Список форумов Балет и Опера Балет и Опера
Форум для обсуждения тем, связанных с балетом и оперой
 
 FAQFAQ   ПоискПоиск   ПользователиПользователи   ГруппыГруппы   РегистрацияРегистрация 
 ПрофильПрофиль   Войти и проверить личные сообщенияВойти и проверить личные сообщения   ВходВход 

Общество Друзья Большого балета
2013-10
На страницу Пред.  1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8
 
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска
Предыдущая тема :: Следующая тема  
Автор Сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18931
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Окт 31, 2013 1:58 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2013103102
Тема| Балет, Танцевальный фестиваль DanceInversion, Персоналии,
Автор| МАЙЯ КРЫЛОВА
Заголовок| С тобой и без тебя
В столице проходит фестиваль современного танца

Где опубликовано| © Газета "Новые Известия"
Дата публикации| 2013-10-31
Ссылка| http://www.newizv.ru/culture/2013-10-31/191652-s-toboj-i-bez-tebja.html
Аннотация| ФЕСТИВАЛЬ

Гастроли Сиднейской танцевальной компании на сцене Музыкального театра имени Станиславского и Немировича-Данченко обозначили апогей Dance Inversion – международного фестиваля современного танца.


ФОТО ПРЕДОСТАВЛЕНО GRUPPO CORPO

В программе фестиваля – выступления компаний из Франции, Бразилии, Австралии и Новой Зеландии. Идея нынешнего фестиваля (далеко не первого под таким названием) – представить московской публике труппы, до которых от нас, как выражался классик, три года скачи – не доскачешь. Это, конечно, прекрасно, как открытие новых горизонтов и расширение эстетического опыта. Единственная компания-участник, которую мы знали раньше, – французская «Компани Кафиг», специализирующаяся на хип-хопе. Остальные в России никогда не выступали. Это «Групо корпо» – труппа, основанная в 1976 году в Южной Америке, в Сан-Паулу. Сиднейская танцевальная компания. И новозеландская «Мау», некоторые участники которой живут еще дальше – на островах Полинезии.

Места пребывания для нас, конечно, экзотические. Но московский Музыкальный театр – организатор фестиваля – вряд ли стал бы отбирать участников проекта из одной лишь любви к экзотике. Чтобы понять концепцию фестиваля, надо найти, что общего между столь разными гостями. Это оказалось нетрудным. Все участники Dance Inversion, кроме одного, соединяют участие в международном танцевальном «мейнстриме» с заботой о национальной идентичности, что может выражаться по-разному. «Компани Кафиг», например, отошла от чистого хип-хопа, увлекшись впечатлением от дальневосточной культуры. Спектакль Yo Gee Ti, показанный в Москве, парадоксально соединил французских «уличных» (на самом деле давно не уличных, а работающих в собственном танцевальном центре) танцовщиков, с их брутальной энергией, с медитативным мировоззрением артистов из Тайваня. Новозеландцы привезут спектакль Birds With Skymirrots, навеянный экологическими проблемами южных островов Тихого океана, где климатические изменения оказывают разрушительное действие, а птицы вместо червяков и зерен носят в клювах отходы промышленной деятельности человека. Тут явная апелляция к теме потерянного рая. А бразильцы, показавшие одноактные балеты «Парабелло» и «Без тебя», позабавили соединением повторяющейся минималистской хореографии Родриго Педернейраша с предельно чувственным телесным высказыванием исполнителей, после которого только ленивый не вспомнил о рок-н-ролле, ритм-энд-блюзе и показной эротике бразильского карнавала.

И кто же «отщепенец», дерзнувший привезти в Москву просто современный танец? Это Сиднейская танцевальная компания. Возможно, так случилось потому, что тему местных аборигенов еще в 1983 году во многом психологически «закрыл» Иржи Килиан – своим гениальным балетом Stamping Ground. Там почти первобытные (по духу и по срокам возникновения) магические и охотничьи ритуалы рассмотрены как что-то вечное и важное именно сегодня. А возможно, все даже проще: нынешний глава австралийской компании, испанец Рафаэль Боначелла, не обременен местным комплексом «почвы и судьбы». Судя по показанному балету «2 One Another», постановщика интересуют совсем другие вещи. Например, как построить действие на фоне мерцающего фонового видеоряда (асимметричные всполохи света). Или как соединить (с адекватным отражением в танце) современную точечную музыку электронного облика с ветвистыми барочными фрагментами. Да и непереводимое название балета, вернее, его возможные смыслы, тоже как-то надо оправдать. В результате чередование массовых выходов и дуэтов показало, что, хотя лексика Боначеллы, достаточно консервативна, чтобы считаться очень уж «продвинутым» современным танцем, он творит в русле модного «антиэмоционального» балета, подобно опусам, к примеру, британца Уэйна МакГрегора, чей балет «Хрома» числится в репертуаре Большого театра. При всей буквальной несхожести впечатление от постановок совпадает. Анонс спектакля говорит об «исследовании человеческих взаимоотношений», выраженных в «тысяче действий и ответных реакций, жестов и взаимосвязей». Но каких именно отношений? На деле окажется, что невозмутимая, отстраненная манера, с которой австралийцы выполняют мелко раздробленные па, вызвана стремлением постановщика как можно дальше уйти от чего-то такого, что могло бы вызвать обвинения в психологизме. А вот эротизм явно приветствуется: повышенная тактильность безымянных персонажей, без устали тренирующих друг на друге свои нервные окончания, сводит танец к осязанию скорее в буквальном, чем в переносном смысле. В итоге эмоция все же торжествует (ее не выгонишь в принципе, коли речь идет о человеческом теле), но это эмоция физиологии. Финал задает публике вопросы: как понимать момент, в котором партнер задумчиво садится на согнутую спину партнерши, замирая в этой – неудобной для обоих – позе? Манифест патриархального подавления женщины исключается: из современной Австралии такого не привезут. Будем считать, что перед нами пластический эквивалент пословицы «вместе тесно, врозь скучно».
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18931
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Окт 31, 2013 8:28 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2013103103
Тема| Балет, Танцевальный фестиваль DanceInversion, Персоналии,
Автор| Наталья Витвицкая
Заголовок| DanceInversion: странные танцы
Фестиваль современной хореографии продолжается.

Где опубликовано| © «ВашДосуг.RU/VashDosug.RU»
Дата публикации| 2013-10-31
Ссылка| http://www.vashdosug.ru/msk/theatre/article/71617/
Аннотация| ФЕСТИВАЛЬ



Самый крупный международный смотр современного балета и танца уже 16 лет подряд проводит Музыкальный театр имени Станиславского и Немировича-Данченко: поклонники фестиваля увидели выступления лучших коллективов мира. Имена Прельжокажа и Килиана также стали известны Москве, благодаря DanceInversion. В этом году внимание дирекции сосредоточилось на танцевальном искусстве экзотических стран: Бразилии, Австралии, Новой Зеландии. Радикального — ничего, зато непривычного глазу — хоть отбавляй.

Открыла фестиваль «Групо Корпо» из Бразилии. Старейший коллектив, который критики окрестили квинтэссенцией всей танцующей Бразилии. Стиль у группы оригинальный: причудливая смесь капоэйры, шашаду, самбы. Еще одна особенность коллектива — эксперименты со светом. Две одноактовки «Parabelo» и «Sem Mim» в принципе больше напоминали световые перформансы или коллективные ритуальные церемонии, чем спектакли. Хотя бессюжетными их назвать никак нельзя. В одном речь шла о море, любви и разлуке. В другом — о бразильском солнце. Танцовщики «Parabelo» выступали на фоне морской сетки в нарядах-обманках: из зала казалось, что их тела покрыты татуировками. В «Sem Mim» на сцене театра ожил причудливый и яркий бразильский карнавал.



Вторым номером в программе фестиваля значился Национальный хореографический центр Кретея и компания «Кафиг». Ее возглавляет французский гуру хип-хопа Мурад Мерзуки. Он привез в Москву спектакль «Yo Gee Ti». В его создании принимали участие танцоры из тайваньского национального культурного центра имени Чан Кайши: они выступали вместе с мастерами contemporary dance. В итоге получилось нечто среднее между европейским современным танцем, брейк-дансем, восточной акробатикой и единоборствами. Азия, действительно, встретилась с Европой. Артисты казались пластилиновыми куклами в завораживающих декорациях (множество длинных нитей, благодаря специальному освещению превращались то в золотую пелерину, то в маленькие джунгли, а иногда и в сногсшибательные наряды). А союз умной акробатики и сверхоригинальных смыслов действовал как гипноз.



Еще одну странную вселенную на сцене выстроила сиднейская танцевальная компания — они привезли к нам постановку «2 One Another». Признанный шедевр, этот спектакль Рафаэла Боначелы поставлен на музыку Ника Уэйса (его конек — компиляции электроники и тем барокко). Принято считать, что до этого спектакля австралийский танец существовал постольку поскольку, в расчет местных артистов и хореографов вообще никто не брал. «2 One Another» изменила ситуацию навсегда. Задник из микролампочек, меняющих цвет, устрашающе внезапные всполохи света и музыка космоса, — в таком пространстве работают 16 танцовшиков. Их танец экспрессивен, при этом предельно аккуратен и слажен. Тысячи прикосновений и тысячи же разлук, иногда нежнейшие дуэты, а порой массовые истерики.

В том, что новозеланды («Birds with skymirrors») покажут что-то не менее оригинальное и эффектное, сомнений нет. Как, впрочем, и то что «Восковые крылья» Килиана, припасенные фестивалем на «десерт», придутся публике по душе.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18931
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Ноя 01, 2013 9:05 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2013103201
Тема| Балет, Азербайджанский театр оперы и балета, Персоналии, Ольга Гайко, Игорь Оношкин (Беларусь)
Автор| А.УЛЬКЯР
Заголовок| Королева Лебедей на сцене Театра оперы и балета
Где опубликовано| © «Зеркало» (Баку)
Дата публикации| 2013-10-28
Ссылка| http://www.zerkalo.az/2013/koroleva-lebedey-na-stsene-teatra-operyi-i-baleta/
Аннотация| ФЕСТИВАЛЬ

Порой, увидев на афишах название хрестоматийной классической постановки, задаешься вопросом в духе дзен-буддизма: что же делать, если сказать ничего нельзя? Кое-что все-таки можно, особенно, если на сцене Азербайджанского государственного академического театра оперы и балета выступает великолепная прима-балерина Большого театра оперы и балета Республики Беларусь, обладательница первых премий четырех международных конкурсов артистов балета, очаровательная Ольга Гайко и ее партнер – обладатель Гранд-премии Специального фонда президента Республики Беларусь, лауреат международных конкурсов артистов балета Игорь Оношкин.

Белорусская балерина каждый год приезжает в Баку и каждый год бакинская “армия” почитателей ее таланта пополняется. И аншлаг в зале (был даже заполнен балкон третьего яруса театра) – лучшее тому подтверждение. Ее гастроли и успех у бакинской публики – еще одно и лучшее свидетельство того, что величина таланта не зависит от капризов мейнстримного style life (стиля жизни, обусловленного модой на события). Баку живет эти дни в ритме джаза, и добрая классическая постановка балета “Лебединое озеро” П.И.Чайковского с участием замечательных исполнителей на сцене Театра оперы и балета способна не без успеха “перетянуть” и большую часть зрительной аудитории, и, собственно, стать “событийным” вечером, о котором хочется и говорить, и написать.
Писать вторично о каком-либо спектакле и трудно, и легко одновременно. С одной стороны, нет необходимости касаться истории и каких-то общих вопросов. С другой же, частности порой затмевают целое. А это в постановке хрестоматийного балета весьма неплохо.
В частности, техника исполнения О. Гайко – выше всяких похвал. Помимо сразу бросающихся в глаза великолепной пульсирующе-утонченной мягкой пластики рук, отточенных пируэтов и до конца “докрученного” фуэте, белорусская исполнительница истинным балетоманам преподнесла и “скрытый” (от взгляда неподготовленного зрителя) подарок – сложнейшую четырехчастную вариацию во втором, “черном” акте балета.
В плане артистизма образный контраст двух лебедей – Белого и Черного (Одетты – Одиллии) в исполнении белорусской балерины просто поразительный. Автор этих строк сама стала свидетельницей спора в антракте двух, видимо, пришедших впервые на балет Чайковского зрителей, суть которого сводилась к тому, двойную партию исполняет одна балерина – Ольга Гайко, или две разные. И это милое недоразумение – яркое подтверждение удивительного актерского мастерства балерины.
Белый лебедь Одетта – хрупка, скромна, пуглива. Пластика великолепная – тонкая, но мятежная, а физическая красота лишь дополняет порывы внутренние. Черный лебедь Одиллия – горда, высокомерна, явно сознающая и наслаждающаяся силой своих колдовских женских чар.
Ее партнер Игорь Оношкин – настоящий сценический принц: молод, красив, беспечен и, в плане исполнительского мастерства, очень талантлив. С позволения сказать, идеальная золотая оправа для такого сценического бриллианта, как Ольга Гайко. Техника “чистая”, без видимых шероховатостей, прыжки высокие и очень хорошие неслабые поддержки.

А вот среди отечественных исполнителей весьма приятно удивил Эдвард Аразов в партии Шута. Несмотря на то, что Э.Аразов выступал с травмой бедра, в некоторых эпизодах первого акта наш исполнитель даже смотрелся предпочтительнее своего белорусского коллеги.
Вместо привычных Макара Ферштандта и Гюльагаси Мирзоева на сей раз в Pas de trois выступил молодой и довольно востребованный (судя по последним постановкам отечественного театра) Анар Микаилов. Хотелось бы пожелать немного сценической свободы молодому танцору (уж очень по-ученически сосредоточенно исполнение) – и, думается, замену можно считать удачной.

Отдельной строкой хотелось бы выделить тот факт, что довольно высокий постановочный уровень спектакля и, как следствие этого, постоянные приезды именитых гастролеров – это результат ежедневной кропотливой работы как руководства, так и труппы театра, которые по мере своих возможностей стараются поддерживать высокий профессиональный уровень как премьерных, так и “рядовых” спектаклей, тем самым подтверждая звание одного из “культурных островов” в общественной жизни нашей столицы.

Вот и в представленной постановке понравились характерные танцы с участием наших исполнителей. Вся эффектная сюита разнообразных национальных танцев прошла на одном дыхании – с драйвом и настроением, словно “подогревая” температуру к победоносному выходу эффектного Черного лебедя. Великолепно в плане исполнительского мастерства и весьма оригинально в визуальном плане (своего рода черно-белая “шахматная” рокировка) смотрелся квартет Испанского танца: очаровательная А.Гимадиева в паре со светленьким М.Ферштандтом и южный красавец И.Исламов с хрупкой блондинкой Е.Скоморощенко. Е.Черноусова и О.Исламов зажигали в “Чарадаше”, а Н.Абдуллаева и А.Тагиров – в “Неаполитанском танце”. Нельзя не отметить исполнителей яркой мазурки – Е.Кожевникову, Л.Мирабдуллаеву, Я.Паушкину, Л.Ферштандт, Ф.Губатова, Дм.Тарусова, Р.Исаева и А.Левитана.

Весьма прилично справился с непростыми перипетиями сложной чайковской партитуры оркестр театра под руководством нашего замечательного маэстро Джаваншира Джафарова. Единственное, к чему можно было “придраться” – это к затянувшемуся скрипичному соло в “белом” Адажио (хотелось бы “на волосок” сдвинуть темп) и моментами “смазанным” духовым пассажам.

Балетоманам не стоит объяснять, что порой постановки несут в себе элемент “живой энергетики” между залом и сценой, когда исполнители делятся со зрителями своими эмоциями и получают в ответ что-то неуловимое и в то же время вполне осязаемое. Вот и на этот раз по силе впечатлений, по эмоциональному накалу спектакль на сцене Театра оперы и балета, который и знаешь наизусть, но, тем не менее, оставил весьма волнующее впечатление. Это все равно, как через давно и хорошо знакомое проглядывается такое же вечное и необъяснимое как само настоящее Искусство.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18931
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Ноя 01, 2013 9:15 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2013103202
Тема| Балет, БТ, Проблемы, Скандалы, Персоналии,
Автор| ЕЛЕНА РЮМИНА
Заголовок| БОЛЬШОЙ ВОПРОС:
Свой 238-й сезон Большой театр начал на фоне странного информационного затишья

Где опубликовано| © журнал "Профиль"
Дата публикации| 2013-10-22
Ссылка| http://www.profile.ru/article/bolshoi-vopros-svoi-238i-sezon-bolshoi-teatr-nachal-na-fone-strannogo-informatsionnogo-zatis
Аннотация|

Во всяком случае, резких критических высказываний в адрес театра больше не слышно. Однако молчание не означает решения проблем


Сергей Авдуевский / ИДР-Формат

Похоже, и в Большом, и в Министерстве культуры решили восстановить пострадавшую репутацию театра, «отбросив» все, что было до назначения Владимира Урина. Новый генеральный директор, открывая сезон, заявил, что вопросы о коррупции и правомерности трат на реконструкцию театра должны задаваться не ему, а компетентным органам, и призвал журналистов пользоваться исключительно информацией из пресс-службы ГАБТа, обещая максимальную открытость. Николаю Цискаридзе обещана символическая компенсация — участие в трех прощальных «Щелкунчиках» на сцене Большого. Ученица Цискаридзе и подруга Павла Дмитриченко Анжелина Воронцова теперь — прима Михайловского театра в Петербурге. Сам Павел Дмитриченко, арестованный по подозрению в организации нападения на руководителя балета Большого театра Сергея Филина, фактически пошел на сделку со следствием, согласившись заменить адвоката Виолетту Волкову, известную по делу Pussy Riot и процессу узников Болотной, на адвоката Николая Полозова. После этого Дмитриченко заявил, что не будет публиковать информацию о нарушениях в работе Большого театра, распределении грантов и ролей, зафиксированную в его тетрадях, продемонстрированных им ранее в суде. Замена Волковой произошла в тот момент, когда она собиралась подавать в Европейский суд по правам человека протест на условия содержания Дмитриченко. Все это могло стать новым ударом по репутации и Большого, и России.

Произошли и другие кадровые изменения. Femme fatale Ольга Смирнова, с которой, по словам Николая Цискаридзе, у Сергея Филина были не только рабочие отношения, стала ведущей солисткой. Пока Филин лечился, она вышла замуж за Дмитрия Костова, сына Диляры Тимергазиной, правой руки и советника Филина в театре, по совместительству — генерального директора филинского фонда «Балетные традиции». Владислав Лантратов, также протеже Филина, получил после гастролей в Лондоне одну из четырех освободившихся в театре звездных ставок, став премьером.
Из руководства уволен Михаил Фихтенгольц, начальник отдела перспективного планирования Большого театра, приглашенный на работу в ГАБТ при бывшем директоре Иксанове. С ним не продлили контракт. Некоторые связывают это c тем, что он собирал подписи членов труппы под письмом к президенту РФ в защиту Дмитриченко (все письма и поручительства готовились по предложению защиты артиста) и пытался вмешаться в работу балетной труппы. Фихтенгольц известен как сторонник западной системы stagione — своего рода альтернативы репертуарному театру, когда спектакль ставится на короткое время с приглашенными артистами.
Все это свидетельствует, что и Минкульт, и руководство театра желают спокойствия. Очевидно, что Владимир Урин очень хотел бы опереться на коллектив, не раздираемый непримиримыми противоречиями. На открытии сезона он сказал, что сможет работать только при поддержке всего театра. Но весь вопрос в том, возможен ли мир при нынешнем механизме управления труппой.
Зарплата исполнителей балета в Большом театре — 9 тыс. рублей в месяц в кордебалете, 14 тыс. рублей получает премьер. Ставка педагога хореографии
— 12 тыс. рублей. К ним добавляются суммы из президентских грантов, средний размер доплаты — 8—24 тыс. рублей. Таким образом, вместе с президентским грантом в месяц может получиться 17—40 тыс. рублей. Артистам также дополнительно платят за выходы в спектаклях. Так, Николай Цискаридзе, по его собственным словам, мог получать по 60 тыс. рублей за выход. Но достанется ли артисту доплата, премия за выход в спектакле или нет, зависит от художественного руководителя балета. Он может снять любого артиста со спектакля, мотивируя это тем, что артист, по его мнению, не готов. Естественно, здесь открываются широчайшие возможности для начальственного произвола и сведения счетов. Позволил артист себе критические высказывания или «несанкционированные» выступления в другом театре, его могут лишить доплаты за счет президентского гранта.
Кроме того, в театре пышно расцветает фаворитизм. «Балетное руководство начинает унижать, оскорблять людей, запугивать их снятием с репертуара, лишать за любое не понравившееся слово премий, распределять президентские гранты в своих интересах (прикрываясь ими же созданной комиссией из людей, которые за это получают бонусы)… Стоит задуматься, где проблема, где истинная опухоль всего происходящего?» — написал из заключения Павел Дмитриченко на радио «Свобода» в сентябре 2013 года.
В пресс-службе Большого любую компрометирующую театр информацию опровергают: «Приведенный фрагмент письма Павла Дмитриченко на радио «Свобода» является его частным мнением, которое мы не комментируем. Чтобы доказать или опровергнуть данную информацию, Павел Дмитриченко должен обратиться, вероятно, в соответствующие органы». Сергей Филин все обвинения в коррупции тоже отметает. «Я мзды не беру, я никогда этого не делал, никогда никого не обирал», — заявил он в телепрограмме «Сати. Нескучная классика». Однако едва ли кто-то может отрицать, что система распределения ролей и денежных выплат в Большом недостаточно прозрачна, и именно в этом источник многих проблем.
Возможно, оздоровить ситуацию могли бы контракты западного образца, заключаемые с артистом раз в 4—5 лет — от одной переаттестации до другой (в России такие существуют в Михайловском театре в Петербурге). В них, как правило, прописывается, в каких постановках артист занят, в каких гастролях участвует, а также его право на выступления в других театрах и за рубежом. Владимир Урин сообщил «Профилю», что не исключает возможности подобных контрактов в ГАБТе, но они станут возможны, только когда театр начнет планировать свою работу минимум на 2—3 сезона вперед. «Урин пойдет по этому пути, ни по какому другому идти просто невозможно, и тогда артисты очень скоро поймут, что они смогут здесь зарабатывать так же, как на Западе, но тогда и ответственность должна быть у них такая же, как на Западе: не срывать спектакли; не туда все время ездить, а сюда время от времени возвращаться; работать здесь, а туда ездить иногда», — рассказал «Профилю» ректор Школы-студии МХАТ Анатолий Смелянский. Однако прима Большого Светлана Лунькина считает, что одних только формальных контрактов недостаточно, их исполнение должен кто-то контролировать, у нас такой инстанцией могло бы стать, например, Министерство культуры. И главное — система должна быть прозрачной. «В Национальном балете Канады, где я сейчас работаю, всем и заранее известно, кто и в чем занят, это обсуждается открыто», — рассказала она «Профилю», заметив, что в Большом к руководству исполнителям просто нет доступа.
Однако дело не только в несправедливом распределении денег между артистами, но и в неправильном управлении имиджем театра. «Очень важная вещь: в Большой театр не ходит руководство страны, — рассказал «Профилю» Александр Гафин, возглавлявший ранее исполнительный комитет попечительского совета ГАБТа. — Я хожу в Большой театр, но никогда не видел в соответствующей ложе ни Путина, ни Медведева, которые бы слушали, скажем, «Севильского цирюльника».
Ситуацию, по мнению Александра Гафина, ухудшает еще и то, что члены попечительского совета, несмотря на солидные взносы (250 тыс. евро в год от каждого юридического или физического лица), не имеют никакого влияния на театр и никак не участвуют в его жизни. «Туда пришли люди, далекие от театра — нефтяные компании, крупные банковские холдинги, — которым дана была директива Кремля: нужно помочь Большому театру, выделить средства, — сетует Александр Гафин. — И они просто платят таким образом социальный оброк нашему дорогому государству и правительству. Имиджем надо управлять, надо выстраивать отношения с людьми, а их использовали только как кошелек». Гафин считает, что Большой театр вполне мог бы стать культурным центром, клубом, объединяющим интеллигенцию, артистов и бизнесменов. Тогда у тех, кто дает деньги, было бы чувство причастности к театру и ощущение результата от вложений. «Так работает Национальный оперный театр Латвии, который ставит премьер в два раза больше, чем Большой театр, а денег на них получает в 20 раз меньше. Ты можешь работать во влиятельной газете и любить театр. Для друзей и спонсоров проводятся специальные обеды, гала-ужины, где выступают молодые артисты, выделяются билеты, абонементы, и театр постепенно становится твоим вторым домом… Но в Большом театре процветает совковый подход: надежда на то, что вот мы сейчас позвоним в Кремль, там надавят на кого надо, они придут и нам в зубах принесут эти деньги… Западная модель театра—дома—клуба не работает…» — заключает он.
Неправильно выстроенная система финансирования и менеджмента привела к тому, что за последние годы Большой потерял нескольких ярких артистов: Николая Цискаридзе, Андрея Уварова, Дмитрия Белоголовцева, Владимира Непорожнего. Алексей Ратманский не стал продлевать свой контракт художественного руководителя, уйдя в American Ballet Theatre. Как уже было отмечено, Анжелина Воронцова теперь — прима Михайловского театра, Светлана Лунькина — Национального балета Канады. Для Большого театра это не только имиджевые потери, это потеря качества.
Творческая реализация артистов не менее важна, чем финансовые вопросы. Об этом сказал генеральный директор Михайловского театра Владимир Кехман, после того как из Большого в Михайловский из-за невозможности реализовать себя ушли Наталья Осипова и Иван Васильев. Оба сейчас имеют постоянные контракты с American Ballet Theater, а Осипова с осени 2013-го еще и прима в Royal Opera House в Лондоне. Кстати, благодаря им, сбежавшим из Большого звездам, театр выглядел весьма достойно на гастролях в Лондоне. В наступившем сезоне они снова будут танцевать на сцене Большого, как и Диана Вишнева. Во многом их возвращение в Большой, пусть и в качестве гостей, заслуга Владимира Урина. Впрочем, перед ним стоит задача более сложная — чтобы звезды из Большого не убегали, не скандалили, а работали на имидж театра и страны.


Последний раз редактировалось: Елена С. (Вт Дек 31, 2013 11:43 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18931
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Ноя 04, 2013 11:02 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2013103203
Тема| Балет, Гастроли в Одессе, Персоналии, Ульяна лопаткина
Автор| Лилия Штекель
Заголовок| Ульяна Лопаткина в Одессе — балет к юбилею Пьяццолы
Где опубликовано| © OdArt: территория культуры (Одесса)
Дата публикации| 2013-10-31
Ссылка| http://odart.od.ua/notes/lopatkina-odessa-report/
Аннотация|



Вот и прошел этот долгожданный вечер — «Гранд Танго Гала» — Ульяна Лопаткина и звезды мирового балета танцевали танго под музыку легендарного Астора Пьяццолы и Хосе Родригеса. Посвящается этот спектакль-танго девяностолетию Пьяццолы.

«Гранд Танго Гала» поразил балетоманов своим пониманием музыки. Это было полное слияние с танго Пьяццолы и других композиторов, аккуратное, при всей страстности, и деликатное погружение в культуру танго. Но границы танго в этом спектакле раздвинулись до джаз-модерна, до контемпорари, и танго со всеми его акцентами и наполненностью чувствами приняло все эти современные течения танца, приняло, растворило, растворилось…

Изящно и интеллигентно. Страстно и эмоционально. Легко и очень осмысленно. Наверное, так мне бы хотелось охарактеризовать то, что было показано одесситам 29 октября на сцене Оперного театра.

Восхитительная Ульяна Лопаткина! Действительно, божественная! Не зря её так называют! Когда она выходит на сцену, от неё просто не оторвать глаз. Изящная, тонкая, точная в движениях, сильных и точных… Сольные номера, дуэтные, общие — она всегда в ансамбле и всегда сама по себе — как самая яркая звездочка… Блистающая звезда…

Кроме прима-балерины Мариинского театра Ульяны Лопаткиной в спектакле принимал участие премьер Мариинского театра Юрий Смекалов и премьер Латвийского национального балета Раймонд Мартынов, ведущие солисты и просто солисты Латвийского национального балета. Количество премьеров на нашей сцене было зашкаливающим. Качество исполнения, чистота движений, великолепная техника вместе с красотой каждого движения, с утонченной эмоциональностью подарили нам великолепное зрелище!

Режиссура каждого номера была такой сильной, что каждое из трех действий спектакля пролетало незаметно. В каждом танце была своя четкая драматургия — танго к этому обязывает, всегда есть любовная линия, завязка, кульминация, развязка… и в внутри всей этой простой на вид структуры — стремительные движения, мягкие кошачьи повороты, быстрые взгляды в зал с четкими «точками», летящие прыжки, захватывающие дух вращения, арабески в позировке танго, всё в духе танго… Танго после такого зрелища слышится вам долго, даже снится, и вам хочется танцевать… В фойе театра после спектакля танцевали маленькие девочки — неловко, неумело, но с таким желанием!.. А взрослые смотрели и завидовали… И это стало еще одной составляющей этого праздника танго…

Такое бывает в Одессе не каждый вечер. Спасибо Ульяне Лопаткиной и её коллегам.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18931
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вс Ноя 17, 2013 11:03 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2013103204
Тема| Балет, Ростовский музыкальный театр, Премьера, Персоналии, Габриэла Комлева
Автор| Марина Каминская
Заголовок| Этот балет, как… рис
Где опубликовано| © газета «Наше время»
Дата публикации| 2013-10-25
Ссылка| http://www.nvgazeta.ru/news/12381/484777/
Аннотация| ПРЕМЬЕРА

Этот балет, как… рис
— такое сравнение услышал однажды в Японии Андрей Аниханов, главный дирижер Ростовского музыкального театра.




Этим образным сравнением японский организатор гастролей ответил на его вопрос о том, почему японцы так хотят, чтобы на афишах гастролирующих у них русских балетных трупп было название «Лебединое озеро».

Об этом случае Аниханов рассказал на пресс-конференции, посвященной новой версии «Лебединого озера» в Ростовском музыкальном.

Впервые молодая, тогда — недавно созданная, но дерзкая балетная труппа Ростовского музыкального поставила балет Чайковского «Лебединое озеро» еще десять лет назад. Поскольку для наших это произведение дорого еще больше, чем японцам: кому оно — рис (читай — хлеб), кому — самый лучший торт.

Как вспоминал художественный руководитель театра Вячеслав Кущев, тот балет сразу же пригласили на гастроли в Португалию. Чтобы не оплошать перед искушенной европейской публикой, Ростовский музыкальный призвал тогда на подмогу двух столичных солистов, которые и исполнили главные партии. Успех превзошел ожидания: публика долго аплодировала тому «Лебединому озеру».

За десять лет Ростовский музыкальный театр показал балет «Лебединое озеро» более 80 раз на своей сцене и около ста раз — во время зарубежных гастролей. Вероятно, эта постановка и в дальнейшем могла бы вызывать зрительский интерес, но театр решил, что способен дать зрителям больше.

Балетмейстером-постановщиком новой версии «Лебединого озера» на ростовской сцене стала народная артистка СССР, легенда Мариинского театра Габриэла Комлева. За основу она взяла хореографию Мариуса Петипа и Льва Иванова в редакции Константина Сергеева. Это близко к тому прочтению шедевра, который предпочитают в Мариинском.

Работа над новой версией была кропотливой и нередко даже изнуряющей. Однако результат стоил мучений: танцевальные картины теперь интереснее, в движениях и жестах куда больше отточенности, изящества и благородства.

Вообще это уже совсем другой спектакль. С другими исполнителями, иным хореографическим финалом, иначе оформленный.

«Лебединое озеро» продолжило ряд спектаклей — оперных и балетных, которые в Ростовском музыкальном получают за последние десять лет второе рождение, совершенствуются вместе с ростом мастерства его труппы. К примеру, в прошлом сезоне театр представил на суд зрителей, который завершился овацией, другую свою обновленную постановку — балет Чайковского «Щелкунчик».

Наверно, многие в Ростовском музыкальном могли бы подписаться под словами его художника по костюмам Натальи Земалиндиновой: «Лебединое озеро» — балет, над созданием которого радостно было бы работать и в пятый, и в десятый раз». Но…

Вряд ли в ближайшее время Ростовский музыкальный позволит себе вновь роскошь подобных возвращений. Да, пожалуй, и нет такой острой необходимости. Не исключено, что в скором будущем на его афише появится название какого-либо из знаменитых современных балетов, — во всяком случае, переговоры с постановщиками об этом ведутся.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18931
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вс Ноя 17, 2013 11:34 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2013103205
Тема| Балет, Ростовский музыкальный театр, Премьера, Персоналии, Габриэла Комлева
Автор| Наталия КРАСИЛЬНИКОВА
Заголовок| Габриэла КОМЛЕВА: «БАЛЕТ - ЭТО БЕЗГРАНИЧНОЕ ТЕРПЕНИЕ И ЛЮБОВЬ К СВОЕЙ ПРОФЕССИИ»
Где опубликовано| © журнал «Качественный продукт» №72 стр.26-27 (Ростов-на-Дону)
Дата публикации| 2013 октябрь
Ссылка| http://www.kprodukt.ru/node/1834?q=node/1877
http://www.srro.ru/images/!2013%20year/10October/Kachestvennyi%20produkt%20N%2072-2013.pdf
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

На днях в Ростовском музыкальном театре с феноменальным успехом прошла премьера балета П.И. Чайковского «Лебединое озеро». Ростовские балетоманы хорошо помнят, как ровно 10 лет назад театр представил им этот шедевр в исполнении совсем молодых артистов балетной труппы, которой тогда исполнилось лишь ДВА года! Сегодня нас познакомили с новой версией «Лебединого» - точнее было бы сказать, с канонической.

На роль хореографа-постановщика театр пригласил всемирно известную балерину, народную артистку СССР, долгие годы бывшую примой Мариинского (Кировского) театра в Петербурге, в прошлом блистательную исполнительницу главной партии в «Лебедином озере» - Одетты – Одиллии, Габриэлу Комлеву. Коренная петербурженка, выпускница цитадели классического танца – Академии балета имени А.Я. Вагановой (педагоги В.С. Костровицкая, В.П. Мей), Габриэла Трофимовна давно занимается педагогической деятельностью. А начала она эту деятельность в театре и хореографическом училище, заменяя знаменитую Наталью Дудинскую во время ее длительных отъездов за рубеж.

В 1984 году Г. Комлева с отличием окончила Ленинградскую консерваторию как балетмейстер-репетитор, в 1987 году стала профессором кафедры хореографии, а с 1989 работает балетмейстером-репетитором в Мариинском театре. В 1994 году избрана Президентом Английского общества Русского стиля балета. Балетные критики называли Г. Комлеву «Балериной Мариуса Петипа».

Я встретилась с Габриэлой Комлевой накануне генеральной репетиции «Лебединого озера» в Ростовском музыкальном театре.



- Габриэла Трофимовна, какие профессиональные и этические принципы заложили в вас ваши учителя?

- Когда я училась в Вагановском училище, все руководствовались, прежде всего, любовью к своей профессии. Это очень важный фактор: лишь когда человек любит свое дело, он вкладывает в него всю свою душу. Меня всегда коробило, когда при мне говорили о балете как о «работе»: творческий процесс и работа в моем сознании никак не соединялись.

Что касается профессиональных принципов, мои педагоги не сводили их к грамотному танцу, а внушали нам, насколько важна для балетного артиста общетеатральная культура. Танцовщик, помимо совершенного владения телом, должен быть широко образованным человеком. Я, например, всегда интересовалась историей, временем, в котором жили мои героини; живописью, скульптурой, музыкой, классической литературой. Этим и замечательна наша профессия! Балетный артист должен уметь говорить телом то, что драматический актер произносит в словах. Труднее всего, конечно, танцевать классику, потому что если просто четко выполнять движения, не наполняя их смыслом, получается механическое изложение спортивных почти результатов. И сразу все становится скучно и неинтересно, потому что ассортимент движений не столь велик. А спектакли должны быть разными: я не могу танцевать Раймонду так, как Аврору в «Спящей красавице». В «Раймонде» - свой инструментальный танец, в «Спящей» - иная музыкальная драматургия. Я уже не говорю о современной хореографии - там пластика более свободна.

- В какой мере, по-вашему, со сцены видна личность артиста балета? Ведь тело, как и голос – что вокальный, что разговорный, – никогда не лжет! Что можете сказать о балетном артисте как о человеке вы, наблюдая за ним из зала?

- Когда танцовщик выходит на сцену, я сразу могу понять, глуп он или нет! Не могу рационально объяснить вам, КАК я это понимаю, скорее, чувствую - через его движения. Как у драматического актера – через тембр голоса, артикуляцию фразы. Есть еще один важный фактор – исходящая от актера внутренняя энергетика! Это неизученная область, и думаю, что энергетика любого артиста ощущается, главным образом, тогда, когда смотришь его вживую – не на теле- или киноэкране. Я видела Галину Сергеевну Уланову на сцене и каждый раз поражалась ее мощной положительной энергетике. А когда я смотрела ее же по телевизору, я видела отдельные технические огрехи великой балерины! Загадка? Бесспорно!



- А если сузить этот вопрос – прямо к теме «Лебединого озера»: допустим, балерина танцует Одетту-Одиллию. С Одиллией понятно, возьмем Одетту. Предположим, балерина технически мощно оснащена, а в жизни человек, мягко говоря, не очень светлый. Вы увидите это из зала?

- Увижу! Обращусь к балету Л. Минкуса «Баядерка». Первое появление героини: она спускается по ступенькам храма, идет мерными шагами в центр и по указанию главного жреца начинает вершить молитву. Смотря по тому, КАКИМИ шагами она дойдет до этого центра, я вам сразу смогу сказать, как пройдет весь балет! Важно то, КАК балерина чувствует это экстатическое молитвенное состояние, каким внутренним смыслом она его наполняет. В «Лебедином» - то же самое: как Одетта выйдет из озера, преображаясь из Лебедя в девушку, как будет отряхивать со своих рук капли воды, - превращение из птицы в девушку, состояние тревоги – все это нужно передать!

- Вы довольно рано осознали свое призвание балерины? Как это произошло?

- Мне всегда казалось, что я захотела танцевать сразу, как родилась: мой первый выход на сцену состоялся, когда мне было четыре года! Во время блокады я была в Ленинграде, и последним грузовиком мы с мамой выехали на Большую Землю. И в Сибири, на сцене Дома культуры, я начала танцевать в самодеятельности, читала стихи, делала модные тогда гимнастические пирамиды. Когда после войны мы вернулись в Ленинград, я сразу поступила в Вагановское балетное училище. Принимала меня сама Ваганова.

- А ваша первая партия в Кировском театре?

- Знаете, тогда в театрах была другая танцевальная система: каждый актер, поступивший в театр, обязан был пройти все стадии иерархической лестницы – кордебалет, корифеи, солисты и ведущие солисты. Меня взяли стажером в кордебалет. Главным балетмейстером Кировского театра тогда был Борис Александрович Фенстер. Он мне сразу дал готовить роль Марии в «Бахчисарайском фонтане». Но первой моей ролью стала работа в балете на музыку Андрея Петрова «Берег надежды» (балетмейстер-постановщик И. Бельский), роль по-настоящему драматичная, называлась она «Потерявшая любимого». Пластика роли противоречила канонам классического танца. Этот балет открывал новые для того времени пути развития балета как жанра.

Первой моей большой ролью в классическом балете стала Аврора в «Спящей красавице» Чайковского. А после «Спящей» меня быстро стали вводить в самые разные балеты: я была очень хорошо обучена, технична, быстро учила партии. Кроме того, на меня просто можно было положиться! В итоге за годы работы в Мариинском (Кировском) театре я станцевала весь репертуар. Я проработала на сцене 32 года – срок для балета просто немыслимый!

- Вы занимаетесь активной педагогической деятельностью. Какие принципы вы внедряете в своих учениц – те же, что в свое время заложили в вас ваши учителя в профессии, или какие-то иные?

- Далеко не каждый танцовщик имеет право быть педагогом. Знания, заложенные в тебя в юности, конечно, важны, но должен быть еще необычайно острый глаз, который позволит в другом увидеть особенности ЕГО личности. Дать этим особенностям раскрыться, расцвести, не ломать индивидуальность ученика – вот, наверное, важные составляющие таланта педагога.

- Что бы вы хотели пожелать тем девочкам, которые сегодня мечтают встать на тернистый путь балетной артистки?

- Скажу коротко: терпения и любви к своей профессии!

Фото из архива
Габриэлы Комлевой
и фото Марии Ким
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18931
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вт Дек 31, 2013 3:24 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2013103206
Тема| Балет, Пражский национальный театр, Персоналии, Михал Штипа
Автор| Станислава Озерова
Заголовок| Пражский Ромео
Где опубликовано| © Журнал «Русское слово». Номер 10/2013 (Чехия)
Дата публикации| 2013 октябрь
Ссылка| http://www.ruslo.cz/articles/917/
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

Солист балета Пражского национального театра Михал Штипа (1979) находится пике своих творческих сил, 10 ноября он отпразднует 34-летие. Его карьера началась в Брно, где после окончания хореографического училища он поступил в труппу брненского Национального театра и довольно быстро стал получать сольные партии. Этому театру Михал посвятил семь лет своей жизни и в 2007 году перебрался в Прагу, где вскоре стал солистом Национального театра.



За театральный сезон 1998—1999 Штипа получил премию Philip Morris Flower Award как талант года в области искусства классического танца, а через три года ему присуждают главный приз Philip Morris Flower Award. В 2000 году в конкурсе артистов балета Чехии и Словакии в Брно он выигрывает второй приз. В 2004 году за роль Солора в балете «Баядерка» его кандидатура была выдвинута на самый престижный приз для артистов всех жанров в Чехии — премию Thálie. В этом же году зрители отдают ему свои симпатии, и «Приз от Зрителя» также присуждается танцору. В марте 2005 — приз Thálie за роль Альберта в балете «Жизель».

Список его ролей в Праге довольно внушителен: Зигфрид в «Лебедином озере», Жан де Бриен в «Раймонде», принц в «Щелкунчике», Альберт в «Жизели», принц в «Рождественской истории», Ромео в «Ромео и Джульетта», Ленский в балете «Евгений Онегин», Эскамилио в «Кармен», Джеймс в «Сильфиде», принц в «Спящей красавице».

Мне удалось поговорить с Михалом в одной из примыкающих к Национальному театру кофеен, отловив его после сложного репетиционного дня, который вместе с ним в театре провела его очаровательная собака японской породы сиба-ину.

— Расскажите, пожалуйста, как Вы пришли в балет? Как поняли, что хотите заниматься им профессионально? Не жалели ли Вы о своем выборе?

— Это весьма типичная история. Все началось с того, что моя мама в юности тоже танцевала, но так никогда и не начала заниматься этим профессионально. В каком-то роде я реализовал ее несбывшуюся мечту связать свою жизнь с балетом. В шесть лет я начал ходить в балетную школу в Брно, а после ее окончания поступил в консерваторию и в театр. Признаться честно, о своем выборе я никогда не жалел. С детства меня вдохновлял и манил театр. Мне всегда хотелось ощущать это неповторимое чувство, когда ты стоишь в центре сцены. Что касается ролей, то самыми привлекательными для меня с малых лет и до сих пор остаются роли принца. Конечно же, в каждой профессии есть свои трудности и минусы, с которыми приходится мириться. Большой минус в нашей сфере — деньги. Даже в Национальном театре зарплаты невообразимо малы. Но жалеть о своей карьере мне никогда не приходилось. Даже папа, который сначала относился к этому «девичьему» занятию с подозрением, постепенно изменил свое мнение.

— Я знаю, что в балете танцовщики очень рано уходят на пенсию. Скоро это коснется и Вас?

— Интересно, что в Чешской Республике понятие «пенсии» в балете не существует.

— Правда? Даже в России существует пенсия, маленькая конечно, но все же…

— Пенсию отменили уже какое-то время назад, и несмотря на наши многочисленные ходатайства по ее возобновлению пока что ситуация не меняется. Мне известно много историй достаточно известных танцоров, которым после окончания своей балетной карьеры пришлось осваивать абсолютно новые, не относящиеся к искусству профессии, чтобы как-то обеспечить свою семью, кто-то даже становился пекарем. Само собой, многие продолжают заниматься чем-то связанным с профессией, например, преподавать. Время ухода из профессии может разниться. У танцоров, занимающихся классическим балетом, возраст скрыть сложнее, чем в современном балете, где не так важно стопроцентное исполнение сложной техники.

— Есть ли у Вас уже какие-то планы на будущее, чему Вы планируете посвятить себя?

— Я уверен в том, что буду заниматься преподаванием. Для меня это очень интересное занятие. Мы с моей партнершей уже давно увлечены идеей открыть собственную балетную школу для детей, но пока мы танцуем, это не возможно. Наш стандартный рабочий день в театре до 18 часов. Сложно совмещать основную деятельность с чем-то еще.

— Раз Вы уже обмолвились об этом, расскажите, как выглядит Ваш обычный рабочий день.

— Каждый день я встаю в восемь часов, даже если мне не нужно на работу. Что-то вроде привычки. Рабочий день начинается с десяти. Чуть больше часа длится первая тренировка, и только после этого начинаются непосредственные репетиции. За день мы отрабатываем по три—четыре балета, что, как мне кажется, достаточно много. Если вечером у меня нет спектакля, то рабочий день длится, как и у всех остальных, до 18 вечера. Если же вечером у меня спектакль, то обычно я должен посетить только утреннюю тренировку, а после могу вернуться домой, чтобы набраться сил.
Что касается расписания спектаклей, то оно у всех индивидуальное. Бывают такие месяцы, когда у вас может быть 20 спектаклей, но бывает и всего лишь пара за месяц.

— О чем Вы думаете во время представлений?

— Забавно, что со временем я стал больше волноваться во время представления. С возрастом человек начинает с большим трепетом относиться к своей работе. В молодости мне было все равно, если проскочит какая-то ошибка, а со временем вы начинаете больше заботиться о своей репутации.

— Есть ли у Вас по ходу спектакля время наблюдать за зрителями? Как Вы воспринимаете публику?

— В большинстве спектаклей у меня обычно не бывает времени, чтобы как-то особенно изучать публику. Во время танца я об этом не думаю. Конечно же, если я знаю, что сегодня должен был прийти кто-то из моих друзей, я попытаюсь отыскать их среди зрителей.

— Вы танцевали в Национальном театре в Брно, Братиславе и Праге. Можете ли Вы их сравнить?

— Больше всего на свете я люблю Прагу! Я обожаю вид на Пражский Град и Градчаны. Прага вся целиком дышит культурой и искусством, здесь постоянно что-то происходит, ты даже порой не успеваешь за всем уследить. Такого абсолютно не встретишь в Брно. Несмотря на то, что это мой родной город, Прагу я люблю больше Брно. В Праге гораздо больше возможностей, множество заграничных хореографов и танцоров, постоянный обмен опытом. Для меня Братислава… как бы это выразить, чтобы никого не обидеть… Братислава — это деревня, Брно — деревня немного больше, тогда как Прага уже полноценный город.

— Существует давно устоявшееся мнение о первенстве русского классического балета. Занимает ли русская школа лидирующую позицию до сих пор или ей на смену пришел кто-то новый?

— По-моему мнению, нет, уже не занимает. Мне кажется, что все остальные, как, например, французы или американцы, продвинулись на пару шагов вперед, тогда как русская школа в определенном смысле перестала развиваться.

— У Вас бывали заграничные гастроли и в России?

— Пять лет назад меня позвали в Екатеринбург. Я был единственным приглашенным гостем, и это нечто абсолютно иное, чем когда на гастроли отправляется вся труппа. В России все оказалось таким, как я себе и представлял. У моей бабушки есть много друзей из Киева. Все детство мы часто ездили туда или же они навещали нас в Брно. Поэтому перед поездкой у меня уже был определенный опыт проживания в русскоязычной среде. В Екатеринбурге я как будто бы снова очутился в детстве, даже несмотря на то, что на улице был страшный мороз, мне все несказанно нравилось. И непроходимые горы снега лишь удачно дополняли эту чудесную картину. И Петербург, и Москва, несомненно, прекрасные города, но именно Екатеринбург покорил меня больше всего.

— Было ли в России что-то, что Вас удивило?

— Самое приятное в России, на мой взгляд, то, что люди ценят танцоров и знают их, что, например, в Чехии, абсолютно не так. Я считаю, что телевизионная реклама танцоров, статьи о солистах балета как в центральной, так пусть даже в желтой прессе, с чем я в большом объеме столкнулся в России, — это очень позитивный момент. В Чехии же о танцорах знают или слышали только те, кто этим непосредственно занимается или интересуется. Мне кажется, что у нас балет до сих пор остается недооцененным.

— Есть ли у Вас любимые танцоры?

— Есть много замечательных танцоров, но мне никогда не нравилось следить за балетом по телевизору. Телевидение не передает эту уникальную театральную атмосферу. Я люблю находиться в театре, слушать оркестр. И мои театральные привязанности находятся среди людей мне знакомых.

— Тогда расскажите о Вашем любимом балете.

— Это, бесспорно, «Ромео и Джульетта». Забавно, что когда я только учился в балетной школе, я без доли сомнений всем говорил, что вершина балета — «Лебединое озеро», но с течением времени я понял, что «Лебединого озера» стало слишком много.

— Какая музыка обычно играет у Вас дома? Что-то из классического репертуара?

— Нет, дома я никогда не слушаю классику, ее мне сполна хватает на работе. Я люблю обычную поп-музыку, иногда включаю джаз, все зависит от настроения. На самом деле, у меня дома в основном нет места музыке. Целый день на работе я провожу с музыкой, поэтому дома я люблю от нее отдохнуть и побыть в тишине.

— В каком из мировых театров Вы еще не были, но всегда мечтали выступить?

— Конечно же, есть один театр, где мне никогда не будет суждено станцевать, — Парижская Опера. Театр номер один.

— Чем Вы любите заниматься в свободное время?

— В настоящее время я строю дом недалеко от Бероуна, и все мое свободное время уходит на контроль рабочих. Это просто ужасно, вы себе даже не представляете. Как только я перестаю следить, они перестают работать.
А вообще, я люблю дизайн интерьера, и не только из-за нынешней стройки. С радостью бы занялся его освоением, но выходных катастрофически не хватает. В субботу у нас тоже рабочий день — до трех, плюс на выходных все время бывает как минимум один спектакль. Так что выходной бывает только раз в неделю. Не говоря о том, что приходится танцевать и на все праздники. Но я не жалуюсь, вы не подумайте!

— И напоследок… Расскажите, чем бы Вы хотели заниматься, если бы не было балета?

— Я, несомненно, занялся бы чем-то из области искусства. Единственное, что может превзойти балет — это пение. Возможно, когда-то я смогу заняться пением более основательно и брать уроки несколько раз в неделю.

— Спасибо за беседу, а для читателей «Русского слова» напомним, что они могут увидеть Михала Штипу в одноактном балете «Дон Жуан» на музыку Рихарда Штрауса в рамках международного фестиваля Ave Bohemia. Билеты продаются в редакции.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18931
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вт Дек 31, 2013 8:33 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2013103207
Тема| Балет, Национальный академический Большой театр оперы и балета Беларуси, Персоналии, Юрий КОВАЛЕВ
Автор| Марина КОКТЫШ
Заголовок| Юрий КОВАЛЕВ: «Вернулся — и счастлив!»
Где опубликовано| © Народная воля
Дата публикации| 2013-10-19
Ссылка| http://nv-online.info/by/419/printed/70217/%D0%AE%D1%80%D0%B8%D0%B9-%D0%9A%D0%9E%D0%92%D0%90%D0%9B%D0%95%D0%92-%C2%AB%D0%92%D0%B5%D1%80%D0%BD%D1%83%D0%BB%D1%81%D1%8F-%E2%80%94-%D0%B8-%D1%81%D1%87%D0%B0%D1%81%D1%82%D0%BB%D0%B8%D0%B2!%C2%BB.htm
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

“Он приехал из Петербурга совсем другим даже внешне: гора мышц и море обаяния!” — так в Национальном академическом Большом театре оперы и балета за глаза говорят про танцовщика Юрия Ковалева. Несколько лет он отработал в знаменитом Театре балета Бориса Эйфмана и теперь снова вышел на белорусскую сцену.
Рост под два метра, очаровательная улыбка, широченные плечи...

“Мне перед спектаклем нужно обязательно подкрепиться”, — говорит он и заказывает большую чашку капучино и кусок торта.

Отвечая на вопросы, Юрий часто просит: “Только это, пожалуйста, не для печати”. И в конце интервью удивляет: “Вы про меня пишите поменьше, о каких-то моих заслугах лучше вообще не стоит...”

Юрий Ковалев рассказал “Народной Воле” о театральной диктатуре и кризисе в личной жизни.



Чужой рай

— В последнее время звезды уезжают из Большого театра, а вы вернулись. Почему?


— У моего возвращения длинная предыстория. И чтобы вы могли лучше понять ход моих мыслей, я принес с собой книгу — “Белорусский балет в лицах” Юлии Чурко. Ее когда-то подарили моему дедушке — он был председателем Совета министров БССР. И можно сказать, что именно с нее для меня и начался балет (в то время, когда я учился в училище, у меня еще не было компьютера). Читать эту книгу очень приятно — она написана простым, понятным языком. Видите, сколько фотографий? Каждая из них засмотрена мной до мелочей! Некоторые фотографии не очень хорошего качества, но они настоящие. В каждом взгляде и каждой мышце артиста здесь виден образ и какая-то сумасшедшая история. От этой книги веет теплотой и настоящим искусством...

Почти все артисты, о которых написано в этой книге, были моими педагогами. Я полностью продукт белорусского балета. Хороший или плохой — это уже другой вопрос. Но именно белорусского, а не Эйфмана, как сейчас кто-то хочет меня преподнести...

— Однако в один прекрасный момент вы приняли решение расстаться с белорусским балетом.

— И рад, что решился на этот шаг. Теперь стал смотреть на мир шире. С того момента я стал свободен как артист. Я уже довольно долго живу на два города: две недели провожу в Минске, неделю — в Петербурге.

Когда я уезжал к Эйфману, у меня случился такой момент, когда... Вроде бы все хорошо было, но внутри присутствовала какая-то неудовлетворенность. С 19 лет я танцевал ведущие партии в театре. Наверное, устал — пожалуй, это самая подходящая формулировка. И мне хотелось что-то поменять...

— В театре Эйфмана вы тоже танцевали ведущие партии...

— Безусловно, но там совершенно другая пластика, там вообще все по-другому. Я отработал там два года. И тот зверь внутри, который не давал мне покоя, успокоился.

— В небольшом интервью белорусским телевизионщикам вы сказали: “За границей почувствовал, какие плюсы у нашего театра... Огромный плюс — у Беларуси есть своя балетная школа, и у нас дружный коллектив”. Сложилось впечатление, что в Питере вам было не очень комфортно...

— Это был довольно спонтанный комментарий, во время репетиции...

Могу сказать точно: и к Эйфману, и от него я уходил совершенно обдуманно, хладнокровно и расчетливо.

Я станцевал в Театре балета Эйфмана шесть ведущих партий: в “Анне Карениной”, “Онегине”, “Дон Кихоте”, “Русском Гамлете”, “Красной Жизели”, “Карамазовых”. Должен заметить, работа там очень тяжелая. На освоение эйфмановской хореографии у любого профессионального танцовщика уходит от полугода до года — на перестроение тела. Это совсем другая пластика, подходы. Только кажется, что все легко! И абсолютная диктатура — все зависит исключительно от одного человека. Вот вы можете назвать звезд балета Эйфмана?

— Знаю, что там немало белорусов танцует, в том числе и в кордебалете. Но какие-то громкие, узнаваемые имена — к сожалению, нет.

— Но при этом имена танцовщиков Большого или Мариинского театра у многих на слуху. И я сам до того, как стал работать там, никого не знал из театра Эйфмана, хотя там танцуют очень талантливые ребята.

Все просто — там есть лишь сам Эйфман. Которому часто безразличен человек и его мнение. Он ставит цель и идет к ней, несмотря ни на что. И ничего нельзя сказать против, потому что у него получается. А победителей не судят.


Не в деньгах счастье

— Вас у Эйфмана хорошо приняли?


— Да. Я выходил на сцену, постепенно набирал репертуар. Но понимал, что никогда не буду среди любимчиков Эйфмана. Или буду, только если задамся целью полностью стать его игрушкой. Например, в Беларуси каждый артист в театре может сделать партию так, как он ее видит. Это развивает индивидуальность, самостоятельность, решительность. У Эйфмана это невозможно. Там нужно танцевать только так, как решает и видит он. Ты должен полностью скопировать танец. И тебя самого в этой партии уже не будет совсем. В этом смысле мне было тяжело, потому что я всегда шел другой дорогой. Но научился и так, как требовал Эйфман. Теперь умею и это.

— Когда поняли, что пришло время уйти?

— Когда станцевал почти весь ведущий репертуар, подумал: а что дальше? Я освоил хореографию Бориса Эйфмана, доказал себе и другим, что могу. Расстались мы на хорошей ноте.

— На одной из пресс-конференций в Минске он даже похвалил вас. Сказал: вы увидите, как вырос в профессиональном плане Ковалев, чему научился...

— Я этого, честно говоря, не ожидал. И такой шаг с его стороны вызывает уважение. Потому что на репетициях, признаюсь, бывало всякое...

Я с благодарностью буду вспоминать время, проведенное в Театре балета Бориса Эйфмана. И еще хочу сказать, что в этом человеке для меня осталась некая загадка, разгадать которую мне так и не удалось. Кто знает, может, именно это делает его великим... (смеется)

— Сейчас в театр Бориса Эйфмана поехал ваш коллега Денис Климук. Дали ему какой-то совет?

— Доверительного разговора у нас не случилось. Знаю, что нас часто сравнивают, но это неправильно. Каждый идет своей дорогой. И я желаю Денису удачи на этом пути.

— Сегодня Санкт-Петербургский государственный академический Театр балета Бориса Эйфмана приглашает на работу одаренных и перспективных солистов и артистов кордебалета. “Заработная плата: артисты кордебалета — 30—50 тысяч, солисты — 60—100 тысяч российских рублей”, — написано на сайте. Вернувшись в Минск, вы, видимо, серьезно потеряли в деньгах...

— Моя зарплата там была почти в три раза больше, чем в Минске. Если ты танцуешь спектакли, тебе платят еще и гонорар. Так что получалось весьма неплохо...

— Сегодня почти все белорусские артисты жалуются на скромную зарплату...

— Я понял такую вещь: в моих силах сделать так, чтобы моя зарплата зависела не от людей, которые мне ее платят, а от того, как я работаю. Как говорил мой дедушка: “Рабі добра — і будзе добра”.

— Думали, как будете зарабатывать на жизнь, когда закончите карьеру?

— Чтобы хорошо зарабатывать, нужно много работать. Так говорит Эйфман. Моя позиция такая: не ждать наград, высокой зарплаты, а самому искать варианты заработков.

Считаю, что нынешнее руководство театра поступает правильно, когда отпускает артистов в другие театры, на стажировки, контракты. Но при этом не разрывает с ними отношений. От этого выигрывают все. И артисты знают, что всегда могут вернуться в свой родной театр, где их любят и ждут. Раньше такого не было... Уверен, такая политика принесет хорошие плоды. Мое возвращение — тому подтверждение.


Без амбиций

— В нашем театре рады вашему возвращению?


— Похоже, да. Я сам уехал и понял, что без всех этих людей просто не могу. Вернулся и счастлив!

— Так искренне говорите, что даже не верится в какие-то закулисные игры, интриги, столкновение интересов...

— Я лично всех артистов уважаю, всех прощаю и люблю. И каждому желаю такого отношения к другим. А конкуренция... Она неизбежна. И всегда будет. Она дает возможность развиваться, двигаться вперед. Театр — это бесконечное столкновение амбиций. Но есть удивительные люди, которые всегда выше этого. Например, у нас был потрясающий дирижер Лев Лях. От него всегда веяло каким-то спокойствием и мудростью, такое ощущение, что его никакие выпады и интриги не касались! Для него настоящее искусство было выше всяких амбиций. И сейчас в театре есть такие люди. Советую брать с них пример. Поэтому всем добра и живите дружно!

— Если бы сегодня вам заново пришлось определяться с профессией, выбрали бы балет или что-то более приземленное, но выгодное в материальном плане?

— Не могу ответить на этот вопрос, потому что не представляю такой ситуации. Мне кажется, схема везде одна и та же: учишься, набираешься опыта, обязательно проходишь через трудности и проблемы, а дальше просто интересно, что из тебя получится. Самое главное, чтобы человек был хороший. А профессия — она приложится...

— Вы считаете себя звездой балета?

— Звезды — это те, кому лучи в метро мешают заходить...


Балетный детский сад

— Вы преподаете в частной балетной школе, которую организовала прима-балерина Марина Вежновец. Раньше в балетные школы был большой конкурс, а сейчас, мне кажется, не так много желающих — все-таки это очень трудная профессия...


— К нам приходят детки, которые вообще не представляют, что такое балет. Приводят родители девочку и говорят: ну понимаете, она просто настоящая балерина! Мы работаем с самыми маленькими — заняли нишу, которая у нас долгое время пустовала, хотя на Западе к балету детей давно приучают с самого раннего возраста. Так что нашу школу можно смело назвать балетным детским садом...

— Неужели в 4—5 лет не рано учиться балету?

— Я считаю, что нет. И от существования такой школы белорусский балет только выиграет. Одна из задач нашего заведения — популяризация балета. После занятий у нас в хореографические школы уже придут дети, которые понимают, что такое балет.

Мне, кстати, очень понравилось работать с детьми. Сразу забываешь обо всех проблемах и на вечернюю репетицию приходишь в хорошем настроении и с зарядом бодрости!



Любовь с ошибками

— Вы с прима-балериной Мариной Вежновец были мужем и женой. Прошел слух, будто теперь вас связывает только балет и уже ничего личного. Это правда?


— Мы не расстались. Живем в счастливом браке. Были трудности, которые мы преодолели.

— Если не секрет, через сколько лет семейной жизни случился кризис?

— Через семь — все, как пишут в книжках. На некоторое время мы сделали антракт в отношениях, но очень быстро поняли, что не можем друг без друга. Простите, но больше вам ничего не скажу, так как считаю, что личное должно оставаться личным.

Думаю, у всех случаются некоторые проблемы в семейной жизни. Не бывает идеальных семей. Каждый проходит через какие-то испытания...

— Над идеальными отношениями нужно работать с утра до вечера — точно так же, как в балете.

— В отношениях, в работе да и вообще в жизни невозможно все сделать идеально. Я не верю, что есть люди, которые не совершают ошибок. Так не бывает. Но, как говорит мой педагог, “падая, ты растешь”. Поэтому советую всем идти вперед без страха, сохраняя в сердце любовь и доброту. И тогда все и везде у вас получится!..
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18931
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Янв 08, 2014 10:38 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2013103208
Тема| Балет, БТ, Персоналии, Ольга Смирнова
Автор| Беседу вела ЕЛЕНА КАРАКОЛЕВА
Заголовок| Предвкушение Ольги Смирновой
Где опубликовано| © Журнал "Exclusive" стр. 30-37
Дата публикации| 2013-10
Ссылка| http://exclusive-magazine.ru/articles/2013/3/teatr_novye_imena_olga_smirnova/
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ


Ольга Смирнова, первая солистка балета Большого театра с 2011 года, родилась в Санкт-Петербурге. Окончила Академию русского балета имени А.Я.Вагановой (АРБ) в 2011 году. Лауреат Международной балетной Премии Dance Open в номинации «Мисс Выразительность» (2013), Премии «Душа танца» журнала «Балет» в номинации «Восходящая звезда», Премии Международной ассоциации деятелей хореографии Benois de la Danse – балетный «Оскар» (2013) за исполнение классических партий в балетах «Дочь фараона» (Аспиччия), «Иван Грозный» (Анастасия), «Драгоценности» (главная партия в 3-й части, «Бриллианты»), победитель телевизионного конкурса «Большой балет».


Об Ольге Смирновой заговорили сразу после ее дебюта в главной партии Никии в балете «Баядерка» через полгода после ее прихода в труппу Большого театра – редкий случай для вчерашней выпускницы. 20-летняя Ольга оказалась самой молодой в мире исполнительницей этой сложной партии! Второй сезон 2012/13 ознаменовался для нее новыми большими достижениями – исполнением коронной классической партии Одетты–Одилии в «Лебедином озере» и партии Татьяны в премьере балета Джона Кранко «Онегин». Кроме того, в личной жизни талантливой молодой балерины произошло важное событие – она вышла замуж.

Ольга Смирнова, первая солистка балета Большого театра с 2011 года, родилась в Санкт-Петербурге. Окончила Академию русского балета имени А.Я.Вагановой (АРБ) в 2011 году. Лауреат Международной балетной Премии Dance Open в номинации «Мисс Выразительность» (2013), Премии «Душа танца» журнала «Балет» в номинации «Восходящая звезда», Премии Международной ассоциации деятелей хореографии Benois de la Danse – балетный «Оскар» (2013) за исполнение классических партий в балетах «Дочь фараона» (Аспиччия), «Иван Грозный» (Анастасия), «Драгоценности» (главная партия в 3-й части, «Бриллианты»), победитель телевизионного конкурса «Большой балет».

– Ольга, поздравляю вас с блестящим завершением предыдущего сезона и законным браком. Столько событий за один год! Вы даже не успеваете получать высокие награды, которыми осыпают вас как из рога изобилия!


фото: Елена Фетисова

– Спасибо. Вы имеете в виду «Бенуа де ля Данс»? Церемония вручения проходила в мае. В это время я находилась в Японии на гастролях по приглашению Владимира Малахова, которого европейские критики называют «танцором столетия» и «балетным богом». В этом сезоне он завершает карьеру как классический танцовщик. Конечно, от такого предложения не отказываются, тем более, что согласие я дала задолго до Бенуа. Изменить уже ничего было нельзя. Это бесценный опыт, тем более что накануне турне я впервые станцевала главную партию в «Лебедином озере» в Большом театре и дополнительная практика, тем более с таким партнером как Малахов, была для меня очень кстати. Три раза с Малаховым мы выходили на сцену в «белом» акте и пять раз – исполнили «черное» па-де-де с моим партнеров по БТ Семеном Чудиным. Кроме того, мне удалось пообщаться и понаблюдать за работой знаменитых зарубежных коллег: Люсии Лакарры, Марлона Дино, Яны Саленко, Дину Тамазлакару… А что касается премии, пообещала организаторам, что станцую на «Бенуа де ля Данс» в следующем году. Тогда же состоится вручение мне приза. Награды – это, конечно, очень приятно, но, чтобы подтверждать высокое признание, нужен ежедневный кропотливый труд без скидки на регалии.

– А не страшно было впервые выходить на сцену Большого, когда тысячи глаз в зале и на сцене вас оценивают: что это за «птица заморская»?

– Для меня каждый выход на сцену – праздник. Волнение, конечно, присутствует, это нормально, но оно со знаком «плюс». Для меня самое главное, чтобы было предвкушение этого спектакля, и чтобы каждая моя роль была маленьким событием для публики.

– Как решились на переезд в Москву?


фото: Светлана Постоенко

– Конечно, была внутренняя борьба. Месяца за три до окончания академии я познакомилась с худруком балета Большого Сергеем Юрьевичем Филиным. В Петербурге проходил тогда ежегодный фестиваль Dance Open, посвященный юбилею легенды балета Наталии Макаровой. Балетная элита посетила наш выпускной класс. После показа экзаменационного урока классического танца Филин предложил мне подумать о работе в Большом. Но я тут же забыла о его словах. У меня даже не было мысли, что я могу работать где-либо, кроме Мариинского театра. Нас к этому готовят с первого класса. И когда видишь один путь, эту сцену, знаешь всех артистов, репертуар, то не помышляешь о другой судьбе. Но в тот момент в Мариинском театре, как мне показалось, не представили четкого плана, благоприятного для начинающих артистов, из которых нужно лепить профессионалов. Как ни странно, но я видела перспективный путь для своего развития именно в Большом театре. Век артиста балета короток – лет 15 в среднем, и хочется много успеть. Только сейчас, по рошествии двух лет работы в БТ, я начала понимать, как важны для начинающей балерины заинтересованность и поддержка художественного руководителя и педагога, когда есть ясный план участия в репертуаре и перспектива творческого роста. К тому же в БТ открылась историческая сцена, значит - возможность больше работать. Было заманчиво попробовать себя.

– Как проходила адаптация в Большом? Как принял вас коллектив?

– Довольно спокойно. Может быть, потому что я сразу окунулась в работу. Думала, будет тяжелей. В Москве совершенно другой ритм, атмосфера, даже люди другие. Трудность была в адаптации к системе работы в театре, потому что в школе совсем другой распорядок, нагрузки, подготовка к спектаклям. Практически все время проводила в театре: класс, репетиции с педагогом Мариной Викторовной Кондратьевой. Ежедневный маршрут был фактически один: между домом и театром. Постепенно я полюбила Москву, хотя в душе навсегда останусь петербурженкой. Ведь и балетные школы двух столиц тоже отличаются. Хотя в последние годы различия смягчаются – питерцы приезжают работать в Москву, москвичи – в Петербург.

– А в чем это различие, если коротко?

– Мне кажется, выпускников Вагановской академии видно всегда. Грамотность, безупречная чистота исполнения, отточенность техники, грациозность танцовщиц, апломб в хорошем смысле, даже имперский шик. Вагановская школа отличается руками, удивительно красивыми, поэтичными. Мариинский театр всегда славился кордебалетом. Идеально подобранные красивые танцовщицы и безукоризненное исполнение. Это выпускницы моей школы.

– Фактически вы очень точно описали себя. Я бы еще добавила – скрытый темперамент, пламя в закрытом сосуде и зрелость не по годам. Значит, эпитет, которым вас вначале наградили некоторые столичные критики – Снежная королева», неточен? Достаточно увидеть вашу любящую и страдающую царевну Анастасию в «Иване Грозном» или Татьяну в «Онегине», где вы наиболее ярко проявили свои качества – лиризм и темперамент, музыкальность, женственность и силу духа.

– Мне действительно нравятся образы, в которых сильно драматическое начало. С огромным удовольствием готовила партию Анастасии из «Ивана Грозного». Люблю этот балет за его особую атмосферу. Для меня до сих пор загадка, как Юрий Григорович справился с такой сложной задачей: в двух актах показать драматическую судьбу царя, эволюцию характера, политическую и любовную линии его жизни. Это есть в музыке, яркой хореографии, в костюмах, декорациях.

– А на меня особенное впечатление произвела ваша Татьяна в «Онегине»: как вам удалось передать танцем всю личную трагедию героини, изменение ее образа от романтической, неопытной девушки до зрелой, любящей, сильной женщины? А в вашей жизни что-то подобное случалось?

– Таких сильных потрясений не было, и, может быть, слава богу. Как все девушки, влюблялась и переживала, но не в таком масштабе, чтобы говорить об этом как о каком-то подвиге. Если что-то и удалось передать, то, скорее, благодаря детальной проработке роли и ее актерского исполнения.


фото: Елена Фетисова

Иногда из-за отсутствия реальных потрясений я придумываю их себе сама. Чаще всего это сомнения, связанные с профессией. Ненавижу смотреть на свое выступление в записи. Хотя это, может быть, полезно – увидеть себя со стороны. Так случилось, например, во время телеконкурса «Большой балет». Мы не имели возможности из-за отсутствия времени наблюдать свой танец на мониторе во время съемок, поэтому, когда позже смотрела по телевизору, хотелось многое поменять. Очень хорошо знаю свои недостатки, даже больше, чем достоинства. К любым трудностям и творческим экспериментам отношусь с любопытством. Академическая классика основана на владении виртуозной техникой, а драмбалет – еще и на создании психологического образа. Мне кажется, это одно из самых интересных качеств моей профессии. В каждом спектакле я стараюсь добиться того, что задумывала, передать зрителям те эмоции, которые заложены в моем персонаже. Мне, конечно, хочется создать на сцене свои образы Джульетты и Жизели. Но я также хочу внутренне дорасти до этих психологически сложных героинь, поэтому всему свое время.

– А как вы относитесь к современной хореографии?

– Отношусь как к новому опыту, расширению своего профессионального кругозора. Очень интересной, считаю, была работа с Йормо Эло в его спектакле «Dream of Dream» на музыку Рахманинова. Хореограф поставил специально для нас с Владиславом Лантратовым замечательный дуэт, отличный от других пар, исходя из нашей индивидуальности, ему
не хотелось нас ломать. Он говорил, что видит в нас олицетворение русской хореографии с русскими эмоциями и широкой душой. В принципе, до сегодняшнего дня в моей жизни не было какого-то открытия, как можно двигаться по-другому. Знакомство с хореографией Джона Кранко в «Онегине», или с предстоящей в этом сезоне постановкой Джона Ноймайера «Дама с камелиями» я рассматриваю как освоение, безусловно, нового стиля хореографии, новой техники, новых взаимоотношений между героями на сцене, но это все же не ломает моего представления о привычном владении своим телом, как инструментом в танце.

– Слышала, во время гастролей балетной труппы БТ летом в Лондоне на «Баядерке» публика очень поддержала балерину, которая в считанные секунды подменила травмированную приму Машу Александрову, исполнив за нее экспромтом положенное фуэте.


Фото из личного архива

– Чем заслужила горячие аплодисменты зала. Да, такое случается. Мы все живые. И со мной было падение на той же «Баядерке». Когда организм перегружен, а ты не чувствуешь, что дошел до физического предела, такое и происходит. Одно дело – приземлиться на отдохнувшую ногу, другое – на уставшую. Поэтому, когда я чувствую себя в работе перегруженной, то всегда более внимательно контролирую свои действия на сцене.

– Есть ли у вас кумиры в профессии?

– Не скрываю, что для меня Диана Вишнева – символ того, как балерина может развиваться и меняться бесконечно. Тот репертуар, который танцует Диана, тот поиск, в котором она постоянно находится, – для меня пример. Я всегда с огромным интересом смотрю ее спектакли и не перестаю следить за ее творчеством.

– Вам никто не говорил, что вы производите впечатление абсолютной отличницы, очень правильной?

– Угадали. Меня многие называют правильной, и моя профессия укрепила такие качества, как дисциплина и ответственность. Я, наверное, не очень общительный человек, интроверт, непросто схожусь с людьми и принимаю в свои друзья. Поэтому у меня не много друзей, но зато я полностью уверена в тех немногих, что у меня есть.

– А в Москве вам удалось обрести друзей?

– У меня много знакомых, появилась близкая подруга и, конечно, муж - мой близкий друг. Когда я переехала в Москву, мы с мамой искали съемную квартиру, тогда я и познакомилась с Димой. Он совершенно искренне стал помогать нам в этом вопросе, просто потому что хотел и мог помочь по человечески советом.

– Насколько мне известно, ваш муж – состоявшийся человек с жизненным опытом, инвестиционный банкир, много лет работал в Америке, вы люди из абсолютно разных сфер, что вас объединяет?

– Нас объединила любовь к театру, драматические спектакли, которые мы посещали вместе. Мне безумно важно поделиться своими мыслями после просмотра и Дима тоже интересно рассказывает о своих впечатлениях. Муж влюблен в балет и никогда не пропускает мои спектакли. В нем я сразу увидела искреннего поклонника, за что ему очень благодарна, ведь это колоссальная поддержка. И во время летних гастролей в Лондоне Дима приезжал на мои спектакли, волновался за меня, дарил заботу. У меня было довольно много спектаклей и все сложные, классические: «Баядерка», «Лебединое озеро», «Бриллианты» из балета Баланчина «Драгоценности» и Фея Сирени из «Спящей красавицы». Все эти спектакли нужно было станцевать за две недели! Для меня этот танцевальный марафон оказался настоящим испытанием, в конце гастролей накопилась нечеловеческая усталость. Дима и педагог Марина Викторовна очень помогали мне ее преодолеть морально. Благодаря их заботе и позитивному настрою я находила силы достойно завершить свои выступления.

– Расскажите подробнее о вашей свадьбе.

– Местом венчания мы выбрали Пушкин и Павловск - это красивейшие и поэтичные пригороды Петербурга. Трудно представить лучшее место для свадьбы еще и потому, что мы оба находились под впечатлением от недавней премьеры «Онегина». Мне хотелось перенестись назад во времени и почувствовать себя причастной к онегинской эпохе. Этому
способствовала и тщательная подготовка: платье все в кружевах, длинная фата, сюртук Димы, прогулка на карете по Пушкинскому парку и множество приятных мелочей и нюансов. Венчание проходило в очень уютной, с атмосферой пушкинского времени церкви Знамения в парке рядом с Екатерининским дворцом. К тому же батюшка, который нас венчал, оказался поразительно похожим на Александра Сергеевича Пушкина! Весь день складывался как по заказу, как хотелось и как мечталось, даже с погодой повезло – выглянуло солнышко, что для петербургской погоды не свойственно. Поразила одна деталь: когда мы вышли из церкви, прилетел голубь и сел на колокольню, склонив голову и наблюдая за нами. Мне показалось, что это хороший знак. Ведь есть традиция – на свадьбе выпускать голубей в небо как символ любви и верности. Это был незабываемый день! Наш праздник! А уже через день мы вернулись в Москву. У меня начались репетиции нового балета Пьера Лакотта «Марко Спада». Я уже танцевала в спектакле Лакотта «Дочь фараона» и мне знаком стиль этого хореографа. Хотя работа над новым балетом предстоит серьезная, прежде всего потому, что очень много хореографического текста, но это необычайно красивый танцевальный балет. Премьера назначена уже на 8 ноября.



– Значит, вы с хорошими эмоциями начали новый сезон. А как планируете совмещать вашу профессию, творчество с «прозой семейной жизни»? Кто, к примеру, будет у вас готовить?

– У нас, в принципе, не стоит так вопрос. Вообще я из домашней семьи, где ценят уют и семейные ужины. Когда в семье есть традиция вкусной домашней еды, то хочется продолжить эту традицию и в нашей с Димой семье. Я довольно рано научилась неплохо готовить благодаря маме и бабушке, особенно разные вкусности и выпечку. И у Димы готовка хорошо получается. Мне, например, очень нравится его фирменное татарское блюдо Зурбалиш. Довольно сложно в приготовлении, но всегда есть ощущение чего-то необычного. Дима специально для меня «модернизировал» рецепт: он использует только постное мясо и картошку заменил грушей. Очень вкусно получается.

– А как вы относитесь к моде? Артисты, как правило, стремятся подчеркнуть свою индивидуальность.

– С детства не признавала джинсы. В моем гардеробе всегда было больше платьев и юбок. Мне нравится женственный стиль, чуть несовременный, может быть. У меня нет обуви без каблуков и не потому, что это дань моде, просто на каблучках удобнее. Считаю, любой человек, практически, может быть творцом своей моды, стиля, исходя из того, что удобно и в
чем комфортно, что подходит и лучше смотрится, - так у него больше шансов проявить свою индивидуальность и гармоничность. Но специально, я никогда не интересовалась модой, честно говоря, просто нет на это времени.

– Ваш муж старше, у него не возникает желания вами «порулить»?

– Не думаю, что это перспективно (смеется), – я же Скорпион по гороскопу. Мы всегда пытаемся слышать друг друга и понимать. И мне все больше нравится чувствовать, что меня защищают, оберегают и поддерживают.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18931
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Мар 31, 2014 12:25 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2013103209
Тема| Балет, Михайловский театр, АРБ, Персоналии, Жанна Аюпова
Автор| Ирина Ларионова
Заголовок| Жанна Аюпова: «Нуриев остановил свой выбор на мне…»
Где опубликовано| © Интернет-журнал "Лицей"
Дата публикации| 2013-10-28
Ссылка| http://gazeta-licey.ru/culture/6091-zhanna-ayupova-nuriev-ostanovil-svoj-vybor-na-mne-2
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ


Ни одна из петрозаводских девчонок не достигла такого успеха, как одна из самых романтических балерин Мариинского театра Жанна Аюпова. На днях она побывала у нас с труппой Михайловского театра.

Когда Жанне исполнилось 10 лет, решилась ее судьба: она поступила учиться в Ленинградское хореографическое училище. В Петрозаводске о ней мало что известно, и только потому, что прима-балерина, народная артистка России Жанна Аюпова слишком скромна, о ней даже в интернете не так много информации.

В эти октябрьские дни она приехала в Петрозаводск в качестве педагога Михайловского театра с балетом Начо Дуато. Мы воспользовались ситуацией, чтобы поговорить Жанной.

– Каким чудом девочка из Петрозаводска оказалась в лучшей школе балета?

– Я училась в обычной школе, когда однажды к нам пришел преподаватель отбирать детей в танцевальный кружок. Я была очень тощенькая. Наверное, он решил, что я подходящая кандидатура. По его просьбе мои родители отвели меня в танцевальный кружок Дома культуры ОТЗ. А через полгода он им сказал, что ребенок очень способный и было бы хорошо показать меня в Ленинграде. Поехали мы в отпуск и по дороге заехали в Ленинград. К удивлению, я быстро прошла все три этапа без каких-либо трудностей. В семье было замешательство: как оставить маленького ребенка, такого домашнего, в чужом городе, где и знакомых-то никого.

– Ваши родители имели какое-то отношение к театру?

– Никакого. Отец всю жизнь занимался ремонтом машин. Был отличным в этом деле специалистом. Видимо, от него вся любовь к машинам перешла к моему старшему сыну Федору. Он их просто обожает.

– Но все же вы желали стать балериной? И чем это все обернулось?

– Сколько помню себя, всегда пела и танцевала. Я хотела поехать учиться и поехала. На каникулы ко мне все время приезжала мама. Естественно, поначалу мы, девчонки, очень скучали и даже плакали. Всё было достаточно тяжело, быт был непростым. Восемь девочек в комнате, поднимались очень рано, сами должны были причесаться. Помню, построят нас в холле интерната и ведут в училище в любую погоду. Питание, как вы понимаете, было казенное, не домашнее. Свои белые носочки и купальнички мы стирали сами, а горячей воды часто не было. Жизнь была суровой. После уроков – репетиции, день был расписан. Нас сразу стали занимать в спектаклях..

– А сбежать не хотелось?

– Нет, не хотелось. Как только я попала в Мариинский театр, где мы были заняты в «Спящей красавице», сразу поняла, ради чего всё. Это было так здорово! А уж когда я стала постарше, то мне и вообще нравилась моя самостоятельная жизнь. На каникулы домой в поезде я ездила одна. Как и другие балетные дети, очень гордилась, что буду балериной.

– Считается и, наверное, не без оснований, что нужен крепкий характер, чтобы стать балериной, тем более солисткой…

– Конечно, нужен характер, но изначально важны физические данные и способности: шаг, гибкость, прыжок, обязательно музыкальность и, как у нас принято говорить, хорошая голова, то есть сочетание всех этих данных, а также необходимы усердие и трудолюбие. Многое зависит от здоровья. Могут не сложиться отношения с руководством. Спустя годы я понимаю, что мне немножко не хватало некоторой настойчивости, я никогда не была жесткой. Есть люди, способные шагать по головам ради своей цели, но мне изначально повезло с педагогом – замечательной балериной Нелли Кургапкиной. Она была моей каменной стеной, без нее моя жизнь могла сложиться по-другому, несмотря на то что у меня были прекрасные данные. Я никогда не умела постоять за себя и просить для себя.

– Сейчас на слуху довольно неприятные разборки, скандалы между танцовщиками в балетной среде. Вас это как-то коснулось?

– Вы знаете, у нас всегда была здоровая конкуренция. Спектаклей было не так много, всего два в месяц, поэтому каждая балерина боролась за право танцевать в том или ином спектакле. Для этого нужно было много работать, чтобы справиться, чтобы показать, что твоя работа на самом высоком профессиональном уровне, иначе тебя могли заменить другой солисткой.

– У вас потрясающая творческая судьба. Вы танцевали ведущие партии в балетах Петипа, Фокина, Баланчина, Лавровского, Виноградова. Среди ваших ролей Аврора, принцесса Флорина, Одетта, Золушка… Какую партию вы любили больше всего?

– Мне и в самом деле повезло, потому что когда я пришла в Мариинский театр, то сразу стала работать над сольными партиями, готовила со своим педагогом один балет за другим. Это большая редкость, когда так происходит. Смотрела на наших великих балерин с придыханием: тогда еще танцевала выдающаяся балерина Ирина Колпакова, удивительная Елена Евтеева, Алла Сизова. На Колпакову мы вообще смотрели как на божество.

Мне всегда больше нравились партии, в которых была драматическая линия, потому что мне хотелось не только станцевать, но и сыграть. Очень люблю спектакли «Ромео и Джульетта», «Жизель». Балет «Спящая красавица» мне тоже всегда нравился, но там нет драматической канвы, просто принцесса и принцесса. Другое дело, что мне объясняли, что сначала нужно изобразить 16-летнюю принцессу, а потом создать иной образ – принцессу, проснувшуюся через сто лет.

– Говорят, вы танцевали даже с Рудольфом Нуриевым?

– Нуриев был для всех в то время настоящей легендой и вдруг приехал специально на спектакль, он страстно желал снова станцевать на родной сцене. Я была совсем молодой балериной, но он почему-то остановил свой выбор на мне. Естественно, я очень волновалась, но уже после первой репетиции, во время которой была нормальная рабочая обстановка, я расслабилась и поняла, что все будет хорошо. С Рудольфом Нуриевым мы танцевали «Сильфиду». Ему тогда уже было 52 года, у него болела нога. Репетировать с ним было очень интересно, он много шутил, мило подкалывал. Все мои вариации показывал мне сам. Отнесся к моему образу очень требовательно: лично осмотрел мой костюм, оценил, как меня причесали. Он был легендой, и на спектакль пришли все, кто его знал, однокурсники, артисты, балетоманы, ведь он был к тому времени всемирно известной звездой.

– Где вы черпали силы для каждодневного тяжелого труда?

– Одно время, когда я еще танцевала, у нас был дом за городом. Так здорово пробежаться утром вдоль залива! Мы с мужем купались до глубокой осени. Иногда достаточно было просто посидеть на крыльце своего дома с чашкой чая на свежем воздухе, поиграть с собакой. Это совсем другое состояние, когда ты живешь в собственном доме на земле. Очень приятно, что удалось сейчас приехать в Петрозаводск, навестить своих близких. Много лет не видела свою тетю, побывала в их прекрасном доме в Деревянном на берегу Онего. На меня нахлынули воспоминания, вспомнила, как мы детьми бегали по утрам через сосновый лес на озеро.

– В советское время солистки балета редко позволяли себе родить ребенка. Как вы решались?

– Я видела много несчастных женщин, которые отдали всю жизнь искусству, а после того, как покинули сцену, остались не у дел, не все могли стать педагогами и были отчаянно одиноки. Когда покидаешь сцену, надо чем-то заниматься. Но чем, если ты всю свою жизнь отдал сцене и танцу? Думаю, неосознанно, но еще в молодости я поняла, насколько важна для меня семья. Мне было 23 года, когда я родила старшего сына. Это был слишком серьезный шаг для молодой солистки, мой педагог какое-то время даже не разговаривала со мной. Мне пришлось доказывать свою состоятельность, и я очень быстро вошла в форму. А сын мой практически вырос на руках у бабушки с дедушкой, все каникулы проводил в Матросах и даже считает, что это его родина. Весемь лет назад у меня появился второй сынишка. А пять лет назад я ушла со сцены и теперь работаю педагогом.

– Почему вы стали преподавать?

– Мы учились у настоящих мастеров старой школы. Нынешняя молодежь смотрит и учится друг у друга. Исчезает преемственность. Сейчас очень много способных балерин с отличными данными, которые превосходно танцуют технически, но часто не в состоянии создать образ, сыграть. Сейчас другие критерии, превалирует техника, но наш балет имеет свои легендарные отечественные особенности.

С одной стороны, я, конечно, могла бы сидеть дома и заниматься воспитанием ребенка. С другой стороны, чувствую огромную ответственность перед новым поколением, ведь, меня так хорошо научили, у меня были такие замечательные педагоги! Я то самое звено между уходящим поколением и нынешним. Я могу, я должна попытаться передать свой опыт.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
atv
Заслуженный участник форума
Заслуженный участник форума


Зарегистрирован: 05.09.2003
Сообщения: 3701

СообщениеДобавлено: Вт Май 13, 2014 12:23 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2013103210
Тема| Балет, МТ, Персоналии, Владимир Шкляров
Автор| Дарья Коротаева
Заголовок| Владимир Шкляров: «В каждом движении артиста балета должен присутствовать смысл»
Где опубликовано| газета «Пражский телеграф» №39
Дата публикации| 2013-10-03
Ссылка| http://ptel.cz/2013/10/vladimir-shklyarov-v-kazhdom-dvizhenii-artista-baleta-dolzhen-prisutstvovat-smysl/
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ



Премьер Мариинского театра Владимир Шкляров недавно провёл для учащихся Пражской консерватории танца мастер-класс по классической хореографии. Это был интенсивный, технически сложный балетный урок самого высокого уровня. Участники пытались впитать в себя само понятие «идеального танца». Владимир Шкляров, срывая аплодисменты, исполнил партию заботливого и внимательного педагога. После завершения мастер-класса премьер Мариинки побеседовал со специальным корреспондентом ПТ Дарьей Коротаевой.

Владимир, для такого жанра «выступления», как мастер-класс, нужен скорее педагогический талант, нежели талант балетного артиста?

Считаю, что для проведения мастер-классов совсем не обязательно иметь педагогическое образование. По сути «мы делаем» классы в театре каждый день. С этого начинается наше рабочее утро. Обращаясь к личному опыту, могу сказать, что российские уроки очень сильно отличаются от американских, французские от английских и т.д.

И как раз эти различия, с точки зрения профессиональной, безумно интересны. Поскольку у меня есть возможность ездить по миру, смотреть, учиться у других школ, то в мастер-классе я пытаюсь собрать весь мировой балетный опыт, с которым я знаком, и доступным языком донести его до детей.

Насколько Вы понимаете степень своей ответственности как ведущего? Как Вы представите свою профессию – так учащиеся и будут её воспринимать? Ведь сам Владимир Шкляров приехал давать урок.

Я просто старался провести мастер-класс, как провожу для себя лично урок. Когда в театр опаздывает педагог, он просит дать урок за него, и, в общем-то, он проходит так же. Залог хорошего класса для меня – темп, дисциплина и, естественно, хорошая голова. Потому что без головы никуда: нужно запоминать комбинации, быстро соображать, должна быть хорошая координация. Это те азы, без которых невозможно заниматься танцами и, соответственно, классическим балетом.

А как Вы сами оказались в балете?

Мой папа, дедушка, прадедушка были военными инженерами. А меня мама взяла и сдала в Академию. Я тогда был нехуденьким, но артистичным, а главное – очень упорным: уж если ногу задрать, то выше всех. Вскоре нас стали задействовать в спектаклях в ролях, например, «мальчиков-с-пальчиков». Мы смотрели на премьеров балета и думали: неужели когда-нибудь окажемся на их месте? Признаюсь, когда мне было лет пятнадцать, у меня обнаружили зачатки «звёздной болезни» – но меня просто поставили на место.

Что для Вас главное, когда Вы выстраиваете урок?

Наверное, чтобы у детей загорелись глаза, чтобы у них появилось желание работать. Если говорить конкретно об этом мастер-классе: в начале занятия дети были довольно сонные (из-за раннего начала урока), но к концу у них появилось хорошее чувство «незавершённости». Мы не закончили урок, но остановились в процессе. И это самое главное! Тогда появляется желание, дополнительная мотивация заниматься каждое утро, каждый день.

Существует ли какая-нибудь драматургия урока?

Это, скорее, экспромт. Я абсолютно не готовился к этому уроку. Считаю, что он должен идти по наитию, по настроению. Мы начали очень спокойно и потом постепенно увеличивали темп. И к «большим прыжкам» все уже были готовы и разогреты. Плохо, если после «палки» танцоры будто мёртвые и им совершенно ничего не хочется, они только смотрят на часы и провозглашают мысленно: «Когда это всё закончится?!».

А какие уроки, учителя сыграли большую роль в Вашем становлении в профессии?

Яркие мастер-классы были, когда я учился в Академии Русского балета. Вспоминаю урок в память Николая Зубковского – выдающегося танцовщика Мариинского театра. Он славился сложными техническими классами. На уроке занимались только мальчики, конечно, каждому хотелось быть лучшим, возникало соперничество наравне со спортом. Это здорово! После такого урока возникает эмоциональный выхлоп: «Я доволен!».

Во время мастер-класса Вы делаете упор на технику – это, безусловно, но в то же самое время Вы подмечаете, что уже в комбинациях ученики должны тан-це-вать. Как сохранить золотую середину между техническим и эстетическим содержанием урока?

Ленинград – город, в котором я родился, вырос, окончил Академию Русского балета, в дальнейшем труппа Мариинского театра сформировали во мне особое отношение ко всему, что я делаю. Я не могу просто выйти и начать двигаться. В каждом движении должен присутствовать смысл, и этого же я требую от детей.

Но, например, в Америке, Франции, Англии урок есть просто разогрев, никаких эмоциональных затрат: пришёл и отработал. Только физика, подготовка тела к репетиции. Моя же балетная школа вложила в меня другое отношение к процессу урока. Зато когда уже начинаются репетиции спектакля, гораздо проще раскрыть себя на сцене.

Знаменитый перфекционизм русской балетной школы! Для Вас важнее аккуратность, чем техника?

Да, но, к сожалению, есть некая современная тенденция: многие танцовщики увлекаются исключительно техникой танца, забывая про свой внешний вид: руки, позиции, красоту движений.

И это особенно видно в старых балетах с относительно несложной хореографией. В таком случае бессмысленность движений, незаботливое отношение танцоров к ним сразу режет глаз. Например, в балете «Жизель».

Это голубая классика балета. И в таких спектаклях, как «Жизель», невозможно что-либо поменять. Всё придумано и сделано до нас, а нам остаётся выйти и станцевать. Главное – чтобы современная хореографическая подготовка смогла органично поместиться в форму шедевра классического танца.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18931
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Июн 27, 2014 9:18 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2013103211
Тема| Балет, Татарский государственный академический театр имени Мусы Джалиля, Премьера
Автор| Айсылу МИРХАНОВА
Заголовок| Любовь и пепел
Где опубликовано| журнал «Казань» №10
Дата публикации| 2013-10-28
Ссылка| http://kazan-journal.ru/pages/item/557-lyubov-i-pepel
Аннотация| ПРЕМЬЕРА



О премьере балета «Золотая орда»

Новый сезон Татарский государственный академический театр имени Мусы Джалиля открыл мировой премьерой балета «Золотая Орда» на музыку Резеды Ахияровой.

Хроника времён распада великой империи Улус Джучи, рассказанная языком танца, уже сама по себе «история», ведь последняя национальная балетная премьера состоялась на казанских подмостках шесть лет назад — речь идёт о «Сказании о Йусуфе» Леонида Любовского. Автором либретто в обоих случаях стал поэт Ренат Харис, а в качестве хореографа‑по­становщика выступил хорошо известный всем поклонникам Терпсихоры петербуржец Георгий Ковтун. Последний уже вполне заслужил звание фаворита казанского балетного ангажемента: здесь им ранее с успехом были поставлены «Пер Гюнт», «Спартак», и даже опера «Кармен».

По словам автора либретто нового балета Рената Хариса, мечту о создании фундаментального полотна по мотивам истории Золотой Орды он лелеял достаточно давно и даже написал драматическую поэму «Идегей». На её основе по заказу театра композитор Рашит Губайдуллин начинал создавать оперу, но не успел завершить своего замысла — ушёл из жизни. Идея же балета возникла в процессе бесед Хариса с директором театра Рауфалем Мухаметзяновым, её охотно поддержала композитор Резеда Ахиярова. Двух авторов — музыки и либретто — объединяет давний творческий тандем, успешным плодом которого стала в своё время опера «Любовь поэта».
Если проследить за «исторической» нитью в творчестве Ахияровой, то ранее ею были созданы такие симфонии, как «Кол Гали», оратория «Чингиз Хан», сценическое действо «Шёлковый путь», триптих «Страницы истории». Названий, связанных с персонажами татарских хроник, немало в антологии современной музыки и в целом. На первый взгляд, может даже показаться, что для творчества многих сегодняшних композиторов это весьма благодатный и беспроигрышный тренд, ведь достаточно вспомнить, каким успехом у публики пользуется фрагмент «Ставка Тамерлана» из оперы москвича Александра Чайковского «Сказание о граде Ельце, Деве Марии и Тамерлане» в исполнении татарстанского Государственного симфонического оркестра. Воинственная, ярко-визуальная оркестровая пьеса, она стала одним из эффектных бисов коллектива. Потому-то «Орда» априори настраивала на обилие батальных сцен, буйства диких степных ритмов, торжество необузданного «азийства» на сцене.

Однако вопреки ожиданиям перед зрителями развернулась по-шекспировски изысканно разыгранная драма человеческих отношений. И в этом — без пафоса — главная ценность постановки, в которой судьбы истории неразделимы с линиями человеческих жизней. Главные персонажи спектакля — хан Тохтамыш, его военачальник Мурза Идегей, сын Мурзы Нурадин, дочь Тохтамыша Джанике, советник хана, Визирь. Драма разыгралась вокруг влюб­лённых друг в друга Нурадина и Джанике, на которую положил глаз коварный Визирь. Интриган и «серый кардинал» при дворе Тохтамыша, он оклеветал перед хозяином Мурзу, с целью убрать соперника и занять ханский трон. Бежав в Самарканд, в вотчину грозного Тимура, Мурза вернулся оттуда с войском и нанёс последний удар по ослабленной междоусобицами некогда могущественной империи. Страна обратилась в пепел, погибли влюблённые, трон занял Тимур.

Доминирующий над «историчностью» лиризм и психологизм действа в полной мере воплощён и в партитуре балета. К слову сказать, музыкальным руководителем и дирижёром премьеры стал Рустем Абязов, впервые выступивший в амплуа балетного дирижёра.

Короткая увертюра сразу погружает зрителя в симфонию звуков Великой степи, но с первым же появлением персонажей на сцене темы приобретают выпуклые очертания их характеров. Внешнее оформление спектакля с самого начала переносит зрителя в дворцовую атмосферу, со своим этикетом, ритуалами и, конечно же, интригами, как частью ритуала… Декорации ханского Сарая выполнены по канонам большого имперского балета. Филигранно выписаны детали восточных интерьеров и архитектуры, роскошь ордынской придворной жизни воплощена также в костюмах ручной работы, которые в своей декоративности напоминают порой иллюстрации учебника. Всё это парадоксально подчёркивает условность существования персонажей и лишний раз напоминает сакраментальное «мир — театр…». Необыкновенно «читаемым» на фоне других участников действа выглядит облачённый в серые одежды Визирь. Его гротескный, уродливый образ талантливо воплотил Нурлан Канетов.
Помимо традиционно-реалистических героев на сцене присутствуют и трансцендентные персонажи — дух хана Батыя, влачащий за собой Арбу судьбы, меланхоличный и мятущийся призрак создателя Империи, мучительно взирающий на распад своего детища. Рисунок его партии исполнен ломаной пластики восточного гимнаста, кульминационным «соло» становится танец страдания и отчаяния под аккомпанемент солирующих струнных. Пронзительным контрапунктом в разные моменты спектакля становятся фигурки маленьких Джанике и Нурадина. До мурашек пробирает финал, в котором дети забираются на трон испепелённой Орды и маленький Нурадин, играя, примеряет золотой шлем Батыя. Закрывается занавес, стихает оркестр.



Кто-то из великих сказал, что всё уже было в этом мире и ничего нового не придумано. Создатели нового балета поведали нам отнюдь не очередную «печальную повесть» — хотя сам постановщик Георгий Ковтун провёл прямую аналогию главных героев с их почти современниками из итальянской Вероны. «Золотая Орда» — драма о маятнике человеческих страстей, раскачавших маятник истории. Старо, как мир, в который только любовь приходит снова и снова…

На книжных полках многих казанских семей можно встретить в соседстве два красочных тома — «Кыйсcаи Юсуф» Кул Гали и подарочное издание «Идегея» с иллюстрациями Байназара Альменова. Символично, что после постановки балета «Сказание о Йусуфе» на музыку Леонида Любовского на подмостках Татарского государственного театра оперы и балета имени Мусы Джалиля появился новый хореографический дастан — балет Резеды Ахияровой «Золотая Орда», в основу сюжета которого легла история перипетий между ханом Тохтамышем и его военачальником Мурзой Идегеем.

Фото Николая Чумакова
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18931
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Сен 07, 2018 3:35 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2013103212
Тема| Балет, Atlantic Ballet Theatre of Canada, Персоналии, Сергей Диянов
Автор| ?
Заголовок| Наши за рубежом: Русский фундамент канадского балета
Где опубликовано| журнал "Прямая речь" № 4
Дата публикации| 2013 октябрь
Ссылка| http://www.directspeech.ru/news/zhizn-prekrasna/nashi-za-rubezhom-russkiy-fundament-kanadskogo-baleta/
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ



Солист Atlantic Ballet Theatre of Canada Сергей Диянов мечтает станцевать на родной сцене

– Сергей, как пережили летнее затишье?


– Мы с женой отправились в Японию. Поскольку это наша первая совместная поездка на родину Юрико, то ограничились отдыхом, хотя поступали интересные приглашения по работе. Вернувшись домой, начали готовиться к сезону. У нас появились новички, пришедшие сразу после школы, и мне вспомнился мой первый день работы. Помню, как стоял в кружке в детском саду, а дама в очках проверяла наши способности. Потом приёмный экзамен в Харьковскую хореографическую школу, первые концерты и сопутствующие занятиям упражнения на растяжку, утренняя гимнастика на летних каникулах, боль и слёзы. Так продолжается до сих пор – это моя жизнь, разве что слёз теперь нет. В 14 лет встал перед выбором: балет – хобби или профессия. Выбор остановил на последнем. Пришла пора поступать и покинуть дом. Четыре года учился в Киевском государственном хореографическом училище. Это очень сильная школа, и многие из тех, с кем каждый день встречался в залах, сейчас блистают на самых престижных сценах мира.

Окончив училище, поступил в труппу Бориса Эйфмана в Санкт-Петербурге. Работа была очень интересной, но шёл 1999 год – жить в стране после дефолта с нищенской зарплатой, вдали от семьи стало трудно. Мне предложили контракт в Аргентине, и начались заграничные приключения. Я полюбил страну. За три года перетанцевал с Ballet Oficial de la Provincia de Córdoba весь классический репертуар труппы. Потом два года умудрялся параллельно танцевать в Канаде. Бешеный по темпу период оказался крайне плодотворным и принёс множество новых любимых ролей. После него уже пришла стабильность и семья. Становится немного грустно, когда осознаёшь, как быстро летит время.

– Работа в канадской труппе сильно отличается от работы в России или в Японии?

– В этом году исполнилось 10 лет, как живу и работаю в Канаде. В труппе Atlantic Ballet Theatre of Canada всегда было много иностранцев. Сейчас – японцы, французы, итальянцы, киргизы, американцы. Раньше – украинцы, русские, аргентинцы, австралийцы, ирландцы, поляки. Конечно, в Канаде нет таких давних балетных традиций, как в России, где любят, ценят и, главное, понимают это искусство. Здесь во многом приходится начинать с нуля, но это даёт возможность заложить фундамент и развивать свой стиль. Можно растить свою публику, без оглядки на кого-либо или что-либо. В Японии сложно стать танцовщиком. Балетом как хобби занимаются многие. Однако почти все коллективы имеют форму студийного театра при школах. Конечно, есть и крупные коллективы с отличными спонсорами. Но балет – очень дорогостоящий вид искусства, в котором без помощи государства не обойтись. И в Канаде, и в Японии оно его финансирует. Но люблю я балет, в котором вырос, – русский. Академия русского балета им. А. Я. Вагановой – лучшая школа.

– В наши дни этот жанр искусства востребован и интересен так же, как раньше?

– Несмотря на всеобщий кризис и сокращение бюджета, балет много лет находится на подъёме и становится всё популярнее благодаря разнообразным проектам, среди которых и трансляции в 3D кинотеатрах. Балет по-прежнему – возможность обрести популярность на любимой работе. Это одна из немногих профессий, которая востребована в любой стране. А результат зависит от трудолюбия и способностей.

– По-вашему, режиссёр Даррен Аронофски в фильме «Чёрный лебедь» показал правду закулисной жизни?

– Не могу ровным счётом ничего сказать. Начал смотреть, и как-то не сложилось. По этому поводу приведу слова Николая Цискаридзе: «… артисты балета – это очень здравомыслящие, чётко организованные в голове люди». Фильмы о балете имеют обыкновение быть наигранными и утрированными. Наверное, такова участь любого занятия, обречённого на экранизацию. Таковы требования киноиндустрии.

– Что думаете о событиях в Большом театре?

– В своё время имел возможность разделить сцену с женой Сергея Филина – Инной Петровой, и с тех пор всегда с интересом читал новости, связанные с его успехами и продвижениями, а тут такое… Откровенно говоря, произошедшим шокирован.

С подобным мне сталкиваться не приходилось. Очень сложно сравнивать Россию с другими странами. Допустим, в Аргентине с директором могут разорвать контракт только из-за прошения профсоюза артистов балета. Там масштабы другие.

– Совмещать семейный быт с балетом сложно?

– Мы живём счастливо. Иногда я могу встать не с той ноги, но потом всегда извиняюсь. С Юрико познакомились в Канаде, когда начали вместе работать. Однако заметили и разглядели друг друга поближе спустя три года после знакомства. Сейчас у нас растёт сын Кирюша. Некоторые считают, что в Японии до определённого возраста детей ни в чём не ограничивают. Однако я никакой «диктатуры карапузов» не заметил. Всё-таки существуют определённые рамки. Так сложилось, что у Юрико получается уделять ребёнку больше времени. Поэтому при первой возможности подменяю её. Тем более сейчас Кирюша может сам взять папу за руку и потянуть в любом угодном ему направлении. Отлично понимая русский, говорит с японскими словами.

–Где мечтаете станцевать?

– Дома, в Харьковском театре, для родителей. В последний раз они меня видели на сцене, когда мне было 14 лет. Иронично, не правда ли?
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска Часовой пояс: GMT + 3
На страницу Пред.  1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8
Страница 8 из 8

 
Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах


Яндекс.Метрика