Список форумов Балет и Опера Балет и Опера
Форум для обсуждения тем, связанных с балетом и оперой
 
 FAQFAQ   ПоискПоиск   ПользователиПользователи   ГруппыГруппы   РегистрацияРегистрация 
 ПрофильПрофиль   Войти и проверить личные сообщенияВойти и проверить личные сообщения   ВходВход 

Общество Друзья Большого балета
2018-11
На страницу Пред.  1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9  След.
 
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска
Предыдущая тема :: Следующая тема  
Автор Сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18938
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Ноя 07, 2018 11:59 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2018110703
Тема| Балет, Opera national de Paris, Премьера, Персоналии, Джером Роббинс
Автор| Мария Сидельникова
Заголовок| Американцу — от Парижа
Парижская опера празднует юбилей Джерома Роббинса

Где опубликовано| © Газета "Коммерсантъ" №204, стр. 11
Дата публикации| 2018-11-07
Ссылка| https://www.kommersant.ru/doc/3792360
Аннотация| ПРЕМЬЕРА


Фото: Sebastien Mathe / Opera national de Paris

На сцене Opera Garnier к 100-летию Джерома Роббинса — одного из самых почитаемых хореографов в Парижской опере — прошла премьера вечера его программных одноактных балетов: «Матросы на берегу» (1944), «Танцевальная сюита» (1994), «Послеполуденный отдых Фавна» (1953) и «Пьесы Гласса» (1983). Завтра в кинотеатрах Москвы и Петербурга состоится прямая трансляция из оперы. Живьем в Париже программу посмотрела Мария Сидельникова.

Многолетний напарник Джорджа Баланчина и знаменитый автор «Вестсайдской истории» Джером Роббинс (1918–1998) считал Парижскую оперу своим вторым после «Нью-Йорк Сити Балет» домом. И по праву. Приживался он в два этапа. На излете 60-х, когда мюзиклы, на которых юноша из семьи еврейских иммигрантов сделал и имя, и деньги, отошли на второй план, исписавшийся, как тогда считали, Баланчин предложил ему вернуться в «Нью-Йорк Сити Балет» в качестве полноправного соруководителя. «Баланчин — бог, Роббинс — дьявол»,— говорили артисты труппы. В то время Баланчин был в хороших отношениях с тогдашним директором оперы, жадным до всего нового Рольфом Либерманом,— так спектакли Роббинса в 1974 году впервые попали в Париж.

Тогда же он сблизился и с Рудольфом Нуреевым — оба с русскими корнями, они быстро нашли общий язык, и именно Нуреев, встав во главе балета Парижской оперы, убедил Роббинса работать в Париже. С 1986-го по 1996-й дотошный американец своими руками и ногами (репетиции и выбор артистов он никому не доверял) передал подопечным Нуреева свои лучшие балеты. С тех пор они возобновляются из сезона в сезон, а американского хореографа чтут четко по календарю — на каждую круглую дату. Нуреева, например, такими оммажами не балуют: о его 80-летии этой весной в опере никто даже словом не обмолвился.

Вечер открылся торжественным дефиле, призванным подчеркнуть важность события. Сегодня в этом уникальном парижской параде балетных сил не осталось артистов, с кем бы лично работал Роббинс. Состав этуалей полностью обновился, поэтому каждая новая сессия спектаклей, тем более классических,— это возможность заявить о себе.

Ее никогда не упустит 24-летний Уго Маршан. В этуалях он без году неделя, но по артистической самоуверенности в труппе ему нет равных, что далеко не всегда играет в пользу артиста. Впрочем, в «Послеполуденном отдыхе Фавна» его самоупоение наконец пришлось кстати. У Джерома Роббинса Фавн и Нимфа — обычные артисты, которые встречаются в репетиционном зале. Весь контакт происходит через воображаемое зеркало. И в этом отражении Маршан по обыкновению услаждается не дуэтом, а исключительно собой и тем, как отзывается его тело на появление Нимфы. Не отозваться невозможно, потому что Нимфа в исполнении Амандин Альбиссон и правда хороша. Насколько балерина непредсказуема в техничных, темповых партиях, настолько же уверена в своем адажио: в томных, высоченных a la seconde с безупречно выворотной стопой, в образцовых attitude, которые она выстраивает с исконно французским чувством меры, и в своей не просто балетной, но и женской красоте.

В «Танцевальной сюите» на музыку Баха — одном из последних балетов Роббинса, который он поставил по просьбе Михаила Барышникова, дебютировал Матиас Эйман — лучший танцовщик парижской труппы. Диалог с виолончелью, хотя на самом деле с самим собой, француз ведет без оглядки на исполнение Барышникова, по-своему. Кажется, что и импровизации в начале монолога, и вихрь финальных вращений он проводит на одной академической ноте: Эйман танцует с редкой по сегодняшним временам чистотой. Но стоит увлечься его перфекционизмом, как он тут же снижает градус серьезности. Вопросы жизни и смерти, которые стареющий мэтр вложил в соло Барышникова, Эйман переводит в чистую эстетику.

Новым для парижан стал балет «Матросы на берегу» — самая первая постановка Джерома Роббинса и самая первая музыка композитора Леонарда Бернстайна. Балет принес 26-летним друзьям всеобщее обожание и путевку на Бродвей. Начинающий хореограф очень ловко ухватил контекст. В то время в Америке еще не забылся громкий скандал вокруг «Матросской трилогии» Пола Кадмуса. Художник выставил моряков не в лучшем свете: пьянство, разврат и недвусмысленные намеки на гомосексуальность. В 1934 году скандальные картины сняли с выставки в Вашингтоне. Одну из них (The Fleet`s in) Роббинс позже увидел в Нью-Йорке и задумал этакий балет-опровержение. Три жизнерадостных морячка в увольнении встречают в баре двух безобидных девушек и устраивают соревнование за их внимание. Все это с шутками и народными бродвейскими танцами вроде чечетки и буги-вуги. Словом, в свое время это было стопроцентное попадание.

Но и спустя 74 года балет выглядит все тем же живчиком. Типажи в первом составе подобраны безупречно. Яркая и страстная Алис Ренаван, волоокая Элеонора Аббаньято, матерый добряк Карл Пакетт, манерный Стефан Бюльон и малыш-заводила Франсуа Алю. Все звезды, кроме последнего. Однако он в «Моряках» блистал едва ли не ярче остальных. Виртуоз Алю — любимец парижской публики и балетоманов. И здесь ему было где развернуться. Со стремительнейших двойных туров в воздухе он без оглядки рушился на шпагат, метеоритом летал по сцене, словно на пружине взлетал с пола на барную стойку и ни на секунду не выходил из образа, театрально пожевывая жвачку.

Завершили вечер «Пьесы Гласса» — абстрактный бессюжетный балет Роббинса на музыку Филиппа Гласса. В нем американец собрал все, в чем, как он сам считал, был талантлив по чуть-чуть: живопись, рисунок, театр, музыку, танец. Получился мастерский и чуткий коллаж искусств, жанров и стилей. Ничуть не монотонный (а в этом главная ловушка повторяющейся музыки Гласса) и не однообразный. В этой роббинсовской стилистике и по сей день пытаются работать модные американские хореографы: от Бенжамена Мильпье до Джастина Пека. Но в Парижской опере, к счастью, хранят верность оригиналу.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18938
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Ноя 08, 2018 11:24 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2018110801
Тема| Балет, БТ, Персоналии, Денис Родькин
Автор| Елена Грибкова
Заголовок| ДЕНИС РОДЬКИН: «ПО-МОЕМУ, ЭЛЯ СЕВЕНАРД — ЭТАЛОННАЯ СПУТНИЦА ЖИЗНИ»
Где опубликовано| © журнал «Атмосфера»
Дата публикации| 2018-11-08
Ссылка| https://www.womanhit.ru/stars/interview/2018-11-08-denis-rodkin-po-moemu-elja-sevenard-etalonnaja-sputnitsa-zhizni/
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

Премьер Большого театра закрутил роман с праправнучкой Кшесинской. Подробности — в интервью


ФОТО: ЧАРЛЬЗ ТОМПСОН

Денис Родькин — один из восьми премьеров Большого театра. Его сразу отметили как Николай Цискаридзе, став его наставником, так и великий Юрий Григорович, доверивший солировать в своих постановках. Денису двадцать восемь, и всего за шесть лет он добрался до высшей ступени в карьере артиста балета. А если к этому добавить еще и роман с Элеонорой Севенард, родственницей знаменитой Матильды Кшесинской, то получается просто театральная история. Подробности — в интервью журнала «Атмосфера».

— Денис, судя по вашим публикациям, вы — человек с чувством юмора…

— Мне почему-то многие об этом говорят — друзья, коллеги, мама. (Улыбается.) Но на самом деле я порой люблю зло пошутить и даже являюсь поклонником черного юмора. Наверное, иногда даже обижаю кого-то. Но и ирония мне не чужда.

— Но вы очень забавно рассказываете, как приучали к балету родственников: папу — инженера авиационного завода и брата-военного…

— Да, я их сначала пригласил на «Спящую красавицу», где исполнял Голубую птицу, и они были совсем не впечатлены. А вот позже «Спартак» им уже понравился, и они потом вошли во вкус. Но это моя семья, а вообще балет все-таки элитарное искусство — и широкую публику на него точно не затащить. Но, таким образом, он не теряет своей ценности наравне с оперой. Мне кажется, это правильно, когда театр стоит особняком и даже чуть выше кинематографа и поп-музыки, которые отвечают вкусам более обширной аудитории.

— Как-то вы сказали, что чем сложнее техника в постановке, тем более проявляется артистичность. Можете объяснить?

— Когда сложный рисунок роли филигранно отрепетирован, у тебя рождаются мощные внутренние резервы и для актерской выразительности. Например, если ты прыгаешь легко в «Лебедином озере» и приземляешься два тура из пятой в пятую, соответст-венно, и образ у тебя выходит другой — чистый, точный. А если ты стопу не вытягиваешь, ноги нормально поднять не можешь, то и образ получится так себе. Я уж не говорю, что в «Спартаке» прыжки должны быть стопроцентной красоты, чтобы не к чему было придраться. Вот для меня это знаковая постановка, на которую меня утвердил сам Юрий Николаевич Григорович. Претендентов хватало, но он меня выбрал за фактуру, технику… Поэтому, несмотря на то что больше всего я люблю «Кармен», именно «Спартак» явился мне вызовом, доказал мою состоятельность. Ведь когда я попал в Большой театр, никто не верил, что из меня может выйти толк. И это подстегивало работать без устали.

— Вы великолепны в роли предводителя восставших рабов, притом что и внешне, и по характеру совсем не напоминаете своего героя…

— Вы зря думаете, что у меня слишком мягкий нрав — это не так. Когда что-то раздражает, я сразу начинаю показывать зубы. (Улыбается.) Но в принципе, я довольно терпелив и уравновешен, меня надо долго доводить до агрессии. И даже хорошенько разозлившись, не ору и не бросаюсь предметами. В спорных ситуациях предпочитаю конструктивный диалог, дискуссии. Это человеческая форма выяснения отношений.

— Эта мудрость у вас от природы? Как и уверенность в себе, о которой вы неоднократно говорите в своих интервью.

— Ну, про мудрость не скажу, но вот осознание того, что для успеха надо приложить достаточно усилий, ко мне пришло довольно рано — где-то лет в двенадцать, когда я учился в хореографическом училище при Московском государственном академическом театре танца «Гжель». Мама все удивлялась, что я такой не по годам серьезный, доволен вечерней приятной физической усталостью, которая говорит о том, что день прожит не зря… Возможно, во мне крепла уверенность в себе еще и на фоне сверстников, когда в классе мне совершенно не требовалось до кого-то дотягиваться… Не знаю. Здорово, что ребенком я не отдавал себе в этом отчет, поэтому и не позволял себе расслабляться. Мне хотелось, чтобы педагоги хвалили только меня. (Улыбается.) Но объективная оценка своих возможностей появилась значительно позже, когда уже влился в труппу Большого и меня стали распределять на сольные партии. Вот таким способом формировалась моя уверенность в себе.

— Чувствуется, что у вас очень сильная связь с мамой… Это же она определила вашу судьбу?

— Конечно. Именно она выбрала для меня балет. И я маме всегда доверял. Как и отцу. Долгое время ориентировался на их мнение. Сегодня я уже взрослый человек, сам определяю свою жизнь, но если возникает необходимость, к ним к первым иду за советом. Это же самые близкие люди, которые никогда от тебя не отвернутся, не предадут.

— Семья, как я понимаю, изначально не видела в вас артиста, верно?

— Разумеется. Мама стремилась меня развивать, поэтому отдала учиться играть на гитаре, как и старшего брата, — ныне я вспомню лишь пару аккордов (улыбается), потом в студию во Дворце культуры, где разучивали степ… Там у нас была замечательная команда: я на сцене танцевал посередине, а мои приятели-одноклассники — по бокам. А однажды один из них идеально сел в шпагат, мне стало обидно, что я так не могу, и решил пойти туда, где этому обучают. Таким образом, желание сделать себя лучше и привело меня в балет.

— А кумиры у вас были?

— Будучи мальчишкой, я, естественно, восхищался прославленными звездами балета. Однажды меня, подростка, в Кремлевском Дворце своим танцем потряс парень, исполняющий партию Меркуцио в «Ромео и Джульетте». Я захотел быть похожим на него — и лишь когда вырос, понял, что эта роль не мое амплуа. Но в тот вечер мама по моей просьбе купила записанный балет, где наиболее выразителен мужской танец. Ей предложили «Спартак». Мог ли я тогда предположить, что через несколько лет выйду в этом балете в заглавной партии…

— Раз уж вы упомянули амплуа, то какое оно у вас?

— Лирический герой с героическим уклоном. (Улыбается.) Я стараюсь раскрывать своих персонажей объемно. Допустим, когда танцую принца, то для меня это не просто эффектный, рафинированный молодой человек, а настоящий, отважный рыцарь. При классических ногах я представляю героический апломб (устойчивость. — Прим.авт.) По крайней мере, так на себя смотрю со стороны.

— А в повседневности вы принц?

— Внешне наверное. Хотя я и за манерами слежу. Стараюсь быть не простолюдином, а человеком элегантным. Например, никогда себе не позволю в зрительный зал прийти в кроссовках, джинсах и свитере. Для меня это дико. А многие ведь даже не задумываются о таких вещах. Я же, когда иду в зал слушать ту же оперу, — неизменно надеваю брюки, белую рубашку и ботинки. Мне кажется, воспитание как раз подчеркивается тем, насколько адекватно мероприятию человек выглядит.

— Вы упомянули оперу, и я читала, что вы сами целенаправленно себя к ней приучали…

— Да, опера развивает музыкальный слух. Я хожу в консерваторию, специально ездил в Санкт-Петер-бург в Мариинку слушать «Трубадура». Валерий Абисалович Гергиев дирижировал. Я остался под большим впечатлением. Как и от концерта выдающегося Юрия Хатуевича Темирканова.

— Подозреваю, что кроме английского вы знаете и французский — ведь ваша мама его преподает…

— Тут я вас разочарую — строгий балетный режим не выделял мне свободных часов для освоения французского. Я же ежедневно вставал в семь тридцать утра, в восемь сорок пять у меня начинались занятия в общеобразовательной школе, которые длились до четырнадцати, а затем я быстро делал уроки, поскольку с семнадцати до двадцати одного часа у меня уже была балетная школа, и потом сон.

— Вы не выигрывали никаких громких конкурсов, окончили не самое престижное хореографическое училище, и, как я понимаю, попадание в Большой театр — это сродни счастливому случаю…

— Точно! На меня обратили внимание из-за фактуры. И уже потом Николай Цискаридзе присмотрелся ко мне и начал со мной работать. Надо сказать, он настолько одаренный педагог! У него глаз-алмаз, он замечает мельчайшие детали. Если не видит перспективы у ученика, напрямую говорит: «Зачем тебе все это? Не мучай ни себя, ни меня». К счастью, в свой адрес я такого никогда не слышал. (Улыбается.) Но мне кажется, подобная откровенность справедлива, к ней нужно быть готовым. Балет — жестокое искусство. У меня, как и в детстве, жесткий график, я постоянно борюсь с ленью. Не представляете, с каким трудом утром поднимаю себя с постели — тело еще ноет после вчерашнего дня. Но стоит дойти до зала, начать заниматься классом — мышцы разогреваются, кровь начинает быстро циркулировать, и чувствуешь себя лучше.

— Вы как о какой-то машине рассказываете…

— Так и есть, в каком-то смысле. Но с сердцем.

— Вы себе как-то объясняете свой столь быстрый взлет?

— Были случаи и гораздо более стремительных карьер. Скорее всего, это соединение способностей, труда и стечение обстоятельств. Понятно, что никто такого не ожидал, и я не исключаю, что нарушил в театре чьи-то планы.

— Огромная зависть же рождается у тех, кто более десяти лет находится в кордебалете…

— Я не сосредотачиваюсь на негативе — и с ним, собственно, не сталкивался. Зависть — это даже здорово. Значит, ты чего-то стоишь! Но знаю, что многих девчонок, например, вполне устраивает кордебалет: ответственности меньше, при этом все равно гастроли по всему миру, работа приятная — в театре, а не в офисе, и фигура всегда в тонусе, не надо на фитнес ходить. Мне такая позиция, конечно, не близка — я заточен на успех. Долго переживаю даже из-за малейшей неудачи. И я ушел бы, если бы видел, что ничего не получается.

— Вам еще нет тридцати, а вы уже станцевали все главные партии в классическом балете. Какие дальнейшие цели себе намечаете?

— Всегда есть к чему стремиться. Во-первых, нужно совершенствовать мастерство — это никогда не бывает лишним. Искусство у нас крайне субъективное, поэтому неизменно есть куда расти. Кроме того, при всей моей любви к Большому не могу не сказать, что есть и другие прекрасные театры — Ковент-Гарден, Ла Ска-ла, Гранд-опера, где так приятно выступать по приглашению, в балетах в другой редакции, в другой форме, с новыми интересными хореографами. А как русский балет обожают в Японии! С удовольствием туда летаю. Это моя любимая страна после России. Она словно иная планета. Но вообще я чувствую себя человеком мира. У нас же много гастролей, и в какой бы город мы ни приехали — нам везде рады. Это необыкновенно приятно.

— С какими маститыми хореографами вам бы хотелось сотрудничать?

— О, несомненно, с Юрием Николаевичем Григорови-чем. Этот художник выстроил репертуар Большого театра в том виде, в котором он сейчас существует. Он буквально вынес мужской танец на передовую. С Джоном Ноймайером — он настолько ни на кого не похож! Не хореограф, а мыслитель, создающий свои балеты не просто ради танца, а ради глубокого философского подтекста. С ним интересно не только репетировать, но и разговаривать. Он настолько захватывающе рассказывает тебе о твоей роли, что ты уже не можешь дождаться, когда завтра прибежишь в зал.

— Драматические артисты могут играть гениально и при этом не быть интеллектуалами. В балете требуется эрудиция, по вашему мнению?

— Бесспорно, надо быть наполненным. У нас же за умный текст не спрячешься. На сцене ты на виду, словно голый, и твои недостатки заметны. Если артист не удосужился подготовиться, не понимает, о чем он танцует, пускай даже и эффектно, то это катастрофа.

— Вы любите учиться?

— Прагматически я отношусь к этому процессу — без него никуда. Я окончил балетмейстерско-педагогический факультет Московской государственной академии хореографии, а сейчас получаю второе высшее образование — поступил в МГУ на факультет управления. Дело в том, что если задумываться о будущем, то балетмейстером я быть не планирую — у меня нет дара придумывать балеты. Педагогом — возможно, но уже в каком-то солидном возрасте. А административная сфера, менеджмент, политика гуманитарного управления для меня в новинку. Просвещение в университете ведется комплексное, на лекциях нам в том числе рассказывают и про экономику, и про историю Древней Индии, и про то, кто написал «Щелкунчика» и «Лебединое озеро». Меня удивляет, что встречаются студенты, которые не знают автора. В принципе сталкиваюсь с явлением, что многие люди совсем не ходят в театр. При этом они не иногородние, а коренные москвичи. Недавно меня подвозил таксист — русский, не гастарбайтер, который с помощью гаджета лихорадочно искал местонахождение Большого театра.

— Значит, в дальнейшем вы видите себя в кресле руководителя?

— Возможно. Хотя театр — сложнейшая структура, многоступенчатая система. Но почему нет? Правда, это в очень отдаленном будущем. Пока я настроен танцевать как можно больше.

— А есть нечто, что вы себе из-за профессии не позволяете?

— Играть в футбол. В детстве мне нравилось гонять мяч во дворе, я нередко забивал голы в качестве нападающего… Но в шестнадцать лет сломал ногу и перестал выходить на поле — требовалось себя беречь для балета. А недавний чемпионат мира всколыхнул прежние эмоции, и я попробовал снова погонять мяч. И вы знаете, включились совсем другие мышцы, которые после этой тренировки сильно болели.

— Кстати, балетные танцоры часто признаются, что так привыкли к постоянной боли, что уже ее не замечают… Ваши будни действительно столь жесткие?

— Вот мы с вами сидим в кафе, и у меня ничего не болит. Так что это не перманентная история. Но если прыгаешь и приземляешься неудачно, то легко что-то отбить, вывихнуть или спину можно свернуть на пируэте. Но это все ерунда, я не обращаю внимания. К врачу обращаюсь, только когда уже ходить становится больно. Раньше так вообще не сомневался в том, что нет ничего невозможного для человеческого организма. Недавно пересмотрел эту точку зрения: ресурсы, даже самые богатые, ограничены. Поэтому надо позволять себе восстанавливаться и не ударяться в пахоту по пять спектаклей в неделю. Вот я танцую где-то семь спектаклей в месяц, и мне этого достаточно.

— Кто занимается вашим бытом?

— По сути, он у меня отсутствует. В квартиру в Москве или в отель где-то в поездках прихожу лишь для короткого сна. Я даже своего любимца — британского шотландца, кота Федора, отправил к маме, вынужденное одиночество плохо на нем сказывалось. А у родителей он присоединился к такому же зверю, как и он, к своему брату — Степану.

— Вы человек прижимистый?

— Экономный. Не склонен выкидывать деньги на ветер. Но на хороший массаж, качественную одежду, на подарки близким не жалею финансы. В конце концов я и зарабатываю, чтобы тратить на приличную жизнь. Допустим, чтобы вкусно поесть. (Улыбается.)

— Это, значит, байки, что балетные голодают?

— Лично я гурман. Сам не готовлю, питаюсь в ресторанах. Но если говорить серьезно о деньгах, то они лишь средство. Я настроен зарабатывать больше, но реализация творческого потенциала первостепенна. Мне кажется, что когда ты профессионально востребован, то ты спокоен и денег тебе хватает.

— Киношники вашу фактуру пока не используют?

— Меня приглашали на кастинг для картины о Нурееве, но мы с ним совсем разные внешне, поэтому я не пошел. А вот если будут снимать ленту об Александре Годунове, с которым у меня есть сходство, обязательно попробую.

— Друзья у вас не балетные?

— Нет. Смешно, но моим друзьям крайне любопытна жизнь театра, они никак не могут взять в толк, как мы запоминаем такое количество движений. Даже полиглот, владеющий шестью языками, удивляется. (Улыбается.)

— Скажите, а как вы всегда, с юных лет, взаимодействовали с коллективом?

— В детский сад я не ходил, поэтому перед школой очень сильно волновался. Помню, в каком ужасе был, когда меня на линейке 1 сентября в первом классе поставили в пару с девочкой и еще попросили держаться за ручку. Ужасно стеснялся.

— Вы симпатичный, и не сомневаюсь — нравились одноклассницам…

— Да, некоторые пристально, многозначительно смотрели, а меня это раздражало.

— Вы признавались в интервью, что лишь дважды были серьезно влюблены… Сейчас стало известно о вашем романе с прелестной двадцатилетней балериной из Санкт-Петербурга, Элеонорой Севенард. Это третья любовь в жизни?

— По большому счету первая. Раньше я был падок исключительно на красоту, содержание меня мало волновало. Мне порой везло на капризных. С Элей у меня все по-другому. Сейчас я испытываю такой накал чувств, что уже не помню, как было раньше.

— Как вы встретились?

— Накануне Нового года были гастроли в Греции, партнерша, с которой я должен был танцевать, не смогла прилететь — и ее заменила Элеонора. Мы не были до этого знакомы, но я видел, как она танцует, насколько она утонченная, изящная, не похожа на других и явно образованная. Девушка из хорошей семьи. И эти мои мысли о ней полностью подтвердились в реальности. Эля даже превзошла ожидания. Она меня сразила наповал своей добротой и заботливостью. Получилось так, что на сцене я сильно подвернул ногу, она у меня распухла, а нам предстояло из Афин лететь в Японию. Если бы я был один, то сошел бы с ума. Разумеется, партнерши всегда поддерживают морально, но тут меня прямо накрыло теплой волной неравнодушного внимания, исходящего от этой юной девушки. Эля меня занимала интересной беседой, старалась отвлечь, и в какой-то момент я поймал себя на том, что забыл о ноге — и напрочь ушло состояние тревожности. Естественно, когда мы расстались, я начал ощущать ее нехватку и предпринял действия, чтобы мы были вместе.

— Красиво ухаживали?

— Романтично.

— Скоро год, как вы пара, какие новые черты вы открыли за это время в избраннице?

— Эля умна не по годам. Я чувствую, как она меня ценит и при этом никогда ничего не просит. Она надежный друг, который всегда подставит плечо, и я знаю, что могу ей доверять как себе. Главное, к ней хочется возвращаться. Я впервые ловлю себя на этом ощущении. Раньше улетал на гастроли, и ничто домой меня не тянуло, а тут я скучаю. Эля, по-моему, эталонная спутница жизни. Я счастлив, что нашел своего человека. И она так непринужденно влилась в нашу семью… Маме очень нравится моя девушка. (Улыбается.) Надеюсь, мы с Элей будем вместе не только дома, но и на сцене. У нас уже есть один совместный проект — балет «Анна Каренина».

— Элеонора пришла в Большой театр из АРБ им. А. Я. Вагановой, и она в кордебалете сейчас танцует, верно?

— Да, но с ее мозгами и талантом долго она там не пробудет, я уверен. Ее ждут большие высоты.

— За ней же еще тянется шлейф легенды о ее родственных связях с Матильдой Кшесинской…

— Эля очень правильно к этому относится: не кичится данным фактом, считает, что сама должна доказывать свое право быть на сцене. Для нее это отличный стимул прогрессировать. И я буду ей помогать.

— Напоследок поделитесь, когда вы в последний раз танцевали не по долгу службы, а для души?

— Я всегда только так и танцую. Но если говорить о жизни частной, то этим летом после выступлений в Нормандии, в Довилле, в маленьком театре при казино, приуроченным к годовщине представления там Сергеем Дягилевым «Видение Розы» с Вацлавом Нежинским, мы с коллегами поехали в Лондон. И вот там в один из свободных вечеров отправились в паб, взяли чудесное пиво, ну и весело станцевали под современные ритмы. (Улыбается.)

======================================================================
Все фото - по ссылке
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18938
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Ноя 08, 2018 11:38 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2018110802
Тема| Балет, МАМТ, «Айседора», Персоналии, Наталья Осипова, Владимир Варнава
Автор| Павел Ященков
Заголовок| В Москве прошла премьера балета об Айседоре Дункан
Ленин с крылышками и босоножка

Где опубликовано| © Московский Комсомолец
Дата публикации| 2018-11-08
Ссылка| https://www.mk.ru/culture/2018/11/08/v-moskve-proshla-premera-baleta-ob-aysedore-dunkan.html
Аннотация|

На сцене Музыкального театра им. Станиславского и Немировича-Данченко прошла российская премьера балета «Айседора». Роль «божественной босоножки» станцевала прима лондонского Королевского балета Наталья Осипова, а хореографом спектакля выступил модный балетмейстер Владимир Варнава.



Это самый масштабный проект продюсера Сергея Даниляна, мировая премьера которого ранее состоялась в Калифорнии (создан он при поддержке Романа Абрамовича). Данилян и его агентство Ardani Artists хорошо знакомы москвичам по другим проектам, самым известным из которых стали знаменитые «Короли танца» с участием многих звезд мирового балета. Теперь Данилян привез в Москву уже полноценный сюжетный спектакль с участием интернациональной команды, но звезда здесь только одна. Зато такая, что способна одним своим участием вытянуть любой заведомо провальный проект… Особенно в Москве, где ее обожают, и особенно в такой беспроигрышной партии, как партия божественной босоножки.

Ведь Дункан была в России фантастически популярна. Танцовщица приезжала в нашу страну до революции шесть (!) раз, а первый приезд, состоявшийся 30 декабря 1904 года, вызвал сенсацию в среде символистов (о ее творчестве тогда и впоследствии писали Александр Блок, Андрей Белый, Максимилиан Волошин, Федор Сологуб, Василий Розанов и многие другие видные деятели той эпохи). Однако наиболее подробно в балете показывается советское житье-бытье танцовщицы, которую за ее прокоммунистические убеждения называли «Дунькой-коммунисткой с Пречистенки», где она поселилась в реквизированном большевиками особняке балерины Большого театра Александры Балашовой.

Судьба Дункан — для балета тема, в общем-то, благодатная. Не зря многие хореографы обращались к ней в своих произведениях. Самыми значимыми в истории хореографии с этой точки зрения были балеты крупнейших английских хореографов Кеннета Макмиллана и Фредерика Аштона. Балет последнего, посвященный танцовщице, не так уж и давно на гастролях в Москве показывала известная итальянская балерина Карла Фраччи. Ну и, конечно же, у всех в памяти балет Бежара, поставленный специально на Майю Плисецкую. Теперь в ряду этих великих балерин, обращавшихся к судьбе знаменитой босоножки, и Наталья Осипова. И надо сказать, что воплотила она этот образ на сцене очень удачно.

Так что риски в этом смысле для Даниляна были небольшими и касались они основным образом хореографической составляющей спектакля, за которую отвечал молодой хореограф — Владимир Варнава. Имея за плечами всего один полномасштабный спектакль («Ярославна» в Мариинском театре), Варнава тем не менее поставил множество одноактных балетов, очень, правда, неравноценных по своей хореографии, и ко времени постановки «Айседоры» успел «прогреметь» и даже войти в моду. Нужно заметить, что от балета к балету дарование Варнавы растет и развивается, в его спектаклях стали появляться напрочь отсутствующие там поначалу логика и драматургическое развитие. И с этой точки зрения «Айседору» можно признать лучшим балетом из пока им созданных. Здесь четко и ясно (иногда даже чересчур, вплоть до иллюстративности) изложен основанный на собственной автобиографии Дункан («Танец будущего», «Моя жизнь») и воспроизведенный в буклете сюжет, отражены многие узловые моменты судьбы танцовщицы, и у зрителя, хотя бы отдаленно знакомого с этой биографией, вопросов возникнет, в общем, не так много.

В первом действии показаны, например, ее отношения со знаменитым английским режиссером-модернистом Гордоном Крэгом и ее связь с миллионером Парисом Зингером — одним из наследников богатейшей династии, прославившейся производством швейных машинок с одноименным названием (оба персонажа слились в балете в обобщенном образе под именем Зингер). А заканчивается это действие гибелью в Париже в автомобильной катастрофе детей, родившихся от этих связей (институт брака Дункан принципиально отвергала): дочери Дункан от Крэга, Дерди, и сына Дункан и Зингера, Патрика. Впрочем, никакого танцевального развития всех этих тем в балете нет, они показаны скорее средствами сценографии: вот на сцене появляется настоящая спортивная «Бугатти», а за рулем красавец миллионер (американский танцовщик Джош Игуйа). А вот под звучание знаменитой трагической прокофьевской «музыки времени и мировых катастроф» в самом конце первого акта на заднике показывается машина, потерпевшая крушение.

Во втором действии отражена поездка Дункан в Россию по приглашению советского правительства и ее увлечение Сергеем Есениным, за которого известная феминистка, поправ свои собственные принципы, даже вышла замуж. И самым впечатляющим в этом акте также выглядят сюрреалистические изображения Страны Советов (сценография и костюмы — Галя Солодовникова, видеодизайнер — Илья Старилов, художник по свету — Константин Бинкин, сценический супервайзер — Кристофер Алва, видеооператор — Александр Шаргородский): залитые кроваво-красным заревом мавзолей для еще живого и показанного на сцене вождя мирового пролетариата, Спасская башня, неосуществленный гигантский Дворец Советов со скульптурой Ленина на вершине и многое другое.

И весь этот антураж, вся эта гигантомания очень соответствовала характеру основательницы «свободного танца». Ведь как отмечали современники (не показанный в балете ближайший друг Есенина Анатолий Мариенгоф), «она приехала в Советскую Россию только потому, что ей обещали… храм Христа Спасителя. Обычные театральные помещения больше не вдохновляли Дункан. Дух великой босоножки парил очень высоко. <…> Она хотела обращать взор не к театральному потолку, а к куполу, напоминающему небеса. Пресыщенная зрителем — она жаждала прихожан. <…> Я потом весело сочувствовал Айседоре: «Ах, бедняжка, бедняжка, в Большом театре приходится тебе танцевать! Какое несчастье!»

Образы Есенина и Дункан в балете не скрыты, как это водится, за обобщенным именем «Поэт» или «Танцовщица» (или просто «Айседора»), а без обиняков обозначены в буклете: «Сергей Есенин» и «Айседора Дункан». Есенин в балете выведен откровенно карикатурным и трафаретным. В качестве хулигана он показывает залу оголенный зад, а появляется неизменно в подпитии и с собутыльниками, которые пляшут «русскую». Сразу скажем, что таким уж простодушным Айседураком (по популярному в Москве в те времена злому каламбуру в отношении поэта: «Айседур на свете много — мало Айседураков»), каким Есенин изображен в балете, поэт все-таки не был, хотя и прославился не только своей лирикой, но и чрезвычайно скандальным и буйным поведением. Более того, лично на мой вкус, такое изображение классика русской и советской литературы на сцене показалось явным пересолом. Тем не менее следует признать очень удачным (с хореографической точки зрения, разумеется) поставленный для Есенина и Дункан в спектакле дуэт и отдать должное танцовщику Владимиру Дорохину, не без успеха (в рамках поставленных задач) воплотившему роль поэта на сцене.

Но это отдельные хореографические удачи. В целом и на этот раз хореография Варнавы, к слову, довольно узнаваемая и повторяющая основные находки из предыдущих спектаклей, вызвала самые большие споры.

Вместе с нимфами и сатирами присутствует в балете и греческая тема: Дункан разработала танцевальную систему и пластику, которую связывала с древнегреческим танцем. Есть и знаменитое противопоставление этой танцовщицы своего творчества классическому балету. Причем выраженно оно у Варнавы, как всегда, иронично. Здесь в качестве Учителя танца (из «Золушки») и Идеальной балерины показаны символы балета серебряного века Вацлав Нижинский (Алексей Любимов) и Анна Павлова (Вероника Парт). Образы их, как и есенинский, тоже карикатурны, но в отличие от Есенина такого протеста все же не вызывают.

Что в этой вещи, несомненно, оригинально и интересно, так это концепция, специально придуманная хореографом для «Айседоры»: связь судьбы знаменитой американской танцовщицы со сказкой «Золушка» и музыкой Сергея Прокофьева, написанной для этого балета композитором во время Второй мировой войны.

В принципе попыток интерпретировать музыку и сюжет этого балета в мире немало: вспомним хотя бы версию Мэтью Борна, где действие происходит в Лондоне во время бомбардировок города немецкой авиацией во время Второй мировой. Или, последнюю по времени, версию Алексея Мирошниченко, о том, как ставят балет «Золушка» в Большом театре, когда среди героев на сцене предстают Хрущев (в качестве первого секретаря КПСС) и Фурцева (как министр культуры принимающая балет «Золушка»), а действие разворачивается во время фестиваля молодежи и студентов в 1957 году.

В концепции Варнавы многое построено на выворачивании сюжета сказки наизнанку: если в сказке фея дарит замарашке хрустальные башмачки, то тут введен образ босоножки, принципиально отказавшийся в своем творчестве от балетных туфель и декларативно выступающей на босу ногу. Фея, которая в балете тоже присутствует в виде Терпсихоры (американка Эмили Андерсон), причем в нелепом, похожем на индейца оперении (таким образом костюмер, видимо, обыгрывает американские корни танцовщицы), тут не дарит, а, наоборот, снимает с героини туфельки. Если в сказке присутствует карета, на которой героиня отправляется на бал, то в балете ее заменяет настоящий автомобиль «Бугатти» образца 1927 года. Как известно, за рулем автомобиля именно этой марки оборвалась жизнь Айседоры, когда ее неизменный и часто задействованный в танце длинный красный шарф запутался в колесе двухместного спортивного автомобиля и удушил танцовщицу. Да и вообще, автомобили сыграли, как известно, роковую роль в ее судьбе: как уже было сказано, в автомобиле погибли ее дети вместе с сопровождавшей их гувернанткой (заглох мотор, шофер вышел из машины, чтобы его завести, машина неожиданно поехала и упала в Сену). Лейтмотивом присутствует в оформлении балета и шарф-удавка.

А вместо бала во дворце — ирреальная послереволюционная действительность, в которой не только танцовщица находит своего принца — Сергея Есенина, но и фея во второй части частично замещается сюрреалистическим обликом Ленина, который в окружении одетых в красные мундиры чекистов, с лысиной, бородкой и портретным гримом на лице и стрекозиными крылышками за спиной (как и партия Учителя танцев, эта роль талантливо и иронично сделана Алексеем Любимовым) правит здесь фантасмагорическим балом.


Последний раз редактировалось: Елена С. (Пн Дек 03, 2018 1:52 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18938
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Ноя 09, 2018 9:02 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2018110901
Тема| Балет, Воронежский театр оперы и балета, фестиваль «Воронежские звёзды мирового балета», Персоналии, Владимир Васильев, Анастасия Сташкевич, Анастасия Ломаченкова, Марат Шемиунов, Вячеслав Лопатин, Иван Алексеев, Юлия Непомнящая
Автор| Елена ФЕДОРЕНКО
Заголовок| Танцуем от литературы
Где опубликовано| © Газета «Культура»
Дата публикации| 2018-11-02
Ссылка| http://portal-kultura.ru/articles/balet/220514-tantsuem-ot-literatury/
Аннотация| ФЕСТИВАЛЬ

В Воронеже завершился фестиваль, посвященный 60-летию творческой деятельности народного артиста СССР Владимира Васильева. Афиша смотра собрала в одну неделю пять работ юбиляра, все они — в репертуаре театра, среди лучших спектаклей труппы.


Фото: Александр Самородов

Когда-то Васильев ставил на замечательного воронежского солиста Александра Литягина, сегодня возглавляющего родной театр. Им же инициирован фестивальный проект, включивший встречи с Мастером, показ спектаклей, поразительные репетиции и выставку фотохудожника Александра Самородова, зафиксировавшего уникальные моменты искренней дружбы мэтра и труппы.

На открытии показали воронежский эксклюзив — «Балетные шедевры в оперной классике»: «Польский акт» из «Ивана Сусанина» Глинки, «Вальпургиеву ночь» из «Фауста» Гуно и «Половецкие пляски» из «Князя Игоря» Бородина. Собранные Васильевым в один вечер откровения великих балетмейстеров прошлого столетия Ростислава Захарова, Леонида Лавровского и Касьяна Голейзовского воздают должное высокой оперно-балетной традиции. В «Золушке» Сергея Прокофьева заглавную партию вела мягкая эмоциональная Марта Луцко, в роли трогательного романтика Принца выступил Михаил Ветров. Их чистый танец напомнил волнующую некогда московскую премьеру и ее незабываемую героиню — Екатерину Максимову. Она же была первой и эталонной Анютой в одноименном балете Владимира Васильева на музыку Валерия Гаврилина по «Анне на шее» Чехова. На сей раз героев Антона Павловича воплотил блистательный дуэт из Большого театра: Анастасии Сташкевич (Анюта) и Вячеславу Лопатину (Модест Алексеевич) вторила тонкая стилистическая игра артистически зрелой труппы хозяев. Когда в финальной сцене в роли растерянного отца вышел сам юбиляр, зал зашелся в аплодисментах.

Шекспировского «Макбета» — один из первых спектаклей Васильева как хореографа — сегодня можно увидеть только в Воронеже. Мощную красочность музыки Кирилла Молчанова передал оркестр под управлением маэстро Юрия Анисичкина. Балет — пронзительный рассказ: не о «литературном злодеянии», а хроника нравственного падения. И гордая леди Макбет в отличном исполнении Юлии Непомнящей — по замыслу хореографа именно она ведущая сила трагедии — и рефлексирующий Макбет у отличного многогранного танцовщика Ивана Алексеева (он, артист Большого театра, родной город не забывает) — отнюдь не злобные честолюбцы. Их низменные страсти намеренно «снижены» и тем страшнее наблюдать перерождение. Жажда власти может вспыхнуть во вполне добропорядочных людях, превратив жизнь в морок. Колючие ведьмы-вещуньи — Диана Егорова, Марта Луцко, Екатерина Любых — будоражат совесть людскую, зомбируют сознание и звучат весьма актуально. Мир спектакля богат танцами и смыслами. Нервный и решительный Банко — Михаил Ветров, величественный король Дункан Максима Данилова. Воронежским артистам удаются балеты с внятной историей, оправданным действием, логикой внутреннего развития персонажей. Таково творчество Васильева. Оно литературоцентрично, книжная стихия — близка хореографу, он далек от ломки формы, увлечения абсурдом и не изобретает колес. Заставляет работать зрительскую мысль, ведет с публикой серьезный разговор.

Современных хореографов — своих подопечных — Васильев изначально подвигает к интеллектуальному поиску, предлагая найти танцевальный эквивалент прозе Андрея Платонова (темами Мастерских под руководством хореографа-наставника были еще Гоголь и Лев Толстой, Астафьев и Шукшин). Платоновский вечер объединил новое поколение хореографов: москвичей Елену Богданович и Александра Могилева, петербуржцев Веру Арбузову и Юрия Смекалова. Арина Панфилова представила Пермь, Раду Поклитару — Киев, Дмитрий Залесский — Минск. Номера не рассыпались на отдельные фрагменты — они связаны платоновским дыханием, дивными атмосферными акварелями Васильева и его задушевно звучащим голосом. В финале, поставленном Раду Поклитару на музыку Шопена, распахивается космос писателя, где русская душа тянется к иным мирам и тоскует по несбыточным мечтам. Герои, блаженные и обреченные, надорванные каторжным трудом и вдохновленные верой в великие открытия, знающие относительность истины и счастье познания, поднимаются вверх — по канатам к колосникам сцены. Там — небо, туда — путь.


Главный балетмейстер Воронежского театра Александр Литягин:

— Не буду повторять возвышенных эпитетов в адрес Владимира Викторовича. В нем — чудесная загадка. Не понимаю, как возможно иметь такой багаж и увлекаться не только балетом, но и оперой, и режиссурой, и живописью, и литературой. Он сам — живая история, а занимается тем, что пишет историю будущего. Васильев не остановился на великом балете прошлого, я ни разу от него не слышал: в наше время-де танцевали лучше, ставили интереснее. Удивительно, он — человек-легенда, человек-эпоха, досконально знающий наследие и оберегающий его, строит мостик в балет будущего. На своем пермском конкурсе «Арабеск», в своих уникальных Творческих мастерских он без устали ищет таланты — умных, образованных, одаренных молодых ребят. Передает им знания, полученные от своих педагогов. Он — безошибочный сканер: видит перспективу танцовщиков, что из кого можно «вытянуть», кому какой определить репертуар.

За последние 16 лет в нашем театре проходит много разных фестивалей, но Васильевский — особый: самый большой, самый важный и самый ответственный. Репетирует Васильев с такой отдачей, какую редко встретишь, — полноценно, ежедневно, без скидок на годы и усталость. Отпускает артистов и остается с техническими службами до тех пор, пока не получится так, как он планировал и предполагал.

Артисты и педагоги с открытыми ртами на него смотрят: как Васильев похвалил, как сделал замечание — важно все. Перед фестивалем сказал своим ребятам: «Не ждите снисхождения за то, что напряженно работали. Не пожалеют». Они ответили, что не рассчитывают на сочувствие, а боятся, что Мастеру не понравятся.


Последний раз редактировалось: Елена С. (Пн Дек 03, 2018 1:54 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18938
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Ноя 09, 2018 9:05 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2018110902
Тема| Балет, Воронежский театр оперы и балета, фестиваль «Воронежские звёзды мирового балета», Персоналии, Владимир Васильев
Автор| Елена ФЕДОРЕНКО
Заголовок| Владимир Васильев: «Отмечать юбилей стоит новой работой»
Где опубликовано| © Газета «Культура»
Дата публикации| 2018-11-02
Ссылка| http://portal-kultura.ru/articles/balet/220512-vladimir-vasilev-otmechat-yubiley-stoit-novoy-rabotoy/
Аннотация| интервью

культура: Почему решили отмечать важную дату вдали от столицы?
Васильев: Ответ простой — именно Воронежский театр предложил подготовить фестиваль. Меня здесь ждут и любят. Конечно, сказал «да». Я привык свои юбилеи отмечать творческими работами — выступлениями и спектаклями.


Фото: culturavrn.ru

культура: Воронежская афиша включает несколько Ваших спектаклей, которые складываются в авторский театр Васильева.
Васильев: Да, спектакли сохраняются, хотя несколько лет меня здесь не было. Помню, какое получал удовольствие от работы в Воронеже каждый раз. Дорого, что в этом театре появилась моя первая Творческая мастерская современной хореографии. Семь балетмейстеров сочинили номера по прозе Андрея Платонова. Одним и тем же ребятам пришлось создавать разные образы в миниатюрах — едва успевали выйти на следующий номер. Я же читал специально подобранные фрагменты платоновских рассказов, настраивая публику на восприятие и давая возможность артистам переключиться.

культура: Почему не можете как заслуженный юбиляр сесть в зрительном зале на почетное место и принимать поздравления?
Васильев: «Нет, не могу сидеть я за столом, / Как многие, сложивши руки, / И слово к слову подбирать со скуки, / И зарифмованные звуки / Лениво выводить пером».

Я же понимаю, что даже в тот краткий период, что я здесь, могу кое-что подправить и улучшить. Перед «Золушкой» провел длинную репетицию — сам удивился, что за один день можно так много изменить.

культура: Что Вас радует в нынешнем фестивале, а что, быть может, огорчает?
Васильев: Ушли многие из тех, на кого я ставил, в труппе — новое поколение. Жизнь не становится легче, но уровень балета держится. У ребят сильна тяга к творчеству, к испытаниям себя в разном репертуаре. Огорчает одно — состояние здания, которое никак не соответствует статусу театра оперы и балета, единственного в Черноземье. Он обязан быть визитной карточкой культуры крупного региона. Все, кто любит искусство, все, кто ему служит, относятся к театру как к храму. А храм в ужасном состоянии. Зрители приходят на праздник, на встречу с чудом, мечтают попасть в особую атмосферу, а оказываются среди обшарпанных стен и под облетающей штукатуркой. То есть я гораздо меньше озабочен «душой», чем «телом». Говорю об этом уже не первый год. Удивительно, что никто не возражает против моих призывов — все согласны, и работники театра, и власти города. Начальники вторят: «Да, это наша проблема». А воз и ныне там.

культура: Ваш «Макбет» идет сейчас только в Воронеже?
Васильев: Да, хотя танцевали его много: и в России, и за границей. Да и «Золушка» с недавнего времени осталась только здесь, а шла в нескольких театрах. «Кремлевский балет» сейчас вроде бы думает о возобновлении спектакля. Тогда я, конечно, переделаю оформление. В кремлевском спектакле я им не удовлетворен — сказки нет в декорациях. А она важна.

культура: Почему Вашему шекспировскому балету сопутствовала такая популярность?
Васильев: В нем есть роли: Макбет, его я сам танцевал, — роль многогранная и физически очень сложная. И леди Макбет — партия насыщенная, сильная, эмоциональная. Действительно, считаю этот спектакль нужным для танцовщиков — и для солистов, и для кордебалета.

Помню, как начиналась работа. Я — балетмейстер совсем молодой, поставил только «Икара». Композитор — известный, но впервые сочинял балет. Мы создавали спектакль вместе, Кириллу Молчанову необходимо было мое видение. Он говорил: «Володя, расскажите о какой-нибудь задуманной картине». И я рассказывал о трех ведьмах, у которых по два лица. Эти странные существа проходят связующей темой через все действие. Они все время на контрапункте, издерганные, ломаные, колдуют и предсказывают судьбу. А на следующий день композитор уже показывал фрагмент музыки. Так вариации ведьм стали первым фрагментом партитуры.

культура: Шесть десятилетий в творчестве — дата знаменательная, трогательная, почти сентиментальная. Тогда, в 1958-м, Вы стали солистом Большого театра. Сейчас — хореограф, постановщик, режиссер, педагог, художник, актер, поэт. Кем Вы сегодня себя ощущаете?
Васильев: Зачислен я был в труппу Большого артистом кордебалета и пару месяцев честно отработал в массовке. Конечно, я прежде всего танцовщик и хореограф и, наверное, становлюсь более профессиональным в искусстве живописи. Она для меня не хобби, а скорее второе призвание. Я оформил как художник многие свои спектакли.

культура: Ближайшими планами поделитесь?
Васильев: По окончании фестиваля еду в Португалию, там меня ждет награждение за вклад в балетное искусство. В Лиссабоне не задержусь, надо спешить в Барнаул, ставить «Блуждающие звезды» — для меня, как для любого художника, важно отметить очередное «-летие» новым спектаклем. Задуман вокально-хореографический спектакль на старинную еврейскую музыку — история о любви и разлуке актера и певицы. Роман Шолом-Алейхема заинтересовал меня давно, десятилетия назад.

культура: Разве в Барнауле есть балет?
Васильев: Там есть ансамбль песни и танца «Алтай», в этом молодежном коллективе я поставил «Дом у дороги» на музыку Валерия Гаврилина по поэме Александра Твардовского и провел Мастерскую, предложив хореографам сочинить номера по произведениям Василия Шукшина. Очень интересной оказалась миниатюра «Выбираю деревню на жительство» Дмитрия Залесского. Он будет моим помощником в «Блуждающих звездах».


Последний раз редактировалось: Елена С. (Пн Дек 03, 2018 1:56 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18938
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Ноя 09, 2018 9:12 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2018110903
Тема| Балет, МТ, Персоналии, Екатерина Кондаурова
Автор| Дарья Горбацевич / Фото Ира Яковлева
Заголовок| Екатерина Кондаурова
Где опубликовано| © La Personne
Дата публикации| 2018-11-08
Ссылка| https://www.lapersonne.com/post/ekaterina-kondaurova-mariinsky
Аннотация| Интервью



Она любит мужской парфюм, ей претит приторность и сладость в воздухе, она ценит внутреннюю свободу и правильную женственность, для нее балет — это жизнь, для нее балет — это средство от уродства жизни, для нее балет — это активатор эмоций и «онемевших чувств» современного человека. Интервью прима-балерины Мариинского театра Екатерины Кондауровой эксклюзивно для La Personne.

Московская государственная академия хореографии vs. Академия Русского балета им. А.Я. Вагановой.

Екатерина Кондаурова с детства понимала, что она хочет стать артисткой балета. Желание было настолько четким и осознанным, что все шаги по приближению к его реализации делались свободно, а все препятствия стойко преодолевались.

Родным городом Екатерины была Москва. Именно в Московскую академию хореографии она и стремилась попасть. «Да, меня не приняли в Московскую академию. Но я не испытывала какой-либо боли от этой ситуации. Было просто разочарование и обида. В те времена (в 90-е) не совсем все было честно. Чтобы куда-то поступить, нужно было иметь, естественно, связи, помимо всего прочего. Я понимала, что меня могли бы взять, но просто недостаточно было каких-то знакомств… Да, обидно». Екатерина признается, что было ощущение, что родной город ее предал, что теперь было необходимо все менять, «менять всю свою жизнь для того, чтобы достичь своей мечты, достичь целей, которые перед собой поставил». Но когда будущая артистка Мариинского театра Санкт-Петербурга переступила порог Академии А. Я. Вагановой, все снова вернулось на свои места. «Я четко знала, что закончу училище и буду танцевать в каком-то театре. Не осмеливалась предположить, правда, в каком именно, но в том, что буду танцевать на театральной сцене, не было сомнений».

Интернат — строгий институт воспитания личности, самосознания, ответсвенности и дисциплины, но имеющий свои «теплые» места и людей.

«Были и хорошие дни, и плохие, но четкой памятной картины определенного события не могу выявить. Общие же воспоминания достаточно позитивные. Надо отметить, что первые три года со мной жила мама. Она оставила половину нашей семьи (отец и брат Екатерины остались в Москве — прим.), и мы снимали квартиру в Питере. Но когда уже было невозможно жить на два города, решились-таки меня оставить в интернате одну.

Но я была тогда уже довольно взрослой по меркам начинающих артистов, которые достаточно рано становятся самостоятельными, так что особого стресса не испытала». О правилах жизни в интернате, которые необходимо было строго соблюдать Екатерина рассказывает, что «в холлах, конечно, никто не имел права ничего устраивать. Естественно, были воспитатели, все было очень строго… Могли, конечно, тайком там к друг другу в комнаты забегать, но особо не засидишься, не загуляешь. Однако любили допоздна засиживаться в телевизионной комнате, фильмы смотреть какие-то. Но это, я думаю, как у всех детей, все хотят как-то обойти правила: попозже лечь или убежать куда-то…». Данный комментарий артистки может немного удивить. Сейчас нередко в студенческих общежитиях, в интернатах хореографических и музыкальных училищ вечерние или даже ночные посиделки учащихся из разных городов, даже стран — один из способов наладить межличностный, межэтнический и межнациональный контакт среди молодых ребят. Такие «кулуарные» посиделки с настольными играми или разыгрываемыми «тайными соревнованиями» в музыкальных или танцевальных изощрениях сближают детей, помогают им легче пережить первые месяцы и даже годы пребывания в новом городе, стране, среди чужих людей, далеко от семей, окунуться в некую атмосферу соучастия. Но Екатерина Кондаурова поясняет, что, во-первых, дисциплина в хореографических училищах очень важный элемент, а во-вторых, в то время иностранные учащиеся Академии жили отдельно от российских. «Наш интернат был как бы междугородний, только для детей из российских городов, которые не могли каждый раз ездить домой. Из Гатчины, например, из Павловска… Из-за рубежа жили совсем в другом месте».

Привыкание подростка к новому месту жительства, к его правилам и порядкам — дело времени. «Не было рядом и такого человека, с которым я могла бы делиться какими-то личными своими воспоминаниями. Но педагоги, именно по классике (по классическому танцу — прим. ред.)… мне вот как-то везло с ними. Наталия Матвеевна Аподиакос была моим первым педагогом. Может быть, у нас не было таких прямо теплых отношений, но на моем творческом пути она была тем человеком, который дал все основное, что необходимо было. Потом Ирина Александровна Трофимова тоже несколько лет меня вела и, безусловно, внесла значительный вклад в мое развитие, как будущей артистки балета. А выпускала уже Татьяна Александровна Удаленкова. Ну и, естественно, мы с ней были дольше вместе, поэтому вот эта граница ученик-педагог уже чуть сокращена была, но, безусловно, сохранялась. Конечно, я не воспринимала эти отношения как дружеские, что, напротив, появляется в театре. В театре, уже имея некий жизненный опыт, я стала более открытым человеком, даже чем-то внутренним могла делиться. В школе же я была довольно-таки закрытым ребенком и не спешила никому рассказывать о своих переживаниях. Потому что… в принципе, это никого не волнует… обычно. А если и волнует, то потом это могут использовать как-то против тебя».

Театр — место статичной работы, место реализаций амбиций или же некое священное пространство, ауру которого ценишь, учишься телесно впитывать?

«Когда я приходила в театр (2001 год — прим. ред.), все было иначе, чем сейчас. Понимаю, это естественно. Вопрос «отцов и детей» вне времени, безусловна смена поколений и их чувствования. Но вот мое поколение…мы не приходили в театр как звезды, что вот мы, мол, пришли, сейчас будем танцевать, подвиньтесь все. Такого не было. Когда мы учились в школе, мечтали, что, может быть, нас возьмут в Мариинский театр, и у нас будет такая возможность, выходить в спектакле рядом с артистами, которые на тот момент блистали на этой легендарной сцене. Сейчас, мне кажется, вот такого подобострастного отношения нет у выпускников. Они приходят и первым делом узнают, что будут танцевать, и будут ли им даны сольные партии. Если они не будут танцевать соло, то, возможно, выберут другой театр. Недавние выпускники искренне считают, что альтернатива есть (Екатерина очень гордится своим театром и альтернатив ему не признает — прим. ред.). И сейчас руководство театра вынуждено искать какие-то способы, чтобы удержать молодых артистов. Например, заманить какими-то партиями, выстроить план развития карьерного пути конкретного выпускника, чтобы он согласился прийти в театр. Для меня это дико. Когда я выпускалась, мое отношение к этому театру (к Мариинскому театру — прим.) было как к божественному, священному месту, в которое попасть — честь».

Один театр — две сцены. Аура и гармоничная роскошь в интимном пространстве лазурной монументальности — по одну сторону, масштабность и простор модернистской архитектуры в прохладе золотого мрамора и бликов хрусталя — по другую.

«Первые годы, когда мы начинали осваивать новую сцену, разница ощущалась колоссальная. Привычная камерность сменилась объемной пространственностью. Постепенно работа с предложенными возможностями новой сцены вывела на поверхность определенные плюсы. Например, когда я смотрю со стороны ту же «Спящую красавицу», я понимаю, что многое от меня, как зрителя, ускользает на старой сцене, какие-то детали, которые вылавливаются в пространстве сцены новой».

Признание — это аплодисменты или награды? Эмоции или заполненные статуэтками с изысканным дизайном полочки, украшающие интерьер квартиры? А может, качественная критика?

«Отношение к труппе и отдельному артисту ненавязчиво, но проявляется так или иначе в «типе» аплодисментов и в критике. Например, замечала раньше и продолжаю замечать, что московская критика не очень жалует питерских артистов. Это исторически так сложилось. Обычные зрители возможно этого не замечают, но критика, мне кажется, стремится этот миф сохранять (миф о благородной сдержанности питерской академии, противодействующей жаркой экспрессивности мгаховских артистов — прим. ред.). Какое-то отношение более холодное к нашему театру в столице будто приветствуется. Считают, что Петербург — это неэмоциональность, ледяной академизм. Что бы мы ни танцевали, как бы ни насыщали наши спектакли внутренней экспрессией, им словно всегда недостаточно. Есть такое ощущение».

Что касается так называемых «оскаров» балетного мира, то Екатерина Кондаурова, обладательница статуэтки Benois de la Danse, дважды лауреат премии «Золотой софит», лауреат премии «Золотая маска» и других наград, признается: «Честно, для меня нет ни одной важной награды. Я не хочу обидеть эти компании, это все действительно очень приятно. Любое внимание к твоему творчеству — это здорово. Подобного рода подтверждения заслуженности твоего статуса в мире балета иногда могут означать, что ты идешь по правильному пути… но не всегда. Поэтому, ну если они есть, это здорово, если их нет, не стоит расстраиваться».

Как вдохновляется артист? Музыкой, цветом, повседневной эмоцией?.. Как артист «присваивает роль» себе? Ищет вовне, ищет внутри, расширяет границы собственного тела, осваивая жесты и артикуляцию окружающих, выискивая «телесную метафорику» на страницах немых текстов, невербальность которых роднит с родным искусством? Как происходит эта сборка нового тела, непрестанная сборка сценического Я?

Все начинается с разогрева в зале ранним утром. «Мне необходимо около 40 минут на разогрев перед утренним классом, чтобы размять, растянуть все проблемные места. Есть определенный набор движений, последовательность, темп и амплитуду которых я четко для себя выстроила и систематически выполняю. Что происходит в данный момент вокруг меня — все равно. Я могу, как многие, выполнять свой разогрев в наушниках под какую-нибудь музыку, выбираемую под настроение, могу просто под фоновый шум, могу вообще болтать в процессе. В этом плане, я предпочитаю систему в движении, порядок и контроль внутри себя, но вполне адекватно реагирую на хаотичность и непредсказуемость вокруг, во внешнем.

Надо сказать, что тот хаос и те эмоциональные ситуации, что окружают меня в повседневности, в личной жизни, нередко могут стать ресурсом для нахождения той или иной черты, мимической или жестуальной, которой можно окрасить персонаж, роль, над которой работаю. Обращать внимание на свои внешние выражения внутренних эмоций и переживаний во время стрессов, ссор и тому подобного мне посоветовала еще жена Алексея Ратманского, Татьяна, когда я работала над образом Анны Карениной. Но могу точно сказать, что следовать ее совету иногда крайне сложно. Ведь когда ты переживаешь какой-то эмоциональный всплеск, тебя переполняет негодование, грусть или даже злость… особенно при споре с любимым и родным человеком… Ну явно же не до исследования артикуляций своего тела и мимики в зеркале напротив.

С Анной я так в себе и не смирилась… Не помог мне спектакль, позволив условно прожить жизнь данного персонажа, данный характер, оправдать ее… понять. Некий негатив, связанный с ее поведением, так и остался во мне. Я не согласна с решениями, порывами, поведением Карениной, даже претерпев при проработке партии в некоторой мере те эмоции, которые были вложены в нее Львом Толстым.

Вот тут стоит говорить о необходимости артиста балета стремиться «присвоить роль». Такое стремление, как я считаю, должно быть всегда. Что я имею в виду? Ну вот есть у тебя возможность станцевать, сыграть определенного персонажа. Балетмейстер считает, что он твой, подходит тебе. А вот сам ты так не считаешь, не получается найти точки соприкосновения. Тогда нужно пытаться «присвоить» персонажа себе. Искать иные черты для него, которые, может, не прописаны в либретто, в первоисточнике, не ассоциируются у большинства людей, знакомых с данным героем, но тебе кажется и чувствуется, что они ему бы соответствовали. И надо эти найденные черты отстаивать, привносить в него, как бы деконструировать данного персонажа, чтобы освоить. Но подходить к этому стоит ответственно. Зритель должен в итоге поверить наравне с тобой, что да, это тот самый герой и ему действительно свойственна такая манера, такие поступки, такие реакции.

Кстати, над партией Анны Карениной, ее театральной составляющей, было еще интересно работать в силу того, что происходило глубинное погружение в сам текст Льва Толстого. Когда отрабатывалась та или иная сцена, я тут же отмечала для себя, в каком куске прозаического текста могу ее найти. Открывала книгу и изучала все описания эмоциональных переживаний героини в заданной сцене, описания ее движения, манеры держаться». Описания на страницах текста-источника реакций второстепенных персонажей друг на друга, на главного героя — действительно ценный ресурс для артистов. Они могут воображать, представлять себе, что же может такого делать их персонаж параллельно с описываемыми автором реакциями… Черпать свои жесты, осуществлять «сборку» своего образа, как бы читая между строк или за строками описания чувств других, откликающихся на поведение героя, рассматриваемого для инсценировки. Интересно, не правда ли?

История Анны Карениной вдохновила многих современных балетмейстеров на реконструкции, ре-актуализации данного сюжета в контексте новой театральности, реальности и идеологии. Сам образ Анны переживает разного рода трансформации в интерпретациях различных хореографов и артистов. Анна Каренина Б. Эйфмана, Дж. Ноймайера, К. Шпука — совершенно разные образы, характеры, личности. Екатерина Кондаурова отметила, что «было бы здорово протанцевать, сыграть все предлагаемые лики Анны. Трудно, но крайне интересно».

Что касается опыта работы с тем или иным сценическим образом, прима Мариинского театра вспоминает и «Кармен-Сюиту» Альберто Алонсо. «Мне было очень интересно работать над образом Кармен. Знаете, два любимых мной момента в данном балете, в которых внутренняя работа над собой приняла очень интимный характер? Первый — сцена, когда Хосе ведет Кармен в тюрьму. Мне нравится, как Кармен ведет игру с Хосе, неожиданно оказываясь беззащитной в его руках, и как она смеется над его реакцией на ее эмоциональные провокации. Второй момент — сцена, когда Кармен появляется на арене во время танца Тореадора. Для всех зрителей корриды он – кумир, но не для нее. Тореадор заинтересовал Кармен лишь постольку, поскольку в нем ощущается такая же свобода и сила характера, какие девушка чувствует в себе. И она начинает пристально наблюдать за ним, берет табурет САМА, ставит его туда, где ЕЙ удобно. Замирая в одной позе, она следит за ним, не отводя глаз, как удав за кроликом, решая, стоит этот мужчина дальнейшего ее внимания или нет. Мне кажется, эта одна из показательных сцен характера Кармен, который пропитан стремлением к внутренней свободе и независимости. Девушка не обращает внимания на окружающих, она свободна в выборе, в своих решениях, у нее нет страха нести ответ за свои действия, потому как она знает свою судьбу».

А что после балета, или что параллельно с работой в театре… Получение высшего образования? Открытие для себя новых сфер деятельности?

Будучи еще в театре некоторые артисты пытаются параллельно получать высшее образование. «Я тоже об этом подумывала, но до сих пор не могу вот решить, какая область могла бы меня завлечь, к чему потенциально есть навык помимо хореографии. Хотя меня вполне устраивает пока, что театр забирает у меня все время. Я люблю свою профессию, ценю все ее составляющие».

Может, педагогика?

«Касательно педагогической деятельности… Да, во мне уже просыпается такое желание — поделиться опытом, помочь молодому артисту прийти быстрее к тому, к чему с чистого листа идти тяжело и долго. Я не думаю, что готова работать с целыми классами, но вот репетировать отдельные партии, которые были освоены когда-то мной, индивидуально с ученицей старших классов Академии или с новоприбывшими в труппу артистами могла бы. Думаю, мне есть чем поделиться».

Проекты?

Мариинский театр для Екатерины Кондауровой стоит на первом месте, все сторонние проекты за рубежом, предложения работы с европейскими хореографами вне родных стен — лишь по мере возможностей, если позволяет график. Что не вынуждает отказываться от ролей в репертуаре Мариинского, то с удовольствием и большим желанием принимается артисткой, если обратное — отказ. «Я всегда открыта для расширения индивидуального хореографического языка и подхожу с любопытством и честностью к освоению номеров и спектаклей иностранных балетмейстеров. Но лучше, когда реализуются подобные проекты в стенах Мариинского, в Санкт-Петербурге. Надо звать, приглашать иностранных хореографов, безусловно. Например, почему бы не привезти в Россию, в Питер «Алису в стране чудес» Кристофера Уилдона? Прекрасный, такой красочный, насыщенный образами, мотивами и нетривиальными мизансценами балет! Труппа была бы крайне рада возможности станцевать подобный спектакль».

Что же касается внутрироссийских проектов из серии отдельных номеров, поставленных разными хореографами и исполняющихся в один вечер, которых сейчас так много инициируется артистами: «Не знаю, — говорит Екатерина Кондаурова, — не мое это. Я не вижу часто реально продуманной концепции подобных работ, единой линии, объединяющего мотива или идеи, которые в конечном итоге не теряются за именами, новизной. Зачем мне это как артистке? Конечно, если мне предлагают проект, и я действительно вижу потенциальную пользу в нем для себя как балерины, то погружаюсь в него с головой. Но не часто такое происходит».

Сегодня артистам и артисткам балета, выросшим на русской классике, на традициях российской хореографической школы, не чужды эксперименты с современной хореографией, основанной на совершенно разных концепциях тела и развивающей разные техники.

Как признается Екатерина, некоторые способы пластического выражения, освоенные в работе с современными хореографами Запада, она сознательно «перетащила» в классику, которую исполняет. «По-моему, правильное совмещение техник современного танца, обращенных к научению телесного удлинения жеста, тягучих и скользящих переходов из одной позы в другую, внутреннего сдерживания энергии и порционного ее выплескивания наружу, с грацией, тонкостью, благородством и статуарностью движения классического только в плюс академическому балету. Необходимо лишь помнить о гармонии».

Екатерина Кондаурова знает, о чем говорит. У примы Мариинского театра большой опыт работы с языком современного танца и совершенно разными хореографическими техниками, развиваемыми такими признанными новаторами как Джордж Баланчин, Джером Роббинс, Ханс ван Манен, Уильям Форсайт, Пьер Лакотт, Анжелен Прельжокаж, Саша Вальц, Уэйн МакГрегор и др.

«Помню «Четыре темперамента» Баланчина на музыку Пауля Хиндемита. Сначала я танцевала одну из четырех женских партий, сопровождающих солистку Меланхолию, а потом солировала сама в роли Холерика. Должна сказать, это был крайне полезный опыт. Цель — выразить душевное состояние, темперамент и присущее ему поведение, совершенно не используя мимику. Все, что у меня было в распоряжении — мое тело «без лица». И надо сказать, моему телу понравилось быть холериком, может, это даже естественное его состояние… Резкие, угловатые движения локтями, коленями, плечами, напряженная сдержанность, внезапно прерывающаяся тактильным взрывом, широкой эмоциональностью, которая также резко снова уходит вовнутрь. Как-то прямо мое».

Далее мы решили узнать, какие ассоциативные ряды возникают в памяти примы Мариинского театра при упоминании имен тех некоторых современных хореографов, в работах которых ей уже довелось танцевать:

Джером Роббинс


«Лед и пламя, заключенные в изысканный, интеллигентный танец».

Ханс ван Манен

«Академизм, внутренняя сдержанность энергии, не допускающая внешнего взрыва. Я танцевала «Пять танго», и да, ощущения именно такие, как это не парадоксально. Его танго страстное, но вся эта страсть должна концентрироваться внутри, внешне же — чистый академизм с горящими глазами и четкими точками в каждом жесте, батмане, туре».

Уильям Форсайт

«Экспрессия, безудержная физическая энергия, стирающая грань между основным текстом и импровизацией».

Пьер Лакотт

«Если говорить только о партии «Королевы моря» в «Ундине»… мелкая техника и ограниченный простор для эмоционального самовыражения. Мне немного не хватает именно шири в его хореографии, какого-то возможного потенциала движения. Это чувство возникало и при исполнении партий в его балетах, и когда просто смотрю его работы».

Анжелен Прельжокаж

«Гений тонкого, интимно-сексуального чувства, без малейшего налета пошлости. Люблю его работы очень-очень».

Саша Вальц

«Эмоции, выражающиеся через неклассические движения, с животной, порой первобытно-дикой энергетикой».

Уэйн МакГрегор

«Танец на грани, на пределе возможного и даже больше. Наивысшая точка эмоциональности и физического напряжения, когда чувствуешь каждую жилку и нерв своего тела, в каждой клеточке – мощный энергетический заряд, готовый взорваться».


БЛИЦ

Первый выход на сцену


«Лебединое озеро», четвертая линия кордебалета. Я тогда очень волновалось и считала, что нет ничего важнее и ответственнее исполнения, которое мне предстояло.

Я никогда не пробовала…

Столько всего…Серфинг.

У меня всегда с собой эти три вещи

Что-нибудь сладкое, ключ от чего бы то ни было. Третья вещь…хм…еще одна конфетка? Ах вот, театральный пропуск.

Любимый город

Санкт-Петербург вне конкуренции.

Я горжусь…

Моей семьей и моим театром.

Яркие моменты детства

Не могу выделить. Мое детство все очень яркое, я ведь обучалась в хореографической академии.

Я читаю на данный момент…

Как правило, несколько книг одновременно. Но сейчас «Петербург» Андрея Белого и «Вино из одуванчиков» Рэя Брэдбери — любимая книга для меня, перечитанная множество раз и еще множество раз читаемая в будущем.

В моем плейлисте…

Много всего разного и джаз-соул.

Я не могу без…

Любви.

Секрет успеха

Его нет. Есть лишь честная работа и честный ты.

Отношение к социальным сетям

Положительно-нейтральное. Хорошая возможность показать видимое многими так, как видишь это ты.

Казусы на сцене

Многое бывало. Но вот как-то выпал кинжал в балете «Бахчисарайский фонтан», когда впереди еще была сцена, в которой разгневанная Зарема бросается на Марию с этим самым кинжалом, намереваясь убить. Пришлось запугивать угрозой смерти с помощью кулака.

Способность, которой хотелось бы обладать

В детстве хотела читать мысли. Сейчас понимаю, что это ужасное желание… Может, летать. Но порой ощущаю, что данной способностью я уже обладаю. Пожалуй, всё-таки уметь петь, особенно как Арета Франклин (прим. ред. одна из любимых композиций Екатерины – You Make Me Feel Like)

Ваше состояние духа в настоящий момент

Гармония.

«Душа» танца – это…

Состояние, честно транслируемое артистом зрителю.

Фото Ира Яковлева
=================================================================
Все фото - по ссылке


Последний раз редактировалось: Елена С. (Пн Дек 03, 2018 2:04 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18938
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Ноя 09, 2018 9:23 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2018110904
Тема| Балет, Театр ​«Астана Балет», Премьера, Персоналии, Николо Фонте
Автор| Евгения Мягкова
Заголовок| ​«Астана Балет»: покоряя вершины
Где опубликовано| © Республиканская газета «Казахстанская правда»
Дата публикации| 2018-11-09
Ссылка| https://www.kazpravda.kz/fresh/view/astana-balet-pokoryaya-vershini
Аннотация| ПРЕМЬЕРА

На сцене Театра «Астана Балет» прошла мировая премьера балета американского хореографа Николо Фонте Love’s Lost Idols, которая составила часть триптиха, посвященного современной американской хореографии.



Три одноактных постановки в репертуаре театра стали свое­образной историей американского балета ХХ–ХХI веков. Сначала на столичную сцену был перенесен балет Дж. Баланчина «Серенада» (премьера 1934 года), затем У. Форсайта In the Middle, Samewhat Elevated (премьера 1987 года) и вот – Love’s Lost Idols («Утерянные кумиры любви») Н. Фонте.

Эти балеты появились с разницей примерно 40 лет. Собранные на одной сцене они дают возможность проследить развитие американского балета, который оказал влияние на мировую хорео­графию в целом. Имена Айседоры Дункан и Марты Грэм, Джорджа Баланчина и Уильяма Форсайта – культовые. Какие работы современных хореографов станут знаковыми, покажет время.

В работах Николо Фонте прослеживаются ключевые принципы неоклассических постановок: бессюжетность, отсутствие пышных костюмов, минимализм в сцено­графии, внимание к главному инструмен­ту танцовщика – его телу и безграничным возможностям этого совершенного средства выражения, созданного природой и отшлифованного годами учебы и репетиций. Число работ смелого новатора Фонте приближается к сотне. Он танцевал в балетах Джорджа Баланчина, Антони Тюдора, Марти Куделки и Начо Дуато, создавал балеты для компаний в США и Германии, Голландии и Франции, Бельгии и Австралии, многих других стран. Он говорит, что танец – это его жизнь.

Хореограф признается, что рад сотрудничать с молодой труппой из Казахстана. Когда он увидел выступления коллектива в США, то отметил универсальность и высокий уровень мастерства исполнителей, их пластику и техничность, способность танцевать как классику, так и неоклассику. Поэтому Николо Фонте с удовольствием согласился создать для молодого театра новый балет.

Love’s Lost Idols – балет-новелла о том, что нужно жить настоящим, наслаждаться и радоваться тому, что есть здесь и сейчас, ведь в мире все преходяще. Это балет-поэма, посвященная мигу нашей жизни, который одновременно и вечность, балет-метафора о торжестве жизни и одновременно предупреждение о недолговечности всего сущего.

Неоклассика может выразить любую идею, имеет открытую и экспериментальную форму, не ограничивающую фантазию балетмейстера, предоставляет безграничные возможности для демонстрации таланта танцоров. Но неоклассический балет чрезвычайно сложен, потому что это невероятно стремительный и быстрый стиль, требующий феноменальной отточенности и выверенности движений. Нет времени на продумывание на сцене поворота, прыжка или поддержки, все должно быть уже в мышечной памяти и крови.

Вот и в балете Фонте на первом месте насыщенная сложными элемен­тами хореография, танец во всех его технических проявлениях, совершенстве и страстности. От артистов новая постановка потребовала мобилизации всех сил. Фонте – хореограф требовательный, планку ставит высокую. Ему нужны артисты быстрые и харизматичные, в совершенстве владеющие телом, способные управлять центром тяжести и дыханием, одаренные талантом физического и эмоционального самовыражения.

Что особенного в танце Фонте? Чем отличается его постановка от других одноактных балетов в репертуаре театра (а их – 16)? Хореографический язык Фонте оригинален, в его работе масса интересных лексических новаций, захватывающая причудливость танцевального рисунка. Его не спутать с другими. Использована вроде прописная балетная азбука: плие, арабески, прыжки. Но на сцене ты видишь богатство выразительных поз, особую пластику, какую-то невероятную гуттаперчивость и податливость тел, красоту жестов, непрерывный поток танцевальных форм.

Если классика базируется на солистах, то в балете Фонте солисты – все исполнители: Айжан Мукатова, Татьяна Тен, Каламкас Орынбасарова, Марина Кадыркулова, Ансаган Кобентай, Дилара Шомаева, Дэвид Джонатан, Казбек Ахмедьяров, Илья Манаенков, Байкадам Тунгатаров, Артур Эдисон, Фархад Буриев, Сундет Султанов. Здесь команда из десяти исполнителей, слитых в одно целое, спаян­ных в неразрывный мощный ансамбль, в целостный организм.

Особенно поражают виртуозно исполненные замирающие групповые позы, когда артисты, используя технически сложные поддержки, создают рельефные и объемные конфигурации из тел. Они дают возможность зрителям насладиться многомерной скульп­турой, которая через несколько секунд исчезнет, рассыплется на составляющие. Эти фантастичес­кие паузы завораживают.

Вот где идея спектакля! Человек, цени это мгновение, потом его не будет никогда. Насладись радостью жизни и созидания прекрасного сейчас. Увидь, как совершенны тела артистов и их техника. Завтра это все будет уже другое.

Удивительно сближение хорео­графии и музыки в спектакле.

– Для этого балета я выбрал музыку итальянского композитора Эцио Боссо («Струнный квартет № 5 «Музыка для жильца»), – говорит Николо Фонте. – Эта музыка напоминает полумрак, похожа на свет, который стремится просочиться через трещину в стене, чтобы освободиться. Она подобна сильному мгновенному эмоциональному проявлению радости или удивления.

Прекрасна и трагична судьба нашего современника Эцио Боссо. В 4 года, еще не зная букв, он умел читать партитуры. Его называли юным гением и предсказывали блестящее будущее. Он был виртуозным пианистом, дирижером, писал оперы и симфонии, музыку к фильмам и балетам. 7 лет назад ему поставили диагноз боковой амиотрофический склероз (неизлечимая болезнь, которая постепенно парализует тело человека).

«В один миг я потерял все: речь, музыку. Я играл и плакал, месяцы и месяцы мне не удавалось ничего написать, – говорил он. – Музыка больше не была частью моей жизни, она была далеко. Сейчас мне трудно разговаривать, я больше не могу бегать, но еще могу играть… Иногда мы, люди, смешные, потому что относимся к красивому как к чему-то само собой разумеющемуся. …Музыка – это такое счастье, которым мы делимся с другими. Она учит нас самому важному – умению слушать. Музыка – постоянное волшебство. Недаром у дирижеров в руках палочка, как у волшебников». И Боссо говорит своей музыкой: цените каждое мгновение, радуйтесь, что можете видеть и ходить, любить и просто жить.

Оригинальная световая партитура спектакля (художник по свету Майкл Маззола) подчеркивает эфемерность и быстротечность окружающего: лучи света то собираются в яркий пучок, то рассыпаются бликами, образуют четкие фигуры, а потом вдруг растворяются в пустоте.

Для костюмов художника Кристин Дарч использована ткань, на которой изображены ангелы. Благодаря игре света и пластике исполнителей сами костюмы соз­давали эффект движения. Казалось, что сцена заполонена большим количеством артистов. Хотя на самом деле в каждом составе 5 девушек и 5 юношей.

Новая работа Театра «Астана Балет» дает зрителю информацию к размышлению, помогает глубже понять суть происходящего в нас и вокруг, учит думать и ощущать. Love’s Lost Idols – эта квинтэссенция чистой красоты хореографии позволяет публике понять возможности современного балета, а коллективу – обрести новый опыт, постичь новый хореографический язык, обрести мощный импульс для дальнейшего творчества.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18938
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Ноя 09, 2018 9:30 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2018110905
Тема| Балет, Театр ​«Астана Балет», Премьера, Персоналии, Николо Фонте
Автор|
Заголовок| Язык тела: На сцене "Астана Балет" показали "Утерянные кумиры любви"
Где опубликовано| © Tengrinews.kz
Дата публикации| 2018-11-09
Ссылка| https://tengrinews.kz/picture_art/yazyik-tela-stsene-astana-balet-pokazali-uteryannyie-kumiryi-357211/
Аннотация| ПРЕМЬЕРА



Известный в США и Европе как смелый новатор американский хореограф Николо Фонте создал для труппы столичного театра совершенно новую и сложную постановку. Балетмейстер, работы которого отличаются экспрессивностью и увлекательными сюжетами, сумел воплотить в жизнь свою идею через уникальный пластический язык танца. Премьера одноактного балета в стиле неоклассики "Утерянные кумиры любви" (Love’s Lost Idols) на музыку итальянского композитора Эцио Боссо, прошедшая 2 и 3 ноября в театре "Астана Балет", получила шквал оваций столичной публики. Зрители восторженно аплодировали танцорам и отказывались отпускать их со сцены.

Своим философским спектаклем, как ранее уже признавался сам Николо Фонте, он хотел передать чувства человека, который живет и любит в настоящий момент, не откладывая жизнь на потом. Благодаря этому танец получился многоплановым, выразительным, а местами даже экстремальным. Собственно, таким же видят индивидуальный почерк американского хореографа балетные критики, отмечая заметную экспрессивность и тонкую нить огромного философского смысла, а также смелость и оригинальность в его работах.

Сам Николо пришел в балет, когда ему было 14 лет. По окончании Школы балета Джоффри в Чикаго, он проучился в балетах Сан-Франциско и Нью-Йорка и получил степень бакалавра изобразительных искусств. Карьера танцора началась с труппы Peridance в Нью-Йорке, затем он присоединился к Les Grands Ballets Canadiens в Монреале, танцуя в работах Баланчина, Тюдора, Кудельки и Испани Начо Дуато, а впоследствии ушел в Duo's Compañia Nacional de Danza в Мадриде, где за семь лет состоялся не только как сильный танцор, но и как искусный хореограф.

Один из трех балетов Фонте под названием En los Segundos Ocultos (In Hidden Seconds), созданный специально для испанской компании, был воспринят как прорывная работа, сильно влияющая на поэтическое видение зрелого художника. Этот балет занимает особое место на европейских сценах.

В 2000 году Фонте ушел из выступлений, полностью посвятив себя хореографической карьере. С тех пор его профессиональная история только растет и насчитывает уже более 90 работ. За 18 лет он успел создать спектакли для множества балетных трупп, среди которых Королевский датский балет, Королевский балет Фландрии, а также балеты Пенсильвании, Вашингтона, Хьюстона, Майнца, Нюрнберга, Голландии, Австралии, Финляндии, Британской Колумбии, Монреаля, Северной Каролины и Квинсленда. В списке его работ числится даже "Пермский балет Чайковского", где Николо воссоздал постановку Михаила Фокина 1911 года "Петрушка" спустя сто лет, показав ее в своей, более современной интерпретации. При этом он дистанцировался от версии Фокина, стилизованной под русский ярмарочный балаганный театр, и подчеркнул своей современной танцевальной лексикой и сдержанной сценографией.

С труппой театра "Астана Балет" знакомство произошло в Нью-Йорке во время прошлогодних гастролей театра. Посмотрев программу коллектива, балетмейстер отметил высокий профессиональный уровень театра, красоту и энергичность танцовщиков. А позже было принято решение создать для казахстанского театра оригинальный спектакль "Утерянные кумиры любви" (Love’s Lost Idols).

Приглашенный хореограф театра "Астана Балет" Рикардо Амаранте рассказал, что уже несколько раз работал с американским балетмейстером на европейских сценах и был свидетелем того, как бурно публика реагировала на его постановки.

"Обычно после его спектаклей замечается быстрый рост компании, потому что он заставляет артистов расти, работать, обучаться", - поделился он своими впечатлениями от Николо Фонте.

Ведущая солистка театра Татьяна Тен, подтверждая слова своего коллеги, заметила, что за время работы с этим хореографом получила огромный опыт. По ее словам, Фонте не только "лепил" артистов, но и прислушивался к ним, спрашивал об их чувствах, об импульсах, которые их тела получают во время танца.

"Это не классические линии, которые мы привыкли видеть, это другие, немного ломаные линии, связанные со скульптурой. В этом есть своя красота. В постановке мы себя находили в совершенно новом образе. Твое тело само собой сливается с музыкой и начинает выражать что-то другое, не то, что ты обычно привык делать", - рассказала артистка.

Несмотря на то, что хореография спектакля была очень сложной, артисты признались, что с постановщиком было интересно работать, и назвали его "очень эмоциональным" балетмейстером.



Отметим, "Астана Балет" начал работать над постановкой нового двухактного балета с развернутым сюжетным стержнем "Бейбарс", где хореографом выступит главный балетмейстер Мукарам Авахри. По ее словам, это будет некий эксперимент, где художественные и сценические решения будут выступать на равных. Предполагается, что это будет кинобалет, повествующий об исторической личности, прошедшей путь от воина-раба до правителя. В пресс-службе театра отметили, что дата премьеры "Бейбарса" скоро станет известна.
==================================================================================
Все фото - по ссылке
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18938
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Ноя 09, 2018 10:36 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2018110906
Тема| Балет, Башкирский театр оперы и балета, Персоналии, Леонора Куватова
Автор| Беседовала Юзлекбаева Динара.
Заголовок| Интервью с народной артисткой России и Республики Башкортостан Леонорой Куватовой
Где опубликовано| © портал "Культурный мир Башкортостана"
Дата публикации| 2018-11-09
Ссылка| https://kulturarb.ru/ru/spetsproekty/intervyu/intervyu-s-narodnoj-artistkoj-rossii-i-respubliki-bashkortostan-leonoroj-kuvatovoj
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ



Накануне редакция портала "Культурный мир Башкортостана" пообщалась с выдающейся балериной, хореографом и педагогом, народной артисткой России и Башкортостана Леонорой Куватовой. Сегодня, 9 ноября, Леонора Сафыевна отмечает свой юбилей.

Леонора Сафыевна, Вы всю свою жизнь посвятили творчеству. Вот уже 50 лет Вы неизменно служите Башкирскому театру оперы и балета. Сегодня, пройдя такой большой путь, можете ли Вы подвести какую-то творческую черту?

Когда наступают определённые даты, задумываешься о том, что было, что хорошего, что плохого. 25 лет я танцевала на сцене, отвечала только за себя. Конечно, танцевать – это трудно, но отвечать только за себя оказалось намного легче. Следующие 15 лет я совмещала работу с преподаванием в хореографическом колледже и в театре. И сейчас уже 10 лет руковожу балетной труппой. Безусловно, отвечать за людей и вообще работать с людьми – намного сложнее. Но мне есть, чем гордиться. Среди моих учеников есть и народные, и заслуженные артисты. Есть без звания, но которые работают по всей России и с честью несут имя выпускников хореографического колледжа имени Рудольфа Нуреева. Нет такой труппы, где бы не работали наши выпускники. Я их очень люблю.

Мой супруг Шамиль Терегулов руководил 20 лет. Он начинал в 90-е годы. Все знают, что это такое. Был период, когда театр хотели прикрыть, а труппы практически не было. Спектакли шли, но ставились они со слезами на глазах. В то время в училище у него уже были курсы. Он вёл класс мальчиков шестой-седьмой год, были и выпускники. Шамиль взял их в труппу. Это, в какой-то мере поддержало, они не дали труппе развалиться.

Мы всегда мечтали, чтобы у нас был репертуар как в Большом и Мариинском театрах. Шамиль первый договорился с великим балетмейстером XX века Юрием Григоровичем. Юрий Николаевич согласился, увидев в Шамиле огромный потенциал в том плане, что была растущая труппа. Я чрезвычайно благодарна Юрию Николаевичу, потому что именно его шедевры востребованы везде. Например, за границей и в любую поездку всегда просят именно его спектакли – «Легенда о любви», «Спартак», «Щелкунчик», «Лебединое озеро». Это шедевры, и этим всё сказано. Шамиль тоже ставил свои спектакли «Бахчисарайский фонтан», «Ромео и Джульетта» востребованы до сих пор.

Хочу сказать ещё об одной заслуге Шамиля. По идее Юрия Николаевича они совместно организовали в Уфе Международный фестиваль имени Рудольфа Нуреева. Они были зачинателями, и, как вы знаете, в этом году фестиваль прошел уже в 21-й раз.

За 20 лет Шамиль действительно смог труппу «поставить на ноги». Когда я пришла к руководству, то продолжила его традицию. Приходили молодые интересные выпускники из хореографического колледжа. Когда я увидела, что состав труппы готов к «Спартаку», я позвонила Юрию Николаевичу. Он предложил начать с «Корсара», и после его постановки дал добро на «Спартак». К тому времени из училища выпустились Исхаков, Гаврюшина... У нас был сильный состав солистов для этого спектакля, и я верила, что он состоится. И, благодаря «Спартаку», у нас подтянулся мужской кордебалет. На сегодняшний день в труппе мужского состава столько же, сколько и женщин. Это большая редкость, поэтому мне завидуют все руководители периферийных театров.
"Легенду о любви" мы возили на фестиваль всероссийских театров в Самару, в июне выступали в Италии с балетом «Дон Кихот» в хореографии Григоровича. В конце сентября нас пригласил балетный город Пермь именно со спектаклями "Легенда о любви", "Спартак" и "Анюта", который с успехом идёт в хореографии Владимира Викторовича Васильева.
Работа с такими мастерами дала рост нашим молодым артистам. Потому что они окрепли технически, при этом росли как актёры. Я смотрю последние спектакли с гордостью и очень радуюсь тому, что за 30 лет удалось многое.

Каковы особенности выбора репертуара?

Мы должны делать репертуар, исходя из нескольких задач: чтобы был рост наших артистов и было интересно зрителю. Конечно, обязательно нужно ставить новые постановки. Мы восстановили «Журавлиную песнь» - замечательный спектакль, смотрится на одном дыхании. С директором театра Ильмаром Альмухаметовым мы всегда обсуждаем вместе, что делать. Мне помогает его режиссёрское видение. Он выдвинул очень интересную идею. Общеизвестно, что театр оперы и балета - это Дом Аксакова. Но у нас не было ни одного спектакля по произведениям Сергея Тимофеевича Аксакова. Ильмар Разинович предложил сделать «Аленький цветочек», и получился яркий, интересный детский спектакль. Новое – это всегда кот в мешке. Одно дело - апробированные спектакли, которые знают во всём мире. А делать спектакль с нуля - совсем другое. Если взять балет «Журавлиная песнь» - это наша национальная гордость. Кстати говоря, следующей осенью мы планируем вести его на балетный фестиваль театров.

Идут также постановки наших молодых балетмейстеров – Рината Абушахманова, Саръяра Сулейманова… Растут наши ведущие артисты, уже мастера сцены – Гульсина Мавлюкасова, Гузель Сулейманова, и молодые – Валерия Исаева, Софья Гаврюшина, Лиля Зайнигабдинова, Рустам Исхаков. Я очень горжусь тем, как Андрей Брынцев растёт из спектакля в спектакль. Я с удовольствием посмотрела его в роли Модеста в «Анюте». В этой гротесковой партии он вырос в настоящего актёра. Не просто артиста балета, который делает технику. Он даёт сильный, мощный образ. Этим и интересна сейчас наша труппа: и технический уровень хорош, и актёрская игра.

Я не могу не сказать о наших педагогах, которые работают с ребятами и выводят их на новый уровень мастерства - это Людмила Васильевна Шапкина, Елена Юрьевна Фомина, Галина Георгиевна Сабирова - наши ведущие педагоги.

Что касается последних работ, например, хореографической мастерской "Rudy dance lab", это было достаточно интересно. И я всегда знала, но сейчас ещё раз убедилась, насколько тело, выражающее музыку, позволяет получить эмоциональную отдачу. И я надеюсь, что объединение музыки, движения, выразительности и образности, даёт зрителям радость. Ведь балет - о любви и высоких подвигах, он зовёт ввысь, к прекрасному.

Как Вы считаете, на какой позиции сейчас находится Башкирский театр на международной арене?

Нет предела совершенству. Всегда есть, над чем работать, и, безусловно, есть какие-то проблемы. Но за 30 лет выросла и труппа. И я не устаю повторять, что труппа существует, в первую очередь, благодаря хореографическому колледжу. Это замечательно, что в своё время был открыт колледж.
Раньше мы учились в Ленинграде. Каждые 10 лет все республики направляли танцоров на обучение. Получалась полностью интернациональная школа, потому что для каждой республики было почётно иметь театр оперы и балета. Уровень культуры нации определяется именно культурой высокого искусства. У нас потрясающее здание театра: замечательная акустика, люди заходят сюда, как в храм, здесь совершенно особенная атмосфера.

Репертуар у нас очень обогатился. Благодаря современным технологиям, есть возможность учиться у зарубежных коллег и делиться своим опытом. Но русский балет славится своей духовностью. Наши артисты играют так, что заставляют зрителя сопереживать. Эта задача искусства - самая важная. Как сказал Антон Павлович Чехов, театр должен потрясать. По русской школе танца, по учебникам моего первого педагога Надежды Павловны Базаровой учится весь мир. Я этим горжусь и очень благодарна своим педагогам за то, что они дали такую школу. В любой профессии школа важна, а в нашей - особенно. Школа позволяет дольше танцевать, долго держит в форме, предохраняет от травм.

Сама, будучи педагогом, я ездила на мастер-классы в Японию, работала в Италии, в Турции, и с артистами, и с детьми. Я благодарна тому, что, танцуя, я преподавала в училище. Это неоценимый педагогический багаж. С другой стороны, я сейчас стала жалеть, что мало внимания уделяла братьям, родственникам...

Расскажите о своих зарубежных гастролях, как они происходили тогда?

Во времена Советского Союза мне удалось побывать практически во всех странах мира, хотя в эти годы на гастроли отправляли только Большой и Мариинский театр. Я ездила в составе группы Министерства культуры Советского Союза, организовывала концерты из ведущих артистов театров под названием "Звёзды России". В конце 70-х годов между Америкой и Советским Союзом были очень сложные отношения, но тем не менее поездка в США состоялась. Когда после концертов американский зритель стоя аплодировал артистам, наши дипломаты, которые находились в зале, сказали: "Вы для сближения наших стран сегодня смогли сделать больше, чем мы".

Ваша любовь к балету нашла продолжение в Вашей семье?

Мой сын, конечно, очень хотел танцевать, все говорили, какой он способный. Но он рос в очень тяжёлый период, к тому же в Уфе тогда ещё не было хореографического колледжа. Мы с мужем решили, что хватит наших мучений. Но, вы знаете, в любой профессии легко не бывает. Видимо, у нас гены, ещё от дедушки, работать, батрачить до конца, пока тебя ноги носят. Сын всегда учился на отлично, поступил в Московский университет имени Ломоносова, на очень сложный философский факультет. Я горжусь им. И сейчас по всем вопросам он мой первый помощник и советчик.

Самое яркое событие Вашей жизни?

Каждая премьера, каждая работа с великими мастерами - это великое событие. Перед поездками я занималась уроками в Большом и Мариинском театре. Мне посчастливилось заниматься у Марины Тимофеевны Семёновой, репетировать с супругой Касьяна Голейзовского Верой Васильевной... А если говорить о жизни, как для каждой женщины, самое яркое событие - это, конечно, рождение сына.

Вы всегда мечтали быть балериной?

Я росла в доме, где жил весь свет башкирской культуры. С детства мы наблюдали, что это совершенно другие люди: они летали, а не ходили (смеётся). Конечно, нам хотелось быть на них похожими. Моя двоюродная сестра Венера Галимова была балериной, тоже училась в Ленинграде. А Насретдинова Зайтуна Агзамовна с Сафиуллиным Халяфом Гатеевичем повели меня на комиссию из Ленинграда, где происходил отбор детей для обучения. Меня посмотрели, и я им подошла. Действительно, я всю жизнь мечтала и очень хотела быть балериной. Моя мама не очень хотела отдавать меня в эту профессию, потому что понимала, какие сложности она в себе несёт. А папа, наоборот, говорил, чтобы я ехала, потому что это интересно. Я думаю, от человека зависит. Если он трудолюбив, ответственно относится к работе, то он может состояться в любой профессии.

В чём Ваш личный секрет молодости и неугасаемой энергии?

Никакого секрета нет! Просто работать с утра до ночи! Ну, а на самом деле, как мне всегда говорит мой сын, мысли материализуются. И поэтому я, в свою очередь, стараюсь думать только хорошо.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18938
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Ноя 09, 2018 11:38 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2018110907
Тема| Балет, проект "Большой балет", Персоналии, Азарий Плисецкий
Автор| Алина Артес
Заголовок| Азарий Плисецкий: Балетные люди - особая нация
Где опубликовано| © Российская газета
Дата публикации| 2018-11-09
Ссылка| https://rg.ru/2018/11/09/azarij-pliseckij-baletnye-liudi-osobaia-naciia.html
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ



По субботам с 10 ноября на телеканале "Россия К" новый сезон масштабного проекта "Большой балет". Этот уникальный в своем роде конкурс открывает новые имена в балетном искусстве, дает возможность молодым артистам проявить себя, продемонстрировать не только безупречную технику, но и драматический талант. В ожидании премьеры корреспондент сайта канала Алина Артес встретилась с членом жюри проекта "Большой балет", известным хореографом, заслуженным артистом РСФСР Азарием Плисецким.

Это уже третий сезон телепроекта "Большой балет". Вы оцениваете конкурсантов не в первый раз. Отличаются ли ваши ощущения от работы прежде и сейчас?

Я хорошо помню, что тогда был невероятно сильный состав. Были необыкновенные артисты из Мариинского, Большого театров. Это были мощные, репрезентативные участники. Масштаб был грандиозный! В этом сезоне однозначно больше молодых конкурсантов, и это очень интересно - следить за ними и открывать для себя новые имена. Новое поколение танцоров отличается невероятной гибкостью и жаждой работы. Они открывают себя для публики, им важно показать максимальный результат.

Как получить высший балл от Азария Плисецкого?

Мне важнее всего индивидуальность и осмысленность всего того, что они делают. Чтобы движение было, прежде всего, пропущено через себя. В танце все, как в речи: не должно быть никакого словоблудия. Каждое движение должно нести какой-то смысл, посыл, месседж. И осмысленность движения - это очень важное дело.

Что нужно, чтоб победить в таком проекте, как "Большой балет"?

Вот здесь я попробую срифмовать: чтобы победить, нужно убедить! Убедить зрителей, членов жюри и самих себя.

Вы сами имеете большой международный опыт, участники также приехали из разных стран. Ощущаете ли вы разницу в менталитетах?

Парадоксально, но я во всем ощущаю влияние русской школы. С опорой на наши традиции тренируются в Бразилии и в Японии, очень явственно проступает наша русская система, наш метод, наша хореографическая база. И это, конечно, плюс. Традиции нашей школы популярны во всем мире, а значит, наш балет по-прежнему "держит марку".

На протяжении жизни вы выступали в самых разных амплуа. Вы были и хореографом, и педагогом, и артистом балета. А кем себя считаете сами? Какое из этих амплуа вы ставите на первое место?

Я считаю себя, скорее, педагогом. После того, как я перестал танцевать, педагогическая деятельность захватила меня полностью. Признаюсь, меня всегда интересовала сама система и способ передачи своего опыта ученикам. Я не старался быть догматиком, всегда уважал своих учителей Тарасова и Мессерера, но мне было важно привнести что-то свое и пропустить через себя все новое, что мне приходилось объяснять. Еще танцуя, я преподавал. Мне повезло, что я всегда был так называемым "играющим тренером". Я танцевал и преподавал, и это было хорошей школой для меня самого. Я пропускал через себя замечания, которые делали мне и которые в дальнейшем делал я.

У вас огромное количество учеников по всему миру. Что вы испытываете, когда видите их на сцене?

Всего приятнее видеть танцовщиков в работе, когда я вижу что-то, что мы создавали вместе. Особенно это относится к кубинцам, с которым я провел 10 лет. И когда я вижу уже новых, совсем молодых танцовщиков, которые учились у учеников моих учеников и стали как бы моими внуками, я этому радуюсь и восхищаюсь. Особенно когда я замечаю те же приемы, которые я объяснял когда-то. В такие моменты ты сразу понимаешь, что жизнь прожита не зря.

Одна из ваших книг, написанных недавно, называется "Жизнь в балете". Вся ваша жизнь действительно прошла в балете. А помните ли вы, как влюбились в танец?

Танец окружал меня с самого детства. Одно из первых воспоминаний в жизни - балетные туфли. Они принадлежали то ли тете, то ли Майе. В доме всегда были разговоры о балете и о театре, да и не просто разговоры! Театр был рядом! Мы жили в Щепкинском проезде, когда-то там были общежития театра, и Большой буквально "нависал" над нами. Какое-то время мы отлучались, были в эвакуации, но возвращались, потому что театр, как магнит, тянул нас вновь и вновь. И это чувство к балету не ослабевает. Балет интересен не просто как искусство, а как способ существования. Я считаю, что балетные люди - это особая нация, международная. Мы в тесной связи между собой и говорим на универсальном языке танца. Поэтому очень легко общаться. Куда бы мы ни приезжали, мы всегда находили своих людей.

Какие планы вам еще хочется воплотить?

Конечно, хочется видеть молодых танцовщиков, как и на этой программе "Большой балет". Я очень рад был вновь поработать в жюри, увидеть рождение новых талантов и открыть что-то новое! Старт премьерного 3-го сезона проекта "Большой балет" телеканала "Россия К" состоится в субботу 10 ноября в 16 часов 45 минут. Перед наступлением Нового года станут известны имена победителей.

============================================================
Все фото - по ссылке
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18938
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Сб Ноя 10, 2018 11:00 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2018111001
Тема| Балет, Воронежский театр оперы и балета, фестиваль балета, Персоналии, Владимир Васильев
Автор| Роман Володченков
Заголовок| Воронежский фестиваль балета
К творческому юбилею Владимира Васильева

Где опубликовано| © портал "Музыкальные сезоны"
Дата публикации| 2018-11-10
Ссылка| https://musicseasons.org/voronezhskij-festival-baleta/
Аннотация| ФЕСТИВАЛЬ

Владимир Васильев – известный всему миру русский танцовщик, хореограф и режиссер – никогда не превращал свои юбилеи в затянутые и помпезные официальные мероприятия. Каждый из них Васильев всегда преобразовывал в настоящий праздник, причем праздник не в честь себя, а ради всех, кто любит и ценит балет. Так было всегда и, можно сказать уверенно, будет впредь. Такова артистическая натура этого человека и его уникальный, устремленный ввысь талант. И представить Васильева другим невозможно. Он открыт всем, кто хочет соприкоснуться с его разносторонним творчеством, кто продолжает верить, что именно красота спасет мир, а искусство – самая прогрессивная сила.


Финал Гала-концерта. Владимир Васильев в центре. Фото Александра Самородова

В 2018 году Владимир Васильев отмечает 60-летие творческой деятельности. Именно столько лет назад он окончил Московское хореографическое училище по классу Михаила Марковича Габовича и стал ведущим солистом балета Большого театра СССР. Освоение танцевального репертуара первого театра страны Васильев начал стремительно. Буквально на первом году работы великая балерина Галина Уланова выбрала его, вчерашнего выпускника, в свои партнеры в классическом шедевре Михаила Фокина «Шопениане». А на следующий год Васильев вышел на сцену в роли Данилы в «Каменном цветке» Юрия Григоровича. Эта партия и сам спектакль определили дальнейший ход развития всего русского классического балета, а Владимир Васильев начал быстрое восхождение к пьедесталу первого танцовщика мира.

Сегодня Васильев не только звезда балета и признанный мэтр хореографии, он еще и символ блистательной эпохи советского-русского балета. Владимир Васильев – человек, прославивший русскую культуру, ставший одной из знаковых фигур второй половины XX века. Он – личность, в своей области достигшая масштаба самых выдающихся ученых, деятелей науки и культуры. Но Васильев еще и самый активный наш современник, неугомонный творец, которому интересно жить и важно проявлять себя во всей полноте данного ему многогранного таланта – хореографа, режиссера, актера, художника, поэта.

Свой нынешний юбилей Владимир Викторович увидел, как масштабный театральный проект, где должны быть задействованы разные страны, города, сценические площадки. Все те, кто так или иначе связан с творчеством Васильева, кто является его единомышленником, кто видит в театре не только хранителя традиций, но и творческую мастерскую с обилием свежих и оригинальных идей. Воронежский государственный театр оперы и балета и его главный балетмейстер Александр Литягин одни из первых, кто активно поддержал данный проект и инициировал проведение фестиваля к творческому юбилею Владимира Васильева с 19 по 27 октября.

Программа фестиваля получилась насыщенной и разнообразной. Возможности по части творчества Васильева у Воронежского театра оказались достаточно широкие: здесь в репертуаре сохраняются лучшие его балеты («Золушка», «Анюта», «Макбет»), а связи с постановщиком имеют характер давнего и крепкого сотрудничества.

На открытии фестиваля танцевальная труппа театра представила «Балетные шедевры в оперной классике». Их постановку в Воронеже Васильев осуществил в 2012 году. Воспитанный на образцах балетной классики и испытывающий особую любовь к темпераментным характерным танцам, Васильев здесь отдал дань творчеству трех выдающихся русских балетмейстеров – Ростислава Захарова, Леонида Лавровского и Касьяна Голейзовского. В свою бытность танцовщиком, с каждым из них Васильев имел счастье лично работать и явился первым исполнителем отдельных их произведений. Возобновив в одной концертной программе «Польский бал» Р.Захарова, «Вальпургиеву ночь» Л.Лавровского и «Половецкие пляски» К.Голейзовского, постановщик обратил внимание на наше танцевальное наследие, в котором проявились знания самобытных культур и национального фольклора, стремление обогащать традиционные возможности классического танца.

«Золушка» Сергея Прокофьева продолжила балетный форум и напомнила, что Владимир Васильев этой своей постановкой практически под занавес ХХ века вернул на российскую сцену один из любимейших сказочных спектаклей балетного репертуара. Впервые появившись на столичной сцене Кремлевского Дворца съездов в 1991 году, «Золушка» Васильева с успехом продолжила свою жизнь в Воронеже, где она идет вот уже двенадцать лет и является одним из самых востребованных сценических произведений. В главных партиях на фестивальной «Золушке» выступили прима-балерина и премьер Воронежского театра Марта Луцко (Золушка) и Михаил Ветров (Принц).

«Анюта» Валерия Гаврилина–Владимира Васильева – самый популярный чеховский балет. Сегодня его можно увидеть на многих академических сценах России: в Казани, Самаре, Уфе, Челябинске, Красноярске, Воронеже. «Анюта» не просто удачное произведение, это подлинный классический спектакль. Классический в плане восприятия уже не одним поколением зрителей. Самая обычная провинциальная история благодаря писательскому таланту Чехова «задевает» за живое каждого вдумчивого читателя, а благодаря музыке Гаврилина и хореографии Васильева – каждого вдумчивого театрального зрителя. Постановщик сумел сочинить настоящий и очень качественный по всем составляющим драмбалет. И все сцены в нем – танцевальные, пантомимно-пластические, актерские – оказались в правильном соотношении, с абсолютным ощущением художественной правды. Фестивальную «Анюту» украсило блистательное выступление московских прима-балерины и премьера из Большого театра Анастасии Сташкевич и Вячеслава Лопатина. Они покорили публику слаженностью дуэтов, актерской содержательностью и высоким уровнем техники.

«Макбет» – шекспировская хореографическая история, развивающая традиции балетного театра с крепкой драматургией. «Макбет» – эксклюзив Воронежского театра оперы и балета и только здесь в наши дни можно увидеть этот васильевский спектакль с музыкой Кирилла Молчанова (ранее шедший на сценах Москвы, Новосибирска, Будапешта, Берлина). Представленный ясным, выразительным, основанном на классическом танце языком балет волнует и буквально провоцирует на мысли об окружающей жизни. Казалось бы, далекая от нас по времени трагическая история поучительно демонстрирует последствия для человека, идущего против основных законов бытия, последствия того, когда вожделенные мечты сбываясь, оборачиваются отнюдь не радужной действительностью.

Достаточно сложный с технической и актерской стороны «Макбет» был достойно представлен на фестивале воронежскими солистами и артистами балета, последовательно, картину за картиной отразившими главные события знаменитого произведения английского драматурга. Особо стоит отметить выступление солиста Большого театра Ивана Алексеева, вдохновенно и эмоционально станцевавшего заглавную партию. Роль Леди Макбет под стать Юлии Непомнящей, обладающей силой женской привлекательности. В партиях трех вещих ведьм, проходящих по мысли постановщика через весь спектакль, и олицетворяющих неотступность рока, выступили Диана Егорова, Марта Луцко и Екатерина Любых.

Творческая Мастерская Владимира Васильева (вечер современной хореографии на тему творчества Андрея Платонова) – специальный проект, подготовленный к III Международному Платоновскому фестивалю искусств, проходившему в 2013 году. Его инициатором и руководителем явился сам Владимир Васильев. Соединив хореографические миниатюры таких разных и талантливых хореографов, как Раду Поклитару, Елена Богданович, Вера Арбузова, Юрий Смекалов, Арина Панфилова, Дмитрий Залесский, Александр Могилёв, он создал целый спектакль, где его же художественное оформление и живое слово сыграли важную концептуальную роль.

Проект на «платоновские темы» возобновили специально к творческому юбилею В.Васильева, а пришелся он на следующий вечер после «Макбета». Активно задействованные в этой работе артисты воронежской балетной труппы показали особый энтузиазм. Их участие в каждой миниатюре выявило разносторонние возможности коллектива, желание «увидеть себя» в новом качестве. Следуя за хореографами-наставниками, танцовщики старательно адаптировались к разным пластическим условиям и уже на сцене демонстрировали подлинную «жизнь в танце». Увлеченность артистов проявилась в работах всех постановщиков, но заострить внимание хочется на номерах, созданных Еленой Богданович и Раду Поклитару. Миниатюра «Хранители» Богданович (солисты Светлана Носкова и Михаил Ветров) привлекла способностью хореографа мыслить пластически, талантом изобретать новую образную хореографию: выстраивать своеобразную композицию и необычные связки движений. Поклитару, обладая собственным, узнаваемым стилем, в любой заданной постановочной истории доходит до самых чувствительных зон. И на этот раз, столкнувшись с платоновским творчеством, он сумел коснуться какой-то очень тонкой грани темы, которой зрители прониклись мгновенно. Из одного небольшого номера для кордебалета («Люди Платонова» на музыку второй части Концерта № 2 для фортепиано с оркестром Фредерика Шопена) он создал масштабный, сконцентрировавший в себе значительные мысли спектакль. Театр – несомненно сфера деятельности Р.Поклитару, а его творческий потенциал будет еще долго и неожиданно раскрываться.

К финальному Гала-концерту васильевский фестиваль подошел уже в статусе зрительского фаворита, обеспечив себе переаншлаг и реальные перспективы к дальнейшему сотрудничеству Воронежского театра оперы и балета со своим героем – Владимиром Васильевым. А составленная из классических и современных номеров программа вечера не только сохранила заданный предыдущими спектаклями высокий уровень, но и даже повысила его. Здесь, в талантливом, с ярко выраженной идеей двойственности современном номере «Андрогин» Павла Глухова показались Анна Акелькина и Григорий Сергеев. Молодые, ладно сложенные артисты чутко откликнулись на все пластические задумки постановщика, показав и природные данные, и накопленное профессиональное мастерство. В изящной по рисунку хореографии миниатюре «Мугам» Рафиги Ахундовой и Максуда Мамедова проявились способности Марты Луцко и Ивана Негробова, тонко воспринявших интонации восточного дуэта. Во фрагменте из балета «Кармен-сюита» зрители увидели проникновенный дуэт Юлии Непомнящей и Максима Данилова. Особое лирическое настроение вечеру придали классические номера в хореографии Владимира Васильева – «Вальс-фантазия» (в исполнении солистов Воронежского театра оперы и балета) и «Элегия» (в исполнении Марианны Рыжкиной и Романа Миронова). Незабываемую историю о великом Гоголе сумел сочинить Александр Могилёв. Его миниатюра (в собственном исполнении) «Гоголь. Исповедь» – волнующее повествование о жизни писателя с драматичным финалом. В этом номере Могилёв достиг небывалой эмоциональной силы воздействия и исповедальной откровенности. Неподражаемый и необыкновенно артистичный Геннадий Янин запомнился в роли Модеста Алексеевича из «Анюты». А завершило концерт торжественное Grand pas из балета «Дон Кихот» в исполнении солистов Воронежского театра (Китри – Юлия Непомнящая, Базиль – Иван Негробов).

Фестиваль к творческому юбилею Владимира Васильева вместил в себя шесть театральных вечеров, не считая других, многочисленных мероприятий, посвященных круглой дате. За всем этим стоит деятельное участие и большие усилия всего коллектива Воронежского театра оперы и балета, подарившего своим зрителям красивую и незабываемую балетную историю. Особая роль в профессиональной организации Фестиваля главного балетмейстера театра Александра Литягина, сумевшего вдохновить танцевальную труппу на значительную творческую работу.
====================================================================
Все фото - по ссылке


Последний раз редактировалось: Елена С. (Пн Дек 03, 2018 2:07 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18938
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Сб Ноя 10, 2018 12:12 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2018111002
Тема| Балет, театр оперы и балета, фестиваль «ЖасStar», Персоналии, Семён Чудин
Автор|
Заголовок| Семён Чудин: «Лебединое» - наша гордость
Где опубликовано| © Forbes Казахстан
Дата публикации| 2018-11-10
Ссылка| https://forbes.kz/life/afisha/semen_chudin_lebedinoe_-_nasha_gordost/
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

На фестиваль «ЖасStar» в Алматы приехали премьер и прима Большого театра Семён Чудин и Нина Капцова. Артисты танцевали в спектакле «Лебединое озеро»



В этом году международный фестиваль творческой молодёжи «ЖасStar» проводится Фондом первого президента уже в девятый раз. За это время форум стал площадкой для обмена опытом между настоящими мэтрами и молодыми артистами, художниками и музыкантами.

В программе фестиваля мастер-классы и лекции о драматургии, кино, хореографическом искусстве, театре и музыке.

Одним из почётных гостей проекта стал знаменитый спортсмен, олимпийский чемпион Алексей Ягудин, который провёл мастер-класс для начинающих фигуристов, посвятив его памяти Дениса Тена.

Уже второй раз «хедлайнером» фестиваля «ЖасStar» становится солист Большого театра Семён Чудин – два года назад он танцевал для алматинских зрителей «Спящую красавицу». Приезд звёзд организует компания ArtClassic во главе с генеральным продюсером Ерланом Андагуловым. После окончания программы мы побеседовали с московской знаменитостью.

Семён, почему вы решили приехать на этот фестиваль?

- Мы хорошие друзья с Ерланом и его компанией, я уже не первый раз приезжаю. В ответ на его предложение я сказал — конечно, приеду с удовольствием. Я знаю, что фестиваль проводит Фонд первого президента Казахстана, и благодарен за такую возможность.

Вы солист «Большого» и явно очень загружены. Как удалось найти время для Алматы?

- У меня сейчас репетиционное время, мы готовим постановку одноактных балетов: «Артефакт» на музыку Баха хореографа Уильяма Форсайта и «Петрушку» Стравинского в хореографии Эдварда Клюга. Мы много репетируем, но постановщики всё же отпустили меня ненадолго, на три-четыре дня.

В рамках поездки вы давали мастер-класс в хореографическом училище имени Селёзнева. Какие остались впечатления?

- Это было так здорово! Мне кажется, это прекрасная идея, когда опытные артисты делятся своими знаниями с выпускниками и детьми, которые только-только начинают, у которых всё впереди.

Что вы им показывали?

- Я давал мастер-класс, делился своими приёмами, своим опытом, говорил о технических проблемах танца.

Вы видели отдачу от учеников?

- Да, они молодцы, очень позитивные, сконцентрированные, собранные, пытались впитывать всё, что я говорю. Мне нравится работать с детьми, и мне кажется, им со мной — тоже. Балет — искусство молодых, и думаю, возможно, после ухода со сцены я займусь преподаванием.

У вас в Алматы прошло два спектакля «Лебединое озеро». Как вам работалось в театре имени Абая? Какое место занимает для вас этот балет?

- Было комфортно - сцена замечательная, артисты все приятные. «Лебединое озеро» - непростой спектакль, там не только технически трудно, главное — нужно создавать образ. И это, несомненно, один из самых популярных спектаклей. В Японии всегда просят «Лебединое», в «Ковент Гарден» мы его возим. «Лебединое озеро» - гордость Большого театра.

Скажите, сейчас танцевать в Большом - по-прежнему мечта для артиста балета или уже нет?

- Когда я, выпускник Новосибирского балетного училища, проходил мимо этого театра, я даже не мечтал туда попасть. Мне казалось, что там служат какие-то небожители. Для меня это было всегда top of the top, и я даже не думал, что окажусь когда-нибудь в этом театре.

Для молодого артиста можно пробыть в кордебалете год или два - и ты накопишь столько опыта и знаний! Просто даже если ты будешь ходить на спектакли и смотреть. Время, проведённое в Большом, бесценно.

Вы работаете в театре вместе с супругой Алевтиной Рудиной. Наверное, это редкость — когда муж и жена артисты балета?

- Наоборот, балетные обычно «живут» в одном театре и одной семье. Это прекрасно, когда у тебя есть такая поддержка в лице супруги. Она много советует, мы много разговариваем и о партиях, и спектаклях. Здорово, когда рядом есть единомышленник, который понимает, как тебе тяжело.

Какой спектакль для вас самый тяжёлый?

- Наверное, «Баядерка». Недавно начинался сезон, и мы его начинали с «Баядерки». Было очень непросто, тем более это были гастроли в Милане и хотелось достойно выступить.

Судя по репертуару, вы больше классический танцовщик.

- Нет, я очень люблю современные балеты, мне даже говорят, что я лучше двигаюсь в таких спектаклях, чем в классике. И я счастлив, что в Большом огромный репертуар современных постановок.

Вы танцевали в нескольких театрах: в Сеуле, Цюрихе, Москве и на многих сценах. Где бы вы поставили театр имени Абая в вашем личном рейтинге?

- Для меня на первом месте в любом случае Большой театр. Я думаю, что у вас такая крепкая хорошая середина, уровень труппы довольно крепкий.

Какие спектакли у вас впереди?

- «Драгоценности» хореографа Джорджа Баланчина — один из любимых моих спектаклей, и «Баядерка», всё в «Большом».

========================================================
Все фото - по ссылке
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18938
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Сб Ноя 10, 2018 9:39 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2018111003
Тема| Балет, Башкирский театр оперы и балета, Персоналии, Леонора Куватова
Автор| НИНА ЖИЛЕНКО
Заголовок| ЛЕГЕНДА БАШКИРСКОГО БАЛЕТА
Где опубликовано| © Журнал Музыкальная жизнь,
Дата публикации| 2018-11-09 (дата публикации на сайте журнала)
Ссылка| http://mz.kmpztr.ru/legenda-bashkirskogo-baleta/
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ



К 70-летию со дня рождения народной артистки России и Башкортостана, лауреата Государственной премии Республики Башкортостан имени Салавата Юлаева Леоноры Куватовой.

ВСЁ НАЧИНАЛОСЬ НА УЛИЦЕ РОССИ

Классическая техника вагановской школы, безусловно, была основой мастерства балерины. Но ее танец не был бы столь выразителен, если бы не потрясающий лирико-романтический заряд и утонченность натуры. Творчество Леоноры Куватовой, мне кажется, можно назвать эпохой романтизма в башкирском балете. Воздушность, поэтическая одухотворенность, хрупкость и трепетность ее танца, сила сценических образов волновали зрителей.

Первое эмоциональное потрясение Леоноры Куватовой связано с … балетом. Маленькой девочкой она увидела на сцене «Умирающего лебедя» Сен-Санса в исполнении замечательной башкирской балерины Зайтуны Насретдиновой. Ее переполнили восхищение и совершенно определенное желание – стать балериной. Хотя кто из девчонок не мечтает об этом… Но у Леоноры детские грезы переросли в осознанную цель. К тому же ее сестра Венера Галимова уже училась на балерину и будоражила своими рассказами, демонстрацией красивейших поз, необычными их названиями: арабеск, аттитюд, пируэт, гран плие…

Думая об искусстве балерины Куватовой, ее таланте, необыкновенном обаянии, невольно обращаешься к самим истокам: Ленинград, улица Зодчего Росси, учителя, знаменитые, как само училище. Например, Александр Иванович Пушкин, который учил Нуреева и обратил внимание на способную девочку, землячку Рудольфа. А с какой благодарностью и сейчас Леонора Сафыевна вспоминает уроки своего профессора Ирины Трофимовой! Еще ученицей Леонора станцевала Машу в «Щелкунчике». Ее Принцем был Миша Барышников. Два года очаровательный дуэт радовал публику на прославленной Кировской сцене. Училась Леонора успешно и с удовольствием. Музыкальная, пластичная, с большим шагом, природным красивым вращением, она радовала педагогов и внушала большие надежды.

ВСЕ СТИЛИ ЕЙ ПОДВЛАСТНЫ

После окончания Ленинградского хореографического училища Леонора Куватова отвергла самые лестные предложения и приехала в родную Уфу. С 1967 года она солистка Башкирского государственного театра оперы и балета. За четверть века станцевала ведущие партии в балетах русской, национальной и балетной классики. Одетта-Одиллия, Аврора, Мария, Золушка, Сольвейг, Жизель, Сильфида, Китри, Зайтунгуль… Выпускница вагановской школы блестяще владела классической техникой, которую наполняла воздушностью, поэтичностью, одухотворенностью. Первая партия – Айсылу в балете Наримана Сабитова «Люблю тебя, жизнь». Танцуя в любом стиле, Куватова покоряла легкостью, изяществом, приподнято-романтическим отношением к своим героиням.

Классика была для балерины родной стихией. Ее Одетта пленяла бесконечной нежностью, сказочной таинственностью, поэзией первой любви. И все это при безукоризненной технике, чистоте пластического рисунка, отточенности поз. Балетная критика отмечала своеобразие ее трактовки образа Одиллии. «Куватова не танцует открытое коварство, – писала известный балетовед Э. Бочарникова. – Всем заостренным рисунком танца, колючим бисером знаменитых фуэте она подчеркивает как бы изменчивую натуру Одиллии, злой блеск ее обольстительной игры. Этот прием свидетельствует о высоте художественной культуры балерины».

Одна из любимых ролей и одна из вершин творчества балерины – Жизель в балете Адана. Нежность, доверчивость, радость первой любви сменяется трагическим прозрением, недоумением, невозможностью до конца осознать обман и крушение надежд. Сума­сшествие бедной девушки настолько совершенно было сделано, что зал замирал, сопереживая чувствам героини. Сама Леонора Сафыевна с гордостью говорит: «Если мне что-то и удалось, так это Жизель»…

Куватова блестяще владела техникой классического танца, но ей подвластна была и стилистика современной хореографии. Помню ее в программе одноактных балетов «Орфей» Е. Фомина и «Сестра Керри» Р. Паулса в постановке балетмейстера В. Могильды. Прекрасные работы начала восьмидесятых, когда балерина была на пике творческой зрелости, полно раскрыла свою индивидуальность, свободно владела всеми пластами хореографической лексики. За один вечер благодаря таланту балерины мы могли увидеть и зарю балетного театра эпохи классицизма, и современный танец, насыщенный динамикой, необычной ритмикой.

ОГОНЬ, ПЫЛАЮЩИЙ В СОСУДЕ

Национальная классика, балеты башкирских композиторов – тоже яркая страница в творчестве Леоноры Сафыевны. Первая партия, исполненная на уфимской сцене, – Айсылу в балете Наримана Сабитова «Люблю тебя, жизнь». Затем были «Страна Айгуль», «Гульназира». Работа, общение с Нариманом Гилязовичем, не только талантливым композитором, дирижером, но вообще незаурядной личностью, умным, душевным человеком, стали для балерины школой мастерства. Она поняла: мало уметь танцевать, нужно быть актрисой, создавать характер.

Как пригодился этот опыт в работе над «Журавлиной песнью»! Невозможно танцевать Зайтунгуль, не обладая ярким драматическим дарованием. Педагогом-репетитором была первая Зайтунгуль – Зайтуна Насретдинова. Она вдохнула в сосуд пылающий огонь!

НОВЫХ ЖУРАВЛЯТ ВЗМЕТНЕТСЯ СТАЯ!

Леонора Куватова объездила, без преувеличения сказать, весь земной шар. Если перечислять места, где она побывала, нужно назвать все части света и десятка полтора стран и государств. Многочисленные гастроли, турне вместе с первыми танцовщиками Советского Союза, России. Причем башкирская балерина выступала на равных с признанными звездами. Ее концертный репертуар украшали номера в постановке гениального Касьяна Голейзовского: «Мазурка» А. Скрябина, «Вальс» И. Штрауса, «Арлекинада» Р. Дриго.

Не у всех балерин уход со сцены проходит безболезненно. Леонора Сафыевна, по примеру своих замечательных подруг, например, Екатерины Максимовой, очень мудро считает педагогическую работу естественным продолжением творческой жизни, в которой появи­лась новая единица измерения – ученики. Вот куда перетекает огромный сценический опыт, накопленный в театре и во время многочисленных турне, гастролей по всему миру.

Ученикам она отдает все, что знает и умеет. А награда? Что может быть отраднее для педагога, чем успехи питомцев! Леонора мечтала, чтобы ее ученица танцевала в знаменитом театре. Мечту осуществила Наташа Сологуб: восемь лет она танцевала на сцене Мариинского театра, удостоена приза «Душа танца» от журнала «Балет», дважды лауреат премии «Золотая Маска». Когда Наташа служила в Дрезденском театре, ее выступление в спектакле «Жизель» (!) стало одним из ярких эпизодов фестиваля имени Р. Нуреева. К радости и гордости Леоноры Сафыевны. Затем Наташа работает педагогом-репетитором в театре Бориса Эйфмана. Факт сам по себе – рекомендация высокого профессионализма.

Как педагог Леонора Куватова востребована и за рубежом: преподавала классический танец в Японии, Италии, Турции. А сейчас она снова художественный руководитель Башкирского хореографического училища имени Р. Нуреева. Характер у нее балетный. Что это такое? Вот как она сама говорит: «Для танцовщика нет слова «хочу», есть только «надо». Нужна огромная сила воли, чтобы жить в этом режиме, где все упирается в труд, труд и еще раз труд. В балете совмещается спорт и искусство. Физические и психологические нагрузки таковы, что работу балерин приравнивают к труду космонавтов и шахтеров. Судите сами, каков характер артиста балета».

ЦЕЛЬ ТВОРЧЕСТВА – САМООТДАЧА

А как много дали башкирской труппе и лично Шамилю Терегулову и Леоноре Куватовой дружба и сотрудничество с великим хореографом современности Юрием Григоровичем! Они всей душой восприняли его девиз «Цель творчества – самоотдача!» и ежедневно, ежечасно воплощали его в жизнь.

«Тщетная предосторожность», «Дон Кихот», «Щелкунчик», «Лебединое озеро»…

Летят годы… Балеты, поставленные на уфимской сцене Юрием Николаевичем, пользуются неизменным успехом у публики и приносят творческое удовлетворение артистам. Новые поколения исполнителей осваивают хореографию и саму атмосферу спектаклей, учатся, совершенствуются. Казалось, что пребывание Мастера здесь стало просто эпизодом в истории башкирского искусства. А еще остался неизгладимый след в душах всех, кто работал, общался с этим необыкновенным человеком.

Мы жалели, что не удержали Юрия Николаевича в республике, он отыскал сердцу уголок в более теплых краях – в Краснодаре, где создал свой балетный театр, который гастролирует с его постановками по всему миру.

Но, оказывается, один человек все время лелеял надежду и верил в возвращение Мастера в театр. Это Леонора Сафыевна Куватова. Весной 2011 года Леонора несколько раз ездила в Москву, встречалась с Юрием Николаевичем, уговаривала его поставить в Уфе еще хотя бы один балет. И уговорила! В знак многолетней дружбы, доброй памяти о Шамиле Терегулове, уважения к самой Леоноре и башкирскому балету согласился. Очень хотелось «Легенду о любви», но хореограф предложил «Корсара». И театр возрадовался.

Вот уже более двух десятилетий огромный сценический опыт, накопленный в театре и во время многочисленных турне, гастролей и преподавания по всему миру, перетекает к многочисленным ученикам. Не случайно в 2011 году журнал «Балет» удостоил Леонору Куватову приза «Душа танца» в номинации «Мэтр танца».

ЛЮБИТЬ – ЭТО, ПРЕЖДЕ ВСЕГО, ОТДАВАТЬ

Последние десять лет стали большим испытанием для Леоноры Сафыевны. Внезапный уход из жизни супруга, единомышленника Шамиля Терегулова… Как наследство – должность художественного руководителя балетной труппы театра… Да совместить это с работой художественного руководителя Башкирского хореографического училища имени Р. Нуреева… Ежегодные нуреевские фестивали, которые необходимо превратить в праздники для любителей балетного искусства, то есть обеспечить приезд в Уфу ярких звезд российской и мировой сцены… Работа с Юрием Николаевичем Григоровичем, и в результате две блистательные премьеры – «Корсар» и «Спартак»… Леонора была счастлива, ведь она сама мечтала станцевать в этих балетах, особенно в «Спартаке», «Легенде». Не пришлось. Так пусть танцуют следующие поколения! У Леоноры было еще заветное и неисполненное желание – Анюта в балете Владимира Васильева. И добилась! Три года назад Нуреевский фестиваль открылся премьерой балета «Анюта» на музыку Валерия Гаврилина в постановке Владимира Васильева. На сцене блистали нынешние звезды башкирского балета: Гульсина Мавлюкасова, Гузель Сулейманова, Валерия Исаева, Софья Гаврюшина, Ильдар Маняпов, Олег Шайбаков, Рустам Исхаков, Андрей Брынцев, Сергей Бикбулатов, Руслан Абулханов…

Да, она такая – Леонора Сафыевна Куватова – душа танца, легенда. Умеет добиваться. Умеет радоваться за своих учеников, за свой родной башкирский балет.

Нужна огромная сила воли и духа, чтобы жить в этом режиме, где все упирается в труд, труд и еще раз труд. И где непреложно правило: любить – это, прежде всего, отдавать.

ФОТО: ИЗ ЛИЧНОГО АРХИВА ЛЕОНОРЫ КУВАТОВОЙ
====================================================================

Все фото - по ссылке
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18938
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вс Ноя 11, 2018 9:36 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2018111101
Тема| Балет, театр Софийской оперы, Персоналии, Светлана Захарова, Денис Родькин
Автор| Корр. ТАСС Игорь Ленкин
Заголовок| Солисты труппы Большого театра представили в Болгарии спектакль "Баядерка"
Зрители назвали выступление россиян "фантастическим"

Где опубликовано| © ТАСС
Дата публикации| 2018-11-11
Ссылка| https://tass.ru/kultura/5778624
Аннотация|


Солисты Большого театра России Светлана Захарова и Денис Родькин репетируют "Баядерку" на сцене Софийской оперы
© Игорь Ленкин/ТАСС


СОФИЯ, 11 ноября. /Корр. ТАСС Игорь Ленкин/. Прима-балерина Большого театра России (ГАБТ) Светлана Захарова и ее партнер премьер Денис Родькин представили в субботу на сцене Софийской оперы балет Людвига Минкуса (1826-1917) "Баядерка". За дирижерским пультом был дирижер ГАБТ Павел Клиничев. Как сообщает корреспондент ТАСС с места события, по окончании спектакля зал аплодировал, стоя приветствуя артистов и называя выступление россиян "фантастическим".

"Сегодня мы стали свидетелям исторического гала-спектакля, который войдет в историю нашего театра", - заявил директор Софийской оперы академик Пламен Карталов, вручив Захаровой грамоту почетного члена Национального театра Болгарии.

Букеты и корзины цветов российским артистам подарили посол России в Болгарии Анатолий Макаров и организатор гастролей, глава компании "Жокер Медиа" Ованес Мелик-Пашаев.

"То, что на сцене Софийской оперы мы представили балет "Баядерка", это заслуга Ованеса Мелик-Пашаева: именно он предложил представить этот балет в Софии, а моим единственным условием было представление спектакля не на большой сцене Национального дворца культуры, где мы за последний год уже дважды выступали, а на театральной сцене Софийского театра оперы и балета", - рассказала Захарова, отвечая на вопросы корреспондента ТАСС.

"Балетный спектакль должен идти в особой атмосфере, и атмосфера театра Софийской оперы подходит мне больше всего. Спектакли должны идти дома, на камерной домашней сцене. "Баядерку" я танцевала во многих редакциях, впервые в 16 лет, когда выпускалась из Академии [русского] балета имени Агриппины Вагановой в городе на Неве. Этот спектакль - огромная часть моей души и моего сердца", - поделилась народная артистка России.

О балерине
Светлана Захарова родилась в Луцке (Украина). В 1989 году поступила в Киевское хореографическое училище, однако выпускной курс в 1996 году закончила в Академии русского балета имени Агриппины Вагановой в Санкт-Петербурге, после чего была сразу принята в труппу Мариинского театра. С 2003 года Захарова - прима-балерина Большого театра, а с 2008 года - звезда миланского театра La Scala.

Ей подвластны все танцевальные амплуа, и она занята в различных спектаклях классического и современного репертуара. Танцевала на мировых сценах в Лондоне, Берлине, Париже, Вене, Мадриде, Токио, Нью-Йорке, Амстердаме. В 2008 году была удостоена звания народной артистки России.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Traveller
Новичок
Новичок


Зарегистрирован: 10.05.2012
Сообщения: 42

СообщениеДобавлено: Пн Ноя 12, 2018 12:45 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2018111201
Тема| Балет, Большой театр, Ольга Смирнова, Екатерина Крысанова
Автор| Ольга Астахова, Анна Гордеева
Заголовок| Это мой город: историк балета Вадим Гаевский
Где опубликовано| Moskvichmag.ru
Дата публикации| 2018-11-12
Ссылка| https://goo.gl/hLX3oZ
Аннотация| Вадим Гаевский о Москве, ее архитектуре и немного о балете

Профессор, знаток театра, на статьях которого учились писать многие поколения журналистов, отмечает 12 ноября 90-летие и рассказывает об арбатской архитектуре, изменениях в городе за девять десятилетий, что он в нем живет, и о том, что смотреть в Большом театре.


Я родился…

В Москве. Как и многие — в родильном доме Грауэрмана.

Я очень привязан…

К Арбату. Всю жизнь, все свои многие годы прожил здесь, в арбатских переулках. Пятьдесят лет в доме на углу Глазовского и Денежного (в советское время их называли улицами Луначарского и Веснина). А потом еще сорок — в соседнем Плотниковом переулке. Он идет параллельно Денежному и выходит на Арбат, где стоит памятник Окуджаве. Я даже не московский, я арбатский человек.

Арбат делится на две части…

Восточная ближе к Арбатской площади, где находится ресторан «Прага», западная ближе к Смоленской площади. Разница между ними прежде всего архитектурная. Восточная сторона застроена московским предвоенным модерном. Всплеск стиля. Дома, которые сохранили качество жилья, хотя и потеряли некоторые качества своей красоты. А Денежный переулок — это двухэтажные особняки — екатерининский классицизм или поздний постклассицизм. Дома божественной красоты, например дом с колоннами, но деревянный! Здесь селились бывшие военные екатерининских, павловских, александровских времен. Особнячки один драгоценнее другого. Не могу от них оторваться. А недалеко, в Кривоарбатском переулке, другое архитектурное событие — знаменитый дом Мельникова. Самое значительное произведение московского авангарда; шедевр новой архитектуры 1920-х годов, построенный чуть-чуть в стиле английской готики. Он даже не принадлежит никакому определенному стилю. Конструктивизм — недостаточно точное слово. Это мельниковский стиль.

Рядом с домом в Денежном переулке, где я жил, стоит дом, в котором умер Евгений Вахтангов; в нем еще жили архитекторы братья Веснины. Я знал, что они делали, но никогда не видел их произведений. А два года назад, когда я был членом жюри «Золотой маски», я оказался в ДК ЗИЛ, где показывали спектакли современного танца. И совершенно обомлел, увидев это неоконченное сооружение. Оно гигантское, примерно как растреллиевский Летний дворец в Царском Селе. И у этого здания есть одна особенность: там нет лифта. Веснины, эти молодые хулиганы, считали, что в стране будущего, которую они создают, стариков не будет. Никаких стариков — психология того времени.

На Арбате меня огорчает…

Когда строили МИД — большую сталинскую высотку, то решили поставить две бытовки, которые и сейчас там торчат, хотя давным-давно не нужны. Разрушили три домика чудной московской архитектуры. Как можно обезобразить такой сказочный прелестный уголок?! Когда у меня злая минута, думаю, хорошо бы поселить там Марию Захарову.

Я окружен…

Арбатскими впечатлениями. Я давно живу, и все меняется у меня на глазах. Смоленский бульвар расширили, все изменили. А я по нему на лыжах катался. А почему площадь Смоленская-Сенная? Потому что туда мужики приезжали, сеном торговали. Я это застал. И «последний троллейбус» Окуджавы — это арбатский троллейбус. Это мой замкнутый мир. В ответ на железный занавес советской власти я соорудил другой занавес, только более человечный, более прекрасный, более любимый. Вы меня никуда не пускаете, а я отсюда — с Арбата — и не хочу никуда.

Москвичи от жителей других городов отличаются тем…

Что их не существует. Понятия «москвич» нет очень давно. Москва — это город смешанного, прибывающего со всей страны населения. Когда-то был московский дух, Грибоедовым описанный. До революции, когда Москва не являлась столицей, было два типа московских театров: Малый и Художественный. Они резко разделялись. А последним московским театром была Таганка — театр московской подворотни. Условно говоря, конечно, потому что Владимир Высоцкий был певцом подворотни, но сам был совершенно другим человеком.

В балетных театрах Москвы в последнее время…

Происходят важные события, но не балетмейстерские, а исполнительские, балеринские. В Большом танцуют Ольга Смирнова и Екатерина Крысанова.

Если бы нужно было порекомендовать один-единственный московский спектакль…
Я бы посоветовал пойти в Большой театр на «Драгоценности». В спектакль Джорджа Баланчина ввели молодых девчонок, и с большим успехом. А в драматическом театре — на «Бесприданницу» в «Мастерской Петра Фоменко».

Я сейчас очень взволнован…

Потому что только что увидел мою новую книгу. В издательстве НЛО вышли «Потусторонние встречи». Это моя восьмая книга — сам такого не ожидал. Это самое последнее, чем я занимался. Но вроде бы еще не самое последнее, по моим расчетам. Я еще одну такую сейчас делаю.

Текст: Ольга Астахова, Анна Гордеева
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска Часовой пояс: GMT + 3
На страницу Пред.  1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9  След.
Страница 2 из 9

 
Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах


Яндекс.Метрика