Список форумов Балет и Опера Балет и Опера
Форум для обсуждения тем, связанных с балетом и оперой
 
 FAQFAQ   ПоискПоиск   ПользователиПользователи   ГруппыГруппы   РегистрацияРегистрация 
 ПрофильПрофиль   Войти и проверить личные сообщенияВойти и проверить личные сообщения   ВходВход 

Общество Друзья Большого балета
2020-01
На страницу Пред.  1, 2
 
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска
Предыдущая тема :: Следующая тема  
Автор Сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20762
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вт Янв 14, 2020 8:59 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2020011402
Тема| Балет, , Персоналии, Денис Родькин
Автор| Анна Буянова
Заголовок| Танцора Большого театра удивила новосибирская публика
Где опубликовано| © Новосибирские новости
Дата публикации| 2020-01-14
Ссылка| http://nsknews.info/materials/tantsora-bolshogo-teatra-udivila-novosibirskaya-publika/
Аннотация|

Премьер Большого театра Денис Родькин выступил с новосибирской труппой. Он исполнил партию принца Зигфрида в балете «Лебединое озеро». Артист ранее уже бывал в нашем городе. Что его удивило в этот раз, узнали «Новосибирские новости».

Солист Большого театра — на новосибирской сцене. Денис Родькин, ученик Николая Цискаридзе, исполнил партию принца из «Лебединого озера». Артиста очень удивила публика.

«Буквально вчера я станцевал первый спектакль „Лебединое озеро“, и для меня было большим удивлением, что я на финальном поклоне в зале увидел много молодёжи. Это большая редкость, когда на балете можно увидеть молодых людей, которые не спят и радуются, что всё закончилось. Это очень приятно. В Москве не так. Когда я на финальный поклон встаю, в зале там люди среднего возраста в основном», — поделился премьер Большого театра Денис Родькин.

Насладиться музыкой Петра Чайковского и посмотреть на совместную работу нашей труппы и гостя из Большого театра собрался полный зал. Впрочем, на спектакль в редакции балетмейстера Михаила Мессерера всегда трудно попасть. Ещё одно доказательство, что классика по-прежнему в моде.
«Спектакль должен смотреться, должен быть интересен сегодняшнему зрителю. И, как вы видите, билетов на спектакль в новосибирском театре не достать. Вообще танцовщики во всём мире понимают, что такое „Лебединое озеро“. Это впитывается с первых классов балетного образования. Конечно, нужно работать и сохранять стиль, чтобы спектакль был и современен, и классичен и академичен», — объяснил балетмейстер Михаил Мессерер.

Следующим гостем на сцене Новосибирского оперного театра станет солистка Большого театра Мария Виноградова, а в конце февраля к нам впервые приедет известная в Европе труппа из Монако — Балет Монте-Карло.

Какая публика ходит на балет — смотрите в сюжете «Новосибирских новостей»:
ВИДЕО ПО ССЫЛКЕ
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20762
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Янв 15, 2020 10:06 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2020011501
Тема| Балет, Беларусь, Персоналии, Людмила Бржозовская
Автор| корр.
Заголовок| Людмила Бржозовская: «В балете сейчас мода на высоких и стройных»
Где опубликовано| © Белорусский Партизан
Дата публикации| 2020-01-15
Ссылка| https://belaruspartisan.by/life/487906/
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

У Людмилы Бржозовской была блестящая карьера: лучшие педагоги, красивые партнеры, гастроли по всему миру. «Это всегда была какая-то магия!» – вспоминают балетоманы ее высокий полет.


Людмила Бржозовская. Фото: ctv.by

А как обожали пару Троян–Бржозовская! Конечно, Людмила Генриховна не просто звезда – легенда белорусского танца. И роман с ним, кстати, длится до сих пор. Последние двадцать лет народная артистка работает педагогом-репетитором Большого театра Беларуси.

В день нашей встречи у Бржозовской в расписании стояла «Баядерка». Нужно было пройти классику с молодыми солистами. У Людмилы Уланцевой и Егора Азаркевича до выхода на сцену оставалась ровно неделя.

Под фортепианный аккомпанемент детали оттачивают в просторном репетиционном зале.



– Тяжело, да? – успокаивая дыхание после очередной вариации, обращается к партнеру молодая балерина. – Ты все время торопишься. А мне хочется другого состояния, понимаешь?

– Тогда давай еще раз самое начало. Немузыкально делаем.

В следующий раз их останавливает уже Бржозовская:

– Егор, если силы покидают – доверься ногам, они тебя «вынесут». Люся, а ты в конце не торопись. Встала – и дослушай нотку. Во-о-от… Запомнила?

Сдержанный кивок, пара минут на отдых, и снова нечеловеческая балетная пахота, после которой сил остается разве что на лаконичное «Спасибо!» и «До завтра!».

– Они первый раз в паре. Егор танцевал этот спектакль с Яной Штангей, – объясняет Бржозовская. – Яночка меньше, у нее суше ноги, вращение быстрее. А Люся подлиннее, подходы шире.

– А вы всегда на репетиции само спокойствие?

– Потому что сама танцевала и знаю, как это – когда болит, не получается, а ты хочешь. Минуточку… Люся, ты будешь в театре?

Грациозная брюнетка уже спрятала пуанты в сумку, а воздушную пачку сменила на теплые брюки и жилетку.

– Иди покушай и к нам потом приходи. Тут и подушечки есть, и пледики. И никого не будет. Дверь открыта. Приходи, поняла?

В кабинете репетиторов и правда стоит мягкий удобный диван.

– Они же все хотят поспать, – жалеет ученицу Людмила Генриховна. – Люди от усталости просто падают. Людочка сегодня с утра репетировала «Бахчисарайский фонтан», потом «Кармен-сюиту», «Баядерку» вы видели, а через три часа еще «Анна Каренина». Домой за это время не дотащиться, а отдохнуть перед вечерним прогоном надо.

– Они вам как дети. Небось и секретничаете, если есть минутка?

– Конечно, девочки делятся личным, что-то рассказывают.

– Что-то совсем личное?

– О романах нам болтать некогда. Справиться бы с репертуаром. Но, конечно, кто-то остается в паре не только на сцене. Мой брак тоже был балетным. С Трояном я прожила 19 лет. Это немалый срок, почти вся моя творческая жизнь. Все началось на репетициях «Ромео и Джульетты».

– Как романтично!

– Да, вместе были не только на работе, но и дома. Мы, кстати, всегда очень много спорили, но добивались интересных творческих результатов. Нам было нескучно.

– В каких вы сейчас отношениях с Юрием Антоновичем?

– У нас хорошие отношения. Все заменила работа.

Девочки

Наша следующая встреча – поздним вечером после длинного рабочего дня: «Чтобы никуда не торопиться». Людмила Генриховна поправляет платочек на голове. Последние годы народная артистка – только так, лаконично и без излишеств.

– Все из-за этой ужасной балетной привычки зализывать волосы. На репетиции мне нужна собранность, подчеркнутость. Поэтому стала ходить в платочке. Вы же сами видели: ничего не должно отвлекать, когда показываешь позы.

– Это вы делаете потрясающе! Ваши руки!..

– Такими они стали после Нины Федоровны Млодзинской. Она даже учила меня наблюдать за рыбками. Я смотрела, как у них двигаются плавнички, и пыталась повторить. Мне повезло с педагогами. Ирина Николаевна Савельева, Владимир Иванович Бурцев, Нина Михайловна Стуколкина, Наталия Михайловна Дудинская – они очень легко и свободно отдавали мне всё, что умеют. И я стараюсь работать так же.

Всех своих учениц Бржозовская ласково называет «девочками», хотя многие из них уже давно народные артистки. Ольга Гайко, Марина Вежновец, Ирина Еромкина – целый список балетных звезд. И все они для нее как родная кровь.

– Помню, как Мариночка Вежновец танцевала в Париже после травмы. Привезла мне потом огромный букет, который ей подарили французские зрители. Это были самые дорогие цветы в моей жизни. Розы и гиацинты… Я их даже нарисовала.

– Себя в своих девочках узнаете?

– Мне кажется, сейчас люди меньше пробуют. Я никогда этого не стеснялась. Если мне хотелось что-то танцевать – я не ждала, пока дадут роль, а крутилась перед зеркалом, делала движения, что-то вспоминала, фантазировала. Из зала не вылезала.

Когда рождается что-то индивидуальное

– Людмила Генриховна, балетные тела изменились? Может быть, есть какие-то тренды на внешность?

– Мне кажется, в балете сейчас мода на высоких и очень стройных.

– То есть поменялся и «весовой норматив»?

– Нет, по-прежнему максимум 54 килограмма. Но и это многовато. Думаю, что потолок – пятьдесят. Тогда легко и прыгать, и поддержки делать. Хотя бывают довольно плотные танцовщицы – с сильными ногами, большим шагом. Порой это так красиво, так неожиданно… Мне нравится, когда рождается что-то индивидуальное.

– Как это индивидуальное находили вы?

– Для меня не было мелочей, я даже волосы перекрашивала. Ну разве может быть Мария в «Бахчисарайском фонтане» черненькой? А как помогали впечатления! У меня долго не получалась «Кармина Бурана». Елизарьев там напридумывал всяких фокусов, мне было очень сложно раскрепоститься. И вдруг в Ленинграде я попадаю на «Укрощение строптивой» с Алисой Фрейндлих. Она играла блистательно, неподражаемо! После спектакля я сразу же поняла, как нужно танцевать.

– Вам, кстати, как работалось с Валентином Николаевичем?

– Всегда было очень сложно за ним повторять. Но я видела, что он хотел сказать, и запоминала то, что чувствовал при этом. Довольно долгий и сложный процесс, но это, наверное, и есть самое интересное.

– Вы были его музой, первой исполнительницей многих шедевров…

– «Сотворение мира», «Кармина Бурана»… Но сначала была «Кармен». Боже мой, какие он там придумал образы! Это и злость, и любовь, и прощение. Кармен умирает, но прощает, понимаете? Кстати, во всех спектаклях ее убивают кинжалом, но только у Елизарьева она погибает от «объятий» любимого.

В белорусском Большом Бржозовская танцевала больше двадцати лет. В 39 родила сына, спустя полгода опять блистала на сцене. Правда, довольно быстро поняла: это все.

– В театре тогда как раз была смена поколений, – вспоминает Людмила Генриховна. – Пришли высокие балерины – Душкевич, Шеметовец, Дадишкилиани. Мы вместе закончили тогда – Саркисьян, Троян, Павлова и я. Финального спектакля не было. Я просто знала: ну вот, танцую последнее «Лебединое», последнюю «Жизель».

– И как потом жить? Неужели можно смириться с расставанием?

– Но я ведь осталась в профессии, устроилась в хореографический колледж. Поработала, правда, всего несколько лет. Поняла, что скучаю, и пошла к Елизарьеву проситься обратно.

– Теперь у вас профессия без возраста. Педагогом-репетитором, наверное, можно быть очень долго?

– Потому что самое главное в нашей работе – увидеть образ. Как бы слепить через тело, которое мне дано, свои воспоминания, чувства, найти для каждого что-то свое, уникальное. Еще великий Роден сказал: «Смотрят все, но не каждому дано видеть». Но это очень большой труд – лепить из человеческого тела красоту.

– А это у вас, наверное, уже от папы. Он ведь был художником?

– И даже научил меня рисовать. А это очень помогает видеть.

– Гордился вами?

– Конечно, но главным критиком была мама. После спектакля могла часами распекать меня по телефону. А я ведь поначалу даже не мечтала быть звездой.

– Разве без тщеславия можно состояться в вашей профессии?!

– И все же она о другом. Мне всегда казалось, что зрители после спектакля не должны уйти прежними.

Дебют на анальгине

– Людмила Генриховна, танец только в театре? Или дома у вас тоже балетная обстановка?

– Да бросьте! Есть, конечно, какие-то фотографии, книги. Старые пуанты где-то лежат. Сейчас у девочек уже совсем другая обувь. Устойчивая, все рассчитано буквально по миллиметру. А мы свои терочкой шаровали, заливали носочки мебельным лаком.

– Балет − это просто больно или очень больно?

– Самое страшное, когда случаются травмы. У меня нога подвернулась на ровном месте! И слышала ведь – треснуло, но убедила себя, что просто растяжение. И это перед дебютом, представляете? Так что моя первая Сольвейг была на анальгине.

– Ой, а я же вам еще не рассказала, как мы на гастроли ездили! – оживляется Людмила Генриховна и просит задержаться еще на пару минут. – Весь мир! Два месяца колесили по Индии, месяц были в Сингапуре, Шри-Ланке, Малайзии. Забрались даже в Гималаи. Никогда не забуду ту канатную дорогу над пропастью. Ужас!

– Впечатления от встреч с иностранным зрителем такие же яркие?

– На кинофестивале в Риме Франко Дзеффирелли подарил нам с Трояном два флакончика французских духов. Сказал: «Это вам и вашему Адаму». Мы танцевали тогда адажио из «Сотворения мира». А я только потом узнала, что это был Дзеффирелли, представляете?

– Хоть сериал снимай! Кстати, Людмила Генриховна, а почему вы так долго не
соглашались на интервью? Вы же удивительный рассказчик!


– Прежде чем встретиться, я должна как-то настроиться. Так сразу мне сложно решиться.

Да что там интервью: Бржозовская отказалась даже от роли в кино! Недавно артистке звонили из Москвы, предлагали сыграть Лилю Брик в фильме о Маяковском – но нет.

– Да и вообще, – улыбается балерина, – если я когда-нибудь уйду на пенсию, буду только рисовать. Я и теперь могу до трех ночи возиться с красками. Мне это очень нравится.

– Но это ведь очень интимный, одинокий процесс…

– Что вы, мне бы побольше такого одиночества!

– Людмила Генриховна, балет портит характер?

– Наверное, он просто забирает всю тебя. По-другому трудно чего-то добиться.

фото: bolshoibelarus.by
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20762
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Янв 15, 2020 10:30 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2020011502
Тема| Балет, Фестиваль «Золотая маска», бельгийская компания Rosas, Персоналии, Анна Тереза Де Кеерсмакер
Автор| Мария Сидельникова
Заголовок| «Нет ничего современнее тела»
Анна Тереза Де Кеерсмакер о музыке, танце и феминизме

Где опубликовано| © Газета "Коммерсантъ" №5, стр. 11
Дата публикации| 2020-01-15
Ссылка| https://www.kommersant.ru/doc/4219449
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ


Фото: YONHAP SOUTH KOREA OUT/EPA-EFE/Vostock Photo

Фестиваль «Золотая маска» везет в Москву одну из лучших программ бельгийской компании Rosas — вечер одноактных балетов «Барток / Бетховен / Шёнберг» в постановке основательницы и бессменной руководительницы труппы Анны Терезы Де Кеерсмакер. Перед гастролями, которые пройдут на сцене Музыкального театра имени Станиславского и Немировича-Данченко 17 и 18 января, хореограф ответила на вопросы Марии Сидельниковой.

— «Тройчатку» «Барток / Бетховен / Шёнберг» обычно представляют как ретроспективу. Верно ли это? Что для вас значит эта программа?


— Вечер состоит из трех спектаклей — «Струнный квартет №4» Бартока, «Большая фуга» Бетховена и «Просветленная ночь» Шёнберга. Это три важные вехи и для труппы, и для меня как хореографа. «Струнный квартет» я поставила в 1986 году для четырех танцовщиц. Для меня это был первый шаг в сторону от Стива Райха и Тьерри де Мея, первая работа с современной музыкой в классической традиции. Квартет по определению ограничен в средствах, моей задачей было извлечь как можно больше хореографического текста из музыкального. Ухватить все балканские фольклорные мотивы, которые мы слышим в музыке Бартока, и вместе с тем выделить ее ритмический аспект — феминистский, воинствующий, почти ликующий. Эти две линии звучат в унисон. «Струнный квартет» продолжает традицию «женских спектаклей», таких как «Fase» и «Rosas danst Rosas». «Большую фугу» Бетховен написал в конце жизни, хотя формально она еще относится к классицизму, но это уже граница с романтизмом. «Фугу» в последней версии исполняют только мужчины. Сколько музыкальных инструментов — столько и танцовщиков.

— А затем — «Просветленная ночь» Арнольда Шёнберга. Это единственное ваше обращение к романтической музыке и сюжетному балету?

— Да. Это очень колоритная сентиментальная музыка, которую Шёнберг написал под впечатлением от поэмы Рихарда Демеля. В ней рассказывается о ночной прогулке пары в лесу, во время которой женщина признается мужчине, что любит его, но что беременна от другого. Мужчина принимает ситуацию с пониманием и любовью. Сначала, в 1995-м, я поставила «Ночь» на группу, но потом сделала и версию для дуэта. Ее мы и покажем в Москве.

— Три произведения в один вечер вы объединили в 2006 году. Что дала вам эта новая конфигурация?

— Я считаю, что в чередовании женского и мужского, групп и дуэта есть глубинная элегантность или элегантная глубина, как вам больше нравится. Кроме того, эта программа показывает мои принципы работы с музыкой. Отвечать ей движением — настоящий вызов для хореографа. При минимальных ресурсах ты стараешься выжать все, что возможно: выразить максимум движениями и не отступить от музыки.

— Вы часто говорите о музыке и редко — о хореографах, которые на вас повлияли.

— Если я не говорю о них, это не значит, что их нет. Триша Браун, Уильям Форсайт, Пина Бауш — хореографы, которыми я восхищаюсь.

— Как вы работаете? По-прежнему ставите спектакль сначала «на бумаге» и только потом переносите на артистов?

— 40 лет и 60 постановок — это длинный путь, многое менялось, но музыка всегда оставалась моим главным партнером. Вся работа строится вокруг нее. Анализ музыки и работа в зале — два параллельных процесса. Импровизация позволяет создать базовый словарь движений, который потом обрастет грамматикой. Так появляется свой собственный язык, и существующий сам по себе, и отвечающий конкретной музыке. Он как бы проявляет ее, помогает прояснить все, что мне кажется в ней важным. По сути, это очень простое и естественное взаимоотношение музыки и танца. Они и в природе, и в нашей повседневной жизни очень близки, всегда выступают вместе. Танец ни в коем случае не является визуальным воплощением музыки. Я категорически против такой трактовки. Для меня они партнеры, взаимодополняющие и взаимообогащающие. Это двустороннее движение.

— Вы как-то сказали, что завидуете музыке. Почему?

— Потому что это закодированный язык. Ее можно записать, ее проще анализировать, переносить из прошлого в будущее. Все записано, есть партитура.

— Танец тоже записывают, и он все равно остается эфемерным. Как вы относитесь к мнению, что танец стареет быстрее других искусств?

— Совершенно не согласна. Танец — самое современное искусство, потому что нет ничего современнее тела. Тело — это рабочий инструмент танца, оно существует в настоящем моменте. И когда есть сильный танцевальный текст, независимый взгляд хореографа и умное сильное тело артиста, который умеет с ним работать, репертуар остается очень живым. Если сравнить танец с визуальным искусством, с живописью или скульптурой, то он выигрывает, потому что законченное, созданное произведение в прошлом по определению. А танец каждый раз обретает форму, плоть. Он существует в одном пространстве и временном моменте со зрителем, он всегда современник. И танцовщики не просто люди, воспроизводящие хореографический текст. В нем они представляют себя, воплощают перед зрителем написанное. Движение может пересекать любые временные границы, выражать все человеческие опыты. Оно универсально. Я думаю, что с возрастом, с годами мы стараемся идти дальше, освобождаемся от времени и географии, стараемся найти универсальные правила.

— К универсальности вы стремитесь и в хореографическом языке? Если в ранних работах всегда считывался «мужской» или «женский» словарь, то в более поздних постановках различия не так заметны.

— В «Fase» 1982 года и «Rosas danst Rosas» 1983-го действительно отчетливо звучал женский танец, это весьма специфический язык, который несовместим с мужским телом. А уже в «Drumming» в 1998-м, например, это не так важно, разделения на мужское и женское там нет.

— Феминистские убеждения для вас сегодня уже не так важны?

— Напротив. Сегодня, когда мне почти шестьдесят, я себя чувствую гораздо больше феминисткой, чем сорок лет назад. Но я всегда была против термина «феминизм», даже в 1980-х не чувствовала родства с этим движением, и уж точно мои спектакли никогда не были танцевальными манифестами феминизма. Само разделение по половому признаку меня нервировало. Если ты феминистка, то веди себя и выгляди как парень. Вот и все убеждения. В современном мире очень много крайностей, и не надо путать сходство и равноправие. Я не считаю, что мужчины и женщины похожи, они разные, но это дополняющие противоположности.

— Когда вы начинали, вы говорили, что само общество вас вдохновляло. А сейчас? Современное общество вас вдохновляет? Нервирует? Оставляет равнодушной?

— Как я уже говорила, главное для меня — это музыка и мои артисты. Свое видение танца, времени, пространства я постаралась сформулировать в последней большой работе «Шесть Бранденбургских концертов» (подробнее см. “Ъ” от 15 марта 2019 года). В сегодняшнем мире вопрос, какова роль искусства, важен как никогда раньше. Что такое современное искусство? Какова его цена? Кому оно нужно?

— И какой ваш ответ? Зачем нужен танец?

— Искусство должно задавать вопросы, как философия, но и приносить гармонию. И гармония здесь очень важна. Искусство определяет человечество. С его помощью мы понимаем себя, а через тело — современность. И танец подразумевает не только интеллектуальную работу, но и социальную и эмоциональную, потому что он возникает между людьми.

— К вопросу о самоопределении: Анна Тереза Де Кеерсмакер — хореограф-минималист, абстракционист. Что вам ближе?

— Минимализм был в самом начале. Все мои спектакли очень разные. Мне кажется, самое важное, что меня определяет,— это отношения с музыкой.

— Вы хореограф музыки?

— Да, можно и так сказать.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20762
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Янв 15, 2020 3:26 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2020011503
Тема| Балет, , Персоналии, Николай Цискаридзе
Автор| Елена ФЕДОРЕНКО
Заголовок| Николай Цискаридзе: «Имя Пестова часто используют люди, не имеющие к нему никакого отношения»
Где опубликовано| © Газета «Культура»
Дата публикации| 2020-01-15
Ссылка| https://portal-kultura.ru/articles/person/309792-nikolay-tsiskaridze-imya-pestova-chasto-ispolzuyut-lyudi-ne-imeyushchie-k-nemu-nikakogo-otnosheniya/
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

Два мэтра Вагановской академии, ректор Николай Цискаридзе и декан Илья Кузнецов, выпустили в свет книгу о своем учителе — «Шесть экзаменационных уроков классического танца П.А. Пестова». Школы и студии разных стран используют системы преподавания классического танца, созданные выдающимися мастерами из России. Петр Антонович Пестов — один из них.

Он вел уроки мужского танца четыре десятилетия. Воспитал в Московской Академии хореографии несколько поколений великолепных танцовщиков, руководивших в том числе и балетом Большого театра. Имя Пестова — международный бренд. Последние годы педагог работал в Германии и учиться к нему в Штутгарт приезжали со всех уголков планеты. Соавторы представили сборник в день 90-летия со дня рождения своего учителя. «Культура» побеседовала с Николаем Цискаридзе о методике великого наставника, шарлатанах, использующих его имя, и о проблемах балетного образования.


Замир Усманов/ТАСС

культура: Первое, на что невольно обращаешь внимание, прекрасное качество издания…

Цискаридзе: Небольшой тираж вышел в скромном исполнении, в простом переплете и быстро разлетелся. К юбилею Петра Антоновича хотелось выпустить солидное издание, и Российский Фонд культуры выступил в качестве мецената. Его специалисты понимали масштаб личности Пестова, значение пособия, да и презентацию мы провели в прекрасном парадном зале Фонда.

культура: Какие материалы стали основой книги?

Цискаридзе: Так сложилась жизнь Петра Антоновича, что преподавать он начал рано, еще будучи учеником школы, — ему доверили класс беспризорников. Он вынужден был не только учить, но и учиться. Тогда и начал делать записи к урокам. Эта привычка сохранилась — он всегда фиксировал комбинации движений для своих учеников, обозначая дату и фамилию. Приходил в класс, заглядывал в свой листок и показывал придуманное на самом способном, таким в нашем классе был я, потом подключались остальные.

Мы с Ильей Кузнецовым преподавать начали еще в артистическую пору, я — в театре, он — в школе. С любым вопросом Илья обращался к Петру Антоновичу и верил ему безоговорочно. Так началось их общение, а характер у Пестова был непростой, своенравный. Позже учитель отдал ученику коробку со своими записными книжками и листочками, которые никому никогда не показывал. Илья их разбирал несколько лет, разгадывая тайны рукописей. Конечно, в сборник вошло не все, только экзаменационные уроки разных лет, подготовленные в московский и штутгартский периоды.

культура: Вагановская академия задумала серию пособий «Педагогическое мастерство в хореографии»?

Цискаридзе: Мы уже выпустили уроки Асафа Мессерера, Алексея Писарева, Юлия Плахта. Когда готовили первый сборник экзерсисов Николая Тарасова, то не ожидали такого ажиотажа, книга разлетелась моментально. Эти пособия появились благодаря записям Пестова, который фиксировал все увиденные уроки коллег.

культура: Что необычного было в методике Петра Антоновича?

Цискаридзе: Сегодня по системе Пестова работают многие педагоги мира. Его имя используют не только ученики, но и люди, не имеющие к нему отношения, и среди них немало шарлатанов. Я смотрю экзамены не только в Академии, которой руковожу, но и видео из школ разных стран. Многим педагогам не хватает знаний и творческого подхода, они считают, что достаточно наработанного, иногда бездумно используют композиции пестовского урока. Петр Антонович занимался другим, для него каждый ученик — особый инструмент, к которому он относился чрезвычайно бережно. Он называл себя педагогом средних классов, удивительно «ставил» базу, на которой его воспитанники потом строили сценическую карьеру. Его занятия вели к успеху. Он умел не сломать, не испортить, мог месяцами добиваться «созревания» одной мышцы, понимая, что у природы — свой срок, ее не победить и не подстегнуть, чудес не бывает. Он мог «выдержать» ученика для того, чтобы у него сформировался аппарат. Многие движения я в школе вообще не делал — он запрещал. Зато потом они получались легко и уверенно.
Сейчас в театры мира приходят уже травмированные выпускники, или они «ломаются» через 2–3 года. Причины, конечно, в школе: неправильно распределяется нагрузка, рано выполняются сложные элементы, все помешаны на конкурсах, осваивают репертуар «не по ногам и не по возрасту». Жаль, что в период ученичества у них не было Пестова. Он прекрасно понимал, что четкая, постепенная, поэтапная система обучения укрепляет личность. За последнее десятилетие ничего путного из молодых солистов не получается. Серьезных артистов не появляется. А ведь ребята получают диплом «артиста балета», а не технически оснащенного участника конкурса или исполнителя двух туров.

культура: В одном давнем интервью нашей газете Вы говорили, что гений Пестова мог собрать тот хрупкий материал, который Вы из себя представляли, и «замесил» основу, на которой потом «строили» Вас театральные педагоги…

Цискаридзе: Он — безумный фанат своего дела, имел огромное терпение и завидную выдержку. Тяжелый и однообразный труд — сидеть в замкнутом пространстве зала, дотошно копошиться в ногах учеников, добиваться чего-то узкоспециального, а потом отдавать ребят в другие руки и с новым классом начинать все заново — он любил. Даже летом придумывал задания.

культура: Пестов действительно бил учеников?

Цискаридзе: Его считали строгим и грозным педагогом. В классе царила железная дисциплина, мы боялись его ослушаться. Он не шлепал нас, а ударял по касательной, помню это ощущение — словно хлыстом обожгли, мы сразу запоминали, как надо делать и какую мышцу держать. Часто выгонял нас из класса. После школы с выпускниками он не общался – соблюдал дистанцию, мы же сблизились. В жизни он оказался веселым и открытым человеком. Мы с ним часто гуляли, я таскал его на выставки и презентации. Это было забавно: я — выше него, мой шаг — шире, хожу — быстро. Иду, что-то рассказываю и вдруг слышу: «Стой, я больше не могу!» Он бежал рядом, а потом, как маленький ребенок, хватал меня за руку или за край куртки и кричал: «Устал, устал». Я-то, увлеченный разговором, забывал о его возрасте. Сегодня я часто вспоминаю Петра Антоновича. Мы, конечно, продолжим работу над его наследием — сохранились не только записи уроков, но и его точные наблюдения о жизни и любопытные, подчас смешные, ремарки после госэкзаменов, он отмечал, кто из учеников и чем отличился. Надеюсь, издадим еще книгу.

===============================================================================
Все фото - по ссылке
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20762
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Янв 15, 2020 3:35 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2020011504
Тема| Балет, Нижегородский театр оперы и балета, Премьера, Персоналии, Морихиро Ивата
Автор| Александр Максов
Заголовок| Рассыпавшись по золоту песка
Где опубликовано| © портал "Музыкальные сезоны"
Дата публикации| 2020-01-14
Ссылка| https://musicseasons.org/rassypavshis-po-zolotu-peska/
Аннотация| ПРЕМЬЕРА

…nessun maggior dolore,

Che ricordarsi dei tempo felice

Nella miseria…

Dante. Inferno, v. 121

… нет большей скорби,

Чем вспоминать о времени счастливом

Среди несчастий…

Данте Ад


Такой эпиграф Байрон предпослал своей поэме «Корсар». В последнее же время зафиксирован интерес театров к балету на этот сюжет.

История спектакля длинна и весьма запутана. В 1856 году премьеру балета на музыку Адана балетмейстер Жозеф Мазилье представил в Париже. Два года спустя спектакль появился в постановке Жюля Перро, частично использовавшего хореографию Мазилье. Тогда же в музыкальную и хореографическую ткань балета был добавлен Pas d`esclave Петра Ольденбургского – М. Петипа. Так началась, чтобы далее только укорениться традиция оснащать партитуру «Корсара» сочинениями Лео Делиба, Рикаардо Дриго, Чезаре Пуньи и других композиторов. В1863 году Мариинский театр поведал историю грозы морей – Конрада – в версии Мариуса Петипа. Она и стала неким эталоном для последующих отечественных воплощений одноименной поэмы Байрона на балетных подмостках. На сцене Кировского театра (вновь вернувшего историческое название Мариинский) «Корсар» с 1987 года идет в постановке Петра Гусева.

Редакция, реставрация, реконструкция … не будем сейчас углубляться в терминологию. Собственными редакциями «Корсара» разных авторов и в разное время обзавелись Михайловский театр, московский «Кремлевский балет», труппы Новосибирска, Уфы, Ростова-на- Дону, Перми и Самары…

Но, пожалуй, самой знаковой и полной стала ретроспекция «Корсара» на сцене Большого театра, представившая в 2007 году взгляд современных художников Юрия Бурлака (отвечавшего за «старину») и Алексея Ратманского (автора дополняющих хореографических тестов). Повторить столь масштабную постановку на региональных сценах вряд ли возможно, поэтому театры чаще берут за основу спектакль Гусева. Так, к примеру, поступили Владимир Яковлев в Казани и Морихиро Ивата в Улан-Удэ, хотя здесь оказалось все еще сложнее.

Балетный «Корсар» имеет с литературным первоисточником Байрона столь же мало общего, как и балетный «Дон Кихот» с одноименным романом Сервантеса. Именно приближением сюжета своего спектакля к поэме озаботилась чета Ивата. Супруга Морихира – Ольга – решительно отринула либретто Жюля-Анри Вернуа Сен-Жоржа и Мазилье и весьма вразумительно перенесла сюжетные перипетии Байрона в свое собственное.


Али – Артем Зрелов

ДАЛЕЕ ПОКА ЧИТАЕМ ПО ССЫЛКЕ
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20762
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Янв 15, 2020 10:38 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2020011504
Тема| Балет, , Премьера, Персоналии, Сергей Полунин
Автор| Людмила Гусева
Заголовок| Коварство и любовь, или новая «Красная шапочка» от Полунина
Где опубликовано| © портал "Музыкальные сезоны"
Дата публикации| 2020-01-13
Ссылка| https://musicseasons.org/kovarstvo-i-lyubov-ili-novaya-krasnaya-shapochka-ot-polunina/
Аннотация| ПРЕМЬЕРА



Сергей Полунин, один из самых популярных в мире артистов балета, не только благодаря своему экстраординарному таланту, но и раскрутке на youtube, в 2014 году ушел из театра в “свободное плаванье”: с небольшой международной сборной выпускает и прокатывает одну сольную программу за другой, не забывая и Москву, город, в котором его любят и ждут. Традиционно это сборники одноактных балетов, но не в этот раз. В этот раз Москву ожидало необычное событие от Полунина и его команды – мировая премьера, двухактный, сюжетный балет, на специально написанную музыку (композитор – Кирилл Рихтер), т.е. полноценный балетный спектакль, к тому же на неожиданный сюжет. От бэдбоя мирового балета ожидают “Распутина”, а он привез “Красную шапочку”, премьера состоялась в концертном зале “Зарядье”, с которым традиционно сотрудничает Полунин, в канун новогодних праздников – «Красная шапочка» анонсировалась как семейное зрелище и отлично вписалась в празднование Нового года.

ДАЛЕЕ ПОКА ПО ССЫЛКЕ
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20762
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Янв 17, 2020 2:11 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2020011701
Тема| Балет, ГТОиБ Республики Саха, Премьера, Персоналии, Геннадий Гладков, Дмитрий Якубович
Автор| Иван БАРКОВ / Фото: Автора
Заголовок| В ГТОиБ забелеет парус «Двенадцати стульев»
Где опубликовано| © YAKUTIA.INFO
Дата публикации| 2020-01-17
Ссылка| https://www.yakutia.info/article/193192
Аннотация| ПРЕМЬЕРА

Совсем скоро, в марте, на сцене ГТОиБ «забелет парус такой одинокий на фоне стальных кораблей». Театр презентовал начало реализации большого театрального проекта – балета «Двенадцать стульев» на музыку, разумеется, Геннадия Гладкова (автора музыки к одноименному телефильму Марка Захарова). В Якутск по инициативе директора театра Сергея Юнганса была приглашена целая постановочная команда из братской Белоруссии, которая и станет ядром нового балетного спектакля. О том, каким будет будущий проект творческая группа рассказала на пресс конференции.

В целом зрителям обещают представить большое и красочное шоу (сам балет характеризуется Гладковым как «эксцентрический»), в котором будут переплетены разные виды театрального искусства. А спектакль, как уверяют постановщики, будет очень современным, но в то же время не теряющим связи с уже давно хрестоматийным текстом Ильфа и Петрова.

Другое дело, как посредством пластики и танца передать юмор и искрометные выражения героев романа? Но это, по словам режиссера-постановщик балета Анастасии Гриненко, задача вполне себе реализуемая. Тем более, что у нее уже есть опыт постановки этого балета на сцене в Минске. Но тут стоит сразу оговорится и заметить, что спектакль, который представят в ГТОиБ, будет совершенно другим. Это не перенос спектакля из одного театра в другой. Сценография, костюмы и хореография будут оригинальными и сделанными специально для этого нового проекта.

«Этот спектакль будет совершенно новой постановкой и его не сможет увидеть никто кроме зрителей ГТОиБ», - подчеркивает директор театра.

А вот что говорит о своей работе хореограф Дмитрий Якубович, который уже преступил к первым репетициям с артистами балета:

«Музыка Гладкова очень яркая, и когда я впервые ее услышал в Московской филармонии, то сразу захотелось поставить балет. Гладков великий стилизатор. И в балете очень много разных стилей. Но в тоже время этот «музыкальный венегрет» очень удачно сложился».

По его словам, танцовщикам помимо собственно танца нужно будет делать на сцене и трюки, а также владеть степом. А одной из главных своих задач он видит в том, чтобы добиться от ребят больше актерской работы.

Что касается артистов, то в главной партии Кисы Воробьянинова и по совместительству отца русской демократии, будут задействованы Павел Необутов и Тимофей Федотов, а великого комбинатора исполнят премьер ГТОиБ Сарыал Афанасьев и восходящая звезда театра Валерий Аргунов. Разумеется, интересно будет как раз увидеть, как режиссер и хореограф трансформируют их танцевальное мастерство в нечто большее, чем танец.

«Наш балет – это синтез музыки хореографии изобразительного искусства, актерского мастерства. Это шоу. И это очень динамично и очень ярко. Это тот спектакль, который зритель должен смотреть как кино. Он для тех, кто любит балет, и для тех, кто впервые приходит на балет», - рассказывает режиссер спектакля, добавляя, что одной из самых сложных задач будет заставить зрителя смеяться.

Режиссер обещает показать целый пласт истории, уточняя, что в спектакле покажут даже какую-то документальную хронику и в целом будут использованы разные современные визуальные приемы. Конечно, задача у постановщиков будет непростая – донести без слов дух произведения, но тем интереснее увидеть результат.

Над сценографией будет работать Андрей Меренков, который в общем духе будущего спектакля пообещал, что «все будет современно креативно и светло». Серьезная работа предстоит и художнику по костюмам Юлии Бабаевой, которая должна придумать порядка двухсот костюмов, тем более работая над костюмами для балета впервые. Впрочем, работа несколько облегчается тем обстоятельством, что она уже делала костюмы для мюзикла и драматического спектакля по мотивам «Двенадцати стульев».

«У нас будет вся история костюма с начала 20 века. Можно будет прочесть интерпретацию картин Кустодиева, Малевича, идей конструктивизма. Вообще будет много контрастов», - отмечает она.

Нельзя не отметить, что «Двенадцать стульев» уже был в репертуаре ГТОиБ (в то время еще Музыкального театра) в восьмидесятые годы, но в целом спектакль не так много ставили на театральных площадках страны. А в 2001 году этот эксцентрический балет, как его назвал сам автор Геннадий Гладков, на сцене Белорусского музыкального театра поставила как раз режиссер нынешнего спектакля Анастасия Гриненко.

Если говорить о том, почему выбор пал именно на постановку этого спектакля, то, по словам Сергея Юнганса, для которого в статусе директора ГТОиБ это первый большой проект, балет «Двенадцать стульев» вписывается в концепцию пересмотра формата взаимодействия театра со зрителями.

«Нужно сделать так, чтобы балет стал более интересен широкому кругу зрителей» – а именно, как объясняет директор, нужно общаться со зрителем на более доступном языке. «Я пытаюсь мыслить стратегически и считаю что директор театра это еще и продюсер и человек, который определяет художественную концепцию театра», - заявил Юнганс.

И в этой связи нужно отметить, что помимо «Двенадцати стульев», премьера которого состоится 25 марта, уже в январе ГТОиБ представит премьеру оперы «Дитя и Волшебство» на музыку Равеля, который обещает представить новый эксперементальный формат, когда зритель станет чуть ли не станет участником спектакля. Помимо этого, в нынешнем году в планах театра постановка оперы «Кармен» и оперетты «Сильва», а также балета на музыку Кирилла Герасимова «Благословенные узоры».

Вам будет интересно
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20762
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Сб Янв 18, 2020 12:55 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2020011801
Тема| Балет, Государственный академический театр классического балета Н. Касаткиной и В. Василёва, Премьера, Персоналии,
Автор| Александр Матусевич
Заголовок| Крепкий орешек
Где опубликовано| © ClassicalMusicNews.Ru
Дата публикации| 2020-01-18
Ссылка| https://www.classicalmusicnews.ru/reports/krakatuk-2020/
Аннотация| ПРЕМЬЕРА


Премьера балета “Кракатук” Государственного академического театра классического балета Наталии Касаткиной и Владимира Василёва в Большом театре

К новогодним праздникам этого года Государственный академический театр классического балета Н. Касаткиной и В. Василёва подготовился основательно. Вместо новой версии подходящего к случаю и повсеместно идущего классического «Щелкунчика» Петра Ильича Чайковского столичный коллектив подготовил мировую премьеру!

Совершенно новый балет «Кракатук» Эдуарда Артемьева родился в этот раз на Исторической сцене Большого театра России, став своеобразным подарком московским любителям балета к старому Новому году – уникальному российскому празднику.

«Нужен ли еще один «Щелкунчик», если уже есть гениальный балет Чайковского?» – спросит кто-то и от такого вопроса отмахиваться не стоит, он вполне уместен. Но с другой стороны, сказка романтика и мистика Гофмана столь многогранна, глубока и загадочна, что обращаться к ней хочется вновь и вновь, рассказывать каждый раз иначе, по-своему – это нормальное, вполне объяснимая потребность творческих людей.

Наталья Касаткина и Эдуард Артемьев не первые, кто под этот соблазн подпадает – историю волшебного ореха кракатук до них по-своему интерпретировали Марк Моррис и Кристиан Шпук, Сергей Слонимский и Михаил Шемякин.

Артемьев не спорит с Чайковским, но отталкивается от его магии – берет его в союзники и преломляет авторски. Конечно, многое узнается на раз – из того же «Щелкунчика» (который, как ни крути, остается музыкальной основой и нового балета), других великих и не менее популярных балетов Петра Ильича, его же Пятой и Шестой симфоний, первого фортепианного концерта и «Детского альбома».

Но знакомые мелодии звучат необычно, в ином изложении, в невиданной и неожиданной оркестровке: вы словно рассматриваете знакомые шедевры не то через увеличительное стекло, не то через какой-то волшебный кристалл, в котором все преобразуется-искажается причудливо, загадочно, иначе, чем вы к этому привыкли.

К «чайковским» ингредиентам Артемьев добавляет и других – мотивы из «Кармен» и хитовый «Jingle bells», эстрадные советские мелодии, и, конечно же, собственную музыку – получается невероятное варево, колоритное, насыщенное и сложное – как минимум, партитура и само музыкальное переосмысление произведений (прежде всего Чайковского, но также и других авторов) показалось однозначно талантливым и интересным.

Внедрение неакадемических инструментов в оркестровую ткань (гитара, бас-гитара, ударная установка) воспринимается свежо и даже провокативно, особенно в контексте чопорно академического зала Большого.

Хотя внутренне соглашаешься не всегда и не со всем. Второй акт, кажется, удался больше первого, в котором слишком много невнятной лирики, в то время как вторая часть балета более драматична и драматургически стройна. Эстрадные голоса, внедренные композитором в ткань опуса (балет с пением – совсем не новость что в отечественной, что в мировой театральной практике, но до сих пор воспринимается как некая новация и нарушение жанровых границ), скорее разочаровывают, да и воспринимаются в контексте парчовой залы Большого театра дисгармонично.

Обычно эстрадников или поющих драматических актеров композиторы предпочитают академическим вокалистам, когда хотят большей выразительности и более четкого слова – увы, ни того, ни другого в исполнении не наблюдалось. Впрочем, возможно, тому виной не сами артисты (вокальный ансамбль «Вокадемика»), а подзвучка театра (пели, естественно, в микрофоны), которая не слишком приспособлена для таких целей.

Касаткина языком театра и танца рассказывает историю принца – деревянной куклы до того, как его заколдовали. Но «Кракатук» нельзя рассматривать только как своего рода приквел к «Щелкунчику» – задействованы все три части гофмановской сказки, поэтому и хорошо знакомое нам, вполне «щелкунчиковое» с избытком присутствует на сцене.

Прежде всего, новогодне-рождественский антураж, ожидание чуда и праздника, а кроме того – агрессивные серые мыши под водительством королевы Мышильды (Ирина Довидовская) и ее сына Крысика (Виталий Елагин), и шеренга бесстрашных щелкунчиков, отважная и нежная Мари (Екатерина Березина), то превращающаяся в легендарную принцессу Перлипат, то вновь возвращающаяся в реальность, бойкие куклы, веселое семейство Штальбаумов и властный маг Дроссельмейер (Николай Чевычелов).

Главный герой – Принц-Щелкунчик – распадается на трех персонажей: ребенка (Филипп Бабогло), сверстника Мари (Сергей Кузьмин) и взрослого юношу, племянника Дроссельмейера (Алексей Орлов).

Сны Мари перемежаются с реальными событиями, которые, конечно же, реальны весьма условно, ведь все происходящее – добрая старая сказка, хоть и с мистическим окрасом, но со счастливым концом. Хореографический язык балета – классический, узнаваемый, хотя и не Вайнонена – он более пастельный и мягкий, менее экспрессивный и блестящий, танец не самодовлеет, не хочет поразить и обязательно понравиться публике, в нем остается недосказанность, какая-то загадка.

Декорации и костюмы Елизаветы Дворкиной также с секретом: вроде бы они напрямую и отсылают к нашему опыту балетных новогодних шоу, но при этом лишены вызывающей праздничности, а вот эстетической меры и изящества в них – хоть отбавляй. Загадочный темный лес, пронизанный узорами инея, словно то самое волшебное стекло-кристалл, через которое зритель пытливо разглядывает необыкновенный мир танцевальной гофманианы.

Удачно решены костюмы щелкунчиков, позволяющие в мгновение ока превращать деревянных кукол в стройных юношей и обратно, стало быть, творить на сцене чудеса. Ну и, конечно, огромный золотой голографический орех, вращающийся в пространстве и невесомый – эффектный ход, обязательный для сегодняшней детворы, взращенной на компьютерных чудесах.

Невероятно сложную музыкальную эклектику, синтетическое полотно балета, в котором соединены столь разные, если не разнородные компоненты, умело скрепляет маэстро Андрей Огиевский, с неумолимой точностью и четкостью ведущий спектакль. Под его управлением московский симфонический оркестр «Новая классика» звучит уверенно и вдохновенно, не уступая именитым прославленным коллективам столицы, а координация со сценой (что в балете архиважно) оказывается естественной.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20762
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Сб Янв 18, 2020 8:24 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2020011802
Тема| Балет, театр “Астана Опера”, Премьера, Персоналии, Рауль Раймондо Ребек
Автор| Ольга Шишанова
Заголовок| Бетховен - бессмертие или любовь?
Где опубликовано| © газета "Новое поколение"
Дата публикации| 2020-01-16
Ссылка| http://www.np.kz/cultura/26571-bethoven-bessmertie-ili-lyubov.html
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

Главный театр страны “Астана Опера” готовится отметить 250-летний юбилей музыкального гения Людвига ван Бетховена мировой премьерой балета, посвященного творчеству выдающегося композитора. При поддержке Минкультуры и спорта РК в феврале покажут спектакль в постановке известного немецкого хореографа Рауля Раймондо Ребека. По словам хореографа-постановщика, он был восхищен жизнью и деятельностью гениального композитора. Бетховен был первым классическим музыкантом, который еще в детстве увлек Раймондо Ребека в бесконечно прекрасный мир искусства. Добавим, что художественный руководитель балетной труппы “Астана Опера” - Алтынай Асылмуратова, дирижером-постановщиком выступит Абзал Мухитдинов, главным хормейстером - Ержан Даутов



- Господин Ребек, что в этом балете, по вашему мнению, поможет зрителю понять ту далекую эпоху, в которой жил и творил Бетховен?

- Его жизнь была сложна и одновременно масштабна: он создал более 600 музыкальных произведений. Выбрать правильные моменты из его биографии, чтобы они были интересны широкой публике, достаточно непросто. Поэтому я решил начать с его семьи, показать обучение, образование, которое Бетховен получил, будучи ребенком, а также зрители смогут увидеть уже состоявшуюся личность композитора, его вращение в светских кругах Вены. Думаю, эту сторону поможет раскрыть картина венского бала, демонстрирующая связь Бетховена со знатью, с дворянским сословием. Меня как артиста увлекала еще и тема его болезни - глухота, которая, в принципе, никак не могла сочетаться с профессией композитора. Для меня это все равно что быть слепым хореографом. Так, мы увидим одного из героев балета - Глухоту, вместе с ней неразрывно идут два других персонажа - Любовь и Вдохновение. Ну, а закончим балет Симфонией №9, которая несет смысл всемирного, общечеловеческого характера его музыки. Важно отметить, что Бетховен начал свою карьеру как пианист и только позже прославился как композитор. Таким образом, убранство сцены будет выдержано в черно-белом цвете как фортепианная клавиатура. Впрочем, эта эстетика повторится и в костюмах героев, только Любовь примерит красный наряд. Эти цвета представляются для меня чем-то вневременным, вечным, нестареющим. Хочу, чтобы этот балет можно было посмотреть через 10 лет и люди сказали: это современно. Прямые линии - самые вечные, неподвластные времени, они спасают от вычурности вокруг. Постановка должна стать универсальной для всех. Так же, как и музыка Бетховена универсальна - не имеет возраста и неподвластна времени.

- Герои вашего балета - фигуры абстрактные, как они получают физическое воплощение?

- Мне нравится увлекать фантазию публики, заставлять зрителей думать. Например, человек выглядит очень болезненно, приблизительно так может выглядеть сама болезнь. Из таких ассоциаций рождаются герои моих балетов.

- Что составило музыкальную основу этого балета?

- Это была самая сложная часть работы: ушли месяцы, чтобы найти музыку. Мне хотелось завершить балет Симфонией №9, в которой, как вы знаете, поют хор и солисты, но было желание, чтобы артисты хора появились на сцене не только в конце вечера. Я искал для них произведение и нашел “Торжественную мессу”, о которой сам Бетховен говорил, что это одно из лучших его сочинений, именно оно и прозвучит в начале спектакля. Очень люблю фортепианную музыку, особенно Сонату для фортепиано №5, дающую возможность выразить эмоции. Это подходит для любовного дуэта, также мы включили в спектакль знаменитую “Лунную сонату”. Но не только музыка маэстро вошла в этот балет. В то время, когда жил Бетховен, и Моцарт был уже очень знаменит. В венском обществе слушать его музыку было очень модно. Это можно сравнить с тем, как если бы вы сегодня пошли в клуб, где исполняют все хиты. В сцене Венского бала у нас есть также музыка Моцарта и Гайдна, поскольку Гайдн был одним из учителей Бетховена. Он имел большое влияние на него как композитора. Чтобы показать болезнь и глухоту, мы использовали новые, созданные для этого балета, произведения немецкого композитора Дирка Хаубриха. Это аранжировки, которые будет играть не оркестр, они идут в записи.

- Какова хореография этого балета, возникают ли трудности у артистов при ее исполнении?

- Первое правило, которое я использую в работе, - это эстетика и история. Движения артистов должны создать атмосферу, помогающую понять смысл этого балета, их задача - показывать эмоции, передавать чувства, актерски взаимодействовать в дуэтах. Поскольку это мой второй опыт работы с труппой “Астана Опера”, все происходит значительно быстрее, потому что артисты понимают меня, мои требования. Постановка очень масштабная, надеюсь, у нас все получится. Что касается хореографии, в основном я использую современную хореографию, которую перемежаю с элементами классического балета.

Нур-Султан


Последний раз редактировалось: Елена С. (Вс Янв 19, 2020 9:24 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20762
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вс Янв 19, 2020 8:05 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2020011901
Тема| Балет, Фестиваль «Золотая маска», бельгийская компания Rosas, Персоналии, Анна Тереза Де Кеерсмакер
Автор| Наталия Звенигородская
Заголовок| "Барток/Бетховен/Шёнберг": триптих для четырех
Хореограф Анна Тереза Де Кеерсмакер демонстрирует, что музыка и танец равноправны

Где опубликовано| © Независимая газета
Дата публикации| 2020-01-19
Ссылка| http://www.ng.ru/culture/2020-01-19/7_7771_cult1.html
Аннотация|


Логика хореографа проста: четыре музыкальных инструмента – столько же исполнителей. Фото с сайта www.rosas.be

В Москве стартовал 26-й марафон главной национальной театральной премии страны. В рамках проекта «Зарубежные спектакли в программе фестиваля «Золотая маска» прошли гастроли культового бельгийского хореографа Анны Терезы Де Кеерсмакер и ее компании Rosas. На сцене Музыкального театра имени Станиславского и Немировича-Данченко представили вечер одноактных балетов.

В сопровождении ансамбля современной музыки Ictus участники Rosas танцуют Струнный квартет № 4 Бартока, Большую фугу Бетховена и «Просветленную ночь» Шёнберга. Вроде бы банальная «тройчатка». Подборка выгодно и разнообразно представляющих труппу постановок, как это часто бывает на гастролях. Понятная логика: четыре музыкальных инструмента – столько же исполнителей. Сначала четыре женщины, затем четверо мужчин. В финале – смешанная пара: история непростого разговора прогуливающихся по лесу мужчины и любящей его, но не от него беременной женщины. Тут, правда, инструментов шесть.

Разные музыкальные стили, разные эпохи. Составившие программу одноактовки создавались в разные годы и собраны вместе лишь в 2006-м. Тем не менее это триптих. Можно сказать – манифест. Не случайно в перерывах между частями нет антрактов, в зале не зажигают света, зрителей не выпускают размяться.

Для Кеерсмакер хореография – прежде всего работа с той или иной музыкальной партитурой. В интервью она утверждает, что музыка и танец для нее равноправны. Тем не менее примат музыки очевиден. Именно музыка, и только она, дает импульс к сочинению танца.

Решение первой части триптиха на первый взгляд самое что ни на есть лобовое и, стало быть, по мнению многих, не сулит художественных открытий или хотя бы просто неожиданностей. А ведь именно этот критерий – неожиданность, непременная новизна – часто подменяет сегодня критерий качества. Кеерсмакер действительно не оригинальничает. Четыре танцовщицы следуют за музыкальными ритмами струнного квартета. Хотя поначалу доминирующие в их пластике кружения (их множат даже особым образом скроенные и вне кружения почти незаметные юбки) кажутся вовсе не отвечающими характеру и настроениям музыки Бартока. Это не кружение суфиев. Автор, возможно, и надеется достичь некоего прозрения, но – оставаясь в ясном рассудке, без морока, не доходя до пограничных состояний. Без мистических переживаний, а как вполне рационально мыслящий исследователь (не случайно опять же, хоть зрителя и не выпускают в антрактах, на его глазах на сцене идут технические приготовления). Возможно, не стоит даже говорить в данном случае о на века выбитом на скрижалях художественном высказывании. Хореограф пробует, ищет, а главное – приглашает или, по крайней мере, дает повод к совместному эксперименту и к размышлению. Выстраивает движение не сообразно каким бы то ни было канонам, а как будто свободно отзываясь на импульс, отдаваясь на волю не психики даже, а физики. И тут крайне важны кинестетические ощущения. Именно они (кому повезет) не просто убеждают смотрящего, но делают его реальным участником музыкально-пластического события.

С чувством исполненный и сам по себе занятный мужской танцевальный квартет в той же мере убедительного тандема с Большой фугой Бетховена все же не составил. Впрочем, возможно, на этот раз не повезло смотрящему – кинестетика подвела.

Не самой сильной стороной Кеерсмакер оказался и сюжетный балет. Но упоительная красота «Просветленной ночи» Шёнберга-романтика всех оправдала. Кроме тех только, кто в недоумении, а то и в раздражении покинул зал еще до начала третьей части.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20762
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вс Янв 19, 2020 9:39 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2020011902
Тема| Балет, Красноярский театр оперы и балета им. Д. А. Хворостовского, Персоналии, Иван Карнаухов
Автор| Елена Чапленко
Заголовок| Иван Карнаухов. Ведущий солист Красноярского театра оперы и балета им. Д. А. Хворостовского. Интервью
Где опубликовано| © газета "Мир и Личность" №1(63)
Дата публикации| 2020-01-16
Ссылка| https://www.mirilichnost.ru/1-63-%D0%BE%D1%82-16-01-2020/63%D0%B3/
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ



Елена Чапленко: Расскажите, пожалуйста, каким был Ваш путь на сцену Театра оперы и балета имени Хворостовского. Какие отличительные черты этого театра Вы бы отметили?

Иван Карнаухов:
Как и многие будущие танцовщики, я не мечтал о профессиональной сцене с детства. В Красноярское хореографическое училище (ныне – Колледж) поступил поздно и сразу в 3/7 класс. Принимала меня Татьяна Андреевна Дзюба, худрук училища, со словами: «Сможешь догнать остальных, тогда станешь танцовщиком!» Спасибо ей огромное за доброту, строгость и веру в нас – в учеников! Мне всегда везло с преподавателями: в училище это были – Татьяна Михайловна и Юрий Фролович Муруевы, Виктор Георгиевич Андреев; в театре – Алексей Николаевич Павленко, Александр Эдуардович Куимов, Елена Станиславовна Югова, Ольга Витальевна Акинфеева. Выпустился я из Училища с пятерками по всем «спец» предметам и в театр был принят сразу вторым солистом. Красноярский театр оперы и балета имени Дмитрия Хворостовского еще достаточно молод – был открыт в 1978 году. Балетную труппу составили, по большей части, выпускники Пермского хореографического училища. Сразу несколько курсов были направлены в Красноярск. Молодые амбициозные артисты балета под руководством Николая Сергеевича Маркарьянца, главного балетмейстера театра, открыли первый сезон оперой «Князь Игорь» и балетом «Лебединое озеро». На протяжении всего времени театр развивается, с каждым годом премьер становится все больше и больше, не только в балете, но и в опере. Выпускаются мировые премьеры спектаклей. Все они идут на высоком уровне. Качество, верность традициям и присутствие экспериментальности – одни из достоинств Красноярского театра оперы и балета.

Елена Чапленко: Можно ли говорить, что Вы испробовали в балете всё? Если нет, то какой профессиональный опыт Вы бы ещё хотели приобрести?

Иван Карнаухов:
Думаю, что все испробовать в танце не получится – слишком большое разнообразие хореографических стилей и лексики! Что касается непосредственно балета, судьба подарила мне шанс соприкоснуться с хореографией разных балетмейстеров, но в творчестве всегда хочется большего! Танцовщик не должен останавливаться, иначе он погибнет как артист!

Елена Чапленко: Вам приходилось сталкиваться с непониманием публики?

Иван Карнаухов:
Нет, ни разу. Но и провокационного на сцене я ничего не делал!

Елена Чапленко: Какие грани в достижении профессиональных целей Вы не переступите ни при каких обстоятельствах?

Иван Карнаухов:
Талант и труд. Только они должны помогать в достижении профессиональных целей! Все остальное – карьеризм, в плохом понимании этого слова. Трудился я всегда, а про талант надо спросить у публики и коллег!

Елена Чапленко: Какой творческий эксперимент произвёл на Вас наибольшее впечатление?

Иван Карнаухов:
Сложно сказать. Я в жизни довольно впечатлительный, а вот в творческом плане – нет. За последнее время, самым ярким впечатлением стала премьера оперы Франсиса Пуленка «Груди Терезия» в постановке Сергея Боброва.

Елена Чапленко: В Вашем репертуаре имеется партия, сущность которой остаётся для Вас загадкой?

Иван Карнаухов:
Нет. Прежде чем выйти на сцену, артист должен понять своего героя. Безусловно, в начале возможно понять не полностью, но со временем, от спектакля к спектаклю, образ будет раскрываться для артиста новыми гранями!

Елена Чапленко: Образы каких персонажей Вам ближе? Насколько для Вас важна драматическая составляющая роли?

Иван Карнаухов:
Еще во время обучения в Хореографическом училище я посмотрел запись балетов Ю.Н. Григоровича «Спартак» и «Легенда о любви». Любовь к главным героям остается и по сей день. Спартака я, кстати, танцевал, когда Юрий Николаевич перенес его в наш театр. Эта партия близка мне, как, впрочем, Ромео и Меркуцио, Данила в «Каменном цветке» и Шут из «Инфанта и Шут» (постановка С. Боброва). Драматическая составляющая очень важна! Со временем мне стало скучно танцевать принцев в «Щелкунчике» и «Спящей красавице»…

Елена Чапленко: Посредством каких механизмов балет становится всё более динамичным?

Иван Карнаухов:
Посредством маркетинга! На самом деле, динамика балета зависит от прочности союза балетмейстера и артистов, воплощающих его замысел, от степени их доверия друг к другу. Конечно, тем жизни в наше время на много выше, чем даже 20-30 лет назад. Но, на мой взгляд, балет, как и любое искусство, нельзя ставить в жесткие временные рамки. Творчество должно быть свободным.

Елена Чапленко: Есть ли у Вас такие черты характера, которые препятствуют раскрытию того или иного образа?

Иван Карнаухов
: Да. Я добрый и не злопамятный, это очень мешало при подготовке и исполнении партии Тибальда!

Редакция газеты "Мир и Личность"
в лице главного редактора Елены Чапленко
благодарит Ивана Карнаухова
за интересный рассказ


Фотографии - из личного архива Ивана Карнаухова
========================================================================
Все фото - по ссылке
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20762
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Янв 20, 2020 9:00 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2020012001
Тема| Балет, Современный танец, Фестиваль «Золотая маска», бельгийская компания Rosas, Персоналии, Анна Тереза Де Кеерсмакер
Автор| Татьяна Кузнецова
Заголовок| Содебаск по расчету
Спектакли Анны Терезы Де Керсмакер на «Золотой маске»

Где опубликовано| © Газета "Коммерсантъ" №8, стр. 11
Дата публикации| 2020-01-20
Ссылка| https://www.kommersant.ru/doc/4225305
Аннотация|


В «Струнном квартете №4» геометрический поначалу танец женского квартета приобретает оттенок шаловливого эротизма
Фото: Anne Van Aerschot


В рамках зарубежной программы фестиваля «Золотая маска» на сцене Музыкального театра имени Станиславского и Немировича-Данченко состоялись двухдневные гастроли компании Rosas и ансамбля современной музыки Ictus. Бельгийцы показали три работы своей руководительницы — лидера современного европейского танца Анны Терезы Де Керсмакер. Рассказывает Татьяна Кузнецова.

Несмотря на свои отнюдь не мафусаиловы 60 лет, Анна Тереза Де Керсмакер — персона, давно укорененная в истории современного танца. Ставить она начала 40 лет назад, уже через два года была признана ключевой фигурой в деле изучения пространственно-временных соотношений танца и музыки, в 1983 году основала в Брюсселе компанию Rosas, а затем и собственную школу, в которую стремится попасть чуть ли не каждый начинающий хореограф. Поставила с полсотни номеров и балетов (одноактных, естественно). Иметь их в своей афише почитают за честь самые серьезные балетные труппы во главе с Парижской оперой, причем не стесняются повторять репертуар театров-конкурентов. Да и сам Rosas рачительно коллекционирует все удачное, что Анна Тереза ставила на стороне.

ДАЛЕЕ ПО ССЫЛКЕ
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20762
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Янв 20, 2020 11:44 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2020012002
Тема| Балет, Современный танец, Фестиваль «Золотая маска», бельгийская компания Rosas, Персоналии, Анна Тереза Де Кеерсмакер
Автор| Майя Крылова
Заголовок| Любовь нечаянно нагрянет
Где опубликовано| © ClassicalMusicNews.Ru
Дата публикации| 2020-01-20
Ссылка| https://www.classicalmusicnews.ru/reports/keersmaker-moscow-2020/
Аннотация|


Барток. Фото – Anne Van Aerschot

Фестиваль «Золотая маска» привез в Москву одноактные балеты бельгийской компании Rosas. Тройчатка «Барток / Бетховен / Шёнберг» – сочинение Анны Терезы Де Кеерсмакер, главы компании, известного европейского хореографа.

Гастроли прошли на сцене Музыкального театра имени Станиславского и Немировича-Данченко.

Этот вечер составлен из фрагментов старых постановок: Барток с Четвертым струнным квартетом, к примеру, взят из спектакля 1986 года «Барток. Примечания». Бетховен с Большой фугой – из «Руды» (1992). А Шенберг («Просветленная ночь») – из отредактированной в 2014 году танц-версии 1995 года.

Собственно говоря, в Москве показали три разных балета. Но в результате театральных пертурбаций они сложились в мозаику, даже в трилогию, с определенной сквозной идеей.

ДАЛЕЕ ПО ССЫЛКЕ
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20762
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вт Янв 21, 2020 10:49 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2020012101
Тема| Балет, театр “Астана Опера”, Премьера, Персоналии, Рауль Раймондо Ребек
Автор| Валентина Фиронова
Заголовок| Музыки бессмертной божественная сила
Где опубликовано| © Республиканская газета «Казахстанская правда»
Дата публикации| 2020-01-21
Ссылка| https://www.kazpravda.kz/articles/view/muziki-bessmertnoi-bozhestvennaya-sila
Аннотация| Премьера

Театр Astana Opera не устает удивлять поклонников высокого искусства, готовя грандиозную премьеру – балет «Бетховен – Бессмертие – Любовь».



Мировая премьера посвящает­ся 250-летию гениального композитора Людвига ван Бетховена, чья слава не меркнет с течением времени. Балетный спектакль в постановке известного немецкого хореографа Раймондо Ребека состоится 14 и 15 февраля при поддерж­ке Министерства культуры и спорта РК. Волнуются не только артисты, но и художественный руководитель балетной труппы театра Алтынай Асылмуратова, дирижер-постановщик Абзал Мухитдинов и главный хормейс­тер Ержан Даутов.

Раймондо Ребек музыкой и творчеством Бетховена увлечен с детства и давно вынашивал идею создать спектакль, посвященный его жизни, вос­создав далекую эпоху, в которую творил композитор. По словам гостя из Германии, выбрать значимые моменты из биографии гения, написавшего более 600 произведений, было непросто.

– Его жизнь была сложна и одновременно масштабна, – поделился Раймондо Ребек мыслями о своем замысле. – Поэтому я решил начать с его семьи, показать обучение, образование, которое Бетховен получил, будучи ребенком. Кроме того, зрители смогут увидеть уже состоявшуюся личность, его общение со светскими кругами Вены. Этой стороне его жизни посвящена картина венского бала, демонстрирующая связь Бетховена со знатью.

Особенно долго размышлял Ребек над трагическими страницами судьбы великого композитора, пытаясь понять, как ему удавалось творить гениальные произведения будучи глухим.

– Для меня это все равно, что быть слепым хореографом, – признается Раймондо Ребек.

Тема эта настолько захватила создателя спектакля, что его героями стали персонифицированные Глухота, Любовь и Вдохновение.

Ну, а финалом балета станет знаменитая симфония № 9, которая носит общечеловеческий характер.

Важно отметить, что Бетховен начал свою карьеру как пианист и только позже прославился как композитор. И потому убранство сцены будет выдержано в черно-белом цвете, как фортепианная клавиа­тура. Впрочем, эта эстетика повторится и в костюмах героев. Только Любовь примерит красный наряд.

– Эти цвета представляются для меня чем-то вневременным, вечным, нестареющим, – признается постановщик.

Ему хочется, чтобы зрители, посмотрев этот балет, и через 10 лет могли сказать: «Это современно!» Прямые линии, по мнению Раймондо Ребека, самые вечные, неподвластные времени, они спасают от вычурности. Он надеется, что постановка будет близка для всех, как и музыка Бетховена, которая универсальна. Она не имеет возраста и неподвластна времени.

Раймондо Ребеку нравится будить фантазию публики, заставлять зрителей думать. А чтобы этого добиться, потребовались месяцы и месяцы подготовки. В музыкальную ткань спектакля органично вписались самые знаменитые и популярные бетховенские произведения: «Симфония № 9», «Торжественная месса», которую исполнит хор в начале спектакля, «Лунная соната»...

Но слушателей порадует не только музыка Бетховена, но и его современников Моцарта и Гайдна, который был одним из учителей Бетховена и имел большое влияние на композитора. В спектакле также прозвучит музыка современного немецкого композитора Дирка Хаубриха.

Раймондо Ребек доволен и работой с актерами, которые понимают его с полуслова.

– Танцовщики должны уметь передавать идею хореографа без слов, через свое тело. Поэтому мне были не столь важны длинные ноги артиста или отточенная до совершенства техника, сколько мне нужны были исполнители, умеющие чувствовать и пропускать истории через себя. Когда включается музыка, в них должно что-то меняться. Я никогда не выбирал суперталантливых и фантастических танцовщиков. Мои артисты должны выйти на сцену и затронуть «тонкую душу» публики, – сказал о своем творческом подходе Раймондо Ребек.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска Часовой пояс: GMT + 3
На страницу Пред.  1, 2
Страница 2 из 2

 
Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах


Яндекс.Метрика