Список форумов Балет и Опера Балет и Опера
Форум для обсуждения тем, связанных с балетом и оперой
 
 FAQFAQ   ПоискПоиск   ПользователиПользователи   ГруппыГруппы   РегистрацияРегистрация 
 ПрофильПрофиль   Войти и проверить личные сообщенияВойти и проверить личные сообщения   ВходВход 

Общество Друзья Большого балета
2002-10
На страницу Пред.  1, 2, 3, 4, 5
 
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска
Предыдущая тема :: Следующая тема  
Автор Сообщение
atv
Заслуженный участник форума
Заслуженный участник форума


Зарегистрирован: 05.09.2003
Сообщения: 4054

СообщениеДобавлено: Чт Ноя 10, 2005 1:30 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2002103001
Тема| Балет, "Японская балетная академия", гастроли в Москве, Персоналии, Адачи Т., Воскресенская Н., Дроздова М., Такума Ю., Фурукава А., Мишутин А., Гуделев М.
Авторы| Елена ГУБАЙДУЛЛИНА
Заголовок| Царь-Девица и ветка сакуры
Где опубликовано| Известия
Дата публикации| 20021030
Ссылка| http://main.izvestia.ru/culture/29-10-02/article25836
Аннотация| В Москве прошли гастроли японского балета

Токийская хореографическая труппа Nippon Ballet Arts участвовала в IV Международном музыкальном фестивале "Душа Японии". В версии танцоров душа Страны восходящего солнца оказалась широкой. На сцене Российского молодежного театра NBA показала программу в трех отделениях. Танцевали старинную классику, абстрактный модерн и драмбалет по мотивам японской новеллы. Основной интерес публики, как это ни странно, вызвала не восточная, а русская экзотика. Картину "Волшебный остров" из балета Цезаря Пуни "Конек-Горбунок, или Царь-Девица" для японской труппы реконструировала московский хореограф Наталья Воскресенская. "Конек-Горбунок", появившийся на Мариинской сцене в середине XIX века, был самой настоящей притчей во языцех. Хореографа Артура Сен-Леона, выписанного в Россию из Франции, в чем только не обвиняли - и в безыдейности, и в искажении сказки Ершова, и в глуповатой лубочности. Но что значат все эти нападки, когда в балете есть роскошные танцы? Еще лет пятьдесят назад "Волшебный остров" шел на сцене Музыкального театра им. Станиславского и Немировича-Данченко. Элегантная и виртуозная сюита для кордебалета и двух прима-балерин могла бы и в наши дни украсить репертуар любого ведущего театра. Но знания тех, кто помнит хореографический текст старинного "Конька", почему-то пригодились только в Японии (вместе с Натальей Воскресенской в восстановлении участвовала последняя исполнительница партии Царь-Девицы Маргарита Дроздова). Артистки из Токио исполнили сложные партии с обаятельным старанием. Солистки Юмико Такума и Акико Фурукава бойко выводили сложные пуантные рисунки, волнообразные вращения, кокетливые прыжки. Виньетки кордебалета нереид обрамляли жемчужные вариации, усложнявшиеся к финалу. Японской Царь-Девице оказались к лицу и кокошник, и коса до пояса. А эпизодические партии Иванушки и Конька-Горбунка исполнили Александр Мишутин и Максим Гуделев. Все бы хорошо, да только природные данные танцовщиц из NBA оставляют желать лучшего. В классике не скроешь косых подъемов, торчащих коленок, острых локтей. Зато современная хореография не обращает на такие мелочи никакого внимания. В балете "Сквозь время и пространство", поставленном руководителем труппы Тетсуджи Адачи, группа девушек горестно мечтает о женихах, похожих на сказочных принцев. Реальность мрачна - мужчины существуют параллельно и обособленно. Прекрасные плакальщицы отрабатывают тяжкую повинность курса по аэробике - большая часть хореографии состоит из гимнастических упражнений на шатких стульчиках. Второй балет Тетсуджи Адачи - "Последний мост" - показал большее разнообразие приемов. Были и марши кордебалета под этническую музыку для ударных, и изысканность позировок, и маски, заимствованные из театров Но и Кабуки. Были, конечно же, и разноцветные кимоно, и веера-бабочки, и ветка сакуры. К сувенирному японскому набору прилагался запутанный мелодраматический сюжет с обилием наивной пантомимы. Но разобраться что к чему было трудно даже с помощью программки. Истинная японская душа для русской публики так и осталась загадкой.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
atv
Заслуженный участник форума
Заслуженный участник форума


Зарегистрирован: 05.09.2003
Сообщения: 4054

СообщениеДобавлено: Пт Ноя 11, 2005 1:21 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2002103002
Тема| Балет, БТ, Хьюстонский балет, гастроли в Москве, Персоналии, Стивенсон Б., Ананиашвили Н., Акоста К.
Авторы| Анна Галайда
Заголовок| Визит на высшем уровне
Где опубликовано| Ведомости
Дата публикации| 20021030
Ссылка| http://www.vedomosti.ru/newspaper/article.shtml?2002/10/30/53787
Аннотация| 14 и 15 ноября в Москве пройдут гастроли труппы Хьюстонского балета.

Коллектив, находящийся под патронатом техасских нефтяных королей, станет первой за 20 лет американской балетной компанией, которой будет позволено выступить на сцене Большого театра.
Статус мероприятия подтверждает и личное покровительство американского посла Александра Вершбоу, тем более что этим гастролям предстоит открыть масштабный долгосрочный проект "Американские сезоны в Москве". Продюсерская фирма "Постмодерн-театр" и продюсерский центр "Позитив", вкладывая в двухдневные гастроли $500 000, лелеют еще более амбициозные планы: выступления в России American Ballet Theatre, "Метрополитен-опера" и авангардных американских художников.
Хьюстонский балет - лучший выбор для первого культурного удара по Москве: это, пожалуй, самая европейская из всех американских балетных компаний. С 1976 г. ее возглавляет англичанин Бен Стивенсон - один из самых авторитетных в современном мире хореографов, три года назад получивший из рук королевы Елизаветы II орден Британской империи. В американскую труппу средней руки он принес европейский подход к делу: Стивенсон не просто арт-директор, но и педагог, и законодатель вкусов в родном коллективе. В его многочисленных балетах читается восхищение Аштоном и Макмилланом, на спектаклях которых он учился, танцуя в Королевском балете Великобритании и труппе London Fesyival Balley. Стивенсон ставит многоактные спектакли с драматическим сюжетом (огромный энтузиазм американских зрителей вызвал его "Дракула", а роскошная "Клеопатра" собрала восторженную прессу в Лондоне) и хладные короткометражки на музыку классиков, приглашает в Хьюстон для сотрудничества Макмиллана и еще одного хореографа-традиционалиста - Брюса Маркса, восстанавливает спектакли классика танца модерн Пола Тейлора, предоставляет возможность для дебюта молодым постановщикам Стэнтону Уэлшу и Трэю Макинтайру. Под руководством Стивенсона Хьюстонский балет, который в 2005 г. отметит свой полувековой юбилей, в последнее время все решительнее выходит из тени New York City Ballet и American Ballet Theatre - труппу зовут не только в Нью-Йорк и Вашингтон, но и в Китай, где она оказалась первой официально приглашенной американской компанией, Данию и Англию, которая определяет европейские балетные вкусы. Газета Washington Post называет компанию "в числе выдающихся классических трупп современности", уже несколько лет с ней сотрудничают Нина Ананиашвили и прославленный гуттаперчевый кубинец из Королевского балета Великобритании Карлос Акоста; специально для них Стивенсон создал спектакль на музыку Чайковского "Снегурочка".
Сам хореограф продолжает и свою международную карьеру: он ставит спектакли в АВТ, Английском Национальном балете, парижской Opera, Ла Скала, Национальном балете Канады, труппе "Джоффри балле", ему вручают одну из самых престижных наград в области танца - Dance Magazine Award. До сих пор у москвичей не было шанса разделить восторг известного американского балетного критика Анн Киссельгофф: Стивенсон, которого в Америке называют живым классиком классического балета, нам был известен только как автор нескольких меланхолических адажио. Увы, и на этот раз до Москвы не доберутся в полном виде его прославленные блокбастеры - переправить самолетами десятки тонн декораций слишком сложно. Тем не менее вместе с камерными "Тремя прелюдиями" на музыку Рахманинова, в которых будет солировать Нина Ананиашвили, и "Пятью поэмами" на музыку вокального цикла Рихарда Вагнера мы сможем собственными глазами увидеть фрагменты из сенсационной "Клеопатры". Кроме того, Москве дадут урок современного балетного универсализма: Хьюстонский балет покажет "Company B" Пола Тейлора, "Индиго" в постановке Стэнтона Уэлша, а Нина Ананиашвили исполнит фрагмент из балета Макмиллана "Манон". Еще не добравшись до Москвы, Стивенсон укрепил собственный имидж, позаботившись, чтобы на спектаклях Хьюстонского балета никто не скучал.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
atv
Заслуженный участник форума
Заслуженный участник форума


Зарегистрирован: 05.09.2003
Сообщения: 4054

СообщениеДобавлено: Пт Ноя 11, 2005 1:38 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2002103101
Тема| Балет, Екатеринбургский академический театр оперы и балета, юбилей, гастроли
Авторы|
Заголовок| Уральский театр играет на трех континентах
Где опубликовано| Россиийская Газета
Дата публикации| 20021031
Ссылка|
Аннотация| ЕКАТЕРИНБУРГСКИЙ академический театр оперы и балета осенью отмечает свое 90-летие.

Хотя официальная дата рождения - 12 октября, сами торжества пройдут только в декабре в связи с отсутствием балетной труппы: она совершает двухмесячный гастрольный тур по всему побережью Австралии с балетом Прокофьева "Ромео и Джульетта" в постановке Натальи Касаткиной и Владимира Василева. Спектакль пользовался большой популярностью у себя дома, на аншлагах проходят и представления на Зеленом континенте. В главных партиях занято молодое поколение солистов екатеринбургской труппы. Вслед за балетом в дальнее турне собирается и оперная труппа. "Первый тур Екатеринбургской оперы по Североамериканским штатам" - таков официальный титул гастролей, предполагающих продолжение. В программу тура войдут "Трубадур" Верди и "Тоска" Пуччини в режиссуре итальянки Марии-Франчески Сичилиани, дирижер Евгений Бражник. А на стационаре ближайшая премьера - "Царская невеста" Римского-Корсакова, которую приглашен ставить руководитель "Геликон-оперы" Дмитрий Бертман (дирижер Евгений Бражник, художники Игорь Нежный и Татьяна Тулубьева). Для Екатеринбурга это новое имя: после отъезда Александра Тителя в Большом театре Урала нет своего главного режиссера и он сотрудничает со многими постановщиками страны и мира.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 11616

СообщениеДобавлено: Пт Янв 20, 2006 1:01 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2002103102
Тема| Ансамбль народного танца под руководством И. Моисеева, Персоналии, И. Моисеев
Авторы| Ирина ВОЛЧЕНКОВА
Заголовок| Артист начинает с нуля
Где опубликовано| «Парламентская газета»
Дата публикации| 20021022
Ссылка| http://www.pnp.ru/archive/10800929.html
Аннотация|

Как часто, восхищаясь шедеврами великих мастеров, мы пытались выяснить: важнее в искусстве "как" или "что"? И после долгих рассуждений убеждались: важно - "кто". Игорь Александрович Моисеев - легенда века, прославленный балетмейстер, основоположник жанра народно-сценического танца, автор многочисленных научных статей и методик подготовки специалистов этого жанра. Государственный академический ансамбль народного танца - уникальное творение Мастера.

Моисеев и моисеевцы неразделимы вот уже 65 лет. Им знакомы нескончаемые аплодисменты и неистовство зала. Есть в этой формуле успеха очень важная составляющая - профессиональная школа-студия при ансамбле народного танца, созданная Моисеевым впервые в нашей стране и, пожалуй, в мире.

10 февраля 1937 года состоялась первая репетиция первого в мире профессионального ансамбля народного танца, а в сентябре 1943 года открылась учебная группа. Так начиналась история школы-студии (училища) при Государственном академическом ансамбле народного танца под руководством Игоря Моисеева. Много лет спустя, отвечая на вопрос, зачем нужна школа, хореограф ответил: "Без преемственности нельзя: каждый раз с каждым артистом приходится начинать с нуля и проделывать весь тот путь, который проделал ансамбль. Школа - это та эстафета, которую перехватывают. Во взрослый коллектив приходят, уже выучив часть репертуара. Этого мы добиваемся очень большой и сложной работой".

По утверждению директора училища народной артистки России Г.М. Апанаевой, "преподаватели несут огромную ответственность перед Моисеевым, потому что Игорь Александрович является не только художественным руководителем ансамбля, но и художественным руководителем школы-студии. Он очень любит работать с детьми, следит за учебным процессом, старается присутствовать на всех экзаменах". Древняя мудрость гласит: ученик - не сосуд, который нужно наполнить, а факел, который надо зажечь, а зажечь факел может лишь тот, кто сам горит.

Раз в четыре года в школу приходит пополнение. Строгое жюри (педагоги студии и репетиторы ансамбля, директора ансамбля и школы) определяет профессиональные (шаг, прыжок, гибкость) и внешние данные желающих поступить в студию. Из 250 претендентов повезет 40 - обучение только такого количества учащихся может просубсидировать Министерство культуры РФ из своего бюджета. С первых дней обучения ребята окунаются в атмосферу созидания, без скидок на юный возраст. Утром учеба в общеобразовательной школе с углубленным изучением музыки и хореографии, далее - постижение специальных дисциплин: классического танца, народно-сценического танца, изучение репертуара ансамбля, гимнастики (для девочек) и акробатики (для мальчиков), актерского мастерства, танца модерн, музыкальных инструментов (фортепиано, баян, гитара, балалайка, домра), истории балета и истории ансамбля.
В школьные годы ребята стремятся не пропускать ни одного практического занятия, ни одного концерта, знают репертуар ансамбля и даже выбирают кумиров среди солистов.
Все школьники боготворят Моисеева. Он - сердце, мозг и душа коллектива. Дети очень быстро понимают: оценка Игоря Александровича - это самая высокая планка.
Раз в четыре года в студии сдают государственный экзамен. В этом году 16-й по счету выпуск. В 2003 году Альма-матер исполнится 60 лет. Сегодняшним выпускникам предстоит соединить воспитанников XX и XXI веков, ведь они продолжатели традиций Театра народного танца, хранители и пропагандисты академического моисеевского стиля.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 11616

СообщениеДобавлено: Ср Ноя 15, 2006 1:32 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2002103103
Тема| Балет, МТ, «Золушка», Персоналии, А. Ратманский, Д. Вишнева, Ю. Махалина, А. Меркурьев, М. Куллик
Авторы| Дмитрий Циликин
Заголовок| Плоды византийской мудрости
"Золушка" Прокофьева в постановке Алексея Ратманского в Мариинском театре получилась!
Где опубликовано| «Московские новости»
Дата публикации| 200210
Ссылка| http://www.mn.ru/print.php?2002-10-44
Аннотация|

Знаете, почему? А потому, что цель творчества, извините, самоотдача, а все-таки не шумиха, не успех. Далее по тексту сформулированного Пастернаком катехизиса деятеля искусств.

Нет худа без добра. В прошлом сезоне театр пригласил самого талантливого современного российского хореографа Алексея Ратманского поставить "Щелкунчика" в сценографии Михаила Шемякина. Однако отношения балетмейстера и художника не сложились, поскольку цель творчества М. М. Шемякина - именно шумиха и успех, причем этим успехом он должен пользоваться исключительно единолично. (Вообще говоря, позорно, ничего не знача, быть притчей на устах у всех... Ну да ладно.)

Короче, Валерию Гергиеву и директору балета Махару Вазиеву хватило византийской мудрости продолжить отношения с Ратманским, предложив ему сделать "Золушку".

Оформил спектакль знаменитый "бумажный" архитектор Илья Уткин. В отличие от "Щелкунчика", представляющего собой кипящий борщ с зеленым лучком, пивом и парой эклеров, у Уткина (в содружестве с Евгением Монаховым и с художниками по костюмам Еленой Марковской и по свету Глебом Фильштинским) получился чистый, ясный, графичный образ, идеально соответствующий прохладной, разреженной, осенней музыке позднего Прокофьева. Это самый безупречный по вкусу спектакль Мариинского театра из всех новых работ за последние годы.

Труппа в "Золушке" в очередной раз доказала: нет ничего более творчески полезного, как работа с настоящим балетмейстером, который ставит специально для нее. Ратманский остроумно и изящно пародирует весь мариинский репертуар: феи времен года превращены в развеселых парней с панковскими гребнями на голове, в вариации Лета уморительно цитируется индусский танец из "Баядерки", а Зимы - Вальс снежинок как раз из шемякинского "Щелкунчика" (смешно убийственно); Золушка - Диана Вишнева дебютирует на балу некой квазибаланчинской вариацией - что прямо отсылает к "Рубинам", одной из самых заметных недавних работ балерины... Список парафразов и приколов можно продолжать до бесконечности. Мало того, хореограф щедро впускает в свой текст пластический шум и сор окружающей жизни: скажем, сестры Кубышка и Худышка в первом акте жестикулируют на манер знаменитого конкурса твиста в "Pulp fiction", а в третьем - дерутся приемами борьбы сумо; Юлия Махалина - Мачеха (наконец-то получившая идеально подходящую ей роль стервы и справляющаяся с ней блестяще) на балу швыряет партнера и разводит руками: мол, у вас тут танцовщики с ног валятся, - что воспроизводит известный сюжет, когда Нуреев специально уронил Наталью Макарову (это был ее дебют в Парижской опере) и скорчил соответствующую рожу: "Вот она, ваша хваленая звезда". И т. д.

Надо видеть, как осмысленно - и с каким удовольствием! - проделывают все это артисты. Более того, наконец-то они обнаружили понимание: движения классического танца нужны не только, чтобы продемонстрировать шаг и прыжок, но - что-то обозначают. Скажем, pas de shat - бег, погоня, стремление одним махом преодолеть пространство, отделяющее тебя от какой-то цели, - а не просто шпагат в воздухе. И вот Андрей Меркурьев - Принц (бывший танцовщик Малого оперного театра, весьма удачное приобретение мариинской труппы) режет воздух сцены своими pas de shat именно в погоне за убегающей Золушкой, а не ради демонстрации своих данных, то есть предстает не самодовольной балетной куклой, но артистом. Так работают и все остальные (ярче прочих - филигранно точная во всех гротескных кунштюках, гомерически смешная Маргарита Куллик - Кубышка).

Шутки шутками, но не они, конечно, главное содержание спектакля. Алексей Ратманский удивительным образом соединяет все постмодернистские забавы с настоящей искренностью и душевной чистотой. И не думал я, что в балете, самом условном из сценических искусств, можно умудриться сделать такую "Золушку", что вы будете, как в детстве, переживать за судьбу героев. Прокофьев писал: "Я стремился так изобразить в музыке характеры... чтобы зритель не оставался равнодушным к их невзгодам и радостям". У Ратманского так и вышло. Вишнева и Меркурьев танцуют не сказку Перро и не либретто Николая Волкова, а - сценарий Евгения Шварца:

"- Один мой друг, - начинает принц после паузы, запинаясь, - тоже принц, тоже, в общем, довольно смелый и находчивый, тоже встретил на балу девушку, которая вдруг так понравилась ему, что он совершенно растерялся. Что бы вы посоветовали ему сделать? Пауза.

- А может быть, - спрашивает Золушка робко, - может быть, принцу только показалось, что эта девушка ему нравится?

- Нет, - отвечает принц, - он твердо знает, что ничего подобного с ним не было до сих пор и больше никогда не будет. Не сердитесь..."

Танцуют, понимая - вместе с композитором и хореографом, - что в этом мире людям искренним и душевно чистым особенно трудно.

Химическим путем такого результата добиться невозможно. А путь естественный указан все тем же Пастернаком. Просто надо жить без самозванства. Так, простите за назидательность, жить, чтобы в конце концов привлечь к себе любовь пространства. А может, если повезет, и услышать будущего зов.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 11616

СообщениеДобавлено: Пт Июл 20, 2007 3:17 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2002103104
Тема| Балет, Ла Скала, Гастроли в Москве, Ромео и Джульетта
Авторы| О.Д.
Заголовок| Ла Скала еще и танцует
Первые гастроли в Москве
Где опубликовано| Московские новости № 39 за 2002 год
Дата публикации| октябрь 2002
Ссылка| http://www.mn.ru/issue.php?2002-39-48
Аннотация|

В Большом театре 11 октября откроются гастроли балетной труппы знаменитого театра. Ей, как и оперной, больше 200 лет, это один из самых старых постоянных балетных коллективов мира, где в XVIII веке рождался классический балет. Тут работали такие постановщики, как Бронислава Нижинская, Серж Лифарь, Джордж Баланчин. Сегодня в балете "Ла Скала" 90 артистов, которые дают 45 спектаклей в год. Хотя прославленный балет постоянно гастролирует по миру, в Москву он приезжает впервые и везет к нам "Ромео и Джульетту" Сергея Прокофьева в хореографии знаменитого британского постановщика Кеннета Макмиллана. Это был его первый многоактный балет, премьеру которого в 1965 году танцевали Марго Фонтейн и Рудольф Нуреев. Сам постановщик с того же года стал штатным хореографом Королевского балета. Макмиллан заявил о себе как создатель "драматического" балета, сочетающего академический стиль исполнения с эмоциональными сюжетами. Он умер за кулисами Королевской Оперы, во время спектакля.

"Ромео и Джульетта" в репертуаре театра занимает центральное место и, по свидетельству исполнительного директора "Ла Скала", является и лучшей, и любимой постановкой труппы. В Москве за четыре дня будет дано шесть спектаклей (два дневных). Приезжают три Ромео и соответственное количество Джульетт. По нашим самым последним данным, в мужском кадровом составе неожиданно произошли изменения: вместо аргентинца Хулио Бокка, у которого разболелась травмированная нога, к нам приедет воспитанник школы "Ла Скала" Роберто Болле. Самая знаменитая из Джульетт, имеющая официальный титул "абсолютной примы" - Алессандра Ферри. Она уже немолода, и на эту партию ее назначил сам Кеннет Макмиллан. Она танцует как приглашенная звезда на разных сценах мира, снимается как модель, сама делает фотографии. Увидят москвичи и других звезд: Джильду Джелати, Марту Романья, Алессандро Грилло и Мика Дзени.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 11616

СообщениеДобавлено: Чт Сен 06, 2007 11:28 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2002103105
Тема| Балет, Парижская опера, «Лебединое озеро», Персоналии, Х. Мартинез, А. Летестю, К, Беларби
Авторы| ТАТЬЯНА Ъ-КУЗНЕЦОВА.
Заголовок| Лебединые песни и пляски в Парижской опере
Где опубликовано| Коммерсант
Дата публикации| 03.10.2002
Ссылка| https://www.kommersant.ru/doc/344120
Аннотация|

Наставник принца, он же его Злой Гений (Кадер Беларби), лучше убьет своего воспитанника (Хосе Мартинес), чем позволит ему жениться на лебеде Фото: JAQUES MOATTI

Балет Парижской оперы открыл свой 341-й сезон. Как и в Большом театре, на открытии в Opera Bastille давали "Лебединое озеро" – главный классический балет репертуара. На первом спектакле сезона побывала ТАТЬЯНА Ъ-КУЗНЕЦОВА.

Открытие сезона в Большом было подчеркнуто демократичным. "Лебединое озеро" в постановке Юрия Григоровича могли увидеть все желающие – балет транслировали по TV. Открытие сезона в Парижской опере – акция элитарная, несмотря на гигантские размеры зала Opera Bastille. Никаких трансляций – три минуты в вечерних новостях. Билеты заказывают загодя, партерная публика является в смокингах и платьях с декольте, шампанское льется рекой (впрочем, так же энергично поглощаются плебейские сэндвичи), среди зрителей распространяют анкеты с просьбой отметить недостатки и достоинства работы администрации театра, а также оценить стоимость билетов: не слишком ли дорогое удовольствие этот самый балет.
Но выбор спектакля для открытия сезона в Москве и Париже оказался идентичен. Причем оба "Лебединых" идут в редакции хореографов, наиболее почитаемых в каждой из стран: у нас – в постановке Юрия Григоровича, у них – Рудольфа Нуреева. Странно, конечно, обсуждать постановки многолетней давности (наш классик в позапрошлом сезоне в сущности повторил свою редакцию 1969 года; парижская версия Нуреева, датированная 1984 годом, с тех пор возобновляется в репертуаре Opera с завидной периодичностью). Но что делать, если артистам приходится танцевать (а критикам – смотреть) именно то, что поставлено.
Редакция Рудольфа Нуреева (парижане именуют ее постановкой) основывается на воспоминаниях артиста о работе в родном Кировском театре. В первый раз беглый танцовщик поставил "Лебединое" в Вене в 1964 году – через три года после прыжка через барьер парижского аэропорта. Видео тогда не было, железный занавес перекрывал любые сношения с отечеством, и новоиспеченному хореографу пришлось обратиться к собственной памяти. За три года работы в Кировском он, конечно, отлично выучил премьерские партии, главные мизансцены, "лебединый" акт (в основном) и предшествующий па-де-де "Испанский танец". Все остальное пришлось придумывать "из головы". Каша получилась классическая.
Спустя 20 лет в Париже он попытался пересмотреть венский опыт: дал потанцевать в обнимку друзьям принца под "Полонез" первого акта, подарил Зигфриду вариацию на озере среди лебедей, разрешил Ротбарту снять крылатый плащ и повиртуозничать на королевском балу. Но главное изменение – концептуальное. Таинственный Злой Гений на самом деле оказывается наставником принца и, так сказать, отравляет чистую душу подопечного еще в стенах родного дворца.
Уж не знаю, как это выглядело, когда Зигфрида танцевал сам постановщик, но в исполнении "этуали" Хосе Мартинеса (Jose Martinez) – признанного красавца и виртуоза, вдруг оказавшегося здесь деревянным, неуверенным школяром с заученными жестами и заторможенными реакциями – принц кажется сущей марионеткой в лапах властного наставника (Кадер Беларби, Kader Belarbi). Из сценического действия явствует, что воспитатель имел на принца свои виды (красноречивы и мизансцены, по которым Зигфрид шагу ступить не может без одобрения опекуна, и их совместные танцы, и наглое поведение наставника). Когда же царствующая мамаша неожиданно для обоих настаивает на женитьбе своего отпрыска, злодей решает лучше погубить воспитанника, чем отдать его какой-то бабе. И отправляет безвольного малого на роковое озеро, где и подставляет ему заблаговременно похищенную Одетту.
Одетта в исполнении "этуали" Агнес Летестю (Agnes Letestu) – та еще штучка. Холодная красавица с отрицательным обаянием получила эту роль в 1997-м – похоже, в результате кадрового кризиса, переживаемого сейчас Парижской оперой: блистательные звезды женского пола хором ушли на пенсию, а балерин с ярким лирическим дарованием среди молодежи пока не обнаруживается. Агнес Летестю со своим маленьким прыжком, точным вращением, хорошим апломбом и жестковатыми ногами с легким дефектом голени (отчего ее графичные арабески кажутся более человечными) работает безупречно. Но страдания Одетты приходится играть балерине, к страданиям вовсе не склонной. В знаменитом адажио получается забавный эффект: расчетливая француженка, одетая в перья, на пальцах рассказывает принцу, что для ее спасения надобно на ней жениться. Принц готов на все и порывается ее обнять. Дама жестко отводит его руки, настаивая на соблюдении формальностей. При том, что рядом постоянно маячит Злой Гений, Одетта кажется вылитой Одиллией – только в белой пачке.
И вообще, в царстве Злого Гения – полный порядок. Знаменитый своей выучкой кордебалет Opera и впрямь действует как одно тело: ракурсы выверены до миллиметра; раз – все легли, два – встали, три – всплеск рук, четыре – поворот головы. Даже дыхание отшлифовано, как у солдат парадной роты. Жесткая дисциплина лишает французских "лебедей" столь ценимой русскими теплоты, зато придает "лебединым" сценам геометрическую красоту бессюжетного балета позднейших времен. Вся "клюква" перенесена в "дворцовый" акт. Пляски венгров, поляков, испанцев, пылко исполненные дотошными французами, способны вызвать лишь гомерический хохот: уроками характерного танца ученик Нуреев когда-то явно пренебрегал.
И лишь неожиданно гармоничный четвертый акт способен примирить с постановкой. Многое можно простить за прекрасное адажио Зигфрида и Одетты, поставленное удивительно строго и беспафосно. В 1964-м юный и влюбленный Нуреев придумал его для 45-летней Марго Фонтейн. Балерина уже не могла позволить себе особой виртуозности, и хореографу пришлось обуздать свою привычку ставить по движению на каждую ноту.
Парижская публика приветствовала спектакль с восторгом: Noureev во Франции – незыблемый авторитет по части русской классики. Зрителям не показалась странной ни сценография Эзио Фрижерио (Ezio Frigerio), изобразившего вместо дворца суровый интерьер готического храма. Ни режущий глаз конфликт аскетичных декораций с "богатыми" костюмами Франки Скарсиапино (Franca Squarciapino), нарядившей все народы в расшитые камнями русские кокошники и сарафаны и польские мундиры и конфедератки.
В сущности, и наше унылое, и парижское занятное "Лебединые озера" друг друга стоят – по части невнятности концепций и сомнительного достоинства оригинальных хореографических находок обоих авторов. Оба спектакля имеют смысл лишь как незыблемые эмблемы классического балета; эстетическая ценность обоих – в относительной сохранности "белого" акта и немногих фрагментов, уцелевших с позапрошлого века, а польза – в поддержании формы труппы и заполнении кассы. Отличие – в несопоставимом качестве исполнения. А также в том, что наши зрители, вынужденные смотреть этот балет каждый раз, когда государство что-то празднует, кого-то поминает или совершает очередной революционный револьтадт, лебедями уже объелись.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 11616

СообщениеДобавлено: Чт Дек 04, 2008 8:04 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2002103106
Тема| Балет, Ла Скала,
Авторы| Ольга Гердт
Заголовок| Ромео дотянулся до Джульетты
Балет La Scala в Большом
Где опубликовано| Газета
Дата публикации| 13.10.2002
Ссылка| http://www.gzt.ru/culture/2002/10/13/163152.html
Аннотация|

14 октября в Большом театре завершаются гастроли балетной труппы миланского театра La Scala. Впервые в России показали балет английского классика Кеннета МакМиллана «Ромео и Джульетта». Публика, воспитанная на спектакле Леонида Лавровского, принимала итальянцев вежливо, но сдержанно. Если не сказать - ревниво.
Стало общим местом говорить, что времена великих балетных актеров ушли, а с ними и потребность держать в репертуаре большие драматические балеты (драмбалеты - по нашей терминологии). Такие как, например, «Ромео и Джульетта» англичанина Кеннета МакМиллана. Если нет в труппе гениальной Джульетты, сексуального Ромео и хотя бы харизматичных Меркуцио и Тибальда - нет смысла и браться за постановку. Без этой четверки драмы не жди.
Приезд миланской труппы театра La Scala, два года назад возобновившей спектакль Кеннета МикМиллана, увидевший свет в лондонском театре Covent Garden в 1965 году, сопровождался подобного рода тревогами. Наш-то спектакль, восстановленный после долгого перерыва, изрядно разочаровал публику: выяснилось, что лепить мощные характеры нынешним танцовщикам то ли не по силам, то ли просто неловко - школа, может, и та же, да ментальность уже другая. Что уж говорить о спектакле МакМиллана, во-первых, поставленном явно по следам балета Лавровского (а потому априори вторичном), во-вторых, на таких колоссов, как Марго Фонтейн и Рудольф Нуреев (где ж теперь таких найдешь?). Участие в балете звезды с редким статусом - prima ballerina assoluto - Алессандры Ферри больше беспокоило, чем обнадеживало. Ферри, безусловно, одна из лучших Джульетт, но поскольку "лучшие" посещают нас исключительно перед выходом на пенсию, - уж лучше не увидеть звезду никогда, чем увидеть ее слишком поздно.
По поводу Ферри, как выяснилось, можно было не беспокоиться. Миниатюрная мать двоих детей (младшей дочери Ферри десять месяцев) не утратила ни своей знаменитой естественности, ни фантастической пластичности, ни поразительной способности играть «до полной гибели, всерьез», оставаясь при этом технически безупречной. Каждое движение Ферри выразительно именно потому, что оно точно. И наоборот - оно точно именно потому, что выразительно. Эта игра не по правилам современного балетного театра («здесь играем, а здесь танцуем») ошарашивает, как что-то совершенно невозможное, но при этом отнюдь не старомодное.
Ферри, дебютировавшая в роли Джульетты в 1983 году, кажется, и не догадывается, что такое запах нафталина. Ее героиня, как это ни парадоксально, ближе не столько Джульетте-Улановой (романтический идеал), сколько той Джульетте, которую придумал француз Анжелен Прельжокаж, - живая, земная, конкретная девочка из "зоны", где мальчишки играют в опасные игры, где Ромео - влюбившийся, но такой же бандит, как и все. Этот акцент усиливается еще и тем обстоятельством, что в постановке МакМиллана сыграть личную человеческую драму куда важнее, чем вселенскую трагедию. Его Джульетта, сидящая, подобрав ноги, на краю постели, именно в тот момент, когда Джульетта Лавровского уже бежит по авансцене к Лоренцо (этот знаменитый бег Улановой стал символом тоталитарной эпохи, с ним ассоциировались и бегство от режима, и индивидуальный протест), - колоссально одинокое и колоссально ответственное существо. Ее неподвижность в момент, когда решается все, - не символ, и не знак, а естественное человеческое состояние, которое Ферри играет потрясающе достоверно.
Именно Ферри с ее акцентами на внутреннем состоянии взрослеющей через любовь Джульетты делает тяжелый костюмный, в площадных сценах (дань лирика МакМиллана эпическому Лавровскому), громоздкий спектакль - современным и живым. Ведет его, как и положено приме, носительнице стиля, обращая в свою веру и разочаровавшихся в драмбалетной эстетике зрителей, и более молодых партнеров. Ферри и ее Ромео, молодого солиста Роберто Болле, разделяет целая эпоха. Но рослый, эффектный и явно склонный любоваться собой на сцене Болле, с одной стороны, циничный по отношению к старомодным страстям, с другой - не очень уверенный в своем цинизме, довольно быстро входит в роль и идет за Ферри, как подросток, готовый бежать за первым, кто его убедит в своей правоте. Сильный, обаятельный, но грубоватый, как бейсболист, попавший в музей, Болле именно в сценах с Джульеттой, знаменитых дуэтах, составивших славу МакМиллану, - вдруг обретает ненаигранный апломб. Что и требуется его Ромео, обретающему себя только благодаря Джульетте.
Кто-то заметил, что у Ферри с Болле, наверное, та же разница в возрасте, что была у Марго Фонтейн с Рудольфом Нуреевым. Конечно, не та же. Да и сложился этот дуэт буквально на московских гастролях - Болле и Ферри работали вместе всего четыре дня, так как планировалось, что Ромео в Москве будет танцевать другая суперзвезда, аргентинец Хулио Бокка. Тем удивительнее то, что показал балет La Scala: если в труппе есть хотя бы одна гениальная Джульетта, остальные никуда не денутся, подтянутся.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20138
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Май 19, 2011 11:42 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2002103107
Тема| Балет, БТ, Персоналии, Нина Ананиашвили
Авторы| Надежда ТАВОБОВА
Заголовок| Нина Ананиашвили: Мне жалко детей, которые находят утешение в наркотиках
Где опубликовано| Газета "Вечерняя Москва" №193 (23509)
Дата публикации| 20021016
Ссылка| http://www.vmdaily.ru/article/7519.html
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

Один из самых влиятельных в мире балета американских журналов «Дэнс мэгэзин» объявил Нину Ананиашвили «Лучшей балериной года». Для самой балерины из многих международных премий главными всегда остаются государственная премия Грузии имени Шота Руставели и российская — «Триумф».



– Я настоящая грузинка, – говорит прима-балерина Большого театра и Метрополитен-опера Нина Ананиашвили. – Обожаю грузинское вино и грузинский театр. Когда меня приглашают выступить на родине, я не могу отказаться. И в то же время я настоящая россиянка, москвичка.

С Ниной Ананиашвили я встретилась за кулисами Большого театра, перед утренней репетицией очередного спектакля. Статная и красивая (впрочем, как всегда), с лучезарной улыбкой на лице, она распространяет вокруг себя удивительную энергетику.

— Нина, что вы ощутили, когда вас назвали лучшей балериной года?

— Во-первых, это случилось неожиданно для меня. Конечно, я была счастлива! И когда в тот же вечер сказала друзьям, что мне пора домой, так как завтра рано утром надо ехать на репетицию, они удивились: «А разве теперь ты будешь ходить на работу?»

— И вы пошли на репетицию на следующее же утро?

— Я в своей профессии добилась еще не всего, чего хотела. Кроме того, я балерина не только Большого театра, но и Американского балетного театра в Нью-Йорке, который ставит спектакли на сцене Метрополитен-опера. У меня контракты со Шведским королевским балетом, Норвежским королевским балетом, я выступаю в Италии, Японии, на всех сценах мира.

— И где вы чувствуете себя уютнее?

— Конечно, на сцене Большого театра. Я люблю Россию не меньше, чем Грузию. И Большой театр для меня второй дом.

— Нина, что вы думаете о сегодняшней ситуации в Большом театре? Говорят, здесь наступило что-то вроде безработицы?

— Ситуацию в Большом можно назвать одним словом – безвременье. Практически ничего не происходит, и ни о чем сейчас нельзя говорить определенно. Что такое для Большого с его огромной труппой постановка, например, двух одноактных балетов? Наш театр может и должен делать гораздо больше. И главное – чаще.

— Поэтому у нас так мало звезд?

— Это у нас нет звезд?! А кто же тогда Надежда Грачева, Мария Александрова, Сергей Филин, Андрей Уваров. Дмитрий Белоголовцев? Скажи они завтра, что хотят уехать, их разорвут на части зарубежные труппы! Анастасия Горячева так стильно станцевала на моем юбилее па-де-де Бурнонвиля, что многие подумали, что я привезла девочку из Дании! Про них нужно больше писать, показывать по телевидению. Но прежде всего театр должен создавать условия для появления звезд. Балеринам приходится месяцами дожидаться своей очереди, чтобы выйти в «Жизели», «Лебедином», «Раймонде», «Спящей красавице». На этих балетах оттачиваются и техника, и стиль, и балетный масштаб. Но идут они в сезоне всего по нескольку раз. А ведущих солисток в труппе всего около десяти. В результате артисты простаивают, теряют форму. Уволить их, конечно, не уволят, но больше никому они нужны не будут... Это и от руководства зависит.

— Часто меняется руководство, часто меняется и репертуар…

— Именно. И репертуар, и стиль постановки. Многие танцовщики физически не могут выполнить ту или иную партию, а надо. Например, во времена, когда с нами танцевал Андрис Лиепа, некоторые спектакли были приспособлены специально для него. Сейчас такого нет.

— А какой балет практикуется сегодня на Западе?

— На Западе в последнее время обращают внимание на современные постановки. Меня очень интересует этот новый стиль. К тому же для меня это легко. Это все-таки не классический балет, здесь нет настолько трудных элементов, требующих тренировок с раннего детства, присущих классическим танцам. И будучи в России, я пытаюсь применить современные элементы в наших постановках.

— Вас узнают на улицах не только в России…

— Да, однажды в Милане ко мне на улице подошла пожилая дама и поблагодарила меня за концерт, который я дала несколько недель назад в Генуе. Я удивилась, как итальянка смогла узнать меня в таком оживленном месте...

— Нина, в наше время всем приходится трудно. Как вы относитесь к детям и подросткам, употребляющим наркотики?

— Мне их очень жалко. Потому что происходит это в большинстве случаев не от хорошей жизни. Взрослые должны приобщать своих детей к прекрасному, к искусству. Уделять им внимание, не отталкивать их. Мы с мужем планируем иметь много детей. Сейчас у меня есть четыре племянницы, которых я обожаю. И я считаю, что это низко – подрывать психику своего ребенка до такой степени, чтобы он находил утешение в употреблении наркотиков...
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 20138
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вс Янв 06, 2019 11:50 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2002103108
Тема| Балет, , Персоналии, Олег Виноградов
Авторы| МАЛАХАЛЬЦЕВ Армен
Заголовок| Олег Виноградов: «Каждый приезд в Россию для меня шок!»
Где опубликовано| © Газета "Республика Татарстан" № 202-203 (24758)
Дата публикации| 2002-10-10
Ссылка| http://rt-online.ru/p-rubr-kult-33679/
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

Как мы уже сообщали, в конце сентября Олег Виноградов приезжал в Казань в связи с премьерой балета Луи Герольда «Тщетная предосторожность». Он охотно откликнулся на просьбу дать интервью. А встретились мы в видеозале театра, где Олег Михайлович знакомил художественного руководителя нашей труппы Владимира Яковлева и своего давнего друга, в прошлом балерину Большого театра СССР, а ныне известного балетного критика Наталью Садовскую с балетом «Ромео и Джульетта». Спектакль поставлен Виноградовым в Сеуле, его премьера состоялась во время нынешнего чемпионата мира по футболу. Спектакль чудесный, во многом, как и присуще этому мастеру, новаторский. «Повезу его скоро в Париж», — сказал Олег Виноградов. И беседа началась.


Фото Н.Чумакова.


Наша справка. Олег Михайлович Виноградов — народный артист СССР, лауреат Государственной премии России, кавалер орденов Ленина и Дружбы народов. Удостоен также премий им.Мариуса Петипа (1978, Париж), им.Лоренса Оливье (1990, Великобритания) и «Золотая танцовщица Пикассо». В 1990 году основал в Вашингтоне «Универсальную академию» — «Kirov Academy of Ballet USA», в Сеуле — балетную компанию «Kirov Universal Ballet» с традиционным классическим направлением. Родился в Ленинграде в 1937 году. По окончании хореографического училища им.А.Вагановой дебютировал как артист и балетмейстер в Новосибирском театре. Затем работал хореографом в Большом театре СССР, а по возвращении в Ленинград — в Академическом Малом театре оперы и балета им.М.Мусоргского. Более двадцати лет возглавлял балетную труппу Кировского (Мариинского) театра. В 1994 году создал Санкт-Петербургский театр камерного балета. В настоящее время живет в Вашингтоне.


— Олег Михайлович, спасибо за великолепный подарок нашему театру и казанцам. Вы видели, как восторженно встретили балет «Тщетная предосторожность» зрители. А как вы оцениваете работу нашей труппы?

— Я благодарен вашему театру за приглашение. В этом вижу его курс не на негатив и агрессию, которые нас сегодня окружают, а на спектакли-праздники, такие, как «Тщетная предосторожность». Мы же сделали все возможное для того, чтобы он помог казанской труппе расти и развиваться дальше. Конечно, рановато пока давать оценку, потому что хореографически это один из самых сложных спектаклей. Могу лишь сказать, что начало очень хорошее. Мне нравятся участники спектакля — это молодые артисты, и, что очень важно, они думают, вносят свое, не упрощая хореографию. И это достоинство труппы. Важно теперь, чтобы спектакль чаще шел. Ведь чтобы хорошо танцевать, надо танцевать много. Уверен, что спектакль принесет пользу труппе и она станет еще более профессиональной.

— Кто на вас оказал наибольшее влияние как на танцовщика и балетмейстера?

— Я благодарен многим, потому что мне в жизни очень повезло. Повезло, что одним из первых меня заметил такой корифей балетного искусства и великолепный педагог, как Петр Андреевич Гусев. Мне очень помог в творчестве Юрий Николаевич Григорович, который пригласил меня в Большой театр после «Ромео и Джульетты» в Новосибирске. Повезло и в том, что я застал еще живого Юрия Иосифовича Слонимского, также помогавшего мудрыми советами. Это был крупнейший теоретик и историк балета, ученик Баланчина. Его монографии по «Жизели» и «Сильфиде» еще в тридцать девятом году получили премии в Париже. Словом, один из наших гигантов. Мне повезло, что я застал еще живого Кирикова в Риме, что встречался с Сальвадором Дали.

И не могу не сказать о том, что очень большую роль в моей творческой судьбе сыграла татарская семья, которую всегда помню, — Абдурахман Летфуллович Кумысников, его жена Нагима Валеевна Балтачеева и ее брат — Тахир Валеевич Балтачеев (кстати, первый исполнитель партии Шурале в постановке Якобсона). Царство им небесное!

— Они были вашими педагогами?

— Прежде всего они были артистами Кировского театра, потом педагогами Вагановского училища и всю жизнь — педагогами-репетиторами.

Ф а н т а с т и ч е с к и е специалисты! И изумительные люди! Они всегда помнили о Татарии, много рассказывали мне о ней… И самое главное — именно они дали мне те импульсы, тот профессионализм, которыми пользуюсь до сих пор. С ними связаны золотые страницы Кировского театра, и он их никогда не забудет.

Наконец, мне повезло и с танцовщиками. В своих первых спектаклях я работал с Мишей Барышниковым — он танцевал главную партию в балете «Очарованный принц», с Юрой Соловьевым, Ниной Тимофеевой, Колей Фадеичевым… Это целая плеяда великолепных мастеров балета.

— Вы знаете, что у нас, в Казани, ежегодно проходит фестиваль классического балета имени Рудольфа Нуриева. Вы с ним вместе учились… Интересно, каким он остался в вашей памяти?

— Воспоминаний, конечно, много. И о том, как учились в одном классе у замечательного педагога Александра Ивановича Пушкина, и о том, как после эмиграции Нуриева мы тайно встречались в разных городах за рубежом (если бы об этом узнали, мне бы не поздоровилось). Рудольф проявлял колоссальный интерес к тому, что делается в Кировском театре, очень помогал мне с информацией — ведь тогда мы были отрезаны от мира. Он давал мне много книг по культуре, балету, живописи, видеокассеты, о которых мы тогда еще и понятия не имели… А потом, когда изменилось время, я готовил его к приезду в Россию.

— Вот как!

— Конечно. Ведь он очень боялся ехать, спрашивал меня, как проходить через таможню, что можно и чего нельзя с собой везти. Я пробивал его приезд на гастроли целых пять лет! За это время он заболел, стал хуже танцевать. Но я все же пригласил его, и он танцевал «Сильфиду».

— А как приняла его труппа Кировского театра?

— Знаете, труппа к этому времени абсолютно изменилась. Мало кто видел, как он танцевал раньше, и в какой-то степени были разочарованы. Но владение жестом, пантомима, актерское мастерство — все это было оценено по достоинству. И встретили его как знаменитость.

— Как божество?

— Нет, этого не было. Потому что сегодня танцуют гораздо лучше, чем он танцевал.

— Да, время, когда вы добивались приезда Нуриева, было трудным…

— Да и сейчас не лучше. Во-первых, произошла переоценка ценностей, потеря критериев, потеря всего, что раньше было эталоном. Вот это самое страшное. Само понятие «русский балет» дискредитировали настолько, что во многих странах Запада во время конкурса появляется табличка: «Русских просим не просматриваться!» Потому что под видом русского балета за границу едут труппы с таким низким уровнем, что становится стыдно.

— Вы считаете, что это результат тех перемен, которые произошли в стране за последние десять-двенадцать лет, того, что сейчас во главу угла поставлены доллар и рубль, а не другие ценности?

— Доллар и рубль никому не мешают. И дай Бог, чтобы они были, но у тех, кто их з а с л у ж и в а е т. А не так, как сейчас в России. Ведь артисты получают мизерную зарплату, а у них — семьи, дети. Их здесь ничто не держит: ни денег, ни творчества…

— А раньше, при советской власти, заработки были выше?

— Тогда все было другое, и не самое плохое. Особенно что касалось балета (я не говорю о других сферах). Вы же помните, в стране было 55 балетных театров, 14 балетных школ, каждая республика имела свою труппу. А что сейчас? Этого нет.

— Вы кавалер высших советских наград и многих зарубежных. Какая из них вам особенно дорога и почему?

— Конечно, французские награды. Потому что с Францией меня связала судьба, туда я привозил Кировский театр регулярно. «Ромео и Джульетту» мы показывали в Лувре в семьдесят шестом году, и был триумф. Во Франции видели и «Тщетную предосторожность», и «Ярославну», и многое другое из нашего репертуара. А когда меня наградили французским орденом и дали почетное звание «Шевалье», то дирекция «Гранд Опера» предложила мне стать художественным руководителем балета. Это еще до Нуриева. Официальное приглашение состоялось во время наших гастролей, в присутствии представителей Ленинградского обкома и советского посла. Естественно, что там, в Париже, мы дали согласие и все меня поздравляли, ведь никогда такого не было, чтобы советского хореографа приглашали на такой почетный пост. Было наоборот — Мариуса Петипа пригласили в Россию. Но когда я вернулся в Ленинград, меня вызвали в обком и сказали: «Ты что, серьезно?.. Забудь. Этого не может быть, потому что не может быть никогда!»

— А вы сами хотели бы возглавить балет «Гранд Опера»?

— Конечно! Но Господь рассудил по-другому. И слава Богу, что меня тогда не пустили. Потому что вся моя жизнь стала бы другой. Я бы не сделал тех спектаклей, какие сделал в Мариинке, у меня бы не было американской Академии… Так что Господь лучше нас знает, что нам нужно. Надо только его слушаться.

— Как по-вашему, курс на возрождение и сохранение классического наследия, на эксперимент продолжается в Мариинке после вашего ухода?

— Полностью. И мне очень это приятно. У театра были лучшие и худшие времена, но Кировский (Мариинский) театр был, есть и будет лучшим театром в мире.

— Вы первым в Советском Союзе стали пробивать дорогу западным хореографам и балетам Августа Бурнонвиля, Мориса Бежара, Ролана Пети и даже нашего Джорджа Баланчина. И первой такой постановкой стала ваша «Сильфида».

— Да, это хореографы, которых Россия не знала, и мне было важно открыть их нашим артистам. Да я и сам ничего этого не знал, пока в шестьдесят девятом году не попал на Венский фестиваль. Я вернулся оттуда другим человеком. К тому времени я уже хорошо представлял ограниченность нашего стиля и репертуара, знал, чего нам не хватает — мелкой техники, средних прыжков и т.п. А это есть только у хореографа «Сильфиды» Бурнонвиля. Я считаю, что за всю историю хореографии создано только два гениальных балета — «Жизель» и «Сильфида».

— Как часто вы бываете в России?

— Очень редко. И каждый приезд для меня — это трагедия. Потому что не узнаю того, что было мне дорого. Я приезжаю в Санкт-Петербург и вижу, что этот город гибнет. С болью в сердце смотрю на тот ужас, что происходит с пенсионерами, с тем поколением, которому мы обязаны всем, которое столько выстрадало. Для меня это шок! И порой мне не хочется приезжать сюда вновь.

— И все-таки обидно, что такие мастера, как вы, находятся вне родины.

— Моя миссия — быть там, где я нужен. Еще в восемьдесят девятом году президент Соединенных Штатов Джордж Буш-старший личным письмом пригласил меня, чтобы поднять американский балет. Я тогда еще возглавлял труппу Кировского театра, но на приглашение ответил. И мои ученики за последние шесть лет взяли на престижных международных конкурсах — я горжусь этим — 26 золотых медалей. До моего приезда в Америку был ноль: ни одной золотой медали на конкурсах за всю ее историю. А на родине никто ко мне с этим не обращался.

— Более того, я слышал, что вас пытались убрать с поста художественного руководителя и главного балетмейстера Кировского театра.

— Не хочется вспоминать, но на меня было три покушения, и я чудом остался жив. Что мне оставалось делать после этого?

— Если можно, несколько вопросов, касающихся вашей личной жизни.

— Пожалуйста.

— Говорят, что вы не пьете и не курите.

— Знаете, никогда не курил. Даже когда мальчишки во дворе пытались, у меня не было желания даже попробовать. Не нравилось. Но вот уже лет пятнадцать курю трубку. Но это только так говорится. Мне просто нравится аромат хорошего табака. И еще в Кировском театре я приучил к этому труппу. Зайдя в балетное отделение, артисты сразу нюхали воздух: если пахнет хорошим табаком, значит, я на месте. Но никогда не затягивался. Да и не пил никогда в обычном понимании. Крепкие напитки для меня не существуют. А вот хорошие вина — полусладкие или шампанское — люблю. Но никогда не испытывал состояние опьянения и не понимаю, что это такое.

— И никаких других слабостей у Олега Михайловича Виноградова нет?

— Есть. Моя слабость (а может, наоборот — сила) — это преклонение перед женщинами. И все, что я делал в своей жизни и делаю, ради женщины — и какой-то определенной, и неконкретной. Женщины меня вырастили, и мне всегда хотелось сделать для них что-то хорошее. А одиннадцать месяцев назад у меня родился сын Артем, дай Бог ему здоровья! И я очень рад тому, что он появился в моей жизни в моем нынешнем возрасте. Рад тому, что испытываю какое-то совершенно необыкновенное чувство.

— А до Артема детей не было?

— У меня в Петербурге дочь, Настенька. Ей двадцать лет. Замечательная девушка! Собирается стать интернациональным менеджером. Учится в институте, а продолжит образование, естественно, в Америке.

— А ваша нынешняя жена?

— Она бывшая артистка кордебалета Мариинского театра. Сейчас занимается только семьей.

— Знаю, что вы не только хореограф, но и прекрасный театральный художник — видел ваши зарисовки для балета «Горянка», сделанные в Дагестане. А чем вы еще увлекаетесь?

— Мое самое большое хобби — парусный спорт. Обожаю плавать на любых судах, но особенно — на парусных.

— У вас есть яхта?

— Она у меня всегда была. И яхта, и катер в Ленинграде, и в Америке тоже. Моя жизнь проходила на воде, я без нее не могу — видно, беру от нее энергию. Кстати, все свои балеты сочинял на яхте.

— Сможете ли вы приехать на Нуриевский фестиваль?

— У меня все расписано, и времени, к сожалению, совершенно нет. Но я пришлю на фестиваль своих артистов — одну или две пары.

— Было приятно услышать о вашем решении принять в вашу академию наших талантливых ребятишек из Казанского хореографического училища…

— Мы их с удовольствием примем в Вашингтоне, научим и вернем в Казань прекрасными специалистами.

— Это, наверное, дорогое удовольствие?

— Дорогое. Но особо талантливые учатся у нас бесплатно. Мы им платим стипендию.

— Олег Михайлович, в заключение, что бы вы хотели пожелать нашей балетной труппе?

— Прежде всего, конечно, здоровья и чтобы жизнь была немножечко легче, и не только у артистов. А им — чтобы верили в это красивое и замечательное искусство, балет!
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска Часовой пояс: GMT + 3
На страницу Пред.  1, 2, 3, 4, 5
Страница 5 из 5

 
Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах


Яндекс.Метрика