Список форумов Балет и Опера Балет и Опера
Форум для обсуждения тем, связанных с балетом и оперой
 
 FAQFAQ   ПоискПоиск   ПользователиПользователи   ГруппыГруппы   РегистрацияРегистрация 
 ПрофильПрофиль   Войти и проверить личные сообщенияВойти и проверить личные сообщения   ВходВход 

Общество Друзья Большого балета
2020-05
На страницу Пред.  1, 2, 3, 4, 5  След.
 
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска
Предыдущая тема :: Следующая тема  
Автор Сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 22307
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Май 18, 2020 6:18 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2020051802
Тема| Балет, Венская Государственная Опера, Персоналии, ИГОРЬ ЗАПРАВДИН
Автор| Анастасия Кучумова; Фото: Наталья Галкина Нови
Заголовок| ИГОРЬ ЗАПРАВДИН
Балетный пианист Венской Государственной Оперы, организатор и артистический
директор Гала-концертов, лауреат международных балетных конкурсов

Где опубликовано| © TheCapriTimes
Дата публикации| 2020 май
Ссылка| http://thecapritimes.com/izapravdin
и http://thecapritimes.com/igorz
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

A Prima Vista балетного пианиста или вся жизнь - игра! Так я назвал свою книгу.Моя профессия - балетный пианист. Она неразрывно связана с великим искусством Терпсихоры, определившим тяжкий но благодатный путь познания. Мог ли я желать большего, чем то, что мне было подарено судьбой.

Музыка и Балет, Балет и Музыка! Эти два
неразрывных составляющих будут сопровождать меня всю жизнь.




Вопросы:

Игорь, расскажите, пожалуйста о Вашем творческом пути.
Кем Вы хотели стать в детстве?


Игорь Заправдин:

Я родился в легендарном и романтическом городе Севастополе.
Мои родители сделали всё возможное, чтобы я вырос и состоялся как гармонически целостная личность и нашёл ту профессию, в которой я смог бы раскрыть свой творческий потенциал.
Вне этой профессии моё существование было бы бесцельным.
Музыка и Балет, Балет и Музыка! Эти два неразрывных составляющих будут сопровождать меня всю жизнь.
Уместно было бы вспомнить моё пребывание в музыкальной школе и балетной студии, где я с увлечением постигал азы будущей профессии - правда, не всегда с должным энтузиазмом.
Балет манил и увлекал куда больше, чем музыка. Хотелось только праздника, коим был для меня танец. Но мама методично и терпеливо, честь ей и хвала, заставляла заниматься игрой на фортепиано по несколько часов в день.
И тогда долгожданным вознаграждением становилось посещение балетной студии. Кстати, именно с неё и начался мой бурный роман с балетом, полный любви и преданности.

Были какие-либо особые моменты, повлиявшие на Вашу судьбу?

Игорь Заправдин:

Окончив Севастопольскую музыкальную школу по классу фортепиано (педагог Ольга Уновна Тамбре), я вместе с мамой отправился покорять Москву. Подготовленную и обыгранную программу мы считали вполне достойной. Но, как оказалось, степень достоинства кардинально отличалась от той, которая требовалась на вступительных экзаменах в музыкальное училище при Московской Государственной Консерватории имени П.И. Чайковского.
Нам посоветовали пройти предварительное прослушивание. Проживавший в доме композиторов профессор Чернов оказал любезность и уделил начинающему пианисту полчаса своего драгоценного времени. От вынесенного им вердикта мне и маме стало не по себе. "Программа недостаточной сложности. Может, у вас есть в запасе другие произведения?" - поинтересовался профессор. К счастью, я имел в репертуаре сонатину Гайдна, "Шествие гномов" Грига и этюд "Гроза" Листа. С этой программой можно было бы попробовать свои силы на экзамене, но возникал вопрос: где и на чём заниматься?
На всё про всё у меня была неделя. В Москве мы остановились у родственников в Орехово-Борисове, и было неудобно лишний раз обременять родственников, к тому же у них дома не было инструмента.
Поразмыслив, мама, учитель с внушительным стажем, отправилась в расположенную неподалёку общеобразовательную школу на встречу с директором. Нам позволили заниматься в актовом зале, где стояло разбитое пианино. Я с упоением стал осваивать фортепиано фабрики "Красный Октябрь". Предельно сконцентрированное внимание и конкурсный азарт помогли мне неплохо сдать "специальность" и другие дисциплины. Самым сложным экзаменом оказался музыкальный диктант.
Так или иначе меня зачислили на фортепианное отделение в класс известного педагога Павла Валериановича Месснера, внешне чем-то похожего на артиста Евгения Евстигнеева. Только сейчас я понимаю, какое это было счастье - учиться у Месснера! Та манера исполнения, которой я владею сейчас - это в большей степени заслуга Павла Валериановича, моего Учителя.

Школа его пианистической игры впитала в себя старейшие традиции, берущие своё начало от Ференца Листа. Может быть именно поэтому я с особым удовольствием исполняю произведения этого композитора.
Годы учёбы в училище стали школой жизни. Ожидание урока с Месснером волновало до потери сознания. Каждое занятие превращалось в некий экзамен, достойно выдержать который было не всегда легко. Сутуловатый Павел Валерианович был строг, но справедлив. Своей размашистой походкой он входил в аудиторию, уверенно открывал крышку «Стейнвея», брал в руки ноты, усаживался в удобное кресло и таинство познания начиналось. Иногда уроки музыки переносились в консерваторию. Этот храм музыки всегда вызывал трепет.
Попасть на концерты великих музыкантов не представлялось возможным, но всё-таки праздники иногда случались. В один из таких дней Месснер привёл меня в Большой зал консерватории на репетицию сольного концерта Святослава Рихтера. Величайший пианист играл сонаты Бетховена. Затаив дыхание, я окунулся в бездонный океан звуков, философски выстроенных гением фортепианной игры.

...это было ощущение полного восторга и счастья, потому что уже тогда я понимал в чем мое предназначение...

Что Вы чувствовали во время первого выхода на сцену?

Игорь Заправдин:

Наверное, это было ощущение полного восторга и счастья, потому что уже тогда я понимал в чём мое предназначение. Мой сценический дебют в качестве балетного пианиста состоялся в Государственном Концертном Зале «Россия». В это время я работал в московском театре «Русский балет», которым руководил народный артист СССР Вячеслав Гордеев.
В первых рядах - всегда поддерживающие меня родители и друзья. Ответственность невероятная - всё-таки не каждый день играешь легендам русского балета Надежде Павловой и Вячеславу Гордееву. Диктор Центрального Телевидения Светлана Моргунова объявляет: «Доницетти «Вариации». Хореография Джорджа Баланчина. Партия фортепиано - Игорь Заправдин».
Состояние близкое к возвышенному. Волнение только подстёгивает. Уже с первыми аккордами всё пошло как по маслу, но только до того момента, когда Гордеев вышел на свою вариацию. Вдруг я обнаружил, что часть нотного материала осталась в гримёрной комнате. Это было сродни параличу. Но лишь капельки пота, подленько падавшие на клавиши, выдавали напряжение. Нужно продолжать играть. Но как?.. Ритм движения я держал железно. Старожилы не припомнят такого ускоренного курса обучения импровизации. В данном случае - на темы Доницетти. Исполняя вариацию, Гордеев незаметно для зрителя кинул фразу в кулисы: «Что с Игорем?» И случайно оказавшийся там солист театра Николай Смирнов растерянно произнёс: «У него кончились ноты». А я продолжал играть. Недостающий нотный материал мне принесли лишь к финалу балета..

Игорь, знаю, что в Вашей студенческой жизни было много приключений..

Игорь Заправдин:

Куда только не заносило нас в поисках новых впечатлений! Случались и экстремальные ситуации. В рамках культурного обмена между Россией и Францией в Государственном Музее имени Пушкина была выставлена знаменитая «Джоконда» Леонардо Да Винчи. Не увидеть этот шедевр было бы преступлением. Очередь за вожделённым билетом на выставку растянулась от Александровского сада до Кропоткинской набережной. Пришлось стоять всю ночь. Но мы как истинные ценители прекрасного выдержали это испытание. И уже утром, в ожидании чуда, входили в музей.
Как-то в газете «Вечерняя Москва» напечатали объявление: «Киностудии «Мосфильм» требуются молодые люди до 25 лет с музыкальным образованием для участия в фильме «Розыгрыш» Владимира Меньшова».
В этом возрасте мало кто не мечтает стать артистом, тем более в Москве. Недолго думая, я отправился на кастинг. Меня переполняло какое-то неведомое чувство: хотелось петь, казалось, что выросли крылья. Но толпа ожидающих у проходной немного охладила мой пыл. Потребовалось около двух часов, чтобы дождаться того момента, когда мне было позволено предстать перед озверевшим от усталости ассистентом режиссёра.
Кастинг прошёл удачно. Как ни странно, выбор пал на меня - внешние данные соответствовали одному из образов. Получив приглашение на собеседование с Меньшовым, я впервые попал в святая святых - на «Мосфильм», главную киностудию страны. Но даже после этого особых надежд не питал. Я и в тот момент думал, что на мне свет клином не сошёлся.
Позже на мое имя в общежитие пришло заказное письмо. В нем сообщалось о сумме гонорара и начале съёмок. Как в сказке! Только финал у этой истории грустный. Директор училища Лариса Леонидовна Артынова была категорически против. Негоже, дескать, студенту престижного музыкального академического колледжа при Московской консерватории отвлекаться на всякую киношную ерунду...
Вот такой обидный розыгрыш моей судьбы.

Продолжение беседы с Маэстро ИГОРЕМ ЗАПРАВДИНЫМ

В Венской опере я служу уже 25 лет! Практически это мой второй дом. Я ведущий пианист балета и соло пианист. Записал диски с раритетной балетной музыкой . Счастлив, что аранжировал музыку к балетам "Баядерка" в хореографии Владимира Малахова и " Корсар" в хореографии Мануэля Легри. Организовал проекты " Фанни Эльслер Гала " , “Luxembourg Gala des Etoiles", " Маestro and friends".

Интервью с Игорем Заправдиным незаметно превратилось доверительную беседу, в которой Маэстро рассказал о необыкновенных эпизодах из своей жизни, о выдающихся людях, с которыми он встретился на своем творческом пути.

Гордеев узел

Много лет назад я и предположить не мог, что свяжу свою жизнь с театром. Но так распорядилась судьба.


Театр «Русский балет» всегда отличался своей мобильностью в выборе репертуара и в распределении составов. Одни артисты могли с легкостью заменить других. Солисты по необходимости попадали в кордебалет, а то и вовсе оттачивали своё мастерство в мимансе. Сказывалась нехватка людей. Но ведь маленьких ролей не бывает...

Спектакли, в большинстве своём классические, трансформировались до неузнаваемости. Они превращались в некое балетное действо. Всё это составлялось ради некоторых гастролей как на Родине так и за рубежом. Декорации кочевали из «Пахиты» в «Лебединое озеро», из «Лебединого озера» в «Дон Кихот». Часть служила оформлением концертных программ, которые регулярно прогонялись на отечественных площадках типа Кремлёвского Дворца съездов, концертных залов гостиниц «Россия», «Космос» и так далее.

Но значительную часть времени театр бороздил просторы нашей Родины, демонстрируя неискушенному провинциальному зрителю столичный уровень качества, над которым кропотливо колдовала бессменный педагог-репетитор коллектива заслуженная артистка Коми АССР Ольга Васильевна Коханчук. В паре с художественным руководителем она решала судьбы людей, волей случая попавших на этот алтарь творческих экспериментов. Таких творений было предостаточно.

В большинстве своём это опусы самого Гордеева: «Театр Карабаса», «Танго», «Двое в лодке», «Слепая», «Мелодия любви», «Мужчина и женщина», »Пассакалия», «Неожиданные манёвры или свадьба с генералом». Вспоминается старая гвардия первооткрывателей, которые стояли у истоков формирования коллектива: Галина Дедюхина, Таисия и Игорь Мазжухины, Сергей Анкутдинов, Лариса Мейстер, Игорь Михайлов, Юлия Шевелёва, Юрий Застрожнев, Нина Щелкунова, Семён Лапин и другие.
Идея создания ансамбля классического балета принадлежала известной русской балерине Ирине Викторовне Тихомировой. Позже его возглавил Вячеслав Гордеев, с приходом которого начался золотой век труппы, впоследствии переименованной в Государственный театр «Русский балет».

К этому времени всё увереннее заявляют о себе молодые таланты. Выпускники лучших балетных школ Москвы, Санкт-Петербурга, Перми, Новосибирска: элегантные Яна Казанцева и Андрей Рябов, академичная Елена Князькова и утончённая Ирина Лузганова, моя землячка техничная Ольга Хондо, великолепная Марина Богданова, совершенные в своём мастерстве Юлия Воробьёва и Константин Дурнев, амбициозный Эдуард Бурнаев, романтичная Ангелина Армейская, характерные Виктория и Виталий Ахундовы и мой добрый друг, ученик Петра Пестова, эрудит и собиратель старины Юрий Бурлака, впоследствии известный реконструктор старинных балетов и один из художественных руководителей балетной труппы Большого Театра России.

В репетиционном процессе неоценимую помощь в воспитании чувства стиля оказал известный московский балетмейстер, заслуженный деятель искусств России, профессор Герман Николаевич Прибылов. Присущие ему природный аристократизм и мудрость всегда вызывали уважение труппы.

Недостатка в приглашённых артистах «Русский балет» не испытывал. В разные периоды времени в спектаклях коллектива принимали участие легенды русского балета Екатерина Максимова, Нина Тимофеева, Надежда Павлова, Любовь Кунакова, Андрей Кондратов, Наталия Чеховская, Василий Полушин, Элеонора Куватова.

С театром «Русский балет» сотрудничали и легендарные мастера танца Асаф Мессерер, Марина Семёнова, Шамиль Ягудин, Михаил Лавровский. Хотелось быть чище как их форма, мудрее как их мастерство, блистательнее как их карьера. От одного только упоминания этих имён сердца трепетали. Это было удивительное время, подарившее нам уникальную возможность общения с выдающимися людьми.

Музыкальное отступление

Мой отъезд в Австрию носил скорее характер вынужденной командировки. Хотелось открыть для себя что-то новое. Оставаться на западе я не планировал. Это были обычные гастроли по Австрии с театром «Русский балет».

В венском Штадтхалле мы показывали «Лебединое озеро». Волей случая на спектакле я познакомился с главным балетмейстером Венской оперы Еленой Чернышёвой и её ассистентом Юрием Видером (впоследствии он стал менеджером Владимира Малахова). К счастью, в балетной труппе освободилось место пианиста. Юрий по совету Елены предложил мне сыграть прослушивание в театре. Я воспринял это как шутку, но на следующий день всё-таки пришёл в оперу.

Дирижёр Роберт Лютер поставил на рояль партитуру «Ромео и Джульетты» Прокофьева и поросил меня сыграть с листа, что я и сделал с невероятным удовольствием без всякого волнения и страха. Мне всегда нравились такие эксперименты.

Так просто решилась моя судьба. Пробная вылазка за границу растянулась в длительную эмиграцию. И только преданный мне внутренний голос настойчиво твердил: «Ссылка, ссылка!» А уж в свете трагических событий на Украине и вовсе - эвакуация.

Но двадцать пять лет спустя я могу с уверенностью сказать, что Вена стала для меня вторым домом, некой цитаделью, где воедино сложились все пазлы творческих метаний и поисков.

В своём разумном безумстве я, как мне кажется, стёр грань между музыкой и танцем, поделившись со зрителем самым сокровенным - своей душой.

Мэтр смычка

В 1995 году в Венской опере состоялась премьера оперы Альфреда Шнитке «Джезуальдо».
За дирижёрским пультом всемирно известный виолончелист и музыкальный руководитель спектакля Мстислав Ростропович.
Одно его присутствие в театре было событием. Величие Мастера, его естественность, высочайший профессионализм, великолепное знание немецкого языка, простота в общении, музыкальная интуиция очаровали всех музыкантов оркестра и артистов, занятых в постановке. Это был обыкновенный гений.

В один из будничных постановочных дней, отыграв балетный класс, я был очень удивлён тем, что меня разыскивает не кто нибудь, а сам Мстислав Леопольдович.
Не успев оправиться от этой новости, я столкнулся с Ростроповичем при выходе из балетного зала. Ему кто-то рекомендовал меня как неплохого концертмейстера.
В результате мы провели несколько репетиций и с упоением поработали над концертом для виолончели с оркестром композитора Гии Канчели. Бывший директор оперы Йоан Холендер предоставил нам свой кабинет. Играть с Ростроповичем - это невероятное блаженство...

Один из таких репетиционных моментов был прерван появлением супруги Маэстро - несравненной Галины Вишневской, императрицы оперной сцены Большого Театра. Она выглядела потрясающе. Изысканный вкус подчёркивало элегантное платье безукоризненного покроя.

Окинув нас пронзительным взглядом Вишневская с материнской заботой поинтересовалась: «Слава когда у вас пауза? Ведь уже время обеда».Тем не менее мы продолжили репетицию. А потом Ростропович пригласил меня в знаменитую венскую кондитерскую «Демель» полакомиться пирожными и выпить «Меланж», традиционный венский кофе.

Я чувствовал себя не совсем комфортно, так как Маэстро настойчиво просил обращаться к нему на «ты» и никак не Мстислав, а только Слава. В этой простоте я вижу величие гения. Слава его таланту. Слава его мудрости. Слава Всевышнему, что он был так благосклонен ко мне.

Bella Майя

С блистательной Майей Плисецкой я встретился в 90-х в Санкт-Петербурге на международном конкурсе артистов балета «Майя».

На престижное соревнование слетелись молодые таланты со всего мира. Австрию представлял Борис Небила, молодой и неопытный танцовщик Венской оперы. Поэтому поездка в Санкт-Петербург казалась мне большой авантюрой. Необычайно высокий уровень конкурсантов почти не оставлял нам шансов. Но в этом мальчике было что-то особенное. Подкупали его непосредственность и одержимость. Подобного фанатизма в работе я давно не встречал.

Я не только аккомпанировал Борису во время выступления, но и репетировал вместе с ним.

Этот удивительно обаятельный и музыкальный человек достигал поразительных результатов. Благосклонность и некоторая симпатия Майи к танцору сделали своё дело: Борис получил специальную награду - приз зрительских симпатий. А уже на следующем конкурсе завоевал серебряную медаль. Прогресс был очевиден. Ренато Занелла, в то время балетный директор Венской оперы предложил Борису контракт солиста балета.
А меня ожидала в опере ещё одна встреча с великой Плисецкой. Это случилось на прогоне «Лебединого озера».

Майя эффектно вошла в балетный класс, повергнув в шок труппу и всех, кто был там в тот момент. В звенящей тишине примадонна проследовала к зеркалам балетного зала и скромно присела рядом с роялем. Она умиротворенно наблюдала за происходящим.

Я играл нуреевскую версию «Лебединого озера», а танцоры выкладывались изо всех сил. Шутка ли - великая Плисецкая присутствует на репетиции! Правда среди молодых артистов всё-таки нашлись те, кому имя Плисецкой ни о чём не говорило. Мне хотелось кричать от возмущения! Ведь Майя - это же наша история, мировое достояние, без которого балет немыслим. Без прошлого нет ни настоящего ни будущего.

Вечером того же дня мы рукоплескали Майе в венском Концертхаусе. Женщина-звезда, женщина-планета, над которой не властно время. В этот вечер она несколько раз на бис танцевала «Умирающего лебедя».

Днём позже в Венской опере я играл для неё класс. Когда я вошёл в студию, Майя уже разогревалась, переодевшись в чёрное трико и лёгкий хитон. Невероятное обожание и восхищение . Это были те незабываемые ощущения, которые я испытывал, наблюдая за её экзерсисом у станка.

Зная уважительное отношение Плисецкой к музыке и умение слышать, я старался наилучшим образом соответствовать ей в своём музыкальном сопровождении. Закончилась первая комбинация с tondu batteman, и мы перешли к plie. Вдруг Майя остановилась, отдышалась, повернувшись ко мне и сказала: «Игорь, давайте не будем лениться, я сделаю plie с другой стороны».

Как раз в этот момент в зал заглянул балетмейстер Карлос Гасио, знавший Плисецкую ещё по Кубе. Он виновато улыбнулся Майе и поинтересовался когда мы закончим, так как пришло время другой репетиции.

Майя Михайловна бросила недоумевающий взгляд на Карлоса, повернулась ко мне и произнесла: «С такой музыкой мне трудно остановиться!».
Такая похвала из уст величайшей балерины сравнима разве что с поцелуем Бога!

Розыгрыш моей судьбы ...

Могли бы Вы рассказать о проектах, которые Вам особо дороги?
Синдром Дягилева


Так случилось, что балетная тематика в моей творческой биографии всегда проходила красной нитью, переплетаясь в кружеве идей во славу великого искусства Терпсихоры. Но добиться золотого шитья бывало нелегко. Это возможно только благодаря соавторству с истинными мастерами, дабы не приходилось штопать по живому, получая вдогонку нелестные отзывы критиков, взваливших на себя бремя профессиональных ценителей прекрасного. Часто они жестоки, некорректны, снисходительны. И время от времени хочется воскликнуть: « А судьи кто?»

В 2005 году в Москве я презентовал проект «Фанни Эльслер Гала». В рамках фестиваля «Бриллианты мирового балета» название вечера звучало так: «Фанни Эльслер приглашает». Во время интервью один из критиков поинтересовался: «Почему на спектакле не присутствует сама Фанни Эльслер?» Неосведомлённый мастер пера, не вдаваясь в подробности истории балета, готовился к личной встрече с ней - с Фанни Эльслер!

Это чудовищное невежество повергло меня в состояние шока... Собственно говоря проект задумывался как дань уважения великой австрийской балерине, которая блистала в XIX веке. В основе вечера поставленные специально для этого случая хореографические миниатюры.

Я ни в коей мере не собирался посягать на оригинал. Та же «Качуча» из «Хромого беса» или «Краковянка» из «Цыганки» претерпели существенные изменения. Поэтому тонкая стилизация на забытые темы в прочтении признанного мастера реставрации старинной хореографии Пьера Лакотта, а также Бэллы Рачинской и Натальи Кайдановской вполне вписались в канву вечера. Премьерный показ состоялся на родине австрийской балерины в Айзенштадте. Позднее Гала с успехом прошёл и в Венском театре Ан-дер-Вин, в Московском академическом Малом театре и в Екатеринбурге.

В Казани в рамках ежегодного Нуреевского фестиваля я вместе с известным в советское время хореографом, а ныне живущим в Австрии Вакилем Усмановым осуществил моноспектакль «Нуреев навсегда». Это был срежиссированный Гала с участием звёзд мирового балета, достойно завершивший XXI Нуреевский фестиваль.

На сцене блистали солисты Большого театра Наталья Осипова, Мария Александрова, Надежда Грачёва, Иван Васильев, Дмитрий Гуданов, солисты Парижской оперы Матильда Фурстье и Матиас Хайман, солисты Венской оперы Ольга Есина, Владимир Шишов, Денис Черевичко, Эно Печи, солист Штутгартского балета Фридеман Фогель, солист Лондонского королевского балета Давид Махатели, солист Американского балетного театра Даниил Симкин.

Ведущий вечера - артист Московского театра Советской Армии Фёдор Чеханков своим бархатно-завораживающим голосом сумел погрузить зрителей в ностальгическое состояние, навеянное воспоминаниями о великом танцовщике Рудольфе Нурееве.
Нужно отдать должное и Дмитрию Симкину за талантливо придуманную сценографию. На три экрана, установленные на заднике сцены проектировались образы Нуреева, рассказывающие зрителю о его партиях в балетных спектаклях. Рояль в центре сцены и окружающие его ангелы как бы парили в облаках, привнося в атомсферу зала щемящее чувство одиночества и ощущение бренности бытия.

В моем исполнении звучали Моцарт, Рахманинов, Черепнин, Уильямс. Остальные фрагменты балетов шли под аккомпанемент оркестра Татарского театра оперы и балета имени Мусы Джалиля, которым дирижировал известный музыкант Вэлло Пэнн. Этот Гала был потом показан телеканалом «Культура» и признан наиболее удачным проектом, созданным в память о Рудольфе Нурееве.

Еще один проект каждый год позволяет мне пережить незабываемые ощущения. А когда-то, будучи официальным пианистом Люксембургского международного конкурса артистов балета я был далёк от понимания того, что это место окажется для меня едва ли не главным в творческом поиске новых идей и организации вечеров Gala des Etoiles.
Они стали возможны во многом благодаря энтузиазму и беззаветной преданности искусству танца моих друзей Джорджа Ришетта и Наталии Ипатовой.

Мы воплотили проект в жизнь ценой невероятных усилий. Теперь он стал сенсацией для далеко не балетного города Люксембурга. Традиционно эти вечера проходят весной в Гранд театре с участием звёзд мирового балета. Выдающаяся балерина современности, прима Большого театра Светлана Захарова, принявшая участие в Гала-2015, подтвердила высочайший уровень этого праздника балета, который теперь является доброй традицией.

Кантабиле Владимира Малахова

С Владимиром Малаховым я познакомился на Всесоюзном конкурсе артистов балета в Концертном зале им. Чайковского незадолго до моего ангажемента в Венской опере.
Я аккомпанировал занявшему третье место танцору из Татарстана Бахтыжану Смагулову. Вариация Армена из балета «Гаянэ» в его исполнении так понравилась зрителям, что мне пришлось играть её на бис.

Малахов выступал в паре с техничной балериной из Государственного классического балета Татьяной Палий. На этом конкурсе он был удостоен золотой медали. Академизм, блестящая школа, чистота линий и удивительной лёгкости прыжок позволили ему в будущем занять достойную нишу в плеяде выдающихся танцовщиков русского балета.
В 1991 году во время турне Московского государственного театра «Русский балет», которым руководил народный артист Советского Союза Вячеслав Гордеев, я тайно прошёл прослушивание в Венской опере и получил приглашение на работу в балетную труппу. Тогда этой компанией руководила Елена Чернышёва, некоторое время работавшая с Барышниковым и Нуреевым.

На следующий день после моего удачного показа в опере я улетал вместе с «Русским балетом» назад в Москву так и не подписав контракт. Документы ещё не были готовы.
На помощь пришла мама Владимира Малахова. Позже она передала мой контракт в Госконцерт господину Тимошенко.

Времени на размышление не было. Я должен был сообщить о своём решении в Вену. Удивительным образом преодолев советские бюрократические барьеры мне за день оформили паспорт и визу.

Меня ждала Вена. Неизвестная, манящая, готовая увлечь в мир музыки, романтики и танца.

Владимир Малахов к этому периоду являлся ведущим солистом балета Венской оперы. Мои первые репетиции с ним начались с балета «Жизель» в версии Елены Чернышёвой. Почти все сценические пробы, как говорят австрийцы, были на мне. Не лучшая редакция.Много спорных моментов и в хореографии и в декорациях. Но всё менялось в одночасье, когда на сцене стремительно появлялся Альберт - Владимир Малахов, органичный и естественный.

Затем были спектакли «Ромео и Джульетта» в постановке Джона Кранко, «Лебединое озеро» Рудольфа Нуреева, «Тщетная Предосторожность» Фредерика Аштона, «Дон Кихот» Елены Чернышёвой.

Но балет «Манон» Кеннета Макмиллана стал особенным в творческой карьере Владимира. Это было время Анн Вульямс, моего очередного балетного директора.
Канадское телевидение как раз тогда приступило к съемкам фильма «Правдивый принц» о Владимире Малахове. Значительная часть фильма отводилась спектаклю «Манон». Где только не снимали: и в балетном зале, и на сцене, и даже в кафе «Моцарт» в сердце Вены.

В фильме я играю адажио из первого акта и финальное па-де-де. Владимир и ведущая австрийская балерина Бригитта Штадлер в тот момент репетировали с педагогом труппы Кристианом Тихи.

Именно Бригитта танцевала с Нуреевым последний спектакль «Раймонда» в Вене. Партия Де Грие в трактовке Малахова - сплошное эстетство и аристократизм. В копилке многочисленных образов, созданных им, этот несомненно один из лучших.

Возглавивший затем балетную труппу итальянец из Вероны Ренато Занелла предложил Владимиру Малахову попробовать себя на хореографическом попроище. Так родились балеты «Бал-Маскарад» на музыку Джузеппе Верди и «Баядерка» на музыку Людвига Минкуса.

Малахов пригласил меня в Нью Йорк для предварительной работы над музыкальным материалом по балету «Баядерка».

По многим причинам в партитурах балетов иногда использовалась не только оригинальная музыка автора. В угоду тем или иным артистам добавлялись танцы и сцены, написанные другими композиторами. Мы же попытались сохранить Минкуса в чистом виде.
В свободное от репетиций время допоздна просиживали в студиях АВТ ( Американского балетного театра), а потом уставшие, но довольные плелись домой.
Апартаменты Владимира располагались в одном из престижных небоскрёбов Нью Йорка на Бродвее недалеко от Metropolitan Opera.
Наша встреча оказалась плодотворной. В своё время эта версия «Баядерки» в моей музыкальной редакции с успехом шла в Венской и Берлинской государственных операх.

Настоящее время

После сорока время начинает постепенно прибавлять в шаге, изредка комбинируя его с непроизвольным галопом. Всё,что по молодости казалось медленным, скучным и нестерпимо нудным, каким-то чудесным образом приобрело иной смысл и значение.
Вроде бы профессиональный тыл защищён опытом, есть интерес к жизни, к работе и жажда творчества. Но теперь стало катастрофически не хватать времени, несущегося с огромной скоростью.

Неужели с годами? Но не буду о грустном. Мне за пятьдесят... Это много или мало, чтобы начать жизнь сначала? Было бы идеально - с чистого листа...

Просыпаясь от ноющей боли в спине, но с бодрящей головной я понимаю, что не всё ещё упущено и меня ждёт порой чересчур увлекательная перспектива познания чего-то нового и неизведанного. Успеть бы. Не споткнуться. Ведь сейчас темп allegro плавно перешёл в vivace. А это значит максимальная результативность при минимуме затрат.
В конце концов краткость - сестра таланта. А я с родственниками дружу. Вооружившись этими простыми и бесхитростными принципамия опять, собрав чемодан и открыв второе дыхание, отправляюсь в свой очередной вояж.

Viva la Vita!
Das Leben ist schön!
Жизнь продолжается!

========================================================================
ВСЕ ФОТО - ПО ССЫЛКАМ


Последний раз редактировалось: Елена С. (Чт Май 21, 2020 9:39 pm), всего редактировалось 2 раз(а)
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 22307
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Май 18, 2020 7:06 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2020051803
Тема| Балет, Большой театр Беларуси, Персоналии, Людмила Хитрова
Автор| Алеся Загорская
Заголовок| Балерина Людмила Хитрова: «Счастливая, успешная в любимой профессии мама лучше уставшей домохозяйки»
Где опубликовано| © агентство «Минск-Новости»
Дата публикации| 2020-05-18
Ссылка| https://minsknews.by/balerina-lyudmila-hitrova-schastlivaya-uspeshnaya-v-lyubimoj-professii-mama-luchshe-ustavshej-domohozyajki/
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ



Об отпуске по уходу за ребенком на пике карьеры корреспонденту агентства «Минск-Новости» рассказала заслуженная артистка Беларуси, ведущий мастер сцены Большого театра Людмила Хитрова.

— В Большом не будет спектаклей до сентября. Как живут артисты?

— Уже больше месяца труппа нашего театра в частично оплачиваемом отпуске. Обещают, что вот-вот репетиции должны возобновиться. Мы все с огромным нетерпением ждем выхода на сцену.

— Такой вынужденный перерыв — экстраординарное событие. Вот и вы из-за рождения ребенка пропустили лишь один театральный сезон. Чем запомнился нынешний?

— У меня было много поездок. Причем по личным приглашениям, не в составе труппы: матерей, воспитывающих детей до 3 лет, разрешили отправлять в командировки лишь недавно. Выступала в Польше, Китае, Ирландии.

Обычно в таких поездках балетные артисты каждый день переезжают. Приходится всякий раз адаптироваться, привыкать к новой площадке. В Греции повезло: выступали на одной сцене в небольшом городе недалеко от Афин. Поэтому, несмотря на насыщенный график, однажды даже удалось искупаться в море.

Надеюсь, театральный сезон не закончился и впереди ждет премьера. Молодой постановщик Сергей Микель ставит спектакль «Пер Гюнт».

В балете сохранена основная сюжетная линия пьесы Генрика Ибсена. Ее герои и проблематика — предназначение человека, поиск самого себя, потеря своего истинного пути. Но в постановке появятся и современные черты. Балет насыщен драматизмом. Я исполняю партию Сольвейг, любовь которой — спасение для Пер Гюнта. Репетиций пока было немного, но я работаю над образом.

— И в отпуске?

— Да. Каждый день делаю упражнения на растяжку. Я занимаюсь балетом с 10 лет и отлично понимаю, что моя профессия требует колоссальной самодисциплины. Без каждодневных физических нагрузок тело теряет форму: утрачивается эластичность связок, слабеют мышцы, костный аппарат. Восстановиться после перерыва очень сложно.

— Говорят, балетный мир жесток. Это так?

— Когда 12 лет назад я пришла в театр, смотрела на всех широко открытыми, наивными глазами. Сегодня многое изменилось. С коллегами связывают деловые отношения. Настоящих друзей немного. К сожалению, с годами понимаешь, что за красивой картинкой прячутся нелицеприятные вещи: зависть, обман, интриги.

— Профессиональные травмы случаются?

— Не без них. Как правило, это проблемы со связками, сухожилиями, стопой. Почти у всех деформированы косточки на ногах. Одна девочка из кордебалета недавно сделала операцию по ее удалению. И для нее это такое счастье! Кто-то копит деньги на увеличение груди или липосакцию, а артисты балета — на удаление косточки.

— Майя Плисецкая не родила ребенка, потому что боялась потерять форму. А вы на пике карьеры решились уйти в декретный отпуск. Для ведущего мастера сцены это был сложный выбор?

— И да, и нет. Узнав о беременности, не испугалась. Мне было 28. Понимала, что карьера рано или поздно закончится, а ребенок будет моим продолжением. Но тогда я исполняла партию Женщины в премьерном спектакле «Орр и Ора», репетировала «Корсара» — нужно было время, чтобы психологически перестроиться. В тот период меня очень поддержала семья. Решение на время оставить театр приняла сразу, а вот привыкала к нему постепенно. На втором месяце перестала выступать. Повезло, что беременность совпала с окончанием театрального сезона: пропустила лишь один. После рождения малыша лишние килограммы ушли сами собой. Продолжала поддерживать физическую форму, а когда сыну исполнилось полгода, вновь вышла на сцену.

— Не боялись осуждения окружающих: мол, что за мать, оставила ребенка…

— Считаю, что, подарив новую жизнь, женщина не должна забывать о себе. Счастливая, улыбающаяся, успешная в любимой профессии мама лучше уставшей, замученной бесконечными хлопотами домохозяйки. Причем время, проведенное вместе, будет более ценно для обоих.

— Вы впечатлительный человек? Людские пересуды сильно ранят?

— Балетный мир не приемлет слабых. Я не из них, у нас с супругом очень непростая история. Конечно, порой сложно справляться с эмоциями, хотя я учусь. Понимаю, что невозможно быть хорошей для всех.

— Кто помогает воспитывать малыша?

— Олег (супруг — заслуженный артист Беларуси Олег Еромкин. — Прим. авт.). Мои мама Елена Григорьевна и папа Анатолий Владимирович. Они живут в Нижнем Новгороде, но по очереди приезжают нянчиться с внуком.

У нас очень теплые отношения. Не помню, чтобы когда-нибудь меня ругали, осуждали, упрекали. Они самые близкие люди. Знаю, что родители всегда поддержат.

— Нынешняя ситуация — непростое испытание. Для творческих людей особенно. Удается находить в ней свои плюсы?

— Конечно. В вынужденном отпуске наслаждаюсь домашним уютом, общением с родными, воспитанием сына. Наверстываю, так сказать, упущенное.

Сейчас Даниилу 2 года. Это такой замечательный возраст, когда ребенок познает окружающий мир. Ему всё интересно! Для меня это золотое время: мы вместе играем, читаем, рисуем, гуляем в парках. Сейчас могу себе позволить то, на что раньше не хватало времени. Знаете, несмотря на тяжелые физические нагрузки, которые приходится выдерживать артисту балета, скажу честно: быть мамой сложнее. Это ежеминутный кропотливый труд, требующий колоссальных энергетических затрат! Вечером чувствую себя выжатой как лимон: ложусь и моментально засыпаю.

— Расскажите, пожалуйста, о сыне.

— Даник — большой непоседа. Даже когда смотрит мультфильм, его глазки устремлены на экран телевизора, а ножки приплясывают.

Особенная страсть сына — поезда. Мы часто приезжаем на железнодорожную станцию и машем проезжающим мимо составам. И машинисты отвечают! Это так приятно, Даниил в восторге.

Вообще с появлением сына жизнь изменилась. Если раньше мы с Олегом встречались с друзьями, ходили в кинотеатры, на выставки, то сейчас весь мир вращается вокруг малыша. Он наш главный зритель.

Вся эта ситуация с пандемией — время переосмысления. Возможность расставить в жизни приоритеты, задуматься о настоящих ценностях, будущем…

— Артисты балета одними из первых уходят на пенсию. Конечно, вам до нее еще долго. Тем не менее задумывались, чем займетесь после завершения карьеры?

— Артисты балета имеют право на пенсию после 20 лет работы. Ребята, которым до нее оставалось 3–4 года, интересовались размером выплаты. По новому законодательству им насчитали 40 рублей. Так что танцевать я буду вечно (улыбается). А если серьезно, хотела бы открыть балетную школу. Сегодня их немало в Минске, но за яркой рекламой порой лишь профанация.

Мне интересно обучать тех, кому балет действительно интересен. Моя знакомая, к примеру, встала на пуанты в 30 лет. У нее открылось второе дыхание. Конечно, о профессиональной карьере речь не идет, но благодаря новому увлечению она расцвела: появился блеск в глазах, вкус к жизни. Надеюсь, мои знания и опыт будут полезны людям. Дарить другим радость — настоящее счастье.

Справочно:

В репертуаре Людмилы Хитровой — партии Жизели в балете «Жизель», Золушки в «Золушке», Евы в «Сотворении мира», Джульетты в «Ромео и Джульетте», Анны в «Витовте», Одетты-Одиллии в «Лебедином озере» и другие. Гастролировала в Великобритании, Италии, Мексике, Южной Корее, Германии, Испании, Франции.

Фото Павла Русака

=================================================================================
ВСЕ ФОТО - ПО ССЫЛКЕ
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 22307
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Май 18, 2020 9:24 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2020051803
Тема| Балет, Театр балета Бориса Эйфмана, Персоналии, Антон Лабунскас
Автор| Елена Чапленко
Заголовок| Антон Лабунскас. Театр балета Бориса Эйфмана. Интервью
Где опубликовано| © "Мир и Личность" №5(67)
Дата публикации| 2020-05-18
Ссылка| https://clck.ru/NXEwm
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ



Елена Чапленко: С чем Вы связываете основные сложности, которые могут возникнуть при возобновлении творческого процесса после вынужденной приостановки?

Антон Лабунскас:
После такого отдыха, наверное, самое сложное будет войти в прежний жёсткий ритм работы. Лично я для себя понял, что за эту изоляцию стал внимательнее относиться к жизни и ещё больше ценить свободное время. Но и по творческой активности соскучился! В частности, я должен был принять участие в концерте прекрасной петербургской певицы Жени Любич, который должен был состояться 28 марта в Детском театре танца Бориса Эйфмана, и теперь перенесён на 19 сентября.

Елена Чапленко: Для создания образа в процессе фотосъёмки Вам важно слышать музыку?

Антон Лабунскас:
Музыка меня вдохновляет очень часто, я могу заплакать, слыша какую-либо песню, например. Музыка может затронуть такие струны моей души, что не знаю, кто бы ещё так смог чувствовать, как я. А в плане фотосъёмки я люблю быть сосредоточен на процессе и в этот момент мне достаточно слушать щелчки затвора фотоаппарата. Внутри меня звучит всё, я двигаюсь и создаю красивые образы.

Елена Чапленко: В каких современных тенденциях Вы усматриваете прогрессивное направление в балете?

Антон Лабунскас:
Современный балетный танец, благодаря определенной свободе движения и танца, не стесненной многочисленными правилами, позволяет увлечься балетом даже в зрелом возрасте. Ведь танец в стиле модерн не требует отличной техники, в нём главное – природная пластика тела, позволяющая выполнять различные движения, в том числе и сложные движения. В последнее время современный балет получил широкое распространение и в России. Различные элементы классического балета гармонично сочетаются с новыми танцевальными движениями, что даёт свободу вариаций и комбинаций, а это придаёт танцу особую выразительность. Я думаю, что эта пандемия даст огромную почву для современных хореографов, и мы увидим после что-то совсем новое!

Елена Чапленко: Какие литературные произведения, на Ваш взгляд, не могут стать основой для балетной постановки?

Антон Лабунскас:
История «дружбы» литературы и танца уводит к истокам возникновения этих жанров. Так или иначе, танец и литература соприкасались и пересекались на протяжении веков. Но их подлинное слияние произошло только в XX веке с возникновением драмбалета, наивысшей точки оно достигло в творчестве Джона Ноймайера, хореографа с чутьём и знаниями филолога, создавшего уникальный авторский жанр литературного балета. Я не люблю, например, когда за основу берут пусть и знаменитое, но слишком скучное и пресное произведение, для меня в таком случае и хореография становится унылой, а если добавляют ещё совершенно не цепляющую музыку, то хочется спать на этом действе. И возникает вопрос, может и не стоило авторам за это браться. А в целом, конечно, пробовать можно с любым интересным литературным произведением, даже с Трактатами Ленина, там уйма разных сюжетов.

Елена Чапленко: С кем из танцовщиков Вы работаете в настоящее время в качестве репетитора? Какие требования Вы им выдвигаете в плане профессионального сотрудничества?

Антон Лабунскас:
Я работаю в театре Эйфмана с артистами кордебалета, а в нашем театре это огромное поле для работы – и массовые танцы, и корифейские, и сольные фрагменты, и разных персонажей, всех артистов не перечислить, дабы никого не обидеть! Я ценю, когда артист прислушивается к моему мнению, и на сцене я вижу потом результат!

Елена Чапленко: Что Вас увлекает вне балетного пространства?

Антон Лабунскас
: Вне балетного пространства я веду активную общественную и социальную жизнь. Даю мастер-классы для любителей, провожу специализированные занятия для возрастных моделей, принимаю участие в фотопроектах, устраиваю выставки. Являюсь соавтором социального проекта для детей, которые занимаются балетом «CALENDAR BALLET». Я получаю очень много предложений от организаторов различных видов деятельности – от показа мод до благотворительных экологических акций и, когда позволяет время, я принимаю участие в них. Участвуя в различных мероприятиях, я стараюсь выступать в роли популяризатора балета, потому что считаю, что главная моя деятельность – это донести до людей далеких от балета, что обязательно надо ходить в театр и вкусить это искусство. Люблю отвлечься на кухне у плиты, придумывая что-то новое на этом поприще, и вы знаете, добился уже успеха, даже создал в социальной сети Instagram собственную кулинарную страничку @kulinaroterapia. Это действительно терапия для меня. Могу просто гулять часами по улице и люблю путешествовать.

Елена Чапленко: Вы, пусть даже в шутку, придерживаетесь каких-либо суеверных обычаев в процессе творчества?

Антон Лабунскас:
Верю в то, что, если чего-то очень ждёшь, об этом не надо рассказывать никому, иначе не случится! Испытал на себе в разных формах. Помню, я очень не хотел, чтобы произошло одно событие, и специально раньше времени всем трезвонил про него, в итоге оно не состоялось.

Елена Чапленко: Когда Вы формируете собственное мнение о таланте и профессиональных качествах танцовщика или хореографа, Вы, в большей степени, ориентируетесь на его общепризнанный статус или на своё, личное восприятие увиденного?

Антон Лабунскас:
Ориентируюсь на своё восприятие в первую очередь, конечно, смотрю и на общее, но не стану хвалить, если мне не нравится, а такое не редко бывает! Но если кто-то очень зацепил и действительно оставил меня в восторге, я не стесняюсь говорить об этом и этому человеку (похвала творит чудеса), и другим – пусть даже вопреки некоторым мнениям!!!

Редакция газеты "Мир и Личность"
в лице главного редактора Елены Чапленко
благодарит Антона Лабунскаса
за интересный рассказ


Фотографии - из личного архива Антона Лабунскаса
Фотограф - Алексей Кривцов

=========================================================================================
ВСЕ ФОТО - ПО ССЫЛКЕ
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 22307
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Май 20, 2020 10:10 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2020052001
Тема| Балет, Варшавский театр оперы и балета, Персоналии, Чинара Ализаде
Автор| Рустам Гасымов
Заголовок| Чинара Ализаде: «Я получаю большое удовольствие от участия в этих спектаклях»
Где опубликовано| © «Yenicag.Ru — Новая Эпоха»
Дата публикации| 2020-05-20
Ссылка| https://yenicag.ru/chinara-alizade-ya-poluchayu-bolshoe-udo/344820/
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ



Интервью Информационно-аналитической онлайн газеты «Yenicag.Ru — Новая Эпоха» с лауреатом престижных международных конкурсов, солисткой Варшавского театра оперы и балета, заслуженной артисткой Азербайджана Чинарой Ализаде.

Чинара Ализаде родилась в Москве. В 1995 году поступила в Академию танца Нового гуманитарного университета Натальи Нестеровой. В 1999 году продолжила обучение в Московской государственной академии хореографии. Учась в академии, исполняла ведущие партии в спектаклях — в частности, на сцене Большого театра партию Маши в балете «Щелкунчик» П. И.Чайковского.

В 2005 году Чинара завоевала I премию (младшая группа) Международного конкурса артистов балета и хореографов в Москве, после чего была приглашена в балетную труппу Большого театра, где дебютировала в партии Лебедя (Четыре лебедя) в балете «Лебединое озеро» П. И.Чайковского.

Чинара Ализаде последние четыре года работает в Варшавском театре оперы и балета. Что нового в жизни азербайджанской балерины, каких успехов ей удалось достичь, работая в Польше, чем она занимается, находясь в условиях социальной самоизоляции, в связи с распространением коронавирусной инфекции — в нашем интервью с молодой талантливой балериной.

— Чинара ханум, Вы уже несколько лет работаете в Варшавском театре оперы и балета. Какие новые партии Вам удалось исполнить за этот период? Были ли у Вас премьерные спектакли?

— Конечно, в каждом театре репертуар отличается друг от друга, но какие-то спектакли могут и дублироваться. Я практически сразу окунулась в новый репертуар театра Вельки (Большой). Он был построен на Театральной площади в 1825-1833 годах по проекту Антонио Корацци. Директор балетной труппы Кристоф Пастор. Он также является главным хореографом в театре и в репертуаре числятся многие его спектакли. Язык его пластики неоклассический – это классика, смешанная с современным танцем. У каждого хореографа свой пластический язык, поэтому мне в первое время местами даже пришлось где-то переламывать тело, ощущения, но всё-таки у меня получилось уловить нюансы, которые хотел видеть Кристоф Пастор. Я получаю большое удовольствие от участия в этих спектаклях. Их отличает глубина, эмоциональность и душевность, построенная на взаимоотношениях между партнёрами.

Придя в первый год в труппу, я станцевала одноактный спектакль «Адажио и Скерцо», затем «Казанова в Варшаве» — роль Бинетти,«Буря» – роль Миранды, «Болеро» М.Равеля. Все эти спектакли поставил хореограф Кристоф Пастор. Во время моей работы в Большом театре там ставился балет «Хрома» — один из самых популярных спектаклей хореографа британца Уэйна Мак-Грегора, но мне так и не посчастливилось принять у нём участие. Я очень рада, что это реализовалось в Варшаве, где мне довелось выступить в этом спектакле, исполнив роль Алины. В Польше также исполнилась одна из моих давних мечт – станцевать Никию в спектакле «Баядерка» в хореографии Наталии Макаровой.

Затем были балет «Шопениана»- роль Сильфиды, «Лебединое Озеро» – роли Одетты и Одиллии, «Щелкунчик» – роль Клары (хореограф Кристоф Пастор). Я даже не думала, что мне когда-нибудь посчастливится исполнить роль Маргариты из спектакля «Дама с камелиями». И каким счастьем/удачей была работа с самим Джоном Неймайером с хореографом данного спектакля. Он уникален, а репетиционный процесс с ним даёт ценный и незабываемый опыт. Я также исполняю вторую главную роль в этом спектакле Манон.

Я также танцевала в «Notre Chopin», одноактном современном спектакле Лиама Скарлетта на музыку Шопена. Одна из последних моих работ – современный номер или неоклассическая миниатюра «Токката» хореографа Кристофа Пастора.

И, конечно, премьера, состоявшаяся в мае прошлого года в Варшаве, «Спящая Красавица» Юрия Григоровича, где я исполнила роль принцессы Авроры.

Это были премьеры, помимо которых в мой репертуар входят многие классические спектакли, например, «Дон Кихот» (Китри) — станцовано три разных редакции; «Жизель» (Жизель), «Корсар» (Медора и Гюльнара); «Лебединое Озеро» (Одетта и Одиллия) — станцовано три разных редакции. Получить более подробную информацию можно на моем веб-сайте.

— Как показывает мировая практика, любовь к балету или опере следует прививать в детстве, чтобы воспитать поколение театралов и любителей этих двух искусств. Как в Европе прививают любовь к высокому искусству молодому поколению? Устраиваются ли детские спектакли? Доводилось ли Вам танцевать перед детской публикой? Если да, то в каких спектаклях и чем, на Ваш взгляд, отличаются юные зрители?

— За последнее время процент молодёжи, посещающей спектакли, заметно вырос, и это очень радует. В зале часто можно увидеть студентов, которые активно интересуются искусством. Конечно, за этой тенденцией скрывается большая работа, а именно показ детских спектаклей, которые регулярно ставятся в нашем театре, что позволяет заинтересовать юных зрителей, большинство которых, повзрослев, сохранит эту добрую традицию и продолжит посещать спектакли.

На мой взгляд, нет ничего лучшего для детей, чем спектакль «Чиполлино», в котором я принимала участие, будучи артисткой Большого театра, исполняла роль одного из главных персонажей Магнолию. Это чудесный балет в хореографии Генриха Майорова. Музыка как нельзя лучше передает характер персонажей. Очень веселый, яркий, добрый и динамичный спектакль, и дети, по моему мнению, от него в восторге. И, конечно, всем известный и любимый «Щелкунчик» — прекрасная новогодняя сказка для детей, пронизанная чудесами и волшебством. В Варшаве у нас идёт версия известного английского хореографа Уэйна Иглинга.

Самое необыкновенное чувство, когда детишки открыто реагируют на происходящее в спектакле: смеются или плачут, искренне сопереживая героям сказки, радостно аплодируют. Поэтому участвовать в детских балетах очень интересно.

— Чинара, было бы интересно узнать, кто из всемирно известных балерин близок Вам по духу, технике, артистизму, манере и стилю выступления? Это может быть одна балерина или сразу несколько, ведь каждая личность – это, прежде всего, индивидуальность, обладающая своими особенностями?

— Самой первой записью балета, которая у меня появилась, был спектакль «Кармен» с участием выдающейся балерины Майи Плисецкой. Как сейчас помню, после просмотра я была впечатлена и воодушевлена – она меня просто покорила своей харизмой, характером исполнения, апломбом балерины, заразила своей энергией. Плисецкая настолько естественно перевоплощалась в каждую исполняемую роль в своей творческой карьере, живя на сцене, что даже в одном и том же спектакле она была каждый раз разная. Плисецкая – это истинная актриса, очень женственная и неповторимая.

Я с детства принимала участие в спектаклях Большого театра и у меня перед глазами были лучшие примеры для подражания и вдохновения – это такие балерины, как Нина Сперанская, Нина Ананиашвили, Надежда Грачёва, Марианна Рыжкина и Мария Александрова, которая была и остаётся для меня примером балерины высокого профессионализма, чистоты исполнения и человека с сильным характером и духом.

— Всем известно, что балерины следят за своим рационом. К тому же, постоянные тренировки и выступления в спектаклях помогают им сжигать калории. Но сейчас, находясь в условиях самоизоляции, когда нет спектаклей, как Вам удаётся поддерживать оптимальную физическую форму? Расскажите про свой рацион питания, помогающий избегать лишних калорий.

— Диет в основном придерживаются девочки на начальном этапе, когда приходят в театр после школы. У них в это время переходный возраст, организм перестраивается, и это влияет на изменение обмена веществ в организме. В принципе, будь то артист кордебалета, либо ведущий артист в спектакле, занятый в постоянном репертуаре театра, у всех у них огромная физическая нагрузка. Большинство из них, по моему мнению, не нуждается в строгих диетах, так как выступления позволяют им тратить колоссальное количество калорий.

К счастью, я никогда не придерживалась строгих диет, и очень благодарна природе за такую конституцию, позволяющую мне есть всё, что мне нравится, и при этом не прибавлять в весе. Единственно, я очень давно отказалась от мяса и прекрасно себя чувствую. Поэтому у меня нет строгих ограничений.

Говоря о том, как я поддерживаю форму во время режима социальной самоизоляции я просто продолжаю тренироваться в домашних условиях, которые, конечно, не заменят тех физических нагрузок в балетном зале, а тем более во время спектаклей, но тем не менее ежедневные тренировки позволяют оставаться в форме и не переживать по поводу лишних калорий.

— Расскажите про Ваш обычный распорядок дня во время режима самоизоляции?

— Мой день традиционно начинается с чашечки любимого кофе. Это мой каждодневный ритуал. Затем завтрак, обеспечивающий меня энергией на весь день, дающий силы для предстоящих тренировок. Вообще, завтрак для меня очень важен. Меня увлекает сам процесс его приготовления, так как я творчески подхожу к его оформлению и подаче. Вдвойне приятно это делать для своего любимого человека.

Это время, когда мы оказались в самоизоляции, достаточно непростое, а для представителей творческих профессий, в частности артистов балета, особенно трудный период. Каждодневная привычка репетиций в балетном зале, танец души и тела перед публикой, выход на сцену – ничем незаменимы. Но всё-таки пришлось приспособиться к режиму социальной самоизоляции, поэтому каждый день с утра я обязательно выделяю время для упражнений балетного класса. У меня есть маленький кусочек линолеума, и держась за спинку стула вместо балетного станка, я пытаюсь в непривычных для себя домашних условиях провести тренировку. Один денёк в неделю позволяю себе отдохнуть (улыбается).

Затем идут уроки с моими учениками, с которыми мы занимаемся в онлайн-режиме. И это один из плюсов карантина. Я с радостью передаю свои знания юным последователям, что доставляет мне большое удовольствие. Эти уроки могут быт разбросаны на целый день с перерывами на дневное и обеденное время. И немного времени остаётся на мои собственные занятия для души.

— Как Вы отметили, даже сегодня Вы регулярно занимаетесь со своими учениками, а раньше регулярно давали мастер-классы за рубежом. Расскажите про Ваши занятия. Насколько сложно привыкнуть к такому виду обучения?

— Я стала преподавать около трёх лет назад. Учитывая мою постоянную загруженность в театре, занятия проходили не регулярно, время от времени я проводила мастер-классы. В Варшаве у меня появились свои ученицы, как профессионалы, так и любители, с которыми мы плодотворно работаем. Сейчас это дети младшего и среднего возраста. Для меня очень важно в глазах ученика видеть его заинтересованность, отдачу и работоспособность. Со своей стороны, я стараюсь максимально точно передать свои знания, творческий и сценический багаж, которым я владею. Наблюдать за успехами своих уников – большое счастье. Это значит, что они меня слышат, понимают. Я также расту вместе с ними. Я уже несколько лет подряд провожу мастер-классы в Испании в таких городах, как Мурсия, Аликанте, Бенидорм. Испанские дети не менее старательные, трудоспособные и внимательные, что меня очень радует. Многие из них имеют прекрасные данные для балета, но, к сожалению, не знают, как ими воспользоваться, а я им в этом помогаю. Когда я вижу, что всё, сказанное мной, впитывается учениками, как губкой, и при этом их глаза горят желанием заниматься, это стимулирует меня уделять ученикам ещё больше времени.



И вот сейчас, когда страны закрыли свои границы, остановилось авиасообщение и мы вынуждены сидеть в своих домах на самоизоляции, мы видим, что выход всё же есть. Спасибо разработчикам технологий, благодаря которым мы можем заниматься онлайн. Я использую программы «Zoom» или«Skype». Сначала я не была полностью уверена в эффективности подобного формата занятий, когда ты не можешь поправить собственноручно своих учеников, но первые пробные виртуальные уроки дали положительный результат. Я была приятно удивлена, насколько всё здорово получается и этот метод работает достаточно продуктивно. Мы с ученицами работаем изо дня в день и даже делаем успехи (улыбается).

— А можно ли в домашних условиях готовиться к будущим спектаклям и, к примеру, разучивать новые партии?

— Не думаю, что домашние условия дают возможность подготовить целый спектакль в техническом плане, да и дуэтные танцы требуют наличие партнёра. Однако, можно разучить некоторые аспекты, например, выучить текст хореографии, отработать какие-то отдельные элементы в танце, поработать над руками и техникой. Это могут быть вращения, пируэты, быстрые переборы ног и прочее, в меру дозволенности домашнего пространства.

— Говорят, что самоизоляция — это время, когда у творческих людей появилась возможность заняться тем, до чего раньше никак не доходили руки, учитывая их загруженный график. Что Вы можете сказать об этом?

— Моя страсть помимо балета – это кулинария. Процесс приготовления меня безумно вдохновляет, позволяя погрузиться в «творчество» и эмоционально отдохнуть. Даже в режиме работы и сильной загруженности, я всегда находила время для готовки, а сейчас наслаждаюсь этим процессом вдвойне. Люблю здоровую пищу, но моя маленькая слабость – это сладкое. Обожаю разные десерты, тортики, пироги. К счастью, могу себе это позволить. Мне нравится не только готовить по рецепту, но и экспериментировать, пробовать сделать что-то оригинальное. В процессе может получиться что-то интересное и вкусное. Занимаясь выпечкой, я использую полезную муку и люблю смешивать её разные виды. У меня есть свои рецепты низкокалорийных пирогов без использования выпечки.

К моему большому сожалению, азербайджанских блюд я не готовлю, так как по большей части эта кухня достаточно калорийная, содержащая много мясных блюд. Единственное, что я люблю – кутабы с большим количеством разнообразной зелени. Такую пищу я считаю очень полезной.

Меня также увлекают иностранные языки. Я с преподавателем изучаю английский язык, но в планах у меня еще испанский, уж очень он мне нравится, такой мелодичный и красивый. К тому же, планирую в будущем продолжить свои мастер-классы в Испании и знание языка мне очень пригодится.

— На Вашей странице в соцсети Вы зачастую публикуете профессиональные фотографии, как портретные снимки, так и сезонные фотосессии. Расскажите про осенний фотосет, который отличался особой художественностью. Как родилась идея этого проекта? Как Вы подбирали костюмы, искали локации, сколько времени проходили съемки и т.д.?

— Мы с моим женихом Вольдемаром (Waldemar Szmidt) вдохновились осенней красотой Варшавы. Вообще, осеннее обилие красок вокруг делают фотографии более насыщенными, яркими и красочными. Мой жених по профессии оператор-постановщик, фотографией он занимался раньше, а сегодня это большое его хобби. Самое удивительное, что мы специально ничего не планировали и этот проект родился спонтанно. В Польше очень живописная природа, но у нас есть одно излюбленное местечко в крае озер – Мазуры. Это фантастическое по своей красоте место, поэтому наш выбор чисто интуитивно пал на него. Для съёмки я подобрала себе костюм из театра, воображая осенний колорит, чтобы соблюсти гармонию, учитывая краски польских пейзажей. Съёмка продлилась один день. У нас очень слаженный дуэт, мы понимаем друг друга с полуслова – Вольдемар выбирает локацию, видя нужную ему картину для кадра, он очень креативный человек, поэтому весь процесс проходил весело и интересно.



— У Вас, как у человека искусства, есть свой личный интернет-сайт. Что интересного смогут там найти поклонники Вашего творчества?

— На моём сайте имеется информация, касающаяся моей биографии и творчества. Посетители также могут посмотреть фрагменты из моих спектаклей, видеопроекты, снимки в разных ролях и самое главное – это возможность следить за графиком моих выступлений и мастер-классов, информацию о которых я обязательно там размещаю. Когда придёт время, и мы вернёмся к нашей обычной жизни, я продолжу пополнять сайт новой информацией, фото и видеоконтентом для поклонников моего творчества, друзей и знакомых.

— И напоследок, несколько пожеланий и советов от Чинары Ализаде начинающим балеринам или тем, кто хочет связать свою жизнь с балетом, но пока не решается сделать выбор.

— Дети в юном возрасте ещё не могут понять всех трудностей, которые в будущем их ожидают. Они видят только красивую сторону этой профессии. Поэтому родители юных созданий должны знать и понимать, что балет – это огромный физический труд, требующий колоссальной отдачи, работоспособности,сильного характера, трудолюбия и упорства. К тому же, очень важно любить свою профессию, только в этом случае твое дело/работа будет приносить тебе удовольствие, что очень важно для достижения успеха.

— Чинара ханум, большое Вам спасибо за интересную и содержательную беседу. Мы Вам желаем творческих успехов и реализации всех намеченных планов.

— Большое спасибо за интерес к моему творчеству.

Главное фото: Екатерина Зеленская

===============================================================================================
ВСЕ ФОТО - ПО ССЫЛКЕ
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 22307
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Май 20, 2020 10:20 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2020052002
Тема| Балет, StaatsOper, Персоналии, Эвелина Годунова
Автор| Беседовала Рита Трошкина
Заголовок| Балерина Эвелина Годунова: “Все мы в этом мире – кордебалет”
Где опубликовано| © радио Baltkom
Дата публикации| 2020-05-20
Ссылка| https://mixnews.lv/culture/2020/05/20/balerina-evelina-godunova-vse-my-v-etom-mire-kordebalet/
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ



Эвелина Годунова – наша гордость. Три года назад она вошла в список лучших балерин мира, победив с большим отрывом в престижном Международном XIII конкурсе балета в Большом театре. Причем, это случилось в ее день рождения. Эвелине тогда исполнилось 26 лет. А сейчас она солистка балетной труппы берлинской StaatsOper.

В Берлине она танцует уже второй сезон. И призналась, что очень счастлива работать в таком прекрасном театре, где ее очень хорошо приняли. О том, как она сама и берлинский балет переживали нынешнюю чрезвычайную ситуацию, балерина рассказала в эфире программы “Личное утро” на радио Baltkom/

С началом пандемии ее театр закрыли на карантин. Случилось это 13 марта.

“Как раз 14-го должны были начинаться наши “Лебединые озера” – целый блок был запланирован. А также “Баядерка” в постановке Алексея Ратманского. Мы все были в прекрасной форме и мечтали выйти на сцену. Но обстоятельства нас остановили. Сначала отменили спектакли, а через несколько дней – и репетиции. Всех попросили сидеть дома, с возможностью выхода на улицу. К счастью, нас не “закрыли” так, как в Италии или на юге Германии. В Берлине все было достаточно просто. Но у нас отменилось 12 спектаклей”.

Несколько дней назад у Эвелины должна была состояться премьера – она готовилась танцевать Жизель в паре с Дину Тамацлакару в одноименном балете. Теперь все переносится на будущее. Но есть и хорошие новости.

“Несколько дней назад мы наконец-то вернулись в наши любимые театральные стены, где можем репетировать, двигаться, прыгать. Пока сидели дома, мы тоже старались репетировать. В первую же неделю приобрели балетный станок домой, потому что без него невозможно работать. А нужно. Тело быстро забывает движения, и все навыки исчезают. Поэтому тренироваться нужно ежедневно – это как чистить зубы. По-другому никак. Наш театр сразу же предоставил нам балетный пол. Тренировались дома, как могли. Конечно, крутиться нельзя было – боишься упасть, не хватает пространства вокруг. Но ничего, мы привыкли, открыли в себе новые грани, новые способности. И даже прыгали. Думаю, соседи снизу были не очень рады, что над ними живет балерина…”, – рассказала Эвелина.

В Берлин Эвелина переехала вместе с любимым мужем, солистом балета Евгением Хисамутдиновым. И период карантина они переживали вместе.

“Мне не было одиноко. У нас прекрасная семья. Мы вместе. Моментами было сложно, так как надо было куда-то девать энергию. И мы с мужем решили заниматься бегом. Чтобы сохранять форму. Бегали в парке. Еще у нас появилось время для чтения – до этого до любимых книг редко руки доходили. Сейчас читаю все подряд”.

Эвелина рассказала, как жители Берлина воспринимали чрезвычайную ситуацию и ограничения:

“Вначале люди, узнав об эпидемии, очень напряглись, даже испугались, даже ринулись в магазины скупать макароны, туалетную бумагу, тушенку. Мы все очень переживали, понимая, какая серьезная ситуация в мире.на улицах люди носят маски, перчатки, очень ответственно ведут себя. Сейчас есть уже послабления. Но дистанция остается. В любых заведениях мы обязаны надевать маски. Музеи и парикмахерские уже открылись. Театр закрыт до конца августа. Но мы занимаемся. Наша труппа поделена на группы по 6 человек. У нас 12 групп, и все занимаются, соблюдая дистанцию – 6 метров. Театр предоставляет нам возможность провериться на ковид19.

Рано или поздно это, конечно закончится. Хорошо бы, чтобы одним из уроков карантина был такой: мир начнет понимать, что мы – один большой организм, что мы несем ответственность друг за друга. Что мы все в этом мире – не солисты, а кордебалет”.

Эвелина рассказала, что в Берлине – чудесные зрители. Всегда очень тепло принимают спектакли. Тем не менее она очень скучает по Риге.

“Я скучаю по Риге, по маме и, конечно, по нашему театру. Там даже запах особенный – пахнет древесиной. Для меня это театр, без которого невозможно жить. Когда я приезжаю в Ригу, первым делом звоню Айвару Лейманису и прошу – пустите меня позаниматься. И бегу в театр, чтобы просто насладиться этим временем. В Риге началась моя карьера, и рижский зритель для меня особенный”.

Полную запись программы “Личное утро” с Эвелиной Годуновой можно послушать

здесь
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 22307
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Май 21, 2020 11:19 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2020052101
Тема| Балет, БТ, Персоналии, Кристина Кретова
Автор| Елена Федоренко
Заголовок| Кристина Кретова, балерина: «Без спектаклей форму сохранить не удастся»
Где опубликовано| © Газета «Культура»
Дата публикации| 2020-05-21
Ссылка| https://portal-kultura.ru/articles/theater/326552-kristina-kretova-balerina-bez-spektakley-formu-sokhranit-ne-udastsya/
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ



Солистка балетной труппы ГАБТ Кристина Кретова в условиях карантина открыла танцевальную онлайн-школу и не забывает посещать виртуальные классы в Большом. Артистка рассказала «Культуре» о профессиональных буднях в вынужденном новом формате.

— Как проводите карантин? Чем занимаетесь?

— Нахожусь дома, в Москве. С 12 часов — обязательная тренировка с Большим театром в Zoom, мы занимаемся два часа. Потом — дела домашние, приготовление обеда себе и сыну. Три раза в неделю посвящаю время студентам моей новой онлайн-школы балета в Инстаграм, которую я назвала «Балет с Кристиной-балериной».

— То есть балетную форму поддерживаете коллективно и виртуально?

— Первые дни изоляции мы занималась самостоятельно. Через пару недель рассталась с «самодеятельностью» и вступила в группу артистов, которую ведет Геннадий Петрович Янин (солист балета Большого театра. — «Культура»). Мы начинали со станка, сейчас уже делаем полноценный класс и два раза в неделю упражнения на пуантах. Коллективный тренаж здорово дисциплинирует и мотивирует. Когда занималась одна, могла сделать паузу попить чай или отозваться на просьбу сына. Сейчас уже не отвлечешься, потому что все мы слушаем педагога, получаем замечания и стараемся, потеем, пыхтим.

— Достаточно ли этого для сохранения балетной формы?

— Конечно, нет. Без спектаклей такую форму, как была раньше, сохранить не удастся. В балете, например, очень важно дыхание, и оно нарабатывается нагрузками, в основном физическими, но и эмоциональными тоже. Их обеспечивают именно репетиции и выступления на сцене. Ведь упражнения, что мы ежедневно, с первого класса школы, делаем у станка — это движения, которые тело отлично знает, оно к ним привыкло. Думаю, только месяца через полтора после начала полноценной работы мы придем в нужную форму.

— Расскажите, что за виртуальную школу вы организовали?

— Я давно хотела открыть свою школу, но не хватало времени, потому что репетиций в Большом достаточно много. Я живу в театре, а домой прихожу только ночевать. Сейчас, на карантине, многие артисты начали давать онлайн-уроки. Мне в директ стали поступать сообщения — меня спрашивали, почему я не веду классы для желающих? Решила: почему бы и не попробовать? Я уже заработала себе имя, это хорошая помощь для организации школы. Создала отдельную страничку в Инстаграм, и трижды в неделю мы занимаемся в прямом эфире, а затем мой урок сохраняется на сутки. За свой труд назначила почти символическую плату — 300 рублей за часовой урок, плюс к нему бонус: мы делаем еще гимнастику лица, которая сейчас пользуется огромным успехом. В дальнейшем планирую подготовить видео-уроки для непрофессионалов. Обратная связь от благодарных подписчиц доказывает, что многим они необходимы.

— Вы же открыли и кулинарный блог?

— Я всегда хорошо готовила и любила сам процесс. В театр я всегда приходила с коробочками домашней еды. Я так и не привыкла к блюдам из столовой. Появившееся на карантине свободное время привело многих к плите, все начали кашеварить. Мне приятно, что мои рецепты пользуются спросом, вот я и сделала для них отдельную страничку. Получилось, что за месяц я «выложила» около полусотни рецептов, на данный момент у меня около четырех тысяч подписчиков. Информация о том, что балерина делится рекомендациями о системе питания, разлетелась быстро. Танцовщицам многие хотят подражать и это естественно: они худенькие, стройненькие, и всем кажется, что ничего, кроме нектара и листьев салата, они не едят. Ан нет, оказывается, совершенно наоборот.

— Пару дней назад я позвонила вам договориться об интервью, но вы оказались на съемках. Роман с телевидением продолжается?

— Все началось с «Болеро» на Первом канале. Это танцевальное телешоу придумал Илья Авербух, решив разрушить традиционное представление о танце: балерины не надевали пуанты, а их партнерами становились фигуристы, которые расставались с коньками. Так началось мое знакомство с телевидением. Затем пригласили в жюри на проект «Танцы» на ТНТ, потом последовало участие в судейской бригаде «Танцев» на НТВ — «Ты супер!» и кулинарная программа «Легкая еда» на телеканале «Царьград». Предложения о съемках поступают часто, что мне очень льстит. Несколько дней назад мы снимали телеигру «Устами младенца». Зрители отсутствовали, мы, участники, приехали в масках и перчатках, но непосредственно перед записью передачи лица открыли. Остальное проходило в обычном режиме.

— Есть ли хореографы, которым вы доверяете безоговорочно?

— Да, это Джон Ноймайер и Кристофер Уилдон. Уилдон интересно придумал образ Гермионы (спектакль «Зимняя сказка». — «Культура»), и я счастлива, что смогла ее станцевать. Один из самых моих любимых спектаклей — «Анна Каренина» Ноймайера. И, конечно, его «Дама с камелиями». Я сейчас полностью поглощена драматическими трактовками балетных ролей. Мне нравится не только танцевать, но и играть: переживать, страдать, радоваться — «жить на сцене».

— В вашей биографии три московских театра: «Балет Кремля», Музтеатр Станиславского и Большой. Целенаправленно ли вы прокладывали путь на главную сцену страны?

— Получилось легко и просто. Помните, как говорил старшина Васков: «Не стоять, засосет!» Я все время двигалась: не хотела замирать на одном месте. Никакого сознательного пути к Большому театру не прокладывала, да и никогда не мечтала там оказаться. Спасибо судьбе, она меня вывела.

— Вы участвуете не только в спектаклях театра, но отчаянно бросаетесь в проекты Андриса Лиепы, Ивана Васильева. Зачем вам эта дополнительная нагрузка?

— Никакая это не дополнительная нагрузка! А развитие себя, возможность открыть новое. Почему нет? С Иваном мы не делали такой балет: спектакль представлял собой смесь мюзикла, шоу, танцев, пения. А с Андрисом я давно сотрудничаю, его проект «Русские сезоны. XXI век» в свое время дал мне огромный толчок. Я всегда благодарна Андрису за то, что он впустил меня в свои спектакли, я много танцевала в его балетах.

— Насколько коронавирус отредактировал ваши планы?

— Планы сильно изменились. Не состоялись гастроли в Америку с Большим театром, для меня они были долгожданными. Сорвалась поездка на фестиваль в Мексику к Элизе Кабрера и Михаилу Канискину. Собиралась я и в Берлин, где должна была преподавать студентам балетной школы. И самое главное — не встретился со зрителями мой новый сольный спектакль, который мы готовили три месяца. Его организовало продюсерское агентство Open Art во главе с Игорем Колбом из Мариинского театра. Я сама пригласила художников и балетмейстера Диму Масленникова, финалиста «Танцев» на ТНТ. Сейчас об этом грустно говорить, потому что на 28 марта была назначена премьера, и за несколько дней до этого нас всех отправили на самоизоляцию. Понятно, что не случится и второй показ, намеченный на конец мая. Спектакль у нас готов, и мы ждем подходящего момента.

— У вас есть информация, надолго ли затянется балетная изоляция?

— Знаю, что 29 июля мы планово выходим на работу, но как она будет продвигаться, нам неизвестно.

— Как думаете, зритель сразу придет в театр или понадобится время для адаптации и преодоления страха?

— Думаю, что зритель не сразу придет в таком количестве, к которому мы привыкли. Но по общению в соцсетях с балетоманами знаю, что они уже изнемогают, потому что для них спектакль — некий наркотик, они «подпитываются» силой искусства. И наши верные зрители ждут не дождутся открытия театров. Постепенно все нормализуется, главное, чтобы все были здоровы!


Последний раз редактировалось: Елена С. (Чт Май 21, 2020 11:16 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 22307
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Май 22, 2020 11:21 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2020052201
Тема| Балет, МТ, Персоналии, Раманбек Бейшеналиев
Автор| корр
Заголовок| 25-летний Раманбек Бейшеналиев стал артистом балета величайшего в истории Мариинского театра
Где опубликовано| © Limon.KG
Дата публикации| 2020-05-04
Ссылка| https://limon.kg/news:72625/
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

Limon.KG - Русский балет занимает высокое положение в мировом театральном искусстве. Он ценится во всем мире благодаря выдающимся артистам и хореографам. Мы хотим представить вам молодого Раманбека Бейшеналиева, артиста балета Мариинского театра, который считается одним из величайших театров оперы и балета в истории. Попасть в эту труппу, конечно, было непросто. Сначала он отучился в хореографическом училище, потом уехал в Санкт-Петербург, чтобы учиться в Академии русского балета. Что значит балет для нашего героя, узнаете в интервью.



L. Здравствуйте! Раманбек, расскажите о себе.

Родился я в Бишкеке. У меня есть две сестры, старше меня на 8 и 13 лет, я самый младший.

L. Где вы учились?

Я учился в единственном хореографическом училище Кыргызстана им. Чолпонбека Базарбаева (БХУ). После первого курса уехал в Санкт-Петербург в Академию русского балета им. А.Я. Вагановой, где отучился три года. Дальше начал работать в Мариинском театре.

L. Раманбек, почему вы решили связать свою жизнь с балетом?

Ну так получилось. В детстве у меня была хорошая растяжка, мог сесть на шпагат, был гибким, эти данные увидел мой дядя, который тоже является артистом балета. Он посоветовал поступить в училище. Вначале я не хотел, но в итоге решил и не жалею об этом, ведь к этому у меня были способности. Самое главное, что мне это нравится.

L. В каких спектаклях вы принимали участие в Мариинском театре?

Во многих, почти во всех, которые идут там.

L. Не бывало ли, что вы не хотели исполнять какую-либо роль?

Бывало, не хотел, потому что считал себя слабым. Обычно ты не хочешь брать ту роль, которая считается маловажной. Но с годами понимаешь, что не бывает маленьких ролей. Вначале, когда только начинаешь работать, как молодой, неопытный, то обычно дают легкие второстепенные роли. А потом потихоньку растешь, сейчас уже больше доверяют и дают сольные партии.

L. В чем вы себе отказываете?

Не то, чтобы отказываю, бывает, не хватает времени, потому что мы все время находимся в театре. Много репетиций, мало перерывов, можно сказать, я отказываю себе в длительном отдыхе. Люди могут позволить себе уехать загород на 2-3 дня, а у нас такое редко бывает. Если даже у тебя выходной, ты должен поддерживать свою форму.

L. А что насчет диеты?

У меня ничего такого нет, но это зависит от человека. Например, у меня такое строение, что могу кушать все и при этом оставаться в хорошей форме. Но с годами начинаешь осознавать и есть правильную пищу с витаминами. Например, я уже начал контролировать свой рацион питания, обращаю внимание на витамины, всякие минералы, комплексы.

L. Сколько уже работаете в Мариинском театре?

Работаю уже 6 сезон.

L. Расскажите, как вы попали в этот знаменитый театр?

В Академии русского балета и во всех балетных школах мира есть урок классического танца, который считается основным. И в конце каждого года бывают экзамены, а на последнем курсе самый важный, куда приходят руководители разных театров, чтобы оценить и отобрать себе артистов. Но основной театр, куда нас готовят, это Мариинский. В самом же театре проходит еще один кастинг с комиссией из театральных педагогов. Примерно занимаетесь час и показываете, на что способны.



L. А какая конкуренция?

Конечно, конкуренция большая, это же один из самых лучших театров мира. Людей очень много, особенно в наше время.

L. В каких странах вы танцевали еще?

С гастролями успел побывать во многих странах. В основном это Америка, Китай, Япония, куда едем раз в три года, в Германии бываем каждый год. Также Англия, Италия, Швейцария.

L. А есть ли какие-то различия в балете?

Ну конечно, в балете есть различия и в каждой культуре они свои. Русский балет ценится по всему миру. По движениям артиста сразу становится ясно, из какой он школы.

L. Есть ли карьерный рост в балете?

Да есть, это можно назвать балетной иерархией. Сначала идет кордебалет (фр. corps de ballet - тело балета), откуда обычно начинает свой путь артист. Потом корифей, солирующий в кордебалете. Дальше идет второй солист - артист, который исполняет вторые сольные партии, потом первый солист. На самом верху примы и премьеры балета, например, как У.В. Лопаткина, Д.В. Вишнева, А.Сомова, В.Терешкина, Е.Кондаурова, Владимир Шкляров, Кимин Ким, Даниила Корсунцев и многие другие.



L. Мне стало интересно, как вы относитесь к другим видам танца?

С интересом, сам обычно не танцую, но смотреть интересно для общего развития. В театре бывают разные спектакли, где нужны разные стили. Но база у нас, конечно, классика. В каждом спектакле и в постановках встречаются разные виды: классика, современный, нео-классика, модерн, характерные танцы, современные и т.д.

L. А что насчёт финансов?

Мне хватает, театр хорошо поддерживает.

L. Вы задумывались бросить все и заняться чем-то другим?

Бывало, что задумывался, особенно когда сильно работаешь, хочешь больших результатов, репетируешь много, а все не получается. Говоришь себе, все хватит, опускаются руки и думаешь, зачем это мне все надо. Конечно, бывают срывы, но проходит время, я отстраняюсь от всего, начинаю вспоминать, ради чего я это делаю, ради чего столько стараюсь. Взять и бросить, поддавшись эмоциям, никогда хорошим не заканчивается. Потом смотрю на свои записи, ошибки, как другие танцуют, и начинаю вдохновляться и снова возвращаюсь в строй.

L. Вы получали награды?

Пока что только сертификат московского конкурса 2017 года. В Италии в 2019 году получил сертификат - Positano premia de la danza.

L. Скажите, у вас есть фанаты?

Знаете, есть фанаты балета, но чтобы только у одного артиста это редко, но есть. Может быть, есть пару троек моих, но есть такие зрители, которые постоянно приходят на спектакли и пишут.

L. Сколько балетных туфель у вас?

Это зависит от балета. Например женщины, обычно изнашивают пуанты по 2-3 пары за спектакль, а мужчинам легче, с одной обувью они могут станцевать 3 спектакля. Конечно, это тоже зависит от строения ног, кто как двигается. Например, мне хватает одной пары на 3 спектакля.

L. Почему у девушек быстро изнашиваются?

Женская балетная обувь (касок, пуанты) пластиковые, они изнашиваются и становятся мягкими, а когда они мягкие, на них тяжело вставать на пальцы. Мужчины не стоят на пальцах, мы стоим на полупальцах или на целой стопе, поэтому, конечно, нам легче.

L. У вас были травмы?

Первый год, когда пришел в театр, я подвернул себе голеностоп. Вторые полгода ходил с больным коленом. Еще в академии у меня болела поясница, и мне пришлось полгода заниматься с болью и восстанавливаться.

L. А сколько времени нужно для полного восстановления?

Это зависит от степени травмы, если порвал какую-то связку, то очень долго, если небольшой надрыв, то это месяц.

L. Почему балет не развит в Кыргызстане?

Я думал насчет этого, во-первых, это упирается в финансы, государство не обеспечивает театр и нет заинтересованных лиц. А те, кто выпустился в бишкекском училище, идти в театр и работать за мизерную сумму не хочет и на это просто невозможно жить. Конечно, поэтому всем хочется уехать и от этого число артистов в труппе сокращается с каждым годом. Отсюда следует вывод, что ставить балеты и собрать людей тяжело, потому что их нет. Во-вторых, театром мало кто интересуется, молодежь вообще не ходит. А чтобы люди ходили, сначала театр вызывать интерес у людей. Для этого он должен состояться, у нас не состоявшийся. Но это лишь мои предположения.

L. Как вы думаете, есть ли вероятность, что кыргызский балет выйдет на новый уровень?

Возможно, потому что у нас есть хорошие ребята. Думаю, когда-нибудь на это обратит внимание правительство или кто-то вернётся из заграницы с хорошим багажом знаний и возобновит все. Это интересный вопрос, но я не знаю точного ответа, надеюсь, что все будет хорошо.

L. А вы планируете вернуться в Кыргызстан и продолжить свою работу?

Нет, пока не планирую, потому что в плане балета там нечего делать. В месяц идёт пара спектаклей и очень тяжело собирается. Но я восхищаюсь теми, кто, несмотря на все, работает там. Они молодцы, что не бросают и не сдаются.

L. Какие у вас планы на будущее?

Я так особо не планирую, но в мечтах, желаниях - дорасти до хорошего статуса в театре. Дальше посмотрим.

L. Что бы вы хотели сказать кыргызстанцам?

Для начала посоветую, конечно, посмотреть какой-нибудь классический балет, пускай это будет Жизель или Баядерка.

Но в общем такая мысль. Думаю, что в такой тяжёлый период нам всем стоит сделать выводы, посмотреть со стороны и понять, что многое из вещей,что мы делали и считали важным, оказалось незначительным. Мы могли бы сделать что-то лучшее и полезное для общества и природы, для саморазвития.

Если посмотреть на планету, то она выглядит как мы - люди. Сейчас земля отдыхает, никто не ездит, не летает, все приостановлено. Все видели, как Бишкек сразу расцвел, очистился. Это тоже случится и с людьми, если мы будем уделять себе время и внимание. Например, все советуют прочитать книжки, заняться спортом, учить языки, но этого я не сделаю. Я советую убрать телефоны, убрать все плохие мысли, выключить телевизоры на полчаса в день и просто ничего не делать и так каждый день! А это самое тяжёлое, потому что люди не умеют этого, не умеют ничего не делать. Мы думаем, отдыхать - это взять телефон, смотреть телевизор, кушать и т.д. Я советую попробовать сидеть полчаса без дела, но не спать, надо просто быть наедине со своими мыслями и с собой, это будет как небольшая медитация, это челлендж для людей. Вот именно тогда к вам приходят ясные мысли, хорошие ощущения и тело заряжается энергией. Это как перезагрузка сознания, тогда каждый человек сам поймёт, что делать, и не нужны будут советы.

==============================================================================
ВСЕ ФОТО - ПО ССЫЛКЕ
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 22307
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Май 22, 2020 12:12 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2020052202
Тема| Балет, Atlantic ballet of Canada, Персоналии, Элдияр Данияров
Автор| корр
Заголовок| «Кыргызский балет гремел на весь Советский Союз». Элдияр покорил своим талантом сцены России, Казахстана, Англии и ставит свои балеты в Канаде
Где опубликовано| © Limon.KG
Дата публикации| 2020-05-11
Ссылка| https://limon.kg/news:72641/
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

Limon.KG - Элдияру Даниярову 34 года, он родился в городе Балыкчы. Сейчас он ставит балеты в Atlantic ballet of Canada. Чтобы оказаться на руководящей должности, он прошёл большой путь. Элдияр учился у гениальных педагогов и хореографов, как Мелис Асылбашев, Берик Алимбаев и Булат Аюханов. Своим талантом он покорял сцены Moscow City балет, театр Б. Эйфмана в Санкт-Петербурге и театр современного танца «Самрук» в Казахстане. Ему также удалось поработать с американским хореографом и танцевать как приглашенный солист в Лондоне. Каково быть вдали от Родины и стать одним из востребованных артистов, вы узнаете в интервью.



L. Здравствуйте, Элдияр! Расскажите, как вы начали увлекаться балетом?

Здравствуйте! В детстве я был непослушным ребенком. Моя тетя работала бухгалтером еще при Бишкекском хореографическом училище, рядом с рестораном Байтик. Вот она как-то предложила маме привезти меня в столицу и попробовать поступить туда. Видимо, я талантливый человек и мне можно там учиться (улыбается). Самое интересное, я переступил порог хореографического училища в декабре 1996 года.

L. У вас были данные к балету?

Думаю, что я не был настолько физически одаренным ребенком, но недавно я опубликовал свою фотографию в училище. Посмотрел и понял, что у меня балетная фактура: длинные руки, ноги, шея, я худой и высокий. Видимо, вот это и помогло.

L. Сколько лет учились в училище?

Я проучился в хореографическом училище 8 лет, с 1996 -2004 годы.

L. А чем занялись дальше?

Дальше я уехал в Казахстан, к одному из гениальных, известных по всему миру хореографу – Булату Аюханову. Но прежде чем уехать туда, во время обучения в хореографическом училище в Бишкеке, последние годы практики я проходил в народном ансамбле «Ак марал» под руководством Мелиса Асылбашева. Мне кажется, что он один из выдающихся хореографов у нас в стране. Когда я закончил хореографическое училище, всех начали отбирать в театр оперы и балета, а меня не приняли. Видимо, была большая конкуренция между Филармонией и театром, и повлияло, что я не пришел практиковаться в театр, а сразу пошёл в народный ансамбль. Но через год я приехал из Алматы и станцевал ведущую партию как приглашённый солист у нас, и люди, которые меня не приняли, сидели в зале. Это было очень странно.

L. Сколько времени потребовалось вам, чтобы стать гибким? Это трудно или легко?

На самом деле, когда ты маленький, я бы не сказал, что очень трудно. Во-первых, тело ребёнка эластичное, оно ещё развивается, растёт. Мне кажется, у меня не было никаких трудностей, я просто старался делать растяжки, следовал всем заданиям, которые преподавали. Я закончил, кстати, у Берика Алимбаева, это педагог народного артиста СССР Чолпонбека Базарбаева. Такого педагога в Кыргызстане, мне кажется, больше никогда не будет. У него выпустились Максат Сыдыков, Талант Осмонов, много народных артистов СССР. Думаю, все это благодаря его умению учить детей. Он помог мне больше, чем моя растяжка.

L. Вы когда-нибудь задумывались бросить балет?

Нет, никогда в жизни. Видимо, мой педагог привил любовь, потому что очень важно, когда педагог учит ребёнка любить свое дело и преподнесить красиво. Я всегда хотел танцевать, выходить на сцену. Мне нравилась классическая музыка, я смотрел балеты. Мало того что я занимался своим классом, всегда ходил смотреть на старших. Меня невозможно было вытащить из зала.

L. Вернемся к моменту, когда вы уехали в Казахстан. Расскажите про этот период вашей жизни.

Уехал в Казахстан, работал ведущим солистом Булата Аюханова. Через год он сказал мне получить высшее образование, а я хотел танцевать. Он говорит: «Вот придёт время, когда ты закончишь танцевать, а учиться уже будет поздно». Мне кажется, больше по его наставлению я сдал государственный экзамен Казахстана и получил самый высший балл по истории среди поступающих в Казахскую национальную академию искусства им. Т.К. Жургенова. Получил бюджетное место и окончил там в 2009 году.

L. Как прошли ваши студенческие годы?

Во-первых, в моем классе было 7 девочек. Я был действующим артистом, у меня было очень много спектаклей и я был занят на работе, но по возможности мой директор в академии отпускал меня. Когда у меня не было каких-то конспектов, девочки мне помогали.

L. Где вы еще работали?

Я еще работал в России приглашённым солистом в Moscow City балет, потом солистом в театре Бориса Эйфмана в Санкт-Петербурге. Также работал вместе с американским хореографом Полом Эмерсоном и с театром современного танца «Самрук» в Казахстане. Когда еще в постсоветском пространстве не было современной хореографии, у казахов это уже сильно развивалось. Потом как приглашённый солист работал в Лондоне. К сожалению, я никогда официально не работал в Кыргызстане.

L. Поделитесь, какие финансовые возможности у артистов балета?

Я думаю, самое хорошее это европейский, западный театр. Потому что здесь, во-первых, искусство ценится и оплачивается высоко. Я уже на руководящей позиции. Но вот артисты приезжают к нам со всего мира: Испания, Франция, Япония, Австралия и у них очень хорошая зарплата. Если в Кыргызстане $100 в месяц, то здесь они получают в 30 раз больше.

L. В Кыргызстане особо и не ходят на спектакли.

К сожалению, мне кажется, осталось 5-10 лет, когда еще есть возможность ухватиться за уходящий поезд и воссоздать былой кыргызский балет, который гремел на весь Советский Союз. Наш театр оперы и балета был одним из лучших в СССР. Все знают, что русский балет считается самым лучшим во всем мире, вы представляете, кыргызский балет стоял после него. Все артисты, которые тогда выступали, были выпускниками академии А. Я. Вагановой. Т.е. кыргызских артистов учили там, казахских в Москве. Наши педагоги и артисты учились у выдающихся педагогов академии. Они все приезжали обученные, были в такой форме как на уровне Мариинского театра.

Сейчас, когда уже переменные министры культуры, президенты, каждый год приходят еще хуже, один глупее другого, они заменяют друг друга. Когда смотрю на министров культуры, понимаю, что очень мало образованных людей, которые действительно хотят сохранить искусство в нашей стране. Если мне предложили б стать министром культуры, то я не знаю, что сделал бы, во-первых, не взял бы такую ответственность. Если люди идут на такую должность, они должны знать, что их первостепенная задача - сохранить и поднять искусство. Ходить к президентам, должны стучаться к ним каждый день. Все боятся отстаивать, все идет в одном течении. Не буду себя хвалить, но я мог позвонить в администрацию президента и сказать, что хочу встретиться с главой и меня приглашали. Нашему балету, театру нужно внимание, инвестиции, большие деньги, но это необходимо сейчас. Первая балетная школа в мире окрылась в 1661 году, и это европейское искусство есть в Кыргызстане. Они могут это сохранить.

L. Так печально, что театру совсем не уделяют внимания.

Но у нас есть очень много энтузиастов, которые действительно работают и отдали свою карьеру. Буду честен, я был согласен отдать свою карьеру за мизерную зарплату. Есть люди, которые остались, танцуют и я бы хотел, чтобы их поддерживали. Очень много артистов, у которых нет квартиры, они все снимают или живут в общежитии, это недопустимо. Представляете, народные, заслуженные артисты нашей страны, отдавшие всю свою жизнь этому театру, которые блистали на сцене, создавали образы, остались на улице. Они были частью этой истории прошлого, сохраняли все это. Государство ничего не сделало им. Многие таланты, к сожалению, спились, многие умерли. Дай Бог, что министр культуры прочтет, это моя личная просьба к нему, пусть он обратит свое внимание на искусство. Представляете, жить на 100$ и снимать квартиру на 200$. О какой семье вообще идет речь.

У нас очень много талантливых артистов, они блестят по всему миру как звезды. Я б хотел, чтобы их приглашали как гостей. Если будет правильная агитация и преподнести все правильно, зритель придет в театр. В театре Канады работают многие сферы, чтобы продавать балеты, не просто один человек сидит на кассе. У нас есть менеджер по продажам, по рекламе, менеджер, который ездит по странам и продаёт нашу продукцию, идет на собрания по искусству. Вот почему это структура работает.

Меня часто приглашали, я приезжал и танцевал, это было приятно. Был один нехороший инцидент с Султаном Раевым. Кажется, на тот момент он занимал должность советника президента по культуре. Так американский балет привёз труппу из Вашингтона в Казахстан, я подумал привезти их в Кыргызстан. У меня были контакты администрации президента, я позвонил и попросил оплатить трансфер из Казахстана в Бишкек, это всего лишь один автобус, а все остальное: проживание, аренда театра возьмёт на себя американское посольство. Он сказал: «Да, конечно», мы уже планируем. Осталось три дня до спектакля, я звоню, а он не взял трубку, а потом уже бросил. Во-первых, мне было стыдно перед артистами, потому что все было готово. Представляете, американцы и казахи приехали на своих машинах и выступили бесплатно.

L. Конечно, обидно, что так вышло. Вернёмся к вашей карьере, сколько уже вы работаете в Канаде?

Проработал как артист балета 6 сезонов в Канаде, он называется Atlantic ballet of Canada (Атлантический балет Канады).

L. Как вы оказались там?

В балете есть специальные правила, где каждый артист, ученик отправляет свое резюме по всем театрам. Если ты каким-то образом понравился, они связываются с вами. Вот таким образом меня позвали, предложили приехать в Канаду, я приехал, проработал 6 сезонов. Два года назад, когда решил закончить свою карьеру, я пришел к руководству и сказал, что хочу пойти учиться или может ставить балеты в качестве хореографа, они предложили стать ассистентом директора этого театра. Т.е готовить спектакли с артистами, репетировать и учить их. Также они предложили ставить балеты в балетной школе. Сейчас он в процессе, должно было состоиться 1 мая, но из-за коронавируса отменилось.

L. У вас были травмы?

Да, были. Мне кажется, у каждого артиста есть хоть 1-2 травма за всю карьеру. У меня были проблемы с коленами, иногда тяжело. Это все тренируется, самое главное не сдаваться. Иногда думаешь, болит нога и все не буду танцевать, а потом смотришь на других и вдохновляешься. Говоришь нет, сдаваться еще рано.

L. Какие интересные или смешные моменты случаются на сцене или за кулисами?

На сцене люди видят одну картину, за кулисами происходит совсем другая жизнь. Человек выходит на сцену, улыбается, делает вариацию, заходит за кулисы, а у него одышка, не всегда хорошие впечатления (улыбается).

Когда мы учились в хореографическом училище, нас повезли в султанат Амман. С нами поехала наш директор. Вот настало время, когда мы должны выступить, вышли девушки в пачках, мы в лосинах и танцуем. Это арабская страна и многие сидели в хиджабах, включили музыку, мы выходим на сцену. Знаете, зрители просто вставали по рядам и уходили, закрывали друг другу глаза. После этого наши сказали: «Вы можете танцевать народные танцы, а вот балет мы лучше не будем показывать». Так мы просто месяц ходили там. Видимо, когда им сказали балетное училище, они предполагали, что будут дети.

Еще одна ситуация, я был на гастролях в одном из сел Шымкента. Танцевал с одной известной балериной балет «Дама с камелиями», это история о больной женщине, которая любила одного человека. Музыка длилась 17 минут и для начинающего слушателя она кажется вязкой и долгой. Мы танцуем, но в сельской местности не понимали, зачем они это смотря, и люди вставали и просто уходили. А моя партнёрша в то время должна была умирать, показывать эти эмоции, она поворачивается ко мне и у нее истерика, смех. Мы понимали, что зрителям скучно, но нам нужно продолжать, потому что может быть, есть тот, кто понимает балет. Мы ждали 17 минут, когда же музыка остановится, пока мы закончили, половина зала ушла.

L. Вы увлекаетесь другими видами танца?

Да, увлекаюсь, мне нравятся все виды танца. Люблю бальные, спортивно-бальные танцы и смотреть современный контемп, потому что у каждого времени своя стилистика танца и она очень красивая.

L. Есть разница в балетах?

Русский балет я могу отличить сразу, он отличается своей выученностью. Все позиции выворотные, правильные, руки мягкие, все положения корпуса правильные, очень музыкальный балет. Люди очень хорошо обучены, когда я иду в какой-нибудь театр, сразу вижу артистов, у которых русская балетная школа.

В Канаде школа не очень сильная, поэтому много приглашённых артистов со всего мира. Но она развивается.

L. В чем вы себе отказываете?

Я ни от чего не отказываюсь, сейчас мир настолько другой, что человек очень мультифункциональный. Он одновременно может заниматься несколькими делами, не как в СССР: сказали трактористом и всю жизнь так. Часто можешь быть юристом, журналистом и артистом. В еде отказываю, все можно кушать, но в меру. Когда приезжаю в Кыргызстан, не получается. Нужно навестить родственников, той, боорсок, мясо. Я очень люблю кыргызские традиции.

L. Поделитесь ближайшими планами.

Мой спектакль отменился, ждем, что будет. Проектов много, хочу ставить красивые балеты. Потом уже надо задумываться о семье.

L. Что вы пожелаете нашим читателям?

Я читаю много о Кыргызстане и вижу, как молодые люди очень лестно высказываются о нашей стране. Может, это из-за того что много ситуаций изменилось там. Они как-то не ценят нашу страну и находят очень много изъянов. Наша страна такая красивая, с прекрасной природой. Я б хотел сказать, чтобы не делились на регионы. Там есть не только кыргызы, но и другие нации, они все ценят, любят, не делятся. У нас такая маленькая страна, столько разных наций, культур, красивых людей. Я не вижу разницы между кыргызом из Оша и Иссык-Куля.

================================================================================
ВСЕ ФОТО - ПО ССЫЛКЕ
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 22307
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Май 22, 2020 1:18 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2020052203
Тема| Балет, “Русский балет Дягилева”, Персоналии, Анна Павлова, Тамара Карсавина, Алисия Маркова
Автор| Вадим ГАЕВСКИЙ
Заголовок| В портретной
Где опубликовано| © «Экран и сцена» № 10
Дата публикации| 2020-05-21
Ссылка| http://screenstage.ru/?p=13000
Аннотация| НАСЛЕДИЕ

Здесь пойдет речь о трех легендарных балеринах, с которыми была связана жизнь “Русского балета Дягилева”: ее начало, ее многие годы и ее последние несколько лет. Анна Павлова, Тамара Карсавина, Алисия Маркова.


Анна Павлова

Портрет Анны Павловой

Самый знаменитый и самый точный портрет Анны Павловой – афиша Валентина Серова к первому дягилевскому сезону 1909 года. Портрет кажется эскизом, наброском, осторожно сделанным чуть крошащимся мелком, и сама изображенная танцовщица словно бы не успела встать в уверенную позу. Поза кренится, еще не зафиксирована, еще не пробуждена, но это и есть точный сценический образ Павловой-балерины, эскизного характера ее танца. Ничего академически завершенного, никакой демонстрации великой танцевальной школы. Школа, конечно, есть – у последней ученицы Мариуса Петипа, у воспитанницы суровой Екатерины Вазем. Но тут же, на портрете Серова, – неутраченный облик танцующей Анны Павловой, ее неповторимый и ее неисправимый стиль, ее неповторимая и ее неисправимая “выворотность”, или “невыворотность”, так ужасавшая педагогов-педантов. Петипа не ужасался, порой приходил в тайный восторг, педанты хмурили брови. И здесь, на портрете-афише Серова, удивительный “падающий” полуарабеск, какого нет в номенклатуре академических поз и позиций, – тоже открытие, тоже откровение и художника, и его модели. Потому что запечатлен – и запечатлен навсегда – тот неуловимый миг, когда танцовщица без всякого усилия готова оторваться от пола. Падения не будет, танцовщица упорхнет, как бабочка, которую Павлова любила танцевать на эстраде. Падение случится в другом танце, в “Умирающем лебеде”, что явится и в формальном смысле новым словом: потом музыкальная составляющая классического танца возьмет верх над структурно-архитектонической и станет Седьмым вальсом Шопена, а затем и всей “Шопенианой”. Но об “Умирающем лебеде” чуть позже, хотя объяснить этого павловского лебедя не получается, никому не дано; оно необъяснимо – павловское искусство, хотя, кажется, открыто для всех, всему миру, и посвященным, и непосвященным. Здесь редкий, счастливейший случай, когда сверхпопулярное искусство неотделимо от сверхэлитарного. Повторив это, попробуем проследить жизненный путь Павловой, в котором тоже не все до конца объяснимо.

Выпускница Петербургского театрального училища, стремительно (как и все в ее жизни – таков ее жизненный ритм) шедшая к признанию и успеху, она в 1913 году порывает с Мариинским театром, произнеся на прощание горделивые слова: “Танцуйте сами, господин Крупенский” (А.Д.Крупенский – долгое время правая рука директора императорских театров В.А.Теляковского, властолюбивый чиновник, большая шишка и большое ничтожество, к тому же нечистый на руку, – чего по каким-то причинам не хотел замечать его честный начальник). Но еще до того, почти перейдя на положение гастролерши, Анна Павлова организует собственную труппу и много танцует в концертах. В 1909 году, в первый сезон дягилевской эпопеи, она принимает в ней участие, но вскоре уходит от Дягилева, приревновав (согласно стойкой закулисной легенде) к триумфам Вацлава Нижинского. Это, конечно, беспокоило Павлову, не могло не беспокоить, но не в меньшей степени тут сказалось другое: ей было трудно терпеть всевластие Дягилева, его диктатуру. Что не помешало в конце третьего сезона, в 1911 году, ненадолго вернуться к Дягилеву и вместе с Нижинским – вместе с Нижинским! – станцевать “Жизель”, свою лучшую партию в академическом репертуаре. Дягилев очень любил “Аничку” (или “Аннушку”), но еще более ценил послушание и покорность. А Павлова не принадлежала к числу смиренных. Это первая свободолюбивая женщина в балетном театре. Ей было тесно в любой труппе – и казенной, императорской, и независимой, дягилевской. Ее легендарный прыжок-полет, воспетый Анной Ахматовой, описанный Акимом Волынским, – есть танцевальное изъявление человеческого духа, вырвавшегося на свободу. Поэтому ее так тяготила вынужденная прикрепленность к любому месту, академическая неподвижность. Поэтому так необходимы были нескончаемые переезды. Прирожденная гастролерша, она – в историческом плане – завершила гастрольный бум, направив его движение куда-то вспять, в начале которого стояли легендарные парижские этуали 1830–1940-х годов Мария Тальони, Фанни Эльслер, Карлотта Гризи, а потом миланские виртуозки 1880–1890-х Вирджиния Цукки, Карлотта Брианца, Пьерина Леньяни. Те рвались осесть, обрести дом, покончить с судьбой гастролерши. А эта – наша Павлова – с молодых лет стремилась уйти из семьи (разумеется, профессиональной), порвать со своим домом, обрести полную независимость, вообще-то плохо согласуемую с классическим балетом. Такими же настроениями отличались, кстати сказать, многие русские девушки конца XIX века. И самые лучшие, самые достойные среди них. Мудрый наблюдательный Чехов успел это заметить и об этом сказать. Его Нина Заречная живет на берегу озера, “колдовского озера” (по словам доктора Дорна), того колдовского озера, из которого как бы вышли лебединые образы Анны Павловой. Умирающий лебедь, прежде всего. Эту концертную миниатюру, которую Фокин сочинил за несколько минут, Павлова танцевала больше двадцати лет, с ней прожила всю жизнь, с ней осталась в неумирающей легенде. “Ты – наш лебедь непостижимый”, – если еще раз вспомнить Ахматову. Но здесь и наше, современное искусство. В самом деле, вступление в ХХ век, в самом деле, прощание с XIX веком, умирающий классический танец XIX века. Строгое классическое па – pas de bourree – здесь соединено с аморфным неклассическим жестом, жестом всего тела, а не только рук, и из этого соединения строгой формы и вольной деформации родилась новая эстетика художественного танца, да и сам этот новый танец, получивший название “свободный”. Анна Павлова и была провозвестницей свободного танца, ее “Лебедь” появился в декабре 1907 года.

La Karsavina


Тамара Карсавина

Так, с определенным артиклем La, имя Карсавиной было напечатано в популярной газете “Фигаро” на следующее утро после первого дягилевского спектакля. Это означало и зрительское восхищение, и мужской восторг, но и нечто большее – признание творческого масштаба мариинской балерины. До того всеми любимая Тома, талантливая дебютантка с большим будущим, уже станцевавшая две ведущие партии в больших балетах – “Лебедином озере” почти без успеха и в “Корсаре” с успехом, почти сенсационным. Но La Karsavin’ой она еще не была, а тут, в один вечер, сразу стала. Вместе с Нижинским, с которым танцевала па де труа, с которым будет танцевать последующие годы, и который тоже, показав невероятный прыжок – невероятный по дальности и способности зависать в полете, в тот же вечер занял пустующее положение первого танцовщика в мире.

Конечно, парижский критик все правильно написал. Даже с формальной точки зрения Тамара Карсавина демонстрировала незаурядный масштаб, выступая в частной труппе Дягилева и не прекращая – до 1918 года – работать в императорском театре. В одинаковой мере дорожа тем и другим. В равной мере оказываясь душой того и другого дома. А главное – умея ценить и новаторство Фокина, и традиции Петипа. А ведь какая борьба шла за карсавинскую судьбу, какие силы сталкивались! В Петербурге – директор конторы императорских театров, всесильный Теляковский, покровительствовавший Карсавиной с первых ее шагов (возможно, это была единственная и сокрытая от всех любовь холодного и несентиментального администратора-функционера). В Париже – уже всемирно известный законодатель художественных мод Дягилев, единственный в своем роде романтический импресарио, а до того вождь “Мира искусства” (когда-то, кстати сказать, тесно друживший с Теляковским), всем сердцем обожавший Карсавину, насколько он был способен обожать, обе-щавший ей быструю славу. Свое обещание Дягилев сдержал. Он всегда старался быть верным своему слову. Решило же судьбу Карсавиной то, что у Дягилева, хоть и ненадолго, был молодой Фокин, а у Теляковского лишь престарелый Петипа, которого директор ненавидел, считал бездарностью (что было вздором) и взяточником (что было напраслиной, тем более несправедливой, что в конторе Теляковского служили реальные взяточники, с чем он, безусловно, пытался бороться).

Итак, Фокин конца 1900-х годов – начала 1910-х годов, полный сил, вдохновения и честолюбивых стремлений. Это, конечно, было удачей для обоих – счастливое совпадение творческих интересов и творческих возможностей балетмейстера и балерины. И, конечно, они вдохновляли друг друга: Фокина, влюбленного в нее; Карсавину, поверившую в него, хорошо знакомых еще со времени совместных выступлений на мариинской сцене. Раньше других Фокин увидел и оценил неповторимый карсавинский стиль, о котором все говорили одними и теми же словами: мягкость, нежность, грациозность. А возможно, и добавляя про себя очевидные слова, почему-то не произносившиеся: вечная женственность, что, собственно, и стало смыслом их совместной работы. Вечная женственность в каждом движении, в каждой из поз, в каждой из фокинских партий и столь разных ролей: более яркая в “Жар-птице”, более призрачная в “Призраке розы”, более жизнерадостная в “Карнавале”, более печальная в “Сильфидах”, и, наконец, более всего трогательная в “Петрушке”, трогательная вопреки всему – механической кукольности танца, глуповатому выражению лица, глуповатому упорству поступков, и везде вместе с неповторимым карсавинским сценическим простодушием.

Все эти роли – балетмейстерские портреты Карсавиной-балерины, сделанные искуснейшим балетмейстером-портретистом. Повторить это чудо при возобновлениях более поздних лет не удавалось даже самым одаренным балеринам-стилисткам. Да и объяснить тоже невозможно. Но если отбросить метафорический язык, то “чудо Карсавиной” на профессиональном театроведческом языке можно попробовать объяснить, но только приблизительно, далеко не полно, следующими словами. В театральном лексиконе есть понятие “физическое действие”. Ввел его Константин Сергеевич Станиславский, и оно стало обозначать смысл и характер поведения актера на сцене. Так вот, “действий” у Карсавиной на сцене было много, и самых различных, но “физическими” они никогда не казались. Физическое усилие было как будто бы устранено, физическое наполнение как бы отсутствовало совершенно. Поэтому так удалась партия Девушки в “Призраке розы”, где балерина танцует в полузабвении, в очарованном полусне. Это состояние сохранялось у Карсавиной и в партиях более чем бодрствующих, более чем подвижных.

В балетмейстерских портретах Фокина тоже все это сохранилось.

Но, разумеется, были и реальные портреты живописцев и графиков, одни лучше других, одни других старательнее, пристальнее и точнее. Почти все живописцы стремились запечатлеть карсавинское лицо, его неповторимое очарование, его непостижимую прелесть. Тамара Карсавина была, вероятно, самой красивой женщиной Серебряного века. Во всяком случае, именно той, которая понятию “Серебряный век”, от чрезмерного употребления потерявшему какой бы то ни было смысл, этот смысл возвращала.

Творения художников-портретистов надо смотреть, а здесь следует напомнить о портретистах словесных, прежде всего, отечественных критиках, писавших о Карсавиной так, как каждый из них мог: достаточно убого, как Сергей Худеков, достаточно банально, как Валериан Светлов, достаточно содержательно, как Андрей Левинсон, и неизменно возвышенным слогом, как Аким Волынский. Конечно, самые яркие словесные портреты писал именно он, хотя именно он менял свое отношение в зависимости от того, где и что танцевала балерина (у Дягилева или в Мариинском театре). Добавим лишь то, что в период дружеских отношений, он и она, критик-мыслитель и действующая балерина, оба переводили “Письма о танце” Ж.-Ж.Новерра – Тамара Платоновна, следуя примеру своего горячо любимого старшего брата философа Льва Карсавина, была самой просвещенной, самой образованной русской балетной артисткой.

Поэтому ее ценил и самый просвещенный русский балетный артист, а после Фокина и крупнейший русский балетмейстер Федор Лопухов, поэтому ее считали своей и русские авангардисты. Знаменитое стихотворение о ней написала Анна Ахматова, написала в 1913 году, столь много значившем и в ее жизни, и в ее “Поэме без героя”. Прототип портрета не назван, но, судя по многим подробностям, описана Карсавина, а не другая танцовщица – Ольга Афанасьевна Глебова-Судейкина, ближайшая ахматовская подруга.

Вот это стихотворение:

Все мы бражники здесь, блудницы,

Как невесело вместе нам!

На стенах цветы и птицы

Томятся по облакам.

Ты куришь черную трубку,

Так странен дымок над ней.

Я надела узкую юбку,

Чтоб казаться еще стройней.

Навсегда забиты окошки:

Что там, изморозь или гроза?

На глаза осторожной кошки

Похожи твои глаза.

О, как сердце мое тоскует!

Не смертного ль часа жду?

А та, что сейчас танцует,

Непременно будет в аду.


Тут, конечно, самое неожиданное – две начальные строки первой строфы и две конечные строки строфы последней. Ахматова редко использовала местоимение “мы”, и совсем трудно было ожидать таких само-признаний: “Все мы бражники здесь, блудницы”. Четыре года спустя, когда будет закрыта “Бродячая собака” (имеется в виду именно это кабаре, место встречи артистической богемы), Ахматова напишет другое: “Да, я любила их, те сборища ночные, – / На маленьком столе стаканы ледяные, / Над черным кофеем пахучий, тонкий пар, / Камина красного тяжелый, зимний жар, / Веселость едкую литературной шутки / И друга первый взгляд, беспомощный и жуткий”. Да, именно здесь ахматовский царскосельский стих, именно такова подлинная атмосфера “Бродячей собаки”. И именно здесь, не на сцене, а между “маленьких столов” ночью танцевала Тамара Карсавина, танцевала не что-нибудь, а сюиту танцев на музыку Франсуа Куперена, Куперена Великого, знаменитого клавесиниста первой трети XVIII века, придворного пианиста и учителя музыки наследных принцев.

Как же так? Прима-балерина императорского Мариинского театра среди бражников и блудниц? Королевский музыкант и артистическое кабаре? Грациозно-галантный клавесинист и “Бродячая собака”? Может быть, что-то придумала Ахматова с похмелья? И заговорила не своими словами, чужим языком? Нет, тут все правда, и в стихотворении 1913 года, и в стихотворении 1917 года. Петербургская богема была такой, в ней встречались бражники – они же самые свободные умы Петербурга. Ни в коем случае не властители дум, тем более не фанатики тиранических учений, не народники, не марксисты, не религиозные философы, а вольнодумцы и остроумцы, артистичные от природы, наделенные много обещающим даром – поэтическим, живописным, музыкальным. И всегда нестандартным. А отчасти и кощунственным – в должную меру. Вот сюда приходила Ахматова в узкой юбке, вот здесь появлялась Карсавина, по ее словам, богемы сторонившаяся, но порой следовавшая ее призывам. И не только в личной жизни, считавшейся добропорядочной и безупречной, но и на сцене, не только у Дягилева, но и в Мариинском театре. Весной 1908 года молодая Тамара Карсавина станцевала свой первый большой балет “Лебединое озеро”, поначалу не получивший полного успеха. Но затем Карсавина усложняла обе партии – Одетты и Одиллии и, как можно понять из мало что объясняющих восторженных слов, ее Одиллия и стала в балетном театре дансантной богемой в духе пророческих ахматовских слов: “А та, что сейчас танцует, непременно будет в аду”.

Исполняя Одетту, Карсавина, судя опять-таки по догадкам, выносила на сцену совсем иное. Она танцевала не немецкую сказку, а русскую музыку, ту мелодичнейшую музыку легких мечтаний и легкой тоски, которую Чайковский назвал элегией, вероятно, самым точным словом.

“Малышка” Маркова


Алисия Маркова

Последним – и чисто художественным – увлечением Сергея Павловича Дягилева был не кто-либо из начинающих артистов, как Сергей Лифарь, начинающих композиторов, как Игорь Маркевич, или начинающих литераторов, как Борис Кохно, а “малышка” Маркова, начинающая балерина. “Малышкой” ее звали в труппе, имея в виду ее малый рост и совсем малый возраст. В труппу Дягилева она поступила четырнадцати лет, он взял ее после долгих уговоров Серафимы Астафьевой, знаменитого педагога. Но вскорости оценил, изменил имя на Алисию Маркову (настоящее ее имя Лилиан Элис Маркс), необычно заботливо следил за неспешным развитием ее необычного таланта. И даже, со слов самой Марковой, хотел сделать своей наследницей. Что же он в ней ценил больше всего? Маркова объяснила одним словом: “ему нравилось, что я была послушной”. Послушание – действительно трудно ожидаемое качество у дягилевских учеников, в которых сам Сергей Павлович поддерживал их быстро растущую гениальность. Все они рвались к самостоятельности и свободе, тираническая заботливость Дягилева их угнетала. А Маркова, благоразумная и благодарная Маркова, утром брала уроки у строгого академичнейшего Чекетти, вечером занималась с дерзким Баланчиным, разучивая с ним свою первую самостоятельную партию Соловья в небольшом балете на музыку Стравинского, требовавшую разнообразных умений. Вот что написал в частном письме Константин Сомов через неделю после премьеры: “Потом у Дягилева есть маленькое чудо. 13-летняя англичанка Алисия Маркова, тоненькая-претоненькая, уже изумительно танцующая”. Два года спустя, в 1927 году, Маркова, вслед за Спесивцевой, станцевала в другом балете Баланчина – “Кошечка” (или “Кошка” – баланчинский персонаж можно было называть и тем, и другим словом), но путем Баланчина в последующие годы она не пошла, а пошла путем Чекетти (и Астафьевой), став образцовой танцовщицей петербургской школы. У Дягилева она идеально станцевала принцессу Флорину из “Спящей красавицы” Петипа, у Дягилева и после Дягилева она идеально танцевала Прелюд, а затем и Восьмой вальс фокинской “Шопенианы” (получившей название “Сильфиды”). Слова Сомова “изумительно танцующая” могут быть отнесены и к этим исполнительским шедеврам. “Изумительно танцующая” классический танец Маркова сохранилась на архивных записях, собранных в фильме Доминика Делуша. Она и сейчас, а может быть, именно сейчас, изумляет. Все прочувствовано, все сохранено – и хрупкая конструктивность Петипа, и хрупкая музыкальность Фокина, и ясность общего рисунка, и богатство тончайших оттенков, и дыхание движений, и дыхание поз, и поразительная свежесть танца, ничего архивного, музейного, застарелого. И вот здесь, именно здесь, неисчезающий дух Баланчина – в строгих академических композициях Петипа и неоакадемических стилизациях Фокина – уроки молодого дерзкого Баланчина так же не забыты, как и уроки строгого Чекетти. Триумф послушания, торжество послушной Алисы.

Ничего инфантильного здесь тоже нет, с юных лет эта прелестная грациозная танцовщица обладала многими деловыми чертами. В который раз безошибочная интуиция Дягилева не обманула. В 1935 году двадцатипятилетняя Маркова вместе с тридцатипятилетним Антоном Долиным, еще одним дягилевским учеником, возглавляет труппу “Маркова–Долин”. А затем способствует становлению английского классического балета.

P.S. А обычных портретов Марковой вроде бы не существует. Ни живописных, ни графических, ни завершенных, ни эскизных. Фотопортреты, и весьма изысканные, есть, но нет написанных на холсте, на картоне или на бумаге. Впечатление такое, что художники-портретисты и не пытались передать кисточкой, углем или карандашом легендарную бесплотность Алисии Марковой, прозванной современной Тальони.

P.P.S. Остается добавить, что в случае исторической предшественницы Марковой – великой Тальони – ситуация не выглядит иной. “Как ни странно, большие художники не писали Марию Тальони и даже не рисовали ее”, – пишет Инна Скляревская в своей книге “Тальони. Миф и реальность”. И по той же причине: не умели запечатлеть ее необъяснимую бесплотность.

Вадим ГАЕВСКИЙ
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 22307
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Сб Май 23, 2020 12:23 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2020052301
Тема| Балет, БТ, Персоналии, Светлана Захарова
Автор| Ольга Шаблинская
Заголовок| Балерина Светлана Захарова: «Балет может заманить, а может и отторгнуть»
Где опубликовано| © Еженедельник "Аргументы и Факты" № 21
Дата публикации| 2020-05-20
Ссылка| https://aif.ru/culture/person/balerina_svetlana_zaharova_balet_mozhet_zamanit_a_mozhet_i_ottorgnut
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ


Балерина Светлана Захарова во время благотворительного концерта «Мы вместе» на сцене Большого театра в Москве. Апрель 2020 года. © / Владимир Астапкович / РИА Новости

Народная артистка РФ, лауреат Госпремии России, прима-балерина Большого театра Светлана Захарова рассказала «АиФ», что её поддерживает в нынешней ситуации.

Большой и совсем пустой

Ольга Шаблинская, «АиФ»: Светлана, в начале апреля в концерте «Мы вместе» в Большом театре, целью которого было выразить благодарность врачам в это непростое время, вы исполнили номер «Откровение». Что почувствовали, когда после долгого перерыва пришли в родной дом, который сейчас для вас закрыт?

Светлана Захарова:
В Большом тогда было очень пусто, там и сейчас только некоторые службы работают. Я зашла в любимый репетиционный зал, чтобы разогреться, — в нём не было жизни, он был просто ледяной. Но я зажгла свет, начала заниматься, и такое возникло ощущение... Груст­ное. Все репетиционные залы, раздевалки артистов — везде полная тишина. Потом, когда попала на родную сцену, там уже монтировали декорации, настраивали свет и звук — всё было привычно, как и должно быть в театре, когда вовсю кипит работа. Единственное, что напоминало о пандемии, — все ходили в масках и перчатках.

Вы упомянули «Откровение»... Эту композицию можно танцевать по-разному. В этот раз я танцевала о надежде: человек борется за жизнь, проходит через многие сложности. Но у каждого всё равно должен быть свой луч надежды. Мне хотелось передать людям: нельзя унывать, нужно бороться.

Во время выступления я чувст­вовала, что на меня смотрят миллионы людей: всё-таки прямой эфир имеет свою особую энергетику, камера есть камера. Но когда станцевала свой номер, увидела пустой зал, в котором не зазвучали привычные аплодисменты во время поклона, внутри у меня всё сжалось. В это мгновение я подумала: когда же снова мне удастся выйти на эту сцену?

— Что искусство может сейчас дать людям, оказавшимся в самоизоляции? Может ли оно как-то поддержать?

— Может, конечно! И оно поддерживает. Большой театр практически с начала изоляции проводит прекрасную акцию на своём YouTube-канале: транслируются спектакли, ранее снятые и показанные в кино­театрах по всему миру. Первым было «Лебединое озеро». Количество просмотров — 1,5 млн! Дальше — «Спящая красавица». Я в обоих спектаклях танцевала главную партию. Мне присылали отзывы: от «Как же это красиво, теперь мне захотелось увидеть балет вживую» до простого «Браво!». Это было для меня одним из приятных, мощных моментов во время самоизоляции. Искус­ство очень влияет на настроение, у людей поднимается дух. Спектакли посмотрели даже те, кто вообще никогда не видел балет по ТВ, не говоря уже о том, что они в жизни не были в Большом. Недавно показали гениальный балет Григоровича «Спартак» и современную постановку Посохова «Герой нашего времени» также с моим участием.

«Балет может заманить, а может и отторгнуть»

— Эти трансляции Большой делает бесплатно?


— Абсолютно. Я очень счаст­лива, что всем понравилось. Ведь балет — такое искусство, которое может и заманить внимание человека, а может и отторгнуть. Поэтому интерес зрителей даёт мне стимул оставаться в форме и заниматься каждый день дома, несмотря на многие сложности.

— Вы сказали, что балет может отторгнуть внимание зрителя. Что же в спектакле может быть такого, чтобы он вызвал у человека такую реакцию?

— Это как с кино: плохой фильм мы выключаем, а гениальную картину пересматриваем десятки раз. В балете очень многое зависит от качества исполнения. Если вас завораживает происходящее на сцене, вы получаете заряд энергии и эмоциональный подъём. В этом случае вы захотите снова прийти в театр, чтобы получить новую порцию положительных эмоций. И наоборот: если человеку скучно во время спектакля, он только и думает: «Скорее бы всё закончилось!» А выйдя из театра, решит: не моё.

— Вы обмолвились, что занимаетесь дома...

— Сейчас у артистов нет возможности заниматься в театре, весь балетный мир на изоляции. Признаюсь, очень трудно оттого, что не знаешь, когда всё это закончится, когда театр откроет свои двери хотя бы нам, артистам... Поэтому самое сложное сейчас — без какой-либо мотивации поддер­живать себя в форме. Так что концерт в поддержку врачей «Мы вместе» стал для меня глотком свежего воздуха.

Я не даю себе по­блажек, самоизоляция — это не отпуск. Стараюсь держаться графика, просыпаюсь рано, привожу себя в порядок, занимаюсь в домашнем балетном зале по Zoom, вместе с коллегами из театра делаем утренний класс. Не позволяю себе расслабиться, просто поваляться в постели, понежиться. Это касается и еды — стараюсь дисциплинированно придерживаться того же рациона, что и в обычное время. Но, как ни крути, всё равно форма постепенно теряется — и сценическая, и физическая, потому что той нагрузки, которая есть сегодня, недостаточно для профессионального артиста. Нет репетиций, нет спектаклей. Так что, когда мы вернёмся в Большой, кто знает, сколько ещё времени понадобится, чтобы труппа восстановила прежнюю форму.

Роскошь общения

— Вы ведь сейчас ещё и за учёбой дочери должны следить. Многие родители сходят с ума: Zoom-уроки, домашку сфотографировать и отослать учителям.


— Да, нагрузка сейчас очень большая. Самое страшное — стать врагом для своего ребёнка во время изоляции. Как только заканчиваются уроки онлайн, нужно делать домашнее задание, чего дети не очень-то любят и в обычной жизни. А тут ещё тяжелее — сидишь за одним столом весь день. Также Аня занимается художественной гимнастикой в Центре Ирины Александровны Винер. Каждый день онлайн они с тренером и всей группой проводят тренировки: ОФП по полной программе, работа с предметами. Дальше — занятия по вокалу или с педагогом английского. И всё это не выходя из дома. У бедного ребёнка практически не остаётся времени на свои детские увлечения. Иногда случались моменты, когда все уже были на пределе.

— А что вас сейчас поддерживает, радует?

— Радует, что мы успели провести VI фестиваль детского танца «Светлана», посвящённый 75-летию Победы в Великой Отечественной войне. Это был грандиозный, красивый гала-концерт, где приняло участие около 800 детей. Зрители плакали в зале, когда дети проникновенно танцевали про войну! Ребята, которые не видели войны и дай Бог не увидят, рассказывали в своих танцах о таких же ребятах как они, о сверстниках, которые сражались за мир, гибли на войне и которые навсегда потеряли свое детство. Нынешнему поколению все меньше и реже рассказывают про тот драматичный период в нашей истории, но благодаря своим педагогам, руководителям, которые готовились к фестивалю вместе с детьми, ребята так прониклись военной темой, что просто заставляли зал рыдать!

Потрясающе были исполнены номера, это было что-то феноменальное. На фестивале как всегда были представлены совершенно разные коллективы, наши знаменитые профессиональные балетные школы, которые показали классику. Московская академия хореографии, хореографическое училище им. Лавровского, Школа ансамбля имени Игоря Моисеева традиционно показали свой высший класс. Они с первого фестиваля нас поддерживают. Академия Бориса Яковлевича Эйфмана, представило своих выпускников и Московское хореографическое училище при МГАТТ «Гжель» — все были, как всегда, на высоте. Более двадцати коллектив из разных регионов нашей огромной страны приняли участие в фестивале «Светлана». Все они показали свой высокий уровень. Наши юные ведущие Аня Репина и Гена Перевердиев, которые уже несколько лет ведут фестиваль, имели успех как у взрослых зрителей так и у детей. Наш фестиваль детского танца, как всегда, получился светлым, радостным, улыбчивым, несущим хорошее настроение. 1 мая его показали на канале «Культура».

Радует моя семья. С одной стороны, самоизоляция — это сложный момент. Но он нам с Вадимом (супруг балерины — известный скрипач Вадим Репин. — Ред.) дал возможность наконец-то всё время, 24 часа, видеть друг друга, общаться не по телефону, не СМС. Плюс ещё у нас питомец появился — котёнок породы русская голубая. Такой роскоши за долгое время — чтобы вся семья находилась месяц в одном месте, под одной крышей — у меня в жизни ещё не было.

================================================================================
ВИДЕО ПО ССЫЛКЕ
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 22307
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Сб Май 23, 2020 1:44 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2020052302
Тема| Балет, Театр Бориса Эйфмана, Персоналии, Лилия Лищук
Автор| фотограф Ира Яковлева
Заголовок| Лилия Лищук — Театр Бориса Эйфмана
Где опубликовано| © La Personne
Дата публикации| 2020-05-23
Ссылка| https://www.lapersonne.com/post/lilija-lishhuk-teatr-borisa-jejfmana/
Аннотация| БЛИЦ-ИНТЕРВЬЮ

Блиц с ведущей солисткой Театра Балета Бориса Эйфмана Лилией Лищук.

Специально для этого выпуска фотограф Ира Яковлева создала фотоисторию для La Personne.




Первый выход на сцену

В 7 лет. «Французская кадриль».

Мне не нравится

Разочаровываться в людях. Огорчает человеческая подлость. Когда ради достижения личных целей пренебрегают порядочностью.

В моем плейлисте

В основном, это рок и инструментальная музыка – как классическая, так и современных авторов.

Я никогда не пробовала

Прыгнуть с парашютом. Но, думаю, осуществлю.

Любимый город

Рим. Санкт-Петербург.

Яркий момент из детства

Каждое лето во время детских каникул, с наивными приключениями и простыми радостями: первые встречи с морем, загородные развлечения и жизнь на природе среди животных и птиц у бабушки с дедушкой.

Я читаю

Одновременно «Мысли и сердце» Амосова и поэмы Есенина, чтобы отдыхали собственные мысли и сердце.

Идеальный день

Рядом с любимыми людьми на природе.

Кумир

Кумиров нет. Есть люди, которыми восхищаюсь. И они не только из мира искусства.

Я не могу без…

Осознания того, что я кому-то необходима и важна.

Мечта

О мечтах – только тихонечко, про себя. Не стоит пытаться рассмешить Бога.

Секрет успеха

Талант, труд и удача. А вообще, секрет успеха – это понятие относительное.

Отношение к соцсетям

Позитивное. Но всему должна быть мера.

Отношение к критике

Конструктивное. Мнение людей, которых уважаю, всегда принимаю с благодарностью.

Казус на сцене

«Снежинки» в школьном «Щелкунчике». Через раз кто-нибудь из нас поскальзывался и падал на сцене на мыльных разводах, которые оставались от «падающего снега» в спектакле. Мы тогда еще не умели быстро и ловко вставать 🙂

Самая сложная партия

Партия Спесивцевой в балете «Красная Жизель» Бориса Эйфмана. И Одетта-Одиллия («Лебединое озеро»).

Способность, которой хотелось бы обладать

Не терять любимых, близких людей.

Что является твоим главным недостатком

Порой чрезмерная мнительность, наверное.

Какова твоя мечта о счастье

Большая дружная семья, с которой мы собираемся вместе шумной компанией в своем доме у моря на все праздники и просто так!

Твои любимые писатели

Толстой, Достоевский, Ибсен, Ремарк.

Любимый литературный герой

Маленький принц. Татьяна («Евгений Онегин»).

Любимая героиня в истории

Историю часто трансформируют и по-разному интерпретируют люди, а исторических персонажей мистифицируют. Сложно проникнуться чувствами к человеку, зная только публичную сторону его жизни, мало понимая его личность.

Твое состояние духа в настоящий момент

Жить. Любить. Иметь свободу. И творить, созидать!

=================================================================================
ВСЕ ФОТО - ПО ССЫЛКЕ
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 22307
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Сб Май 23, 2020 6:13 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2020052303
Тема| Балет, МАМТ, Персоналии, Эрика Микиртичева
Автор| Павел Ященков
Заголовок| Красавица «под домашним арестом»: балерина Микиртичева рассказала о тяготах изоляции
«Поддерживать форму на карантине легче, чем после декрета»

Где опубликовано| © Московский Комсомолец
Дата публикации| 2020-05-23
Ссылка| https://www.mk.ru/culture/2020/05/23/krasavica-pod-domashnim-arestom-balerina-mikirticheva-o-tyagotakh-izolyacii.html
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

Музыкальный театр им. Станиславского и Немировича-Данченко (МАМТ) как и другие театры из-за пандемии несет значительные потери: отменены намеченные на апрель гастроли балетной труппы в Париже, премьеры балетных и оперных спектаклей ("Вольный стрелок", "Экман / Монтеро / Нахарин" и "Вариации / Восковые крылья / KAASH"), все артисты в самоизоляции. Тем не менее МАМТ активно продолжает работу в online-режиме: проводит трансляции спектаклей из «золотого фонда», online-лекции, виртуальные выставки, даёт для балетных артистов online-классы… А недавно организовал даже online-класс для всех желающих, вне зависимости от их балетной подготовки. О том, в каких условиях работает сейчас балетная труппа МАМТа, и как артисты «Стасика» проводят время «под домашним арестом» - рассказала прима-балерина театра Эрика Микиртичева.


Эрика Микиртичева, Денис Дмитриев и их сын Августин отмечают его первый день рождения. Фото Карины Житковой

Красавица Эрика ведёт в театре весь классический репертуар: Одетта-Одиллия в «Лебедином озере», в знаменитой на весь мир редакции Владимира Бурмейстера, Маша в «Щелкунчике» Вайнонена, Никия и Гамзатти в «Баядерке» Натальи Макаровой... Прима «Стасика» считается одной из лучших исполнительниц партии Сильфиды в версии Пьера Лакотта. А получила она эту роль, что называется «из рук в руки» (или по-балетному «из ног в ноги») от её создательницы этуали Парижской Оперы Гилен Тесмар и удостоилась её похвалы. В этом сезоне дебютировала Эрика и в ещё одном принципиально важном для своего творчества балете из репертуара Парижской Оперы – «Дон Кихоте» в редакции Рудольфа Нуреева, с запредельно усложненной и невообразимо технически «навороченной» партией Китри, где поражала зрительный зал своей неуемной энергией и очаровывала своей непосредственностью.

После объявлении карантина со своим мужем премьером балета Музыкального театра Денисом Дмитриевым Эрика оказалась в городе Саратове, у себя на родине, на берегах Волги… Там, где прошло их с Денисом детство, там, где они учились в хореографическом училище (Эрика и Денис были одноклассниками).

- Здесь режим полегче, но ограничения тоже есть. Хотя контролируют не так строго, как в Москве – объясняет мне Эрика своё с Денисом решение покинуть столицу. - Тоже маски, перчатки, соблюдение дистанции, в магазинах везде разрисованы отметки. Но мы большую часть времени проводим на даче с родителями, под Саратовом, рядом с Волгой. Здесь очень тепло – в последние дни было 23 - 25 градусов. Нашему сыну Августину здесь хорошо… Бегает на природе. И мы спокойны: никто около нас не ходит, не болеет…

- Сейчас в каких-то регионах начали смягчать режим. Как с этим в Саратове?

- Здесь на прошлой неделе разрешили уже гулять, правда ограничено, а также заниматься спортом. Чуть побольше магазинов открыли, но в принципе всё так же, как в Москве. Хотя не такое количество людей здесь - где-то около миллиона. Эпидемия сюда дошла позже, только недели 2 назад стало большое число заболевших. Хотя среди всех тех, кого мы знаем (то есть наших родственников и знакомых), заболевших, слава Богу, нет. Мы сами с мужем болели ещё зимой, в феврале. Довольно тяжело, но до сих пор не знаем какой был у нас вирус.

- По театру вы с Денисом скучаете?

- Конечно скучаем. Такого количества отдыха у нас ещё никогда не было. Только в тот период, когда я получила травму. Да и то, я всё время тогда занималась и восстанавливалась. Поэтому, конечно, хочется побыстрее выйти на сцену, танцевать спектакли… Сейчас пересматриваю свои видео и думаю: вот сейчас бы это станцевать!

- Со своим художественным руководителем Лораном Илером общались? Он сейчас у себя на родине во Франции находится?

Общались, да. У нас была с ним видеоконференция. Но это он в основном нас спрашивал. Да, он в Париже, со своей семьей, успел уехать, когда у нас только всё начиналось. Так что он нас больше спрашивал: знаем ли мы какую-то информацию о том, когда у нас все это закончится?.. Потому что во Франции немножко все по- другому…Но мы ему сказали, что сами ничего пока толком не знаем. Илер интересовался, как мы занимаемся классом. И даже заходил и смотрел онлайн-классы. Спрашивал, как поживаем, никто ли не болеет…

- У вас ведь тоже, как и в Большом, сорвались запланированные премьеры...

- Да, балет известного испанского хореографа Гойо Монтеро, например. Там Денис занят был. Причем Монтеро собрал почти весь балет, всё уже было в основном поставлено. Премьера должна была состоятся в апреле, потом перенеслась на май, так как все думали, что к этому времени мы уже выйдем. В итоге часть запланированных спектаклей 101-го сезона, видимо, будет перенесена на осень 2020 года, а может и дальше. Тут все сложно: с нами работают иностранные хореографы и неизвестно, когда разрешат въезд и выезд европейцам. Такая же ситуация и с Акрамом Ханом. Премьера его балета KAASH должна была состояться в июне. Он тоже поставил какую-то часть своего балета, когда мы работали. В общем, пока не снимут ограничения, руководство не станет афишировать эти премьеры: скажут, что они будут в следующем сезоне - все будет зависеть от ситуации.

- Вы на природе, на Волге… Неожиданно образовалась куча свободного времени. Чем занимаетесь?

- Денис занимается дачей, помогает родителям. Своими руками сделал качели. Смотрел, конечно, в интернете. Мы теперь все вместе на них качаемся. Потом, у нас на даче есть печь на улице, они её камнями обкладывали. А я большую часть времени провожу с Августином. Я же быстро в конце прошлого сезона после родов на сцену вернулась. Ему было 3 месяца всего, когда я стала ходить на класс. Нам тогда родители помогали, и он не скучал. А сейчас, так как у меня появилось много свободного времени, чаще всего мы проводим его вместе. Бегаем, прыгаем, читаем... В общем, занимаюсь ребенком, как положено маме. Мне кажется, что Августину тут лучше: все близкие родственники находятся здесь и уделяют ему больше времени. У нас вообще родители хотят на лето его к себе забирать. Правда, мы против, потому что мы должны видеть, как ребёнок растет.

- Вопрос обязательный для артистов балета в эти дни: как вы поддерживаете форму?

- В принципе, у нас в театре сейчас проводятся онлайн-классы. Но изначально, когда они ещё не были организованы, я занималась классами по интернету… А дают классы сейчас по всему миру разные артисты и разные педагоги. И когда узнаю, что будет транслироваться онлайн-урок, я присоединяюсь. Для нас такое разнообразие тоже полезно, потому что мы привыкаем к нашим педагогам, и узнать ещё что-то новое всегда интересно. Денис больше любит всё-таки сам заниматься, чтоб его никто не трогал, закрывается… А когда вдвоем занимаемся, он не любит, когда его торопят, любит спокойно «погреться». Конечно, домашние условия, это не балетный зал, но поддерживать форму всё же можно. Мы с Денисом иногда вращаемся, я «пальцы» одеваю, и мы на середине что-то делаем. Я знаю, что ребята выкладывают в сеть, как они дома в условиях «метр на два» танцуют какой-нибудь кусок или вариацию. Я тоже пыталась танцевать вариацию Жизели. Это очень сложно, но возможно.

- А с Денисом вы вместе репетируете? На профессиональном линолеуме, который вам выдали, намного удобней заниматься?

- Да, иногда мне хочется покрутиться для «вестибулярки», и я могу попросить Дениса как партнера повращаться и подержать меня. Можно заниматься дома и на ковре, и на паласе, и на обычном линолеуме… Но на балетном линолеуме, конечно, намного комфортней и удобней, он не скользкий. Профессионального линолеума нам на одного человека отрезали полтора на два метра. Поскольку нас двое, дали два куска. Но все равно маленькое пространство получается…

– Эрика, ты в прошлом году родила сына. Августину год и три месяца. Когда было легче поддерживать форму - сейчас, на карантине, или тогда, после родов?

- Мне перед родами говорили: «Ой, родишь, и потом так легко всё будет...». На самом деле мне было очень тяжело. Поддержание формы после родов и сейчас, это немножко разные вещи, разные нагрузки и даже разные задачи. Когда я выходила на работу после родов, я, во-первых, сбавляла вес - я тогда набрала 16 килограмм. Потом закачивала все мышцы. И ещё я взяла для себя в качестве первого спектакля трехактную «Золушку» Олега Виноградова. Поэтому мне было сложно... Сейчас, конечно, не так... Если, допустим, ты не занимаешься классом, то можешь просто заниматься упражнениями, например, покачать ноги, пресс или спину. Как в спортивном зале. Сейчас куча приложений разных - сиди и занимайся дома. И поддерживать себя вот так, конечно, легче, чем входить в форму после декрета. А кому-то, наоборот, легче выходить после родов. Я просто помню момент, когда наша балерина Наташа Сомова родила… У нас тогда шёл балет Ноймайера «Русалочка», и я её спросила: «Наташа, как? Тяжело, наверное!». И она сказала: «Да нет, нормально». Так что кому-то это легко дается, но мне было сложно. У каждой балерины есть свои недостатки, вот они после родов чаще всего и вылезают. И за ними надо следить.


Последний раз редактировалось: Елена С. (Вт Июн 09, 2020 3:42 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 22307
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вс Май 24, 2020 10:22 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2020052401
Тема| Балет, МТ, Персоналии, Раманбек Бейшеналиев
Автор| корр.
Заголовок| Интервью с первым кыргызом, который попал в балетную труппу Мариинки из училища Бишкека
Где опубликовано| © Kaktus.media
Дата публикации| 2020-05-22
Ссылка| https://kaktus.media/413508
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

Раманбек Бейшеналиев - представитель редчайшей ныне профессии балетного артиста и единственный кыргызстанец, кто смог попасть в балетную труппу всемирно известного Мариинского театра в Санкт-Петербурге прямиком из Бишкекского хореографического училища. В свои 25 лет он перетанцевал почти весь репертуар вторых солистов, его гастрольный список насчитывает десятки стран, и он намерен штурмовать вершины классического балетного наследия.



Мы беседуем с Раманбеком в разгар карантина, когда все театральные и развлекательные учреждения страны закрыты для посетителей. Может, именно поэтому в условиях новой реальности наш разговор получился таким глубоким, содержательным и объемным.

- Как вы оказались в Академии балета Вагановой, будучи родом не из самой балетной (танцевальной) страны?

- Я бы не сказал, что наша страна не балетная. У нас есть традиции, которые поддерживаются в основном силами хорошего училища, и есть прекрасный театр, до которого государству, увы, пока совсем нет дела.

Всю начальную балетную подготовку я прошел в нашем славном Бишкекском хореографическом училище им. Чолпонбека Базарбаева. В начале второго курса мой педагог Досмат Насырович Садыркулов, заслуженный артист КР, предложил попробовать поступить в Академию русского балета имени А. Я. Вагановой (АРБ), где он сам учился. Мы отправили мое портфолио с фото и видео, после чего я был принят на второй курс к педагогу Никите Витальевичу Щеглову…

- Неужели вот так все оказалось легко и просто для кыргызского мальчика?

- Не совсем. За год до этого Досмат Насырович уже показывал меня своему сокурснику по академии Алмазбеку Шаршеевичу Шамыралиеву, который сейчас работает балетным педагогом в Японии. И они вместе решили, что мне нужно время, чтобы претендовать на поступление в лучшую в мире Академию балета.

Через год Алмазбек Шаршеевич снова меня просматривал, и только тогда мне посоветовали обсудить с отцом возможность жить и учиться в России. Недели две я ждал результата, а месяцем ранее буквально грезил учебой в АРБ. И вот свершилось - меня приняли.

Начало

- Давайте вернемся чуть-чуть назад. Как вообще возникла идея с балетом? Имело ли при этом значение то, что вы - однофамилец великой балерины Кыргызстана?


- Решение принял я сам, но настаивал на этом мой дядя, который тоже был артистом балета. Я жил в селе, дядя часто приезжал к нам в гости и, глядя на мои физические данные, хотел, чтобы я пошел в балет. Мне же хотелось учиться в городе, хотя кое-какие страхи в связи с этим тоже были.

А однофамильцем я стал уже в 16 лет. До получения паспорта я был записан как Бейшеналы уулу Раманбек, как кыргызов именовали в старину. Но для удобства во время учебы в России мне убрали приставку, и я таким образом превратился в однофамильца. Были опасения, что меня будут воспринимать как родственника Бюбюсары Бейшеналиевой, но таких случаев, к счастью, не было.

- Какие балетные спектакли вам нравились, на кого ориентировались? Расскажите о вашем первом педагоге: что вам нравилось в его преподавании, в его человеческих качествах?

- В процессе учебы главное влияние на меня оказывал Досмат Насырович, мне очень нравилось с ним заниматься, всегда импонировали его тактичность и сдержанность. А кроме того, у него были лучшие классические уроки в училище. Именно ему я в большей степени благодарен за то, что он увидел во мне способности и решил отправить в Санкт-Петербург. Еще меня всегда удивляла его воспитанность, но, приехав в Петербург, я понял, откуда это все у него.

В Бишкекском училище я постоянно тянулся за старшекурсниками, мы вместе проводили почти все вечера в балетных залах, поскольку многие тогда жили в интернате, сами пробовали разучивать разные вариации и новые для нас движения. Больше всех меня поддерживал Айбек Базарбаев, который был старше меня. Айбек - племянник народного артиста СССР Чолпонбека Базарбаева, сейчас он артист Приморского государственного театра оперы и балета во Владивостоке. Именно Айбек тогда впервые показал нам видеозаписи выступлений японского артиста балета, знаменитого танцовщика и некогда премьера Английского Королевского балета Тецуи Кумакавы.

Сказать, что я был потрясен танцем японского артиста - это почти ничего не сказать. Я был практически убит наповал. Ни один танцовщик в мире на тот момент не имел такого технического и танцевального арсенала: высоченный прыжок, безупречные пируэты, звонкие кабриоли и заноски, кристальная чистота рисунка, благородство и законченность каждого движения, каждой позы и при этом стопроцентный контроль… Кумакава стал не только моим кумиром, но и главным ориентиром в балете - мне хотелось добиться такого же совершенства. Именно с того момента (а это было в 9-м классе) я по-настоящему загорелся классическим балетом. Потом я начал знакомиться с другими выдающимися артистами балета через видеозаписи, практически каждый день пересматривал их выступления и как мог расширял свой балетный кругозор.

- Видели ли вы, как танцевали знаменитые кыргызские артисты балета прошлого - великие балерины Бюбюсара Бейшеналиева и Рейна Чокоева, Чолпонбек Базарбаев и Айсулу Токомбаева? Что вы можете сказать об их искусстве с позиции современного артиста балета? Не вдаваясь в технические подробности, есть ли в их исполнительском мастерстве то, чему сегодня стоит поучиться?

- Все, что можно было посмотреть в записи, мы изучали. Но это какие-то совсем небольшие отрывки. Однако они дают представление о том, каким был национальный балет раньше. Эстетика и требования к физическим данным в те времена несколько отличались от нынешних. Зато тогда больше танцевали душой, что и делало артистов того времени по-настоящему великими. А кроме того, благодаря таким ярким личностям наш балет поддерживался на очень высоком уровне и именно в период расцвета балетного театра стало возможным открытие хореографического училища. Сейчас таких людей очень не хватает стране и нашей культуре.

А в исполнительском мастерстве у артистов прошлого стоит поучиться придерживаться хореографического текста и делать все то, что поставлено хореографом-постановщиком. Сейчас же все подчинено желанию артиста, когда многие переделывают текст полностью под себя, под свои возможности. К примеру, поставлены прыжки, а вместо них очередной солист крутит свои коронные пируэты. А где, наоборот, надо крутиться, кто-то красноречиво стоит. Там, где надо стоять, они лежат, а где надо лежать, их вообще нет на сцене (смеется). И этой вакханалии не видно конца! Раньше такого не происходило…



Первые встречи с Петербургом

- Вы приехали в один из самых крупных городов России. Один, совсем еще юный мальчик из Бишкека. А здесь холодно, темно, сыро и очень все далеко друг от друга. Как вас встретил город? Не растерялись на первых порах? Как прошли первые дни и месяцы учебы в АРБ?


- Я прилетел в Петербург в начале октября, когда учеба была в самом разгаре. И была высока вероятность того, что меня могли не принять на учебу, так как набор происходит обычно летом. Приехал я в академию, мест в интернате уже нет. И меня поселили в женской части около буфета, комнаты отдыха и комнаты воспитателей (обычно эти места держали пустыми для экстренных случаев). Я тогда был застенчивым и долго привыкал к такому месту, но приняли меня хорошо и дружелюбно. Помню, как повели меня знакомиться с художественным руководителем академии Алтынай Абдуахимовной Асылмуратовой, настоящей легендой Мариинского театра. После небольшой беседы она тогда сказала: "Хороший мальчик, свой человек!"

Сначала меня определили к старейшему преподавателю академии Мансуру Шамильевичу Еникееву, но через пару недель перевели в параллельный класс к молодому педагогу Никите Витальевичу Щеглову. С ним я работаю в театре по сей день.

Ребята в моем классе были доброжелательными и дружелюбными. Для меня это имело огромное значение, так как по своему уровню профессиональной подготовки я все же уступал. Первые месяцы мне было невероятно трудно, а зачастую и неловко - оказалось, что я не все умею и знаю. Но это послужило еще одним стимулом для роста и постоянной работы над собой. К госэкзаменам я все же успел выйти на хороший уровень - и все это благодаря Никите Витальевичу.

Вспоминая свою первую встречу с Петербургом, могу сказать, что очень повезло с погодой: я буквально с раскрытым ртом озирался на все вокруг и был растерян от больших расстояний и величественной архитектуры. И еще внезапно осознал, что я другой национальности: мне казалась, что все постоянно смотрят на меня. Однако первая встреча с городом оказалась очень приятной.

Но в целом привыкал к городу очень долго. И дело даже не в погоде - наоборот, я люблю прохладный климат и даже не замечал постоянной хмурости. Мы постоянно учились и жили в режиме "училище - интернат", при котором подробно изучать центр города и все его районы было просто некогда.

- Как у кыргызского мальчика начало меняться понимание балета и отношение к нему? Каким оно было в Бишкеке и каким стало в Петербурге? Зачем кыргызам вообще балет, на ваш взгляд?

- С приездом в Петербург во мне изменилось все. В первую очередь я начал понимать балет. До этого я, как оказалось, просто созерцал красивые движения, костюмы и декорации. Но в саму суть этого искусства глубоко не вникал. Для меня балет был, скорее, спортом или красивым постановочным шоу. И только потом пришло осознание, что такое классическая школа и настоящая выучка. Благодаря этим базовым знаниям совершенно иначе смотришь на танцы, видишь разницу между хорошо выученным танцовщиком и "самоделкой".

В стенах академии мировоззрение менялось автоматически. Есть такой феномен, особенно характерный для Петербурга, называется он "гений места". Так вот эти места, эти стены знали такое количество великих людей - танцовщиков и педагогов, что тебе невольно передается их энергетика и какая-то сила. И еще заметил, что изменилось мое отношение к общеобразовательным предметам: они стали вдруг такими интересными, близкими и понятными. Раньше я за собой не замечал такой тяги к знаниям.

На вопрос "Зачем нам балет?" я бы ответил фразой мудрого автора: "Ничто нас не отдаляет от жизни так, как искусство, и ничто не приближает к жизни так, как искусство". Я считаю, что любому светскому государству и его народу нужно академическое искусство - музыка, музыкальный и драматический театр, музеи живописи и скульптуры. У нас хорошо прижилась эстрада и даже обрела какие-то исключительно национальные черты. У нас процветает народное творчество. Но академическое искусство сейчас на задворках внимания государственной власти, и это очень тревожно. А ведь именно оно определяет уровень страны, является лицом государства, его гордостью и завоеваниями. В начале XX века искусство было привнесено нашему народу извне и было принято с благодарностью. А в советское время достигло небывалых высот для некогда кочевых разрозненных племен. Искусство объединило их в крепкое государство, сделало самобытной страной с интересной культурой и насыщенной творческой жизнью. Наша первая звезда и легенда балета Бюбюсара Бейшеналиева открыла кыргызам другой мир - мир классического танца, тонкого и совершенного, возвышенного и поэтичного. И народ пошел в театр. Рассказывают, что зал на всех балетах был забит до отказа, а Бейшеналиеву почитали как народную героиню, буквально обожали ее. И сегодня этот хрупкий и прекрасный мир балета, мир Бюбюсары находится на грани исчезновения...

А еще мне рассказали удивительную историю. Один из наших высоких политиков нулевых годов находился с официальным визитом в Москве. Его командировка не совсем удачно пришлась на очередные предреволюционные бурления в стране, но он не прервал поездку, так как обещал привезти в театр специальный линолеум для сцены и 40 пар балетных туфель из Большого театра. Когда у него спросили, зачем сейчас суетиться по театральным делам, если скоро над головой будут "свистеть пули", он коротко ответил: "Такие, как мы, приходят и уходят, а балет остается. Туфли и линолеум важнее!"

Мне кажется, что вот такой и должна быть государственная политика в отношении театра. Академическое искусство необходимо поддерживать на государственном уровне, само себя оно не прокормит, так было всегда и везде. Лучшие театры мира принадлежат государству, содержатся за счет госбюджета и являются национальным достоянием. В них творится настоящее искусство. А наш театр сегодня борется за жизнь...

- Сколько лет вы проучились в АРБ и когда поняли, что прокачались до хорошего уровня, с которым можно претендовать на Мариинский театр?

- В академии я проучился три года. На выпускном экзамене получил "5" по классическому танцу (это основной предмет). Думаю, это уже говорило о моей подготовке и стало решающим фактором для моей дальнейшей карьеры.

Однако оценки в школе обычно мало что значат, был еще просмотр в театре, где я, видимо, произвел неплохое впечатление, после чего был принят в труппу. В то время я был готов на любые условия и на любое положение в театре, лишь бы попасть в труппу. Был уверен, что дальше сумею показать себя.

Мариинка

- Как прошли ваши первые сезоны в Мариинском? И какие были ощущения от первых сольных партий?


- Начало моей карьеры сложилось неплохо - мне сразу достались партии второго плана и даже несколько сольных, меня включили в гастрольный состав. Но осваивался я долго, поскольку был менее открытым к разнообразному репертуару. Второй и третий сезоны я бы охарактеризовал как время некоего застоя, но к концу третьего сезона я принял участие в Международном конкурсе артистов балета в Москве. В финал я не прошел, но меня это не остановило, а только разозлило и позволило двигаться дальше. В результате на 4-й год мне дали знаковую роль Ланкедема из балета "Корсар". За ним последовал не менее знаковый Золотой божок из "Баядерки" и еще несколько небольших партий.

Прорыв удалось совершить в пятом сезоне, когда на гастролях в Азии (Китай, Япония и Корея) мне дали возможность заменить травмированного солиста в па-де-труа из "Лебединого озера". Видимо, руководитель балетной труппы Юрий Валерьевич Фатеев заметил мой прогресс, доверив потом партию Голубой птицы из "Спящей красавицы" и главную партию в балете "Шурале". Можно сказать, эти партии теперь мои визитные карточки.

- Какие позиции в театре у вас сложились на данный момент? Какие дальнейшие перспективы для себя вы видите здесь?

- В начале этого сезона меня повысили до "артиста балета высшего уровня", дальше в балетной иерархии только солисты и премьеры. Перспективы для себя вижу в постоянном профессиональном и духовном росте. И это несмотря на то, что я постоянно выкладываюсь, отдаю столько сил, нервов, пота, а порой и слез. Но еще есть куда двигаться. И если бы не пандемия, с которой мы все столкнулись, я бы успел еще многое подготовить со своим педагогом.

- Какие партии вы бы назвали своими любимыми? Какие хочется станцевать и почему?

- Из своего репертуара я ценю все роли, даже самые небольшие. Но особенно я бы выделил Шурале, Голубую птицу, Золотого божка и вставное па-де-де в "Жизели". Это самые тяжелые партии с точки зрения физических затрат и техники исполнения, они совершенно разные по стилю и пластике.

А станцевать в будущем хочется все сольные партии чисто классического репертуара - Джеймса из балета "Сильфида", Альберта из "Жизели", Дезире из "Спящей красавицы", Щелкунчика в классической версии, Базиля из "Дон Кихота", Солора из "Баядерки", Ферхада из "Легенды о любви". Ну вот практически весь классический репертуар Мариинского театра. Я вырос на этих балетах и с детства мечтал об этих партиях, а мои физические данные и амплуа подходят для этих ролей.

- Всегда удивляло, когда молодые (и не очень) артисты мечтают станцевать Зигфрида или Дезире. Ведь, со зрительской точки зрения, скукотища же, развернуться толком негде - одна вариация и одна кода, а все остальное время оба принца находятся в тени главной героини этих чисто балеринских спектаклей…

- Понимаете, в чем дело. "Лебединое озеро" и "Спящая красавица" в том виде, в котором они идут на сцене Мариинского театра, - это шедевры и вершины именно классического балета. Чтобы танцевать партии Зигфрида и Дезире, нужна безупречная классическая выучка, владение стилем, техническая чистота. Даже если все эти навыки умещаются в одной вариации. В этом есть определенная трудность этих партий - у исполнителя просто нет шанса на ошибку. Ну и партия в самых главных балетах исторического репертуара - это своеобразный статус, "золотой билет", если можно так выразиться.

- Вы - первый кыргыз, работающий в Мариинском театре как артист балета. Но вы не единственный кыргыз, работающий в этом коллективе. Большой штат наших парней и девушек занимается в театре клинингом. Задумывались ли вы о том, какие разные судьбы могут быть у людей одной страны?

- Мне кажется, что это слишком громко звучит - первый кыргыз. Я бы уточнил: первый, кому удалось из Бишкекского хореографического училища проложить путь до сцены Мариинского, в колыбель балетного искусства.

По поводу моих земляков я, конечно, задумывался, и довольно часто, причем с самых первых дней прилета в Питер. Был удивлен, поскольку видел их везде: сначала в аэропорту, затем в такси, потом уже и в академии, а позже в театре.

Судьбы у людей могут складываться по-разному даже в одной семье, не говоря уже о стране. Но я знаю с детства, что работа не определяет личность человека. Главное, что работа есть и она позволяет быть уверенным в завтрашнем дне и жить в каких-то нормальных условиях.

Наши ребята молодцы, трудятся и честно зарабатывают себе на жизнь. Жаль, что это происходит за пределами родины и явно не от хорошей жизни. Нам остается только верить, что когда-нибудь нашим ребятам не придется зарабатывать на чужбине, расставаясь со своими семьями. Как сказал Чингиз Айтматов: "Самое трудное для человека - это быть человеком каждый день".

- Мариинский театр за последние пару десятилетий очень сильно изменился. Мы сейчас как раз наблюдаем за тем, как практически полностью стерты границы между этническими различиями внутри труппы и размыто понятие сценического амплуа. Как вы к этому относитесь?

- Все меняется, в этом и состоит развитие. Сегодня никого не интересует ни твоя раса, ни твоя религия. Если ты артист высокого класса, ты станешь украшением любого театра. Мировая глобализация дает свои плоды, и театр не отстает от мировых тенденций. Лично меня это радует. А искусство всегда состояло и будет состоять из таланта, труда и творчества.

Что касается размывки в сценическом амплуа, то это обусловлено стремительным развитием балетной техники: танцовщики становятся более универсальными и способными менять характер пластики и танца, им интересны разноплановые роли, а не узкий круг одного амплуа.

Настоящий живой театр - это всегда отражение своего времени, он не может быть законсервированным музеем или вовсе стоять в сторонке (как это происходит у нас в Бишкеке). Возможно, лет через 20 на смену нынешнему придет совсем другой театр с иными законами и ценностями, и это нормально.

Немного личного

- С кем вы дружите в труппе? Что о вас могут сказать друзья?


- В театре я дружу со многими, но мой лучший друг ушел из театра 1,5 года назад, и я был сильно расстроен. Сам по себе я очень дружелюбный, открытый и неконфликтный человек. А что могут сказать обо мне друзья, надо спросить у них. Но вот что меня очень порадовало, так это отзывчивость и сплоченность нашего коллектива в период самоизоляции. Всем сейчас очень тяжело, и артисты балета не исключение. Наша работа - ежедневный упорный труд в репетиционном зале, огромные физические нагрузки, репетиции и работа на сцене. Всего этого мы теперь лишены. Разумеется, мы стараемся держать форму в домашних условиях, но на одном квадратном метре балетному артисту делать нечего, только если размять стопы. Так вот, в разгар карантина, когда нервы были у всех на пределе, мне пришла в голову идея сделать большой видеоролик о том, как проводят это непростое время артисты Мариинского. Я бросил клич в своем "Инстаграме" и, к своему удивлению, получил 57 откликов от желающих принять участие в моем проекте. В итоге мы смонтировали веселый клип, в котором представлена большая часть балетной труппы театра, включая премьеров и солистов.

- Очень важный вопрос: какую роль в вашей жизни играют женщины? Это мама, бабушка, сестра (сестры), любимая девушка, подруги, коллеги, наставники?

- Я не представляю гармоничную жизнь без женщин. Они воспитали меня, сформировали как личность. Им я обязан практически всем. В семье у меня три женщины - это мама и две старшие сестры. Детство я провел у тети с двоюродными сестрами, а потом учился в БХУ, где девочек всегда большинство. Когда уезжал в Петербург, мои одноклассницы так поддерживали и переживали за меня. Мы даже писали письма друг другу, которые я все еще храню и всегда вспоминаю то время с большим теплом.

Сейчас самый важный и близкий мне человек - это моя девушка. Не представляю, каким бы я сейчас был человеком, если бы мы не встретились.

- Ваши любимые места, куда постоянно тянет и которые снятся, в Петербурге и на родине?

- Мое место силы - это Благовещенский мост, он находится неподалеку от театра, и это последний исторический мост в городе перед Финским заливом. Когда стоишь там по центру над водой и дует сильный ветер, невольно заряжаешься энергией двух стихий - ветра и воды.

Летом чаще всего езжу в Центральный парк на Елагином острове, люблю гулять вдоль каналов и Невы, люблю Исаакиевский собор, его величие и мощь. Да и просто нравится гулять по Петербургу и разглядывать архитектуру.

А дома, конечно, люблю наши Ала-Арчинские горы. Очень нравится верхняя часть города, которая начинается от 8-го микрорайона и выше. Ну и куда без Иссык-Куля!

А что мне снится, я даже не помню. Возможно, Мариинский театр.
======================================================================
ВСЕ ФОТО - ПО ССЫЛКЕ
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 22307
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вс Май 24, 2020 1:48 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

эфир Мария Абашова - Николай Цискаридзе (21 05 20)


Посмотреть в отдельном окне
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 22307
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Май 25, 2020 7:25 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2020052501
Тема| Балет, МАМТ, Персоналии, Лоран Илер
Автор| Мария Сидельникова
Заголовок| «Всем выдали линолеум»
Лоран Илер о работе Музыкального театра имени Станиславского и Немировича-Данченко во время пандемии

Где опубликовано| © Газета "Коммерсантъ" №90/П от 25.05.2020, стр. 8
Дата публикации| 2020-05-25
Ссылка| https://www.kommersant.ru/doc/4355550
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ


Фото: Анатолий Жданов / Коммерсантъ

Несмотря на то что Музыкальный театр имени Станиславского и Немировича-Данченко, как и другие российские театры, закрыт, многие его артисты продолжают работать. О том, как это происходит, а также о том, изменится ли балет после пандемии и наденут ли зрители маски, Мария Сидельникова поговорила с художественным руководителем балетной труппы Музтеатра Лораном Илером.

— Франция постепенно выходит из карантина. Как вы его провели?

— Я вернулся во Францию, когда в Москве ввели карантин и артисты балета не смогли выходить на работу. Хотел быть поближе к семье, и сейчас уже два месяца я здесь. За этот период, как, наверное, у многих, у меня было несколько стадий. От растерянности, когда ходишь неприкаянным и не знаешь, за что браться, потому что ни в чем нет уверенности, до принятия — ты учишься жить с этим временем. Раз от тебя все равно ничего не зависит, чего тут нервничать. Но я не сижу сложа руки. Работа продолжается.

И каково это — руководить труппой за тысячи километров?

— Сегодня нет большой разницы, нахожусь я в трех километрах от театра или в трех тысячах, все равно все общение по телефону и компьютеру. Каждый день мы на связи с гендиректором (Музыкального театра имени Станиславского и Немировича-Данченко.— “Ъ”), Антоном Гетьманом. Мы не знаем, когда возобновятся спектакли, у нас нет конкретных дат, но есть план А, B, C, и мы будем адаптироваться в зависимости от развития ситуации, от решений властей. То есть мы работаем над будущим, но не знаем, когда оно наступит. И все, что сейчас остается,— это приготовиться, чтобы с окончанием карантина как можно быстрее вернуться к работе.

— Какой график у артистов Музтеатра? Есть ли класс или они предоставлены сами себе?

— Да, у них есть класс, и я стараюсь заглядывать к ним в Zoom. Видео, конечно, замечательный инструмент, сегодня это настоящее спасение. Мне очень важно поддерживать с ними связь, и надеюсь, им тоже важно знать, что я рядом. Класс адаптирован к домашним условиям, особенно все, что касается середины и прыжков, но делают они его дольше обычного — полтора часа вместо часа. Сейчас на это есть время. Всем выдали линолеум, особенно это важно для балерин, чтобы они дома могли заниматься на пуантах. Когда такая беспрецедентная ситуация и ты не знаешь, когда сможешь вернуться на сцену, работать в ежедневном режиме — совсем не очевидная идея. Зачем? Если танцевать не надо. Они вполне могли бы и не заниматься. Но большинство держат рабочий ритм и каждый день делают класс. А многие дополнительно занимаются йогой и пилатесом, открывают что-то новое для своего тела. Они молодцы, их самодисциплина меня восхищает!

— А вы занимаетесь? Может, и класс артистам даете?

— Класс дают педагоги. Я проводил несколько раз открытые уроки в театре, но это были разовые уроки. У меня же на карантине наконец появилось время для пилатеса. Давно хотел попробовать, но все никак не складывалось. Занимаюсь с дочкой (Жюльетт Илер, артистка Парижской оперы.— “Ъ”) по видео, она отличный педагог. Так я и ее вижу, и форму поддерживаю.

— Можно ли сравнивать нынешний период в карьере балетных артистов с декретным отпуском или, например, со временем восстановления после травмы?

— Думаю, нет. Это исключительная ситуация. Совершенно другие условия. Декретный отпуск — это естественный, привычный ход жизни. Травма — да, это нечто внезапное, это происшествие. И ты пытаешься понять, почему это произошло, почему с тобой, почему сейчас. В ситуации с коронавирусом все-таки ты знаешь, что не одинок в своей беде. На наших глазах разворачивается научно-фантастический сценарий, и мы все — действующие лица. В моей карьере самый длинный период без сцены длился четыре-пять месяцев. И я все время думал, смогу ли я после травмы вернуться на сцену, смогу ли танцевать на 100%. Сегодня все задаются другим вопросом: не «сможем ли мы танцевать», а «когда мы сможем танцевать».

— Значит, опасений, что после карантина труппу будет не собрать, у вас нет?

— Мне кажется, что им не хватает театра, они скучают по сцене, по репетиционным залам. В первый же день, когда мы вернемся в театр, мы это отпразднуем. У меня нет никаких сомнений в том, что артисты вернутся все до одного и очень быстро включатся в работу. Более того, я уверен, что они вернутся еще более мотивированными, получат огромное удовольствие от репетиций и тем более от сцены.

— Планируете ли вы адаптировать сезон, исходя из сложности балетов? Начинать, например, с одноактных тройчаток и постепенно переходить к большой классике?

— Танцевать большие классические балеты не сложнее, чем одноактные. Для хореографии Килиана или Экмана требуется такая же хорошая форма, как для «Лебединого озера». Здесь скорее нужно учитывать другой критерий — ожидания зрителей.

— А зрители наверняка соскучатся по классике. Сезон остановился прямо перед «Лебединым озером», 60 лет назад в версии Владимира Бурмейстера впервые показанным на сцене Парижской оперы. Для Театра Станиславского и Немировича-Данченко эта версия Бурмейстера остается канонической до сих пор. В чем ее ценность, в том числе и для вас?

— «Лебединое озеро» Бурмейстера почти тридцать лет было в репертуаре Парижской оперы. Это уникальная версия, очень чистая, разумная и особенная в своей концепции, главным образом в третьем акте, где прописана сюжетная логика. На глазах у Зигфрида Черный лебедь то появляется, то исчезает, отсюда и все его сомнения. Бурмейстера-хореографа отличает элегантность и кротость. Но самые простые вещи, как известно, сложнее всего исполнять. Что касается меня, то вы знаете, что в 1985 году Рудольф Нуреев назначил меня этуалью за партию Зигфрида именно в версии Бурмейстера, поэтому я храню об этом балете самые лучшие воспоминания.

— Когда Нуреев объявил, что будет ставить свою версию «Лебединого», многие артисты Парижской оперы восприняли это в штыки, дело дошло чуть ли не до забастовки.

— Я помню, что Нуреев поставил свою версию, и в труппе были разногласия и недовольства по этому поводу. Тогда он вернул в репертуар «Лебединое» Бурмейстера, у него не было другого выхода.

— То есть вы бастовать не стали?

— Этот период вообще прошел мимо меня. Тогда Нуреев выдвинул нас с Изабель Герен на первый международный конкурс балета в Париже. Готовил с нами па-де-де Черного лебедя, уже из своего спектакля. Мы работали очень много, репетировали без остановок — с ним по-другому было нельзя.

— Почему, кстати, Нуреев не назначил вас этуалью в своем «Лебедином»?

— Не знаю, я никогда не задавался этим вопросом и его не спрашивал. Если смотреть на ту ситуацию с «Лебединым» шире, то, конечно, как только приходит новый худрук со своими идеями, всегда появляются недовольные. Меняется время, а вместе с ним и танец, и техника. Версия Бурмейстера очень хорошая, и для меня она не стареет, но у Нуреева был другой взгляд. То, что когда-то казалось чужим, спустя тридцать лет уже воспринимается как классика. Это нормальный цикл. В России, по моим ощущениям, люди особенно дорожат балетным наследием. Взять хотя бы «Щелкунчика» Вайнонена. Эту версию смотрят поколение за поколением, приходят на спектакль семьями. Но мне все-таки кажется, что балеты должны меняться, это важно.

— Сейчас многие стараются угадать, как изменится театр после пандемии. Что вы об этом думаете?

— Самое важное — это желание зрителей вернуться в зал. Мне кажется, что в России традиции театральной жизни, театральных выходов особенно сильны. Это большая часть культуры, это в генетике русских. Поэтому я предполагаю, что публика вернется в театр, как только это станет возможным, и довольно быстро.

— Быстрее, чем французы?

— Думаю, что да. Но это только мои ощущения. И опять же все зависит от условий. Если залы откроются в обычном режиме, это один сценарий. Если будут введены санитарные ограничения, социальная дистанция, я не знаю, как люди будут реагировать.

— Во Франции звучали разные предложения: два кресла между зрителями, обязательные маски в зале, полтора метра между артистами… Реально ли это?

— На сцене держать дистанцию невозможно, разве что в one man show, а в па-де-де какие полтора метра? Что же это за любовь получится? А оркестр? Музыканты сидят плечом к плечу, в некоторых постановках в оркестровой яме полсотни человек. К тому же если маски обязательны в зале, то они должны быть и на сцене. Возможно, для зрителей еще как-то все это можно организовать, но для артистов и музыкантов это нереально.

— Бывшие этуали Парижской оперы сегодня руководят труппами по всему миру — вы, Николя Ле Риш, Мануэль Легри, Элеонора Аббаньято. Общаетесь ли вы, обмениваетесь ли опытом?

— Иногда общаемся, но ситуация меняется от страны к стране, поэтому универсального метода быть не может. У каждого свой опыт, и каждый по-своему будет возвращаться к работе. Еще месяц назад мы с Антоном Гетьманом работали совсем по-другому. Мы надеялись, что спектакли смогут возобновиться гораздо раньше. Ситуация меняется каждый день.

— Что вы думаете об увольнении после обвинений в дискриминации Йоргоса Лукаса, много лет руководившего балетом Лионской оперы (подробнее — в “Ъ” от 21 февраля)? Чувствуете ли вы, что новое время диктует новые правила общения с артистами?

— Я не знаю деталей ситуации Лукаса, поэтому не хотел бы об этом говорить. Могу сказать только, что между манерой общаться в балетном мире тридцать лет назад и сегодня, конечно, есть большая разница. Эта эволюция была необходима, потому что общение должно основываться на взаимном уважении. Сегодня некоторые слова уже невозможны. Это вопрос поколений. Я их и раньше не употреблял, но в школе чего только мы не слышали в свой адрес. Никто не считал, что это нормально, просто так было принято. Сегодня благодаря разным общественным движениям многое стало на свои места, и есть отношение, с которым уже никто не будет мириться. Но надо знать меру, нельзя впадать в крайность. Если на репетиции ты трижды делаешь одно и то же замечание, а тебя потом обвиняют в эмоциональном харассменте, так мы работать не сможем. Наша профессия требует не только дисциплины, но и самодисциплины. Ты должен быть строг с самим собой и рассчитывать только на себя, потому что каждый твой спектакль должен быть лучше предыдущего. И я очень надеюсь, что вынужденная изоляция позволит нам по-другому взглянуть на вещи, которые казались обыденными. Что после карантина мы вернемся с осознанием, какое это счастье и шанс жить нормальной жизнью — выходить на сцену, приходить в театр. Я и артистам так говорю. Может, и банально, но точно не обидно.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска Часовой пояс: GMT + 3
На страницу Пред.  1, 2, 3, 4, 5  След.
Страница 3 из 5

 
Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах


Яндекс.Метрика