Список форумов Балет и Опера Балет и Опера
Форум для обсуждения тем, связанных с балетом и оперой
 
 FAQFAQ   ПоискПоиск   ПользователиПользователи   ГруппыГруппы   РегистрацияРегистрация 
 ПрофильПрофиль   Войти и проверить личные сообщенияВойти и проверить личные сообщения   ВходВход 

Общество Друзья Большого балета
2019-05
На страницу Пред.  1, 2, 3, ... 9, 10, 11  След.
 
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска
Предыдущая тема :: Следующая тема  
Автор Сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20407
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Май 08, 2019 10:45 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019050806
Тема| Балет, Бурятский государственный академический театр оперы и балета, I Российско-Японский Евразийский конкурс артистов балета, Персоналии, Екатерина Первушина
Автор|
Заголовок| «После второго тура собиралась паковать чемоданы». Интервью обладателя Гран-при
Где опубликовано| © сайт театра
Дата публикации| 2019-05-06
Ссылка| http://uuopera.ru/posle-vtorogo-tura-sobiralas-pakova/
Аннотация| КОНКУРС, ИНТЕРВЬЮ

Эмоции триумфатора I Российско-Японского Евразийского конкурса артистов балета Екатерины Первушиной.

Начнем издалека. Восемь дней, минимум по пять часов в каждом – столько провел за съемкой конкурса наш оператор Егор. Вы наверняка видели этого человека с мефистофельским обликом в центральном проходе в зал, неизменно за треногой с камерой. И этот скупой на эмоции человек лишь раз за не самую простую в своей карьере неделю дал волю чувствам.



— Я видел такое, — влетел он в наш отдел, вроде бы после одной из сессий второго тура. – Это просто топ, слышал, на балете люди иногда не могут сдержать слез, мне же просто хотелось кричать в голос.

Не надо быть Шерлоком Холмсом, чтобы понять, о чем шла речь. Внутренний взрыв вызвал номер Екатерины Первушиной. Комментарии излишни.

Да даже если брать за основной критерий реакцию зала, то конкурировать с прима-балериной московского «Кремлевского балета» мог только Тимур Дымчиков. И это при том, что лауреат I степени в категории «Артисты балета» изначально является любимцем улан-удэнской публики, когда он на сцене даже наши администраторы бегут в зал лишь бы не упустить ни секунды эстетического наслаждения.

Первушину же полюбили просто по факту. И можно с большим удовольствием констатировать, что миниатюрная артистка совсем не заезжая столичная штучка, а скромная, милая и адекватная девушка.

— С вашим послужным списком у вас вообще были сомнения в успехе?

— Я даже не интересовалась, с кем придется соперничать. Таков мой принцип. Не хочу тратить лишние нервы, а концентрироваться только на своем выступлении. Мы же соревнуемся в первую очередь с собой, каждый раз, выходя на сцену, нужно быть лучше, чем в прошлый раз. Когда ты танцуешь и доволен собой – это кайф, если понимаешь, что полно недочетов – напрягаешься.

— У вас были недочеты?

— Что вы?! Перед третьим туром посмотрела записи своих выступлений и ужаснулась. Подумала: пора паковать чемоданы и ехать домой. Очень не понравилось.

— Решили: «Ну ладно, хотя бы Улан-Удэ посмотрела»?

— Поэтому для меня был настоящий шок узнать, что мне присудили Гран-при. До сих пор не верится.

— Вы упомянули, что не смотрите на соперников, но во время гала-концерта-то было время оглянуться по сторонам?

— Сейчас, да.

— Если судить по аплодисментам, то вашим главным конкурентом был артист нашего театра Тимур Дымчиков.

— Он классный. Молодой, все бурлит. Уверена, он добьется еще больших успехов. Про заочное соперничество, о котором вы сказали, не догадывалась, но это здорово, когда публика поддерживает и сопереживает. Тимур же еще и местный. Прекрасно, что его так любят в Улан-Удэ.

— Раз вы взяли «Гран-при», то на следующий конкурс вас, видимо, можно приглашать только в жюри. Приедете?

— Шутите, да? (Смеется). О таком варианте развития событий я не подумала. Если серьезно, то с радостью бы выступила, допустим, на открытии. А с жюри подождите, о таком я даже не мечтаю.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20407
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Май 08, 2019 11:07 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019050807
Тема| Балет, НОУ, «Болеро», Персоналии, Анатолий Шекера
Автор| Татьяна Полищук
Заголовок| Как родилась легенда?
Знаменитая постановка Анатолия Шекеры «Болеро» украшает афишу Национальной оперы уже более полувека!

Где опубликовано| © Газета «День» №79-80, (2019)
Дата публикации| 2019-05-08
Ссылка| https://day.kyiv.ua/ru/article/kultura/kak-rodilas-legenda
Аннотация|


ПРИМА НАЦИОНАЛЬНОЙ ОПЕРЫ ОЛЬГА ГОЛИЦА В ПАРТИИ ДЕВУШКИ В БЕЛОМ В БАЛЕТЕ «БОЛЕРО» / ФОТО АЛЕКСАНДРА ПУТРОВА

Напомним, премьера балета на музыку Мориса Равеля на киевской сцене состоялась 16 мая 1968 года и с тех пор каждый раз показы проходят с аншлагами. Об истории рождения этой хореографической жемчужины Анатолия Шекеры, первых исполнителях и почему по сей день ведущие танцовщики столичной сцены «соревнуются», чтобы продемонстрировать в «Болеро» свое майстерство зрителям, «Дню» рассказала вдова известного балетмейстера, экс-балерина, педагог-репетитор Национальной оперы Элеонора Стебляк. Кстати, 17 мая — день рождения Анатолия Федоровича, которому исполнилось бы 84, и уже 19 лет, как Шекера ушел в Вечность, но четыре его знаменитых постановки — «Ромео и Джульетта», «Спартак», «Лебединое озеро» и «Болеро» до сих пор остаются спектаклями-визитками столичной Оперы.+

— Анатолию Федорову давно нравилась музыка Равеля «Болеро» и особенно интерпретация этого произведения в исполнении известного австрийского дирижера Герберта фон Караяна, но разные постановки мешали ему осуществить эту мечту. Шекера родился во Владивостоци (Россия), в семье украинских переселенцев. Весной 1968-го он навещал заболевшего отца, возвращаясь в Киев, Анатолий Федорович в самолете придумал, каким будет его балет «Болеро», — рассказала Э.М. СТЕБЛЯК. — Версия фон Караяна — гимн жизни! У Шекеры — это история о гордой, свободной девушке, символе чистой любви, которая возвышается на алтаре. Первой исполнительницей партии Девушки в белом стала известна киевская характерная танцовщица Наталья Уманова, которая достигла большой драматической выразительности, а эта роль стала знаковой в ее творческой судьбе. Спектакль нравится всем — публике, музыкантам и танцовщикам. На «Болеро» оттачивали свое мастерство несколько поколений артистов! Солисты признаются, что их привлекает спектакль, который поднимает тему любви, когда сложно девушке сделать выбор, понять, действительно ли это любовь, как пережить измену любимого и не сломаться в водовороте отчаяния, найти жизненный стержень, стать, несмотря ни на что, сильной личностью. У каждого человека бывают тяжелые минуты, и не всегда любовь заканчивается хеппи-эндом. Это спектакль о сильных страстях, но очень целомудренная и тонкая психологическая постановка, которая положена на испанскую основу в сюжете. Балет — темпераментный и привлекает зрителей своей образностью и пластичностью.

К этой необычайной музыке Равеля, исполненной противоречий между обольстительной мелодикой в духе испанской песенности и бесстрастным ритмом едва слышного барабана, в разные времена обращались такие известные балетмейстеры, как Владимир Бурмейстер, Леонид Лавровский, Морис Бежар, Анатолий Шекера. Кстати, многие украинские дирижеры брались за это произведение, и я всегда им подсказываю, чтобы послушали запись Караяна потому что этот маэстро вдохновил Анатолия Федоровича на постановку. На этот раз за дирижерским пультом выступит Аллин Власенко, а главные роли исполнит звездный состав — выдающаяся лирико-драматическая балерина Ольга Голица (Девушка в белом) и Дмитрий Чеботарь (Юноша) — оба лауреаты Премии А. Шекеры и прекрасная танцовщица Ксения Новикова (Дама в черном). В версии Анатолия Федоровича Дама в черном не негативный персонаж, а Кармен. Ей понравился Юноша, а любовь его к Девушке вызвала у нее зависть, и она решает разорвать этот союз. Неопытный в любви Юноша предается искушению легкой победы, бросает Девушку и возглавляет бесконечный «шлейф» поклонников Дамы, а Девушка переживает горькие минуты, потому что растоптано ее первое чувство.

Спектакли Шекеры не стареют со временем, а наоборот, как хорошее вино, становятся еще лучше, они обогатили украинское балетное искусство и расширили стилистические и эстетичные рамки. Многие балеты мастера стали этапными в мировом хореографическом искусстве. Напомним, в 1991 г. Всемирный Совет танца ЮНЕСКО признал его спектакль «Ромео и Джульетта» выдающимся достижением европейской хореографической культуры и наградил медалью к 110-летию со дня рождения С. Прокофьева. Сейчас «Спартак» на музыку А. Хачатуряна — лидер афиши! Хотя был поставлен еще в 1977 году. Эту постановку можно назвать мужским спектаклем, в котором сложные партии для солистов и кордебалета. Очень динамичный спектакль, требующий от всех исполнителей самоотдачи, но артисты становятся в очередь, чтобы иметь возможность станцевать этот хореографический шедевр. С 1980-го репертуар Оперы украшает «Лебединое озеро» на музыку П. Чайковского, в 1995 г. Анатолий Федорович сделал обновленную версию своей интерпретации классического сюжета. Шекера ставил балеты не только в Украине (Львове, Киеве), а в Анкаре (Турция), Скопье (Югославия), Загребе (Хорватия), спектакли в его хореографии были показаны во многих странах мира, в частности, во Франции, Швейцарии, Германии, Голландии, Италии, Испании, Греции, Японии и др. Как считает Элеонора Михайловна, секрет долголетия балетов Анатолия Федоровича в том, что все они поднимают важные темы жизни, а потому никого не оставляют безразличным!
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20407
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Май 08, 2019 8:18 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019050808
Тема| Балет, фестиваль «Дягилев. P.S.» (СПб), Персоналии,
Автор| Анна Галайда
Заголовок| Петипа. P.S.
Где опубликовано| © Журнал "Большой театр" № 1 (16), стр. 36-39
Дата публикации| 2019 апрель-май
Ссылка| https://www.bolshoi.ru/upload/medialibrary/732/73215e4cf85ce56950904104c742bab7.pdf#page=38
Аннотация| ФЕСТИВАЛЬ

200-летие Мариуса Петипа определило вектор всех российских культурных событий 2018 года. Не стал исключением и петербургский фестиваль «Дягилев. P.S.». Он позволил рассмотреть, как выглядит восприятие созданной этим балетмейстером великой традиции в наши дни, насколько оно способно к трансформациям и обретению новых смыслов.


па де де из балета «Спящая Красавица». Изабелла Бойлстон и Джеймс Уайтсайд Фото: Марк Олич

Программу этого года команда фестиваля во главе с Натальей Метелицей начала собирать практически сразу же, как только было объявлено об общегосударственном масштабе празднования грядущего юбилея Петипа. Предварительный план событий появился еще на предыдущем фестивале — и тогда стало ясно, что цель организаторов — собрать все достижения, инспирированные за последние 100 лет Петипа, причем не только на балетной сцене. Грандиозность задачи, с одной стороны, абсолютно соответствовала месту, занимаемому петербургским балетмейстером в искусстве, с другой— очевидно обнаруживала вдохновляющую руку Дягилева, почитавшего Петипа и обожавшего потрясать воображение размахом своих проектов.

Реальность скорректировала планы. Например, легендарные «Жизель» и «Спящую красавицу» Матса Эка показали на экране — в новом кинотеатре гостиницы «Англетер». Зато финальный гала-концерт включил фрагменты постановок Ролана Пети, Джона Ноймайера, Матса Эка, Сергея Вихарева, а также созданный специально к фестивалю спектакль-оммаж «Ghost» Анжелена Прельжокажа. Важным событием стало появление в программе гала-концерта фрагмента грандиозной работы Алексея Ратманского, который посвятил последние годы восстановлению хореографии Петипа по нотациям Николая Сергеева. В Петербурге показали финальное па де де из «Спящей красавицы», которая восстановлена в Американском балетном театре. Представляющее из себя туго сплетенную связку хорошо известного и непривычного, па де де взывало к серьезной научной дискуссии о природе балетной эстетики, об изменениях выразительности и ее восприятия, произошедших в балетном театре за последние сто лет,— и к тому, что в цитадели Петипа должны увидеть хотя бы одну из «полнометражных» исследовательских работ Ратманского.

Обширным оказался круг тем научной конференции «Мариус Петипа на мировой балетной сцене», открывавшей фестиваль, а музей театрального и музыкального искусства, где была развернута огромная юбилейная экспозиция, привлек фестивальную публику еще раз — презентацией уникального двухтомного альбома «Мариус Петипа. Танцемания», который систематизировал десятки постановок балетмейстера. В школе Мастерс прошел public talk музыкального критика Гюляры Садых-заде с композитором Юрием Красавиным — музыка его балета «Пахита» стала одним из главных открытий фестиваля, в Санкт-Петербургском государственном университете лекцию о Петипа прочитал историк балета Богдан Королёк. Мастер-класс дали в Петербурге руководитель труппы Noism Дзё Канамори и его танцовщики — их «Баядерка» стала одним из самых запоминающихся событий фестиваля.

Театральная программа «Дягилева» отсылала к классическому репертуару Петипа, но перерабатывала его в соответствии с собственными национальными традициями и современной реальностью. Та же «Баядерка. Пространство иллюзии» синтезировала наивный балетный сюжет с японской историей и философией, простодушные мелодии Людвига Минкуса с электроникой Ясухиро Кадамтасу, узнаваемые рудименты «Теней» с приемами театра но и восточными единоборствами, излюбленные шарфы Петипа и эстетику Issey Miyake, который выступил в качестве художника по костюмам этого спектакля. Аналогичный рецепт использовала Дада Масило, хедлайнер крупнейших театральных и танцевальных фестивалей последних лет, при постановке «Жизели» в своей компании The Dance Factory. Из легендарного балета (впрочем, оставляющего вопрос, причастен ли к его созданию юбиляр) хореограф позаимствовала тему любви и предательства. Героев она поместила в родную южноафриканскую деревню и культуру, полную собственных символов и знаков, наделив их неистовством чувств и сногсшибательной энергией, которые заставляют следить за происходящим, забыв о том, что развязка в данном случае очевидна не менее, чем завязка.

Юбилей Петипа стал для «Дягилев. P.S.» поводом впервые выступить в роли заказчика спектакля, как традиционно делают влиятельные европейские и американские культурные институции. Выбор пал на флагмана российского современного танца — труппу «Провинциальные танцы» и хореографа Татьяну Баганову. В основу спектакля положена та же новелла Гофмана «Песочный человек», что послужила источником для классической «Коппелии». Но Баганова в дуэте с художником Ольгой Паутовой возвращает сюжету макабрическую тональность, в которой повествует о мире, где люди разучились любить и вообще испытывать человеческие чувства.

Национальный балет Норвегии, чье небанальное существование вдали от балетных столиц открыл для России несколько лет назад именно «Дягилев. P.S.», вновь приехал в Петербург в блиц-формате. Он привез одну из частей проекта «Неспящая красавица» «Epic short» в постановке американки Мелиссы Хоу. Экс-прима Балета Бостона представила битву феи Сирени и феи Карабос за принцессу Аврору как пародию на штампы классического и неоклассического балета, масляную жирность которым придает фонограмма Первого фортепианного концерта Чайковского.

Однако ключевую роль в фестивале, вдохновленном Петипа, сыграла все же российская балетная труппа — «Урал Опера Балет». В Петербург она приехала со своей «Пахитой» — спектаклем, которым Петипа в 1847 году дебютировал на российской сцене. Но это оказался не тот обрубок в виде свадебного гран па, к которому привыкли в ХХ веке, и не те игры в стилизацию, которые «Пахита» спровоцировала уже в XXI веке. Эту «Пахиту» задумали два главных эксперта русского императорского балета — исследователь Павел Гершензон и хореограф Сергей Вихарев. Спектакль — по современным меркам, с нелепым сюжетом и невыносимо примитивной музыкой — они превратили в интеллектуальный квест. Ту кристаллическую форму балета, созданию которой Петипа посвятил шесть десятилетий, они провели через смену эпох и эстетических вкусов, продемонстрировав стальную крепость ее конструкций. Увы, воплотить идею на сцене Сергей Вихарев не успел, и начатую работу подхватил Вячеслав Самодуров. Он посвятил ее памяти предшественника и начинил собственным ироничным взглядом, что позволило артистам с упоением воплощать сложную идею, а классическому балету — почувствовать себя неотъемлемой частью искусства XXI века.

=========================================================================
Все фото - по ссылке
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20407
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Май 08, 2019 8:33 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019050809
Тема| Балет, Самарский Театр Оперы и Балета, Премьера, Персоналии, Юрий Смекалов
Автор| Татьяна Белова
Заголовок| Философия на фуд-корте
Где опубликовано| © Журнал "Большой театр" № 1 (16), стр. 40-42
Дата публикации| 2019 апрель-май
Ссылка| https://www.bolshoi.ru/upload/medialibrary/732/73215e4cf85ce56950904104c742bab7.pdf#page=42
Аннотация| Премьера

31 января 1990 года в Москве открылся первый «Макдоналдс». Тогда в наименовании «ресторан быстрого питания» ударение гордо ставилось на слово «ресторан», и стандартные Биг Маки, картошка и пепси представлялись жаждущим посетителям удивительными деликатесами, так что очередь за ними завивалась петлями по Пушкинской площади. Но ценными были не только и не столько вкус и сочетание продуктов. Индивидуальная упаковка каждого блюда, улыбки кассиров и готовность быстро обслужить клиентов казались образцом невиданной сияющей цивилизации и залогом скорого наступления счастья не только на территории удовлетворения желудка.


«Три маски короля». Юлий — Владимир Шкляров, Конор — Анастасия Тетченко Фото: Виктория Назарова

Самарская премьера «Трех масок короля» произвела как в самом театре, так и в масштабах города сравнимый эффект. Беспрецедентная для постановок САТОБа активность и открытость создателей публике, автограф-сессии, сувенирные маски, обсуждение новой работы с постановщиками — клиентоориентированность «Трех масок» сродни той, что культивируется в сетевых заведениях фастфуда. И в той же области, на поле культурного фастфуда, находится и сам предмет ажиотажа, который авторы, в попытке придать ему статус деликатеса, гордо именуют «балетом-притчей». Под философским туманом, в который автор либретто (и генеральный спонсор премьеры) Вячеслав Заренков, композитор Михаил Крылов и хореограф Юрий Смекалов решили упаковать свое сочинение, кроется довольно стандартный по композиции и структуре балетный сюжет. Два акта на сцене присутствуют протагонист (типичный герой-принц в либретто Заренкова и Смекалова дорос до полноправного короля), его чистая возлюбленная, ее ревнивая соперница, а также коварный злодей и предающая всех по очереди свита. Герой мучительно обдумывает свое житье, его ждут заговор, угнетение, борьба, одна женщина таинственно превратится в другую, но добро победит зло, а в финале герой вновь обдумывает житье. Лирическая героиня без маски семенит на пуантах, злодей прячется под маской (балеринам труппы приходится осваивать для этой партии сугубо мужскую пластику). Протагонист мечется между танцевальными стилями (в дополнение к бутафорским маскам, от золотой до гипсовой, хореограф надевает на него обрывки па Бориса Эйфмана, Юрия Григоровича и даже Мориса Бежара), но, обуреваемый различными чувствами, так и не может остановиться ни на одном. Кордебалет одинаково безучастно считает такты в лирическом вальсе, стыдливой оргии или восстании, которому не помешало бы добавить энергии.

В рамках стандартов оказалась выстроена и романтическая часть музыки, предназначенная для оркестра. Даниил Пильчен оркестровал сочиненные Михаилом Крыловым напевы в полном соответствии с балетными конвенциями, от нежности арфы и флейты в женской пуантовой вариации до диссонансно звучащей меди в ностальгическом парковом вальсе а-ля Гаврилин для массового танца.

Однако в САТОБе с гордостью ставят галочки в воображаемой ведомости открытий и отступлений от стандартного академического стиля. Так, впервые в Самаре живой оркестр вступал в диалог с электронным саундом, впервые главный дирижер САТОБа Евгений Хохлов работал с партитурой, соединяющей неизменность воспроизводимой записи и спонтанность звучания традиционных инструментов. Так, труппе пришлось танцевать босиком (впервые для балета на самарской сцене), припадать к полу — «партерная техника с элементами хип-хопа», как гордо поименовал ее Юрий Смекалов (впервые для балета на самарской сцене), скандировать (впервые для балета на самарской сцене), а иногда и вовсе импровизировать, без жестко заданных хореографом комбинаций находя свое место в группе (впервые для балета на самарской сцене).

Но в глазах и ушах зрителей самыми яркими героями премьеры остались не артисты, а электронная часть музыки (за которую отвечал саунд-продюсер Влад Жуков) и агрессивный свет (виртуозная по попаданию в заданный китчевый стиль работа Ирины Вторниковой). Не прикрытые падугами мощные софиты исполняли свой собственный танец, а их жесткие лучи формировали пространство эффективнее, чем решетчатые фуры и многофункциональная маска-трансформер, выстроенные Вячеславом Окуневым. Чтобы спектакль выглядел еще более новаторским в глазах привыкшего к академической традиции зрителя, он оставил площадку без кулис.

Количество галочек в графе «впервые» вполне объясняет и потрясенные овации публики, и горящие глаза участников премьеры. Премьеры, по формальному статусу мировой, но отнюдь не ставшей событием мирового масштаба. Вместо обещанной современности и притчевости выходит дурная многозначительность, всё намекает и неуловимо походит на что-то важное, но не связывается в художественное целое. Понятно, что живая балетная труппа нуждается в настоящей современной хореографии, как и в современных ритмах: с этой точки зрения решение худрука самарского балета Юрия Бурлаки разбавить архаичную классику свежим эксклюзивом выглядит вполне оправданным. Но привлекательность залитых кетчупом и майонезом булок с котлетами неизбежно упадет, если им появится достойная альтернатива.

И очень хочется, чтобы грамотная и активная коммуникация со зрителем, которую САТОБ успешно осваивает в нынешнем сезоне, как раз ее появлению способствовала.
========================================================================================
Все фото - по ссылке
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20407
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Май 10, 2019 10:27 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019051001
Тема| Балет, , Персоналии, Наталья Осипова
Автор| Беседовала Елена Лесли
Заголовок| Наталья Осипова: «Мне многое прощается, потому что я русская»
Где опубликовано| © «Англия» – независимая русскоязычная газета Великобритании.
Дата публикации| 2019-05-08
Ссылка| https://angliya.com/2019/05/08/nataliya-osipova-interview-the-mother-london/
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ


The mother. Natalia Osipova //Kenny Mathieson

С 20 по 22 июня в лондонском Southbank Centre пройдет уникальное представление: танцевальная драма The Mother – спектакль по сказке Ганса Христиана Андерсена «История одной матери», поставленный одним из ведущих хореографов мира Артуром Питой.

Спектакль сделан по-настоящему «звездной» командой. Захватывающий сюжет, виртуозная хореография, оригинальная музыка в живом исполнении, потрясающие воображение костюмы и декорации – спектакль The Mother навсегда изменит ваше представление о современном балете. Это, пожалуй, самый мощный проект, организованный командой Bird&Carrot и продюсером Александриной Маркво.

Образ главной героини – матери, вступающей в схватку со Смертью за жизнь своего ребенка, воплотила прима-балерина Ковент-Гардена, звезда мирового балета Наталья Осипова.

Мы поговорили с Натальей накануне лондонской премьеры о том, как проект приняли в Эдинбурге, откуда она черпает свое вдохновение, как воспринимает высокие титулы, даваемые ей критикой и прессой, и о ее личных предпочтениях – как на сцене, так и в жизни.

— Чего стоит лондонской публике ожидать от вашего нового проекта The Mother?

— Думаю, очень сильных эмоций. The Mother – это танцевальная драма по сказке Андерсена «История одной матери», поставленная Артуром Питой, и один из главных и любимых для меня проектов на данный момент. Мне кажется, получился очень яркий, захватывающий спектакль с прекрасной музыкой, костюмами и декорациями. Моя героиня – женщина, вступившая в борьбу со Смертью за жизнь своего ребенка. Она идет в потусторонний мир и встречает там разных фантастических существ. Хотя, возможно, все это происходит в ее голове, потому что она не выходит за пределы своей квартиры. Думаю, эта история никого не оставит равнодушным.

— Работа над таким нестандартным с точки зрения балета проектом – это вызов, эксперимент? Что это для вас лично?

— В современном балете нет запретных или скандальных тем, так что не думаю, что с этой точки зрения The Mother является каким-то особенным «нестандартом». Меня привлекла возможность станцевать нетипичную для меня героиню – мать. Раньше у меня не было подобных ролей, и это для меня очень ценный опыт.

— Артур Пита, балетмейстер постановки, выделяет ее в жанр «нарративного балета». Что это и близко ли это вам?

— Да, мне нравится, когда в балете есть история, как в драматическом театре, и я очень люблю работать с Артуром, который является одним из самых ярких современных хореографов, работающих в этом жанре. В его балетах всегда есть театральные, драматические элементы. И в The Mother я не только танцую, но и работаю как актриса.

— Как вы «подпитываетесь» для такой сложной и пока незнакомой вам роли – роли матери?

— У меня еще нет своих детей, но я старалась найти в себе материнские чувства. Мне кажется, где-то глубоко в каждом из нас живут прообразы эмоций и переживаний, которые мы еще не испытали в реальности. Возможно, это генетическая память или предчувствие. Актеры хорошо работают с этими прообразами чувств, я тоже учусь.

— В конце декабря мировая премьера постановки прошла в Эдинбурге. Почему именно там, а не в Лондоне, и как публика приняла «Мать»?

— В Эдинбурге нам смогли предоставить зал в то время, когда все мы были свободны от других обязательств и могли объединиться для выпуска балета. Премьера прошла с большим успехом. Зрители в зале сидели не шелохнувшись, хотя для английской публики это не очень типично.

— В одном из своих интервью вы рассказывали, что лондонские педагоги научили вас иначе смотреть на искусство балета, быть сдержаннее иногда, не всю свою энергию выплескивать на сцену. Как это для вас работает сейчас? И возможно ли на самом деле артисту сдержаться?

— Любая роль предполагает, что в какие-то моменты ты сдерживаешь энергию, а в какие-то – выплескиваешь. Но я действительно часто слышала на репетициях: «Ты слишком эмоциональна!» Или: «Тебя слишком много». Но у меня есть своя природная энергия, которую мне трудно прятать. Я пытаюсь вложить больше реализма в свои классические партии, и в конце концов все с этим смирились. Мне многое прощается, потому что я русская.

— Вам больше нравится танцевать одной, с партнером или же вообще – когда на сцене карнавал из большого количества танцоров?

— «Карнавал на сцене» я не люблю. Больше всего мне нравится танцевать в дуэте, особенно с теми партнерами, с которыми у меня есть взаимопонимание. Соло я немного побаиваюсь. В сольном танце надо очень четко понимать, что именно ты хочешь сказать, вдвоем передавать смысл и эмоцию в танце гораздо легче.

— В современном танце вы себя чувствуете так же уверенно, как в классическом? К чему душа лежит больше?

— Наверное, так вопрос не стоит. Я с большим удовольствием танцую классику, а современный балет люблю за то, что он дает мне возможность раскрыть другую сторону себя. В contemporary я могу быть более естественной и земной женщиной, а не принцессой на пуантах.

— Что вам нужно для того, чтобы найти себя, настроиться на новую работу? Имеют ли большое значение обстановка, окружение, отказ от каких-то вещей?

— Конечно, команда имеет огромное значение: партнеры, хореограф, художник-постановщик. Все эти люди вдохновляют и направляют меня к новым горизонтам. Отказ от чего-то? У меня есть свой метод. Новая роль – это для меня очень постепенный процесс, начинать я предпочитаю с нуля. Не стараюсь сразу узнать все о своей героине и ее истории. В начале работы для меня важнее инстинкт и спонтанность.

— Прима-балерина Лондонского Королевского балета… Это очень почетное и высокое звание. Следующая остановка…

— В моей жизни сейчас все очень гармонично, и пока нет желания что-либо менять. Я танцую свои любимые классические партии в прекрасных постановках, с фантастической труппой и параллельно могу заниматься собственными проектами.

— Есть у вас свои кумиры, пример, которому вы следуете, или артисты, от которых вы можете черпать какое-то дополнительное вдохновение?

— Я восхищаюсь французской балериной Сильви Гиллем. Она очень сдержанная, неприступная, даже жесткая, но на сцене творит настоящие чудеса. И еще очень люблю итальянку Алессандру Ферри – полную противоположность Сильви. Она, наоборот, невероятно женственна.

— Вас сравнивают с Майей Плисецкой, называют главной балетной иконой поколения – как вы относитесь к этим титулам?

— Наверное, этот вопрос надо задать тем знатокам и поклонникам балета, которые наградили меня ими, потому что сама я никогда о себе так не думаю. Майя Плисецкая – недосягаемая величина, настоящая легенда. Но мне не кажется, что мы с ней похожи. Меня с ней сравнили только один раз в связи с балетом «Дон Кихот». Я, в принципе, не стремлюсь к высоким оценкам, к сравнениям с великими танцовщицами. Меня ведет по жизни энергия творчества. Я не хочу быть идеальной балериной, все время ищу себя в новых танцевальных формах и не боюсь рисковать.

— Вы вовлечены в светскую жизнь русского Лондона? Посещаете какие-то мероприятия, если время позволяет?

— Я – человек не публичный и не тусовочный. Мне вообще трудно находиться в обществе, меня это тяготит, и я мало кого допускаю в свой мир. Мне хорошо с моей семьей, с моим молодым человеком, я люблю бывать на природе или валяться дома с книжкой. Конечно, мне хотелось бы больше следить за выставками, театральными постановками, быть в курсе того, что происходит в других сферах искусства. Но на это, как и на общение с близкими и любимыми друзьями, часто просто катастрофически не хватает времени.

— Есть ли у вас любимые места в Лондоне: парки, кафе, магазины – что угодно.

— Я живу в Лондоне уже пять лет и очень люблю свой район Little Venice. Обожаю парки, больше всего – Hampstead Heath. Недавно мы с Джейсоном (Джейсон Киттельбергер, танцовщик и хореограф, бойфренд Натальи. – Прим. ред.) завели двух собак – шарпея Еву и самоеда Номи, так что теперь будем проводить с ними в парках еще больше времени. Щенки – это огромная радость, но и большая ответственность.

— Чего сейчас хочет Наталья Осипова? Чтобы наступило мгновенное (пусть даже сиюминутное) счастье.

— Нового вдохновения, новых неизведанных горизонтов в творчестве. А в личной жизни я сейчас абсолютно счастлива.

Беседовала Елена Лесли

Благодарим за организацию интервью продюсера Александрину Маркво и компанию Bird&Carrot


====================================================================
Все фото - по ссылке
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20407
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Май 10, 2019 4:00 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019051002
Тема| Балет, Большой театр оперы и балета Беларуси, Персоналии, Татьяна ШЕМЕТОВЕЦ
Автор| Беседовала Инна КОРСАК
Заголовок| "Спящая красавица" покорила Новый Свет
Где опубликовано| © газета для деловых людей «Белорусы и рынок»
Дата публикации| 2019-05-10
Ссылка| http://belmarket.by/spyashchaya-krasavica-pokorila-novyy-svet
Аннотация| Гастроли, Интервью

Недавно артисты Национального академического Большого театра оперы и балета Беларуси побывали на гастролях в Мексике с балетом «Спящая красавица» Петра Чайковского. По возвращении на родину заведующая балетной труппой театра заслуженная артистка страны Татьяна ШЕМЕТОВЕЦ рассказала «БР», с какими трудностями пришлось столкнуться белорусам во время своего тура и как мексиканцы воспринимают классический балет.



— Татьяна, какой оказалась эта поездка для вас?

— Я отправилась в Мексику как руководитель гастролей — впервые примерила на себя эту роль. На мои плечи легла колоссальная ответственность за 45 человек. Каждый день давала уроки, проводила репетиции, собирала спектакли, отвечала за дисциплину. Конечно, я ежедневно занимаюсь этим в Большом театре, однако во время гастролей на руководителя возлагается двойная ответственность. Честно признаюсь: очень боялась, что артисты набросятся на незнакомую еду (в Мексике довольно специфическая кухня), что могло бы отразиться на их самочувствии. Кроме того, в этой стране очень большие проблемы с водой: можно пить лишь бутилированную.

В общем, на протяжении всей поездки пребывала в тонусе! Ведь мне нужно было поддерживать артистов, иногда заставлять или успокаивать их, настраивать и даже лечить. Я взяла с собой аптечку, которая заняла половину чемодана. В ней было абсолютно все!

Я отсмотрела все 44 спектакля. После каждого из них раздавала всем замечания. Впрочем, невзирая на это, а также на очень трудный график, нам удалось сохранить дружескую и теплую атмосферу. Мы действительно были большой, но сплоченной командой.

— Мексика увидела балет «Спящая красавица» в исполнении артистов Большого театра. Кто выбрал спектакль для этих гастролей?

— Изначально репертуар выбирает импресарио. В нашем случае им был Айдар Шайдуллин — бывшая звезда Кремлевского балета. Он остановился именно на «Спящей красавице». Любопытно, что до этого мы крайне редко включали данный спектакль в свои гастрольные туры. Помню, показывали его в парижском Дворце конгрессов, но это было очень давно. Зато в Мексике наверстали упущенное: станцевали «Спящую красавицу» 44 раза!

— Сколько городов посетили?

— Около тридцати. Объехали всю страну с юга на север. Мексика — крупное государство, поэтому каждый день нас ждали длительные переезды. Мы постоянно были в дороге.

По большому счету страну мы видели лишь из окна автобуса. Даже знаковые места, такие как пирамиды Теотиуакана, нам посетить не удалось из-за плотного и трудного графика.

— Легко ли адаптировались к мексиканскому климату?

— Из Минска мы уехали в феврале, тогда в столице Беларуси были морозы. Мехико встретил нас 20 градусами выше нуля. Затем внутренним рейсом отправились в Тихуану. Там мы почувствовали, что такое мексиканская жара.

Впрочем, большие трудности были связаны с разницей во времени между Беларусью и Мексикой, она составляет восемь часов. Поначалу нам всем очень хотелось спать, однако мы работали. Приходилось как-то приспосабливаться. Признаюсь, мы все переболели, но продолжили стоически танцевать.

— Как принимали в Мексике классический балет?

— На самом деле в этой стране есть балет. Например, в Монтеррее есть даже своя труппа. Наши сопровождающие сразу сказали: «Не ждите, что вы тут понравитесь. У них есть своя труппа, и они считают себя лучшими! У них собственная постановка балетов «Лебединое озеро» и «Щелкунчик», поэтому на гастроли в Мексику эти спектакли не привозят, так как местные зрители и специалисты не воспринимают других постановок, кроме своей».

«Спящая красавица» имела большой резонанс. На наш спектакль пришли мексиканские балетные педагоги. Среди них была женщина, окончившая московский ГИТИС и прекрасно говорящая на русском языке. По окончании спектакля она сказала, что из всех трупп, которые когда-­либо приезжали в Мексику, мы продемонстрировали самое лучшее качество исполнения. Также она отметила нашу балетную школу и общий уровень подготовки.

— Приходилось ли давать спектакли-«двойники»?

— Случалось. Первый спектакль начинался в 17:00 и заканчивался в 19:40, а уже в 20:00 стартовал второй. Вы можете себе такое представить?! По окончании дневного спектакля артисты едва успевали выпрыгнуть из костюмов для последнего акта, чтобы впрыгнуть в костюмы для первого акта вечернего. Например, в одном спектакле ведущая солистка танцевала Аврору, а в следующем — Фею Сирени или принцессу Флорину. Поверьте, это очень непросто. Всего мы станцевали девять «двойников».

— Знаю, что в Мексике состоялось несколько дебютов…

— Две наши ведущие солистки — Яна Штангей и Александра Чижик — впервые станцевали на гастролях партию Авроры. Они готовили ее в театре перед отъездом в Мексику. Дебюты прошли успешно, с каждым спектаклем качество исполнения становилось все лучше. Кроме того, Валерия Грудина впервые станцевала партию Феи Карабос. Ее героиня получилась очень интересной.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20407
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Сб Май 11, 2019 9:13 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019051101
Тема| Балет, МАМТ, Премьера, Персоналии, Ингер / Браун / Прельжокаж
Автор| Андрей Галкин
Заголовок| Триша Браун с нагрузкой
Где опубликовано| © газета «Экран и сцена»№ 9
Дата публикации| 2019-05-10
Ссылка| http://screenstage.ru/?p=10839
Аннотация| ПРЕМЬЕРА


Сцена из спектакля “О сложная”. Фото К.ЖИТКОВОЙ
Программа “Ингер / Браун / Прельжокаж” – последняя в текущем сезоне балетная премьера Музыкального театра имени К.С.Станиславского и Вл.И.Немировича-Данченко. Добавление в афишу еще одного сборного вечера как будто не должно удивлять – формат, знакомый театру еще с советских времен, за два предыдущих года сделался для него основным. Но сейчас название, скромно перечисляющее фамилии хореографов, таит в себе событие без скидок историческое. Впервые на русскую сцену перенесен спектакль Триши Браун. Сравниться с этим по значимости может, пожалуй, лишь российская премьера балетов Иржи Килиана, случившаяся в Музыкальном театре девять лет назад. Тогда руководство благоразумно решило, что в килиановских “Шести танцах” и “Маленькой смерти” достаточно новизны для одного раза и дополнило их репертуарными постановками. Нынешний художественный руководитель балетной труппы Лоран Илер рассудил по-другому, и работу Триши Браун представили в составе тройчатки, премьерной от начала до конца.

Неблагодарная роль пьес для съезда и разъезда публики досталась “Прогулке сумасшедшего” Йохана Ингера – ее станцевали среднее и младшее поколения труппы во главе с Оксаной Кардаш, Еленой Соломянко, Иваном Михалевым и Максимом Севагиным, и “Свадебке” Анжелена Прельжокажа, взятой, говоря старомодным языком, в расчете на “перспективную молодежь”.

“Прогулка сумасшедшего” иной роли и не заслуживала. Сложно понять причины, побудившие театр обратиться к этой далеко не лучшей хореографической интерпретации равелевского “Болеро”. В недавнем прошлом ее дважды привозили в Россию иностранные труппы: в 2013 году в Москву, на фестиваль к столетию “Весны священной” – Финский национальный балет, и в 2018-м на петербургский Dance Open – Балет Марибора. Оба раза “Прогулку” приняли без особого энтузиазма. Новая встреча с ней в качестве репертуарного спектакля подтвердила весьма среднее впечатление от гастрольных показов.

В повторяющейся теме “Болеро” Йохан Ингер, судя по названию постановки, услышал звуковую идею фикс, непрерывно преследующую героев. Но найти ее зримый эквивалент не сумел. Вопреки сквозному развитию музыки, в сценическом действии господствует прерывность. При слабом освещении в черном квадрате шесть танцовщиков и три танцовщицы гоняются друг за другом вокруг забора, пытаются через него перелезть. Короткие скетчи в стиле раннего Мэтью Боурна накладываются на первые, камерные по составу инструментов, проведения темы. Когда оркестровая звучность нарастает, Ингер выпускает на сцену ансамбль, а для финального дуэта присоединяет к Равелю фортепианную пьесу Арво Пярта. Обнаружить в этом какую-либо целесообразность не получается при всем желании. Взвинченные движения солистов имеют так же мало общего с одинокими звуками клавиш, как Пярт с Равелем, а беготня вокруг деревянного забора – с “Болеро”.

Не “выстрелила” в Москве и “Свадебка” Анжелена Прельжокажа. Почтенный спектакль с тридцатилетней историей интересен сегодня лишь как образец прошедшей эпохи современного танца. Размышления хореографа о гендерном неравенстве и насилии в браке не прочитываются и не работают. Бессюжетный танец пяти пар, слегка театрализованный игрой с куклами в подвенечных платьях, смотрится стерильной подтекстовкой к партитуре Стравинского и заставляет со вздохом сожаления вспомнить о “Свадебке” Брониславы Нижинской.

Обе постановки, присоединенные театром к сочинению Триши Браун, поневоле воспринимались как нагрузка к основной премьере. Спорная художественная ценность “Прогулки сумасшедшего” и чисто ретроспективный интерес “Свадебки” оттенили безусловные достоинства “О сложной”, которая, вдобавок, прекрасно подошла артистам Музыкального театра.

“О сложная” – произведение поздней Браун, ставившей оперные спектакли, успевшей поработать с классической музыкой и, тем самым, вступить в диалог с традициями европейского искусства. В трио, сочиненном в 2004 году для “первой лирической сцены”, парижской Оперы, и трех ее этуалей – Орели Дюпон, Мануэля Легри и Николя Ле Риша, Триша Браун средствами абстрактного движения пересоздала классический белый балет.

Отправной точкой послужила “Ода птице” польского поэта Чеслава Милоша. Ее первая строка вынесена в заглавие работы, текст сопровождает действие, а литературные приемы транслированы в танце. Подобно тому, как Милош раскладывает традиционную лирическую зарисовку на отдельные предметы и ракурсы и описывает их языком современной поэзии, Браун играет на узнавании в современных постановочных ходах – отзвуков далекой старины. Все в ее постановке пронизано ощущением временной двойственности. В электронной музыке Лори Андерсон то и дело слышится мерная поступь органных хоралов. Интонации женского голоса, читающего “Оду птице”, сближаются с условной речитацией классицистских актеров. А три танцовщика – двое мужчин и женщина – олицетворяют любимую хореографами XIX века триаду персонажей с сопутствующей ей коллизией: пара героев с разных сторон подступает к героине.

На московской премьере эта триада оказалась укоренена в балетную традицию даже глубже, чем в Париже. Две мужские партии в первом составе исполнили Георги Смилевски – несравненный классик, и Евгений Поклитарь – характерный солист, специализирующийся на современном репертуаре. В их дуэтах было легко увидеть аналог старинных балетных пар – Джеймса и Гурна из “Сильфиды” или Альберта и Ганса из “Жизели”, и не только в силу инерции восприятия знакомых артистов. Однородные, а часто и совпадающие движения партий реализовались в телах Георги Смилевски и Евгения Поклитаря по-разному, возводя лексически сходный танец к различным хореографическим архетипам. Их партнерша – Наталья Сомова, напротив, была едина в двух танцевальных ипостасях. Меняя по ходу действия мягкую обувь на пуанты, она словно стряхивала с себя притяжение обоих мужских миров и в финальной поддержке улетала на руках танцовщиков в черную пустоту.

Как и всякое произведение постмодерна, спектакль Триши Браун активно резонировал с новым пространством, обрастая обертонами, не предполагавшимися автором. Белые огоньки, светящиеся на заднике в начале, в Музыкальном театре имени К.С.Станиславского и Вл.И.Немировича-Данченко напомнили о звездах, озарявших в 2008 году путь Теней из “Баядерки”. Параллель с самым совершенным из белых актов Петипа оказалась глубоко символична. Она еще раз удостоверила роль островка вечности в потоке проходного материала, сыгранную “О сложной” в премьерной программе.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20407
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Сб Май 11, 2019 11:47 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019051102
Тема| Балет, Театр оперы и балета республики Коми, Персоналии, Марианна Рыжкина
Автор| корр.
Заголовок| Прима Большого театра Марианна Рыжкина: «Я отдала приоритет театру в Сыктывкаре»
Где опубликовано| © ИА БНК
Дата публикации| 2019-05-11
Ссылка| https://www.bnkomi.ru/data/interview/94269/
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

В Коми завершился 29 международный фестиваль оперного и балетного искусства «Сыктывкарса тулыс». Театр оперы и балета республики представил зрителям максимум от труппы танцоров: реставрированный «Привал кавалерии», «Дон Кихот» из «золотого фонда», созданный при участии оркестра MusicaViva и приглашенных оперных исполнителей «Орфей и Эвридика» и гала-концерт с лучшими номерами. Работа велась под руководством нового главного балетмейстера — примы-балерины Большого театра, заслуженной артистки России Марианны Рыжкиной. В интервью БНК она рассказала о причинах переезда в Коми, работе на два города, потенциале труппы и планах на будущее.



Фото Сергея Паршукова и Чарльза Томпсона

- Почему вы, столь именитая балерина, решили возглавить балетную труппу театра Коми?

- В жизни по-разному складываются обстоятельства. Мне давно было интересно попробовать себя в качестве балетмейстера, передать накопленный опыт и попробовать что-то новое.

- То есть вас сюда пригласило руководство театра оперы и балета?

- У нас был диалог, по итогам которого я решила попробовать себя здесь в качестве балетмейстера.

- Не жалко было покидать Москву ради «решения попробовать»?

- У меня до сих пор там остаются приглашения на выступления и работа, так что ничего не поменялось. Просто сейчас такой период, что большую часть времени я здесь, в Сыктывкаре, и занимаюсь работой с балетной труппой театра.

- То есть вы живете на два города — Сыктывкар и Москву?

- Большую часть времени я провожу в Сыктывкаре — много работаю с артистами и руковожу балетной труппой. Но, да, в Москве у меня есть спектакли, которые я веду как педагог-репетитор. Там же у меня ученицы, с которыми работаю.

- Пришлось ли чем-то пожертвовать?

- В прошлом году у меня был курс балетмейстеров в ГИТИСе, но в этом я не стала его набирать, потому что совмещать невозможно. Приоритет я все же отдала театру в Сыктывкаре.

- Ваш первый сезон в Театре оперы и балета как раз завершается. За это время театр провел сразу два фестиваля - «Золотые ласточки» и «Сыктывкарса тулыс», поставил ряд премьер. Какое было первое впечатление от сцены и труппы и как оно изменилось спустя месяцы работы?

- Как я уже говорила, я пришла попробовать. Ведь могло не сложиться с коллективом, с руководством. Но уже с первых дней работы и на первом фестивале «Золотые ласточки» я сразу почувствовала контакт с артистами, отдачу, стремление и желание что-то делать и пробовать. Благодаря этому, наверное, я осталась. Если бы с артистами не возникло такой тесной связи на профессиональном уровне, то было бы бессмысленно дальше работать. И сейчас есть разные сложности, но я знаю, как с ними справляться. Мы многое сделали в этом сезоне: артисты это отмечают, и я сама довольна.

- О новинках. Большую их часть мы смогли увидеть на «Сыктывкарса тулыс»: «Орфей и Эвридика», вечер балета с «Привалом кавалерии» и лучшими номерами труппы. Как в целом оцениваете фестиваль?

- Все говорят о том, что было много балета на этом фестивале — в положительном ключе, конечно. Хотя, на мой взгляд, оперы тоже было достаточно. Мы большим концертом открыли фестиваль, участвовали в финальном гала-концерте. Вы упомянули «Орфея и Эфридику», премьера оперы была в Москве в марте при участии оркестра MusicaViva, на «Тулысе» мы ее повторили уже с нашим хором. Все, что мы сделали за год, мы показали на фестивале и, на мой взгляд, на очень приличном уровне.

- Опера «Орфей и Эвридика» весьма непривычна для нашего зрителя: на сцене одновременно хор, солисты, труппа балета. Как вообще возникла идея воплотить этот спектакль на нашей сцене?

- Эту идею предложил Александр Рудин (художественный руководитель академического камерного оркестра «MusicaViva» - прим. БНК) еще пару лет назад. Планировалось сделать этот спектакль в Москве, в зале Чайковского, как и получилось. Это для всех достаточно необычная история, ведь наш «Орфей и Эвридика» - это вторая редакция, парижская. Как раз в ней было поставлено очень много танцев, и наш балет поехал в Москву для участия в этой постановке. К тому же я задействовала хор, это тоже был интересный процесс сотрудничества. Много неожиданных моментов открылось, например, как артист оперы может ощущать музыку, что для него она звучит иначе, чем для артиста балета. Затем возникла идея перенести этот спектакль из Москвы в Сыктывкар. Он чуть-чуть поменялся. Я сначала поставила на пуанты женский кордебалет, но потом решила изменить пластику, и в сыктывкарском варианте девушки двигались на полупальцах, что дало им больше мягкости. Труппа замечательно справилась — и в Москве это отметили, и здесь.

- Вы сами выступали на сцене в течение сезона. Тень главной героини в «Орфее и Эвридике», также вас можно было увидеть в паре с Ринатом Бикмухаметовым в номере из «Кармен-сюиты», на вечере памяти Екатерины Максимовой - «Элегия» c Романом Мироновым и «Русский танец». Ни один из предыдущих балетмейстеров театра так раньше не выступал.

- Я с радостью это делаю и все еще танцую, меня приглашают как артистку на выступления. Хотя совмещать творческую деятельность балерины и руководящую в качестве главного балетмейстера сложно.

- Ваши выходы на сцену — это, наверное, еще и показатель, планка для наших артисток.

- Это надо у них спросить.

- После завершения фестиваля вы отправляетесь на гастроли в Чебоксары и Нижний Новгород. Труппе удалось отдохнуть после «Сыктывкарса тулыс»?

- У нас было три выходных, и на последней репетиции артисты были невероятно собраны. Нам нельзя расслабляться, программа гастролей сложная — и «Дон Кихот» два раза, и «Привал кавалерии», и «Приключения Чиполлино». Больше всего я переживаю за переезд, 900 км — это большое физическое испытание.

- После гастролей сезон завершится. Есть какие-то планы, может быть, работа уже ведется?

- Я много танцевала Джорджа Баланчина в Москве, в Большом театре, и сейчас веду переговоры с его фондом, хочу получить разрешение на показ спектакля «Кончерто барокко». Не каждый театр это может позволить, в том числе потому, что при фонде действует специальная комиссия, которая отсматривает видео претендентов, уточняет состав исполнителей и возможности исполнения спектакля с оркестром. Для профессиональной публики это будет совершенно другой уровень. В плане следующего сезона – премьера балета Сергея Прокофьева «Золушка». Мне посоветовали исследователя Сергея Прокофьева, сейчас уже начата работа над материалом. Это большой, интересный процесс.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20407
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Сб Май 11, 2019 12:02 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019051103
Тема| Балет, Staatsballett Berlin, Премьера, Персоналии,
Автор| Юлия Пнева
Заголовок| Баланчин/Форсайт/Сигал в Берлине
Где опубликовано| © Voci dell'Opera. Интернет-журнал об опере и балете
Дата публикации| 2019-05-09
Ссылка| https://www.vocidellopera.com/single-post/balanchine-forsythe-siegal
Аннотация| ПРЕМЬЕРА

4 мая в Берлине состоялась очередная балетная премьера сезона: на сцене театра Staatsoper Unter den Linden зрители увидели одноактные балеты Баланчина, Форсайта и Сигала.



Вечер открылся "Темой с вариациями" Джорджа Баланчина - балетом, который, как писал хореограф, был призван "воскресить тот великий период в истории классического танца, когда русский балет процветал благодаря волшебной музыке Чайковского". По словам Анны Галайды, еще 40 лет назад имя Баланчина было своеобразным определяющим для всего "бессодержательного, безыдейного и внешне красивого", сегодня же его творчество рассматривают через призму приверженности Баланчина идеям русского императорского балета, прежде всего, Петипа. "Тема с вариациями", наверное, один из тех балетов в творчестве хореографа, где влияние Мариуса Ивановича и его эпохи наиболее заметно. Développés и balancés солистки в выходе с кордебалетом, кажется, вдохновлены "Спящей красавицей", а финальный полонез всех танцовщиков напоминает сцены из "Пахиты" или "Раймонды".

В этом балете Баланчина, кажется, нет ничего сложного и сколь бы то ни было виртуозно-вычурного: для солирующей пары - простые pas de chats, pirouettes, battements tendu и ronds de jambe, однако за этой простотой и скрыта истинная красота русского балета, заключенная в чистоте позиций, плавности переходов и связок, в изяществе и некой духовности, которая истекает из каждого па "поющего" тела. Премьеры театра Мария Кочеткова и Даниил Симкин, будучи эталонными представителями русской школы балета, продемонстрировали блестящую технику и мастерство. Даниил Симкин, как обычно, "летал над сценой", а Мария была легкой и эфемерной, как и ее героиня Сильфида, которую балерина недавно танцевала в Берлине. Единственное замечание: кордебалет в ростовом соотношении значительно превосходил солистов, что несколько портило впечатление от "узорных" построений в сценах с ансамблем.

Второе отделение вечера открылось балетом Уильяма Форсайта "Вторая деталь", который после успеха "Там, где висят золотые вишни" в Парижской опере также был поставлен на музыку Тома Виллемса. В отличие от тяжелого, напряженного, жесткого технозвучания "Вишен", балет "Вторая деталь" более жизнерадостен, игрив и даже юмористичен. Форсайт увидел в партитуре к нему "фанк, свинг и настоящую танцевальность". Балет бессюжетен, но многие критики интерпретируют его как гимн балетной геометричной формальности, "точечности", которую разрушает появление женщины в платье от Исси Мияке, несущей в себе хаос модерна.

Алексей Мирошниченко отмечал, что в балете "Вторая деталь" видно, "как Форсайт синтезировал классическую традицию пуантного танца с новаторскими идеями основоположника направления "модерн" Рудольфа Лабана и окрасил все в свой цвет". "Вторая деталь" представляется мне балетом, который должен исполняться техничными, прекрасно сложенными танцовщиками, способными слышать музыку и ее акценты и правильно их расставлять. В этотм плане хочется отметить Йоланду Корреа, Аурору Дики, Аери Ким, Ксению Виест, Веронику Фродыму. К сожалению, ложкой дегтя стали именно пропорции тела, испорченные, на мой взгляд, не совсем удачными костюмами. Светлые обтягивающие трико и верх с высоким горлом подчеркнули все недостатки танцовщиков: коротковатую шею или ноги, слишком развитую мускулатуру или выдающуюся грудь.

Балет "Овал", абсолютная премьера этого года, завершил вечер одноактных балетов в Staatsoper Unter den Linden. Эта работа поставила финальную точку в цепочке "неоклассика - модерн - постмодерн", представив видение танца от создателя балетной компании Ballet of Difference Ричарда Сигала. Честно сказать, особого новаторства в этом балете нет, скорее, можно отметить оригинальность идей в использовании возможностей сценографии - света, создающего эффект искажения пространства и времени под воздействием того самого космически-радиационного "овала". Танцовщики здесь - золото, ртуть и металл, меняющие свои состояния, перетекающие из одного в другое, порой бунтующие. Они - молекулы, бесконечно сближающиеся, сталкивающиеся и отдаляющиеся друг от друга вновь. Хореограф чрезвычайно внимательно относится к телу и его возможностям, у него нет стремления облагородить "красоту уродства", а потому Ксения Овсяник, Элиза Карильо Кабрера, Ксения Виест, Мари Каваниши в партнерстве с Владиславом Мариновым, Россом Мартинсоном, Лучио Видалом, Вахе Мартиросяном в данном балете предстали в самом выигрышном свете.

Честно говоря, было неожиданным увидеть "Вторую деталь" и "Овал" на сцене исторического театра, а не в Komische Oper, куда обычно отправляют в ссылку модерн. Также присутствовали некоторые опасения по поводу реакции публики на столь новаторские работы, однако мои ожидания не подтвердились. Зрители от всей души аплодировали именно двум последним балетам, особенно свежему "Овалу". Мне кажется это чем-то знаковым. Наверное, мы действительно вступили в новую культурную эру?

Фотографии Яна Ревазова, Staatsballett Berlin

===========================================================================
Все фото - по ссылке
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20407
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Сб Май 11, 2019 3:06 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019051104
Тема| Балет, Санкт-Петербургский государственный академический театр балета Бориса Эйфмана, Гастроли в Чикаго, Персоналии, Олег Габышев
Автор| Сергей Элькин
Заголовок| Олег Габышев: “Я всегда жду сюрпризов!”
ИНТЕРВЬЮ С ВЕДУЩИМ СОЛИСТОМ ТЕАТРА БАЛЕТА ЭЙФМАНА

Где опубликовано| © The Reklama – русско-американский онлайн-журнал (Чикаго)
Дата публикации| 2019 май
Ссылка| https://thereklama.com/oleg-gabyshev-ya-vsegda-zhdu-syurprizov/
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ


Олег Габышев. Фото предоставлено пресс-службой театра “Аудиториум”

С 17 по 19 мая в Чикаго состоятся гастроли Санкт-Петербургского государственного академического театра балета Бориса Эйфмана. Мы увидим североамериканскую премьеру балета “Эффект Пигмалиона”. Главную мужскую партию исполняет ведущий солист труппы Олег Габышев. В эксклюзивном интервью вашему корреспонденту Олег рассказывает о новом балете, особенностях творческого метода Бориса Эйфмана и о том, что ему больше всего нравится в Чикаго.

Кто есть кто в современном балете. Олег Габышев. Родился 10 августа 1985 года в Волгограде. В 2003 году окончил Новосибирский государственный хореографический колледж. С 2004 года – солист балета Санкт-Петербургского государственного академического театра балета Бориса Эйфмана. За время работы в театре исполнил партии Базиля (“Я – Дон Кихот”), Партнера (“Красная Жизель”), Наследника (“Русский Гамлет”), Дон Жуана (“Дон Жуан, или Страсти по Мольеру”), Вронского (“Анна Каренина”), Треплева (“Чайка”), Онегина (“Евгений Онегин”), Родена (“Роден, ее вечный идол”), Дмитрия Карамазова (“По ту сторону греха”), Мужа и Мужчины (“Реквием”), Дика Дайвера (“Up & Down”), Чайковского (“Чайковский. PRO et CONTRA”). Заслуженный артист России. Лауреат премий “Золотая маска” и “Золотой cофит”.



— Олег, любое классическое произведение становится для Бориса Эйфмана лишь отправной точкой для создания балета. Начиная работу над “Пигмалионом”, вы предполагали, что это будет нечто особенное, не повторяющее сюжет пьесы Бернарда Шоу?

— Конечно. Борис Яковлевич берет за основу произведение, а потом начинает переосмысливать его. В любом источнике он находит для себя “междустрочье”. Сам миф о Пигмалионе очень востребован в мировой культуре, и каждый художник интерпретирует его по-своему. Борис Яковлевич “разделил” главную героиню Галатею на два персонажа: Галу и Тею. Одна – Гала, девушка из трущоб – живет в мире нищеты; другая – Тея, звездная танцовщица, – в мире богатства. У Эйфмана есть интересная находка: царство роскоши, снобизма, элиты соотнесено с эстетикой бальных танцев с их яркими, вычурными костюмами и прическами. Встретившись с чемпионом по бальным танцам Лионом (я исполняю эту партию), Гала начинает тренироваться под его руководством и входит в новый для себя мир. Однако стать в нем своей героиня в итоге не сможет… Балет у нас получился и комедийный, и социальный одновременно.


Сцена из спектакля “Эффект Пигмалиона”. Фото — Майкл Кури

— Комедийный балет – это так непривычно для Эйфмана!

— Для нас, артистов, после всех последних психодрам, выпущенных театром, это тоже необычно. Возможно, воздушная музыка Иоганна Штрауса-сына навеяла соответствующую хореографию, лишенную внутреннего надлома и депрессивных оттенков. Ощущение легкости не проходило в течение всего постановочного периода. Было приятно наблюдать, как артисты веселились. Борис Яковлевич даже в какой-то степени провоцировал нас на импровизацию, художественное хулиганство, чтобы получились забавные эпизоды. Кстати, работая над новым спектаклем, Эйфман пересматривал фильмы с Чаплиным. У великого комика ведь настоящий балет в кино…

— Сумасшествие и трагизм в балете передать легче, чем комедию, правда?

— Вы правы, рассмешить зрителя, не используя избитые приемы, очень сложно. Поворот головы, взгляд, небольшое утрирование в движении – мы передавали именно тонкие нюансы поведения, заставляющие публику не хохотать, но внутренне улыбаться.

— Кто ваши прекрасные дамы?

— Моя партнерша по бальным танцам – Тея. Это собирательный образ светской львицы, которая всегда недовольна своим партнером. Она хочет быть в центре внимания и в итоге проигрывает – и в жизни, и в бальном зале. В этой партии вы увидите новую солистку балета нашего театра Алину Петровскую. Любовь Андреева исполняет роль Галы. В начале спектакля ее героиня манерами и пластикой напоминает, скорее, мальчишку-хулигана, но по мере развития сюжета происходит трансформация образа. Мне кажется, зрителю всегда интересно наблюдать за метаморфозами персонажа. Следить, как он развивается – растет или, наоборот, деградирует, какие обстоятельства на него воздействуют… Во время работы над “Пигмалионом” Бернард Шоу увлекался английской фонетикой. Он полагал, что красивый, чистый, английский язык без вульгарщины и приторно аристократичной манеры способен повлиять на поведение человека, его силу воли. Писатель был убежден: грамотная речь может духовно преобразить личность. А Борис Яковлевич, в свою очередь, считает, что танец меняет человека и делает его чище. Девочка с грубыми, неотесанными движениями превращается в настоящую звезду. Другое дело – это не приносит героине счастья. Она выигрывает чемпионат по бальным танцам, выходит на иной уровень, но понимает, что чужеродна новому миру. Гала не может остаться в нем, но и назад пути уже нет.

— Ваш герой тоже меняется к финалу спектакля?

— Лион достаточно консервативен и остается самовлюбленным и эгоистичным человеком на протяжении всего спектакля. Он работает с Галой, прежде всего, потому, что хочет выиграть спор и продемонстрировать окружающим: его педагогический талант позволит превратить эту грубоватую девушку в артистку. Но при всех отрицательных качествах образ Лиона не вызывает негативную реакцию. Скорее, улыбку. Может быть, в этом персонаже мы обнаруживаем свои черты. Мы ведь тоже иногда смеемся над собой, собственным самомнением и эгоцентризмом.

— Расскажите, пожалуйста, о музыкальном оформлении спектакля.

— Как всегда, Борис Яковлевич обращается к разной музыке. В основном, “Эффект Пигмалион” поставлен на произведения Иоганна Штрауса-сына (использованы, в том числе, фрагменты из оперетт). А в финале – эмоциональный всплеск: звучит музыка Моцарта с его гениальной простотой и тонкостью, трогающей до глубины души.

— В этом году исполняется пятнадцать лет вашей работы в театре Эйфмана. Каковы особенности творческого метода Бориса Яковлевича?

— Борис Яковлевич идет самым тяжелым путем – ежеминутного, ежесекундного поиска. Каждый день – репетиции, эксперименты, пробы… Сначала эти “пазлы” не собираются, но потом благодаря его режиссерскому таланту выстраивается четкая линия спектакля. Хореограф должен, прежде всего, быть хорошим режиссером. Не просто постановщиком движений, а создателем особого художественного мира, который заставляет зрителей оставаться в напряжении на протяжении всего спектакля. Я вижу, как благодаря ежедневным пробам и ошибкам выстраивается режиссура Эйфмана. Мы ставим дуэт, а потом хореограф может его сократить или полностью убрать и сделать совершенно другую картину, не жалея потраченных дней и недель. Борис Эйфман не боится рисковать.

— Эйфман в работе диктатор?

— На восемьдесят процентов – диктатор, на двадцать – отталкивается от предложений артистов. Но мы – не марионетки, делающие все, что скажет Мастер. Артисты – помощники хореографа. Мы чувствуем особую ответственность. На нас строится роль, от нас многое зависит… Это – приятная и почетная миссия.

— Как происходит у Эйфмана подготовка к спектаклю?

— Где-то на протяжении года готовится музыкальная партитура, разрабатываются сюжетные линии, хореографические приемы, сценический дизайн… Готовясь к очередной постановке, Борис Яковлевич уже представляет, кто какую роль будет исполнять. Но случаются и сюрпризы. В балете “Евгений Онегин” я изначально репетировал Ленского. Первый акт был поставлен, а во втором меня “повысили” до Онегина, и на премьере я танцевал эту партию. Борис Яковлевич понял, что я способен лучше показать уставшего от жизни циника Онегина, нежели романтика Ленского… Эйфман ориентируется на особенности артиста и предлагает ему разные варианты. Самое интересное, когда артист разрушает барьеры и ломает стереотипы. В этом и есть развитие. Когда я прихожу на спектакль и вижу знакомого актера в одних и тех же ролях, мне становится скучно. Интересней видеть исполнителей в разных амплуа. Я всегда жду сюрпризов! Мне в этом плане повезло – у меня все роли разноплановые. Сравните Родена и Онегина, Дмитрия Карамазова и Чайковского. Кардинально разные характеры.

— Была ли у вас роль, которая идеально совпала с вашим характером?

— Очень трудно сказать. Все мои герои в итоге становятся близкими мне. Столько времени, энергии ты вкладываешь в роль во время постановочного процесса! Некоторые работы готовятся в течение года. Кроме того, роль может влиять на мою собственную жизнь и тогда начинают происходить ситуации, повторяющие события спектаклей. Меня это даже пугает: надо разграничивать сцену и жизнь. Но, наверно, подобное естественно, если ты семь часов в день посвящаешь одной партии. Поэтому надо быть аккуратным в выборе ролей.

— Хороший совет начинающим артистам… Олег, вы танцуете в балетах Эйфмана пятнадцать лет. Не устали от работы с ним? Не кажется ли вам, что работа только с одним – пусть и великим – балетмейстером сужает диапазон творчества? Не возникало ли у вас желания поработать с другими мастерами?

— Конечно, возникало. Думаю, это нормальный процесс. Я понимаю: если хочу развиваться, нужно обращаться к разным стилистикам танца. Я также учусь на спектаклях великих балетмейстеров Ролана Пети, Джона Ноймайера, многих других. А еще работаю со своим материалом. Если я хочу немного “отдохнуть” от хореографии Эйфмана, то сочиняю сам. В прошлом году Борис Яковлевич предоставил мне возможность создать одноактный балет к гала-концерту в честь сорокалетия театра. Я сочинил спектакль “Метель” на музыку Свиридова и Чайковского. Мне кажется, большое везение для артиста – найти своего хореографа и установить с ним творческий контакт. Зигфриды и Альберты есть в каждом театре. А где еще можно станцевать Чайковского, Родена, царевича Павла? Только в труппе Эйфмана. Так везет единицам. Мои роли – мечта любого артиста.

— Что вам легче – учиться и выполнять советы Мастера или самому учить студентов?

— Пока у меня недостаточно опыта хореографической работы. Я сейчас стараюсь “превратиться в губку” и максимально впитывать все то полезное, чему могу научиться у Бориса Яковлевича и других мастеров. Санкт-Петербург – город балетный, так что в этом плане возможностей немало. Борис Эйфман советует мне не спешить становиться хореографом: “Век артиста недолог. Попытайся выжать из него побольше”. Я с ним согласен. Я получаю массу удовольствия от сцены. Пытаюсь поддерживать себя в хорошей физической форме и надеюсь, что как артист сделаю еще немало.

— В июле этого года Борису Яковлевичу исполнится семьдесят три года. Он в прекрасной форме, но не может не думать о будущем, о преемнике, о человеке, который продолжит его дело и поведет театр вперед. Если он позовет вас возглавить театр, каков будет ваш ответ?

— Мне сложно ответить на этот вопрос. Я очень мягкий человек. А театр – жесткая структура. В принятии некоторых решений нужна жесткость. Я не чувствую в себе способности к этому. Как художник и педагог, я бы очень хотел поработать с труппой. Как руководитель – не знаю. Боюсь даже задумываться.

— Тем более, что об этом рано задумываться. Мы хотим еще видеть вас в качестве солиста…

— Столько времени потрачено в репетиционном зале. Приятно, что не зря. Я получаю живой отклик от публики и знаю: мои сценические образы запоминаются.

— Вас знают и любят в Чикаго. А как вы относитесь к этому городу?

— Мне очень нравится Чикаго. В прошлые наши приезды мы гуляли по городу, поднимались на небоскреб… Вид потрясающий. В Чикаго у нас появились друзья. Они показали нам пригороды. Мы побывали в потрясающей красоты Бахайском храме (Храм всех религий), посмотрели местную Пизанскую башню… Мне очень нравится парк “Миллениум”. Благодать! Я сейчас увлекаюсь бегом. Два года назад, когда мы были в Чикаго, в городе проходил знаменитый марафон. Жалко, что я не смог поучаствовать. С удовольствием пробежал бы. Когда вновь приеду в ваш город, буду совершать по утрам пробежки по набережной Мичигана. Так что Чикаго я неплохо знаю и искренне люблю. Уверен, весь наш театр солидарен со мной в этом. Мы всегда возвращаемся в Чикаго с удовольствием.


Мировая премьера балета “Эффект Пигмалиона” состоялась 6 февраля 2019 года на сцене Александринского театра Санкт-Петербурга. Как сказал Олег Габышев, спектакль сыграли всего пять раз, а по балетным меркам премьерой считаются десять первых представлений. Так что мы увидим совсем свежее произведение. Я приглашаю всех на премьеру!

Nota bene! Гастроли Санкт-Петербургского театра балета Бориса Эйфмана пройдут с 17 по 19 мая 2019 года в помещении театра “Аудиториум” (Auditorium Theatre) по адресу: 50 E W Ida B. Wells Dr, Chicago, IL 60605. Заказ билетов – по телефону 312-341-2300, на сайте auditoriumtheatre.org или в кассе театра.
На фото — сцены из спектакля “Эффект Пигмалиона”.


================================================================================
Все фото - по ссылке
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20407
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Сб Май 11, 2019 4:38 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019051105
Тема| Балет, Большой театр оперы и балета республики Беларусь, Персоналии, Ирина Еромкина
Автор| Людмила Минкевич
Заголовок| Ирина Еромкина доказывает на своем опыте, что можно быть одновременно знаменитой артисткой и заботливой мамой
Где опубликовано| © НАРОДНАЯ ГАЗЕТА (Беларусь)
Дата публикации| 2019-05-11
Ссылка| https://www.sb.by/articles/pryzhok-k-uspekhu.html
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

Прыжок к успеху



Нынешний сезон для солистки Большого театра Ирины Еромкиной особенный. Она получила звание народной артистки Беларуси и победила в конкурсе «Человек года в сфере культуры». Многие балерины уже в 35 лет завершают карьеру, а Ирина, отметившая на днях 40-летие, взлетает все выше и выше.

Вернулась в театр через месяц после родов

— Ирина, и коллеги, и критики в последнее время отмечают ваши фантастические профессиональные победы. Почему они происходят сейчас?

— Я и сама понимаю, что за последние 3—4 года совершила сильный скачок. Такое чувство, что могу творить как никогда — будто долгие годы копились знания, опыт, профессионализм, и сейчас наконец-то я могу всем этим пользоваться. А стимулом для меня всегда были и остаются мои дети. Знаю, у артистов бывают периоды, когда они полностью высказываются и ощущают пустоту внутри, им нужно время, чтобы восстановиться, отдохнуть, прийти в себя. У меня такого не бывает. Я максимально выкладываюсь в театре, опустошаю свой внутренний сосуд до последней капли. А потом прихожу домой, общаюсь с детьми, и мой сосуд наполняется снова. Дети помогают мне не останавливаться. Возможно, я не могу остановиться еще и потому, что ответственна за них. Я должна их обеспечивать, должна как любой родитель дать им все необходимое. А поскольку я воспитываю детей одна, мне не на кого опереться. Кто, если не я? Это постоянно толкает меня идти все дальше и дальше.

— Но ведь вы не могли заранее предугадать, что материнство только поможет вам как артистке. Беременности не пугали вас как балерину? Ведь многие артисты не решаются на детей, боясь, что потом не выйдут на сцену.

— С первым ребенком точно страха никакого не было. Мне было 20 лет. Я понимала, что очень молода, у меня вся карьера и жизнь впереди. Понимала, что все мои профессиональные успехи будут зависеть от меня самой и моей трудоспособности. Спустя 12 лет после рождения Максима, когда я уже состоялась как балерина, когда за мной было много ролей и партий, я уже сама очень хотела второго ребенка. Причем в моих мечтах была именно дочка. И когда родилась Ксюша, я знала, что буду и дальше работать, буду брать ее с собой в театр. Видела, как это делают другие артисты, и знала, что со всем справлюсь.

Были мысли и о третьем ребенке. Я предполагала, что он может появиться лет через 6—7, когда Ксюша пойдет в школу, а я соберусь на пенсию. Многие артистки балета рожают ближе к сорока. Думала, как раз буду заканчивать танцевать в это время, рожу ребенка и, скорее всего, уже не вернусь на сцену, буду заниматься домом. Но судьба распорядилась по-другому — Катюша появилась через три года. Понимаю, что все происходит не случайно. Малышке сейчас четыре года. Не представляю себя без нее. Она сильно отличается от других детей, очень добрая и заботливая. Всегда пожалеет меня и старших сестру и брата, всегда на позитиве, всегда всем довольна. Она меня очень вдохновляет.

— Уже спустя месяц после рождения третьей дочки вы вернулись в театр. С какой точки зрения это было сложнее сделать — эмоциональной, ведь вы жертвовали общением с малышкой ради сцены, или физической?

— Как раз таки физически оказалось все достаточно просто. Был небольшой интервал между физической нагрузкой, тело все быстро вспомнило. Позанималась две недели и вышла на сцену. Катюша родилась 20 марта, 20 апреля я уже была в классе, а в первых числах мая прыгала на сцене в «Лебедином озере». После третьего ребенка восстановиться оказалось намного проще и легче. Хотя, когда ходила беременной Катюшей, думала, что уже не вернусь на сцену. Но за меня решили обстоятельства. Я осталась одна с детьми, мне нужно было их обеспечивать… Так определился мой путь балерины и мамы. Сегодня мои дети абсолютно не обделены вниманием. Мы много времени проводим вместе, у нас много свободных вечеров и мы всегда находим, чем заняться. К тому же у меня есть мама, которая всегда готова прийти на помощь. Не перестаю благодарить за нее Бога.

— Мама — ваш главный помощник и советчик. И я так понимаю, что не только сейчас. Это ведь благодаря ей вы занялись балетом?

— Сейчас понимаю, что ребенок сам ничего не может решить. За него в любом случае решают родители. Отдав меня в балет, мама пунктиром наметила мой путь и дальше следила, чтобы я с него не сошла. Она постоянно напоминала: «Мы идем только вперед. Если человек трудится, он рано или поздно получает оплату за свой труд». Силой она меня никогда не заставляла ничего делать, но всегда направляла в нужное русло: надо учиться, получать высшее образование… И когда родился сын, сказала: «Понимаю, что ты хочешь быть мамой. Но тебе нужно и карьерой заниматься. Не бойся, выходи на работу, а я тебе во всем помогу». Мне очень повезло с мамой. Она меня всегда поддерживала. По профессии она психолог, педагог, работала в школе, детском саду, всю жизнь была окружена детьми. Вырастила и моих детей, и детей брата. Она ушла ради внуков с работы для того, чтобы ее собственные дети могли работать и заниматься карьерой. И благодаря маме мы с братом смогли реализоваться.

«Я не стесняюсь эмоций на сцене»

— В Большой театр вы пришли в 1997 году. И за это время проделали путь от артистки кордебалета до солистки и ведущего мастера сцены. Как оцениваете сегодня этот путь — он был сложным?

— У меня, конечно, не зеленая дорога. Мне никогда ничего не доставалось просто так. Все приходилось доказывать. Уже после того как я родила сына и стала на ноги, меня стали потихоньку пробовать в сольных партиях. Даже не знаю, почему меня выделили. Артистов кордебалета много, но не каждый может выйти и сыграть какую-то роль. Ты ведь должен не просто выполнить движения, которым тебя научили, ты еще должен быть актером. Иногда смотришь спектакль — здорово артист все исполняет, но нерва нет. Для меня как раз первостепенной была актерская игра, потом уже техника. Мне и стали доставаться роли, где я могла в первую очередь играть. Понимаю теперь, что оказалась очень эмоциональной. Я никогда не стеснялась своих эмоций на сцене: и плакала, и любила по-настоящему… Когда в меня поверили, увидели, что я справляюсь и технически, и эмоционально, мне стали доверять роли одну за другой. И я хваталась за них, пытаясь успеть больше, так как понимала, что балетный век слишком короткий.

— Сегодня в вашем творческом багаже около сорока самых разных балетных партий: Изольда, Сильфида, Кармен, Фригия, Рогнеда, Золушка, Анюта, Аврора, Ева… Какая героиня наиболее близка вам по духу?

— Персонажа, который сильно перекликался бы с моей судьбой, я не встретила. Раньше мне почему-то очень нравился персонаж Анюты. Хотя понимаю, что я совершенно другой человек, по своему нутру я не Анюта. Но всегда танцевала ее с большим удовольствием, вживалась в нее с особенным трепетом. А сейчас я вижу себя в Анастасии — одноименный балет появился в репертуаре театра осенью. Не могу сказать, что история Анастасии Слуцкой — это и моя история. Но она мне сильно близка. У героини есть дети, есть личная трагедия — потеря близкого человека и отца детей. Ощущаю это особенно остро.

— Остались ли еще роли-мечты?

— В начале карьеры очень хотела станцевать в «Жизели» и «Щелкунчике». И по молодости эти желания осуществились. Потом мечтала о «Кармен-сюите». Но меня совершенно не видели в роли Кармен. Я считаюсь более лиричной балериной, а там страсть, эмоции… Но дали попробовать. И оказалось, что можно кардинально измениться под определенную роль. Первый раз даже покрасила волосы в черный цвет, чтобы быть больше похожей на Кармен, хотя он мне совершенно не идет и я потом еще долго возвращала свой обычный оттенок.

Хотела станцевать Китри в «Дон Кихоте». У меня был опыт выступления в этом балете, но в другом театре и с другой труппой. А в этом сезоне станцевала еще и на сцене нашего Большого. И всё... Я станцевала в нашем театре всё, о чем мечтала. И к концу этого сезона у меня даже появился какой-то страх: поняла, что все мои желания исполнились, я ни о чем не мечтаю, но так не должно быть. И мечта появилась. Она не касается персонажа, но связана с балетом. Правда, пока не сбудется, не хочу о ней говорить. А еще скоро в театре Ольга Костель будет ставить «Анну Каренину», и мыслями я уже в этом спектакле. Знаю, что будет очень интересно работать.

У балерины век короткий

— Ирина, вы часто выступаете за границей. Особенно впечатляют ваши длительные гастроли. В Мексике за полтора месяца вы проехали всю страну от севера до юга и показали 44 спектакля, иногда и по два за вечер. Насколько сложно работать в таком ритме?

— Первый раз, когда попала на такие гастроли, было очень-очень тяжело. И морально — слишком долгое расставание с семьей, и физически — очень большая нагрузка. Теперь же знаю, что меня ждет в таких поездках, и стараюсь настроиться заранее на нужный режим. На гастролях все довольно однообразно: танцуем, ночуем, едем в другой город и снова танцуем, ночуем, едем в другой город. Что удается увидеть в окно автобуса, то и остается в памяти. Бывает, нам устраивают экскурсии и получается посмотреть какие-то достопримечательности. Но такие гастроли, безусловно, нужны. Во-первых, они знакомят иностранного зрителя с нашей страной, культурой, балетом… А во-вторых, позволяют заработать и артистам, и театру.

— Отличается ли восприятие балета нашим зрителем и зарубежным?

— Наш зритель очень воспитанный. К театру в Беларуси приучают с детства. Родители приходят с детьми на спектакли, рассказывают о том, как нужно себя вести, когда надо аплодировать, объясняют, что такое балет, опера, драматический спектакль… Мексика огромная. В каждом регионе своя культура воспитания. Были в городах, где есть свой балет, и там нас воспринимали очень хорошо, принимали овациями. А были города, где зрители видели балет, возможно, впервые, приходили на спектакль с попкорном, кока-колой, маленькими плачущими детьми… Но поскольку ты профессионал, не обращаешь на это внимания, продолжаешь делать свою работу, вести спектакль. Для артиста это свое-образный эксперимент. Любопытно было попробовать станцевать в разных условиях, на разных площадках и для разных зрителей.

— Карьера балерины не может длиться вечно. Думали, что будет потом? Знаю, несколько лет назад вы окончили Белорусскую академию музыки по специальности «Педагог-балетмейстер». Возможно, будете преподавать?

— Пробую заниматься с детьми индивидуально. Мне нравится с ними работать, но пока окончательно не решила, мое ли это. Знаю, у меня есть какой-то путь, но также знаю, что не только я решаю. Человек может чего-то сильно хотеть: вот только так и никак по-другому. Но если у него по судьбе приготовлена другая дорога, то рано или поздно он вернется на эту свою дорогу, вот только успеет набить шишек. Если все будет гладко складываться, если судьба будет меня направлять туда, к детям, я это приму. Рано или поздно мне придется уйти из танца. Это понимает каждый артист балета. Как Плисецкая танцевать до 70 лет мало кто сможет. Это исключение из правил. Пока прощупываю почву. Хочу найти свою дорогу.

— А что насчет дороги детей… Видите кого-нибудь в балете?

— Максим уже взрослый. Ему 19 лет, учится сейчас БГАТУ на инженера-механика. В свое время пробовала сына в разных сферах: борьба, футбол, спортивная стрельба… Но все не шло. Оказалось, что у него тяга к технике, механизмам, может починить телефон или зарядное устройство. Поэтому и выбрали такую специальность. Что касается девочек, данные для занятия балетом есть у обеих. Но Катюша пока еще слишком маленькая. А Ксюшу хочу попробовать через два года отдать в Белорусскую государственную хореографическую гимназию-колледж — там набор с 10 лет. Если у нее все будет получаться, будет складываться путь в балете, то всем помогу. Но если будут проблемы с фигурой или будут открываться другие таланты, заставлять не буду. Важно помогать детям в том, в чем они горят сами.

Достижения Ирины Еромкиной не знают границ. В конце 2018-го она стала лауреатом Национальной театральной премии за лучшую женскую роль в музыкальном спектакле. В этом году успела съездить на гастроли в Мексику и Китай. В нынешнем сезоне стала Анастасией в одноименном национальном балете в постановке Юрия Трояна и Джульеттой в новой авторской редакции шекспировской трагедии Валентина Елизарьева.

=============================================================================
Все фото - по ссылке
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20407
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вс Май 12, 2019 10:43 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019051201
Тема| Балет, Кино, Персоналии, Олег Ивенко
Автор| Ляйсан Кадырова
Заголовок| «Каждую ситуацию в фильме проживал с безумной болью»
Где опубликовано| © KazanFirst
Дата публикации| 2019-05-12
Ссылка| https://www.sb.by/articles/pryzhok-k-uspekhu.html
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ



Первое большое интервью Олега Ивенко о роли в фильме «Нуреев. Белый ворон».

Мировая премьера фильма известного британского актера и режиссера Рэйфа Файнса «Нуреев. Белый ворон» стала событием киноиндустрии. Главную роль в картине сыграл солист казанского театра оперы и балета Олег Ивенко. Для танцора это был дебют. В интервью KazanFirst Олег рассказывает, как сегодняшняя звезда балета был самым худшим в классе, почему он выбрал Казань, а не Вену, кто стал для него кинопапой и почему после выхода фильма в прокат ему не дают покоя сумасшедшие фанатки артиста балета Сергея Полунина.

- Олег, что привело вас в балет? Расскажите об этом.

- В балет меня привела мама. Мне было пять лет и у меня было шило в одном месте, оно до сих пор там (смеется). В начале мне совершенно не понравилось, а потом я посмотрел, по-моему, «Белоснежка и семь гномов» и сказал, что хочу также. Меня отдали в балетную школу. Не могу сказать, что это было суперклассное решение в связи с тем, что в наше время балет, творчество во всем мире вообще, уходит на четвертый план. Еще это не самое финансируемое занятие. Зарплата у артистов не как у спортсменов, например, хотя сил мы тратим столько же, сколько и они. Это очень обидно. Так считаю не только я. Можете почитать интервью Игоря Цвирко, солиста Большого театра. Я думаю, многие с этим сейчас согласятся, но в детстве особо выбирать не приходится. Ты идешь туда, где чувствуешь свое внутреннее я. А такой момент, когда ты начинаешь понимать, что такое балет и что ты его сильно любишь, наступает в возрасте 15 лет, когда на тебя начинает ложиться ответственность. Когда ты маленький, ты просто танцуешь. Но потом тебе говорят, что у тебя недостаточно данных, у тебя ноги не от ушей. То есть у меня есть определенные шероховатости, которые нужно умело прятать на сцене. Но об этом мне раньше никто не говорил. И мама, потому что она никогда не сталкивалась с этим, она же не балерина. Это могли бы сказать родители, которые раньше и сами танцевали. А мой папа предприниматель, мама - модельер, брат в айти сфере работает. Это совершенно разные профессии.

- Как вы говорите узнали об этих шероховатостях? Вы сами о них догадались или вам кто-то сказал о них?

- Мне об этом говорили другие. В Харькове - Елена Петровна Соловьева. Она была самым лучшим педагогом в нашем городе, но я об этом узнал только через несколько лет. Мы с мамой пришли в день поступления [в балетную школу] и меня сразу взяли. Все очень удивились этому, потому что к ней оказывается была очередь за год. Мама тоже была в шоке, не ожидала. Мы подумали, боже мой, как нам повезло.

- Видимо, ваши задатки разглядели еще тогда.

- Честно, не знаю, что они там во мне разглядели (смеется), возможно, мое доброе сердце. Ведь как говорят, если ты остаешься добрым, то вокруг тебя всегда будет добрая энергия, добрая атмосфера, добрые люди. Эта такая глубокая мысль, которую нужно додумать (смеется).

- Как вы приехали в Казань?

- В Харьковской школе я проучился до 15 лет, потом поехал в Белорусский хореографический колледж. Туда я ехал с целью увидеть Ивана Васильева (артист балета, - Ред.), но промахнулся. Когда я приехал, он уже выпускался. Это один из лучших танцовщиков современности. Я должен был поступить в девятый класс, но меня взяли сразу же на год старше, на первый курс. Я был самый младший в своем классе. Мне пришлось много догонять, я был хуже всех в начале. Все четыре года знал, что у меня нет возможности на ошибку, в связи с тем, что по старому курсу мои родители платили по 500 долларов ежемесячно за мой интернат, за мое обучение, за мои расходы. Я понимал, что на мне большая ответственность. Возможно, именно это подстегнуло меня работать еще больше, а может быть, большую роль сыграл и мой характер, который не любит сдаваться. Так как я лев по гороскопу, я очень требовательный сам к себе и к окружающим. В конце обучения мне поступило 10 предложений и одно из них было из Казани. Мой нынешний художественный руководитель Владимир Яковлев, видел меня на фестивале хореографических училищ, который в Казани проводится каждые два года, я приехал из Белорусского колледжа выступать здесь, и он еще тогда предложил мне остаться, я обещал подумать и уехал. Мне было из чего выбирать, я мог поехать в Венскую оперу, у меня были предложения из Украины, еще из Польши, а я выбрал Казань. Потому что всегда хотел работать в России. Есть такой момент: классический танец был открыт во Франции, но лучше всего его танцуют в России. Да, они [европейцы] могут быть технически лучше нас, но эмоционально мы танцуем лучше. Мы знаем, как это сделать. Неспроста наши русские педагоги уезжали заграницу и передавали это искусство другим.

- А что такое эмоциональный балет?

- Ты как актер, ты должен перевоплощаться в разного героя. Сегодня ты Граф Альберт (балет «Жизель»), на следующий день ты раб Али (балет «Корсар»). Это другая стилистика, другие движения, это другое понимание и отношение к спектаклю. Потом ты Базиль из «Дон Кихота». Ты озорной парень без денег, выходишь на этот рынок и начинаешь там… Каждый спектакль разный, и ты не должен показывать себя везде одинаково.

- Никогда не было сожаления о выбранной стране? Ведь танцевать эмоционально можно и на Венской сцене.

- Работая уже здесь, мне приходили предложения из Большого, Михайловского и из разных театров Европы. Я люблю Европу, но там другая система, другая стилистика. А если танцевать, то танцевать в России, танцевать классический танец. Здесь он более открытый, более свободный. А в Европе он в какой-то степени модернизирован, там переходят на современную хореографию. Россия уже какое время остается с классическим репертуаром и на него люди ходят больше, чем на модерн в Европе, допустим.

- У вас был большой выбор. А в фильме Нуреев должен был отработать в Уфе, которая оплатила за его учебу. Такая система работает и сейчас?

- На данный момент я не знаю, но, когда выпускался, за моих ребят платило государство, и они были обязаны отработать два или три года в определенном театре оперы и балета и не могли его поменять.

- По-вашему, это справедливо?

- Это немного тяжелый вопрос, потому что я с этим никогда не сталкивался. Я всегда знал, что свободен ото всех цепей, в том плане, что после обучения могу поехать куда захочу, куда меня, дай бог, позовут. Знал, что не хотел оставаться в Минске. Хочу приезжать туда, мне очень близок Минск, но, чтобы постоянно там работать - мне было бы, наверное, тяжело, потому что я не смогу сидеть на одном месте. Я с детства лягушка путешественница.

- Скажите честно, до того, как вы переехали в Казань, вы знали что-нибудь о Нурееве? Ведь здесь к нему относятся с таким трепетом. Вот недавно памятник поставили.

- Знал его по видеозаписям из «Ютуба», что он и Михаил Барышников - это два эталона, которые танцевали очень круто. Кстати, я недавно познакомился с Барышниковым, это просто нереально. Наверное, меня больше впечатляет то, что это люди, которые поменяли стилистику танца за пределами России и за ними пошли, они внесли свою частичку в историю.

- В чем феномен Нуреева?

- Феномен, наверное, в том, что он был сложным, капризным человеком, не хотел жить по правилам, жить в каких-то рамках. Но это не политические рамки, а танцевальные. И он хотел создавать, творить. У него была бешеная энергетика. Об этом мне рассказывали люди, которые с ним танцевали, говорили, что это что-то невероятное. Он выходил на сцену, и он знал, что сейчас все люди будут вот здесь (показывает кулак, - Ред.). Он выходил, и на него обрушивался шквал аплодисментов, потому что от него шла безумная энергетика. Он был таким безумно талантливым, безумно непокорным и безумно жестким человеком. Знал, чего хочет, и это отличало его ото всех других.

- Что нужно сделать такого, чтобы ваше имя тоже стало бы легендой?

- Думаю, что ты не должен повторяться, ты должен создавать свое, новое. Мир двигается вперед, и ты не стой на одном месте. Я чувствую, я должен делать то, что мне подсказывает интуиция, то, что говорит внутри меня, мне нужно это сделать. У меня есть очень много планов, очень много идей. Нужно делать все и сразу. Меня очень вдохновляет Джастин Тимберлейк. Он музыкант, пишет свои песни, играет в кино, открывает рестораны, еще что-то делает, он делает все вместе. Хью Джекман, который разговаривает на шести-семи языках, вместе с этим, он тоже музыкант. И наконец Рэйф Файнс (режиссер фильма «Нуреев. Белый ворон», - Ред.), который играет в кино, а сейчас он еще и режиссер. Плюс ко всему он играет в театре, и сколько у него энергетики, сколько у него времени на все! Это человек с большой буквы. Для меня это мой кинопапа. Мой ментор, который до сих пор подсказывает мне, как и что делать. С таких людей нужно брать пример.

- Вы бы хотели, чтобы и о вас отзывались как о человеке легенде?

- Я к этому стремлюсь, конечно. Это немаловажно для артиста. Посмотрим, как будет в будущем. Тем более, наш балетный век очень короткий. Мы танцуем до 38 и потом тебя выкидывают на улицу, как собаку и говорят: «Ну, что ты будешь делать дальше?». Не все захотят заниматься педагогикой за 20 тысяч. Поэтому нужно с молодости создавать свою спасательную шлюпку, и нужно, чтобы эта шлюпка развивалась до корабля. Допустим, на данный момент у меня есть своя танцевальная школа.

- Что оказалось для вас самым сложным в съемках? Это был ваш дебют, к тому же, вы работаете в театре.

- Самое сложное для меня было сочетание графиков. 12 часов работы каждый день на съемочной площадке, после этого я должен был ночью ехать в балетный зал, там заниматься час, это было с 11 до 12 ночи. На ужин, на сон оставалось очень мало времени. Поэтому было сложно привыкнуть к графику работы. Кто бы там что не говорил, что заниматься можно и дома - это все брехня. Это просто вранье. Возможно, ты можешь заниматься и дома, но для артиста балета…

- А где проходили съемки?

- В Париже, в Санкт-Петербурге и в Сербии. Все продолжалось около 4 месяцев. Ну, а сама подготовка у Рэйфа заняла примерно 5 лет, у меня - ровно год. Мы отрабатывали сцены, с самим Рэйфом я изучал актерское мастерство. Я учился у него всему с нуля, также с нуля я изучал английский язык. Корректировал свой русский, потому что раньше у меня проскакивало что-то вроде «Шо ты». Сейчас это уже искоренилось. Работы в этом плане было много. Плюс танцы. Нужно было перенять стилистику Нуреева. Я должен был под микроскопом изучить каждое его движение, а по старым записям это сделать тяжело.

- Расскажите подробнее о занятиях с Рэйфом.

- Я приезжал в Петербург, и мы отрабатывали каждую сцену от и до, чтобы я понимал, что такое актерская игра, какое должно быть состояние. Рэйф меня научил очень многому.

- Правда, что вы разговаривали с ним на разных языках? Вы на английском, а он на русском.

- Да, в фильме он говорил на русском, поэтому корректировал русский, а я на английском, я тренировал его. Это безумно тяжело, когда ты говоришь неправильно, но стараешься всеми силами понять друг друга. Но, как говорится, творчество сближает. Мы буквально вчера с ним разговаривали, я показывал ему репетицию. Он хочет приехать и посмотреть мой балет, но пока не знаю где, в каком городе и в какой стране это случится. Он обожает русскую культуру, русскую эстетику. Если бы видели, как он работает. Это очень дотошный человек, он может остановиться из-за любой мелочи, которая ему не понравилась. Мы могли повторять по 8-9 дублей одну и ту же сцену. Он говорил: «Да, это было классно, но давай еще попробуем, может быть, сейчас еще что-то будет». То есть каждый раз он говорил мне, что я всегда находил что-то новое, в каждом дубле.

- Это намного приятнее, чем слышать: «У тебя не получилось, давай еще раз».

- Да, да. Мои коллеги по фильму тоже говорили, что Рэйф всегда их хвалил и это было классно. «Одно наслаждение на тебя смотреть, просто повтори, сделай еще раз также или как-нибудь еще лучше». Он всегда хвалил. Я ни разу не сталкивался с российскими режиссерами, но судя по отзывам моих коллег, которые снимаются в кино, их почему-то так не ценят, не знаю почему.

- Вы не боитесь, что в будущем вдруг не сможете ужиться с другими режиссерами, после того, как вы познали такое отношение к актеру?

- Время покажет. Если ты начал этот путь, то должен понимать, что не всегда твой кинопапа будет рядом. Это нормально. Но я к нему очень привык. Привык и к продюсерам, и ко всем, кто был рядом. Мы отмечали мой день рождения в Сербии, перед началом съемок. Я всем говорил: «Знаю, что вы будете помогать мне, обещаю вам тоже помочь». То есть, нужно уметь создавать команду. Большую роль в этом играет режиссер. Это его задача - создать команду, которая хочет сделать классный фильм. Собрать всех, чтобы все сдружились и могли играть друг с другом. Рэйф это сделать сумел и этим он отличается от других. Он мало того, что должен был играть, он должен был следить за всеми другими, потом следить за мной, за новым актером, и он безумный в этом плане, в хорошем смысле этого слова.

- 4 месяца съемок, 1 год подготовок, постоянные выезды. Как в театре реагировали на такое? Вас не поставили перед выбором?

- Слава богу, нет. Самый первый, кто узнал об этом - это Владимир Алексеевич Яковлев, наш художественный руководитель. Я ему рассказал, что идет кастинг, потом приехали кастинг-директоры, Алла Петелина (кастинг-директор фильма «Нуреев. Белый ворон», - Ред.) со своими помощниками. Они посмотрели балет «Шурале», еще что-то там, и встречались в Владимиром Алексеевичем. Он говорил им: «Вы лучше не найдете, даже не ищите» (смеется), это я хорошо помню. Он мне всегда помогал, шел мне навстречу. На все пробы отпускал меня с репетиций. Спасибо ему огромное. И он приезжал ко мне на Московский кинофестиваль посмотреть фильм и очень приятно, что он был там, что он один из первых, кто знал, что я получил роль.

- Олег, вернемся к самому фильму. Вы, наверное, лучше всех знаете: почему Нуреев из маленького доброго мальчика вырос в злого эгоиста?

- В детстве все мы добрые. Наши родители - наш пример. Какие родители - такой у нас фундамент семейного быта, семейной жизни. Жесткий папа, который хотел сделать из него военного, не воспринимал балет никак. То, что его никто кроме мамы не поддерживал очень сильно повиляло на Нуреева. Потом Уфа... Как бы со мной кто не спорил, что это красивый город, возможно, оно и так, но давайте не будем забывать, что в то время - это была серая дыра. Там ничего не было. Вспомните какие у Нуреева были эмоции, когда он приехал в Париж, а когда попал в Санкт-Петербург?! Он смотрел на Мариинский театр и восхищался им. Он стремился именно к такому. Когда ты спишь на одной кровати с шестью девочками с мамой - это же ненормально. Конечно же у тебя внутри будет зарождаться желание выбраться отсюда, желание лучшего. Это немаловажно. Все это сложилось вместе и создало этот характер.

- Вы довольно схожи внешне. А по характеру? Во время съемок вы не ощущали неприязни к действиям своего героя?

- Мне нравилось, я прям кайфовал. Потому что внутри себя я нашел точку соприкосновения с ним. Он не всегда такой. Он просто показывает себя таким. Очень жесткий, очень требовательный, знает, что он хочет, но ему этого сразу не дают, идут против него, потому что он талантливый и он это понимает. Как он может не злиться на такую ситуацию? Любой человек будет злиться. Дети плачут, когда им не дают конфету. Это тоже такой плач в его характере. Все «нет» закаляли его с детства. Я помню сцену в аэропорту, мне было безумно тяжело, потому что я начинающий актер, мне еще нужно многому научиться, но я постарался прожить эту роль. Не просто сыграть, а именно прожить её. Все пропускал через себя, пока не умею отделять. Каждую ситуацию проживал с безумной болью. Только так я смог бы добиться того, что вы увидели на экране.

- Сцена в аэропорту как раз самое яркое проявление того, в каких рамках жил Нуриев. Сегодня с артистом балета может случится что-то похожее?

- Сейчас просто система поменялась. Раньше в Советском Союзе было так, что, если ты покидаешь Родину - совершаешь предательство. Сейчас ты можешь гастролировать сколько угодно и где угодно, естественно с соглашением дирекции театра. Если я сейчас уеду в другой театр - это не будет предательством. Ты просто уехал туда, где тебе лучше. Каждый человек хочет жить там, где ему комфортно. Нуреев любил и Уфу, и Мариинский театр, на тот момент он был Кировский, он хотел там работать и дальше. Но ситуация повернулась так, что за 40 минут этот молодой пацан должен был решить: остаться в Париже или вернуться домой. Это то, за что я его очень уважаю, за то, что в таком возрасте за короткое время он принял своё решение стать невозвращенцем, зная, что мама и сестры остаются там, и что ты туда больше не приедешь. Это тяжело...

- А вы бы смогли?

- Смотря что на кону. У Нуреева с одной стороны на кону стояла карьера. А с другой - семья. Там он будет танцевать сто процентов, а здесь у него будет семья. Он вспоминает Уфу, свое детство и понимает, что там у него нет развития. Вспомните сцену, когда я (в фильме, - Ред.) пришёл в министерство культуры, упрашивал, не отправлять меня в Уфу. У меня есть приглашение в Большой, в Кировский и ещё куча куда, а они говорят: «Ну, отработай сначала в Уфе». Потому что есть система, которая была выстроена много лет назад. А тут какой-то парень говорит, что хочет работать в другом городе, конечно, ему отвечают, что он презирает свой народ.

- Всем известно, что Нуреев был гомосексуалистом, а в фильме с ним связаны целых две любовные линии с женщинами. Как это объясняется?

- Вы не должны забывать, что мы показываем в фильме молодого Нуреева. Он не знал кто он. Он не понимал ничего, кроме того, что ему интересно общаться с западными танцорами. Но он не знал, как это - быть с девушкой. И вот когда Ксения, жена Пушкина, начала к нему приставать, тут уже все поменялось, но он не получил наслаждения. Он просто не понял, что произошло. Как будто ты съел пирожок, но не весь. Он вот это почувствовал.

- Какие планы на будущее? Если вас снова позовут на съемки, то, наверняка, придётся уже выбирать между театральной и кино карьерой. Ведь в театре не смогут вас каждый раз подменять.

- Посмотрим, что будет, не могу предугадать. Мне кажется, все должно сложиться в любом случае. Если у тебя есть такое разноплановые развитие в жизни, я думаю, театр должен тебя поддерживать. Если руководство не ценит свои кадры, своих артистов, значит, это не твой театр. Если в один момент театр скажет: «Нет, ты должен остаться и танцевать с нами» - это уже приказ. А исполнять приказы я не люблю. Руководство театра должно понимать, что оно может сидеть на своем месте 50 лет, у артиста балета жизнь короткая - 25 лет, а профессиональная - 15-20. И если тебя сейчас не поддерживают, то зачем оно мне такое нужно? Слава богу, мое руководство идет мне навстречу, я люблю его. Уважаю и беру пример с нашего директора и нашего художественного руководителя. Это самые важные люди в театре.

- Напоследок, премьера фильма прошла в нескольких странах. Великобритания, Япония, многие европейские страны и Россия. Где на картину была самая яркая реакция?

- Я вам так скажу. По нашим показателям, фильм делится на 75 и 25 процентов. Первой категории людей фильм понравился, второй - нет. Ещё есть много девушек, вот этих вот «crazy girls» я их так называю, фанатки Серёжи Полунина, которые мне постоянно пишут гадости. Они говорят мне, что Серёжа мог бы сыграть лучше. Я к нему очень хорошо отношусь, но фанатки, вы придите в свой ум, пожалуйста, будьте умнее (смеётся).

- А что в Казани? Какая здесь была реакция?

- Те, кто видел, все меня поздравили, всем понравилось. Ты должен понимать, что ты не сто долларов, чтобы всем нравиться. Ты можешь не нравится кому-то только из-за того как ты выглядишь, из-за того, как ты разговариваешь, как ты жестикулируешь или из-за того, как ты танцуешь. Каждому человеку не понравишься.


Автор фото: Василий Иванов/KazanFirst и из личного архива
====================================================================
Все фото - по ссылке
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20407
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Май 13, 2019 8:51 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019051301
Тема| Балет, Парижская опера, Премьера, Персоналии, Соль Леон, Пол Лайтфут
Автор| Мария Сидельникова
Заголовок| Танцующие с дождем
Балеты Соль Леон и Пола Лайтфута в Париже

Где опубликовано| © Газета "Коммерсантъ" №79, стр. 11
Дата публикации| 2019-05-13
Ссылка| https://www.kommersant.ru/doc/3966767
Аннотация| Премьера


В балете «Sleight of Hand» танцовщики, сидящие на пятиметровых стульях, ведут диалог со своими коллегами на сцене
Фото: Agathe Poupeney/Opera national de Paris


Парижская опера пополнила свой репертуар балетами знаменитого Нидерландского театра танца (NDT): хореограф и худрук труппы Пол Лайтфут и его многолетний соавтор Соль Леон перенесли на французскую сцену «Sleight of Hand» (2007) на музыку Филипа Гласса и «Speak to Yourself» (1999) на музыку Иоганна Себастьяна Баха и Стива Райха. Из Парижа — Мария Сидельникова.

В балетном мире принято считать, что по современному репертуару Парижской опере нет равных. И действительно, сложно найти хореографов, которые не работали бы с парижанами. И то, что Соль Леон и Пол Лайтфут оказались в их числе, выглядело упущением. Тут даже Большой театр опередил Парижскую оперу, заполучив пару лет назад в свой репертуар их балет-трагикомедию «Совсем недолго вместе».

Восполнить пробел взялась Орели Дюпон. Из полсотни балетов Леон и Лайтфута она выбрала два, поставленных с разницей почти в два десятилетия, но стилистически близких и точно формулирующих хореографический почерк дуэта: немного балетного абстракционизма Ханса ван Манена, немного философии Иржи Килиана, много классики, образности, смыслов и символов, и все это в визуальном смысле очень эффектно.

«Sleight of Hand» открывается впечатляющим кадром. В черной беспросветной коробке сцены — два стула метров пять высотой, скрытые под складками балдахина. На них мужчина и женщина (этуаль Стефан Бюльон и первая танцовщица Ханна О`Нейл). Он во фраке, она затянута в строгое платье, тоже черное. К финалу — а действие развивается от тьмы к свету и обратно — от платья не останется и следа.

Тусклый свет прожектора выхватывает силуэты, и там, наверху, на стульях, начинается танцевальный диалог на повышенных тонах. Он то прерывается, то возобновляется, но фоном проходит через весь спектакль. В своих сидячих выступлениях Бюльон и особенно О`Нейл выглядят крайне самоотверженно. Ломают корпус в резких, неожиданных пор-де-бра, как будто нет ни ребер, ни живота; пророчески жестикулируют, предвещая недоброе, и корежат лица в шипящем оскале, словно они горгульи со сгоревшего Нотр-Дама.

Их партия, хотя и ограничена танцевально, по смыслу главная. «Sleight of Hand» дословно переводится как «фокус», но хореографы берут шире: их интересует тема рока, случая, судьбы. Эти двое распоряжаются жизнью пары внизу. Этуали Леонор Болак и Жермен Луве (оба из нового поколения звезд оперы, взращенного Бенжаменом Мильпье) часто танцуют вместе с переменным успехом. Но в «Sleight of Hand» пара преобразилась: экспрессивная хореография Лайтфута и Леон хорошенько взбодрила Луве, застрявшего в амплуа принца. В дуэтах-схватках, где все наэлектризовано и все вытянутые конечности складываются углами в 90 градусов, он чувствовал себя так же свободно, как и в лирических адажио. Счастливого конца не будет. Силы тьмы (мужское трио — этакий Цербер, вылезающий откуда-то из оркестровой ямы) оказываются сильнее: героиня Болак оставляет своего героя и покорно следует за ними.

В «Speak to Yourself» угловатой прозы меньше, зато балетная поэзия льется через край — буквально. После огненного начала (соло Франсуа Алю, чья деловитая виртуозность здесь выглядела несколько чужеродной) большая часть спектакля идет под дождем. Заигрывать с водой все равно что рифмовать «слезы-розы». Но у Лайтфута и Леон дождь — моросящий, ненавязчивый, фоновый — не отвлекает от танца, а увлекает его за собой, превращая в мощный нескончаемый поток, который заполняет всю сцену. Эту метаморфозу потрясающе продемонстрировала лучшая на сегодняшний день этуаль труппы Людмила Паглиеро: в финальном адажио с Уго Маршаном ее тело, казалось, состояло из воды на все сто процентов.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20407
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Май 13, 2019 9:03 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019051302
Тема| Балет, театр оперы и балета имени Мусы Джалиля, XXXII Международный фестиваль классического балета имени Рудольфа Нуриева, Персоналии,
Автор| Айсылу Кадырова
Заголовок| Нуриевский фестиваль – 2019: от дочери Ирека Мухамедова до музыки Radiohead
Где опубликовано| © «БИЗНЕС Online»
Дата публикации| 2019-05-13
Ссылка| https://www.business-gazeta.ru/photo/423982
Аннотация| ФЕСТИВАЛЬ

Об афише казанского балетного феста и артистах, с которыми удалось договориться театру им. Джалиля

Сегодня в столице Татарстана открывается уже 32-й по счету международный фестиваль классического балета имени Рудольфа Нуриева. Не имея принципиальных отличий от других подобных мероприятий, программа форума составляется по негласному принципу «одни и те же спектакли репертуара из года в год танцуют местная труппа и приглашенные солисты». Балетный критик и член экспертного совета «Золотой маски» Айсылу Кадырова знакомит читателей «БИЗНЕС Online» с героями Нуриевского-2019.

ЧТО ОТЛИЧАЕТ НУРИЕВСКИЙ: ОДНА НЕОБЫЧНАЯ СВЯЗЬ

Сегодня на сцене театра оперы и балета имени Мусы Джалиля открывается XXXII Международный фестиваль классического балета имени Рудольфа Нуриева. Он продлится до 30 мая, в его программе — два показа новой постановки балета «Корсар», восемь спектаклей текущего репертуара казанской труппы, два гала-концерта и гастрольный проект худрука Новосибирского балета Дениса Матвиенко — одноактные спектакли Эдварда Клюга «Radio and Juliet» и «Quatro».

Исключительно балетных фестивалей сегодня в России — около тринадцати. Казанский Нуриевский среди них самый старый. Кроме возраста его отличает от других необычная связь с гением: в мае 1992 года смертельно больной Рудольф Нуриев дирижировал в Казани «Щелкунчиком» Чайковского, после чего расчувствовался и согласился дать фестивалю свое имя. Других принципиальных отличий у казанского форума нет. Как почти всюду, его основная афиша формируется по негласному принципу «одни и те же спектакли репертуара из года в год танцует местная труппа и приглашенные солисты».

Логика приглашений в Казань невнятна и одновременно проста: приезжают артисты, уже заявившие о себе на других российских фестивалях, и только те из них, с кем удается договориться. Случаев, когда именно казанский Нуриевский первым среди фестивалей открыл «новое имя», продолжая сотрудничать с этим артистом, совсем немного. Бесспорным кажется только один — с Денисом Матвиенко: впервые этот виртуозный украинский танцовщик приехал на казанский фестиваль (и сразу произвел здесь фурор) в 1998 году. Это было за семь лет до того, как он завоевал Гран-при международного конкурса в Москве, после чего в качестве приглашенного премьера танцевал в Большом театре России, миланской Ла Скала, Парижской Опере…


Зарождение балетных фестивалей в России:

1987 год. Казань. Татарский государственный театр оперы и балета им. Мусы Джалиля: фестиваль классического балета (международный — с 1992 года, имени Рудольфа Нуриева — с 1993 года).

1993 год. Уфа. Башкирский государственный театр оперы и балета: Международный фестиваль балетного искусства имени Рудольфа Нуреева.


1995 год. Самара. Самарский академический театр оперы и балета: Фестиваль классического балета имени Аллы Шелест.

1997 год, Чебоксары. Чувашский государственный театр оперы и балета: Международный балетный фестиваль.

2000 год. Якутск. Государственный театр оперы и балета Республики Саха (Якутия) им. Дмитрия Сивцева-Суоруна Омоллоона: фестиваль классического балета «Стерх» (международный — с 2017 года).

2001 год. Санкт-Петербург. Мариинский театр: Международный фестиваль балета «Мариинский».

2001 год. Санкт-Петербург. Частная инициатива продюсера Екатерины Галановой: Международный фестиваль балета «Dance Open».

2002 год. Йошкар-Ола. Марийский государственный театр оперы и балета им. Эрика Сапаева: фестиваль балетного искусства «В честь Галины Улановой».

2003 год. Улан-Удэ. Бурятский государственный театр оперы и балета им. Гомбожапа Цыдынжапова: Международный фестиваль балетного искусства имени Ларисы Сахьяновой и Петра Абашева (выдающиеся бурятские балетные танцовщики — прим.)

2004 год. Москва. Фестиваль мирового балета «Бенуа де ла данс» (цикл благотворительных гала-концертов, в которых участвуют лауреаты приза «Бенуа де ла данс», существующего с 1992 года, разных лет — прим.)

2007 год. Челябинск. Челябинский театр оперы и балета им. Михаила Глинки: Фестиваль балета «Татьяна Предеина приглашает…» (инициатива прима-балерины челябинского театра Татьяны Предеиной — прим.).

2011 год. Москва. Государственный Кремлевский дворец: Международный фестиваль балета в Кремле (с участием театра «Кремлевский балет» — прим.)

2013 год. Саратов. Саратовский академический театр оперы и балета: международный фестиваль «Звезды мирового балета в Саратове».


ДОЧЬ ИРЕКА МУХАМЕДОВА

Не такой, как все, на российском балетном поле, и широко известный за пределами страны, — петербургский фестиваль Dance Open. В его ежегодных программах — мастер-классы признанных педагогов для учеников балетных школ, лекции и выставки, гастрольные спектакли лучших балетных трупп современности и гала-концерты звезд мирового балета. Есть у этого фестиваля и собственные призы — хрустальные реплики скульптуры, созданной в 1913 году Борисом Фредманом-Клюзелем со слепка ноги великой балерины Анны Павловой. На приз номинируются профессиональные артисты балета вне зависимости от места жительства, гражданства и принадлежности к той или иной балетной труппе. Отбором номинантов занимается специальная комиссия; потом по результатам этой работы формируется состав участников и программы гала-концертов фестиваля. А лауреатов приза выбирают уже на гала-концертах Dance Open члены международного жюри.

Как правило, после удачных выступлений на Dance Open на многих танцовщиков начинают сыпаться приглашения от других российских фестивалей. Вот, к примеру, премьер Государственного балета Берлина Алехандро Виреллес (экс-премьер Национального балета Кубы и Национального балета Англии), заявленный в афише XXXII казанского Нуриевского фестиваля как исполнитель роли графа Альберта в «Жизели». Он уже дважды участвовал в петербургских фестивалях Dance Open — в 2011 и в 2018 годах, после чего был приглашен в Москву на международный фестиваль балета в Кремле. Похожая история у Йона Акосты, премьера Баварского государственного балета: Акоста трижды приезжал на петербургский Dance Open (и дважды получал там приз в номинации «Мистер виртуозность»), танцевал на балетных фестивалях в Саратове и в московском Кремле. В Казани Йона приглашен на партию Исаака Ланкедема во второй премьерный показ балета «Корсар».

Кстати, Йона Акоста — племянник Карлоса Акосты, одного из самых знаменитых и востребованных классических танцовщиков 90-х годов прошлого века и начала нулевых. В Казани Карлос никогда не танцевал, его здесь знают не так хорошо, как в других — столичных городах мира, и для Йоны это наверняка приятная новость: он нервничает, когда его начинают сравнивать с выдающимся родственником. Эти переживания наверняка знакомы другой участнице XXXII казанского Нуриевского — Саше Мухамедов, дочери Ирека Мухамедова — экс-премьере Большого театра СССР и Королевского балета Великобритании. На родине своего отца (Ирек Мухамедов родился в Казани — прим. ред.) Саша, ведущая солистка Национального балета Нидерландов, исполнит партию Китри в веселом балете Минкуса «Дон Кихот».

В петербургском Dance Open Саша еще не участвовала, пока в ее российском гастрольном списке проекты не такие авторитетные: международный фестиваль балета в Кремле и гала-концерт, посвященный памяти Майи Плисецкой, спродюсированный Андрисом Лиепой.

БАЛЕТ КЛЮГА «О НЕПРОСТЫХ ВЗАИМООТНОШЕНИЯХ МЕЖДУ ЛЮДЬМИ»

Партнером Саши Мухамедов в казанском спектакле станет Гергелий Леблан (виртуозная партия Базиля) из Национального театра Венгрии. Гергелий неплохо показался на Dance Open в 2018 году. Тогда же на этом петербургском фестивале отметили прима-балерину Государственного балета Берлина Ксению Овсяник: она стала обладательницей «хрустальной ножки» Анны Павловой как победительница в номинации «Мисс Выразительность». На казанском Нуриевском-2019 Овсяник исполнит главную женскую партию в балете Прокофьева «Ромео и Джульетта». Партнером Ксении станет Денис Виейра (Ромео; он тоже танцует в балете Берлина), с которым чуть раньше, в апреле, они выступали на международном балетном фестивале в Чебоксарах.

Невозможно предугадать наверняка, какие из спектаклей Нуриевского фестиваля окажутся лучшими. Но что-то мне подсказывает, что минимум шансов разочаровать — у «Баядерки». Среди исполнителей ведущих партий в этом спектакле — харизматичные интеллектуалы современного балетного театра Екатерина Кондаурова (Никия; Мариинский театр) и Нурлан Канетов (Великий брамин; Казахстан), точнейшая Екатерина Осмолкина (Гамзатти; Мариинский театр) и благородный Тимур Аскеров (Солор; Мариинский театр).

«Баядерка» станет восьмым спектаклем фестиваля и завершит его первую часть. Сразу после нее в афише — гастрольный проект Дениса Матвиенко — ветерана казанского Нуриевского, приглашенного солиста Мариинского театра и с недавних пор руководителя балетной труппы Новосибирского Оперного театра. В этом проекте — одноактные балеты Эдварда Клюга «Radio and Juliet» (сочинение 2005 года) и «Quatro» (2010). Обе постановки так или иначе знакомы казанской публике: фрагменты первой (фантазия о современных Ромео и Джульетте на музыку группы «Radiohead») Матвиенко не раз исполнял на гала-концертах Нуриевского фестиваля в паре со своей супругой Анастасией Матвиенко. А премьера второй (на музыку Милко Лазара) состоялась именно в Казани в 2010 году. Кроме Дениса и Анастасии Матвиенко в первом показе «Quatro» участвовали Олеся Новикова и Леонид Сарафанов, тогда все четверо танцовщиков занимали ведущее положение в Мариинском театре, а балет Клюга «о непростых взаимоотношениях между людьми» стал их первым опытом коллективного продюсирования.

Хореография Клюга — минималистичная, эмоционально сдержанная и медитативно-однообразная, — заинтересовала участников «Quatro» в период, когда все они «подустали танцевать классику», как они сами же тогда и признавались. Интересно, не устали ли они с тех пор танцевать Клюга? Вполне возможно, что да: исполнители «Radio and Juliet» и «Quatro», кроме Дениса Матвиенко, в афишах Нуриевского фестиваля не указаны.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20407
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Май 13, 2019 11:35 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019051303
Тема| Балет, V Международный фестиваль балетных школ «Өрлеу-2019»
Автор| Абдулманов Амин
Заголовок| В Алматы собрались лучшие хореографы ближнего и дальнего зарубежья
Где опубликовано| © kp.kz
Дата публикации| 2019-05-13
Ссылка| http://www.kp.kz/16683-v-almaty-sobralis-luchshie-khoreografy-blizhnego-i-dalnego-zarubezhya
Аннотация| ФЕСТИВАЛЬ

В Алматы с 11 по 13 мая 2019 проходит V Международный фестиваль балетных школ «Өрлеу-2019». Крупное культурное событие южной столицы организовано Алматинским хореографическим училищем им. А. Селезнева совместно с Фондом Первого Президента Республики Казахстан – Елбасы и Министерством культуры и спорта Республики Казахстан. Фестиваль посвящен 85-летнему юбилею Алматинского хореографического училища им. А. Селезнева. Об этом сообщает «Комсомольская правда» со ссылкой на пресс-службу Министерства культуры и спорта РК.

Цель фестиваля остается неизменна. Это поддержка и популяризация национального хореографического искусства, укрепление профессионального сообщества педагогов-хореографов, международный обмен творческими достижениями и опытом работы в области хореографического образования.

Фестиваль проходит в свете реализации государственной программы модернизации общественного сознания «Рухани жаңғыру» и в рамках Года молодежи, объявленного Елбасы Н. Назарбаевым. В связи с этим, особое внимание организаторы уделят культурному воспитанию и развитию творческого потенциала современной молодежи.

Участие в фестивале принимают студенты и преподаватели, концертмейстеры, методисты, ученые, практики и артисты балета, профессиональные танцевальные коллективы и студенческие коллективы хореографических учебных заведений Казахстана, России, Башкортостана, Киргизии, Узбекистана, Бурятии, Якутии и Южной Кореи.

С большой образовательной программой, направленной на развитие талантов творческой молодежи, выступили Дарья Дмитриева(Якутия), Людмила Мергенева (Бурятия), Гайникамал Бейсенова (Казахстан). Мастера балета делятся опытом и представляют балетные школы своих стран и регионов в рамках отдельных мастер-классов.

Насыщенная программа V фестиваля балетных школ представлена следующими мероприятиями: экспозиция казахского сценического костюма «Времен связующая нить», фотоэкспозиция Г. Капановой «Путь к танцу», художественная выставка молодого автора Натальи-Раминты Бараускайте «Краски танца», конференция «Современное искусство и образование в эпоху глобализации», круглый стол «Презентация школы и перспективы развития хореографического образования – Балет XXI века», презентация фильма «Алматинское хореографическое училище им. А. Селезнева сегодня».

Завершится V Международный фестиваль балетных школ «Өрлеу» Гала-концертом участников на сцене ГАТОБ им. Абая 13 мая в 18:30.

Добавим, что фестиваль также поддержали Казахстанская национальная федерация клубов ЮНЕСКО, «Петро Казахстан», Фонд развития и поддержки балета и национального танца и ГАТОБ им. Абая.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска Часовой пояс: GMT + 3
На страницу Пред.  1, 2, 3, ... 9, 10, 11  След.
Страница 2 из 11

 
Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах


Яндекс.Метрика