в 2025 году. Пару раз в сезон я буду появляться в Нью-Йорке. Но я хочу, чтобы мой голос служил дольше, не утяжелять его постоянными Отелло и де Грие, думать о свежести звучания, высокой позиции. Поэтому в следующем сезоне в моем репертуаре появятся и партии в "Лючии ди Ламмермур" Доницетти, "Риголетто" Верди. Очень важно балансировать, соблюдать правильное бельканто.

В этом году вы отмечаете пятилетие брака. Наверняка степень доверия уже такая, что позволяете себе обсуждать вокальные достижения и проблемы друг друга, в чем-то советоваться?

Юсиф Эйвазов
: Крайне редко, разве что только в случае сильных косяков мы можем очень аккуратно друг другу заметить, что "тут как-то вот так получилось", но абсолютно без обид и претензий. Мне очень удобно с Аней петь на сцене, я знаю ее очень хорошо, знаю ее возможности, ее состояние. В этом плане мы с ней вообще очень разные. Ее система подготовки тотально отличается от моей. Мне нужно перед спектаклем или концертом полтора часа распеваться, а у Ани все просто: минут двадцать распелась - и побежала на сцену. И учит она тоже быстро, а я - медленно. Я не могу выучить оперу за неделю, а она может. Я сойду с ума, если приеду на выпуск продукции, не зная до конца оперу. А она может приехать, не зная, скажем, последнего акта, будет учить на ходу, но к спектаклю все гениально встанет на свои места.

Все это было бы прекрасно, если бы не серьезные перемены, произошедшие в мире оперы, которая в большинстве театров поставлена на паузу. В январе вы с Анной должны были петь в "Тоске" в Ковент-Гардене, но, судя по всему, спектакли отменили?

Юсиф Эйвазов:
Пока это официально не объявили, но все спектакли отменились. Оставили только один 22 января с трансляцией на BBC и то под большим вопросом. "Заводить" оперный театр заново после длительной паузы ради нескольких спектаклей финансово невыгодно. Все это очень печально. Ясно, что многие маленькие проекты уже никогда не откроются, небольшие оркестры уже разорились, менеджмент понес колоссальные убытки. Выстоят лишь самые крупные театры.

К сожалению, пока в мире большой оперы царит хаос. Более того, это похоже на разорвавшуюся бомбу, которая пока зависла в воздухе. Посчитать истинные потери можно будет лишь после того, как пыль и туман после этого взрыва улягутся, и все заработает в привычном режиме. Многие артисты в плачевном состоянии. Из них работает, может быть, 20%, остальные 80 сидят без работы - это страшное дело. Опера не может существовать онлайн - это уже все прекрасно поняли. Значит, она должна четко вернуться в свое привычное состояние, то есть с публикой в зале, со сменой декораций - других вариантов нет и быть не может. Вопрос только когда это произойдет. На это нужно время. Сейчас все ждут каким будет 2021 год. К лету, когда потеплеет, ситуация может улучшиться. С сентября, может быть, мы вернемся и к привычному режиму. С июня в России, может быть, разрешат 100%-ную заполняемость. В любом случае, будем наблюдать за процессом, заботясь о своем здоровье и обеспечении безопасности жизнедеятельности. Но я не склонен к депрессиям, я - позитивный, поэтому надеюсь, что Новый год будет лучше старого. Главное пожелание, которое я загадываю уже много лет и вновь загадаю в полночь: "Пусть Новый год был лучше, чем старый!".
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 22526
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Янв 07, 2021 1:00 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2021010701
Тема| Музыка, Опера, Персоналии, Аскар АБДРАЗАКОВ
Автор| Беседовала Анна (Уштан) Воробьёва
Заголовок| Аскар АБДРАЗАКОВ: «Нашему жанру очень нужны молодые и креативные режиссеры»
Где опубликовано| © АртМосковия
Дата публикации| 2021-01-06
Ссылка| https://artmoskovia.ru/askar-abdrazakov-nashemu-zhanru-ochen-nuzhny-molodye-i-kreativnye-rezhissery.html
Аннотация| Интервью



Акскар Абдразаков – российский оперный певец (бас). Народный артист республики Башкоркостан. Закончил Уфимский Государственный Институт искусств (класс М. Г. Муртазиной), закончил аспирантуру Московской Государственной Консерватории (класс И.К. Архиповой). С 1992 года солист оперной труппы Башкирского государственного театра оперы и балета. В 1994 году дебютировал в Большом театре России в партии Дона Базилио (опера «Севильский цирюльник») и в партии хана Кончака (опера «Князь Игорь»). В 1995 году получил Гран-при на конкурсе имени М. Каллас в Афинах. В 1998 году дебютировал в Мариинском театре. В 2001 году дебютировал в театре «Ла Скала», в 2004 году – в Metropolitan Opera.

Художественный руководитель Шаляпинского Дачного фестиваля в Плесе (Дачный фестиваль имени Ф. Шаляпина). Ведущий авторской программы на радио «Орфей» – «Гримерка Орфея». Председатель жюри международного конкурса вокалистов имени Ф. Шаляпина в Уфе. Руководитель проекта постановки оперного спектакля на средства гранта «Лаболатория современной башкирской оперы», в основу сюжета которого положены легенды, сказания, эпосы республики Башкоркостан. Инициировал проект по государственной поддержке одаренных детей в республике Башкоркостан. В настоящее время занимает пост художественного руководителя Башкирского театра оперы и балета.


– Аскар, спасибо вам огромное, что согласились на интервью. Я прочитала, что Вы возглавили проект по постановке оперы, основанной на легендах и эпосе республики Башкоркостан. Опера будет на башкирском языке. И ее премьера была заявлена на 2020-2021 годы. Премьера постановки уже состоялась или еще планируется?

Нет, все еще только планируется к выходу. Это большая работа, которая непрерывно идет с осени. Есть интересные задумки, которые я пока не могу озвучить, так как это конкурсная программа. И все пока хранится в тайне. Но вообще поставлена интересная задача. Мы хотим взять за основу музыку башкирских композиторов. Чтобы было возрождение башкирской оперы. Здесь мы объединили либреттистов, поэтов и композиторов вместе. И совместно с нашим оркестром Башкирского театра оперы и балета, совместно с оперными певцами нашего театра мы хотим сделать такое интересное и новое событие. Новый взлет оперного искусства Башкирии.

– А на какую дату запланирована премьера?

– Пока не знаю, но я думаю, что к концу следующего года мы точно будем знать лауреатов, и уже будем понимать все по срокам. А пока идет рабочий период.

– Многие поклонники театра смотрят трансляции «Башоперы», которые начали показывать еще в период карантина. Я тоже смотрю. У вас очень качественные и интересные спектакли. На ваш взгляд, уровень оперного искусства в России сейчас растет, или он упал по сравнению с тем, что было 10-20-30 лет назад?

– Я не могу отвечать за все театры. Если говорить про наш театр, cредний возраст наших исполнителей – 35 лет. И уровень, конечно же, растет. Потому что мы всегда работаем над тем, чтобы выступать лучше. Готовимся к каждому спектаклю. Требования, конечно же, тоже сейчас увеличились. Поэтому и уровень вырос.

– А какие-то новые техники пения и тренажа используют сейчас педагоги?

– Нет, техника одна, и все ей учились у своих педагогов. Единственное, что, конечно, мы обратили внимание на язык. Если играем в итальянской опере, то работаем над итальянским. Если во французской, – то над французским. Если в английской – работаем над английским. А вокальная работа у всех индивидуальная. Каждый сам это понимает, и занимается каждый по-своему. Это исключительно индивидуальная работа каждого оперного певца.

– Что должно быть в качественной постановке? Какие ингредиенты?

– Если говорить о качестве оперной постановки, то у всех это определяется по-разному. Есть современные постановки и классические постановки. Качественная постановка – это, прежде всего, работа режиссера с артистом, с певцом. И когда он на это уделяет внимание, и дает задачу каждому исполнителю, то, соответственно, получается хороший продукт для зрителя.

Что касается самого артиста, то очень важно перевоплощение в исполнении роли. Я считаю, что оперное исполнение, – это самое сложное из искусств, потому что ты здесь в определенных рамках. У тебя есть конкретные такты и конкретная музыка, в которую ты должен уложиться и показать свой певческий класс.

– Нужно ли придумывать принципиально новые постановки? То, что никто еще никогда не делал до этого? И должен ли быть в классической постановке «креатив» режиссеров, например, когда действие из прошлого переносится в наши дни или будущее? Когда режиссер что-то придумывает свое по костюмам и декорациям? Cтавит не так, как изначально было задумано у автора произведения? Имеет ли он на это право?

– Мы с вами в первом вопросе говорили уже на эту тему. Новая опера, конечно, есть. Факт и то, что сейчас нашему жанру очень нужны режиссеры молодые и креативные. И они у нас есть. Есть два лауреата конкурса «Нано опера», которые ставят в нашем театре. Это Филипп Розенков, который первый получил гран-при этого оперного конкурса, он работает у нас главным режиссером, и Лейсян Сафаргулова.

У нас в театре предстоят еще новые интересные постановки. Не только классические, но и современные. С интересным режиссерским решением.

Не хочется просто сейчас раскрывать всех тайн, поскольку мы все – артисты и режиссеры, люди суеверные.

Пока не буду высказывать свои новые и интересные мысли. Мы все возможное делаем для решения общих задач, для того, чтобы, прежде всего, зрителю это было интересно. Но для реализации требуется наличие времени.

Если режиссер ставит интересную постановку, то у него всегда есть идея и сквозная линия, есть смысл и общее логическое решение.

– У вас как у артиста есть роли, которые еще не успели сыграть, но хотите и планируете?

– Что значит «не успел»? Я еще не закончил карьеру. Как раз у меня сейчас период расцвета. Басы зреют к 50 годам, и у них начинается такая певческая большая жизнь. Все, что мне нужно из интересных партий было исполнять, я и пою, и буду петь. И еще новым материалом пополняю свой репертуар. Я никогда не останавливаюсь на достигнутом репертуаре.

– Какой совет вы можете дать для молодых исполнителей относительно того, как настроиться на спектакль? Как вы сами настраиваетесь и готовитесь к роли?

– Совет один – нужно беречь свой голос. Здоровье голоса это самое главное. А сюда относится и диета, и физические данные. Если соблюдать все в совокупности, то это будет очень здорово.

– Какие качества должны быть у артиста, чтобы его взяли в хороший театр, и чтобы он был востребован в профессии?

– Прежде всего, он должен хорошо работать. Работать – в смысле учить партии и быть всегда в вокальной форме, певческой форме. Вот это самые главные требования в театре. Это каждый вокалист должен требовать от себя сам в первую очередь. Это большая индивидуальная работа. Везение тоже имеет огромное значение в нашей профессии. Огромное значение для начинающего артиста имеет участие в международных конкурсах. Потому что если ты артист, то ты должен себя презентовать. А презентация идет через концерты, через спектакли, через другие интересные проекты. Ты должен всегда везде себя позиционировать.

– Вы преподаете? У вас есть ученики, которым вы передаете свои знания?

– Преподавательской деятельностью именно индивидуально с учеником я не занимался. Я даю мастер-классы. Преподавание – это то, что ты должен делать каждый день, заниматься с учеником. У меня пока нет столько времени.

– Вы выступали в разных театрах мира. Для вас большая разница между разными театрами в России – региональными и столичными, и театрами России и зарубежными?

– Я скажу так. Разница только в исполнителях. Если исполнитель поет от души, то аплодируют везде и всегда, и относятся к артистам потрясающе.

– Как вам кажется, в России сейчас растет интерес к опере? И какие проекты у нас популяризируют этот жанр?

– Опера это элитное искусство, и здесь не может быть массовости посещения. «Элитность» в чем заключается? Кто-то любит оперу, кто-то любит джаз, кто-то любит рок. Но ведь сейчас появляется столько всего нового и интересного в музыкальном искусстве. Тем не менее, есть преданные опере люди, поклонники оперного театра.

Я желаю всем нашим читателям, всем поклонникам оперной музыки, конечно же приходить в зал, смотреть и слушать красивые постановки и красивую музыку.

– Почему вы сами выбрали профессию оперного певца? Что было предпосылками к этому выбору? Почему ваши коллеги выбирают такую профессию?

– Я думаю, что это не выбирают. Может, это сверху провидение. Лично мне понравилось выступать на сцене. Я очень люблю сцену. Я люблю зрителя, я люблю оркестр, я люблю хор. Все это в совокупности повлияло на выбор профессионального пути. Это искусство меня «схватило», подхватило. Мне это все было очень интересно. Опять таки, это и познание самого себя, и движение на сцене. Я испытываю огромное уважение к своим коллегам, уважение к тем людям, которые за кулисами: гримерам, костюмерам. Вся их работа в совокупности дает свой результат. И когда ты к своей профессии относишься бережно, то это тоже дает результат.

– С кем из педагогов вы работали и работаете сейчас?

– У меня единственный педагог – это Миляуша Галеевна Муртазина. Которую я очень люблю. Я рад, что в своей судьбе я выучился именно в ее классе. Дальше я учился уже в Московской Консерватории в классе у Ирины Константиновны Архиповой. Делал оперные роли.

Мне повезло изначально, что у меня была такая мощная «муртазинская» школа, которая мне дала сильный вокальный фундамент. Фундамент – это очень важно.

– У вас есть человек, на которого вы ориентируетесь в профессии и нравственно?

– Нет, такого человека нет. Потому что в профессии ты всегда ориентируешься в первую очередь сам на себя. Тут нельзя ориентироваться на кого-то. Есть педагог, который тебе дал в руки твою профессию, и эти вокальные ощущения ты должен сохранить в себе. Ставить во главу угла. Это твой певческий стержень. В каком бы ты ни был состоянии, в то же время ты всегда должен быть в форме. И еще важно, что мы все служим театру, служим искусству. Это мне очень нравится и приносит огромное удовольствие.

– Большое вам спасибо за интервью! C наступающими праздниками.

– Я поздравляю с Новым годом всех читателей «АртМосковии» и всех поклонников оперы! Всех благ!
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
atv
Заслуженный участник форума
Заслуженный участник форума


Зарегистрирован: 05.09.2003
Сообщения: 5271

СообщениеДобавлено: Чт Янв 07, 2021 8:49 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2021010702
Тема| Музыка, Опера, Персоналии, Оксана Лынив
Автор| Текст: Дарья Слободяник, Фото: Anna Daki
Заголовок| Дирижер Оксана Лынив – о турбулентных временах, "Щедрике" и смысле дирижерской профессии
Где опубликовано| © VOGUE.ua
Дата публикации| 2021-01-02
Ссылка| https://vogue.ua/article/culture/muzyka/kak-po-notam-intervyu-s-oksanoy-lyniv-luchshey-zhenshchinoy-dirizherom-v-mire.html
Аннотация| Интервью

В 2021 году грядет революция в мире классической музыки: впервые за 145-летнюю историю Байройтского фестиваля за дирижерским пультом окажется женщина – украинка Оксана Лынив.

Даже во время локдауна график звездного дирижера Оксаны Лынив настолько плотный, что мы с трудом находим возможность втиснуть в него сьемку и интервью для Vogue UA. В Германии, где сейчас живет Оксана, концерты отменены, но оркестрам позволено записывать их и транслировать онлайн. А в день нашего интервью Лынив вернулась из Вены, где вместе с оркестром Венского радио участвовала в мировой премьере произведения «Гнев Божий» Софии Губайдулиной. За пять дней до события в Австрии объявили локдаун, но организаторы все же приняли решение не отменять концерт, а сыграть в пустом зале и транслировать на весь мир.

«То, что концерт в Золотом зале Венской филармонии шел онлайн и затем на неделю был выложен в свободный доступ — уникальный случай, — рассказывает Оксана, когда мы созваниваемся в Zoom воскресным вечером. — Считается, что это лучший акустический зал Европы, он очень дорогой и престижный, там даже фотографироваться нельзя». Дирижер вспоминает, что в тот вечер в зале Венской филармонии, кроме музыкантов оркестра, присутствовали не более 15 зрителей – организаторы и музыкальные критики. В зал зашли только после того, как сдали экспресс-тест на коронавирус и получили отрицательный результат, а все участники оркестра еще накануне репетиций сделали ПЦР-тест.

Турбулентные времена требуют от нас гибкости, уверена Оксана. 42-летней Лынив ее не занимать: за годы своей головокружительной карьеры она семь раз меняла место жительства, работала в нескольких театрах и все так же легко приспосабливается к новым обстоятельствам. Ее карьера началась в 2004-м, когда выпускница Львовской консерватории стала финалисткой Международного конкурса дирижеров имени Густава Малера в Германии. После победы Оксана получила место ассистента в Бамбергской филармонии, позже окончила аспирантуру в Дрездене. Вернувшись в Украину, пять лет проработала в Одесской опере, а в 2014 году дебютировала в знаменитой Баварской. После четырех лет в должности ассистентки Кирилла Петренко, музыкального директора Bayerische Staatsoper, Лынив – к тому моменту уже любимица мировой прессы, в 2017-м вошедшая в тройку лучших женщин-дирижеров мира, — получила предложения работы от нескольких европейских театров. И выиграла конкурс в Оперный театр в Граце — второй по значимости в Австрии после Венской оперы. В Граце Оксана стала первой в истории города женщиной – главным дирижером.

Мы знакомы с Лынив больше десяти лет, и это наше третье интервью. Она интересная, харизматичная собеседница, уверенная в себе и решительная – сама объясняет это «завзятым» львовским характером. В разговоре с ней становится живее и понятнее сфера классической музыки, такая закрытая и снобистская на первый взгляд. Оксана говорит, что локдаун вынудил руководство больших оперных театров стать «ближе к людям»: «Надеюсь, этот кризис заставит театры стать более открытыми. Это, кстати, одна из причин, почему после трех лет работы в Опере Граца я решила не продлевать контракт. Политика театра казалась мне слишком консервативной. Помню, работая над интересной программой Дебюсси, Равеля и Скорика, я записала отрывок репетиции, чтобы выложить в Facebook. Спросила у руководителя профсоюза, могу ли сделать это, и он сказал: «Да, но вы должны заплатить театру 3,5 тысячи евро за право использования музыки до трех минут». Напомню, речь идет о концерте, в котором я за пультом, и я главный дирижер оркестра, исполняющего эту музыку. Но вот так: все, что выходит за пределы зала, — за дополнительную плату и с большими бюрократическими сложностями. Мне кажется, сегодня это шаг назад. Мир теперь совсем другой, он быстрый и гибкий. Даже большие оркестры и театры, не нуждающиеся в рекламе, постоянно стараются держать связь с международной публикой через социальные сети».

Сама Лынив с радостью приняла новый формат работы – и без проблем дирижирует концертами в пустом зале. Спустя неделю после нашего интервью Оксана летит в Мюнхен – на запись концерта с Симфоническим оркестром Баварского радио. Этот концерт был запланирован еще в 2018 году, но с учетом локдауна масштабную симфоническую программу пришлось поменять на камерную — произведения Мендельсона и Моцарта. Новая реальность диктует свои правила: вместо 100 человек на сцене теперь можно разместить только 25. Как дирижер, Лынив понимает, что в перспективе пандемия может сыграть злую шутку не только с мировой экономикой, но и с культурой: «Просто представьте, что в ближайшие годы вы не услышите вживую симфонии Малера нигде в мире. Чтобы ее исполнить, нужно задействовать 120 музыкантов оркестра – но какого размера должна быть сцена, чтобы разместить на ней 120 человек с соблюдением дистанции в два-три метра?»

«Локдаун показал нам, как страшно на самом деле, когда тебя не допускают к сцене, — продолжает Лынив. — Музыканты — как спортсмены: мы постоянно работаем над собой. Харизма артиста, о которой так много говорят, проявляется, когда ты востребован. Но она затухает, если сидеть дома. Во время первого локдауна у меня был перерыв полгода, и когда я летом дирижировала концертом с Мюнхенским оркестром, чувствовала себя как дебютантка. Кажется, будто весь твой опыт исчез. Как слышать оркестр, как свести хор, как координировать музыкантов? У тебя будто исчезает острота ощущений — и нужно время, чтобы ее вернуть…»

Помню, как во время одной из наших встреч с Оксаной, в Киевской филармонии в 2017 году, меня поразили скорость и энергия, с которой она говорит, двигается, делает замечания музыкантам и управляет оркестром. Мгновенная, миллисекундная реакция – в этом суть дирижерской профессии, уверена Оксана. Учат ли этому в консерватории? Скорее нет, смеется дирижер. Но этому точно помогает безумный ритм жизни. «Последние семь лет – четыре в Баварской опере, три года в Граце – были очень насыщенными. Ты принадлежишь всем на свете, но не себе. Каждый день — или в дороге, или по 10 часов на работе». Оксана вспоминает, как в круговерти дел и перелетов даже не успевала радоваться своим победам. «В ноябре 2019-го я дирижировала оперой «Аида» в храме Хатшепсут в Египте. Спектакль закончился в 23:00, а в два часа ночи я уже вылетела в Берлин. На следующий день у меня начинались репетиции с Берлинской государственной капеллой — оркестром, с которым работал еще сын Баха. Мы играли «Зигфрид-идиллию» Вагнера – произведение, которое он подарил своей жене к рождению сына — и на одной из репетиций я плакала, потому что никогда не слышала, чтобы струнные так тонко звучали. Но этот магический момент и много других ярких дебютов я осмыслила только сейчас, когда выдохнула».

Пару месяцев назад Оксана стала дирижером-фрилансером. Переехала в Дюссельдорф к любимому человеку, скрипачу Андрею Мурзе. «Пока мы с ним жили в разных странах, работали только на Люфтганзу», — смеется Оксана, рассказывая, как летела через пол-Европы, чтобы позавтракать вместе. На новом месте она уже разложила в шкафу десятки вышиванок и нашла уголок для любимой макитры. Украина постоянно присутствует в ее жизни: дирижер, которая почти в каждый свой концерт включает музыку украинских композиторов, — настоящий посол Украины в мире. Оксана часто говорит своему агенту «я занята» ради проектов на родине. В Украине ее ждут Молодежный симфонический оркестр, который за три года существования дал десятки концертов в Европе, фестиваль LvivMozArt и новый музыкальный проект «Ковчег». Это своеобразная антология украинской музыки: от редких колядок и духовных песнопений Киево-Печерской лавры сквозь оперные произведения Лятошинского и Станковича до музыки «ДахаБраха» — все собрано в одну программу с оркестром, двумя хорами и двадцатью солистами со всей страны. Для Оксаны этот проект – просветительский.

«Возьмем «Щедрик» Леонтовича. Самое известное в мире рождественское произведение написано украинским композитором, но мир практически не знает об этом. Я сейчас начну доставать из шкафа музыкальные энциклопедии, и там нет ни Леонтовича, ни любого другого украинского имени – информации о наших композиторах нет на английском. Я недавно дирижировала программой Бориса Лятошинского в Германии, после музыканты спрашивали: а кто он, а когда жил, а где о нем почитать?.. Они начинают искать, но ничего нет! В Google – ничего». Премьера «Ковчега» пройдет на День Независимости Украины в этом году – а после музыканты мы планируем гастроли в Европе. «И это будут не просто гастроли, а евроинтеграция в действии», — решительно говорит Лынив.

Этим летом у Оксаны состоится еще один важный дебют: оперой «Летучий голландец» она откроет Байройтский оперный фестиваль, основанный еще Рихардом Вагнером в 1876 году. И станет первой женщиной-дирижером за его пультом. То, что за без малого полтора столетия один из главных музыкальных фестивалей мира не пригласил за пульт женщину-дирижера звучит как минимум странно. Лынив объясняет это консерватизмом руководства и шутит, что сам Вагнер был бы рад ее назначению, потому что женщины в его операх очень эмансипированы. Оксана уверена: с каждым годом мы будем видеть все больше женщин за дирижерскими пультами главных театров мира. «За последние годы случился огромный прогресс, и если мой путь к большим сценам занял больше 10 лет, то молодые девушки-дирижеры сейчас дебютируют уже в год выпуска из консерватории. А когда оркестры и театры объявляют сезон, журналисты первым делом спрашивают, сколько женщин те пригласили дирижировать».

Для любого дирижера приглашение в Байройт, делится Лынив, — вершина карьеры, «это как полет в другую галактику». Чуть менее 100 лет назад внук Вагнера Вольфганг основал традицию – в коридоре между оркестровой ямой и репетиционными создал галерею портретов всех дирижеров, выступавших на фестивале. Сейчас там находятся портреты Вагнера, Штрауса, Тосканини, Караяна, других легендарных людей. Всего 92 человека. В 2021 году к ним добавится потрет первой женщины – украинки Оксаны Лынив.

===================
Фотогалерея – по ссылке
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
atv
Заслуженный участник форума
Заслуженный участник форума


Зарегистрирован: 05.09.2003
Сообщения: 5271

СообщениеДобавлено: Пт Янв 08, 2021 10:19 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2021010801
Тема| Музыка, Опера, Персоналии, Валерий Полянский
Автор| Ирина Столярова
Заголовок| Дирижер Валерий Полянский: Мы продолжаем работать, и это счастье
Где опубликовано| © Федеральное агентство новостей
Дата публикации| 2021-01-07
Ссылка| https://riafan.ru/1365285-dirizher-valerii-polyanskii-my-prodolzhaem-rabotat-i-eto-schaste
Аннотация| Интервью

Дирижер Валерий Полянский — консерватор и новатор одновременно. Маэстро начинает в этом году в качестве руководителя созданного им Камерного хора пятидесятый по счету сезон и тридцатый — Симфонической капеллы.
Проект, с 1992 года называющийся Государственной академической симфонической капеллой России, не имеет аналогов в истории музыки. Беспрецедентный опыт Полянского проявляется в уникальном репертуаре. Артисты одинаково убедительны и в мадригалах Джезуальдо, и в «Джезуальдо» Шнитке, в мотетах Брукнера и «Свадебке» Стравинского, в духовных концертах Бортнянского и в «Реквиеме» Брамса.
В юбилейный сезон народный артист РФ дал эксклюзивное интервью ФАН.

«Наши возможности безграничны»

— Валерий Кузьмич, чья идея объединить хор и симфонический оркестр в единый коллектив?


— Создать коллектив, в котором на постоянной основе существовали бы вместе хор и симфонический оркестр, я мечтал много лет. Сначала появился Камерный хор, с которым мы дали первые концерты в декабре 1971 года. В середине 1980-х годов, в период Перестройки, когда идеи, связанные с обновлением привычных форматов, вещей витали в воздухе, мои мечты о большом проекте окончательно оформились. Нужно было теперь реализовать их на практике.
Поддержку моим начинаниям я нашел у Геннадия Николаевича Рождественского, моего учителя и друга. Однажды великий мастер сказал мне: мол, зачем создавать новый оркестр, если есть уже готовый, и... Так появилась на свет Государственная академическая симфоническая капелла России.

— Объединение Камерного хора и симфонического оркестра в симфоническую капеллу произошло практически в те же дни, когда состоялось подписание Беловежских соглашений, ознаменовавших начало распада СССР. Вы не боялись, что ваш проект тоже может развалиться?

— В 1991 году хор и оркестр объединились, как говорится, на бумаге, став единым юридическим лицом. Но вместе Камерный хор и Симфонический оркестр Минкультуры СССР выступали к тому моменту уже более 10 лет. Наш творческий союз не только показал свою состоятельность, но и выжил как музыкальная единица в лихие 1990-е годы.

— Почему до сих пор в мире никто не отважился повторить ваш опыт?

— Руководить одновременно хором и оркестром — хлопотное и трудное дело. Очень сложно управлять коллективом, где собрались музыканты разных специальностей: инструменталисты, артисты хора, солисты-вокалисты, — с которыми приходиться много отдельно работать.
В репертуаре капеллы — все симфонии Бетховена, Рахманинова, Чайковского, Брамса, Малера; симфонии Шостаковича, Прокофьева, Дворжака; вокально-хоровые произведения Стравинского, Бартока… и огромный пласт сочинений западных и русских композиторов для хора a cappella.

— Сколько человек в коллективе?

— Порядка двухсот. Из них шестьдесят — это хор. Остальные — музыканты симфонического оркестра, который является самостоятельной творческой единицей, плюс солисты-вокалисты, концертмейстеры-пианисты. С таким составом можно исполнять многое, поэтому наши репертуарные возможности безграничны.

— Рабочий день тоже безграничный?

— Пожалуй. Сегодня я встал за пульт в 10 утра. Закончил репетицию в 6 вечера. После продолжу работу уже с солистами до 22 часов.

«Пустые хлопоты в казенном доме»

— Это правда, что вы постоянно прослушиваете новых солистов и составляете список из тех, кого готовы пригласить к сотрудничеству в нужный момент?


— Да. У нас в списке на сегодняшний день есть где-то 300 певцов солистов. В капеллу постоянно приходят прослушиваться вокалисты. Мы их прослушиваем и заносим в базу. Когда нужен тот или иной тип голоса, особенный тембр, мы пересматриваем свою музыкальную картотеку. Найдя подходящую кандидатуру, вызываем человека на повторное прослушивание. Такая работа ведется уже много лет.

— У вас до сих пор хор и оркестр репетируют в разных помещениях. Вам приходится каждый день мотаться из точки А в точку Б в таком мегаполисе, как Москва?

— У нас по-прежнему своей репетиционной площадки нет. Хор работает в районе метро «Новокузнецкая», а оркестр «приютил» «Мосфильм» — спасибо Карену Георгиевичу Шахназарову. Мой ежедневный маршрут таков: утром я еду репетировать на Мосфильмовскую улицу, затем — на Пятницкую.

— А по пути нельзя ли заехать на Тверскую, 13 и поговорить там о поиске собственного помещения для капеллы, коллектива с большой и славной историей?

— У меня нет на эти походы времени из-за плотного графика работы. Кроме того, директор коллектива Александр Александрович Шанин неоднократно пытался решить этот вопрос. В силу специфики (два объединенных творческих коллектива), нам необходимо просторное акустически оборудованное помещение.
В свое время нас обещали разместить в Доме музыки, но в итоге эти планы сорвались. Стандартная отговорка чиновников: мол, в Москве практически нет свободных помещений, находящихся на балансе федеральных властей, в подчинении которых — и наш коллектив. Если мой авторитет, звание народного артиста России — пустой звук для чиновников, зачем тратить драгоценное время на пустые хлопоты в казенном доме (смеется).
Но Министерство культуры России по мере своих возможностей нам очень помогает. Мы продолжаем работать, и это — счастье!

— Слабое утешение, но, тем не менее, формат работы: хор отдельно от оркестра — идеально вписывается в санитарные ограничения в период пандемии. Как оберегаете артистов от вируса?

— У нас в оркестре и в хоре есть необходимые зонирующие перегородки. Но главное, мы приобрели очистители воздуха. В небольшом помещении на Пятницкой улице установлено восемь таких приборов. А в студии на Мосфильмовской улице их в два раза больше, исходя из площади зала.
Каждый день музыкантам измеряют температуру, масочный режим неукоснительно соблюдается. Кроме того, мы выполняем требование Роспотребнадзора по переводу трети состава коллектива на удаленный формат работы. Мы варьируем список музыкантов, работающих определенный период времени дома. Мы понимаем, что риск заболеть велик, и поэтому нужно беречься. Впереди много концертов и много прекрасной музыки, которую нам еще предстоит исполнить.

«Партийные идеологи усмотрели подвох…»

— Почему программы русской духовной музыки, архипопулярные в советское время именно с подачи вашего коллектива, сейчас представляются неким факультативом для концертных организаций?


— Современные концертные организации работают в рыночных отношениях: они функционируют как бизнес-структуры, и их интересуют, в первую очередь, кассовые сборы. Репертуар формируется исключительно по принципу «придет массовый зритель на тот или иной концерт или нет». Главное — продать максимальное количество билетов на представление. Если композитор кассу не собирает, значит он не очень хороший. И наоборот.

— Получается, что Бортнянский, Березовский, Гречанинов, как говорится, — мимо кассы?

— Я думаю, что это временное явление. В советское время на концертах Александра Юрлова звучала русская духовная музыка, он был первым, кто отважился исполнять ее в концертах. Тогда же зародилось мощное хоровое движение, в которое влился и мой Камерный хор. Мы знакомили публику с русской духовной музыкой, которую до этого многие не слышали: это сочинения Бортнянского, Чайковского, Калинникова, Танеева, Брукнера, Рахманинова, Шнитке, Сидельникова.

— Как вам удался столь дерзкий опыт?

— Я не спрашивал ни у кого разрешения. И поэтому в течение многих лет я был невыездным. Пять раз отклоняли представление к званию. У меня сохранилась афиша наших давнишних концертов в Ленинграде, где крупными буквами поверх программы написано: «Все билеты проданы!»…
Духовная музыка попала тогда, как сейчас говорят, в мейнстрим. Ее стали петь все. В итоге произошло обесценивание этого жанра. Вернуть интерес к духовным песнопениям очень трудно. Казалось бы, все разрешено, но получается, что эта певческая культура мало кому теперь интересна.

— Кстати, в упомянутом вами Петербурге вы очень давно не выступали. Почему?

— Мы в Питере с концертами не были лет тридцать. После того как там спели кантату Шнитке «История доктора Иоганна Фауста» при битком набитом зале разразился скандал. Партийные идеологи усмотрели в этом гениальном сочинении подвох и даже запретили в программках печатать текст этого произведения. После того инцидента наш коллектив в Питер больше не зовут…

— Но Шнитке давно «реабилитировали» и признали его гениальную музыку! Почему запрет не сняли с вас до сих пор?

— Сейчас мне трудно ответить на этот вопрос. Дело не только в том, что поменялось отношение к музыке Шнитке, а в том, что поменялись хоровые ценности. Конечно, есть вечные музыкальные сочинения — вне моды и вне времени. Это «Всенощная» и «Литургия» Рахманинова и Чайковского, мотеты Брукнера, «Стихи покаянные», концерт для хора на стихи Нарекаци Шнитке, сочинения для хора Сидельникова и т. д. Как говорится, слава богу, что такая музыка востребована. Но ее мало в концертных афишах.
В позапрошлом году на юбилейном концерте (Валерию Полянскому в 2019 году исполнилось 70 лет. — Прим. ФАН) в первом отделении пели хоры без сопровождения: Калинникова, Бортнянского, Танеева, Чайковского, Рахманинова, Шнитке. Но многие слушатели в зале тогда впервые услышали эти гениальные опусы. Выход один — хоровая музыка должна звучать в концертах, и тогда ее полюбит слушатель.

«Мне абсолютно не нравятся современные режиссерские оперы»

— Как к вам пришла идея концертного исполнения опер? На фоне нынешней пандемии она представляется провидческой, не так ли?


— Первые постановки пришлись на начало 2000-х годов. Сомнений насчет успешности таких представлений, честно говоря, у меня не было. К тому моменту я прекрасно знал и чувствовал жанровые особенности оперы, так как успел поработать и в Театре оперетты, и Большом театре. Но главное, мне всегда было интересно дирижировать операми.
Каждый сезон мы делали по семь-восемь новых спектаклей. Причем начинали с постановок сложных опер — Прокофьев («Война и мир» и «Семен Котко». — Прим. ФАН), Дворжак, Шнитке, Стравинский, Пуччини... Мы спели 16 опер Верди! Исполнили все оперы Чайковского, Мусоргского, Римского-Корсакова, Глинки («Жизнь за царя». — Прим. ФАН), наконец Молчанова («Зори здесь тихие». — Прим. ФАН), А. Николаева, А. Чайковского, А Журбина. Планировали исполнить в этом сезоне «Турандот» Пуччини с колоритными хоровыми сценами, но в период пандемии это недопустимо, как известно, и нам пришлось идти на замену — выбрали «Фальстаф», где меньше хора.

— А кто решает, сколько человек должно быть на сцене? Есть ли у вас постановщик?

— Нет, и я делаю это сознательно, так как мне абсолютно не нравятся так называемые современные режиссерские оперы. Люди приходят послушать прекрасную музыку, и это главное. К сожалению, «крикливые» авторские постановки уродуют замысел композиторов, современная режиссерская опера часто вводит зрителей в заблуждение, в угоду моде на сцене показывают то, что автору музыки никогда не пришло бы в голову! Мода, пришедшая к нам с Запада, вредит классическому искусству.
У тех же Римского-Корсакова, Чайковского, Верди, Бизе прописано, что должно происходить на сцене в том или ином действии оперы. Я работал с Покровским, Ансимовым, Исаакяном, Яцко — это было интересно. Они никогда не позволяли себе коверкать партитуры и игнорировать указания автора музыки. Будучи великим мастером, Покровский всегда что-то придумывал, преподносил интересные версии, но никогда не отступал от классического прочтения сочинения.
В этом и состоит гениальность режиссера — придумать что-то свое, не посягая на замыслы композитора.

— В наступившем 2021 году вы продолжите радовать публику операми в концертном исполнении?

— В рамках филармонического абонемента в Концертном зале имени Чайковского 27 января Государственная академическая капелла России представит оперу Верди «Фальстаф». Принципиальный для меня момент — это исполнение мотетов Брукнера для хора a cappella. Партитуры уникальны!
Программ много, но планировать концерты в период пандемии — дело неблагодарное. В ушедшем году у меня отменили четыре выступления, что-то перенесли, было много замен.
Сейчас все артисты и концертные площадки ждут развития событий после 15 января, когда заканчивается срок введенных осенью ограничений из-за пандемии. Будут ли послабления или нет — вот в чем генеральный вопрос. Только получив на него ответ, можно анонсировать репертуарные планы.

===========
Все фото – по ссылке
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
atv
Заслуженный участник форума
Заслуженный участник форума


Зарегистрирован: 05.09.2003
Сообщения: 5271

СообщениеДобавлено: Пт Янв 08, 2021 10:20 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2021010802
Тема| Музыка, Персоналии, Пааво Ярви
Автор| Габи Ройхер, Марина Борисова
Заголовок| Дирижер бременских музыкантов о будущем после пандемии
Где опубликовано| © DW
Дата публикации| 2021-01-07
Ссылка| https://p.dw.com/p/3ncux
Аннотация| Интервью



Юбилейный год Бетховена по календарю уже завершился, но из-за пандемии праздник был продлен до осени 2021 года. Дирижер Пааво Ярви делится своими мыслями о том, как будет выглядеть концертная жизнь.

Эстонский дирижер Пааво Ярви известен своей любовью к деталям. С 2004 года он руководит оркестром Камерной филармонии Бремена. Пааво Ярви реализовал здесь и "шумановский проект", исполнив все симфонии мастера, и единственную оперу Бетховена ''Фиделио''. Не обошлось без его участия и в мероприятиях юбилейного года Бетховена. Из-за пандемии коронавируса большинство из них прошли в онлайн-формате, без зрителей в зале. Что это означает для музыкантов? Что ждет концертную жизнь? На эти и другие вопросы в интервью DW дирижер поделился своим видением.

DW: По случаю 250-летия Людвига ван Бетховена (Ludwig van Beethoven) вы собирались с оркестром Камерной филармонии Бремена в турне. Сначала концерты в Бремене и во Франкфурте перенесли с весны на осень. Теперь, в связи с новым локдауном, их окончательно отменили, как и запланированные выступления в Токио. Ваши коллеги и вы, наверняка, сильно расстроились.

Пааво Ярви: Конечно, у нас была надежда, что концерты все-таки состоятся каким-то образом. Но время идет, и приоритеты смещаются. И фокус уже совсем не обязательно будет лежать на творчестве Бетховена.
Если симфониям Бетховена в исполнении оркестра Камерной филармонии Бремена, который знаменит "бетховенским циклом" в своем репертуаре, суждено прозвучать, то скорее всего это произойдет в Токио. Я мечтаю еще и об исполнении запланированного цикла во Франкфурте. Однако к настоящему моменту скопилось столько неосуществленных проектов, поэтому надо подождать, что решат организаторы. Думаю, в ближайшие месяцы все прояснится.

- Я думала, что проще возместить "потери" юбилейного года в Германии, так как из-за пандемии было решено продлить празднование до сентября 2021 года.

- Я надеюсь, но на самом деле у нас каждый год - год Бетховена. Его творчество прославляют постоянно, дефицита внимания нет. Здесь я считаю, важно играть вещи этого композитора, которые редко исполняются. Устроить такой праздник еще раз, но с другой программой, комбинируя другие вещи, это было бы интересно. Но это просто мои предположения. Пока у нас нет идеи, как вернуться к привычной концертной деятельности. И больших надежд у нас нет.

- Многие музыканты говорят, что они воспользовались локдауном и стали играть другие вещи, открыли для себя новый репертуар. Вы тоже воспользовались этим временем и стали больше играть редкие произведения Бетховена?

- Я лично посвятил время самоизоляции новому репертуару. Когда выступаешь с оркестром каждую неделю и играешь другую программу, просто не остается времени. Поэтому я занялся репертуаром, которым никогда еще не увлекался. Есть композиторы, с которыми наше творчество почти не пересекается.
На этот раз я работал много с музыкой 20-го века. Это и Витольд Лютославский, и Сергей Прокофьев, Кшиштоф Пендерецкий, Артюр Онеггер, Богуслав Мартину. Этих композиторов, конечно, знают, но играют их мало. И этот список можно продолжить. Сейчас я изучаю симфонии Эдуарда Тубина, необыкновенно красивые, но недооцененные симфонии эстонского композитора. Его репертуар настолько огромен, что одной жизни не хватит, чтобы познакомиться с ним поближе. Времени не хватает.

- Если только, конечно, пандемия задержится еще на долгое время и ограничения останутся...

- Да, конечно, если не брать во внимание лишения, которые приходится терпеть музыкантам, есть во всем этом и положительный момент. Появилось время. Не только для нового репертуара, но и для подкастов, бесед и дискуссий по видео со студентами, молодыми музыкантами и дирижерами. Я был поражен, как много людей приняло участие в дискуссии о разных композиторах.

- Как вы думаете, как сильно коронакризис изменит мир музыки? Будут ли вообще потом большие турне?

- Интересно наблюдать за актуальной дискуссией. Сейчас очень много предположений, догадок, все пытаются понять, что будет дальше. Есть идея, которая заключается в том, чтобы оркестры больше не ездили в большие турне, а играли у себя дома. Здесь речь идет об ответственности за экологию: меньше концертов в других странах - меньше перелетов. Все это можно понять, но мы и в будущем будем искать пути, как донести нашу музыку миру. И сложно будет повлиять на это желание. Каждый оркестр, каждый солист хочет путешествовать. Надо найти способ, как делать это без вреда для экологии.
С другой стороны, сейчас весь мир и экономика в частности находятся в такой сложной финансовой ситуации, что, думаю, многие коллективы будут просто не в состоянии отправиться в турне. У спонсоров сейчас тоже нет возможности финансировать концертную деятельность. Уже только поэтому в ближайшие годы нас ждут перемены. В 2020 году многие концерты проходили в онлайн-формате. Это тоже может быть нашим будушим. Стриминги - отличный запасной вариант, скажем так, план "Б". Ведь играть для публики - совсем другое дело, чем играть перед микрофоном. Я радуюсь, когда вижу онлайн-трансляцию живого концерта. Когда концерт записывается специально для стриминга, без публики, а музыканты играют в масках, то я понимаю, что это лучшее что можно было сделать в такой ситуации, но это все-таки экстренный случай. Кроме того, чтобы сделать запись концерта, нужно нанять целую команду: от техника до оператора. Далеко не у каждого оркестра есть на это средства.

- Мы что-то вынесем для себя из этой пандемии?

- Если я чему-то и научился, так это больше ценить публику. Роль зрителя на концерте очень большая. Играть "Третью симфонию", "Героическую" и не слышать в конце аплодисментов.... Это настолько лишено какой-либо атмосферы. Так не должно быть.

===========
Все фото – по ссылке
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 22526
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вс Янв 10, 2021 11:49 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2021011001
Тема| Музыка, Опера, МТ, Премьера, Персоналии, Николай Римский-Корсаков, Илья Живой
Автор| Наталья Кожевникова
Заголовок| Мариинский театр показал "Ночь перед Рождеством"
Где опубликовано| © Российская Газета
Дата публикации| 2021-01-09
Ссылка| https://rg.ru/2021/01/09/reg-szfo/mariinskij-teatr-pokazal-noch-pered-rozhdestvom.html
Аннотация| Премьера

В Мариинском театре представили рождественскую премьеру - оперу Николая Римского-Корсакова "Ночь перед Рождеством". На историческую сцену вернулся обновленный спектакль, поставленный Ольгой Маликовой в 2008 году сначала на сцене Концертного зала, а в 2014 году перенесенный на Историческую сцену театра. Теперь над версией "Ночи перед Рождеством" поработал хореограф Илья Живой, на основе и с теми же декорациями постановки Ольги Маликовой (сценография - Ксения Пантина, костюмы - Варвара Евчук).


Фото: Наташа Разина/ Пресс-служба Мариинского театра

Премьера показала, что спектакль капитально обновили - открыли все купюры в партитуре, заново поставили многие сцены, добавили танцы, видео-проекции (художник по видео - Виктория Злотникова) и другие сценические эффекты и волшебства света. Глеб Фильштинский был художником по свету и в старом спектакле, но здесь - словно интенсифицировал световую партитуру, сделал ее более насыщенной, создав особый резонанс и единство со звучанием оркестра, за пультом которого в премьерный вечер был Валерий Гергиев.

В обновленном спектакле "Ночь перед рождеством" оркестр словно заиграл новыми красками, удивительно тонко создавая и ощущение морозного вечера в начале оперы, и нежного рассвета в оркестровом заключении, расцвечивая феерические сцены игр и плясок звезд, вовлекая в сказочный полет Вакулы на Черте.

Наивные декорации в стиле детских спектаклей или фильмов - облака на ниточках, заснеженные домики, катающаяся печь, гигантские вареники - придают бесхитростное обаяние спектаклю. Поскольку Илья Живой - прежде всего хореограф, то и танцев в спектакле получилось много и к месту, причем, танцуют не только балетные танцовщики во вставных номерах, но отлично двигаются и оперные солисты. Все актерские работы получились органичными, и каждый - и в большой, и в малой роли, - явно получал удовольствие, которое передавалось и в зал.

В первом спектакли были заняты ведущие солисты театра: Елена Стихина (только за последний месяц сумевшая перевоплотиться в Валькирию, Розалинду и Оксану), Сергей Скороходов (Вакула), в неожиданном для себя комическом амплуа предстали Юлия Маточкина (Солоха) и Станислав Трофимов (Чуб), создали яркие характерные образы Денис Закиров (Дьяк), Александр Никитин (Голова), Андрей Попов (Черт), Роман Бурденко (Пацюк).

Прямая речь

Валерий Гергиев, руководитель Мариинского театра:


- Судьба сегодняшнего спектакля оказалась фантастической. Мы планировали выступить 7 января в Тихвине, но неожиданно для нас это оказалось опасной затеей, потому что Тихвин попал в красную зону по заболеваемости.

Я уже говорил, что когда-то наш первый приезд с оркестром в Тихвин, мое посещение города, отцовского дома Римского-Корсакова, могилы его отца, потрясающего монастыря и самое главное - великой Тихвинской иконы Божией Матери, - произвело на меня колоссальное впечатление. И мне хотелось эту невероятную оперу показать именно 7 января именно в Тихвине. Но судьба распорядилась так, что мы должны были либо совсем отказаться от этой идеи, либо срочно перегруппировать, максимально расширить масштабы этой работы, срочно вводить наших известных, уже знаменитых певцов, чтобы придать этому событию большой масштаб. Буквально перед Новым годом мы включили в состав певцов, которые даже не помышляли, что будут петь. Была проделана совершенно невероятная работа, которая не прекращалась ни 31 декабря, ни 1 января, работали буквально днем и ночью все новогодние дни.

Очень значительную работу провела вся постановочная бригада, все обменивались мнениями, искали наилучшие варианты, оптимальные для того, чтобы постановку можно было показать и в небольшом Дворце культуры в Тихвине, и в масштабах исторической сцены Мариинского театра. Я очень доволен работой певцов, оркестра и хора, думаю, что мы с постановочной бригадой в ближайшие несколько дней еще продолжим поиск некоторых деталей, исходя из пожеланий самого Римского-Корсакова.

Илья Живой, хореограф, режиссер:

- Работа была большая, сложная, но мы это сделали. Надеюсь, результат получился достойный уровня Мариинского театра. Опера прозвучала полностью, удалось открыть все купюры и насытить спектакль дополнительными эффектами, переосмыслить некоторые сцены и внести большую ясность, приблизив к тому, как это было написано Гоголем и как это хотел показать Римский-Корсаков, в партитуре он оставил большое количество ремарок. И я работал очень близко к этим ремаркам, пожеланиям автора музыки.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 22526
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вт Янв 12, 2021 12:13 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2021011201
Тема| Музыка, Опера, Персоналии, Владислав ЧУРСИН
Автор| Анна (Уштан) Воробьёва
Заголовок| Владислав ЧУРСИН: «Русская опера не может прогрывать западной».
Где опубликовано| © АртМосковия
Дата публикации| 2021-01-12
Ссылка| https://artmoskovia.ru/vladislav-chursin-russkaya-opera-ne-mozhet-progryvat-zapadnoj.html
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

Владислав Чурсин – молодой оперный певец, имеющий за плечами немало достижений. Закончил Академический колледж при Московской Государственной Консерватории им. П.И. Чайковского. А так же получил степень бакалавра в Консерватории города Трента (Италия), закончил магистратуру Миланской Консерватории им. Джузеппе Верди.

Стажировался в Озимо, в «Accademia lirica d’arte di Osimo». Почетный гражданин городов Катания и Таормина (остров Сицилия). Имеет премию «Золотая медаль» от Министерства Культуры Италии «За вклад в искусство страны». Приглашенный солист «Filarmonico di Verona», «La fenice di Venezia». Выступал на многих европейских сценах.

В 2019 году совместно с Салманом Мазакаевым открыл филиал «Миланской Консерватории Джузеппе Верди» в городе Грозный Чеченской республики.

Генеральный секретарь и первый заместитель декана вокального факультета «Миланской Консерватории Джузеппе Верди» профессора Микьели Порчелли на территории РФ и СНГ.

В ноябре 2020 года дебютировал на сцене «Новая опера», выступил на юбилее Фабио Мастранджело. Подписал контракт с Оперным Фестивалем «Россини Опера Фестиваль» и Флорентийской консерваторией. 15 января 2021 года выступит на концерте в Грозном вместе с Фабио Мастранджело.




– На ваш взгляд, общий уровень оперы упал или вырос? Имею в виду не только уровень исполнения. Появились ли какие-нибудь новые технологии в этой сфере?

– Опера, как и любой другой вид искусства, находится в постоянном изменении. В XX веке наряду с опереттой, – младшей сестрой оперы, – появился мюзикл, ее «сводный брат», академическая манера исполнения также менялась, достаточно послушать записи начала ХХ века и современные. Нельзя сказать об однозначном падении или росте. Отмечу лишь, что раньше больше внимания певцы уделяли интонационным нюансам, с их помощью передавая сложный эмоциональный мир персонажей, теперь же, благодаря технологиям, большое значение приобретает актерская игра и внешность оперных певцов. Если в прошлом зрители слушали оперу, видя исполнителей на расстоянии 20-30 метров, что позволяло скрыть за гримом возраст, к примеру, то теперь безжалостные камеры показывают певца вблизи.

Иногда скучаешь по тем временам, когда на подготовку оперной партии отводилось по полгода, тщательно выверялись ансамбли, проводилась уйма репетиций с дирижером и режиссером. Сейчас время – деньги. От нас требуют мобильности, иногда в ущерб качеству. Но мы стараемся не разочаровывать публику.

– Как вы думаете, что должно быть в качественной постановке, какие ингредиенты? Что должна включать в себя подготовка исполнителя?

– Основа постановки – музыка. Все таки опера не драматический спектакль. В ней полно условностей, которые, с одной стороны, делают ее немного архаичной, с другой стороны придают ей шарм. На мой взгляд, один из важнейших ингредиентов – единство дирижера, режиссера и певцов. Как в приготовлении сложного блюда: чуть недосолил или переперчил – и уже невкусно. Чувство меры и вкуса это основа качества. А подготовка исполнителя – отдельная, большая тема. Мне хотелось бы, чтобы больше внимания уделялось трем направлениям: актерскому мастерству, вокальному ансамблю и иностранным языкам – итальянскому, немецкому и французскому. Певец должен уметь правильно читать на них тексты, как минимум.

– Нужно ли ставить, придумывать новые постановки? Должен ли иметь место «креатив» режиссеров, допустимы ли эксперименты? И где граница между новизной и безвкусицей?

– Мне хотелось бы, чтобы сосуществовали и консервативные, и новаторские постановки. Возможно, чтобы они не пересекались. То есть, чтобы были театры, в которые зрители приходили бы ради пышных декораций, великолепных костюмов, помпезных режиссерских задумок. Таких зрителей немало, они идут в оперу, чтобы увидеть там другую жизнь, более красивую и яркую. Поклонники же режиссерской оперы тоже должны иметь возможность всегда ее увидеть, разгадывать те ребусы, которые загадал режиссер, смотреть на сложную актерскую игру певцов, на необычные, иногда психоделические декорации и костюмы. Что касается безвкусицы, то она бывает и в консервативных и в новаторских постановках. Наверное, должны быть художественные советы в театрах, где будут решать вопрос приглашения того или иного режиссера… Я еще недостаточно опытен, чтобы давать какие-то рекомендации на эту тему.

– Если бы вы сами ставили оперу, о чем бы она была, какие идеи в ней отобразили? На чем бы она базировалась?

– Я наверняка выбрал бы оперу, в которой главный герой не тенор, а баритон. Может быть, даже обратился к современным композиторам, с просьбой написать оперу на какой-то близкий мне сюжет. На самом деле, вы задаете вопрос о чем-то невероятном, иллюзорном. Когда в моём творческом багаже будет не менее двух десятков спетых партий, то тогда можно будет ответить на этот вопрос.

– Кого вы можете выделить из своих коллег и современных режиссеров? На кого может пойти зритель? Вы сами часто ходите в театр в качестве зрителя?

– Начну отвечать на вопрос с конца: я чаще слушаю оперы в онлайн трансляциях или в записях, потому что мне интересно услышать конкретных исполнителей, дирижеров, режиссеров. Зритель сейчас ходит не столько на громкие фамилии певцов, сколько на режиссерские постановки: Чернякова, Тителя, Бертмана. Что касается певцов, то из ныне живущих мне ближе всего Никола Уливьери, Роберто Аланья, Саймир Пиргу, Анна Нетребко, Ильдар Абдразаков, Дмитрий Корчак, Лео Нуччи, Микьеле Порчелли, Лукка Салси. А из ушедших – Пьеро Каппуччили, Франко Корелли, Марио Дель Монако, Линда Вайна, Мирелла Френни, Дмитрий Хворостовский, Чезаре Сьеппи, Лучиано Паваротти и многие другие.

– Русская опера проигрывает западной или выигрывает?

– Русская опера не может проигрывать западной. Она стоит особняком. Мусоргский, Чайковский и Шостакович очень популярны в Европе. Другой вопрос, что каждая нация превозносит своих композиторов, это естественно и правильно.

– Есть ли какие-либо роли, партии, которые еще не сыграны, но хотелось бы?

– Есть партии, которые мне ещё рано петь по возрасту, так мне всего 28 лет. Я бы очень хотел исполнить партию Риголетто из одноименной оперы Джузеппе Верди, партию Яго в «Отелло», Ренато из оперы «Бал Маскарад».

– Cамый запоминающийся театральный опыт, самый яркий?

– Самый запоминающийся опыт – это партия Белькоре из оперы «Любовный Напиток», как раз в этой опере я впервые дебютировал как солист, и было это на сцене «Filarmonico di Verona» (Филармония Вероны – прим.)

– Как вы настраиваетесь на спектакль? Есть какие-нибудь секреты профессии?

– Вы об этом спросите меня, когда у меня будет дебют в «Ла Скала» или «Метрополитен Опера»! Пока что перед выходом на сцену я не столько волнуюсь, сколько стараюсь собраться, войти в образ. Секрет профессии пока что один: правильная вокальная техника. Владея ею, можно меньше волноваться о нотах и больше думать обо всем остальном.

– Вы занимаетесь преподавательской деятельностью? На ваш взгляд, в России хорошая подготовка исполнителей? Она может конкурировать с европейской? Cохраняются ли русские традиции, какой общий уровень в училищах?

– Я консультирую начинающих певцов, даю им советы. В России есть проблемы с вокальной подготовкой, многим моим сверстникам приходится переучиваться после окончания ВУЗов, занимаясь частным образом или за рубежом. Но и в Италии, где я учился, тоже немало проблем. Сами итальянцы говорят, что теряют свою знаменитую школу belcanto.

Что касается русских традиций, то, возможно, этим занимаются в русских консерваториях, в училище не изучают их отдельно. Мы, русские, являемся носителями традиций по факту нашего воспитания и чувствуем русскую музыку глубже, чем другие. В училище важнее воспитать голос, развить интеллект, познакомить певца с разнообразием репертуара.

– Кого бы вы отметили из своих педагогов? Кто на вас оказал влияние?

– В Академическом музыкальном училище при московской консерватории («Мерзляковке»), куда я поступил в 2009 году, мне повезло. Хотел бы назвать несколько фамилий педагогов, которые мне очень помогли: это заведующая вокальным отделением Валентина Михайловна Щербинина, педагог по вокальному ансамблю Наталья Михайловна Большакова и мой педагог по сольному пению Мовсар Минцаев. Они сделали все, чтобы вывести меня на профессиональный уровень, когда я приехал в Италию и поступил в консерваторию, у меня уже была хорошая база.

– Какими качествами должен обладать артист, чтобы быть востребованным в театре? Как молодому артисту попасть в хороший театр?

– Большую роль в моей жизни сыграло сотрудничество с прекрасным музыкантом, концертмейстером и педагогом музыкального училища Николаем Овчинниковым, с которым мы сотрудничаем уже 11 лет. Он не только превосходно аккомпанирует, но и прекрасно разбирается в вокале. После работы с ним мой голос всегда чувствует себя прекрасно! А найти своего концертмейстера – большая удача! А также такие великие педагоги как Вито Мария Брунетти, Любовь Казарновская, Линда Вайна, Винченцо Де Виво, Райна Кабайванска. А также замечательный профессионал своего дела, Художественный руководитель «Молодежной оперной программы» Большого театра Дмитрий Вдовин.

– Как вам кажется, в России интерес к опере выше, чем к балету? Cуществуют ли сейчас проекты, кроме «Большой оперы», которые популяризируют этот жанр? Прививают вкус и воспитывают людей?

– Вы спрашиваете у певца, что популярнее: опера или балет? Что я должен вам ответить? У балета свои поклонники, у оперы свои. Я патриот оперы, значит мой ответ на ваш вопрос очевиден. Проектов, связанных с оперой, не хватает конечно. Это вопрос скорее к государству. В советское время опера пропагандировалась, считалась престижным попасть на оперный спектакль даже крестьянину из деревни. Хорошо бы, чтобы это произошло снова. Я обеими руками за то, чтобы появлялись новые проекты, и с радостью принял бы в них участие в любом качестве: участника или одного из организаторов.

– На кого вы ориентируетесь нравственно и профессионально?

– Нравственно – на свою семью. У меня замечательные родители, которыми я горжусь и на которых могу равняться. Профессионально – это мои учителя и великие певцы, которые вошли в историю благодаря своему таланту, трудолюбию и харизматичности.

Блиц-опрос от поклонников оперы

– Что побудило сделать оперное пение своей профессией?

– Побудил меня «Концерт трёх теноров» – Пласидо Доминго, Лучано Паваротти и Хосе Карерраса.

– Что помогает вживаться в образ?

– Вжиться в образ помогает тщательное изучение истории каждого своего героя, которого я должен исполнять. На сцене я проживаю образ и состояние души своего персонажа.

– Какое событие явилось определяющим в выборе профессии?

– Первым человеком, который меня привёл в музыкальную школу, была моя мама, и с этого момента я понял, что музыка это вся моя жизнь.

– С кем занимаетесь сейчас из педагогов?

– В данный момент занимаюсь с итальянским маэстро Вито Брунетти, со своим концертмейстером Николаем Овчинниковым, а также с художественным руководителем Молодежной труппы Большого театра Дмитрием Вдовиным.

– Знаете ли о новых техниках пения, которые используют заграничные коучи?

– Я вам скажу, что в каждой стране свой метод преподавания. Главное – это найти для себя подходящего коуча, с которым ты сможешь расти и развиваться профессионально.

– Спасибо за интервью!
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 22526
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вт Янв 12, 2021 8:28 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2021011202
Тема| Музыка, Опера, Молодежная оперная программа Большого театра, Персоналии, Гиорги ЧЕЛИДЗЕ
Автор| Анна (Уштан) Воробьёва
Заголовок| Гиорги ЧЕЛИДЗЕ: «Традиции и потенциал русского оперного искусства огромны»
Где опубликовано| © АртМосковия
Дата публикации| 2021-01-12
Ссылка| https://artmoskovia.ru/giorgi-chelidze-tradicii-i-potencial-russkogo-opernogo-iskusstva-ogromny.html
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

Гиорги Челидзе – артист Молодежной оперной программы Большого театра России. Бас. Лауреат конкурса имени Г. Вишневской. Окончил вокальный факультет Тбилисской Государственной консерватории. Лауреат международных конкурсов. В интервью представителю «АртМосковии» музыкант рассказал о развитии и проблемах современного оперного искусства в России и в мире.



– На ваш взгляд, общий уровень оперы упал или вырос? Имею в виду не только уровень исполнения. Появились ли какие-нибудь новые технологии в этой сфере?

– Сокращение государственного финансирования и тенденция усугубления коммерциализации оперы, несомненно, привели к снижению общего уровня оперного исскусства. Никаких новых технологий в этой сфере я не замечаю. Сохранить бы прежний уровень, в том числе и технологический, на должном уровне.

– Как вы думаете, что должно быть в качественной постановке, какие ингредиенты? Что должна включать в себя подготовка исполнителя?

– В первую очередь качественная постановка подразумевает высокий уровень режиссуры наряду с должной технической и артистической подготовкой исполнителей (это касается не только солистов).

– Нужно ли ставить, придумывать новые постановки? Должен ли иметь место креатив режиссеров, допустимы ли эксперименты? И где граница между новизной и безвкусицей?

– Начну с последнего вопроса. Граница между новизной, креативностью и безвкусицей очень тонка, и режиссёр всегда ходит по острию лезвия бритвы. Творческий же эксперимент должен основываться на бережном отношении как к драматургии, так и к самой классической опере.

– Если бы вы сами ставили оперу, о чем бы она была, какие идеи в ней отобразили? На чем бы она базировалась?

– Честно говоря, думать об этом мне рановато. Давайте отложим ответ на этот вопрос на несколько лет.

– Кого вы можете выделить из своих коллег и современных режиссеров? На кого может пойти зритель? Вы сами часто ходите в театр в качестве зрителя?

– Естественно, как профессионал, в качестве зрителя, я стараюсь не пропускать, если не все доступные мне, то, по крайней мере, интересные постановки. Это способствует оттачиванию моего мастерства. Что касается режиссеров и исполнителей высоко уровня, к счастью, их в как в России, так и в мире очень много, и мне кажется некорректным выделять кого-то из них. Лучший арбитр всегда – это зритель, и он всегда ходит больше на постановки лучших режиссёров и лучших исполнителей.

Русская опера проигрывает западной или выигрывает?

– Этот вопрос крайне важен и напрямую связан с госфинансированием. Следовательно, опасность некоторого отставания России от запада реальна. Традиции и потенциал русского оперного искусства огромны, и это отставание можно и нужно преодолевать, но…

– Есть ли какие-либо роли, партии, которые еще не сыграны, но хотелось бы?

– Их очень много, но хотелось бы выделить партию Филиппа из оперы «Дон Карлос» и партию Бориса Годунова из одноименной оперы Муссоргского.

– Cамый запоминающийся театральный опыт, самый яркий?

– Конечно же, это молодежная оперная программа Большого Театра под руководством Дмитрия Вдовина.

– Как вы настраиваетесь на спектакль? Есть какие-нибудь секреты профессии?

– Никаких секретов нет. Всё это хорошо известно – упорный труд, длительные репетиции (в первую очередь дома), сенситивность к режиссёрскому видению и пониманию оперной постановки.

– Вы занимаетесь преподавательской деятельностью? На ваш взгляд, в России хорошая подготовка исполнителей? Она может конкурировать с европейской? Cохраняются ли русские традиции, какой общий уровень в училищах?

– Преподавательской работой я еще не занимался, но у меня есть достаточный опыт для того, чтобы оценить качество подготовки исполнителей в России. Уровень очень высокий и, по моему мнению, превосходит общеевропейский. Кстати, это касается всего постсоветского пространства, включая мою родину Грузию, где, как и в России, существующие ранее традиции подготовки оперных исполнителей в соответствии с советской и дореволюционной российской оперной школой бережно сохраняются. В конце концов, начало карьеры и успеха молодого Федора Шаляпина вплотную связано с моим родным городом Тбилиси, где ему впервые удалось серьёзно заняться своим голосом, благодаря певцу и педагогу Дмитрию Усатову, и где он фактически впервые начал профессиональные выступления на сцене Тифлисского оперного театра.

– Какая принципиальная разница между театрами в России и других странах, в плане подхода к работе, репетициям, созданию постановок?

– Думаю, что этот вопрос перекликается с предыдущим и не требует отдельного ответа. Тем более, что мне хотелось бы поближе познакомиться с работой европейских и северо-американских оперных театров. Уверен, что такая возможность мне скоро представится, и тогда я смогу ответить вам более предметно.

– Кого бы вы отметили из своих педагогов, кто на вас оказал влияние?

– В этом плане мне очень повезло. Еще в музыкальном училище мне довелось учиться у замечательного педагога Автандила Ревишвили. В Тбилисской консерватории моим преподавателем был выдающийся грузинский оперный певец Теймураз Гугушвили. С благодарностью вспоминаю годы моей работы в Тбилисскм оперном театре, где моим наставником был Бадри Майсурадзе. И наконец, как не отметить счастье, которое выпало мне в Молодёжной Оперной Программе Большого Театра, где я учился у выдающегося российского педагога Дмитрия Вдовина?

– Какими качествами должен обладать артист, чтобы быть востребованным в театре? Как молодому артисту попасть в хороший театр?

– К сожалению, готовых рецептов тут нет, и иногда (особенно в случае молодых артистов) большую роль играет везение, наряду с обширностью «нужных» связей, но самое главное, несомненно, талант, трудолюбие и упорство в достижении поставленной цели. Очень к месту оперному певцу всегда помнить слова великого французского мыслителя Блеза Паскаля: «Удача любит усилие».

– Какой процент выпускников Консерваторий и училищ, кто обучается именно по специальности «оперное искусство» трудоустраивается? Часто бывает так, что человек уходит в другую профессию? В этой сфере тяжелее или легче, чем артистам другого жанра?

– Конечно же, в нашей сфере трудоустроиться гораздо сложней, хотя мне трудно подкрепить своё мнение конкретными статистическими данными.

– Как вам кажется, в России интерес к опере выше, чем к балету? Cуществуют ли сейчас проекты, кроме «Большой оперы», которые популяризируют этот жанр? Прививают вкус и воспитывают людей?

– Не сказал бы, что в России интерес к опере выше или ниже, чем к балету. Мне кажется, что он одинаков. К сожалению, не припоминаю значительных проектов типа «Большой Оперы». Этот дефицит, пожалуй, очень заметен.

– На кого вы ориентируетесь нравственно и профессионально?

– Примеров для подражания так много, что затрудняюсь ответить, но без ложной скромности могу сказать, что эталоном для меня является великий Фёдор Шаляпин, так же как и другие выдающиеся оперные певцы: Николай Гяуров, Титто Гобби, Марио Дель Монако и Лео Нуччи.

Фото из личного архива Гиорги ЧЕЛИДЗЕ

===========================================================================
ВСЕ ФОТО - ПО ССЫЛКЕ
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
atv
Заслуженный участник форума
Заслуженный участник форума


Зарегистрирован: 05.09.2003
Сообщения: 5271

СообщениеДобавлено: Ср Янв 13, 2021 1:09 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2021011301
Тема| Музыка, Опера, "Свадьба Фигаро" Моцарта, Персоналии, Александр Петров, Павел Бубельников
Автор| Владимир Дудин
Заголовок| Фигаро здесь, Фигаро там
В петербургском "Зазеркалье" поставили Моцарта на новый лад

Где опубликовано| © Российская газета - Федеральный выпуск № 3(8354)
Дата публикации| 2021-01-12
Ссылка| https://rg.ru/2021/01/09/reg-szfo/v-teatre-zazerkale-proshla-premera-svadby-figaro.html
Аннотация| ПРЕМЬЕРА


Новая сценическая версия Александра Петрова самой популярной оперы Моцарта превзошла все самые смелые ожидания. Фото: Виктор Васильев

Моцартовская "Свадьба Фигаро" появилась в афише петербургского театра "Зазеркалье" впервые. Премьера спектакля в постановке Александра Петрова под музыкальным руководством Павла Бубельникова состоялась в канун Нового года и теперь станет новым названием в репертуаре театра.

Это долгожданное репертуарное приобретение для театра. Александр Петров уже ставил "Свадьбу Фигаро" в Концертном зале Мариинского театра чуть больше десяти лет назад, создав спектакль с аллюзиями на тему садово-парковых интриг и продолжив развивать излюбленные им мотивы ретро-стиля 1910-х. Тогда было понятно, что режиссерских задумок осталось еще, как минимум, на одну постановку - прежде всего, в его родном "Зазеркалье", где постоянно пополняющаяся талантливой молодежью труппа давно ждала этого шедевра на собственной сцене. И новая сценическая версия Петрова самой популярной оперы Моцарта превзошла самые смелые ожидания. Акценты действия в спектакле сместились в наши дни, с ракурсом на поп-культуру и легко узнаваемые лица ее медийных представителей. Сценограф Алексей Левданский создал универсальное пространство проекта Fiori di Almaviva ("цветы Альмавивы"), где каждую вещь и каждый модуль, как в детском конструкторе, собирающем кукольные дома разной степени сложности, можно без труда трансформировать из частной квартиры в модный офис, где слуга и господин оказываются легко взаимозаменяемы, адаптируя чужие и внедряя свои законы мироустройства. Но ведь и сам Моцарт вслед за Бомарше написал партии Фигаро и графа Альмавивы приблизительно для одного типа голоса, положив идею иерархических "перевертышей" в основу музыкальной драматургии. Александр Петров не упустил шанс развить эту идею в современную тему рискованных игр с гендерными перевертышами, загримировав меццо-сопрано Анну Евтушенко в легкомысленного пажа Керубино настолько тщательно, будто решил продемонстрировать результат трансгрессивного эксперимента по замене пола. Этот отвязный прыщавый шельмец является в опере трикстером, позволяющим себе беззастенчиво шнырять по юбкам, не боясь искусить и саму Графиню. В "рифму" к Керубино Петров неожиданно для зрителей придумал и образ учителя пения Дона Базилио в блестящем исполнении Павла Сопова, заставив его гоняться отнюдь не за женскими юбками, а за розовощеким Керубино.

Зрители этого бурного комического действа, бурлившего в уютном пространстве графского дома, следили за происходившим, как за событиями стремительно развивающегося сериала в духе какого-нибудь аббатства Даунтон вперемешку с "Моей прекрасной няней". По словам режиссера Александра Петрова, солисты театра начали работать над моцартовской оперой еще во время карантина, когда "каждый исполнитель записывал свою партию дома, потом радисты театра сводили дуэты, трио, квартеты и секстеты, а потом все присылалось мне, педагогам, музыкальному руководителю, и по Zoom мы делали разбор на контрольном уроке по языку и по слышимой актерской агогике". Завидное качество исполнения стало заслуженным итогом столь кропотливой и увлеченной творческой работы. Важную интонацию в этой работе задавал маэстро Павел Бубельников, глубоко проникшийся эмоциональной многослойностью и амбивалентностью чувств, прописанных в партитуре: счастья и приступов необъяснимой тревоги, радостной веры в светлое будущее и тоски от ощущения его невозможности.
Особым удовольствием для публики стало наблюдение за детальнейшей работой режиссера, за каждым жестом, взглядом, полунамеком артистов. Каждый солист в этом спектакле - от графа в феноменальном исполнении дебютанта Александра Гонца, до пьяного садовника Антонио в прицельно точной работе Андрея Удалова, от роскошно-упоительного детализированного образа Графини у Ольги Георгиевой, до уморительно-комиксового Керубино - существовал в четком алгоритм виртуозно выстроенной полифонии режиссерской партитуры. Самая же сладкая парочка оперы - слуги Сюзанна и Фигаро в "киногеничном" исполнении Надежды Антюфеевой и кудрявого брюнета Игоря Лищишина - со всей моцартовской "ответственностью" подошли к установлению "безоблачной погоды в альмавивовском доме". Теперь в афишу театра к спектаклям "Так поступают все" и "Свадьба Фигаро" осталось добавить "Дон Жуана" - и трилогия опер Моцарта на либретто да Понте в "Зазеркалье" будет полной.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
atv
Заслуженный участник форума
Заслуженный участник форума


Зарегистрирован: 05.09.2003
Сообщения: 5271

СообщениеДобавлено: Ср Янв 13, 2021 1:10 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2021011302
Тема| Музыка, Персоналии, Денис Мацуев
Автор| Ольга Русанова
Заголовок| Денис Мацуев: "Ты видишь, как разрушается то, что готовил долгие годы"
Знаменитый пианист не сыграл 145 концертов, но открыл для себя музыку Шопена

Где опубликовано| © «Независимая газета»
Дата публикации| 2021-01-12
Ссылка| https://www.ng.ru/culture/2021-01-12/7_8054_music.html
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ


Полноценная концертная жизнь раньше осени не начнется, считает пианист.
Фото предоставлено пресс-службой фестиваля


Под самый Новый год в Концертном зале имени Сайдашева в Казани состоялся уже восьмой по счету музыкальный фестиваль «Денис Мацуев у друзей». Друзья – это Госоркестр Татарстана, его художественный руководитель Александр Сладковский и, конечно, казанская публика. Первый вечер – камерный: Чайковский и Шопен, второй – драматичный: с музыкой Рахманинова. Музыкальный критик Ольга РУСАНОВА обсудила с Денисом МАЦУЕВЫМ актуальные для сегодняшней культурной повестки темы.

– В мире жесткий локдаун: Россия – одна из немногих стран, где в культуре что-то происходит, в Европе нам завидуют. Но и у нас, особенно в некоторых регионах, все проходит с серьезными ограничениями. Как вам кажется, может ли после пандемии в музыкальной, концертной жизни что-то необратимо измениться?

– Не хочется начинать на такой ноте, но, увы, прямо на наших глазах происходят разрушительные процессы. В этом отношении мой родной город Иркутск походит на большинство западных стран, потому что с марта там не сыграно ни одного концерта, ни одного спектакля (надеюсь, в январе что-то откроется). Вот Саша Сладковский мне сказал, что за это время мы виделись всего два раза: 11 июня, когда он приехал ко мне на день рождения, и 2 сентября, когда я пригласил его дирижировать ГАСО на концерте к 75-летию окончания Второй мировой войны. Сегодня – третий раз, и это такое счастье – вы не представляете! Нам этих встреч так не хватает. И оркестру, которому больше всего хочется вернуться в свой безумный график. Артисты, музыканты остались без кислорода, без подзарядки, не говоря уже о более серьезных вещах – банкротствах, уходе в другую профессию... И это, конечно, трагедия.
Как все будет восстанавливаться, как публика будет ходить – например, в Европе, где в основном пожилая аудитория? Сложно понять. Да, России многие завидуют сейчас, у нас хоть какая-то жизнь идет, особенно в некоторых регионах (в Москве, где максимально допустима 25-процентная рассадка, ситуация сложнее: ни один концерт невозможно провести без финансовой поддержки). Мы, конечно, надеемся, что все рано или поздно восстановится. Но драматизм ситуации еще в чем? Когда ты видишь, как разрушается то, что готовил долгие годы, – рушится, как домино, ведь контракты подписываются на пять-семь лет вперед. И вот на глазах одно за другим «летит» все: концерт с этим оркестром и дирижером, такая-то программа, запись… Больно. Ведь к каждому проекту относишься как к сакральному, личному… Но тем не менее уже с августа я нахожусь в концертном состоянии.
А вообще «хватит ныть»: посмотрите на то, что происходит в больницах, посмотрите на врачей… Тут все разговоры и заканчиваются. Конечно, жизнь дороже, и мы подождем сколько нужно.

– Директор Большого театра Владимир Георгиевич Урин говорит, что пандемия продлится до конца 2021 года, Валерий Гергиев надеется, что еще три-четыре месяца. У вас есть внутреннее ощущение, когда рассосется?

– Нынешний сезон 2020/21 потерян, я это знал еще в апреле. Все мои туры были разрушены – я имею в виду большие мировые турне, а всего у меня за это время отменилось 145 концертов! Могу предположить, что до осени вряд ли музыкальная жизнь восстановится. Но концерты будут – и весной, и особенно летом. Летом надо играть, в том числе на открытом воздухе, чтобы компенсировать публике отмененные концерты.

– Я не первый раз слушала «Времена года» Чайковского в вашем исполнении. И ощущения такие же, как от цикла «Все симфонии Бетховена» в исполнении Венского филармонического оркестра под управлением Кристиана Тилемана: начинаешь любить менее известное, не то, что любил раньше. В случае с Бетховеном в интерпретации Тилемана это четные симфонии, а если говорить о ваших «Временах года» это не самые популярные пьесы «Январь», «Февраль», «Июль», «Сентябрь». Многие были похожи на небольшие театральные пьесы или даже короткометражное кино. Скажем, «Февраль» («Масленица») – это прямо кустодиевская картина народного гуляния, а на его фоне как будто звучит серьезный диалог за праздничным столом. «Сентябрь» («Охота») – это зримые картины охоты, знакомые по классическим фильмам «Дубровский» и «Война и мир». А какие роскошные «косари» («Июль»), которые словно соревнуются в певческом искусстве!

– С этим циклом связано очень многое в моей жизни. Сначала, в раннем детстве, я выучил «Баркаролу» («Июнь») и «Осеннюю песнь» («Октябрь»). Когда мне было семь лет, учительница в музыкальной школе задала мне «Песнь косаря» («Июль»). Невероятно, но сольные пьесы Чайковского для фортепиано почти неизвестны в мире, их популярность несравнима с его же фортепианными концертами или симфониями. Даже непонятно, почему. Я играл этот цикл в Карнеги-холле (Нью-Йорк), Берлинской филармонии, Концертгебау (Амстердам), Роял фестивал-холле (Лондон), почти во всех столицах и крупных городах мира, и часто меня просили повторить его через год. «Времена года» целиком не знают: ну да, слышали самое популярное – «Баркаролу», «Осеннюю песню». На самом же деле это нечто единое, цельное (как и «Детский альбом»), тут важно выстроить драматургическую линию. И сколько бы ты этот цикл ни играл, всегда может случиться что-то неожиданное. Таково его удивительное свойство. Но, конечно, ты должен быть готов, наэлектризован, должен попасть в акустику, инструмент. Если все это совпадает, то могут произойти даже мистические вещи: ты будто не принадлежишь себе, кажется, тобой кто-то руководит.

– Вы гораздо больше ассоциируетесь с Чайковским, Рахманиновым, Прокофьевым. Шопен – это немного неожиданно, а вы и бис сыграли шопеновский…

– Что касается бисов, то я решаю, что сыграть, в последний момент, когда сажусь на банкетку. А Второй концерт Шопена… – ну это такой пандемический концерт (смеется), я выучил его в самоизоляции. Наверное, я должен за это сказать спасибо коронавирусу – хоть какой-то толк от него есть. Я влюблен в эту музыку, но раньше и подумать не мог, что буду ее играть: у меня не было с ней внутренней связи. Конечно, я всегда мог исполнить оба шопеновских концерта, это не так трудно, но главное тут – вынести эту историю на сцену, когда ты готов. В этом году что-то определенно с Шопеном у меня произошло, даже не знаю, что именно. Но надеюсь, этот «роман» надолго, скоро сыграю и Первый концерт. Здесь, конечно, важен партнер, потому что аккомпанировать концерт Шопена даже труднее, чем Рахманинова. Спасибо Александру Сладковскому и его оркестру, с ними все получилось.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
atv
Заслуженный участник форума
Заслуженный участник форума


Зарегистрирован: 05.09.2003
Сообщения: 5271

СообщениеДобавлено: Ср Янв 13, 2021 1:11 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2021011303
Тема| Музыка, оратория «Ахыр-заман, яки агачожмах» / «Конец времен, или Деревянный рай», Персоналии, Александр Маноцков
Автор| Морозов Дмитрий
Заголовок| КОНЕЦ ВРЕМЕН НА ОБИТАЕМОМ ОСТРОВЕ
В Свияжске прошла мировая премьера оратории Александра Маноцкова

Где опубликовано| © «Играем с начала»
Дата публикации| 2021-01-11
Ссылка| https://gazetaigraem.ru/article/25664
Аннотация| ПРЕМЬЕРА


Фото предоставлены Музеем-заповедником "Остров-град Свияжск"

Позиция композитора-резидента для России, в отличие от Европы, пока еще в диковинку. До недавнего времени едва ли не единственным подобным примером было сотрудничество ГАСО им. Е.Ф. Светланова с ушедшим от нас в минувшем году Александром Вустиным. Альянс Свияжского музея-заповедника с Александром Маноцковым, пусть и не закрепленный никакими официальными документами, – из того же ряда. В 2017 году, по приглашению Артема Силкина – директора, а фактически и создателя музея-заповедника, – Маноцков впервые посетил эти места. Тогда-то и зародилась идея оперной трилогии, тематически связанной с трагическими страницами истории Свияжска и предназначенной для постановки непосредственно на его земле в формате опен-эйр. Вдохновленный увиденным, композитор в шутку окрестил город-остров своим «Байройтом» и сразу приступил к работе. Первая часть трилогии – «Сны Иакова, или Страшно место» – была написана и представлена в том же году. Вторая часть – «Красный сад» – увидела свет летом 2018 года. Пауза между ней и третьей частью («Лодка») несколько затянулась, но летом нынешнего года должна, наконец, состояться долгожданная премьера.

Идея оратории «Ахыр-заман, яки агачожмах» / «Конец времен, или Деревянный рай» (татарское и русское названия в афишах и программках присутствуют параллельно), созданной специально для Музея археологического дерева «Татарская слободка», возникла позднее, когда композитор уже вполне сроднился со Свияжском. Правда, в отличие от опер, оратория с ним тематически не связана. В основу либретто легли стихотворение Осипа Мандельштама «Уничтожает пламень…» и старинный текст на древнетатарском языке «Ахыр заман китаби» («Мухаммеданское учение о кончине мира») Сулеймана Бакыргаби. То, что текст этот не будет понятен значительной части публики, судя по всему, учитывалось изначально, и потому его поместили в программке – параллельно на старотатарском (в кириллической транслитерации) и в русском переводе. Очевидно, что обращение именно к такому варианту текста было продиктовано и данью уважения титульной нации Республики Татарстан, на чьей земле находится Свияжск, и, едва ли не в большей мере, особенностями фонетики. Музыка здесь не следует за текстом, но опосредованно отражает его эсхатологические мотивы.

У Маноцкова есть сочинения, не без труда воспринимаемые широкой аудиторией, а есть вполне для нее доступные. «Конец времен» определенно ближе ко второй категории, хотя никакого нарочитого упрощения музыкального языка, никакой «игры в поддавки» со слушателем нет и в помине. Для меня это сочинение отчасти срифмовалось со сценической ораторией «Requiem, или Детские игры», принадлежащей числу наивысших творческих достижений композитора. Только «Конец времен» написан в более строгом стиле. Отдельные эпизоды порождают ассоциации с «Кармина Бурана» Карла Орфа, а последние такты – постепенно замирающие и истаивающие звуки ударных – приводят на память завершение Пятнадцатой симфонии Шостаковича. Впрочем, в отличие от прямых цитат, каковых здесь, кажется, нет, ассоциации – личное дело слушателя.

«Конец времен» написан для небольшого вокального ансамбля и перкуссии (два ксилофона, маримба и несколько деревянных вудблоков, изготовленных специально для этого случая Артемом Силкиным – мастером на все руки). Исполнители располагаются на нижнем, подземном уровне, прямо внутри сохранившегося древнего раскопа посадской части Свияжска, вокруг которого и сформирована музейная экспозиция, среди срубов домов и хозяйственных построек, фрагментов заборов и деревянных мостовых. Все это, помимо аутентичной атмосферы, дает еще и особый резонанс. Ни один звук в этом пространстве не теряется, но, напротив, приобретает стереофонический объем. Недаром партитура во многом и создавалась в расчете на здешнюю специфическую акустику.

В исполнении принимали участие прекрасные музыканты: вокальный ансамбль – Элиза Насырова, Аделия Закирова, Ксения Романова, Галия Газизова, Анастасия Чупрунова, Андрей Оводов, Максим Пронин, Ильдар Шамсутдинов, Нияз Ярулин – во главе с Миляушей Таминдаровой (те же солисты-вокалисты также извлекали не нотированные, но предусмотренные композитором звуки из вудблоков и даже из бревен с помощью… топоров), на ксилофонах играли Ксения Калинина и Алексей Анисимов, на маримбе – Дарья Петрова.

Специальных попыток театрализации не предпринималось, однако уже сам по себе особый характер звучания, что возникает именно в этой акустике, среди такого вот окружения в какой-то мере создает ощущение театра. Возможно, в других условиях, на иной площадке «театральность» оратории Маноцкова проявится в большей мере. Однако иное место, вероятнее всего, потребует от композитора изменений в инструментарии, и в итоге перед нами окажется немного другое сочинение.

===============
Фотоальбом – по ссылке
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 22526
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Янв 14, 2021 12:59 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2021011401
Тема| Музыка, Опера, МТ, Персоналии, Елена Стихина
Автор| Владимир Дудин, Музыковед
Заголовок| Стихия сопрано. Елена Стихина – о работе в Мариинском театре
Где опубликовано| © «Санкт-Петербургские ведомости» № 4 (6842)
Дата публикации| 2021-01-14
Ссылка| https://spbvedomosti.ru/news/culture/stikhiya-soprano-elena-stikhina-o-rabote-v-mariinskom-teatre/
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

Сопрано Елена Стихина, к радости многочисленных поклонников, озаряла своим сиянием многие спектакли Мариинского театра с самого начала этого непростого сезона. Диапазон певицы поражал масштабами – от Вагнера до Иоганна Штрауса, от Чайковского до Пуччини. Каждую свою партию она проживает по-настоящему, глубоко вживаясь в роль, не щадя эмоций, давая образец вкуса и стиля. Елена СТИХИНА рассказала музыковеду Владимиру ДУДИНУ о том, как находить плюсы даже там, где сплошные минусы, и почему Розалинду петь сложнее, чем Брунгильду.


ФОТО @ Мариинский театр. Фотограф Наташа Разина. 2021 г.

– В Мариинском театре несколько лет назад с успехом шел мюзикл «Моя прекрасная леди». Дождались наконец и «Летучей мыши». Бытуют точки зрения, что оперетта – жанр, стоящий в иерархии ниже оперы...

– Я не считаю, что оперетта хуже оперы. Это очень сложный технически жанр, со сложно написанными партиями. От артиста требуется четкое понимание темпоритма, его частых смен, в оперетте все очень мобильно. Кроме пения нужно играть, говорить. Нужна тонкая режиссерская и дирижерская работа. Все мы стараемся соответствовать.

– В «Летучей мыши» вы впервые ступили на территорию оперетты?

– Да, впервые. И, признаюсь, никогда не думала, что это может случиться. Петь оперетту, на мой взгляд, даже сложнее, чем оперу. Кроме того, у меня никогда не было комической роли, разве что комедийные элементы в редких эпизодах. Плюс приходится учиться говорить на сцене, а это отнюдь не то же самое, что петь. Сценической речи обычно учатся годами, а здесь – всего лишь несколько месяцев работы. Но таковы условия жанра, очень интересного, веселого, многогранного. Для меня все здесь необычно, и такое смешение стилей очень нравится.

– Разговорные диалоги проверяют оперного певца на его способности драматического актера?

– Именно так. И мне очень нравится, как с нами в этом направлении работает режиссер Алексей Степанюк.

– Расхожее мнение гласит, что оперный певец уступает драматическому актеру в актерских способностях.

– Может быть, так и есть. Мы, оперные, в драме никогда не играли, не можем сравнивать. Но может ли драматический актер спеть в опере и сыграть одновременно? А оперный певец, если его научить актерскому мастерству, сыграть в драмтеатре? Поэтому нас трудно сравнивать.

– Случаи крайне редки. Елена Образцова сыграла в последний период своей исполнительской карьеры в нескольких спектаклях.

– Да, я видела эти спектакли. Это вопрос не стереотипа, а того, что оперная драма – другая, в ней работают другие механизмы. Мы, к примеру, в опере не можем тянуть паузы до бесконечности, потому что дальше идет другая музыка, мы строго следуем за партитурой, где все написано. Нужно искать другие средства выразительности. У драматического актера больше свободы в темпоритме. У нас такой свободы нет. Хотя и у нас и у них голос – главное выразительное средство.

– Когда закрылись границы, певцы, которые в иное время были бы на контрактах в зарубежных театрах, остались в России. Благодаря этому их поклонники, в том числе ваши, получили возможность слушать вас столько, сколько прежде и не мечталось.

– И мы, артисты, счастливы, что у нас была и есть возможность выходить на сцену и петь для любимых слушателей. За это хотелось бы сказать «спасибо» Валерию Абисаловичу Гергиеву, любимому Мариинскому театру. Для вас удовольствие – слушать, для нас – выступать. Да, у многих отменились контракты, поездки. Но у нас есть наш постоянный оперный дом – Мариинский театр.

– Мне кажется, за эти полгода вы спели в Мариинском театре намного больше партий, чем тех, которые должны были петь по контракту за рубежом.

– Я не спела Норму в Бостоне, Адриену Лекуврер и Мими в Париже. Девятую симфонию Бетховена я должна была исполнять с Риккардо Мути в Чикаго в июне. В декабре должна была состояться премьера «Аиды» Верди в постановке Дмитрия Чернякова в Амстердаме. Был запланирован и концерт с оркестром в Консертгебау в Амстердаме с очень интересной программой. Но здесь, в Мариинском театре, для меня очень важным стал дебют в партии Ренаты в «Огненном ангеле» Прокофьева, возобновление постановки которой нам удалось осуществить. В этой опере очень сложная музыка, потребовавшая кропотливой работы. Роль Ренаты очень большая и энергетически чрезвычайно затратная. Она почти не уходит со сцены.

– Подозреваю, что вы впервые провели столь длительный период, находясь в одном театре. Какие ощущения?

– Нет, такое было еще и когда я начала свою карьеру в Приморском театре во Владивостоке. Момент развития и получения нового опыта за рубежом, в других театрах, с другими режиссерами и дирижерами, конечно, очень важен, он обогащает. Но кто сказал, что мы не можем приобрести новый опыт, воспользовавшись этой новой для всех ситуацией, находясь в одном театре? Понятно, что когда возможность свободно передвигаться вернется, все снова начнут ездить, как раньше, и это будет здорово. Одно другому не мешает.

– Зарубежные контракты сейчас вообще как-то обсуждаются?

– Я ничего не обсуждаю, жду, когда все это закончится. От меня ведь ничего не зависит. Единичным солистам удается съездить туда и вернуться, если в театрах, куда они приглашены, что-то происходит. Большинство театров на Западе попросту закрыты. Например, в Амстердаме. Где-то устраиваются концерты и спектакли без публики в виде онлайн-трансляций.

– Вы смотрите такие трансляции?

– За время карантина я не посмотрела ни одной, я не любитель смотреть трансляции, видеозаписи, за очень редким исключением. Для этого должно возникнуть определенное настроение. Я люблю живые спектакли. В трансляции мне не хватает энергетики, живой музыки, дыхания. Не увлечена я этим, не моя страсть. Но прекрасно понимаю, что без трансляций в наше время не обойтись.

– С какими настроениями входите в новый год?

– Мне кажется, надо осознать опыт, который мы получили в прошедшем году, и отправиться в новый с прекрасным настроением. Любить себя и любить мир. Мне кажется, нужно чаще ходить в оперу, хотя бы разок прийти и узнать, насколько это прекрасно. Для меня опера – жизнь, здесь я хочу передать свои эмоции и переживания слушателям. Звучание оркестра заставляет вибрировать все клеточки моего тела. Опера – это классно!


Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 4 (6842) от 14.01.2021 под заголовком «Стихия сопрано».
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 22526
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Янв 14, 2021 9:57 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2021011402
Тема| Музыка, Опера, МТ, Премьера, Персоналии, Николай Римский-Корсаков, Илья Живой
Автор| Александр МАТУСЕВИЧ
Заголовок| «Ночь перед Рождеством» в Мариинке: черевички в знакомом антураже
Где опубликовано| © Газета «Культура»
Дата публикации| 2021-01-13
Ссылка| https://portal-kultura.ru/articles/theater/330900-noch-pered-rozhdestvom-v-mariinke-cherevichki-v-znakomom-anturazhe/
Аннотация| Премьера


Фото: Наташа Разина

В Северной столице реновировали оперу Римского-Корсакова. По сравнению с предыдущей постановкой, с успехом шедшей много лет в Концертном зале Мариинки, изменилось немногое.

Пятая опера великого музыкального сказочника во время премьеры в 1895 году вызвала грандиозный скандал: Римский-Корсаков осмелился вывести на сцену представительницу правящей династии Романовых. Екатерина Вторая у него запела, что было расценено некоторыми представителями императорского дома как оскорбление. В отместку годом позже следующую оперу композитора «Садко» Николай Второй собственноручно вычеркнул из репертуарных планов Мариинского театра. Колоритная малороссийская рождественская сказка, изложенная поэтичным языком великого Гоголя и омузыкаленная мастером фольклорной звукописи Римским-Корсаковым, и скандал — что может быть нелепее этого соседства?

Мариинский периодически обращается к этой опере: предыдущая постановка 2008 года продержалась в репертуаре двенадцать лет, причем играли ее довольно часто. У маэстро Гергиева Римский-Корсаков в почете. Сегодня в репертуаре главного петербургского музыкального театра двенадцать из пятнадцати опер гения, а три оставшиеся, традиционные «падчерицы» оперной сцены («Млада», «Сервилия» и «Пан воевода»), периодически даются в концертном исполнении.

Нынешний сезон открывался в Мариинке премьерой «Снегурочки» того же автора, а новый календарный год решили отметить премьерой рождественской оперы классика, тем более что повод всегда превосходный – сам праздник Рождества. Новинка оказалась с подвохом: вместо принципиально новой работы театр предложил некий комбинированный вариант, когда старый спектакль меняет свою локацию и режиссера-постановщика, но постановка сохраняет неизменным стиль, а также берет прежние декорации и костюмы.

Спектакль Ольги Маликовой шел на сцене Концертного зала театра (Мариинка-3) с 2008 года, теперь же его дают на Основной (Исторической) сцене. В старый антураж режиссер и хореограф Илья Живой вписывает действо, чем-то напоминающее прежнюю работу, а в чем-то с ней не согласующееся. Правда, повтор сценографии Ксении Пантиной и костюмов Варвары Евчук оказывается не буквальным. В отличие от Концертного зала историческая Мариинка обладает всеми возможностями полноценного театрального пространства. Следовательно, появились боковые кулисы, расписанные в малороссийском стиле прежней сценографии, появился задник, на который проецируют сказочное видео Виктории Злотниковой, есть возможности более эффектного показа чудес и превращений, что для сказки архиважно.

В партитуре раскрыли все купюры — спектакль стал протяженнее, поэтому режиссеру в нем еще важнее было удерживать внимание зрителей. Отсюда введение многочисленных танцевальных эпизодов и даже целых сцен. Отрадно, что знаменитый полет Вакулы на Чёрте решен не банальной в сегодняшних условиях компьютерной анимацией, а как хореографический номер. Получился чудесный ансамблевый танец ночных звезд и снежинок. Нечистая сила в виде колоритных чертиков присутствует на сцене постоянно – то пугает кокетливую Оксану, то кормит галушками невозмутимого Пацюка, то помогает хитроумной ветренице Солохе. Но есть и принципиальные изменения по сравнению с прежним спектаклем: исчез сказитель Рудый Панько (вместо него в финале на заднике выплывает огромный портрет самого Николая Васильевича), петербургский прием более не трактуется как представление, разыгранное в самой Диканьке, теперь он самый что ни на есть настоящий — с придворными в париках и камзолах и с царицей при всех инсигниях.

По стилю спектакль во многом повторяет прежнюю постановку — максимально демократичную, рассчитанную на самую широкую аудиторию. Сцена затянута бело-голубыми полотнищами, говорящими о декабрьских морозах. Небольшие хаты стоят укутанные снежным покровом, люминисцентные звезды и месяц спускаются с колосников — так выглядит большая часть картин новой-старой постановки. Важную роль играет беленая печь, которую периодически выкатывают на сцену. За ней Солоха прячет мешки со своими кавалерами, на ней Пацюк уписывает самозапрыгивающие в рот галушки, на ней, превратившейся в причудливый «лайнер», нечистая сила пытается помешать Вакуле достичь Петербурга. Герои в традиционных малороссийских одеждах — парубки в шальварах, дивчины с венками на головах и лентами в косах и в неизменных красных сапожках. Все в этом действе узнаваемо, все так или почти так, как вы себе представляли диканьские приключения по книжкам или старым фильмам.

Наверное главное достоинство новой-старой работы — ее музыкальная проработанность, добросовестная слаженность звучания всех компонентов. Оркестр под управлением маэстро Гергиева звучит не только стройно, но поэтично. И морозное утро, и зажигательный пляс в сцене колядования, и мерцание звездного неба, и разгул нечисти — все передано коллективом очень выразительно. Хоровой ансамбль, составленный из солистов Академии молодых оперных певцов театра, на моей памяти впервые сливается в настоящий хор —монолитный, сбалансированный, звучащий именно по-хоровому, где не вылезают гвоздем отдельные голоса.

Солистам в этой опере непросто: здесь мало показать бельканто (без которого в ариях, конечно, никуда) — здесь нужно владеть искусством потешного речитатива, лукавой скороговорки, насыщать красками даже короткие реплики. Опера комическая — на ней должно быть как минимум не скучно, а лучше, чтобы смешно, задорно. И не только актерской игрой это достигается, но и работой со звуком, который должен быть стократ разнообразнее, нежели в привычных операх страдальчески-драматической направленности. Справиться с этим получается не у всех: великолепное меццо Юлия Маточкина (Солоха) поет прекрасно, но выпуклую фразу дает не всегда, оттого ее героиня часто получается не комической, а играющей в комедию. Жанне Домбровской (Оксана), напротив, не хватает примадонской значительности в звуке — ее героиня мила, но не доминантна: а ведь вокруг любви к первой диканьской красавице закручен весь сюжет.

Многочисленные мужские партии-роли сделаны куда интереснее. Великолепен Вакула Сергея Скороходова — его яркий пронзительный тенор буквально царит в зале, полноправно создавая образ отважного парубка. Залихватской комедийностью блеснули бас Станислав Трофимов (Чуб), баритон Александр Никитин (Голова) и тенор Евгений Акимов (Дьяк): сцены с каждым из них были невероятно аппетитны.


Фото: Наташа Разина
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
atv
Заслуженный участник форума
Заслуженный участник форума


Зарегистрирован: 05.09.2003
Сообщения: 5271

СообщениеДобавлено: Пт Янв 15, 2021 2:28 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2021011501
Тема| Музыка, МТ, Персоналии, Марис Янсонс, Валерий Гергиев, Татьяна Сержан, Екатерина Семенчук, Сергей Скороходов, Станислав Трофимов
Автор| Владимир Дудин
Заголовок| В Мариинском театре прозвучит концерт памяти Мариса Янсонса
Где опубликовано| © «Российская газета»
Дата публикации| 2021-01-14
Ссылка| https://rg.ru/2021/01/14/reg-szfo/v-mariinskom-teatre-prozvuchit-koncert-pamiati-marisa-iansonsa.html
Аннотация| КОНЦЕРТ


Фото: Наташа Разина / Пресс-служба Мариинского театра

На Новой сцене Мариинского театра будет исполнен Реквием Верди в память о выдающемся дирижере Марисе Янсонсе в день его рождения, 14 января. За пультом оркестра и хора - Валерий Гергиев, солисты - сопрано Татьяна Сержан, меццо-сопрано Екатерина Семенчук, тенор Сергей Скороходов и бас Станислав Трофимов.

Мариса Янсонса не стало в декабре 2019 года. Этот уход был печальным для всего музыкального мира. На протяжении многих лет Марис Янсонс возглавлял два крупнейших симфонических коллектива Европы - оркестр Консертгебау в Амстердаме и оркестр Баварского радио в Мюнхене. Его искусство стало олицетворением идей гуманизма, а исполнительский стиль - образцом безупречного профессионализма и стремления к совершенству. Он также подавал пример невероятного жизнелюбия, жажды жизни и творчества. Двадцать лет Марис Янсонс жил с кардиостимулятором после инфаркта, случившегося в 1986 году в Осло во время дирижирования оперы "Богема" Пуччини. А его последний большой оперный проект - премьера "Пиковой дамы" Чайковского на Зальцбургском фестивале в 2018 году - чуть не стоил ему жизни. Как рассказывал потом маэстро:
- Я ходил на репетиции на протяжении месяца с утра до вечера, иммунная система устала. На спектаклях мне было уже плохо, и последним спектаклем я продирижировал совсем еле-еле. Я вообще не мог двигаться, врачи говорили, что нервничают, доживу ли я до утра. В антракте меня просили: "Марис, не дирижируй, пусть ассистент продирижирует. Здоровье важнее". Я все же продирижировал и даже вышел на поклоны, хотя у меня уже и ноги начали отказывать. Но я получил громаднейшее удовольствие от исполнения.
Однако после восстановительного лечения Марис Арвидович вернулся к творческой жизни, провел серию гастрольных выступлений с оркестром и хором Баварского радио, а также гала-концерт к 80-летию Юрия Темирканова в Большом зале Петербургской филармонии. Марис Янсонс планировал свое выступление в 2020 году на Зальцбургском фестивале в постановке оперы "Борис Годунов" режиссера Кристофа Лоя. Тогда никто представить даже не мог, какой вирус обрушится в этот год на весь мир и отменит не только этот, но и многие другие проекты.
Сегодня Мариинский театр посвящает памяти Мариса Янсонса Реквием. Так случилось, что Марис Янсонс не дирижировал оперой в Мариинском театре, но в 2006 году он выступал на фестивале "Звезды Белых ночей" с программой к 100-летию Дмитрия Шостаковича. В Мариинском театре сегодня работают его дочь и внучка. Некоторым солистам Мариинского театра посчастливилось работать с маэстро, в том числе тем, кто сегодня будет петь в Реквиеме. Так, Татьяна Сержан исполняла под его руководством партию Лизы в "Пиковой даме" Чайковского в Амстердаме, а Станислав Трофимов - партию Священника в "Леди Макбет Мценского уезда" на Зальцбургском фестивале.
Марис Арвидович жил музыкой, но был очень чуток к мировым катаклизмам. Он жил надеждой, но не был чужд и пессимистических взглядов на развитие цивилизации. В одном из последних своих интервью он говорил:
- Мир деградирует с точки зрения морали и культуры. Он напоминает мне "Титаник", который медленно идет ко дну. Сейчас к этому прибавился еще и политический момент вкупе с экономическим. Не знаю, куда это приведет. Но наше дело - делать свое дело хорошо.

Справка "РГ"
Марис Янсонс родился в 1943 году в Риге в семье дирижера Арвида Янсонса и оперной певицы Ираиды Янсонс. В 1956 году семья переехала в Ленинград. Марис учился в классах скрипки и фортепиано в спецшколе при Ленинградской консерватории. В 1962 году поступил в консерваторию по двум специальностям - в классах фортепиано и дирижирования. Его педагогом был Николай Рабинович, крупнейший советский дирижер, представитель великой петербургской (ленинградской) школы дирижирования. С 1969 по 1972 год совершенствовался в Вене у Ганса Сваровски и в Зальцбурге у Герберта фон Караяна. В 1971 году он победил на Международном конкурсе Караяна в Берлине. Долгие годы Марис Янсонс работал в заслуженном коллективе России - оркестре Ленинградской филармонии, был ассистентом Евгения Мравинского. С 1979 по 2000 годы был главным дирижером оркестра филармонии Осло, в течение пяти лет - главным приглашенным дирижером Лондонского филармонического оркестра, в течение семи лет - музыкальным руководителем Питтсбургского симфонического оркестра (1997-2004). С 2003 года и до конца своих дней был главным дирижером оркестра Баварского радио. Среди его выдающихся работ с этим коллективом - симфонии Малера и Шостаковича. С 2004 года он руководил также амстердамским Королевским оркестром Консертгебау. Лишь в 2015 году он был вынужден расстаться с этим коллективом, отчасти из-за здоровья, отчасти - из-за желания больше времени уделять опере. На Зальцбургском фестивале Марис Янсонс выступил дирижером-постановщиком опер "Леди Макбет Мценского уезда" Шостаковича (2017) и "Пиковая дама" Чайковского (2018).
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> Газетный киоск Часовой пояс: GMT + 3
На страницу 1, 2  След.
Страница 1 из 2

 
Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах


Яндекс.Метрика