Список форумов Балет и Опера Балет и Опера
Форум для обсуждения тем, связанных с балетом и оперой
 
 FAQFAQ   ПоискПоиск   ПользователиПользователи   ГруппыГруппы   РегистрацияРегистрация 
 ПрофильПрофиль   Войти и проверить личные сообщенияВойти и проверить личные сообщения   ВходВход 

Общество Друзья Большого балета
2019-03
На страницу 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9  След.
 
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска
Предыдущая тема :: Следующая тема  
Автор Сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20211
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Мар 01, 2019 2:26 pm    Заголовок сообщения: 2019-03 Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019030101
Тема| Балет, МАМТ, Персоналии, Алексей Любимов
Автор| Владимир Варнава
Заголовок| Алексей Любимов VS Владимир Варнава
Где опубликовано| © La Personne
Дата публикации| 2019-03-01
Ссылка| https://www.lapersonne.com/post/facetoface-varnava-lyubimov
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

Представляем читателям новый формат перекрестного интервью #ЛицомкЛицу, где интервью у артистов берут артисты. В первом выпуске интервьюером выступает хореограф Владимир Варнава и берет интервью у солиста Муз. театра им. Станиславского и Немировича-Данченко Алексея Любимова. Читать до конца, ибо это не просто беседа, это глубокий разговор о важных вещах, местами крайне ироничный и несерьезный.



Что нужно знать об Алексее Любимове перед тем, как начинать читать это интервью?
Кратко. Алексей родился в Саранске , учился в Перми ровно три года, работал в Японии, после этого около 8 месяцев работал в Петербурге в труппе К. Тачкина, но отношения с руководством не сложились, и он опять улетел в Японию. Далее в поисках своего друга Виктора Костакова, работающего на тот момент в театре Станиславского, приехал в Москву, дабы с другом повидаться. Таким образом театр Станиславского может быть благодарен Виктору Костакову за чудесного ведущего солиста Алексея Любимова.

Это шапка интервью, это мой план. Done. А теперь… вопросы и импровизация.


Как ты думаешь, Леша, молодые танцуют по-другому?

Конечно, всякий раз новое поколение более адаптировано эволюционно. Они могут то, чего не мог я, скажем так.

Есть черта или тенденция: они танцуют свободнее, может быть?

У них, в основном, лучше физические данные, лучше подготовка, но меньше концентрации и упорства.

Что мешает? Инстаграм, соцсети, фоточки?..

Да, занимаются не тем.

Звучит, как песенка старого пирата: «Вы, ребята, занимаетесь не тем!», ну да ладно.

Личный вопрос: чему важному тебя научила мама?

Я вырос без отца, он оставил маму одну со мной и моим братом, который старше меня на полтора года, и, конечно же, мама своим примером научила меня выживать, упорству, честности и всем тем прекрасным качествам, которыми должен обладать хороший человек.

Слова не мальчика, но мужа.

Россия – это столица мирового балета или нет?


Я думал, что определение столицы подходит больше городу, а не стране, но ладно. Считаю, что если и стоит где-то заниматься искусством, то только в России. Я много где побывал и видел, знаю менталитет народов разных стран и думаю, что последний оплот, где можно создавать искусство – это Россия. Во многих других странах оно становится коммерческим и как следствие потихоньку исчезает. Когда речь идет о деньгах – искусством это назвать нельзя.

А здесь коммерции нет?

Она есть, но российский артист ей не поддается. Артист должен быть голодный и злой, хотя достоин просыпаться на шелковых простынях. И, конечно, публика, — мы же видим, как посещаются театры во всех российских городах, чего не можем наблюдать, скажем, в Швейцарии, Германии. Люди ходят на спектакли, но не так часто, не с таким вожделением; возможно, в России людям больше нужна отдушина, а возможно, у людей в России просто больше душа, или она просто есть.

Хочу уточнить: а в Испании, Италии люди не занимаются искусством, или занимаются по-другому?

Возможно под искусством сейчас я имею в виду именно балет.

Я почему это спросил: есть утверждение, тезис, что Россия – столица мирового балета и «наш балет впереди планеты всей», на этот счет существуют разные точки зрения. А ты считаешь, что это до сих пор так?

Как патриот своей страны я, конечно, считаю, что да, русский балет занимает лидирующие позиции на мировой арене.

Зачет. А какие страны с ним могут конкурировать?

Та страна, в которой есть крупная балетная компания, может быть включена в этот список: Америка, Франция, Германия…

Что такое мужское достоинство?

В голову лезет какая-то ересь, но я понимаю, что речь не об этом (смеется).

Я думаю, это характер.

Зачем ты сейчас приехал в Славный Город на Неве?

Меня пригласили сниматься в кино, это история о Екатерине, называется «Екатерина. Самозванцы», насколько я знаю, это третий сезон. Мне была предложена роль под названием… «Магистр вожделений» — господи прости. Как известно, при дворе бушевал разврат, и при таких обстоятельствах они, конечно, не могли обойтись без церемониймейстера. По сюжету он итальянец, некий похотливый и развратный тип, к которому в дом приходят люди, он правит бал, соединяет людей и отправляет их в комнаты для утех. Такая небольшая роль. Я надеялся раскрыться в полной мере, но режиссер пожалел нервы зрителей и заковал меня в красный плащ и черную маску.

Мы будем ждать спин-офф, полный метр о твоем герое! А вообще кинокарьера – это интересный расклад для тебя? Я знаю, что это не первый опыт.

Да, конечно. С раннего детства я ходил в театр, и актерская игра всегда привлекала меня – уже снялся в нескольких короткометражках. Работая в театре, ты примеряешь на себя разные роли, образы, проживаешь невероятное количество удивительных, неожиданных жизней; не хочется, чтобы это прекращалось, и кино дает такую возможность, тем более, что оно каким-то удивительным образом меня находит само.

Ты легко соглашаешься на проекты?

Я соглашаюсь на все!

Даже сценарий не читаешь?

Я пробежал его глазами, но текст, конечно же, не выучил, читал его уже на площадке, благо его там было немного, видимо, по задумке нужна была пластика.

Как тебя пригласили на эти съемки?

Мы должны осветить этот аспект: я выкладывал в Инстаграм танцевальный фрагмент с репетиции с неким подающим надежды и набирающим обороты в данный момент Владимиром Варнавой – не знаю больше о нем ничего – который ставит на меня танцы, и этим видео заинтересовались в кинопроизводстве, позвонили и попросили еще видео. И я им выслал тот же самый танец, но с другой репетиции.

Если ты следишь за развитием мирового кинематографа, ставь под своей фотографией хештег #магистрвожделений, репостни это интервью и Магистр Вожделений лично пригласит тебя на свою кинопремьеру, возможно даже в Канны.

Во сколько ты набил свою первую татуху (Дудь просил узнать)?


Мне было 18 лет, я как раз только приехал в Москву. Это был очень взвешенный поступок, я вообще каждую свою татуировку долго обдумываю, вынашиваю. История с первой такова, что я представил на своей правой руке это солнце и в какой-то момент понял, что не могу без него. То есть я сделал это не потому, что хотел татуировку, а потому, что без нее не мог, я сроднился с мыслью, что на мне именно в этом месте есть это солнце (хотя оно еще не было набито, я долго думал кому мне себя доверить). Она несложная, но именно в этом ее прелесть.

Тату-мастеру довериться – это более сакрально, чем довериться хореографу?

Это совершенно разные вещи, так как я не люблю тату-мастеров, которые в своих работах отрабатывают свой профессионализм, я иду к ним с уже готовым эскизом. Невозможно сравнивать хореографа и тату-мастера — от хореографа я как раз жду, что он на мне отработает свой профессионализм – в этот момент мое тело выступает ретранслятором идей, а с тату наоборот, возможно, я когда-нибудь начну набивать себе татуировки сам, но я сомневаюсь, потому что рисую я плохо.

Но еще не вечер…

…а утро четверга!

То есть все свои татуировки ты придумал сам?

Да, конечно. Мои татуировки – это неизменная констатация чего-то, это не Спанч Боб, не имя Марина, я считаю, что татуировки нужно делать такие, чтобы не было возможности захотеть их удалить или изменить.

Есть на твоем теле бестолковые татуировки или те, о которых ты жалеешь?

Нет.

Ну, может, кошечка под щиколоткой?

Нет.

Хорошо, не кажется ли тебе, что ваши траектории с Сергеем Полуниным, с которым вы дружите – они похожи? Оба статные, у обоих лидирующие жизненные позиции, оба маскулинные, мужественные, оба в татухах, оба бунтари, оба любите кинематограф…

Мы абсолютно разные, и судьба у нас абсолютно разная. Судьба – это характер, а характер – это, как мы выяснили, достоинство. У нас разные способы достижения целей, образ мышления, скорее поэтому мы и друзья. Я считаю, что Сергей сильно отчаяннее меня, насколько я его знаю, он очень интуитивный человек, а у меня с интуицией не очень хорошо. Сергей очень легко задает и решает самые сложные жизненные вопросы. А возможно, это в моем представлении вопросы сложные, поэтому я с таким восхищением отношусь к этой его способности. Он обладает многими качествами, которых мне не хватает и, наверное, наоборот, но об этом может сказать только Сергей.

Я хотел бы дать небольшой комментарий. Я говорил уже тебе это на банкете, после премьеры в Калифорнии, что отчасти при выборе тебя как артиста на меня повлиял твой визуальный образ, потому что послушный паренек не будет забивать себя татуировками, а мне как раз необходим был характер. Ленин – рок’н’рольщик, это то, что мне было нужно. («В. И. Ленин» – один из персонажей балета «Айседора» Владимира Варнавы –прим.ред.)

Когда ты в последний раз плакал?


Мне кажется, сегодня утром. Дело в том, что я плачу каждое утро, у меня очень слезливые глаза, которые реагируют то на свет, то на мороз. Это не какой-то из ряда вон выходящий случай – плачущий Алексей, я могу спокойно поплакать от песенки Мамонтенка, например, есть такие вещи, которые дергают что-то глубоко внутри меня, и я не могу с этим совладать, да и не пытаюсь. Я же знаю, что плакать полезно, поэтому как только – так я сразу в плач.

На спектакле плакал когда-нибудь?

Да. На «Снегурочке» плачу стабильно, там такое эмоциональное изнеможение и драматическая кульминация, что в момент, когда Снегурочка тает и бежит мне в руки, у меня, как правило, текут слезы. Тем более, многое зависит от исполнительницы, последнюю «Снегурочку» я танцевал с Жанной Губановой – это молодая, подающая надежды балерина нашего театра, восхитительная и прекрасная, более того мы с ней недавно в Крыму танцевали семь «Щелкунчиков» подряд, аншлаги, цветы и все как полагается настоящему взрослому артисту.

У тебя есть какой-то костяк, клан поклонников?

Я не настолько тщеславен, чтобы держать рядом с собой людей, но, в общем-то, они существуют. Я очень трепетно отношусь к эмоциям поклонников балета и тем более поклонников творчества конкретного человека. В какой-то момент несколько человек из огромной армии фанатов Сергея примкнули и ко мне, так что этот костяк еще и международный.

Какой самый необычный, интересный подгон делали тебе поклонники?

Люди дарят много интересных вещей или событий: игрушки, картинки, нарисованные детьми – нежные, светлые вещи. А события мне совесть не позволяет выносить на всеобщее обозрение.

Может, это свидание или тебя пригласили кататься на яхте в Монако?

Был такой случай, когда после выступления с Настей Волочковой губернатор Владивостока устроил нам фуршет на яхте. Я долгое время был частью Настиной команды и на протяжении 5-6 лет мы объездили с ней полмира.

За что тебе в твоей карьере максимально неловко?

В начале карьеры я очень стеснялся выходить в мимических партиях: герцоги, пара, выносящая кабана в «Жизели». За первые три года в театре я не только перетанцевал весь кордебалет, но и уже был занят своими проектами; из разных уголков мира, из различных театров постоянно присылали благодарственные письма на адрес нашего театра с текстом, что Алексей Любимов «украсил наш фестиваль» или «провел замечательный спектакль». Видимо, театру надоело получать такие письма и где-то щелкнуло: «ну ладно, дадим ему «Лебединое» станцевать». Так я стал ведущим солистом театра Станиславского (смеется).

То есть «Нет маленьких ролей, есть маленькие актеры» — не про тебя?

Да, для меня было эмоционально больно выходить не номером один, я изо всех сил хотел танцевать один на сцене. Это детское представление карьеры, наверно.

Сейчас что-то поменялось?

Ну конечно! Но на тот момент мое представление о балете было исключительно как о классическом танце, а в нем всегда есть ведущая пара, и я изо всех сил хотел быть ведущим солистом. Теперь есть огромное количество постановок, где танцует много артистов на сцене, и каждый из них в свою очередь своим профессионализмом дополняет спектакль. Как только я добился статуса ведущего солиста, я начал интересоваться современной хореографией.

Сейчас случается, что ты на сцене не номер один? Ты легче это переживаешь?

Конечно, я стал мудрее и с гораздо большим интересом начинаю относиться в принципе к подготовке роли, не обязательно ведущей.

Как думаешь, какое у тебя амплуа?

Каждая роль оставляет свой отпечаток, и ты все больше обрастаешь новыми формами, гранями, поэтому определить свое амплуа все сложнее. Я скорее становлюсь жадно интересующимся и ищущим новых интересных образов.

Моя любимая рубрика: недавно в Москве с большим и невероятным успехом прошел спектакль «Айседора». Расскажи, как ты готовился к партии Ленина?

Ну конечно же, я долгое время поначалу неподвижно лежал, скрестив руки на груди, пытался не дышать, понижать температуру тела, но потом понял, что хореограф преследует абсолютно другие цели и постоянно исподтишка надевает на меня крылья стрекозы, чего я в общем-то обычно не люблю. Но Владимиру удалось найти ко мне подход, крылья были прилажены, лысина надета, усы и борода – свои, образ был достаточно качественно завершен.

Как ты работаешь с материалом? Может быть, читаешь книги, смотришь фильмы, достаешь из себя?

Это зависит от образа. Танцующий Ленин с крыльями стрекозы – как с этим работать?? В случае с Владимиром Ильичом перечитывать его биографию было не нужно, здесь была проведена аллегория с учителем танца; Ленин выступал в роли учителя танца в Советском Союзе, я исходил исключительно из предлагаемых условий хореографа и возможностей своего тела.

Когда речь идет о литературном произведении, я обязательно читаю произведение, когда об историческом лице – если есть фильм, смотрю фильм, так проще совместить визуальную картинку с информацией. Даже в абстрактных балетах, тех же спектаклях Килиана, когда идет подготовка , в моем случае всегда важно понять о чем история, потому что многие артисты до сих пор не знают о чем, например, «Восковые крылья».

Твое отношение к дедушке Ленину?

К своему стыду или к радости я даже не был ни разу в Мавзолее и не хочу, потому что все знают, что он хотел быть похоронен. Все это отношение к нему как к культу – мне не нравится, я считаю, что нужно уметь отпускать.

То есть тебе не близок его эгоцентризм…

Как историческая личность он, конечно же, интересен; как лидер, поведший за собой огромное количество людей, только делать из него мумию или божество не надо. В тот момент, когда в моей копилке появилась эта роль, я сплошь и рядом слышу: «Ну вот, и до Ленина добрались», а я даже рад смелости подхода, тому, что образ был осуществлен, и я не считаю, что танцевать его нельзя, я наоборот своим поведением и танцем выказываю возможность другого угла зрения на эту фигуру.

Чему тебя научила Калифорния? ( полтора месяца в Калифорнии ставился спектакль «Айседора» – прим. ред.)

Она научила меня радоваться жизни и кататься на волнах. На самом деле у нас было не так много свободного времени, как это может казаться и как хотелось бы.

Я никогда не был свидетелем, как из ничего рождается балет, этот момент рождения нового спектакля был удивительным, потому что все время, проведенное в Калифорнии, мы были в тесной компании с хореографами и исполнителями, я имею в виду Володю Дорохина и Наташу Осипову. Я видел, как все происходит и могу сказать, что это честный продукт , созданный именно в Калифорнии силами определенных людей. Я, в свою очередь, был частью процесса, мы помогали друг другу, у нас были замечательные добрые отношения, я нашел новых друзей, примерил на себя роль репетитора. Там ведь были ребята с совершенно другой историей, с разной базой, я давал уроки каждый день, и это тоже колоссальный опыт, научивший меня трудолюбию, пунктуальности. Я очень благодарен Калифорнии, Сергею Даниляну и тебе, Володя, за возможность быть частью этой команды.

Я знаю, что на показе в Москве ты выступал со сломанными ребрами.

Да, у меня было три перелома на двух ребрах.

Как ты решаешь подобные проблемы?

Стиснув зубы, как еще. Я не хотел это афишировать на самом деле, но действительно накануне «Айседоры» я, участвуя в другом спектакле, заигрался и упал с конструкции высотой в два метра. В тот момент, когда я узнал, что ребра сломаны, вся команда уже прилетела из Америки, и нужно было делать прогон и спектакль, так что выбора у меня особо не было. В элементах моего костюма был корсет, возможно, он меня спас, вообще я не думал, что с переломом можно танцевать. Но я не допускал мысли, что может быть отмена спектакля, потому что все мы вместе работаем в одном составе, я и прогон проходил в полную ногу, так, наверное, было проще держать себя; когда ты максимально сконцентрирован, болевые ощущения отходят на второй план.

Вопрос из бара на улице Рубинштейна, наша постоянная рубрика. Вчера я тестил предполагаемый план нашей беседы в баре «Ортодокс», и милая барышня, посмотрев твои фотографии и послушав мои вопросы, спросила: зациклен ли ты на своем теле, Алеша?

Я думаю, да. В здоровом теле – здоровый дух. Порядок в доме – порядок в голове, так и передай барышне на Рубинштейна, +79269264444(смеется).

Что ты умеешь делать, кроме того что танцевать?

Мне сложно сказать, но люди говорят, что у меня огромное количество достоинств. Я думаю, что я способен постичь много чего, хотя конечно я далек от точных наук , я скорее гуманитарий и романтик.



Небольшой блиц:

Продолжи фразу: хороший артист балета …

Это я.

Топ 3 лучших артистов балета современности ?

Полунин, Варнава, Любимов, (хо-хо-хо, ну пусть будет Смекалов).

Три самые красивые балерины?

Я не помню точно.

Кто твой учитель/ментор по жизни?

Сама жизнь – мой ментор.

Сейчас есть возможность сказать спасибо, кому скажешь?

Брату, я ему редко это говорю.

Без чего не можешь жить?

Без счастья.

Самое крутое место на Земле?

Ибица и Панган.

Самое крутое место в театре?

Массажный стол.

Лучший театр на Руси?

Театрик внутри меня.

Зеленский — Бро?

Да!

Трио или дуэт?

Дуэт, но я способный.

Когда дрался последний раз?

Две недели назад.

Почему?

Не стал дожидаться и нанёс удар первым. Нервы ни к черту.

Волочкова – это зашквар или нет?

Меня мама выпорет, если я отвечу.

Ноймайер или Килиан?

Килиан.

Ноймайер или Варнава?

Варнава.

(Если бы Алексей ответил по-другому, мы бы не стали публиковать это интервью)

Спектакль или Гала-концерт?

Конечно, спектакль. Я марафонец, а не спринтер.

На классе прыгаешь до конца?

До конца. Но это не точно.

Фотоистория Карина Житкова

==============================================================================
Все фото - по ссылке


Последний раз редактировалось: Елена С. (Сб Мар 16, 2019 2:58 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20211
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Мар 01, 2019 2:40 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019030102
Тема| Балет, БТ, Персоналии, Светлана Захарова
Автор| Ирина Ширинян
Заголовок| Танец Светланы Захаровой – настоящая роскошь, он наполнен энергией и классическими деталями, а ее сольные выступления – образец грации и элегантности! «The Times»
Где опубликовано| © портал "Музыкальные сезоны"
Дата публикации| 2019-03-01
Ссылка| https://musicseasons.org/tanec-svetlany-zaxarovoj-nastoyashhaya-roskosh-on-napolnen-energiej-i-klassicheskimi-detalyami-a-ee-solnye-vystupleniya-obrazec-gracii-i-elegantnosti-the-times/
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ


Сегодня наш собеседник – Светлана Захарова – прима-балерина Большого театра, этуаль театра «Ла Скала».
Эта беседа состоялась в конце прошлого сезона. В связи с большой занятостью балерины, выход интервью откладывался, а когда все было готово, решили опубликовать, приурочив к прошлогодним премьерам: балетам “Нуреев” Юрия Посохова и “Анна Каренина” Джона Ноймаера.



Amore. Фото vk.com/svetlana.ballet

ИШ: Светлана, добрый день. Чем запомнился вам прошлый сезон? У вас было две премьеры – «Анна Каренина» и «Нуреев». Расскажите об этих спектаклях.

СЗ: Здравствуйте, Ирина. Очень рада снова встретиться с вами. Это две новые большие работы. В «Нурееве», правда, у меня был только один монолог, но в этом и сложность. Когда танцуешь большой трехчасовой спектакль, есть время раскрыться, возможность полностью погрузиться в образ. А в монологе у меня было каких-то 6-7 минут. И настроиться на короткое соло оказалось сложнее.

Мой номер называется «Письмо дивы». На самом деле это два письма: от Натальи Макаровой и Аллы Осипенко. Задача не только станцевать красиво хореографию, но прежде всего передать глубину души, настроение характера, страданий и переживаний этих великих балерин, которые в своих письмах обращаются к Рудику.

Когда Юрий Посохов ставил свою хореографию, текстов писем еще не было, а была только прекрасная музыка. И мы отталкивалась от нее. А потом, когда актер начал читать письма, мне вдруг показалось, что по движению, динамике не совсем совпадает с тем, как Серебренников сопоставил тексты с музыкой. И за несколько дней до премьеры мне с актером, который читает тексты в спектакле, надо было обо всем договориться – где он делает паузу, когда начинает читать новое письмо… Сложность заключалась в том, что помимо музыки звучит голос актера, и я не могла для себя решить, от чего должна строить свои эмоции – от музыки или от текста и голоса.

Как вы помните, обстановка вокруг премьеры «Нуреева» была накалена – все ждали чего-то особенного. И все артисты, конечно, излишне волновались. Было важно, чтобы все получилось так, как задумано хореографом. Ответственность на нас лежала большая.

Второй блок показа балета «Нуреев» для меня прошел спокойнее: хореография, текст и музыка стали едины – я поняла, какой должна быть, проживала и пропускала через себя каждое мгновение .

ИШ: Письма на самом деле написаны Макаровой и Осипенко?

СЗ: Да.

ИШ: А потом была «Анна Каренина»…

СЗ: Да, затем началась большая и очень интересная работа над балетом «Анна Каренина» в постановке Джона Ноймайера. Я люблю работать с командой этого замечательного хореографа. У него потрясающие ассистенты, которых я прекрасно знаю: с Эдвином Ревазовым и Иваном Урбаном я раньше танцевала. Работа началась, но не сразу я увлеклась тем, что мне предстояло исполнять. Это было так странно, даже элементарные движения не хотели стать моими – было ощущение чего-то чужого. Какое-то время шла внутренняя борьба, несогласие. Потом, когда хореографический текст был более-менее выучен, началась работа над образом. А когда приехал Джон, все преобразилось. Все стало совершенно другим, понятным и естественным.

Но все же работали много. Джон мог целый час отрабатывать со мной сцену, которая длится полторы минуты. Он добивался подробных, тонких моментов, ему хотелось, чтобы все было естественно, чтобы каждое движение и эмоция были моими. Поэтому мог повторять: «нет, еще раз, нет, еще раз, нет, еще раз», и мне это «еще раз» потом ночью снилось (смеется). Но мы послушно повторяли и повторяли, пока не получится должный результат. Да, это Джон, по-другому с ним не пройдет. Этот спектакль для меня стал дорогим и одним из любимых, после «Дамы с камелиями».

ИШ: Неужели?

СЗ: Да. Но это другой спектакль и совершенно другой Джон. Хореография, музыка, настроение, пластика в спектакле: как будто два разных человека ставили. Но оба спектакля очень глубокие, очень насыщенные эмоционально, очень чувственные. Как все, что делает Джон.

ИШ: Про «Даму» и говорить нечего – это абсолютно ваш спектакль.

СЗ: В этом году было важное событие, связанное с этим балетом – мы показали «Даму с камелиями» в Новосибирске, в рамках Транссибирского арт-фестиваля Вадима Репина. Почему важное? Потому что этот спектакль с момента постановки в Большом театре ни разу не покидал стены театра. В России его можно и сегодня увидеть только в Москве. Сибирская публика принимала очень горячо! Был полный аншлаг, что очень приятно.

Когда встал вопрос, что показать в Новосибирске, для меня было сразу очевидно: «Даму с камелиями». Во-первых, я люблю этот спектакль, во-вторых, в новосибирском театре идет такой большой репертуар, все те же «Лебединое», «Баядерка», «Жизель», «Спартак», и многое другое, труппа хорошая, солисты замечательные, зачем устраивать соревнования? Мне просто хотелось чем-то публику удивить, показать спектакль, который они не видели, сделать им приятное. И Вадим меня поддержал. Все получилось отлично: в Новосибирск прилетел огромный состав Большого театра: балет, оркестр, постановочная часть – больше двухсот человек, которые создали большой праздник.

ИШ: А что еще интересного было в течение года? О чем хотелось бы рассказать?

СЗ: Был ответственный для меня момент – гастроли с моим сольным проектом «Аморе» в Лондоне, в театре Колизей. Первый раз я приехала в эту страну со своим сольным проектом. Я часто там гастролировала с Мариинским и Большим театрами, танцевала в труппе Английского Национального балета как гость, принимала участие в концертах, но никогда не приезжала с сольной программой.

Наши три представления были полностью распроданы, а Колизей – это огромный зал на 2,5 тысячи мест. Публика принимала «Аморе» восторженно. Была хорошая критика. После Лондона мы успешно выступили с «Аморе» на фестивале «Дягелев. P.S.» в Санкт-Петербурге, тоже очень значимом для меня городе. Потом «Аморе» с огромным успехом мы показали в Токио, Софии, Переладе. И везде был «sold out». Что очень важно для меня.

ИШ: Еще будет возможность его увидеть? Я знаю, что уже работаете над другой программой?

СЗ: Да, у зрителей еще будет возможность увидеть этот проект. Я его пока не оставляю. Многие интересуются проектом и продолжают с ним приглашать. В ноябре везем его в Пекин, в феврале – в Болонью. Что касается нового, да, мы уже начали над ним работать. Прошли первые репетиции.

ИШ: Вы принимали участие в юбилейном вечере Академии русского балета имени А.Я.Вагановой в Большом театре. Как прошел для вас этот вечер?

СЗ: Удивительный был вечер! Замечательная атмосфера. Я танцевала «Пахиту» вместе с учениками академии. Прекрасные дети, отлично справляются с поставленными задачами. Я прекрасно себя чувствовала и танцевала с удовольствием.

ИШ: Света, и у вас есть ваш, думаю, самый любимый проект – ежегодный фестиваль танца «Светлана».

СЗ: Да, в этом году мы отмечаем пятилетний юбилей. Готовим грандиозное представление. Наш фестиваль не похож ни на один из проводимых в России. Участие в нем – уже победа, огромный опыт для талантливых детей и коллективов.

ИШ: Как дети становятся участниками вашего фестиваля?

СЗ: На сайт нам присылают записи, мы выбираем понравившиеся нам коллективы по уровню исполнения. С каждым годом все труднее отбирать, заявок становится все больше. В этом году их было около ста. И это еще не предел. Все те коллективы, которые прошли в финал, но не попали на фестиваль в этом году, мы обязательно пригласим в следующем. А тех, кто приедет в этом, я поздравляю!

ИШ: Когда вы ждете этот фестиваль, готовитесь к нему, какие эмоции вы ожидаете получить?

СЗ: Фестиваль полностью благотворительный. Все участники получают возможность выступить в Москве, в концертном зале Россия. Все – приезд, проживание и питание участников – фестиваль берет на себя. Изначальная идея – показать самые лучшие детские коллективы России. К нему мы готовимся на протяжении всего года: придумываем историю, о которой хотим рассказать, каждый раз она новая. К каждому танцевальному номеру рисуется потрясающая графика, снимаем ролики, учим песни – у нас же еще и поют дети, – придумываем оформление сцены. Работают большие команды профессионалов, каждый в своем направлении. И когда приезжают дети, все собирается в единое целое, начинаются репетиции, вот тут мое сердце уже начинает сильно стучать. Но самое яркое чувство, когда идет концерт. Какие потрясающие коллективы в нашей стране! Феноменальные дети, талантливые, красивые. Низкий поклон их педагогам и родителям, которые смогли научить и воспитать маленьких профессионалов. И, конечно, спасибо детям за их улыбки (улыбается). А зрителям – за их поддержку. В конце мы все вместе поем гимн фестиваля, и после этого я чувствую большое опустошение.

ИШ: И удовлетворение …

СЗ: Абсолютно. Какая энергетика идет от четырехтысячного зрительного зала и в то же время со сцены – это феноменально! Дети счастливы! Потому что многим из них в подарок достанутся путевки в потрясающий лагерь Артек.

А потом они мне оттуда присылают видеопослание. Это так приятно!

ИШ: А дочка ваша участвует?

СЗ: Да, она несколько лет является ведущей концерта.

ИШ: А сколько дочке лет? Она не боится сцены?

СЗ: Ей семь с половиной лет. На сцене держится хорошо, не теряется. Справилась отлично. Я гордилась ей, и не потому что это моя дочь, а потому что профессионально отработала поставленные задачи. К фестивалю она готовилась: много занималась с педагогами – училась петь, произносить текст с интонацией, снималась в роликах. Анюта молодец!

ИШ: Поздравляю!

СЗ: Спасибо.

ИШ: А она танцует?

СЗ: Она занимается художественной гимнастикой и уже выступает на соревнованиях.

ИШ: Какие планы на сезон 2018/2019?

СЗ: Сейчас в Ла Скала станцую балет «Манон», и сразу улетаю в Корею. Буду танцевать в Сеуле, с Universal ballet «Баядерку». Потом тот же спектакль в Софии. И сразу улетаю в Пекин с «Аморе». Это график на ближайшее время. Конечно же, будут и спектакли в Большом. В мае планирую показать премьеру моего нового проекта в Италии, а в конце июня – уже в Большом.

Еще одно очень важное для меня событие – юбилей моего замечательного педагога Ольги Николаевны Моисеевой, с которой я работала в Мариинском театре. Мы с ней очень близки и, несмотря на то что я давно переехала в Москву, Ольга Николаевна всегда остаётся моим родным человеком, моим учителем. Планируется 30 декабря на сцене Мариинского театра. Это будет «Баядерка», так захотела Ольга Николаевна.


Последний раз редактировалось: Елена С. (Сб Мар 16, 2019 7:30 pm), всего редактировалось 2 раз(а)
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20211
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Мар 01, 2019 9:22 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019030103
Тема| Балет, Воронежский театр оперы и балета, Премьера, Персоналии, Юрий Бурлака
Автор| текст — Олеся Шпилева, фото — Андрей Архипов
Заголовок| Сказочный сон. В Воронеже реконструировали балет «Спящая красавица» 1890 года
Где опубликовано| © РИА Воронеж
Дата публикации| 2019-03-01
Ссылка| https://riavrn.ru/news/skazochnyy-son-v-voronezhe-rekonstruirovali-balet-spyashchaya-krasavitsa-1890-goda/
Аннотация| ПРЕМЬЕРА


ФОТОГАЛЕРЕЯ (66 фото) - по ссылке

Генеральный прогон балета Петра Чайковского «Спящая красавица» состоялся в Воронежском государственном театре оперы и балета в четверг, 28 февраля. Премьерные показы спектакля в постановке балетмейстера-реставратора Юрия Бурлаки пройдут в пятницу и субботу, 1 и 2 марта, и в пятницу, 19 апреля. Обозреватель РИА «Воронеж» побывала на сдаче спектакля и выяснила, зачем постановщик восстанавливал хореографию XIX века и на что ради этого пришлось пойти артистам.

Красавица, спящая полтора века

Балет Петра Чайковского «Спящая красавица» по сюжету одноименной сказки Шарля Перро впервые поставили в Мариинском театре в 1890 году. Хореографию для спектакля создал выдающийся балетмейстер Мариус Петипа. С тех пор прошло полтора века, но хореография Петипа и сегодня признана эталоном классического балета как в России, так и во всем мире. Именно поэтому Юрий Бурлака решил восстановить танцевальные партитуры по архивным документам.

– Во-первых, кто-то должен этим заниматься. Во-вторых, программка «Спящей красавицы» начинается с моей статьи о том, почему интересно и важно смотреть классический балет XIX века. Это то, на чем строится все остальное. Это наша основа, наше наследие. Любое новое, что происходило после премьеры в 1890 году, базировалось на этом: на отрицании этого, на поддержании его аутентичности, но этот балет всегда был основой. Это то, на чем до сих пор держится театр не только в России, но и во всем мире, – объяснил Юрий Бурлака.

Чтобы воссоздать классическую хореографию, балетмейстер изучал архивные документы Мариинского театра. В 1918 году весь огромный архив театра вывезли из России в Лондон. Затем через аукцион он попал в Америку. Сегодня этот архив помогает многим балетмейстерам по всему миру восстанавливать спектакли Русского императорского балета в традиции XIX века.

«Спящая красавица» – уже второй старинный балет, реконструированный Юрием Бурлакой на сцене воронежского театра: в 2018 году мастер поставил здесь балет Адольфа Адана «Корсар».

– Всегда приятно работать с людьми, которые хотят. Если бы я был разочарован в воронежской труппе, я бы не приехал сюда во второй раз. Да, это постановка на вырост. Но она на вырост большинству театров – и российских, и зарубежных. Дело в том, что «Спящая красавица» – энциклопедия танцев: историко-бытового, характерного, классического. Она до сих пор сложна, до сих пор представляет трудности и для артистов, и для постановщиков. Это всегда хороший стимул, чтобы труппа росла. Многие люди впервые познакомились с балетом именно на спектакле «Спящая красавица», который настолько им запомнился своим разнообразием и поэтичностью, что стал стимулом для их дальнейшей деятельности в сфере этого искусства. Я надеюсь, что и для молодых людей, которые впервые окажутся в музыкальном театре на «Спящей красавице», это станет открытием нового, неизведанного мира русского классического балета, – отметил Юрий Бурлака.

«Рафинированная классика»

Артисты балетной труппы, занятые в спектакле, рассказали, что классическая хореография Мариуса Петипа потребовала кропотливой работы. Танцовщикам пришлось в буквальном смысле вспомнить все, чему они учились в танцшколе.

– Хореография этого спектакля максимально академичная. Все классические позиции должны быть идеальными. Это не такой балет, в котором можно немного не так встать или не довести ногу. Здесь пятая позиция – это пятая позиция, как в учебнике. Приходилось себя дисциплинировать, усердствовать над каждым движением, буквально оттачивать все. Юрий Бурлака – прекрасный педагог. Репетиции с ним вместо часа могли занять три часа, в течение которых мы начинали заново каждую мизансцену, если не получалось идеально выполнить малейшее движение. И так было не только с исполнителями главных партий, но со всеми артистами. Да, это было строго и жестко, но результат того стоит, – рассказал исполнитель партии принца Дезире, премьер Иван Негробов.

Главный балетмейстер театра, в этом спектакле выступавший ассистентом хореографа, Александр Литягин напомнил, что «Спящую красавицу» не случайно называют энциклопедией классического русского балета.

– Эта энциклопедичность видна во всем: в деталях, в мизансценах, в хореографии, в великой музыке Петра Ильича Чайковского. Именно поэтому этот балет живет уже более 100 лет и ставился на лучших балетных площадках мира. Для любой балетной труппы станцевать «Спящую красавицу» в надлежащем качестве – большая трудность и честь. Юрий Бурлака разархивировал хореографический язык XIX века. Эталон должен быть во всем – в руках, ногах и даже движениях глаз и поворотах головы. Это большая сложность и большой стресс. Но мы стремимся быть энциклопедическим театром, – отметил Александр Литягин.

Ранее «Спящую красавицу» уже дважды ставили на сцене воронежского театра – в 1967 и 1983 годах. Все три версии, по словам главного балетмейстера, сильно отличаются друг от друга.

– Все эти балеты были классическими – мы не делали «Спящую красавицу» чрезмерно современной, везде стараясь сохранить заложенное Мариусом Петипа. В то же время новая постановка – наиболее исторически выверенная из них всех. Кроме того, отличаются костюмы и декорации, созданные художником Валерием Кочиашвили, видение режиссера тоже заметно разнится, – сказал Александр Литягин.

Балет «Спящая красавица» – один из самых масштабных в репертуаре воронежского театра по числу артистов. Действие сказки разворачивается в эпоху королей и пышных придворных праздников. В многочисленных сценах балов заняты балетная труппа в полном составе, учащиеся Воронежского хореографического училища, артисты миманса.

– Одним из самых сложных для меня в подготовке к этому спектаклю была работа над его стилистикой. Это такая рафинированная классика. Чистота танца должна быть безукоризненной. Мы прилагали максимум усилий, чтобы сделать все правильно, – рассказала исполнительница партии феи Сирени, солистка Диана Егорова.

Так бывает только в сказке

Сюжет «Спящей красавицы» основан на знаменитой сказке Шарля Перро. У короля и королевы рождается дочь, на ее крестины зовут множество гостей и фей, кроме одной – злой и старой феи Карабос. Чтобы отомстить за то, что ее не позвали, Карабос насылает на новорожденную Аврору проклятие: уколовшись иглой, она погибнет. Фея Сирени смягчает это пророчество: Аврора не умрет, но уснет, и лишь поцелуй любви сможет пробудить ее.

Классический сюжет Шарля Перро и расстановка персонажей сегодня смотрятся немного наивно, но от этого не менее красиво. Солистка Диана Егорова призналась, что партия феи Сирени пришлась ей по душе как воплощение добра, побеждающего зло – фею Карабос. Другим артистам примерка образа далась не так легко. Прима-балерина Марта Луцко, танцующая партию принцессы Авроры, призналась, что характер ее героини совсем не похож на ее собственный.

– Медора (главная героиня балета «Корсар». – Прим. РИА «Воронеж») и Аврора – два совершенно разных персонажа. Мне, если честно, ближе героиня «Корсара» – дерзкая, страстная, способная постоять за себя, а не нежная и слабая, как юная принцесса Аврора. Поэтому мне было тяжело ломать свой характер ради того, чтобы вжиться в образ. К тому же в такую слепую любовь, чтобы быть готовым следовать за увиденным во сне образом, я, если честно, не верю. Но это красивая сказка, и ради спектакля я готова поверить в эту историю, – рассказала Марта Луцко.

Дезире – далеко не первый принц на счету премьера Ивана Негробова. Он танцевал принцев и в «Щелкунчике», и в «Лебедином озере», и в «Золушке» и других балетах.

– Конечно, все принцы довольно похожи друг на друга: во-первых, все они очень манерные, а еще влюбчивые, романтичные, элегантные. В то же время каждого принца нужно играть немного по-разному. Когда ты исполняешь роль принца, ты, выходя на сцену, должен чувствовать себя выше все остальных. Это должно быть сразу заметно. Этот образ мне давно знаком. Но в жизни я другой – уж точно не настолько манерный. В то же время мог бы я, увидев прекрасную девушку во сне, пойти за ней и разбудить ее своим поцелуем? Однозначно да, – рассказал Иван Негробов.

Балет «Корсар», поставленный Юрием Бурлакой в воронежском Оперном в 2018 году, получил пять номинаций на национальную театральную премию «Золотая маска». Но на работу над новым балетом это не повлияло.

– Ставя этот спектакль, мы не думали о номинациях и премиях. В первую очередь, мы надеемся, что балет будет интересен зрителям. Мы ждем, что наша труппа и оркестр будут соответствовать тому качеству, которого требует исполнение «Спящей красавицы», и мы ждем аншлаги на показах, – сказал Александр Литягин.

На показы «Спящей красавицы» 1 и 2 марта билетов уже нет. В следующий раз новый балет можно будет увидеть в пятницу, 19 апреля. Билеты можно приобрести в кассах театра или онлайн.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20211
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Мар 01, 2019 10:51 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019030104
Тема| Балет, Выставка, Персоналии, Тамара Туманова
Автор| Татьяна Кузнецова
Заголовок| Тамара и ее царство
100-летие балерины Тумановой отмечают в Доме русского зарубежья

Где опубликовано| © "Коммерсантъ"
Дата публикации| 2019-03-01
Ссылка| https://www.kommersant.ru/doc/3899147
Аннотация|

2 марта исполняется ровно сто лет со дня рождения русской балерины, ни разу не танцевавшей на родине. Выставкой «Тамара Туманова. Черная жемчужина русского балета. К 100-летию со дня рождения» Дом русского зарубежья отметил юбилей дивы, без малого полвека выступавшей на лучших сценах мира, снимавшейся у Хичкока и Билли Уайлдера. Рассказывает Татьяна Кузнецова.


Фото: Анатолий Жданов / Коммерсантъ

Выставка разместилась в небольшом зале на пятом этаже. Несколько стендов с программками, афишами, плакатами, книгами и документами. Два десятка больших фотографий, часть из РГАЛИ, остальные — из частных коллекций. Артефакты из собрания историка моды Александра Васильева: шифоновое сценическое платье, пуанты, аксессуары — диадема, венец. Современная реконструкция костюма Федры, созданного Жаном Кокто: в 1950 году Кокто и Серж Лифарь, покоренные Тумановой, поставили специально для нее «Федру» в Парижской опере. Этот шедевр минимализма стал кульминацией творчества и хореографа Лифаря, и балерины Тумановой. Но выставка, безусловно, слишком скромна, чтобы отразить ее феерическую карьеру.

Тумановой не было равных среди балерин, да она и не признавала границ балетного мира. Она была неправдоподобно красива и отлично осознавала власть своего гипнотического дара. А потому не связывала свою жизнь с конкретными труппами и хореографами, выбирая тех, кто интересовал ее в данный момент.

Как и для Анны Павловой, чьим вниманием она пользовалась с детства, для Тумановой не существовало «высокого» и «низкого» жанров, статусных или второразрядных театров. Она превращала в чистое золото все, в чем участвовала, будь то бродвейский мюзикл, фотосессия журнала Life или киносъемки.
Сама жизнь Тумановой — голливудская эпопея. Родилась в поезде, в товарном вагоне где-то под Тюменью. Ее мать, грузинская княжна Чхеидзе-Туманишвили, довезла младенца до Владивостока и там дождалась мужа, полковника Владимира Хасидовича, сражавшегося в рядах армии Колчака. На утлых китайских лодчонках семья переправилась в Шанхай; там не бедствовала: Хасидович, талантливый инженер, строил мосты. Однако главой семьи, похоже, была мать. Решив, что ее девочка создана для балета и должна учиться в Париже у Ольги Преображенской, любимой балерины ее родителей, она вывезла семейство во Францию. Так пятилетняя Тамара оказалась в студии «мадам Прео» среди 13-летних подростков. Там, в последней линии, ее приметила Анна Павлова и уже не упускала из виду. В десять лет маленькая Туманова (псевдоним, позже ставший законной фамилией всей семьи, девочке придумала Ольга Преображенская) уже была знаменитостью. В Парижской опере она танцевала главную роль в балете «Веер Жанны», но не гнушалась и менее престижными выступлениями. Сергей Дягилев специально отправился на варьете в русский ресторан, чтобы увидеть «русскую малышку», вынес вердикт: «Отлично! Но слишком манерная» и тем не менее рекомендовал ее своему главному балетмейстеру Джорджу Баланчину.

Встреча хореографа с девочкой-балериной состоялась в 1931-м, когда Баланчин и полковник де Базиль, уже после смерти Дягилева, воссоздавали Les Ballets Russes. В 1932-м маленькая Туманова уже была примой новой труппы. Вместе с ней Баланчин ангажировал еще двух малолеток — 13-летнюю Ирину Баронову и 15-летнюю Татьяну Рябушинскую. Феноменальное трио лондонские рецензенты окрестили «бэби-балеринами». Эти девочки из хороших семей действительно были еще детьми. Во всех поездках их сопровождали мамы: варили в отелях борщи и жарили котлеты, следили за режимом, лично подметали сцену, чтоб никакая соринка-крупинка не помешала ребенку успешно открутить фуэте.

Но настоящей «бэби» Туманова не была никогда. В 13-летнем возрасте она уже была дивой — идеально сложенной маленькой женщиной с длинными ногами и осиной талией, с царственной осанкой, роскошными черными волосами и загадочным взором громадных глаз, полуприкрытых тяжелыми веками. Черной жемчужиной русского балета нарек ее знаменитый импресарио Сол Юрок, из-за которого Тумановы осели в США в конце 1930-х. Антрепренер брал «Русские балеты» на гастроли в Америку с непременным условием: Тамара должна быть звездой труппы. В Штатах звезда проявила характер: рассорившись с директором «Русских балетов», ушла на Бродвей. В начале 1940-х дебютировала в Голливуде. Сначала вместе с Леонидом Мясиным снималась в кинобалетах, потом — в художественных фильмах. В 1944-м она сыграла у Жака Турнёра в «Днях славы» вместе с дебютантом Грегори Пеком — тот вспоминал, что на съемках впервые влюбился. В свою партнершу.

В 1950-е Голливуд уже охотился за балетной дивой. Она сыграла Анну Павлову в фильме «Tonight We Sing», где балерина удивительно исполнила «Умирающего лебедя» — без всяких «птичьих» рук и повадок: она танцевала земную богиню, ведущую предсмертный диалог с небесным отцом. Джин Келли заманил ее в свое «Приглашение на танец», Альфред Хичкок в «Разорванном занавесе» дал роль балерины, разоблачающей американского агента в восточном Берлине, Билли Уайлдер ангажировал для «Частной жизни Шерлока Холмса».

Балетной карьере кино не мешало. После войны Туманова осчастливила своим присутствием Парижскую оперу, где как раз работал Баланчин. Для бывшей «бэби» он выстроил великолепный «Хрустальный дворец» и восстановил «Поцелуй феи». Помимо новинок Туманова блистала в старинной классике — так ярко, что французы признали эту иностранку лучшей Жизелью всех времен и народов, в знак чего подарили Тумановой слепки ее руки и ноги (фото с бронзовыми обрубками конечностей показывают на московской выставке). «Ла Скала», Латинская Америка, Балет маркиза де Куэваса, постоянные гастроли, перелеты с континента на континент.

Даже СССР едва не попался ей на пути в 1966 году: на выставке есть официальное согласие Минкульта на четыре-пять спектаклей в Москве и Тбилиси. Трудно сказать, почему сорвалась эта поездка. Возможно, диву не устроили 250 советских рублей, предложенные ей за выступление.
Карьеру международной звезды оборвала сама Туманова. «В 1971 году я сказала своей маме, что я танцевала, как никто никогда не танцевал, и что надо суметь оставить о себе хорошую память»,— рассказала она Михаилу Мейлаху об обстоятельствах своего решения. Интервью Тумановой в его книге «Эвтерпа, ты?» — лучший автопортрет этой неподражаемой женщины, столь поглощенной собой, карьерой и мамой, что ни на что другое ей просто не хватило времени.


Последний раз редактировалось: Елена С. (Сб Мар 16, 2019 7:31 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20211
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Мар 01, 2019 10:57 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019030104
Тема| Балет, Воронежский театр оперы и балета, Премьера, Персоналии, Юрий Бурлака
Автор| Ольга Ласкина / Фото: Дмитрий Чушкин
Заголовок| В Воронеже состоялась грандиозная премьера балета «Спящая красавица»
Где опубликовано| © ИА Галерея Чижова
Дата публикации| 2019-03-01
Ссылка| http://www.infovoronezh.ru/News/V-Voroneje-sostoyalas-grandioznaya-premera-baleta-Spyaschaya-krasavitsa-62116.html
Аннотация| ПРЕМЬЕРА



Талантливые артисты, шикарные декорации, стилизованные костюмы, море цветов и исключительно положительные эмоции. Несомненно, весну встречать надо именно так. 1 марта зрители театра оперы и балета получили уникальную возможность соприкоснуться с великим наследием Мариуса Петипа. Хореографию XIX века восстановил балетмейстер Юрий Бурлака, знакомый жителям столицы Черноземья по спектаклю «Корсар».

Впервые «Спящая красавица» была поставлена на сцене Мариинского театра в 1890 году. Музыку для нее написал Петр Чайковский, вдохновленный известной сказкой Шарля Перро. С тех пор балет не сходит с театральных подмостков. Существует множество редакций, но ту, что увидели воронежцы, можно считать одной из самых близких к оригиналу. В ней нет наносных элементов, ведь Юрий Бурлака изучал подлинные документы Русского Императорского балета.

«Прежде всего я работаю с архивами нашей страны, но, если говорить о «Спящей красавице», история получилась более длинной, чем обычно, – рассказывает хореограф-реставратор. – В 1918 году огромный архив записанных спектаклей Мариинского театра был вывезен из России. Он оказался в Лондоне, потом через аукцион попал в Америку. Эти архивы теперь помогают многим современным балетмейстерам воссоздавать спектакли Русского Императорского балета конца XIX века».

Классические постановки – это наше наследие, культура, основа репертуара большинства русских и даже зарубежных театров. Ранее воронежцы обращались к «Спящей красавице» дважды – в 1967 и 1983 годах. Сегодня благодаря Юрию Бурлаке спектакль вернулся в театр оперы и балета в третий раз.

«Приятно взаимодействовать с коллективом, который хочет работать, – подчеркивает хореограф достоинства нашей труппы. – Да, эта постановка немножко на вырост. Причем для всех театров, потому что это настоящая энциклопедия разного вида танцев – историко-бытового, характерного и, прежде всего, классического. Спектакль сложен и до сих пор представляет трудности для артистов, постановочной группы, балетмейстера – всех, кто принимает участие в его создании. Но это хороший стимул для роста. Как труппы, так и зрителей. Впервые увидев «Спящую красавицу» многие отмечают ее разнообразие, а также необыкновенную поэтичность музыки Чайковского. Надеюсь, для молодежи, которая придет в театр, этот спектакль станет началом открытия нового, неизведанного мира русского классического балета. Для знатоков – приятным воспоминанием. Те же, кто часто посещает театр, увидят любимых артистов в новых ролях, образах, красках…»

В спектакле «Спящая красавица» занята вся балетная труппа, учащиеся Воронежского хореографического училища, артисты миманса, а также симфонический оркестр под управлением главного дирижера театра Юрия Анисичкина. Великолепное сценическое оформление принадлежит заслуженному деятелю искусств России, художнику Валерию Кочиашвили. Ассистентами Юрия Бурлаки выступили главный балетмейстер театра Александр Литягин и заслуженная артистка страны Юлиана Малхасянц.

===================================================================
Все фото - по ссылке
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20211
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Сб Мар 02, 2019 11:29 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019030201
Тема| Балет, Самарский театр оперы и балета, Премьера, Персоналии, Юрий Смекалов
Автор| Тата Боева
Заголовок| Маскировка классики
Где опубликовано| © NO FIXED POINTS
Дата публикации| 2019-03-01
Ссылка| http://nofixedpoints.com/threemasks_samara
Аннотация| ПРЕМЬЕРА

Самарский балет в последнее время меняется: в 2017 году труппа получила нового худрука, специалиста по старинным балетам Юрия Бурлаку, в феврале 2019 года выпустила первую за долгое время мировую премьеру. Какие спектакли можно делать в компании, которая привыкла к классике, и меняется ли почерк хореографа в разных городах, проверяла на выезде Тата Боева.



Классиков у нас будет несколько. Первый уже появился — это танцовщики Самарского театра оперы и балета. Перед премьерой «Трёх масок короля» их репертуар состоял из тринадцати названий: за исключением васильевской «Анюты», «Шопенианы» и «Ромео» в хореографии предыдущего худрука Кирилла Шморгонера (и детского «Чиполлино») всё — версии балетов XIX века. Базовый набор из «Жизели», перепеваний распространённого Петипа и вечер более редких его номеров. Крепкая русская пуантовая компания, которой можно вменить разве что не самую разнообразную афишу.

Второй же классик, условный — человек, которого позвали на постановку. Юрий Смекалов. Петербургский танцовщик, в багаже которого десять лет у Бориса Эйфмана и столько же в Мариинском. В последнем перетанцевал, считай, весь пуантовый лонг-лист. От «мужчин второго плана» вроде Ротбарта и Ганса до Баланчина, Роббинса, ван Манена и Ратманского. Как хореограф тоже работает давно. Эскизы, номера и спектакли скорее приближаются к классическому словарю. Степень модификации зависит от выбранной музыки: в давнем, 2011 года, «Расставании» солистка танговала на пальцах под Джона Пауэлла, медитативная электроника Бхимы Юнусова добавляла петербургскому «Солярису» (2018 год, театр «Приют комедианта») восточной тягучести — и звуково, и в характере движений.

В Самару Юрий приехал во второй своей ипостаси, как хореограф. Заказанные «Три маски короля» по начальным данным больше всего напоминали предыдущую полноформатную премьеру Смекалова-постановщика, «Солярис». Сюжетный балет, оригинальное либретто, сочетающее событийный ряд («история людей») и желание взяться за большие философские вопросы («пласт идей»), специально написанная музыка.

Явное отличие одно: в первом составе нет полного набора «звёзд» («Солярис» раскладывается на самого Смекалова в главной партии, Злату Ялинич, Владимира Варнаву, Игоря Колба, Викторию Литвинову и Александра Челидзе; с первых показов это была история, в которой имя артиста принципиально и текст партий сохраняет манеру). Приглашённый Владимир Шкляров станцевал единожды — дальше труппа будет справляться собственными, хоть и немного угрожающе многочисленными силами в четыре-шесть солистов на партию. Казалось бы, логично предположить, что и результат будет напоминать выпущенный в «Приюте комедианта» спектакль-гибрид, в котором есть немного привычной классики (структура с чётко прослеживающимися номерами, часть танцевального словаря), немного драмбалета, немного современного танца.

«Три маски короля» получились и похожими на предшественника, и в то же время отличными. Причём больше всего несхожего можно найти в работе Смекалова со своим основным инструментом — движением.

Для того, чтобы перейти к тому, что танцуют в «Масках», зачем это слово в названии и какое отношение маскировка может иметь к пластике, начнём немного издалека. Потому что масок у Смекалова много, каждая «приколота» к чему-то важному и не получится добраться к главной сразу.

Одна из самых очевидных, то есть бросающихся в глаза обманок — оформление и визуальные ассоциации. На афише написано «балет», глаза же видят пространство, пригодное для мюзикла. Не такого, как масштабные постановки Stage Entertainment, покамернее. Многочастная установка художника Вячеслава Окунева — условно-античная гипсовая голова, как для рисования в художественном классе, которая состоит из нескольких сегментов и способна как образовывать лицо, так и «раскалываться» — отдалённо напоминает компактные и такие же «сюрпризные» венгерские декорации мюзиклов. Им положено бесконечно трансформироваться, съезжаться-разъезжаться и самым активным образом вмешиваться в движение. К тому же жанру отсылает и видеооформление Виктории Злотниковой. Проекции, местами завораживающие, местами пугающе реалистичные, дополняют «станок»-голову, оживляют её, заставляют идти трещинами, портиться или растворяться среди мелькающих частиц. Наконец (мы всё ближе к хореографии), визуально инкрустированные в декорации и видео массовые танцы (иначе не скажешь) в которых танцовщики больше похожи на шагающую в едином чётком ритме армию, тоже скорее хочется отнести к мюзикловым приёмам, к их толпам, заполняющим сцену.

Смекалову оказывается необходимым пространство и кордебалет, которые скорее не считываются, как части балетного спектакля, обманывают глаз, заставляют вспоминать другие жанры. Этому помогает либретто. Несмотря на то, что у «Масок» есть расписанный по эпизодам сценарий и сам танец достаточно иллюстративен, сама история насыщена небытовыми категориями и похожа на пояснение к бессюжетному, но философски начинённому опусу. Власть, лицо и его отсутствие, личина, примеряемый и прирастающий образ — если представить «Маски» в виде облака смысловых тэгов, получится такой список. Так мы получаем ещё одну обманку: спектакль про метафизические категории, свободное размышление, которое пробует выглядеть, как драмбалет, но устроено иначе. Эмоции действительно передаются через движение — но в спектакле нет персонажей, характеров или иных образований, связанных с психологией. «Маски», как и положено по дефиниции, ачеловечны: у них есть имена — Юлий, Эмма, Конор, Сара — но каждый приходит на сцену как функция. Сила и сомнение, нежность, коварство — на сцену выходят лишь загримированные под живых людей силы, практически персонажи-аллегории: каждый сразу получает характеристику и сохраняет её.

И, в первую очередь, эта характеристика относится к способу двигаться, представлять персонаж. Герои Смекалова (как и в «Солярисе») получают от хореографа собственные «коды». Исполняемая функция в сюжете на деле превращается в «капсулу», которая состоит из относительно небольшого, но разнообразно комбинируемого набора па.

В «Масках» это слово уместно. Если схожая схема в «Солярисе» лишь опиралась на движения, по которым можно было опознать персонажа при любых обстоятельствах, и это были именно движения — у кого-то из героев более апеллирующие к классике, у кого-то менее — то более компактному самарскому спектаклю хватает именно наборов па. В конце концов, за два акта каждому выпадает не так много соло.

Этот текст начался с того, что самарская труппа на сегодня танцует в основном пуантовую классику в различных редакциях. Работа Смекалова это учитывает: «капсулы» главных партий он собирает буквально из того же материала, что «в ногах» у компании. Легче всего представить себе то, как изъясняется Эмма — девушка, к которой тянет короля, единственный человек без маски. «Настоящая», маркируемая как искренняя, нежная, она напоминает Никию из некоей обобщённой редакции «Баядерки». «Некоей» — потому, что мягкие, пластичные руки, «лотосы» с кордебалетом и длинные дорожки мелких шагов на пальцах под востокообразные мелодии прямыми цитатами из конкретных спектаклей назвать сложно, но «баядеристостью» веет за версту. У остальных «источников» больше — в распоряжении метущегося короля Юлий несплошные цыпочки мощных бравурных прыжков и умение сидеть на троне и быть текучим, напоминающее «Ивана Грозного», его главный оппонент, министр Конор, явно тяготеет к полу и наделён стелящимися движениями и пригнутой спиной.

«Капсулы» эти напоминают протоязыки: в своей необильности они смотрятся как любопытный способ характеризовать героя. Будто каждый наделён собственным, уникальным для этого мира «набором слов», по которому и опознаётся — объясняться можно только ими, ресурс не велик. Зато комбинировать можно как угодно и, что становится главным в балете с несколько сложноватым и местами путаным сюжетом, любое изменение «лексикона» красным маркером подчёркивает сообщение «что-то новое, это важно, обратите внимание». В «Масках» приём смены «языка» полноценно применяется только в финале, зато сразу проясняет и свойства масок, которые носят герои, и то, почему от них так хотят избавиться, и то, как, собственно, работают «капсулы». Когда главный герой, король с прыжковой партией, надевает на себя чужую маску, он буквально начинает танцевать теми же выражениями, которые были у предыдущего носителя: парение на глазах сменяется агрессивным тяжёлым шагом, поглощается им.

То, что в «наборы» для персонажей входят именно комбинации па, которые могут считываться как знакомые, привычные, играет на спектакль: главная «маска» самарского спектакля — как раз в том, что множество разнородных и требующих пояснения элементов нанизаны, как на остов, на узнаваемые хореографические тексты и образы. Это игра со зрителем, способ дать ему разом противоположное: у театра появляется новый балет, танцовщики получают возможность попробовать не совсем тот арсенал средств, к которому привыкли, но спокойствие и в зале, и на сцене обеспечивает та самая запрятанная вглубь метафизических сюжетов и мюзикловых декораций классика.

Фотографии — Виктория Назарова
============================================================
Все фото - по ссылке
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20211
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вс Мар 03, 2019 9:45 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019030301
Тема| Балет, Воронежский театр оперы и балета, Премьера, Персоналии, Юрий Бурлака
Автор| ТАТЬЯНА ПОДЪЯБЛОНСКАЯ
Заголовок| Больше 80 балетных пачек: в Воронежском театре оперы и балета поставили «Спящую красавицу»
Классический шедевр восстановил хореограф-реставратор

Где опубликовано| © КП Воронеж
Дата публикации| 2019-03-03
Ссылка| https://www.vrn.kp.ru/daily/26949.5/4001136/
Аннотация| ПРЕМЬЕРА



В Воронежском театре оперы и балета снова сыграли «Спящую красавицу» Чайковского и Петипа. От момента идеи восстановления классического шедевра до премьеры прошли пара лет, пришлось преодолеть много сложностей. Балетмейстер Юрий Бурлака, специализирующийся на реставрации балетной классики, сначала скрупулезно корпел в архивах, чтобы представить на сцене именно хореографию Мариуса Петипа 1890 года.

- Сложность в том, что архивы Мариинского театра в 1918-м вывезли в Лондон. Затем через аукцион продали в Америку, - отметил Юрий Бурлака. - Сейчас эти архивы многим балетмейстерам помогают воссоздавать постановки Русского Императорского балета конца XIX века. «Спящая красавица» Петипа - это наша культура, наследие, основа. Любое новое, что происходило после премьеры в 1890 году, базировалось на этом: на отрицании этого, либо на поддержании его аутентичности, но этот балет всегда был основой. Это то, на чем до сих пор держится театр не только в России, но и во всем мире.

Другая сложность - для артистов: «Спящая красавица» считается шедевром, высшим пилотажем балетной техники, ее называют «энциклопедией русского классического балета». Чистота танца должна быть безукоризненной. Как сказал хореограф, это - профессиональная проверка труппы на прочность.

- «Спящая красавица» - это постановка «на вырост», причем «на вырост» большинству театров - и российских, и зарубежных. Ее не просто так называют энциклопедией русского балета: здесь представлены историко-бытовой, характерный, классический танец. Но всегда приятно работать с людьми, которые хотят работать. Если бы я был разочарован в воронежской труппе, я бы не приехал сюда во второй раз, - похвалил постановщик воронежских артистов.

- Эталон должен быть во всем - в движениях рук, ног, корпуса, головы и даже глаз! Это большая сложность и большой стресс. Но мы стремимся быть энциклопедическим театром, - рассказал о работе труппы над спектаклем главный балетмейстер Воронежского ТОБ Александр Литягин.

Еще одна трудность - масштабность балета. В свое время он был создан для огромной труппы императорского театра в 150 человек. И шел на сцене более четырех часов. Сейчас высидеть в театре такое количество времени способен не каждый зритель, да и количество артистов в труппах не столь велико. В итоге в спектакле заняты все артисты - от солистов, до кордебалета и миманса, а также учащиеся Воронежского хореографического училища. Одних костюмов для постановки сшили около трех сотен, на выручку пришли даже московские специалисты: более 80 балетных пачек в ручную расшивали в столичной мастерской. В итоге спектакль блистает роскошными костюмами и декорациями в духе пышных королевских балов Людовика XIV, созданными главным художником театра Валерием Кочиашвили. Получилась красивая сказочная история.

Балет создан по сюжету сказки Шарля Перро «Красавица спящего леса». На крестины новорожденной Авроры король позвал множество гостей и фей, кроме злой и старой Карабосс. Колдунья решает отомстить королю, насылая проклятие: юная принцесса умрет, уколовшись иглой. Не успевшая преподнести свой подарок фея Сирени смягчает пророчество: Аврора не умрет, а уснет. А пробудит ее лишь поцелуй любви. В итоге, из дворца удаляют все иголки, но это не помогает: пришедшая тайно на бал в честь совершеннолетия Авроры злая Карабосс дарит ей веретено. Уколовшись, принцесса засыпает на 100 лет вместе со всем королевским двором. И лишь спустя это время на удивительное сонное местечко набредает принц Дезире, которому ранее снился образ прекрасной принцессы. И вот - поцелуй, пробуждение и снова пышный бал по случаю свадьбы Авроры и Дезире.

На этой балетной сказке воспитывалось не одно поколение зрителей. Даже в воронежском театре уже дважды ставили «Спящую красавицу» - в 1967 и 1983 годах. Теперь и нынешняя молодежь может приобщиться к этой сказочной красоте.

- Надеюсь, для молодых людей, которые впервые окажутся в театре на «Спящей красавице», это станет открытием нового, неизведанного мира русского классического балета, - отметил Юрий Бурлака.

«Спящая красавица» - уже второй балет, реконструированный Юрием Бурлакой в Воронеже: в 2018-м году мастер поставил балет Адана «Корсар», который получил пять номинаций «Золотой маски-2019».

Принцессу Аврору в театре танцуют Марта Луцко и Елизавета Корнеева, принца Дезире – Иван Негробов и Михаил Ветров. Следующий показ спектакля - 19 апреля.

Фото: ТАТЬЯНА ПОДЪЯБЛОНСКАЯ
============================================================================
Все фото - по ссылке


Последний раз редактировалось: Елена С. (Вт Мар 05, 2019 12:26 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20211
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Мар 04, 2019 11:53 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019030401
Тема| Балет, Гамбургская государственная опера, Возобновление, Персоналии, Джон Ноймайер
Автор| Ольга Борщёва
Заголовок| Малер, Ноймайер, Шекспир и смерть
Где опубликовано| © belcanto.ru
Дата публикации| 2019-03-04
Ссылка| https://www.belcanto.ru/19030401.html
Аннотация| Возобновление



17 февраля Джон Ноймайер возобновил на гамбургской сцене показ своего бессюжетного балета на музыку Малера «All Our Yesterdays», его премьера состоялась в 1989 году. Название происходит из монолога Макбета, произносимого в последнем акте одноимённой трагедии Шекспира: «And all our yesterdays have lighted fools/ The way to dusty death.» Или, в переводе Пастернака: «Мы дни за днями шепчем: „Завтра, завтра“ /Так тихими шагами жизнь ползет /К последней недописанной странице. Оказывается, что все „вчера“ /Нам сзади освещали путь к могиле». Первый акт поставлен на музыку песен из цикла «Волшебный рог мальчика», получивших в балете подзаголовок «Солдатские песни», второй — на музыку Пятой симфонии.

О своих стремлениях в процессе создания балета Ноймайер рассказывает так: «Когда Малер сочинял музыку на стихи „Волшебного рога“, он не стремился их проиллюстрировать, а хотел выразить на своём языке — музыке — вызываемые у него этими текстами впечатления. То есть, к глубоким смыслам, которые он чувствовал за этими кажущимися простыми стихами, прибавить своё собственное измерение. Точно так же я вижу и свой собственный балет. Он не иллюстрирует ни тексты, ни музыкальную структуру. Хореография не рассказывает конкретной истории, но даёт моим эмоциональным состояниям, возникающим при прослушивании музыки, физический образ».



Сам Малер не особенно стремился связать свою Пятую симфонию с какими-либо физическими образами. Как об этом писал Ромен Роллан: «Малер хотел показать, что способен сочинять чистую музыку, и чтобы лучше это доказать, он отказался объяснить своё произведение в концертной программе, как сделали все остальные участвующие в музыкальном фестивале композиторы». Эффект оказался ожидаемым. После гамбургской премьеры симфонии в 1905 году композитор написал в дневнике: «Пятая — проклятое произведение. Никто её не понимает». Образно-сюжетную «привязку» в симфонии имеет только Adagietto с мотивом из «Тристана» — это объяснение в любви будущей жене Альме Шиндлер. Как рассказал друг семьи композитор Виллем Менгельберг : «Вместо письма он послал ей этот манускрипт, без всяких словесных пояснений. Она всё поняла и написала ему, что он может прийти».

Ноймайер так объясняет идею балета, связывающего оба произведения Малера: «В „Волшебном роге мальчика“ все танцоры — солдаты, и в определённых сценах возникает чувство, что они уже погибли. Пятая симфония, наоборот, поставлена с женской точки зрения: женщины, посещая солдатское кладбище, размышляют о войне и смерти. Солдаты уже не играют здесь такую значительную роль и присутствуют, что называется, как воспоминания».

То, что солдаты уже всё равно, что мертвы («Офицеры созданы, чтобы погибать.») показывают переходы в освещении. Девушки в белых платьях не хотят отпускать их, но они всё равно уходят ломаными угловатыми шагами, намекая на свою гибель движением, напоминающим русский жест «закладывать за воротник». Во второй части преобладают лёгкие небесно-воздушные мотивы.

Пятую симфонию Ноймайер считает в целом оптимистической, в конце балета он выражает свою радость по поводу падения Берлинской стены, совершившегося 9 ноября 1989 года: «Приблизительно за месяц до премьеры по пути домой в такси я услышал новость о падении Берлинской стены. В это с трудом можно было поверить — эйфория по всей Германии! Разрушение границ стало хореографическим мотивом для финала Пятой симфонии Малера». Это означает, танцовщики и балерины в белом совершали в массе хаотичные движения — этот хореографический приём для выражения радости Ноймайер использует настолько часто, что все его балеты с похожими финалами сливаются в памяти в один.

Партию меццо-сопрано в «Волшебном роге мальчика» исполнила Катя Пивек, баритона — Беньямин Аппль. Музыкальное руководство осуществлял финский дирижёр Маркус Летинен, и, если бы Пятая симфония прозвучала как могла бы, в полную силу, то абстрактные танцы на сцене поблёкли бы в сравнении до полной бессмысленности.

Foto: © Kiran West
======================================================================
Все фото - по ссылке
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20211
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вт Мар 05, 2019 12:30 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019030501
Тема| Балет, Воронежский театр оперы и балета, Премьера, Персоналии, Юрий Бурлака
Автор| Александр Прытков
Заголовок| Воронежский балет взялся за старое
В оперном театре реконструировали «Спящую красавицу» Мариуса Петипа

Где опубликовано| © Коммерсантъ (Воронеж) №39
Дата публикации| 2019-03-05
Ссылка| https://www.kommersant.ru/doc/3903223
Аннотация| ПРЕМЬЕРА


Фото: Олег Харсеев / Коммерсантъ

На минувших выходных в Воронежском театре оперы и балета с аншлагом прошла премьера «Спящей красавицы» по одноименной сказке Шарля Перро. Специально для этого балетмейстер самарского академического театра оперы и балета Юрий Бурлака реконструировал хореографию Мариуса Петипа, 200-летие которого в России широко отмечалось в прошлом году. Это уже вторая реконструкция господина Бурлаки в Воронеже – представленный в 2018-м «Корсар» номинирован на пять «Золотых масок». Как и «Корсар», «Спящая красавица» получилась яркой, но немного утомительной и для труппы, и для публики.

Воронежский театр оперы и балета 1 и 2 марта представил балет «Спящая красавица», впервые поставленный в России в 1890 году в Мариинском театре. Над тем спектаклем работали знаменитый хореограф Мариус Петипа (его 200-летие широко отмечалось в прошлом году) и композитор Петр Чайковский. После революции советские власти оставили «Спящую красавицу» в репертуарах театров, при этом балетмейстеры то упрощали хореографию Петипа, в частности избавляясь от пантомимы, то частично возвращаясь к оригиналу. Последовательно занимающийся реконструкцией работ Петипа балетмейстер Самарского академического театра оперы и балета Юрий Бурлака в Воронеже поставил «Спящую красавицу» максимально близко к версии 1890 года.

В прошлом году господин Бурлака реконструировал для воронежского театра «Корсара». Этот спектакль стал смотром всех балетных сил региона: была задействована вся труппа, ученики хореографического училища, артисты миманса и даже костюмеры и механики, а само яркое действо с богато украшенными костюмами и вставками из адановских балетов «Гентская красавица» и «Питомица фей» получило пять номинаций на премию «Золотая маска»: «Балет/Спектакль», «Работа балетмейстера-хореографа», «Работа художника в музыкальном театре», «Женская роль» (Гульнара, Елизавета Корнеева) и «Мужская роль» (Конрад, Иван Негробов).

Исполнители главных партий в «Корсаре» заняты на первых ролях и в «Спящей красавице», а Юрию Бурлаке снова потребовались и ребята из хореографического училища, и артисты миманса. Все они по большей части заняты в массовых сценах – например, крещения принцессы Авроры. Как и «Корсар», «Спящая красавица» получилась почти трехчасовым пышным балетом с вычурными костюмами (по данным «СПАРК-Интерфакс», сумма контракта на их поставку составила 2,5 млн руб.) и с виду простой, но на практике довольно-таки сложной хореографией. Сложность ее заключена в первую очередь в строгой академичности, требующей от танцоров максимально чистого исполнения.

Сам Юрий Бурлака называет «Спящую красавицу» балетной энциклопедией, которая вместила в себя все виды сценического танца XIX века. Воспроизвести их все, не сбиться в па, чисто и тихо приземлиться стоило воронежской труппе немалого труда – и к концу спектакля чувствовалась усталость исполнителей. Немного утомлены длительным спектаклем были и зрители. В частности, реконструирована была и грандиозная свадьба принцессы Авроры и принца Дезире, в которой номера представили персонажи других сказок Шарля Перро. Во время Петипа подобные не имеющие отношения к развитию сюжета дивертисменты привлекали публику, сегодня же не всякий зритель готов к таким приветам из прошлого.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20211
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вт Мар 05, 2019 4:35 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019030502
Тема| Балет, Дирижирование, Персоналии, Мария Селецкая
Автор| Интервью Карина Житкова
Заголовок| Мария Селецкая – Дирижер
Где опубликовано| © La Personne
Дата публикации| 2019-03-05
Ссылка| https://www.lapersonne.com/post/mariya-seleckaya-dirizher
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ



Что происходит после завершения карьеры артиста балета, есть ли жизнь вне театра и как артисты находят себя в новой жизни. Сегодня мы представляем первую героиню специального проекта, в котором мы расскажем истории артистов, в один момент решивших оставить сцену и посвятить себя совсем другим профессиям. Закончив карьеру артистки в труппе Королевского балета Фландрии, Мария Селецкая встала за дирижерский пульт. О первом выходе к оркестру, об особенностях дирижирования балетным спектаклем, борьбе с собой и о том, почему балетные - самые сильные и дисциплинированные люди - в нашей беседе для La Personne. Особая благодарность Нише Родбун за фотоисторию, созданную в залах Фламандской Оперы.

Маша, ты была в Берлинском государственном балете ведущей солисткой, потом перешла работать в Цюрих, где мы с тобой и познакомились. Что за история произошла, почему тебя уволили?

У меня есть много версий, которые высказывали люди, прекрасно знающие Хайнца Шперли (прим. ред. Директор и хореограф балетной компании в Цюрихе). Одно я знаю точно: он ежегодно увольнял от трети до половины труппы, текучка кадров была огромная.

Мне кажется, прежде всего, я его напрягала, как личность. К сожалению, или к счастью, я часто смотрю за пределы того, что находится в балетном зале, и это не всегда нравится людям, которые обладают властью. Я знаю, что ему не нравилось то, что я занимаюсь музыкой, об этом мне говорили пианисты.

Был сильный контраст с Берлином, Малахов мне давал больше, чем я могла даже переварить, а в Цюрихе я научилась довольствоваться самым малым. Я уехала из Берлина не за более выгодным контрактом, новыми ролями или большей зарплатой, я уехала за изменением себя.

Почему он уволил меня? Я не знаю. К сожалению, часто невозможно докопаться до правды. Балетный мир нерационален и очень субъективен. Поэтому если директору ты по какой-то причине не нравишься, ты ничего не можешь сделать.

Как долго у тебя длился период без работы? У тебя был страх перед неизвестностью?

Я сезон провела без работы. Да, я паниковала, это был ужасный год, я просто не знала, что делать. Я постоянно думала, что выйду из формы и, самое интересное, это и начало происходить, ведь все идет от головы. Я рассылала свои CV в различные компании и отовсюду получала «нет». Я уже даже начала думать, грешным делом, что существует какая-то «черная книга» между директорами.

В итоге мне позвонили из Антверпена и сказали: «Приезжайте на audition».

Насколько я знаю, у тебя случилась серьезная травма в Антверпене. Помимо восстановления, чем ты занималась в это время?

В то время, когда я была травмирована, я впервые получила возможность брать уроки дирижирования и посещать оркестровые репетиции. У нас во Фландрии была премьера тройчатки – «Серенада» Баланчина, один балет Йорма Эло и «After the Rain» Кристофера Уилдона. Дирижер этих спектаклей знал, что я интересуюсь музыкой, и предложил мне прийти на оркестровую репетицию, послушать. «Ты можешь мне подсказать нужные темпы». Мне стало интересно.

Я распечатала себе партитуры и радостно стала пытаться понять вообще, где, что находится. Я ходила на все репетиции, сидела за спиной у дирижера, как всегда ассистенты делают, чувствовала себя жутко важной и счастливой. Я еще тогда не думала, что я вообще когда-нибудь смогу стать дирижером.

Ты еще не училась в этот период на дирижера?

Я уже отучилась в Бостоне удаленно по теории музыки, гармонии, и оркестровке. То есть теоретическая база у меня уже была. По крайней мере, я смотрю в ноты, я знаю, что это такое. Бенджамин Поуп, английский дирижер, давал мне первые уроки дирижирования.

Насколько я помню, на тот момент ты говорила на шести языках. Сейчас их также шесть?

Семь. Родной язык мой русский. Потом я начала осваивать эстонский, потом английский, немецкий, французский, итальянский.

К этому добавился голландский тоже, потому что я все-таки во Фландрии живу, здесь на голландском говорят. Сын родился, пошел в школу, его нужно было водить к врачам, в разные учреждения, и пришлось заговорить. Сейчас я говорю достаточно, чтобы даже поддержать нормальную беседу.

Дирижер должен говорить на четырех основных музыкальных языках. Итальянский, немецкий, французский. И какой еще…? Ну, и дальше, если вы владеете чешским (Дворжак и все такое) или русским (Чайковский, Прокофьев, Стравинский и т.д.), это только бонус. Это важно, чтобы глубже понимать, что в партитуре написано. Опера, указания. Малер дает какие-то темпы в своих работах. Это не просто allegro или largo, там прямо все скрупулезно указано. А если ты говоришь на языке, ты понимаешь, что за этим стоит, какое настроение этот темп создает. И тогда одна и та же скорость исполнения может звучать по-другому.

Например, когда я училась музыке и не знала итальянского еще, я всегда знала, что allegro – это быстро, vivo – это быстрее. А вот когда я выучила итальянский, мне сказали, что allegro– это состояние тела, когда ты слегка подвыпивши. У тебя такое игривое, легкое, живое настроение. Вот это слово allegro. Это совсем другой характер в музыке.

Сейчас я начала учить японский, но у меня не хватает времени. Мне нравится их мировоззрение. Помню, одна из японок мне рассказывала про кандзи: «Вот, смотри – этот значок кандзи – значит небо, а вот этот значок кандзи – это значит звук, а если их вместе составить – получится «музыка».

Японский язык дает возможность на привычные тебе вещи посмотреть совсем под другим углом.

Ты в этом году закончила танцевать?

Да, месяц назад. Я чуть-чуть форму поддерживаю. Но я чувствую себя такой свободной и окрыленной, что, думаю, долго не продержусь.

Какой был твой последний спектакль?

Я участвовала в спектакле Акрама Хана «Жизель».

Что-то ты чувствовала особенное в этот вечер?

Нет. Я только хотела, чтобы через это все быстрее пройти, и чтобы это закончилось. Сколько мы можем найти примеров, когда балерина нашла после сценической карьеры что-то, что ее увлекает так же сильно, как сцена? Я уверена, что их не очень много. Когда я в прошлом году спектакль дирижировала в Штутгарте – это было ощущение бесконечного счастья, когда понимаешь, что стоишь на своем месте. В этом смысле, мне безумно повезло, и я отдаю себе в этом отчет, поэтому я абсолютно не испытываю никакой горечи, никакого сожаления, тяжести или чего-то по поводу всего, через что я прошла в балете.

Твой путь уникален и очень интересный. Расскажи немного, как началась твоя учеба в консерватории. Она ведь была параллельно с работой в театре.

Я очень многому научилась сама, меня всегда преследовал страх (он и до сих пор есть), что встану перед оркестром, и найдется какой-нибудь человек, который поймет, что я – балерина, что я некомпетентна. Поэтому я всегда благодарна людям, которые меня направляют. Жизнь меня всегда сводила с людьми, которые участвовали в моей судьбе и безжалостно со мной занимались.

Когда я училась на фортепиано, у меня был абсолютно гениальный педагог, кроме техники, она развивала меня как музыканта. Много работала с дирижерами. И, конечно, музыкальный директор Stuttgart Ballet Джеймс Таггл, с которым я занималась три последних года. Я очень многому научилась от него, и продолжаю учиться. Он мне сказал: «Тебе не надо идти учиться в консерваторию. Есть люди, которые могут проучиться пять лет в консерватории, и они не научатся. В тебе есть балетная дисциплина, желание, страсть, какая-то врожденная природная музыкальность. Ты не возьмешь никогда какого-то неправильного темпа».

Музыкальность – это огромное мое преимущество, как балерины.

Мы вообще музыку пропускаем через тело, а дирижеры именно этому и учатся. Еще одно преимущество, которое дал мне балет – это то, что я все рекомендации воспринимаю всерьез, потому что у нас шаг вправо, шаг влево – расстрел. Ведь в балете огромная скамейка запасных. Не хочешь – катись. Мы привыкли работать на 250%, а, может быть, даже больше.

Я абсолютно уверена, что нет в мире сложнее профессии, чем профессия артиста балета. Я это поняла, только когда вышла из него в другую сферу. Когда я стала ездить на мастер-классы, мне часто говорили: «Ты работаешь так много!» Я искренне удивлялась, всегда думала, что музыканты так же пашут, как балетные. А, нет! Потому что, видя их открытые глаза, полные какого-то абсолютного удивления, я поняла, что, наверное, все же нет.

Артист балета – это исполнитель. Дирижер, скорее, должен быть стратегом. Он должен понимать, каким путем ему провести оркестр от начала и до конца спектакля. Как ты перестраивалась?

Дирижер не сочиняет музыку. Ты смотришь в партитуру, и там все очень четко написано. Если ты откинешь свое эго в сторону – «я слышу музыку так!» – и посмотришь, что там написано, ты можешь постараться отгадать, что же хотел композитор вообще тебе сказать. Всегда есть определенные каноны, как и в балете. Если ты подготовлен, если у тебя есть четкая цель и понятие того, куда ты хочешь прийти, я думаю, проблем не должно быть. Нам всегда все говорят: «Ты должен быть подготовлен; если ты подготовлен, оркестр рано или поздно тебя примет».

Я, конечно же, пока собираюсь делать упор на балетные спектакли, и я довольно хорошо знаю, что там требуется. Щит в виде «я знаю, что нужно балетному народу» – он, конечно, весьма прочен. У нас, балетных, очень часто все висит на волоске в прямом смысле, если музыка чуть-чуть не так дышит, ты можешь «сдохнуть» вначале вариации, и потом будешь волочить жалкое существование до конца вариации или коды.

Некоторые дирижеры по-разному относятся к балетной музыке и не считают, что дирижер должен играть в ноги артисту. Что ты думаешь по этому поводу? И не страдает ли музыка от того, что начинают подстраиваться под артистов?

Да. Я часто говорила с дирижерами на эту тему. Литовский дирижер Велло Пяхн, который много дирижирует в Парижской опере, когда-то мне сказал: «Я всегда за 20 минут до начала спектакля прихожу на сцену. Да, я уже с ними был на репетициях, мы все обговорили. Но тут я смотрю и вижу, что балерина «А» сегодня очень нервная, она уже потеет и ее прямо трясет. У нее нервы. Это значит, что темпы, о которых мы договорились для нее вчера, будут для нее слишком медленными, потому что у нее адреналин. Ей нужно будет чуть-чуть прибавить. И ей будет хорошо. А этот, вижу – он идет, свои ляжки трет. Жалуется кому-то, что икры у него забиты. Это значит, ему сегодня будет все казаться слишком быстро. Осторожно дышим с ним и, когда нужно, подстегиваем, чтобы не сел на ноги. Но желательно дать ему время вот эти свои ляжки, икры растянуть». И вот это маленькое объяснение для меня стало ключом к очень многим вещам.

Как ты получила возможность продирижировать спектакль в Штутгарте?

Я стала просто приходить на все репетиции. Это была Аштонская «Тщетная предосторожность». Я начала потихонечку дирижировать эти репетиции. В какой-то момент все поняли, и репетиторы, и пианисты, что не было ни одного раза воплей «Быстрее!», «Медленнее!», «Подержите!». Была абсолютная тишина на линии фронта у зеркала между фортепиано и репетиторами, потому что темпы были такие же, как обычно, но было немножечко другое дыхание.

Я сопереживаю танцовщикам, потому что я была там, и я знаю, как тяжело дается каждое движение. Мне очень хочется дать артистам все самое лучшее, чтобы им хотя бы немножко легче было и удобнее танцевать.

В «Тенях» вот эта ужасная диагональ для балерины во втором адажио. Если немного не тот темп, то она будет грохотать, ненавидеть себя, тебя и Петипа. Она посадит себе левую икру, отобьет пальцы на правой ноге, потому что будет грохаться с этого ecarte, и пытаться гнаться за музыкой. А зачем? Если можно чуть-чуть увеличить первую долю. И от этого музыка не пострадает. Об этом же можно на репетиции договориться и немножечко переставить акцент, перефразировать слегка, дыхание изменить. И все будут счастливы.

Во время твоего первого выхода в качестве дирижера помимо радости и счастья, какие эмоции ты еще ощущала? Это же страшно ответственно…

О том, что я буду дирижировать спектакль, я узнала за три недели. Естественно, я уже знала партитуру. Меня спросил главный дирижер: «Если мы тебе дадим спектакль, ты бы согласилась?». Я на него смотрю по скайпу и говорю: «Я была бы идиоткой и царицей идиоток, если бы я сказала «нет». Конечно, я буду». Он мне говорит: «А я знал, что ты мне ответишь так. Но решил спросить. Я должен был спросить».

День настал. Меня вывели в оркестровую яму. Говорят: «Маэстро, как вам настроить пульт?». Я такая: «Мама! Спасите! Да, мне не нужно, чтобы меня поднимали. Опустите меня пониже. Все в порядке. Я слишком возвышаюсь над этими музыкантами. Опустите меня пониже. Мне пьедестал не нужен. Я не Ленин». Все посмеялись.

Я стою. Меня начинает трясти просто со страшной силой. И я говорю себе: «Селецкая, ты во что ввязалась?». И команда: «Бежать отсюда!». И тут человек, который дверь должен открывать говорит: «Удачи вам на спектакле. Я вас никогда не видел». Я говорю: «Это мой первый спектакль». «Правда?! Удачи! Вы, наверное, учились». Я говорю: «Вообще-то я балерина».

Тут красный свет становится зеленым, дверь открывается. Карина, честное слово, сколько тысяч раз, наверное, я лежала в кровати, нежилась и представляла себе это. И тут вышла я вся в белом. Зал рукоплещет. Все смычками стучат по пюпитру. У меня было ощущение, что меня высадили на луну без скафандра, на таких шатких, мочальных ногах я вышла. Ты же мимо первых скрипок проходишь. Они так слегка поворачиваются, смотрят типа «ну, кто это тут пришел?». Я понимаю, что во мне веса не хватает, чтобы весом взять авторитет.

Слава Богу, что я балерина, наверное, вот этого всего было не видно. Наверное, это все выглядело, как «Здравствуйте»! А сама думаю, как бы мне вообще не навернуться, когда по лесенке буду на помост подниматься. Сказали, надо поклониться. Ничего не видно. Темно. Луч светит. Я вроде бы поклонилась. Но, наверное, я выглядела, как мистер Бин, на которого луч света упал. Повернулась. «Так. Не забыть руку концертмейстеру пожать». Пожала руку. Поворачиваешься лицом к оркестру. И в этот момент тишины ты понимаешь: «Е-мое! Мне нужно что-то делать». Ты понимаешь, что весь спектакль завязан на мне. Я руки открыла: «Ну, поехали». Взмахнула. И все.

И почувствовала себя мгновенно в своей рубашке. Как рыба в воде. Я поняла сразу, что это мое. Мне хорошо. И да – они мне аплодировали. Оркестр первые 10-15 минут не играл со мной, они играли с концертмейстером, сами по себе, а потом начали глазки поднимать. Я поняла, что была очень хорошо подготовлена. Я знала, когда вступала вторая валторна, когда четвертая и когда второй фагот должен был тоже вступить. Они меня приняли и весьма лестно обо мне отозвались главному дирижеру.

Женщин-дирижеров достаточно мало. И некоторые мужчины очень резко отзываются о женщинах за пультом. Сталкивалась ли ты с этим?

Я – не только женщина. Я еще и балерина.

Когда иду в музыкальную сферу, я никогда никому не говорю, что я балерина. Их восприятие меня – это лакмусовая бумажка моей профпригодности. Везде всегда думают, что я – музыкант. Как правило, потом я могу им сказать: «Вообще-то, я балерина» и тогда прибавляется уважение, наверное, потому что они не могут понять, как это возможно.

Сейчас я занимаюсь поисками работы на будущее. И, я думаю, что сейчас столкнусь с тем, что мне придется многое доказывать. Со Штутгартом мне повезло, дирижер был заинтересован в том, чтобы посмотреть, на что я способна. Женщинам, хоть нас все больше и больше в дирижировании, я думаю, чтобы добиться результата, нужно сделать, как минимум, раз в пять, а может в десять больше, чем потенциальному мужскому соискателю.

Когда ты всю свою жизнь отдаешь одному занятию, а потом тебе приходится в не менее сложное окунаться также абсолютно профессионально – это все равно сложно принять.

Да. Ты же как-то привык себя идентифицировать определенным образом: «Я – русский», «Я – мама» и все такое. А тут полная смена. Мы, балетные, музыкантов однозначно ставим выше себя, это как-то исторически сложилось, а уж дирижеры – они точно полубоги. А теперь, получается, что я тот же самый полубог. Но я та же самая Маша.

И последний вопрос. В чем, по-твоему, секрет счастья?

Быть на своем месте. Это, наверное, судьба. Мы все приходим с какими-то своими уроками на эту планету. И некоторым, наверное, не суждено найти. Это тоже урок. Но счастье – это когда ты там, где должен быть, в таком случае все струны твоей души начинают звенеть в гармонии. Нет диссонанса, и все остальное становится настолько простым и преодолимым, что даже преодолевать ничего не надо. Все остальное становится неважным.

Фото Ниша Родбун
=========================================================================
Все фото - по ссылке
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20211
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вт Мар 05, 2019 5:43 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019030503
Тема| Балет, Урал Опера Балет, Премьера, Персоналии, Джордж Баланчин, Дайана Уайт
Автор| Лариса Барыкина
Заголовок| Впервые в России екатеринбургский балет станцевал "Вальпургиеву ночь" Баланчина
Где опубликовано| © Российская Газета
Дата публикации| 2019-03-05
Ссылка| https://rg.ru/2019/03/05/reg-urfo/vpervye-v-rf-ekaterinburgskij-balet-stanceval-valpurgievu-noch-balanchina.html
Аннотация| ПРЕМЬЕРА

Сочинения ключевой фигуры балетного театра XX века - хореографа Джорджа Баланчина - по всей логике должны занимать центральное место в репертуаре классических балетных трупп. В реальности картина не столь проста. Имевший грузинские корни, петербургское происхождение и школу Баланчин свои главные спектакли поставил сначала в Европе, в труппе Дягилева, а затем в США, где он по праву считается основателем американского балета. Вспыхнувший после отмены железного занавеса интерес к нему в СССР привел к тому, что многие театры разными способами обзавелись его постановками. Но вскоре их стали считать "пиратскими", ведь все права на хореографию оказались в Balanchine Trust. До недавнего времени в круг российских балетных компаний, имеющих в своем репертуаре Баланчина на законных основаниях, входили только крупнейшие столичные и петербургские театры, а также пермский балет. Теперь в элитном клубе - и Екатеринбург. От Фонда Баланчина приехала его бывшая танцовщица Дайана Уайт и целый месяц работала с уральскими артистами, приобщая к особенностям техники и тонкостям стиля.


Фото: Татьяна Андреева/ РГ

ФОТОГАЛЕРЕЯ

"Вальпургиева ночь", если коротко, - протяженная балетная сцена из оперы Шарля Гуно "Фауст", созданной, как известно, по мотивам одноименной трагедии Гёте. Балетный дивертисмент был неотъемлемой частью оперы XIX века, но совсем не каждому из них была уготована долгая и активная творческая жизнь. А "Вальпургиева ночь", начиная с 1869 года, когда она впервые была исполнена на сцене Парижской оперы, благополучно существует и в концертных исполнениях, ведь это, прежде всего, - превосходная музыка, и, конечно, в хореографических прочтениях, как внутри оперных постановок, и как самостоятельный одноактный балет. В России до настоящего времени самым известным и популярным был вариант Леонида Лавровского, созданный вскоре после войны: красочная сценка, населенная балетными вакханками и сатирами, в сущности - квинтэссенция советского большого хореографического стиля, виртуозного и драматического.

Совсем иное дело у Баланчина. "Видеть музыку" - было его главным девизом, и партитура Гуно как всегда вдохновила его на создание бессюжетной композиции, идеально соответствующей ее духу и смыслу, структуре и эмоциональным взлетам. Восьмичастная сюита дала повод сочинить своего рода гран па для 24-х танцовщиц и солиста, с чередованием дуэтов, соло, ансамблей и массового танца. Женское многоголосие выстроено по принципу строгой иерархии, есть кордебалет, корифейки, солистки, причем одна из них - главнее остальных, и, разумеется, прима-балерина. Танцовщику же достается роль галантного кавалера, не более того. Единственная аллюзия на ведьминские пляски возникает к финалу, когда танцовщицы в розово-сиреневых хитонах появляются с распущенными волосами и стремительно летят в прыжках и кружат в вихревых вращениях. По правде говоря, в контексте строгого и возвышенного классического танца, игра развевающихся женских грив выглядит куда эффектнее, чем какая-нибудь черная кожа с латексом.

20-минутный балет Баланчина исполняется в Екатеринбурге так, что ни у кого не возникает сомнений, перед нами - шедевр. Абсолютная музыкальность и покоряющая естественность этой хореографии феноменальны. К счастью, оркестр, ведомый Павлом Клиничевым, играет Гуно не как балетно-дансантный аккомпанемент, а как настоящую симфоническую музыку, легко, свободно, в текучей фразировке и стремительных темпах. И балетные артисты сливаются с ней в едином потоке, фиксируя моментальные позировки, арабески и аттитюды. Екатеринбургская труппа в этом спектакле выглядит не столько вышколенной, сколько раскрепощенной и точной, собственно, как того и желал мистер Би. Все усилия тщательно скрыты, кажется, что все получают от танца одно удовольствие. Среди ведущих солистов, а к премьерам подготовлены целых три состава, на подходе четвертый, особенно отмечу Елену Кабанову, Елену Воробьеву, Екатерину Сапогову, Елену Шарипову.

Кстати

В вечер балетной премьеры в театре состоялся еще один первый показ. Урал Опера Балет, а именно так после ребрендинга звучит имя Екатеринбургского оперного, презентовал два новых парадных занавеса. Один традиционный - раздвижной - выполнен из темно-красного бархата с золотым тиснением по низу. Другой - подъемно-опускной - представляет собой увеличенную копию картины известного художника-авангардиста Михаила Ларионова "Улица в провинции" (1910, само полотно хранится в Екатеринбургском музее изобразительных искусств). Яркая по колориту сценка с конем написана мощными, крупными мазками, в тот момент художник примыкал то к фовизму, то к примитивизму. Увеличенная во много раз и в классическом театральном портале она читается как привет шагаловскому плафону парижской оперы и, без сомнения, смотрится дерзким вызовом. Собственно, ровно так, как и многие оперные и балетные премьеры этого театра последнего времени, от "Сатьяграхи" Гласса до смелой "Пахиты".
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20211
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вт Мар 05, 2019 10:47 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019030504
Тема| Балет, Харьковский национальный театр оперы и балета им. М.Лысенко, Премьера, Персоналии,
Автор| Александр Чепалов
Заголовок| Раскроется ли опять шкатулка Пандоры?
В Харькове состоялась мировая премьера балета-пророчества на музыку Вагнера

Где опубликовано| © Газета "День" №41, (2019)
Дата публикации| 2019-03-05
Ссылка| https://day.kyiv.ua/ru/article/kultura/raskroetsya-li-opyat-shkatulka-pandory
Аннотация| ПРЕМЬЕРА



В любом театре существует предпремьерная традиция: вшивать с другой стороны занавеса цветную ленту, которую необходимо разрезать, прежде чем занавес раздвинется. В Харьковском национальном театре оперы и балета им. М.Лысенко за сезон коллекция таких лент превысила обычные нормы — потому что подготовка к премьере длится обычно не менее трех месяцев. Между харьковскими постановками проходит восемь-десять недель. Несмотря на эти сжатые сроки, новый спектакль «Мистерии Пандоры» еще раз доказал: балет — это не просто танцы, а зрелище. Зрелище, сделанное умением и умом мастеров театрального дела и талантливых исполнителей.+

«Мистерии Пандоры» — мировая премьера. Учитывая, что оригинальными компонентами постановки здесь являются и собственная музыкальная композиция из произведений Вагнера (ее тактично и профессионально сделали дирижер Дмитрий Морозов и его коллега Павел Багинский), и либретто, хореография и режиссура художественного руководителя балетной труппы Антонины Радиевской, а также яркое изобразительное решение солиста оперы Александра Лапина, который в последнее время удачно выступает в роли сценографа. Не последнюю роль сыграл здесь и видеоконтент основательницы песочной анимации в Украине Дарьи Пушанкиной.



Но по сути, именно Вагнер стал самой выдающейся фигурой спектакля, причем в нем он не только недосягаемый обитатель музыкального Олимпа, каким мы его привыкли представлять. Но и современник тех композиторов, которые не выделялись из музыкального фона эпохи. Ведь в харьковском спектакле звучат и его отрывки из ранней оперы «Запрет любви», от которой до заоблачного «Перстня Нибелунга» — действительно как от земли до космоса. И даже многим не известный марш, написанный Вагнером в 1876 году к 100-летию независимости США.
Вагнер привлекал балетмейстеров не так часто, как этого заслуживает вся его музыка, а не только произведения, ограниченные сегодня репертуаром, скажем, Байройтского театра в Германии. Согласно собственной концепции, автор либретто и хореограф Антонина Радиевская, положив начало действию на «настоящем» Олимпе, переносит его в современный город. Так она подражает мифу о том, как боги вылепили женщину дивной красоты Пандору. И «отправили» ее на землю с целой шкатулкой бед, грехов и неурядиц, от которых человечество страдает уже не первое тысячелетие... Возможно, именно таким образом постановщики избегают ассоциаций, что Вагнер был едва ли не самым главным композитором у идеологов нацистской Германии, где эту шкатулку Пандоры фактически открыли еще 80 лет назад.
Нужно видеть, как Радиевская (на музыку малоизвестной симфонии Вагнера) умело лепит из движений главных участников действа полифоническую композицию четырех действующих лиц. Это — Пандора и ее любимый Эльпис (что на греческом означает Надежда), а также виновники осуществления коварного замысла Зевса (на земле Антиквара) и Гефеста (он же его земной подмастер). Эта сцена по эмоциональному впечатлению напоминает знаменитый балет Хосе Лимона «Павана мавра», где в течение 20 минут главные герои шекспировской трагедии «Отелло» воспроизводят все фатальные события сюжета. Очень поражает также сцена в «Мистериях Пандоры» с использованием театра теней — там в черно-белых прямоугольниках пленные девушки становятся невинными жертвами похотливых и уродливых привидений. А.Радиевская как хореограф использует в постановке преимущественно лексику классического танца и балетную пантомиму, чего оказывается достаточно для понимания сценических событий и полного самовыражения талантливых артистов. Имея большой исполнительский опыт (20 лет на сцене), она, как балетмейстер, не выглядит новичком, зная все особенности создания эффектных композиций и ярких пластических характеристик. Поэтому оба состава исполнителей (Елена Шевцова, Лариса Грицай, Алексей Князьков, Владимир Василенко, Денис Панченко, Андрей Козарезов и др.) пользуются возможностью продемонстрировать свои актерские и танцевальные возможности.
Спектакль по жанру получил название балет-пророчество. И сценическое действие, и эмоциональное содержание этому определению полностью отвечают. Пандора, которую вдохновляет тень погибшего Эльписа (до хеппи-энда, как видим, дело не доходит), и ее новые друзья все же добывают в борьбе маленькую победу, загоняя часть привидений назад в фатальную шкатулку. Но победу праздновать рано. В эпилоге Зевс в своем земном виде снова сидит со шкатулкой на земном шаре. Он, без сомнения, выдумывает новый план, хотя тень Эльписа поджидает и призывает отслеживать очередные коварства. Как тут не вспомнить слово младшего современника Вагнера, великого мыслителя и скептика Ф. Ницше: «...Возможно, таким хитрым образом боги перевели на человека бремя ответственности, и с тех пор только от человека зависели все несчастья и беды. Он в любой момент может их прекратить, но надежда его не отпускает. Мимо проходят гении, пророки, зовут к другому, а несчастный человек надеется и ждет своего... А может, именно Пандора и была надеждой».+

Кстати, в творческой жизни Харьковской балетной труппы сейчас ожидается несколько интересных событий, которые характеризуют как захватывающий водоворот современной творческой жизни, так и верность классическому наследию.

Александр ЧЕПАЛОВ, искусствовед Харьков. Фото предоставлено театром
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20211
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Мар 06, 2019 10:43 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019030601
Тема| Балет, Ковент-Гардене (Covent Garden), Персоналии, Вадим Мунтагиров
Автор| Мария Крухмалева
Заголовок| «Это прайм-тайм моей жизни»: принц Чарльз вручил уроженцу Челябинска премию лучшего танцовщика мира
Где опубликовано| © Новости Челябинска
Дата публикации| 2019-03-06
Ссылка| https://74.ru/text/culture/66005902/
Аннотация| Интервью

Вадим Мунтагиров в свои 28 лет — один из лучших танцовщиков мира. Свои первые па он сделал в Челябинском оперном театре



Уроженец Челябинска Вадим Мунтагиров пять лет исполняет ведущие партии на главной королевской сцене Лондона — Ковент-Гардене (Covent Garden). Принц Чарльз вручил 28-летнему россиянину премию международного фестиваля-конкурса National Dance как лучшему танцовщику года. А недавно именитый артист побывал на родине. Как искусство вошло в жизнь Вадима, остаётся ли время на что-то ещё, помимо танцев, и чем его до сих привлекает наш город — в интервью 74.ru.

— Хотел этой зимой слетать к родителям в Ханты-Мансийск — они перебрались туда много лет назад, но папа запретил. Сказал, что у них слишком холодно — минус 30 градусов. Тогда решил в свой микроотпуск слетать на родину повидаться с сестрой Элей, она танцует в Челябинском оперном [театре].

Когда самолёт приземлился в Челябинске, командир объявил, что «погода за бортом хорошая, всего минус 25 градусов». Ничего себе! Пришлось покупать новый пуховик. Я уже несколько лет такого минуса не чувствовал, у нас самое холодное, что было за последнее время, — это плюс 3. Хотя в Лондоне совершенно иначе ощущается мороз. В Челябинске закутался — и нормально. А у нас ветер пронизывает насквозь через любой пуховик, и когда плюс 3 за окном — это настоящее бедствие, даже школы закрывают. Река рядом — влажный, неприятный мороз.

В Челябинске бываю нечасто, в этот раз удалось погостить буквально три дня — большего график не позволяет. Но главное — успел повидаться со всеми, с кем хотел. Это вдохновляет — русскую речь услышать, поговорить.

Челябинск для меня — это сестра, оперный театр и детские воспоминания. Ведь именно здесь всё начиналось. Можно сказать, я вырос в театре. Мама с папой, а потом и Эля танцевали в оперном, а я бегал по сцене, по залу, за кулисами и повторял за ними с тех пор, как только научился ходить. Буквально жил этой атмосферой. Мне было девять, когда семья решила переехать в Ханты-Мансийск, а я поехал в Пермское хореографическое училище. Гордость брала, что буду учиться там, откуда выпустились папа и сестра. Заселился — и сразу понял, что там будет очень непросто. И не из-за того, что придётся впахивать, просто до умопомрачения хотелось обратно вернуться в семью — очень скучал.

Это сейчас я каждый день звоню сестре и маме с папой по скайпу. А тогда максимум, что было можно, — один недолгий звонок в неделю по обычному телефону. Мне очень не хватало общения с родителями, всегда был один.

Через шесть лет выпустился. Хореографическую базу дали настолько сильную, что в первом же международном конкурсе в Лозанне (Швейцария) в 2006 году занял второе место. Приз был — обучение в любой школе мира. Я выбрал Лондонскую Королевскую балетную школу. Хотел постажироваться год и вернуться. В итоге задержался на три. А после выпуска в 2009-м меня пригласили в Английский национальный балет. Я был невероятно счастлив — это хороший театр, огромная практика, два раза в день спектакли на сцене. И кордебалет, и сольные, и ведущие партии — я получил всё и сразу.

Скучно стало лет через пять. Мне было 24, хотелось развиваться, но в этой школе я выучил весь репертуар. Тогда и решился позвонить директору главной королевской сцены — Ковент-Гардена. Просто спросил: «Возьмёте?» И он принял. Буквально через пару часов я уже был в другой гримёрке — театры находятся рядом, только улицу перейти. Это было невероятно!

Ковент-Гарден — совершенно иной уровень. Школа знаменитых балетмейстеров и хореографов Фредерика Аштона и Кеннета Макмиллана интересна не только техникой, но и своей драматургией. Там сразу на ведущего [танцовщика] перешёл, мне не надо было ничего доказывать. И вот уже пятый сезон с королевским балетом работаю.

В первый же год, в 2014-м, выиграл «Лучшего мужского танцовщика года» международной танцевальной премии National Dance Awards. А в этом году взял эту премию ещё раз.

Есть команда балетных критиков, которые целый год ездят по разным странам и смотрят спектакли, оценивают их по десятку номинаций — лучший современный театр, лучшая постановка и так далее. В начале года они подсчитывают голоса, и после грандиозной церемонии заветные стеклянные статуэтки разлетаются по миру.

В этом году свою статуэтку я получил из рук принца Чарльза. Не на сцене, правда, а за кулисами. Его высочество с семьёй часто приходят к нам на спектакли, традиционно заглядывают за кулисы, знают меня как «русского артиста». После официального награждения National Dance принц Чарльз тоже зашёл к нам за кулисы и вручил статуэтки, которые на тот момент были у директора Ковент-Гардена.

После церемонии может день–два наслаждался, но потом приходило осознание: чтобы прыгнуть ещё выше, нельзя останавливаться. И снова нырял в работу, репетиции.

Тренируемся каждый раз по-разному. Бывает несколько недель подряд по четыре–пять балетов репетируешь в день. Самое худшее — с 10:30 до 18:30. Ты танцуешь Дон Кихота, потом перебегаешь в другую студию — и ты уже Ромео, потом Арман, ещё кто-то. Плюс перед этим обязательно урок-разминку сделать нужно — без него нельзя репетировать, можно травмироваться. Такая разминка для нас — как почистить зубы.

А сейчас две недели репетировал по два–три часа в день. Это легко и для тела, и для головы, потому что концентрируешься только на одном балете. Сейчас еду в Венскую оперу танцевать «Лебединое озеро» в постановке легенды балета Рудольфа Нуриева. Его постановка знаменита тем, что станцевать её — значит как три раза обычное «Лебединое озеро» исполнить.

Каждый раз, когда приезжаю в Челябинск, с удовольствием захожу в оперный [театр]. Знаю, что быстрого прохода не будет — всегда с кем-то встретишься. Приятно, что узнают как сына Александра Мунтагирова, что помнят ещё ребёнком. В этот раз одевальщицы мне истории из детства рассказали.

Лишь раз танцевал в челябинском театре, мечтаю повторить. А так я здесь мало с кем общаюсь. Я же всего три года в школе № 10 учился, жил, кстати, в пяти минутах от театра, где теперь [ТРК] «КУБа», а потом уехал в Пермь. Кстати, там с 2006 года, с момента выпуска из училища, не был ни разу, хотя хочется. Но с педагогами и одноклассниками продолжаю общаться — они в Лондон приезжают, видимся.

У меня интересуются, чем Челябинск поразил, помимо мороза, на качество воздуха намекают. А меня выбросами не удивишь — я вырос в Челябинске. Когда в Перми учился, педагог меня всегда называл «зараза челябинская», шутила, что я потому такой талантливый, что отравился чем-то при рождении. Но, честно, и не успел особо по городу побродить, чтобы впечатлиться — мало времени было. Я просто наслаждался тем, что дома.

А вот папа меня удивил. Совсем недавно узнал, что он вживую ни разу мои спектакли не видел. Мама часто в Лондон приезжала, видела очень много балетов в моём исполнении, не только классические, но и «Манон». А папа застать меня на сцене не может, потому что в школе преподаёт, и когда у него каникулы, я тоже отдыхаю. При этом папа, наверное, мой самый большой фанат: всегда следит, кто что где написал, смотрит записи всех моих балетов.

Со стороны может показаться, что, кроме балета, меня ни на что больше не хватает. Это не так. Я очень люблю баскетбол, у нас в раздевалке даже маленькое кольцо висит. С друзьями играем, но нечасто, ведь это тоже физический спорт, а мы и без этого работаем каждый день, не хочется прыгать ещё и на бетоне. Поэтому чаще просто смотрю игры в записи.

В последнее время стал много читать в основном на русском, пытаюсь и на английском. На русском больше на классику тянет, на английском — на фантастику и детективы про XVIII и XIX века.

Когда учился в Перми, пять лет играл на фортепиано, а потом забросил. Забыл почти всё, жалею об этом очень и теперь в свободное время стараюсь играть на фортепиано. А музыку абсолютно любую слушаю. В плейлисте вперемешку рэп, металл, классика. Обожаю Фредди Меркьюри — он мой кумир.

Вообще мне кажется, что не в своё время родился. Мне бы пораньше хотя бы лет на 50 появиться на свет. Меня на современность не так уж тянет. Нравятся стили XVIII–XIX веков, то, как в ту пору одевались джентльмены. И даже в балете мне больше импонирует то, как раньше артисты танцевали — Владимир Васильев, Рудольф Нуриев.

А в этом современном мире мечтаю просто закончить карьеру достойно, без травм, ведь травмы — самое худшее, что может случиться с нами. Чтобы здоровье было у родных: когда им хорошо, и мне хорошо, и ничего больше не надо.

Сейчас прайм-тайм моей жизни, 28 лет, я в самом расцвете, легко танцевать. Мечтаю, чтобы это время затянулось и карьера оказалась длинной, хотя бы до 40. А вообще мне кажется, я всю жизнь буду крутиться вокруг балета.


Фото: Вадим Мунтагиров/Facebook.com
========================================================================
Все фото - по ссылке
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20211
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Мар 06, 2019 4:52 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019030602
Тема| Балет, Самарский театр оперы и балета, Персоналии, Диего Эрнесто Кальдерон Армьен
Автор| Евгения Новикова
Заголовок| «В РОССИИ ЛЮДИ УЛЫБАЮТСЯ ПО-НАСТОЯЩЕМУ»
Панамец Диего Эрнесто Кальдерон Армьен — о русском балете, самарских избушках и рисе со вкусом земли (угадайте, что это)

Где опубликовано| © интернет-журнал «Другой город»
Дата публикации| 2019-03-06
Ссылка| http://drugoigorod.ru/expat-diego-panama/
Аннотация| Интервью

Чем Самара радует и расстраивает приезжих, как Россия меняет их жизнь и зачем вообще приезжать в чужую страну — в постоянной рубрике «Другого города» преподаватели, менеджеры, студенты и спортсмены из разных стран рассказывают о своем опыте волжской жизни.+

Диего Эрнесто Кальдерон Армьен приехал в Россию из Панамы в 2012 году учиться балету. С 2018 года Диего выступает в балетной труппе Самарского театра оперы и балета. Именно здесь он впервые исполнил солирующую партию — в спектакле «Три маски короля», мировая премьера которого состоялась две недели назад.

Диего рассказал, чем хороша русская мрачность и зачем Самаре ветхие дома, как его изменила работа в местной балетной труппе и что мешает нам жить лучше.


Возраст: 24 года Деятельность: балет В Самаре: 6 месяцев


Про первое впечатление

Я с детства занимался танцами и нерегулярно — гимнастикой. Сначала мама отвела меня на фольклорные танцы, потом я участвовал в разных группах, даже выступал на телевидении. Группа, в которую я попал в старшей школе, была довольно техничной — ребята разбирались в современной хореографии, в джазе. Мне не хватало техники, но я хотел ее знать, поэтому пошел в панамскую балетную студию. Тогда мне было 16 лет, я уже заканчивал школу и искал, где продолжить обучение в направлении танцевального искусства. Наткнулся на летний интенсивный курс школы российского Большого театра в Нью-Йорке.

Все педагоги были русские, и мне понравилось. Я решил поступить в Московскую государственную академию хореографии, выучить язык — мама всегда говорила мне, что я должен знать как можно больше языков. Кроме родного испанского и русского я знаю английский, португальский и словацкий – я работал в Словакии два года после выпуска из академии.

Я не знал, чего ожидать от России. Говорили, что здесь злые и грустные люди, очень холодно и вообще многое непонятно из-за советского прошлого. Были и истории про жизнь с медведями, но я понимал, что это из той же серии, что говорят про Панаму – будто мы ходим голые, в одних набедренных повязках.

Я решил «обнулиться», заставил себя заранее не делать никаких выводов, чтобы это не влияло на мое восприятие. И мне действительно понравилось в России, Москва впечатлила — я в восторге ходил по улицам, любовался архитектурой, наблюдал за этой столичной суетой. Да, люди действительно грустные и злые, но зачем улыбаться, если не хочется? Я понял, что так даже лучше — если люди грустят, это по-настоящему, но и улыбаются они тоже по-настоящему.

Про людей

В Панаме есть поговорка об упрямстве: «не даст руку сломать». Это про русских — они не меняют мнения, даже если неправы и всем от этого стало бы легче. С другой стороны, наверное, эта черта дает толчок в развитии. Может, поэтому Россия такая большая, и города… говорят, Самара – деревня, но на самом деле это очень красивый город, особенно летом. Хотя мне говорили, что здесь многое изменилось только перед чемпионатом, а я приехал уже после него.

В самарский театр меня позвал его главный балетмейстер Юрий Бурлака. Раньше он преподавал в Московской академии хореографии и работал в «Русском балете» Гордеева, куда я попал сразу после выпуска, перед тем как уехал в Словакию. Бурлака сообщил мне о своей новой работе прошлым летом, сказал: «Если хочешь, приезжай». Я согласился, мне хотелось развиваться дальше.

Как руководитель Юрий Петрович очень спокойный, он умеет разделить личные и профессиональные отношения и стремится делать лучше для балета.

Еще из людей, которые повлияли на меня в России, могу отметить педагога по народно-сценическому танцу Светлану Иванову из академии в Москве. Она толкала меня на сцену, и иначе я бы ничего не станцевал, потому что поздно начал заниматься, и у меня не было такой школы, как у остальных. Потом на третьем курсе она давала мне возможность учить первокурсников, замещать ее на занятиях. Еще заставляла учить даже женские партии, чтобы все знать и понимать.

А в «Русском балете» мы дружили с Чино Масами из Японии – она многое мне объясняла, успокаивала, когда что-то не получалось.

Про «фишки» Самары

Избушки. Самара очень русский город. Мне интересны старые деревянные дома. Некоторые, кажется, вот-вот рухнут, но в этом чувствуется история, прошлое время, особенно, если вокруг суетятся какие-нибудь бабули или дедули… Это похоже на открытый музей — то, что осталось от Союза и перестройки.

Кухня народов мира. Здесь я попробовал грузинскую, узбекскую кухню. Люблю хинкали, хачапури по-аджарски, лагман. Из традиционных русских блюд обожаю блины — и толстые, и тонкие блинчики с вишневым или облепиховым вареньем. Мне нравится, с какой любовью все это делается здесь. Еще люблю кефир и гречку, хотя поначалу, когда меня кормили ей в академии, я думал: что это за странный рис со вкусом земли?

Театральная публика. Самарский зритель добрый, хорошо принимает спектакли. Здесь есть люди, которые действительно понимают балет, знают, что это национальная традиция, изучают его. Есть даже фанаты, которые знают о балете больше нас – это радует.

Про уроки

Думаю, в России я стал поспокойнее, сосредоточеннее, научился расставлять приоритеты. А панамские друзья отмечают, что я начал говорить с иностранным акцентом.
В Самаре мне дали сольную партию, и не классическую, а новую — с элементами современного танца. Это непривычно, нужно обрабатывать роль, понимать, зачем делается каждое движение. Здесь я учусь быстро перестраиваться, потому что в процессе подготовки менялось и либретто, и хореография. Это трудно, но за этим я и ехал сюда — расти.

Про тоску по родине

Мне бы хотелось, чтобы люди здесь относились к жизни проще. Не хватает спокойствия и веселья, которое присуще панамским жителям независимо от проблем. В России люди многое принимают близко к сердцу. В магазине покупатели могут прямо с какой-то ненавистью ругаться с продавцами из-за какой-то мелочи.

Вообще я заметил, что многие будто не чувствуют пространства, замыкаются на себе. Это видно по квартирам — внутри красиво, евроремонт и чистота. Но уже в подъезде грязно, плохо пахнет, все поломанное. И люди не хотят ничего менять, потому что это не их, а общее, и если государство не делает, то другие и пальцем не пошевелят. Это странно, ведь можно договориться и вместе сделать свою жизнь лучше.

Про планы

Пока мне есть куда расти, я здесь. Меня не пугает перспектива остаться в Самаре — всякое бывает. В любом случае человек будет стремиться обеспечить себе самые комфортные условия, где бы он ни был. Поэтому если я пойму, что мне нужно и я могу купить себе здесь квартиру — почему нет. Но мне хотелось бы еще попутешествовать — увидеть мир, получше его узнать, понять, что плохого и хорошего в нем происходит.+

Текст: Евгения Новикова
Фото автора

======================================================================
Все фото - по ссылке
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20211
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Мар 06, 2019 5:11 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2019030603
Тема| Балет, Белоруская государственная хореографическая гимназия-колледж, Персоналии, Клара Малышева
Автор| ЭВИКА ОТТО
Заголовок| Балерина Клара Малышева: «В Японии пережила землетрясение и пила шампанское с золотом»
Где опубликовано| © Комсомольская Правда в Белоруссии
Дата публикации| 2019-03-06
Ссылка| https://www.kp.by/daily/26948.1/4002730/
Аннотация| Интервью

Народная артистка из Беларуси воспитала японскую балетную элиту. «Комсомолка» узнала о командировках Клары Малышевой в Японию, о том, как пережила две ядерные аварии, и про анонимки от завистников [фото, видео]

Клара Николаевна совсем недавно стала первой женщиной в истории, награжденной Орденом Восходящего солнца. Это высшая награда в Японии для деятелей искусства.



«Была девочкой-мальчишницей, но бегала на цыпочках»

С Кларой Николаевной мы встретились в стенах ее родной Белоруской государственной хореографической гимназии-колледжа. Здесь она работает с 1977 года: сначала художественным руководителем, сейчас - преподавателем. Несмотря на почтенный возраст - народной артистке 83 года - Клара Николаевна в балетном классе с восьми утра.

- Вattement tendu, battement tendu (с франц. «вытянутый взмах». - Авт.), - указывает своим ученицам Клара Николаевна.

- Все дети такие приветливые и стройные в гимназии, - замечаем мы, пока идем по лабиринтам к кабинету балерины.

- У нас очень много нестройных - знаете, как ругаем! - улыбается Клара Николаевна. - Взвешиваем каждый месяц, потому что не имеем право учить девочек весом больше 50 килограммов. Как их мальчишки удержат в дуэте?

- Когда вы учились, объяснять эти тонкости не надо было?

- Нет, наоборот. Я с удовольствием уехала совсем малышкой в Пермь. Моим преподавателем была Екатерина Гейденрейх - подруга Агриппины Вагановой (основоположницы теории русского классического балета. - Авт.). Екатерина Николаевна к каждому ученику могла найти подход: была прекрасным педагогом и человеком…

- Вы пошли в балет в 1945 году. Почему родители решили отдать вас в такую творческую профессию, наверняка не самую актуальную для тех лет?

- Я была девчонка-мальчишница. Все время бегала с мальчиками по горам и лесам, куклами особо не интересовалась. Моя мама как-то сидела на скамеечке с соседками, и они ей сказали: «Галина, а почему ты не отдашь Кларку в балет? Она же на цыпочках все время бегает». Тогда мама привела меня в хореографическое училище в моем родном Горьком (сейчас Нижний Новгород. - Авт.). Уже потом я поступила в Пермское хореографическое училище.

А спустя два года после его окончания, в 1957-м, юная, красивая, талантливая балерина Клара Малышева познакомилась с перспективным балетмейстером Отаром Дадишкилиани - на тот момент он только окончил с отличием балетмейстерское отделение ГИТИСа.

- Он меня захватил собой и увез в Челябинск. Работали в театре - Отар ставил, я танцевала. Там мы стали свидетелями кыштымской аварии (первая в СССР техногенная катастрофа – на химкомбинате «Маяк» взорвалась емкость с радиоактивными отходами – Авт.), - вспоминает Клара Николаевна. - Но нам, как и с Чернобылем, ни о чем не рассказывали сразу. Помню, как прихожу на рынок за рыбой, а ее заливают каким-то раствором. Ничего не объясняя, просто сказали: «Это плохая рыба, она не продается».

«В Японии попробовала шампанское с настоящим золотом»

В 1965-м Клара Николаевна переехала с семьей в Беларусь. 12 лет балерина была солисткой нашего Большого театра. Здесь же она познакомилась с Валентином Елизарьевым (народный артист СССР в те годы только возглавил театр. - Авт.).

- Именно Валентин Николаевич открыл для вас Японию?

- Японцы обратили внимание на классический балет только в начале 1980-х. Несколько лет они уже приезжали группами по линии интуриста к нам на обучение. Но потом это все закончилось. Тогда японцы обратились к Валентину Николаевичу с просьбой найти преподавателя, который сможет летать в Японию с мастер-классами. Они разговаривали у стен Большого театра, а я как раз проходила мимо: «А вот идет Малышева, она и будет вас учить!» Так я стала летать в Японию каждый год на месяц, иногда на два. Проводила мастер-классы по пять дней в нескольких городах.

Клару Николаевну без ложной скромности можно назвать родоначальницей японского балета. Более 10 лет балерина колесила по Стране восходящего солнца. Она воспитала нынешнюю японскую балетную элиту.

- С японцами всегда было легко: они работали с интересом, а о трудолюбии этой нации и говорить не приходится. Занимались мы практически без переводчика: классический балет преподается на французском языке. Например, говорила: battement tendu, а уже счет от одного до четырех на японском языке - ичи, ни, сан, щи - выучила. Замечаний сказать не могла, поэтому ходила по классу и исправляла ошибки руками.

- В конце 80-х выехать за границу советскому человеку было непросто. А тут - Япония! Что вас удивило в первую очередь?

- До этого я много гастролировала, так что не раз бывала за границей. В Японии вначале очень впечатлила природа. Там частенько были землетрясения. Помню, как однажды легла спать, и вдруг меня над кроватью подбрасывает к потолку: взлетела и опять плюхнулась. Испугалась! Это было самое сильное землетрясение, которое я застала. Думала: а куда идти? На улицу просили не выходить. К счастью, скоро все успокоилось… После занятий мы ходили ужинать в ресторан. Впервые в Японии попробовала шампанское с настоящим золотом. На дне бокала были такие золотинки - это здорово, а вкусно как! (Улыбается.)

- Наверняка привозили дефицитные вещи родным?

- Конечно! Телевизор, который до сих пор идет - только пульт не работает. В те годы одела себя и все свою семью: мужа, сына, дочку. До сих пор, кстати, в японских вещах хожу. Весь дом украшен японскими куклами, статуэтками. С 1990-х ношу в сумочке оберег. Сейчас вам покажу.

Клара Николаевна достает расшитый нитками миниатюрный конвертик - внутри записка на японском.

- Это на удачу… Японские годы прожила так, как здесь не прожила бы, - после паузы продолжает балерина. - Когда мы переехали в Беларусь, мне здесь не очень нравилось. Меня стали принимать в партию, но я отказалась. Заявила: «Извините, в партию больше вступать не буду, но добьюсь всего, что мне надо. До свидания!» Муж меня тогда поругал. Только представьте: 1965 год, а я отказываюсь быть в партии!

- Так в вас еще и бунтарский дух!

- В балетном мире надо уметь держать удар. Представьте себе, что жена балетмейстера ведет спектакль - танцевала во всех постановках Отара Михайловича. Естественно, мне все завидовали. Но ничего страшного, пережила… Писали анонимки и на меня, и на мужа - тогда модно было (улыбается). И подставляли не раз. К счастью, стекло в пуанты не сыпали: в Москве могли, а в Минске больше языком вредили.

«Говорю детям: голова есть - значит, есть балерина!»

Клара Николаевна взрастила и не одно поколение белорусских балерин. Ее дочь Нателла Дадишкилиани в прошлом звезда труппы Елизарьева. Сын Денис также пошел по стопам родителей - танцевал в Большом и Музыкальном театрах.

- Нателла уже 5 лет живет в Омане, работает в балетной школе. Преподает живущим там американским девочкам. Дочь на хорошем счету. Сын с семьей в Минске. Внуки, правда, не хотят в балет. Внучка хорошо лепит, - Клара Николаевна показывает фигурку собачки из полимерной глины. – А 16-летний внук заявил: это не мужская профессия! Но он потрясающе играет на барабанах.

- Клара Николаевна, как вы думаете, что для балерины главное?

- Мозги! Всегда говорю своим детям: голова есть - значит, есть балерина! Физические данные - еще не все. С ними легче, но когда есть мозги, ты знаешь, что нужно слушать преподавателя, запоминать замечания. Например, Галина Уланова имела очень средние данные, но выросла в знаменитую Уланову, повторений которой нет! К сожалению, сейчас балерины танцуют разные спектакли с одним выражением лица: нет эмоционального посыла ни через глаза, ни через руки. Идет другое поколение.


Фото: СВЯТОСЛАВ ЗОРКИЙ
=======================================================================
Все фото - по ссылке
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска Часовой пояс: GMT + 3
На страницу 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9  След.
Страница 1 из 9

 
Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах


Яндекс.Метрика