Список форумов Балет и Опера Балет и Опера
Форум для обсуждения тем, связанных с балетом и оперой
 
 FAQFAQ   ПоискПоиск   ПользователиПользователи   ГруппыГруппы   РегистрацияРегистрация 
 ПрофильПрофиль   Войти и проверить личные сообщенияВойти и проверить личные сообщения   ВходВход 

Общество Друзья Большого балета
2001-04
На страницу Пред.  1, 2
 
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска
Предыдущая тема :: Следующая тема  
Автор Сообщение
atv
Заслуженный участник форума
Заслуженный участник форума


Зарегистрирован: 05.09.2003
Сообщения: 3042

СообщениеДобавлено: Ср Май 25, 2005 4:22 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2001041702
Тема| Танец, балет, "Золотая маска", Персоналии, Баланчин Дж., Алсымуратова А., Лопаткина У., Вишнева Д., Боярчиков Н., Баганова Т., Паутова О., Мозговая В., Пона О., Панфилов Е.
Авторы| Дина Годер, Ярослав Седов
Заголовок| Полная победа шоу-бизнеса
Где опубликовано| Итоги
Дата публикации| 20010417
Ссылка| http://www.itogi.ru/paper2001.nsf/Article/Itogi_2001_04_13_142503.html
Аннотация| Названы лауреаты национальной театральной премии "Золотая маска"

Полный текст статьи находится на сайте http://www.itogi.ru/paper2001.nsf/Article/Itogi_2001_04_13_142503.html


Лучшим хореографом сочли Татьяну Баганову, поставившую "Кленовый сад". Хотя привлекает этот спектакль не столько хореографией, сколько зрелищностью (Фото: Владимир Луповской)

А СУДЬИ КТО?
Можно из года в год твердить, что дело не в премиях, а в фестивале, что, мол, мало ли кого наградили, да у кого из жюри с кем какие счеты, зато нам удалось увидеть четыре десятка очень интересных спектаклей со всей страны, о большинстве из которых мы бы иначе и не узнали. Все это так. Можно доказывать, что, мол, всегда есть обиженные и не было случая, чтобы на каком-нибудь престижном конкурсе распределение призов всем понравилось, и все равно в кулуарах будут судачить о предвзятости судей. Это тоже верно. Но коли решения двух жюри - драматического и музыкального - так вызывающе схожи, то поневоле станешь говорить - не о злом умысле, нет - о тенденции.
Скажем, какую оперную постановку назвали лучшей в России? "Леди Макбет Мценского уезда" в Геликон-опере известного Дмитрия Бертмана - мастера вульгарноватых и энергичных шоу и певческих капустников. Причем победила эта постановка во всех номинациях. А грандиозное "Золото Рейна" из Мариинского театра - может отдыхать. Какая лучшая оперетта? Очередная, уже московская, редакция раскрученного польского подросткового мюзикла "Метро", который, как простодушно признался продюсер, режиссер сам целиком не видел вплоть до сотого представления. А остроумная ностальгическая фантазия на тему Дунаевского "И вновь цветет акация..." из Краснодара - может не беспокоиться. Что сочли "Новацией"? Как и было предсказано (читайте "Итоги" № 13) - сентиментальное шоу толстух Евгения Панфилова "Бабы. Год 1945". Что лучшее в драме - и по режиссуре, и как спектакль большой формы? "Потерянные в звездах" из Питера - милый, элегантный спектакль Григория Дитятковского с хорошими актерами по глупейшей и претенциозной коммерческой пьесе, на все лады обсуждающей поводы для использования презервативов. А пронзительная "Молли Суини" Льва Додина, как и "Черный монах" Камы Гинкаса - один из лучших его спектаклей за последние годы и, безусловно, главное событие прошлого московского сезона,-побоку.
Нет, конечно, "о вкусах не спорят". Но если мы считаем, что к искусству вообще могут быть применимы критерии качества, то определяют эти критерии прежде всего профессионалы. И коль скоро два профессиональных жюри выбирают шоу - что ж, это симптоматично.
Эту тенденцию верно почувствовали постановщики самой церемонии награждения: впервые в паузах между объявлениями лауреатов на "масочную" сцену была выпущена заведомая попса вроде шоу-балета Аллы Духовой "Тодес". А гвоздем программы стал Жириновский в окружении машущих юбками "канканщиц". Вице-спикер Государственной думы в плаще, цилиндре и полумаске исполнил арию Мистера Икса: "Да, я шут, я циркач - так что же?" - с настоящим опереточным чувством и патетическими жестами.
Надо сказать, церемония в этом году выглядела по-оскаровски солидно и богато: прекрасное разноцветное освещение, девушки с букетами в длинных платьях, меняющие туалеты ведущие: высокая блондинка Юлия Рутберг и маленький мулат Григорий Сиятвинда, мило шутившие и называвшие друг друга "афророссиянин" и "вечная жид". Самыми неуместными на этом празднике жизни казались награжденные: у большинства из них не было ни смокингов, ни длинных платьев, они тушевались и норовили, получив букет и "Маску", сразу удрать с нарядной сцены.

...

Интрига №2: "музыкальное жюри"
Танцевальная часть "Маски" на этот раз обошлась без сюрпризов. Единственной неожиданностью стало то, что московский балет из состязания выбыл: Большой театр не счел нужным бороться за премию. Главным претендентом на награду в балетных номинациях были "Драгоценности" Джорджа Баланчина в постановке Мариинского театра (см. "Итоги" № 45, 1999). Их и наградили как "лучший спектакль". Почему-то не приехала в Москву петербургская постановка "Манон" с Алтынай Асылмуратовой в заглавной партии, а знаменитая Ульяна Лопаткина не танцевала на фестивале из-за травмы. В этой ситуации наградить за лучшую женскую роль в балете оставалось только Диану Вишневу за партию в "Рубинах" (вторая часть "Драгоценностей"), несмотря на то, что избалованная успехом балерина все чаще грешит кабареточной развязностью манер. А премию за лучшую мужскую роль в балете решили не присуждать.
Обидно, что в неловкой ситуации оказался хороший петербургский хореограф Николай Боярчиков. Его последний серьезный спектакль "Петербург" вышел еще до того, как возникла премия "Маска". Последние годы Боярчиков ничего не ставил, "вытягивая" забытый властями балет петербургского Театра имени Мусоргского. Теперь он впервые появился на "Маске" с неудачным "Фаустом". И проиграл.
Лучшим хореографом сочли Татьяну Баганову, которая давно лидирует в современном танце. Ее и наградили за "Кленовый сад", хотя привлекает этот спектакль не столько хореографией (грамотной, но неизобретательной), сколько зрелищностью. Это бессюжетная композиция, в которой артисты отплясывают парами вокруг сухого, подсвеченного разноцветными лучами дерева, раскачиваются над ним на качелях, прячутся в ветвях (награждены и художники Багановой Ольга Паутова и Виктория Мозговая).
Лучшим спектаклем в разделе "Современный танец" назвали "Зарисовки с натуры" челябинского хореографа Ольги Пона - натуралистичные этюды на тему беспросветной российской действительности с пьяными мужиками и измученными бабами. Странно, что судьи не предпочли "Зарисовкам" легкий смешной спектакль "Высокорослые томаты" екатеринбургской группы "Киплинг" - эпическую поэму о советских дачниках. На фоне российских пейзажей под популярные песни 70-х годов артисты в застиранных фуфайках и рейтузах торжественно отправляются на участки, священнодействуют на грядках, воюют с бабочками и гусеницами. Спектакль завершается ритуалом: под руководством жреца с ведром на голове плоды закатывают в стеклянные банки, спущенные с небес. Дачная эпопея предстает как неизбежный, ниспосланный персонажам свыше уклад жизни.
В оперных номинациях выбор жюри оказался неожиданным. Никто не сомневался в том, что "Маску" получит худрук Мариинского театра Валерий Гергиев: кроме него исполнять вагнеровское "Золото Рейна", да еще на вполне приличном европейском уровне, у нас сегодня никто не берется.
Конечно, к мариинскому спектаклю можно предъявить претензии. Постановка неизобретательна и статична, а исполнение Гергиева суховато. Но сегодня уровень нашего музыкального театра таков, что даже просто грамотное исполнение воспринимается как достижение. Гергиев сумел избавиться от свойственных ему нестыковок между симфоническими эпизодами и сценами с участием певцов, где дирижер резко приглушает оркестр. В "Золоте Рейна" певцы и оркестр превратились в единый ансамбль.
Другой претендент на "Маску" - "Леди Макбет Мценского уезда" Дмитрия Бертмана в "Геликоне", спектакль совершенно иного типа музыкального театра, несопоставимого с Мариинским так же, как танец панфиловских "Баб" - с балетом "Драгоценности". Бертман поставил эротический триллер, где вместо трагедии сильной личности представлена история неудовлетворенной женщины. Опера Шостаковича разыгрывается в интерьере бойлерной на фоне труб, вентилей и решеток. Посреди сцены - ярко-красное кресло, на котором совокупляются персонажи. Артисты, переодетые современными деловыми нуворишами, секретаршами в мини-юбках, обслугой в кожаных одеждах, с энтузиазмом разыгрывают оргии. Катерина Анны Казаковой, награжденная за лучшую женскую роль в опере, - сногсшибательная "вамп"; в ее яркой и натуралистичной манере пения нет и намека на теплоту и лиризм, которых требует партия Шостаковича.
С точки зрения жанровых канонов "Геликона" работа Бертмана - одна из самых удачных его постановок, цельная и захватывающая. Эффект усиливается благодаря дирижеру Владимиру Понькину, который придал геликоновскому оркестру сокрушительную мощь, несоразмерную маленькому залу, что в эпатажной эстетике "Геликона" - дополнительный плюс.
Решение жюри присудить Бертману "Маски" почти во всех номинациях, назвать исполнение Понькина "лучшей дирижерской работой", а оркестр Гергиева стыдливо отметить дополнительным специальным призом выглядит как манифест. Оно означает, что профессиональному оперному театру нынешние судьи предпочли эффектное шоу. Проблема в том, что такое предпочтение влечет за собой подмену понятий. "На Бертмана" теперь ориентируются именно оперные режиссеры. Это показали остальные претенденты на оперную "Маску" - режиссеры Юрий Александров и Дмитрий Белов, стремящиеся прежде всего создать эпатирующие зрелища.
Например, Юрий Александров в театре "Санктъ-Петербургъ опера" растянул действие "Пиковой дамы" Чайковского на два столетия. Первая сцена в Летнем саду отнесена к началу XIX века с его идиллическими шляпками и кринолинами. Бал второго акта, решенный как празднование юбилея Пушкина, приходится на 1937 год. Среди гостей вышагивает властный персонаж во френче, а в спальне молодой красавицы графини устраивают обыск чекисты. Заканчивается опера в сегодняшнем казино. Дмитрий Белов в Саратовском оперном тоже взялся за пушкинских героев. Он представил персонажей "Евгения Онегина" как гимназистов, заполнив сцену партами и заставив исполнителей петь хрестоматийные арии по бумажке. Последователям "Геликона" Белову и Александрову не хватило яркости, выдумки, цельности и эпатажного напора. Иначе говоря, "до Бертмана", который нынче сочтен образцом, их доморощенные постановки недотянули, поэтому-то и остались без премии.
Конечно, можно говорить, что оперные шоу подобного рода логичнее рассматривать в одном ряду не с мариинскими постановками, а с мюзиклом "Метро" - коммерческим проектом, хозяева которого хорошо знают свою аудиторию и умело ее удерживают. (Именно это действо жюри сочло лучшим в номинации "Оперетта".) Но в нынешнем году логика жюри "Золотой маски" кардинальным образом переменилась. Шоу стало образцом для театрального искусства. Мариинскому театру так же, как спектаклям Додина и Гинкаса, велено не беспокоиться.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
atv
Заслуженный участник форума
Заслуженный участник форума


Зарегистрирован: 05.09.2003
Сообщения: 3042

СообщениеДобавлено: Чт Май 26, 2005 10:13 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2001042301
Тема| Балет, Гранд-опера, гастроли, Персоналии, Морен Э., Платель Э., Герэн И., Беларби К.
Авторы| Денис Сергеев
Заголовок| Парижский балет в Кремле
Где опубликовано| Експерт
Дата публикации| 20010423
Ссылка|
Аннотация| В минувшие выходные в Государственном Кремлевском дворце (ГКД) прошли гастроли балета Гранд-опера.

Такого наплыва парижских балетных звезд в российской столице не видели уже давно - в последний раз гастроли Гранд-опера проходили десять лет назад в Большом театре. Сегодня привезти театр на гастроли для россиян слишком дорого. Организация нынешнего проекта с приездом двенадцати солистов (без декораций, оркестра и освещения) обошлась организаторам в несколько сот тысяч долларов - деньги, которые невозможно вернуть, даже продавая, как в этот раз, билеты в партер по 7 тысяч рублей. Впрочем, обладатели самых дешевых билетов с кремлевской галерки, откуда балерины кажутся размером с вошь, как обычно ко второму отделению спустились в партер.
В числе солистов Гранд-опера были Элизабет Морен, Элизабет Платель, Изабель Герэн и Кадер Беларби, которые работали с Роланом Пети, Джоном Ноймайером и Рудольфом Нуриевым. Несмотря на то что многим гостям самой большой балетной сцены мира (сцена ГКД в полтора раза больше подмостков Большого театра) было за тридцать, что по балетным меркам - пенсионный возраст, концерт вполне удался. Не каждый же день фрагменты из знакомых до боли классических балетов Обера, Пуни, Прокофьева и Чайковского в Москве исполняются в хореографии иностранцев. Похоже, приезд звезд Гранд-опера предварит целую серию гастролей зарубежных балетных компаний в Москве. В апреле в Москву нагрянут артисты Национального балета Нидерландов, приезд которых приурочен к официальному визиту в Россию королевы Нидерландов Беатрикс. В июне же столицу ожидает другой сюрприз - встреча с датским Королевским балетом. Гости из Копенгагена покажут первую европейскую премьеру российского хореографа Алексея Ратманского - балет "Метаморфозы" на музыку Пауля Хиндемита.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
atv
Заслуженный участник форума
Заслуженный участник форума


Зарегистрирован: 05.09.2003
Сообщения: 3042

СообщениеДобавлено: Пт Май 27, 2005 9:15 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2001042501
Тема| Балет, БТ, Персоналии, Цискаридзе Н., Акимов Б.
Авторы| не указан
Заголовок| Цискаридзе гонят из Большого?
Где опубликовано| Аргументы и Факты
Дата публикации| 20010425
Ссылка|
Аннотация|

Балетная труппа Большого театра отправилась на гастроли в Лондон. Почему в состав группы не попал знаменитый Николай Цискаридзе?
Н. Буханцева, Москва

ОТВЕЧАЕТ народный артист России Николай ЦИСКАРИДЗЕ:
- Из театра меня, к счастью, никто не увольняет. Я не смог вылететь в Лондон из-за сотрясения головного мозга, которое получил в автокатастрофе 18 апреля. Сперва я решил, что ничего серьезного не произошло, но дома почувствовал себя плохо и к вечеру обратился в поликлинику Большого театра, где диагностировали легкое сотрясение мозга и выдали больничный лист по 23 апреля, прописав постельный режим. Потом врачи поликлиники пришли ко мне домой, еще раз осмотрели и сообщили, что никакого сотрясения нет. А через какое-то время позвонил руководитель балетной труппы Борис Акимов, приказал на следующий день прийти на работу и написать объяснительную записку, почему я отказываюсь лететь в Лондон. "А как же больничный?" - спросил я. Оказалось, что бюллетень аннулирован. "И еще неизвестно, - добавил Акимов, - было ли у вас сотрясение и не симулянт ли вы". Я обратился в Институт нейрохирургии им. Бурденко, где мне подтвердили первоначальный диагноз: сотрясение мозга. Если бы я все-таки вышел танцевать, неизвестно, чем бы это закончилось. Получается, доктора меня просто обманули. Или кто-то приказал им так поступить? Но мне это совершенно все равно. Непонятно только, как это могли сделать люди, дававшие клятву Гиппократа?
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
atv
Заслуженный участник форума
Заслуженный участник форума


Зарегистрирован: 05.09.2003
Сообщения: 3042

СообщениеДобавлено: Пн Май 30, 2005 10:04 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2001042502
Тема| Балет, МТ, премьера, Персоналии, Ноймайер Дж., Зарипов Р., Лопаткина У., Вишнева Д., Меркурьев А.
Авторы| Юлия Яковлева
Заголовок| Мариинке выставили гамбургский счет
Где опубликовано| Коммерсант Daily
Дата публикации| 20010425
Ссылка| http://www.kommersant.ru/doc/255792
Аннотация| Готовится премьера балетов Джона Ноймайера

В Мариинском театре завершаются репетиции балетов Джона Ноймайера, главы стационарного авторского театра в Гамбурге. Он давно пребывает в статусе классика, а его опусы в обязательном порядке приобретают респектабельные балетные труппы. Теперь таковой сочла себя и Мариинка.
Слава Ноймайера (John Neumeier) началась в 1970-е - вместе с созданным им самим Гамбургским балетом. Случай Ноймайера - редчайший: в свое время он уехал за профессией из вполне прогрессивной в этом смысле Америки в Европу, обосновался в Германии, которая во многом его стараниями вскоре вошла в число балетных сверхдержав. Мастер на все руки, он приучил интеллектуалов кайфовать от слезоточивой "Дамы с камелиями", а широкую публику - от многотрудных хореографических полотен симфоний Малера. Поклонник эпохи Дягилева, он превратил Гамбург в фэн-клуб Вацлава Нижинского. И сам стал одной из главных городских достопримечательностей.На пресс-конференции, данной в Мариинке за несколько дней до премьеры, Ноймайер разыгрывал роль профессора. Ответ на каждый вопрос превращался в мини-лекцию обобщающе-теоретического плана. Мэтр объяснил разницу между абстрактной, программной и сюжетной хореографией, развернуто обосновал связь балета и поэзии и враждебность его прозе, а также многое другое. Только потом - о грядущей премьере.Покажут три одноактных балета. Все три, по классификации Ноймайера, относятся скорее к программным, чем к абстрактным: их содержание навеяно музыкой. Первые два на музыку Дворжака поставлены в начале 1990-х, вместе с Ноймайером их переносит в Мариинку ассистент Радик Зарипов, впоследствии он будет приезжать в Петербург с инспекциями. Spring & fall на музыку Дворжака, по мнению Ноймайера, является реверансом в сторону Мариуса Петипа, привившего французской технике русскую национальную координацию. В Spring & fall Ноймайер пошел тем же путем, сплавляя условный народный танец с модернистской пластикой. Второй балет - Now & then - должен, по словам хореографа, предъявить "танец города", попутно раскрепостив академически выученные тела русских. На танцовщиках будут надеты костюмы от Армани, а ритм зрелища задан "ностальгически медленным движением, танцем-воспоминанием". Стараясь создать эффект премьеры в ранее сочиненных опусах, Ноймайер строго-настрого запретил питерским танцовщикам смотреть видео. Посторонних на репетиции не допускают. Третий балет (эксклюзив для Мариинки) - "Звуки пустых страниц" на музыку Шнитке. Ноймайер сочиняет прямо в зале, домашних заготовок он не признает, непосредственный контакт с артистами для него, по его словам, важнее даже, чем взаимоотношения с публикой. Этот балет хореограф посвящает памяти самого композитора - своего близкого друга. С выбором произведения он определился сразу, как только получил приглашение от Мариинки. Ноймайер уверен, что тема - "принятие человеком неизбежности смерти" - обращена к переживаниям каждого зрителя. Премьеру репетируют все солисты во главе с Ульяной Лопаткиной и Дианой Вишневой. В "Звуках пустых страниц" обещают также предъявить последнее приобретение Мариинки: Андрея Меркурьева, до сих пор танцевавшего в Театре имени Мусоргского. В основе "Звуков" - концерт для альта с оркестром. Зная страсть Мариинского театра к сильным эффектам, наблюдатели всерьез прикидывали: не выпишут ли для премьеры Юрия Башмета. Но пресс-конференция разочаровала - Башмета не будет.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
atv
Заслуженный участник форума
Заслуженный участник форума


Зарегистрирован: 05.09.2003
Сообщения: 3042

СообщениеДобавлено: Вт Май 31, 2005 4:00 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2001042501
Тема| Балет, "Кремлевский балет", Гранд-опера, гастроли, Персоналии, Аверти К., Хофф Э., Морен Э., Платель Э., Герэн И., Беларби К., Сайз Я., Кардинале А., Матисс Ж., Куртэн Э.
Авторы| Майя Крылова
Заголовок| Арабеск с видом на Царь-пушку
В Кремле выступили солисты балета Парижской Оперы
Где опубликовано| Независимая Газета
Дата публикации| 20010425
Ссылка| http://www.ng.ru/culture/2001-04-25/7_arabesk.html
Аннотация| СОЛИСТЫ балета Парижской Оперы в свои выходные дни танцевали в Москве - по личной инициативе, а не по гастрольной линии своего театра.

Московские показы прошли на сцене Кремлевского дворца, и артисты "Кремлевского балета" приняли участие в концерте. Гости представили отрывки из классических балетов и более поздних постановок хореографов мира. Организатор выступлений - Столичное гастрольное агентство - дал возможность критикам посмотреть не только концерты, но и классы и репетиции гостей. То ли недостаток рекламы, то ли цены на билеты (до 7,5 тысяч) привели к тому, что партер был заполнен наполовину. Московские знатоки предвкушали долгожданное удовольствие от созерцания французского балетного профессионализма. И придирчиво изучали афишу: сколько будет "этуалей" (звезд), сколько первых солистов, "сюжетов" и "кадрилей" - так официально именуются уровни статуса в жесткой табели о рангах, принятой в балете Оперы.
Важно было понять, как долго тот или иной исполнитель числится в своем ранге, не повышаясь в должности по результатам ежегодного конкурса. Одно дело, когда танцует молодой и растущий, и другое - если вечный студент. Впрочем, действительность, как всегда, опровергла схемы. Карин Аверти, первая солистка балета с 1983 года (с партнером Эммануэлем Хоффом), показала стильную холодную грацию во время гимнастического исполнения обоих своих номеров: и неоклассической "Неоконченной симфонии" Шуберта в хореографии Питера ван Дайка, и миниатюры на звуки Малера. Особенно удивили "этуали". Четыре заезжие балетных звезды находятся в том возрасте, когда, как говаривал Марис Лиепа, "приходит опыт и уходит прыжок". В прошлые гастроли мы видели их в расцвете сил. Казалось бы... Но и балетная пенсионерка Элизабет Платель, и находящиеся накануне пенсии Элизабет Морэн, Кадер Белярби и Изабель Герэн показали, каждый по-своему, что этуалями в Париже просто так не назначают. Морэн, лирически неинтересная в сцене у балкона из нуреевской "Ромео и Джульетты", показала такой профессиональный класс в труднейшей хореографии того же Нуреева ("Щелкунчик"), что сравниться с ее отточенными комбинациями батманов и сиссонов могли лишь пять подряд прыжков-револьтадов ее партнера Алессио Карбоне. Белярби, протокольно станцевавший "Жизель", играл пластическими метаморфозами уродливости Квазимодо в "Соборе Парижской богоматери". Герэн, наоборот, была необыкновенно хороша именно в "Жизели": прославленные французские стопы исполняли песню трагической любви, свободно "выпевая" танцевальные фиоритуры и виртуозно беря танцевальные верхние "до". Платель, храбро выбрав для выступления в Москве бравурное Па-де-де Баланчина-Чайковского, доказала, что в Парижской опере не отягощают себя комплексами аутентичности. Этот танец ничуть не напоминал о манере баланчинской труппы, но, обходясь без буквального копирования, был баланчинским по сути. Потому что вобрал в себя милые сердцу Баланчина черты - свободное ощущение хореографической структуры и проживание музыки через структуру. В абсолютно контрастном этому номеру отрывке из "Дамы с камелиями" Платель продемонстрировала, сколь сильной балетной актрисой (в старом понимании слова) она может быть. Ее партнер Ян Сайз, способный, но с плохо поставленными в классике руками, здесь просто стушевался. Да и как не затеряться на фоне такой художественной страстности, когда тело балерины в любовном экстазе излучает напряженно открытые и одновременно по-галльски выверенные эмоции...
В то время как ветераны танцевали, словно молодые, молодежь Оперы выступала, как ветераны. Девушки-корифейки (Александра Кардинале и Жюльян Матисс) храбро решили, что на концертах можно танцевать балеринские партии, пусть даже у тебя для этого нет предпосылок. К смелым девушкам присоединился и решительный юноша Эрве Куртэн. В результате мы имели: а) Па-де-де из "Пламени Парижа" без намека на требуемую манеру: победно-акцентированную, с твердой фиксацией поз; б) "Сильфиду" кровь с молоком (Кардинале), далекую от всяческого романтизма; в) никакое Па-де-де Обера-Гзовского, поставленное когда-то в качестве концертной демонстрации профессиональных высот для фешенебельной балетной примы. Здесь номер стал слегка пародийным: будто школьница примеряет на себя мамино выходное платье. (Правда, у Матисс очень хорошая устойчивость.) Лишь молодой Эммануэль Тибо в "Сильфиде" реабилитировал себя после ненужно изящного танца в "Пламени Парижа": его не по-французски размашистые заноски впечатляли силой и точностью. Разумеется, эти гастроли не репрезентативны. Лишь полнометражные выступления
Парижской оперы с целыми спектаклями и кордебалетом могут дать точную картину выдающейся труппы. Но уже ясно, что идеи современных французских мыслителей - структуралистов и постструктуралистов - оказались близки последнему поколению танцовщиков, даже если они не читали ни строчки из Деррида и Фуко. Исполнители склонны трактовать балет как текст, а не как конкретную эстетическую особенность. Правда, деконструкцией здесь тоже не занимаются, предпочитая просто положиться на французскую классическую школу, которая всегда вывезет.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
atv
Заслуженный участник форума
Заслуженный участник форума


Зарегистрирован: 05.09.2003
Сообщения: 3042

СообщениеДобавлено: Ср Июн 01, 2005 5:00 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2001042502
Тема| Балет, Гранд-опера, гастроли, Персоналии, Герэн И., Беларби К.
Авторы| не указан
Заголовок| ПОКАЗАТЕЛЬНЫЕ ВЫСТУПЛЕНИЯ НЕПОКАЗАТЕЛЬНЫХ АРТИСТОВ
Где опубликовано| Время МН
Дата публикации| 20010425
Ссылка|
Аннотация| Французы бережно относятся к своим "звездам"

Рецензия на концерт "Гранд-опера" - занятие не только почетное, но и несуетное. Как будто, одевшись заботливее обычного, прищурившись сквозь лорнет, скупо покачиваешь головой: бьен, бьен! Временами все-таки морщась и брюзжа.
Однако казарменный интерьер Кремлевского дворца умеряет старосветские эмоции. Наполовину пустой и с непременными вольно бредущими в буфет VIP-персонами, он был скорее враждебен бригаде из главного балетного царства. Спасали только люди неслучайные, балетные и околобалетные, непонятными ухищрениями, учитывая стоимость билетов, все-таки попавшие в зал. Они-то воспринимали зрелище не с чистого листа, а сравнивая - кто со старыми впечатлениями (балет "Гранд-опера" приезжал к нам в 1958, 1969-1970, 1977 гг.), а кто проверяя на прочность миф о балетном Олимпе. Дюжина звезд и солистов собрала в программу дуэты и классические па-де-де. Из них ни одного камуфляжного, все - безжалостно оголяющие качество исполнения. Дуэт из "Пламени Парижа" в хореографии Василия Вайнонена прозвучал для первого аккорда не так звонко, как хотелось бы. А в универсальном исполнительском тесте па-де-де Обера-Гзовского французы неспроста взяли убийственно медленный темп: балерина блеснула выделанностью фарфоровой безделушки в версальском вкусе, танцовщик - аккуратной партнерской техникой. С опусами современной хореографии все было примерно в том же русле: что получше, что похуже, но никакого шика. Принятый в хороших домах модерн-балет танцевали очищенные от балетной слащавости балеруны и идеальных пропорций, но совершенно неэротичные, как надо бы по затее, балерины. Они ни разу не дали повода ни ахнуть, ни замереть, зато непременно допускали хоть одну оплошность.
Бедный для протокольного мероприятия свет дополнила странная фонограмма. На издержки концертного исполнения можно смахнуть и допущенные условности: Джульетта в грезах Ромео показывалась не на балконе, а мостилась рядом, на приступочке. С особым интересом балетоманы ждали па-де-де из "Щелкунчика" в хореографии Нуреева. Весь на пуантах и высоких поддержках, но в парчовых костюмах и с кокошником экзерсис барочного Нуреева оказался парадоксально тяжел и помпезен. В танцевальном тексте ни словечка в простоте, зато очевидны все пристрастия великого женоненавистника: Принц сплошь летает, а Маша не может сойти с пуантов и тщательно вымучивает туры. Только раз зал ахнул. Этуаль Изабель Герэн и первый танцовщик Кадер Беларби танцевали па-де-де из "Жизели". Здесь наконец обнаружилось совпадение мифа "Гранд-опера" и привезенной в Москву реальности. Жизель из первоисточника - это идеально романтичный абрис фигуры, невесомые и неторопливые прыжки, рукава-фонарики, мягкий муар пачки. Герэн была шикарна, как истинная прима.
Она же подчеркнула неутраченное свойство балета французской "Оперы": если исполняется гранд батман жете - стало быть, он роскошный; если скромное "нога в сторону" - стало быть, "нога в сторону" на положенные 45 градусов. "Бывший звездный" состав не только показал, что имеет понятие об эталонах, но и стремился внятно прописать все, что положено, в назидание советскому и постсоветскому балетному мракобесию, когда за страсть в клочья прощается клочковатый текст и перевирание канонов. Не зря за внимание к детали, к мелочи французов ценят не только в танце.
Время демократичной доступности страшно вредит королевскому искусству. По сути, противоречит ему. Пока неповоротливая громада стационарного театра доберется до зрителя, бригады летучих гастарбайтеров успеют внушить публике редко удачное впечатление. Объясняйте потом околпаченной, что приезжали "имена", не занятые в нужные дни в репертуаре театра и только потому доступные. Правда, не надо списывать со счетов и бережное отношение "Гранд-опера" к своему достоянию: они его не забалтывают, не занашивают, а подновляют и проветривают со всей бережностью. Все-таки есть чему поучиться!
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 10146

СообщениеДобавлено: Пн Сен 03, 2007 4:45 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2001043101
Тема| Балет, Современный танец «Золотая маска», «Послеполуденный отдых фавна», Персоналии, В. Самодуров, Д. Белоголовцев, Д. Вишнева
Авторы| Ольга ГЕРДТ
Заголовок| В одну корзину класть не можно
Где опубликовано| Время новостей
Дата публикации| 11.04.2001
Ссылка| http://www.vremya.ru/2001/64/10/8677.html
Аннотация|

В балетной номинации решение жюри не стало неожиданностью. «Драгоценности» Мариинского театра были обречены стать лучшим спектаклем просто из-за отсутствия конкурентов: балеты «Манон» и «Дочь фараона» отсеялись по неизвестным причинам задолго до фестиваля, а «Фауст» Николая Боярчикова, способный спровоцировать только дискуссию о деградации оригинального хореографического творчества, сравнивать можно только с ему подобными сочинениями современников. Коих не оказалось. Восьмиминутную же миниатюру Дж. Роббинса «Послеполуденный отдых фавна» не удостоили вниманием только из-за того, что в балетной номинации не предусмотрено спасающее драму разделение на произведения малой и большой формы. По этой причине в прошлом году «прокатили» «Средний дуэт», безусловный шедевр Александра Ратманского, а в этом -- стилистически чистую и умную работу солиста Дмитрия Белоголовцева и его партнерши Светланы Лунькиной в «Фавне». Что грустно, поскольку свидетельствует: жюри не вникает в тенденции и не видит пользы в сочинениях, составляющих альтернативу парадной классике, не всегда разумно использующей актерскую индивидуальность. «Фавн» Роббинса, поставленный как изящный флирт балетного андрогина с собственным зеркальным отражением, дает возможность и показать артистов «крупным планом», и посмаковать компоненты самой дуэтной формы, где все -- поддержки, обводки, параллельные вариации солиста и солистки -- замедлены и отстранены как элементы тщательно простроенного ритуала.

Разница форматов роли не играла в мужских номинациях. Задачи Вячеслава Самодурова («Драгоценности») и Дмитрия Белоголовцева («Фавн») были схожими: не самовыражаться. Но, очевидно, на фоне Самодурова, слишком наигрывающего, Белоголовцев показался совсем «не актером». В номинации «Лучшая мужская роль» премию не присудили никому. С Дианой Вишневой, получившей "Маску" за лучшую женскую роль, проблем не возникло: сравнивать ее оказалось не с кем.

По современному танцу выбирать было из чего, но тут жюри и запуталось. Из семи работ, выдвинутых в этой номинации, «Кленовый сад» Татьяны Багановой -- единственный настоящий спектакль, а не этюды, зарисовки или рваные композиции. С этим не спорили даже драматические критики, скептически не признающие «театральности» современного танца. Но, желая поощрить работу челябинского хореографа Ольги Пона, жюри решилось на компромисс. Хорошо сделанные, атмосферные, но вполне заурядные «Зарисовки с натуры» получили звание лучшего спектакля. А за «Кленовый сад» наградили хореографа (Татьяну Баганову) и художников (Викторию Мозговую, Ольгу Паутову). Кстати, консультанты жюри в случившемся недоразумении упрекнули экспертный совет: если бы Ольгу Пону выдвинули как хореографа, «Кленовому саду» не пришлось бы «делиться».

Соображениями политической корректности, очевидно, продиктована и премия в разделе «Новация». Проигнорировав «черные» фантазии Антона Адосинского и Доктора Да, не заметив потрясающего мастерства гуттаперчивой клоунессы Марчеллы Солтан в «Имитаторе Деи» («ЧерноеНЕБОбелое»), жюри поддержало явления вполне конъюнктурные. Работу художницы Виолы Ходовой в «Арвайдене» (спецприз жюри), обрядовом шоу, использующем национальные осетинские песни и пляски, и хореографию Евгения Панфилова (премия «Новация»), в шоу-балете которого «Бабы. Год 1945» пышнотелые красавицы плетут незатейливые и слащавые танцевальные кружева то под Ванессу Мей, то под «Прощание славянки».

Решением жюри много лет претендовавший на «Маску» Панфилов, кажется, остался не очень доволен. Получая награду, отметил, что заслуженное пришлось выбивать «ломом, против которого нет приема». Шутка сомнительная, но ситуации соответствует. Жалко только, что, попеняв жюри, лауреат забыл поблагодарить актрис -- очаровательных толстушек, без грации которых не избежать бы ему обвинений в пошлости.

Достоин сам себя и врученной премии оказался только иностранец Жозеф Надж. К призу за лучший зарубежный спектакль («Полуночники») можно было добавить и вакантную «Маску» за лучшую мужскую роль. Внезапно осознавший некоторую неуместность своего торжественного фрака хореограф, вышедший на сцену, заметил, что взял его напрокат в качестве реквизита будущего спектакля. В доказательство прямо на сцене исполнил несколько па -- приседал, проверяя крепость штанин, и потешно жестикулировал, испытывая рукавные швы. Получилось вполне художественно.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 10146

СообщениеДобавлено: Ср Авг 27, 2008 8:04 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2001043102
Тема| Балет, Театр танца Алексея Фадеечева и Нины Ананиашвили ,"Между небом и землей" и "Opus X" , Персоналии, Н. Ананиашвили
Авторы| ТАТЬЯНА КУЗНЕЦОВА
Заголовок| Именем Ананиашвили протаскивают балетную реформу
Где опубликовано| Коммерсант
Дата публикации| от 04-04-2001
Ссылка| http://www.kommersant.ru/doc.html?path=/daily/2001/059/19713585.htm
Аннотация|

В "Московской оперетте" Театр танца Алексея Фадеечева и Нины Ананиашвили вместе с продюсерской фирмой "Постмодерн-театр" представил сразу две премьеры – мировую и российскую. Балеты "Между небом и землей" и "Opus X" художественным событием не стали. Зато таковым становится сам Театр танца.

Имя Нины Ананиашвили на москвичей действует безотказно: Промышленно-страховая компания страхует балерину от травм на 1 млн рублей за одно вечернее выступление; зрители расхватывают совсем не дешевые билеты на никому не известные балеты; зал полон, несмотря на то что в соседнем Большом в тот же вечер Валерий Гергиев колдует над "Золотом Рейна". При этом современные балеты – совсем не конек балерины и славы ей не добавят. Имя Ананиашвили – приманка, с помощью которой Театр танца хочет приучить и публику, и танцовщиков к мейнстриму современного балета.
Импорт "новой американской волны" Театр танца начал в декабре премьерой неоклассического балета "Green" Стэнтона Уэлша (Stanton Welch). Сейчас уже знакомый публике австралиец поставил новый эксклюзив под названием "Opus Х". Свой опус Стэнтон Уэлш изготовил на музыку американского японца Леонардо Это (Leonardo Eto) всего за три недели из того скудного материала, который ему предоставил Театр танца. На фоне задника с силуэтом неведомого мегаполиса под расчетливо экстатический ритм ударных Уэлш сочинил закольцованную композицию, исполненную феминистского пафоса; пафос, впрочем, был умерен авторской иронией, которую исполнители не просекли. Не приспособленную к свингам и синкопам современного танца Нину Ананиашвили хореограф не стал мучить пластическими новшествами, ограничившись декоративными движениями рук. В результате ее дуэт с Сергеем Филиным, статичный и классически банальный, оказался самым слабым фрагментом балета. Виртуозно разработанный хаос массового танца (с разнонаправленным, разнотемповым и разнохарактерным движением мелких групп) мог бы выглядеть впечатляюще, если бы танцовщицы смогли забыть корсетное классическое прошлое. Чтобы понять, какие именно движения ставил хореограф, надо было следить за стриженой блондинкой из числа корифеек, но об этом публика не догадывалась.
Уроженец города Уичита (штат Канзас) 30-летний автор 35 балетов Трей Макинтайр (Trey MacIntyre) перенес в Москву свою прошлогоднюю хьюстонскую премьеру. Смысл балета "Second before the ground", названного в Москве "Между небом и землей", сам хореограф истолковывает как ликование свободного полета души перед тем, как тело шмякнется об землю. Однако никакой экзистенциальной метафизики последних мгновений в балете рассмотреть не удалось. Милый неоклассический пустячок поставлен на африканский фольклор, переработанный Kronos Quartet до полной неузнаваемости. Три безмятежно-шутливых дуэта, разбавленных вмешательством пяти пар, украшены блестками свежих поддержек, несколькими оригинальными па и неподдельным энтузиазмом артистов, достойно одолевших и живой темп, и непривычные приемы. В порхающей резвушке трудно было узнать солистку Большого Элину Пальшину, поднаторевшую в изображении горестей Фригии; Мария Александрова нашла своему роскошному прыжку новое применение; солисты Детского музыкального театра Елена Петриченко и Сергей Чумаков после ролей птичек и зайчиков радостно вгрызались в самые замысловатые поддержки.
Оба хореографа, конечно, не Баланчины (хотя, как и большинство авторов Нового Света, в неоклассике ему подражают – совсем так, как их российские коллеги до сих пор "чистят себя" под Григоровичем). Зато в отличие от россиян они не обременены рефлексией, не претендуют на глобальность высказывания и хорошо владеют ремеслом. Таких балетов любая серьезная западная труппа производит штук шесть в год, приглашая разных варягов и не ожидая непременного появления шедевра. Однако именно этот беспрерывный поток и рождает открытия.
Отечественный балет идет другим путем: раз в год главные балетмейстеры стационарных театров, цепенея от ответственности, выдавливают по премьере, одновременно предсказуемой и претенциозной. Премьеры, как правило, проваливаются. Театры спасаются коммерческой классикой, прикрываясь лозунгами о сохранении наследия. Артисты годами бацают лебедей и Базилей. Широкая публика почитает это балетом. Театр танца, пробующий вырваться из этого порочного круга,– сам по себе явление. Пусть и представляет пока поточную продукцию.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 16997
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Июл 02, 2009 6:04 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2001043103
Тема| Балет, БТ , Персоналии, Н. Ананиашвили
Авторы| Виктория ГАНЧИКОВА
Заголовок| И ТАНЦУЯ, НЕЛЬЗЯ ПЕРЕСТУПАТЬ ЧЕРЕЗ МОРАЛЬ
Где опубликовано| "Новая газета" № 23
Дата публикации| 02.04.2001
Ссылка| http://www.novayagazeta.ru/data/2001/23/42.html
Аннотация|

На концерте, посвященном 225-летию Большого театра, несмотря на участие хор кордебалета, торжественные декорации, обилие знамен, хоругвей, икон, было только два момента, соответствующих торжественности юбилея: выступление президента и Ананиашвили. В. В. Путин прав уже тем, что приехал и вышел на сцену. Ананиашвили и Уваров завершили более чем скромный по качеству концерт действительно блистательным гран-па из «Дон Кихота».
2 апреля — две мировые премьеры балетов в хореографии американцев Стэнтона Уэлша — «OPUS X» и Трэя МакИнтайра — «Между небом и землей». Место премьер — Московский театр оперетты


— В России вы являете собой редчайшую для звезды классического балета заинтересованность модерном...
— В последние годы я много выступаю на Западе. У меня есть возможность работать со многими хореографами и возникла потребность в новом. Это, как во всем: читаешь много книг и понимаешь, что еще ничего не прочел, и хочется читать. Или играешь Гамлета, а появляется потребность сыграть Фигаро или Хлестакова.
А чем лучше танцуешь классику, тем больше тянет отведать других стилей, найти другую пластику. Хореографы модерна иначе смотрят на тебя, иначе воспринимают твою индивидуальность, используют твои качества, которые в классике не востребованы. Вы сегодня смотрели нашу репетицию. Многих наших девочек в классику не поставишь, а в современном танце они проявляют себя фантастически.
Многие профессиональные балерины зажимаются, потому что диктат законов классического танца очень суров.
— Наших музыкантов на Западе предпочитают видеть в связи с Рахманиновым и Чайковским, вас, верно, приглашали, как уникальную Раймонду, Одетту?
— Сначала, а потом начали предлагать другие партии. В Датском королевском балете я станцевала всего Бурнонвиля!
— Но Бурнонвиль — классик.
— Он — основатель датского балета в XIX веке. Создал свою школу, в которой смешивается классический и характерный танец. В Дании я выучила и станцевала все его балеты.
А Кеннет МакМиллан — это танец, построенный на классической основе, с использованием свободной пластики. Спектакль «Манон» наполнен огромными эмоциями: пережить за один вечер всю жизнь Манон Леско — это невероятно!
Потом я начала приглашать современных хореографов. Первым был Алексей Ратманский. Мы сделали с ним «Кабуки — сны о Японии» и «Прелести маньеризма» — это была первая попытка на сцене Большого театра совершить прорыв в модерн.
В 1982 году в Нью-Йорк-Сити-балет я танцевала Баланчина. Был большой успех. Я горжусь тем, что это была не личная моя победа, а доказательство возможностей русской школы. Мы за неделю выучили партии и исполнили, как надо. А техника совершенно другая, незнакомая.
— Почему Баланчин такой другой?
— Это неоклассический балет. Баланчин уехал в Америку и создал свой стиль. Он столкнулся с американской школой, далекой от европейского совершенства (тем более русского). Он сумел сделать невероятное — возвести недостатки в достоинства. В классических па он нашел другой ракурс.
— Барышников продолжает это делать?
— Барышников приехал в Америку, три года с ним работал Баланчин. Потом Миша стал сам руководить балетной труппой. Сейчас, когда он закончил танцевать в классическом балете, он танцует только модерн.
Работая с американскими хореографами, артисты начали думать по-другому: «Надо же, как можно! Мы никогда так не сделали бы!» В один прекрасный момент может родиться великий хореограф, каких не появлялось давно, потому что случился... застой.
— С Алексеем Ратманским любители балета связывают надежду на обновление балета...
— Мы хотели работать с ним в этом году, но он согласился ставить в Мариинке «Щелкунчика»...
— Почему же не поставил, что изумило балетоманов (Ратманский был заявлен в программе)?
— Насколько мне известно, сам Ратманский был изумлен еще больше и уехал в Данию в полном шоке. Дело, к сожалению, для наших театров не редкое.
— Раз мы коснулись неприятной материи: вы — человек очень музыкальный, танцующий не «под музыку», а самую музыку. Балет «Дочь фараона», по заявлению самого Рождественского, снят за «плохую музыку».
— Кого-то не устраивало, что балет Большого театра за последние годы «поднял планку» и расцвел, — его решили осадить. Начнем со снятия Васильева. Я понимаю, что должность руководителя такого театра — государственная. Правительство решило, что Владимира Викторовича надо «от должности освободить». Допустим. Но нельзя это делать так. Надо было человека предупредить, дать ему срок в два месяца, полгода или год, чтобы он нормально завершил дела, как это делается в цивилизованном мире. Пришел новый худрук Рождественский. Мы все его уважаем как музыканта, как дирижера. Вдруг он, не видя ни одного спектакля за последние двадцать лет (его собственные слова в интервью), не зная балетную труппу (я не говорю о себе — это касается всего балета), выходит и читает по бумажке текст, который повергает нас в шок. Оказывается, все, что происходит в Большом театре, ужасно. Безобразие, что «Дочь фараона» идет в шесть раз больше «Бориса Годунова». Я встала и сказала: «Сколько и какие спектакли идут — зависит от руководства внутри каждого цеха. В театре есть оперные дни и балетные. По сто двадцать. Можно поставить 120 раз «Жизель», 120 — «Бориса». Если публика довольна — почему нет? Опера и балет не взаимозаменяемы».
— Почему злополучная «Дочь фараона» стала «падчерицей» нового руководства?
— Я не могу понять. Это была уникальная премьера, в которой задействована вся труппа. После стольких лет наконец получился бриллиант. Феерические костюмы, декорации, настоящее роскошное зрелище. Постановщиком был француз Пьер Лакотт, который для нас восстановил спектакль 1927 года. Сохранились музыка, сюжет, а хореография потерялась. Это был балет на музыку Пуни, в постановке Петипа, который танцевали все знаменитости. Последней исполнительницей была Марина Семенова. Музыка — не шедевр, но очень балетная. В балете не так уж много гениальной музыки. Разве «Жизель» Адана или «Дон Кихот» Минкуса гениальны?
Спектакль вызывал огромный интерес в мире, нас всюду хотели приглашать. Были не просто аншлаги, а билеты испарялись из касс за несколько часов. Мы станцевали только шесть спектаклей — я, Грачева и Лунькина по очереди, и... все кончилось. Алексей Фадеечев ушел с должности руководителя балета Большого, потому что понял, что сезон будет провален. Два года жизни он отдал тому, чтобы восстановить престиж Большого театра в мире. Гастроли в Англии, Испании, Японии и Америке прошли с потрясающим успехом. Молодое поколение не видело таких залов, такой публики!
— Но Геннадий Николаевич утверждал, что был провал?
— Я вам могу показать всю прессу. Когда Рождественский это заявил, встал один журналист и сказал: «Не надо делать нас дураками. Сейчас существует интернет, и мы читаем напрямую».
— Труппа не объединилась, чтобы отстоять спектакль?
— Меня поразило, что никто не вышел и ничего не сказал, кроме меня и Фадеечева. Он пытался объяснить, что снятие с репертуара спектаклей наносит огромный ущерб, потому что театр нарушает договоренности с иностранными партнерами и гастроли аннулируются. А ведь только гастроли кормят артистов.
— На постановку затратили немалые средства. Мы теперь такие богатые, что спокойно можем их терять?
— Терять их обидно. Еще обидней терять престиж. Тот же Лакотт поставил сейчас в парижской «Гранд-опера» «Пахиту». Французы раздули это событие: «Пьер Лакотт вернулся в «Гранд-опера», чтобы восстановить шедевр!» Это после Большого театра в него поверили и заключили с ним контракт. А мы свое собственное взяли и похоронили.
— Сколько зарабатывают солисты Большого театра?
— Думаю, 1500 рублей. Я сама зарплату не получаю, только за спектакли.
— ???
— Я отказалась от ставки и предложила передать ее молодой балерине, потому что я не так часто бываю в театре и не хочу занимать место.
— Вы — человек убеждений?
— У меня есть воспитание, есть мораль. Я через них не переступлю, что бы ни случилось. Когда я слышу, что ради карьеры можно идти на все, я этого не понимаю. Все равно все вернется по кругу или бумерангом. Некоторые балерины меняют педагогов в зависимости от того, кто в фаворе. Я всю жизнь работаю с Раисой Ивановной Стручковой, которая часто бывала не в фаворе. Я ничего не проиграла, наоборот, везде танцую.
— А с Григоровичем?
— Он был очень большим балетмейстером. Он взял меня в театр. Но у нас нет никаких точек соприкосновения. Его снова пригласили в театр. Если он отдохнул и пришел с новыми идеями, я сама буду аплодировать. Он решил переставить свое «Лебединое» и демонстративно перед всей труппой заявил, что ни Раиса Стручкова, ни Николай Фадеечев не будут репетиторами. Фадеечев был лучшим принцем всех времен, а Стручкова — прекрасная Одетта-Одилия.
— Получается, что старшее поколение демонстрирует несговорчивость и негибкость?
— Естественно, потому что они воспитывались в другую эпоху. Они думают, что так же можно вести себя сейчас. Это не так.
В результате резкой перемены курса Большой театр разорвал очень серьезные отношения. Для новой постановки «Корсара» удалось с большим трудом уговорить потрясающего английского художника Питера Фармера оформлять спектакль. Он уже сделал эскизы, и вдруг все отменили без извинений. Просто стыд! Только-только удалось поправить репутацию Большого, и опять с нами никто не захочет иметь дело. Отменилась следующая программа Баланчина.
— Есть мнение, что русская классическая школа себя изжила...
— Немного забавно это слышать. О Барышникове и Нуриеве все известно. Юрий Посохов — он из моего поколения. Он был ведущим танцовщиком, уехал, работал в Дании, а потом в Сан-Франциско. В год он танцует четыре-пять новых премьер. Приходит очередной хореограф и выбирает всегда его, хотя у него русская школа. Современные балеты он танцует блестяще. Он никогда не думал, что станет хореографом, а уже поставил балет, который прошел с огромным успехом.
— Нужно ли учиться танцу-модерн, как классическому?
— Модерн — это свободная пластика тела. Человека, способного к движению, можно подготовить в современный балет за три месяца. Но в классику вы его не поставите. На пальцы не станет, не будет чистоты исполнения движений, пятых позиций, не сможет сделать какие-то виртуозные вещи: «жете ан турнан» (большие прыжки с поворотами), «тур пике». Этому надо долго учиться.
— «Тур пике» вчера закончил ваше выступление. Разве принято так ускорять темп?
— Нет. Но так делала Стручкова и меня научила. Это мой «коронный номер».
— А другие именно ваши «коронные номера»?
— Прыжки, быстрые фуэте... Но смысл танца в другом. В гармонии, в выразительности...
Наша речь — это наши ноги, наше тело, наша пластика. Тело должно быть доведено до автоматизма, тогда мысль, импровизация создают искусство. Когда я танцую в таких спектаклях, как «Ромео и Джульетта», «Манон» — балеты, где можно себя выразить, мы с педагогом разрабатываем все детали. На сцене я стараюсь все это пережить. Я могу расплакаться на сцене, иногда у меня после первого акта «Жизели» по-настоящему болит сердце, и приходится пить лекарства.
— Это плохо...
— Знаю, но не могу почувствовать грань, когда нужно «забаррикадировать» свои эмоции.
— Если не балериной, верно, стали бы актрисой?
— Когда моя бабушка спрашивала меня, трехлетнюю, кем я хочу быть, я отвечала: «Джин-Лолабриджид-Бардо», и не меньше. С детства мне нравилось играть, придумывать, изображать кого-то.
— Готова ли публика к современному балетному языку?
— У нас разная публика. Баланчин, особенно «Моцартиана» Чайковского, не сразу был понят. Зато на второй год возникло настоящее взаимопонимание.
— Какова идея новых балетов?
— «ОРUS Х» — это все о женщине, «Между небом и землей» — это на африканскую музыку. По преданию, перед смертью наступает счастливая минута. Содержание — как эту счастливую минуту люди проживают.
— А вы трагическая актриса?
— Я очень люблю играть драму и трагедию, но в жизни — оптимистка. Я поклонница Говорухина, и вдруг он сказал: «Если сейчас человек — оптимист, то он просто дурак». Я расстроилась. Потом согласилась: нельзя сидеть и говорить: будет все хорошо. Каждый человек должен стараться что-то улучшить.
— Тело балерины — материал, средство выражения. Как с ним надо обращаться? Вы мучаете себя тренингом, диетами?
— Вы же видели репетицию. Никакое это не мучение, а удовольствие. И поесть я люблю, как грузинка — только в меру.
— А вина можно пить?
— И грузинские, и французские, но немного. Вообще-то, я специалист по винам, потому что Григорий, мой муж, занялся разведением виноградников, восстановлением того, что осталось в Грузии буквально в единичных экземплярах.
— Тогда мой следующий вопрос отпадает — очевидно, что вы останетесь жить в Грузии и России.
— То же самое сказал мой папа, когда узнал о виноградниках.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 16997
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Фев 16, 2011 8:33 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2001043104
Тема| Балет, БТ , Персоналии, Дмитрий БЕЛОГОЛОВЦЕВ
Авторы| Варвара ВЯЗОВКИНА
Заголовок| Дмитрий БЕЛОГОЛОВЦЕВ: Хочется танцевать модерн
Где опубликовано| Известия
Дата публикации| 20010410
Ссылка| http://www.proarte.ru/ru/komposers/music-articles/izvestia2001/2001091.htm
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

На фоне мужского состава Большого театра сегодня не грех затеряться, однако одного из самых мужественных танцовщиков молодого поколения критики выделяют в премьерах последних лет в пятерку сильнейших. В программе фестиваля "Золотая маска" Дмитрий Белоголовцев исполняет "Послеполуденный отдых фавна" Джерома Роббинса, а его единственный конкурент -- Вячеслав Самодуров из Мариинки уже выступил в Москве в "Драгоценностях" Джорджа Баланчина.

-- Вы сами ходили на "Драгоценности" Баланчина, когда Мариинская труппа привозила их в Большой?


-- К сожалению, сейчас я не смог посмотреть балет, видел его год назад, когда его привозили в Москву. Меня все больше удивляет, что по каналу "Культура" постоянно показывают Мариинку, а наш Большой -- почти нет. По-моему, наш театр работает лучше Мариинки. Правда, у них там много потрясающих девочек.

-- Интересное наблюдение для танцовщика, которому важна партнерша и близко понятие дуэтного танца. Танцовщика, умеющего "подать" балерину, а не затмить ее собой.

-- Это самый большой комплимент для меня. Ведь раньше Большой театр славился знаменитыми дуэтами, в которых были явны отношения мужчины и женщины. Никто не замечал, как Марис Лиепа делал два тура, все видели образ. Григорович, к примеру, на репетициях "Лебединого озера" по привычке спрашивает: с кем вы танцуете? Он ведь человек того поколения, когда пары не раскидывались, как сейчас. Я говорю: с Аней Антоничевой -- с ней мы вместе начинали, на конкурс в Джексон вместе ездили. Хотя я танцевал "Дон Кихота" с Марией Александровой, с Анастасией Яценко, с Марианной Рыжкиной. "Ромео и Джульетту" -- с Галиной Степаненко, с Инной Петровой, с Надеждой Грачевой. Наверное, все идет на пользу, но так сложнее. Потрясающая пара, которую я знаю, -- Агнес Летестю и Хосе Мартинес. Мы часто встречаемся на гала-концертах, они постоянно выступают вдвоем, дополняя друг друга.

-- Чего вам самому недостает, на ваш взгляд?

-- Пробиваемости, уверенности, нахальства -- оно должно быть на сцене.

-- А эксперименты в Большом допустимы?

-- Мне кажется, чтобы идти вперед, нам нужно все новое, хотя репертуарный костяк в театре, конечно, должен быть. Что Баланчина сделали, очень хорошо. От "Дочери фараона" я не в восторге, но хорошо, что его поставили. Другое дело, что не хочется тратить время на спектакли, которые потом снимаются. Как с "Укрощением строптивой" Кранко: закончился контракт. Непонятно, что будет с "Русским Гамлетом" Эйфмана. Еще не хочется замыкаться на одном амплуа. Модерн хочется танцевать, Форсайта. Меня заинтересовал Хозе из "Кармен" Матса Эка, этот балет недавно показали в Большом. Интересно было наблюдать за самим Эком. Когда показывал он, то было видно, что артисты и десятой части нужного не делают.

-- Насколько можно понять, вам важнее репетиционный процесс, а не результат, спектакль?

-- Да, это точно. Не люблю, когда присутствуют на моих репетициях. Мне нужен непосредственный контакт с хореографом или с репетитором, знающим его хореографию. Поначалу я побаивался что-то предлагать Юрию Николаевичу Григоровичу на репетициях "Лебединого", а потом мы вместе находили какие-то нюансы, он придумывал для меня "мои" штрихи. А мое первое впечатление от "Агона" Баланчина, когда я посмотрел кассету, было шоковым. Какие-то маечки, трико, носочки. Когда же я пришел на репетицию и пообщался со Сьюзен Фарелл, репетировавшей с нами "Агон", то захотелось попробовать. У меня так часто бывает: когда смотришь, не нравится, когда же сам начинаешь работать, затягивает.

-- Дуэт из "Агона" и опять же девятиминутный дуэт "Фавна" --элитарные мужские партии. Кто ваш Фавн?

-- Как объяснял постановщик, переносивший балет, ничего не надо изображать: обычный артист пришел в зал и увидел балерину. Он подчеркивал, что герои -- девственники. Между ними возникает чувство, но они не понимают, что с ним делать. Это нелегко передать. Я видел, как в Аmerican Вallet Тheatre чрезмерно экзальтированно танцуют "Фавна", и Виктор Кастелли считал, что так не нужно. Многие смотрят и говорят, что там нечего делать, что хореография скудная, а номер-то сложнейший. Мне показалось, что у нас все ждали эротической картины, хотя в "Фавне" эротики -- минимум. Можно было бы сделать и более эмоционально, но тогда это были бы страсти Ромео. Просто работа еще немножко сыровата и, конечно, спектакль предназначен для маленькой сцены, где есть контакт со зрителем. Не бывает плохих зрителей, это правда.

-- В "Фавне" вы выходите со Светланой Лунькиной, но представляешь вашей Нимфой все ту же Анну Антоничеву.

-- Света хорошо контактирует, у нее нет звездности, как многим кажется. С Аней мы должны были танцевать в Далласе "Аполлона" Баланчина. Я начал было репетировать с бывшим мужем Фарелл, у которого тоже есть права на балеты Баланчина, но у меня сорвалась поездка в связи с "Русским Гамлетом". А Аня станцевала Терпсихору. У меня еще осталась дома арфа Аполлона, никак не могу отправить ее в Америку. После работы над "Моцартианой" и "Агоном" со Сьюзен Фарелл она приглашала меня выступить в Нью-Йорке на днях памяти Баланчина, где я должен был, кстати, танцевать "Фавна" Роббинса. Тогда еще не было речи, что он пойдет в Большом.

-- И не отправляйте назад арфу, может быть, с ней в руках вы появитесь в "Аполлоне" в Большом.

-- Надеюсь. Но больше всего хочется, чтобы ставили специально для театра новое, свое. Хотя по-прежнему мне особенно дорог "Спартак".
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 16997
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пн Авг 15, 2011 3:12 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2001043105
Тема| Балет, МТ , Персоналии, Юлия Махалина
Авторы| Елена ПЕТРОВА
Заголовок| Юлия Махалина: «Боюсь непонимания и предательства»
Где опубликовано| АиФ Петербург № 16 (401)
Дата публикации| 20010418
Ссылка| http://gazeta.aif.ru/_/online/spb/401/09
Аннотация|

22 и 23 апреля в Большом зале Филармонии состоятся творческие вечера звезды Мариинского театра Юлии Махалиной. Старожилы помнят, что в Большом зале блистала Наталия Дудинская. Пожалуй, с того времени традиция балетных вечеров в Филармонии и прервалась. Юлии выпало ее возобновить.

Я была слишком заносчива

— Творческие вечера — это чаще всего гала-концерт с надоевшими па-де-де. Я против такого категорически, — говорит Юля. — Олег Михайлович Виноградов в свое время предлагал мне творческий вечер в Кировском театре, но я была, может, слишком молода и заносчива, поэтому сказала, что если и делать, то целую неделю. Первый вечер — «Спящая», второй — «Лебединое», третий — «Дон Кихот» и так далее, и обязательно новая хореография: Ну как себя раскрыть за один концерт? В Филармонии у меня все-таки два вечера. Захотелось сделать их совершенно разными. Первый, 22-го, — романтичный, это раздумья балерины. Конечно, не литературные, хотя актриса Александринского театра Татьяна Кузнецова будет читать поэму: Все спрашивают — это что, мой дневник? Не дневник в обычном смысле слова, скорее, ощущения от творчества. Когда я рассказала режиссеру концерта Владиславу Пази о своих чувствах, о том, что хочу передать состояние, когда душа человека трепещет, он предложил название вечера — «Свечение». Ну а концерт 23-го включает в себя больше классики, он и назван «Гранд-па». Черное па-де-де

— Когда мне предложили этот вечер, я подумала, что будет выглядеть эгоистично и не совсем понятно: почему Махалина заняла собой все? Пригласила стольких друзей! К сожалению, собрать оказалось трудно, все очень заняты. Так, буквально загорелась возможностью приехать в Петербург, где она никогда не была, итальянская звезда Карла Фраччи, но в последний момент выяснилось, что ей надо танцевать в Риме. Из Эстонии приедет Кайе Кырб. На сцену выйдет Алла Осипенко, мой большой друг. Когда предложила участвовать звезде Большого театра Гале Степаненко, у нее просто голос зазвенел от волнения: «Меня первый раз в жизни в Питер зовут, я тебе страшно благодарна». Галя хочет танцевать «черное» па-де-де из «Лебединого». Интересно, что накануне я, глядя на изумительный зал Филармонии, думала, что в этом гармоничном светлом пространстве «черного» па-де-де быть не может, и вдруг Галя предложила. Ну что ж, она как гостья имеет право выбирать.

Боюсь ли танцевать в общем-то не приспособленном для балета Большом зале? У меня сейчас такой темп жизни, что ничего не боюсь — просто не успеваю бояться. Было, правда, недавно тяжелое настроение, связанное с недопониманием в родном театре, даже подумывала — не отказаться ли от Филармонии? Но как представила, сколько людей мне помогают, решила — умру, но доведу до конца. И вновь — бегу, бегу, наверное, пока в стену какую-нибудь лбом не ударюсь:

Почему не в Мариинке?

— В родном театре меня уже спрашивают, а почему вечер не здесь? На сцене Мариинского нужно показывать новый балет. И он уже зреет, композитор пишет музыку, есть хореограф, который поставит этот спектакль на меня.

Участвую в еще одном оригинальном проекте, уже не связанном с Мариинским. С Аллой Осипенко и молодым танцовщиком Антоном Луковкиным делаем спектакль по американской пьесе «Геральд и Мот», а ставит хореограф, который работал с Виктюком, — Алексей Кононов. Но этот балет не подходит для сцены Мариинского. Я убеждена, что не каждый эксперимент может быть там. Спектакль пойдет в каком-нибудь другом зале, а может, премьера состоится в Риге, потом в Москве и уж затем в Петербурге.

…24 часов в сутках не хватает. Ощущение, что иногда не успеваю подумать, кто я есть. Это очень плохо. Жизнь ускорилась не только из-за подготовки к творческому вечеру. Как только ты как артист добиваешься успехов, то притягиваешь внимание очень многих людей, которые что-то предлагают. С удовольствием участвую в необычных проектах, как-то выступала на показе мод Татьяны Котеговой, причем вышла на подиум на пуантах. Но от многого приходится отказываться, потому что главным остается работа. Как музыкант должен каждый день играть, так и балерина — работать в зале. Сейчас, при подготовке к вечерам — по 8–9 часов. У меня был печальный опыт — на некоторое время я сильно отвлеклась на какие-то посторонние вещи, и наступил момент, когда почувствовала, что теряю форму. Больше не повторю горьких ошибок. Все примитивно: надо работать, а все эти интервью — потом. Кстати, сколько времени? О, мои биологические часы сработали точно — пора на урок.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 16997
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вс Мар 05, 2017 10:52 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2001043106
Тема| Балет, БТ, Персоналии, Нина Ананиашвили
Авторы| Казанская Ольга
Заголовок| Нина Ананиашвили: "Мне муж должен еще семь лет"
Где опубликовано| журнал "Профиль"
Дата публикации| 2001-04-23
Ссылка| http://www.profile.ru/arkhiv/item/43971-items_8560
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

Муж Нины Ананиашвили, юрист Григорий Вахнадзе, ничуть не смущен тем, что он "вторая половина" знаменитой прима-балерины. Вот уже тринадцать лет он является ее финансовым директором и адвокатом, а сама Нина убеждена, что ее успех во многом заслуга мужа.

Ольга Казанская: Нина, на днях президент Путин вручил вам орден "За заслуги перед отечеством". Как ощущаете себя в роли орденоносца?

Нина Ананиашвили: Получить такую высокую награду в мои годы очень почетно. Когда после церемонии я сказала друзьям, что завтра мне на репетицию, они удивились: "А зачем тебе идти на работу? Ведь ты уже добилась всего, чего могла". Многие всерьез думают, что, получив столь высокую награду, можно успокоиться. Мне же, напротив, кажется, что признание заслуг дает сильный стимул движению вперед. У меня большие творческие планы: выступления расписаны на два года вперед.

О.К.: Планы связаны с Большим театром?

Н.А.: Я балерина не только Большого театра, но и Американского балетного театра в Нью-Йорке, который ставит спектакли на сцене Метрополитен-опера. У меня контракты со Шведским королевским балетом, Норвежским королевским балетом, я выступаю в Италии, Японии, на всех сценах мира.

О.К.: И где вам всего уютнее?

Н.А.: На сцене Большого театра. Но, к сожалению, в течение всего сезона я занята не более чем в 10--12 спектаклях.

О.К.: Нина, сегодня вы самая востребованная и занятая российская балерина. Кто спонсирует ваши выступления?

Н.А.: Во мне заинтересованы многие продюсеры. Я не отказываюсь от интересных предложений. Материальная сторона, гонорары не играют для меня решающей роли. Со мной можно не подписывать контракт: если я что-то пообещаю, то всегда держу слово. В артистическом мире такие пунктуальность и обязательность очень ценятся. Меня узнают на улицах в США, Японии. В Милане ко мне подошла дама и поблагодарила за концерт, который я давала в Генуе. Как итальянка узнала меня в таком оживленном туристическом городе?

О.К.: Нина, правда ли, что вице-мэр Москвы Иосиф Орджоникидзе -- ваш ближайший родственник? Говорят, что в том числе благодаря этому родству ваша карьера складывалась столь успешно. Например, ваш первый партнер по сцене Большого театра, Андрис Лиепа, в паре с которым вы выиграли Международный конкурс молодых артистов балета, сейчас редко танцует.

Н.А.: Если следовать поговорке "В Грузии все друг другу родственники", то действительно Иосиф Орджоникидзе -- мой родственник. Он всегда тепло относился ко мне. Мы познакомились с ним много лет назад, когда он возглавлял комсомольскую организацию в Тбилиси, а я была маленькой грузинской девочкой, которая делала успехи в балете. Как любой грузин, он гордится тем, что его соотечественница чего-то добилась.

О.К.: Так все-таки высокий столичный начальник помогал вам когда-нибудь?

Н.А.: Я горжусь тем, что всего в жизни добилась своим трудом. Мне помогали только мои педагоги. Никто за тебя не сможет станцевать. Известны случаи, когда дяди-тети протаскивали своих отпрысков, но профессия балерины не приемлет случайных людей. Кто бы ни стоял за твоей спиной -- без таланта ничего не добьешься. Что касается Андриса Лиепы -- он вынужден был прекратить выступления из-за серьезной травмы. В нашей паре он был ведущим. (Обычно в театральном дуэте главная роль принадлежит партнерше.-- О.К.). Но, будучи скромным и интеллигентным человеком, как и его отец, он никогда не смотрел на меня свысока. Андрис всегда вел свою партию так, что именно я показывала все лучшее, на что способна, а он оставался в тени. И даже на поклон он выходил всегда на шаг позади. Он настоящий джентльмен.

О.К.: Вы часто бываете на родине?

Н.А.: Я не могу сказать, что Россия -- не моя родина. Я одинаково люблю Россию и Грузию, и мне трудно отделить одно от другого. Но я всегда с удовольствием навещаю Тбилиси. Там до сих пор живут мои родители и два брата. Если меня приглашают, никогда не отказываюсь выступать на сцене Тбилисского театра оперы и балета. В Грузии живут и все родственники моего мужа.

О.К.: Кстати, о муже. Говорят, ваше знакомство было очень романтичным: он в числе других ваших поклонников после спектакля преподнес вам цветы, а вы ему позвонили, чтобы поблагодарить?

Н.А.: Я, сами понимаете, не обделена вниманием, но, получив букет от Григория, вдруг поняла, что хочу позвонить и встретиться с ним.

О.К.: Чем вас поразил Григорий?

Н.А.: Григорий три года доказывал, какой он хороший. Мне всегда нравились люди старше меня (у нас разница четыре года). Он один из самых эрудированных людей, с которыми я встречалась в жизни. Беседовать с ним -- все равно что читать энциклопедию. Я все время учусь у него. Григорий по образованию юрист, но может ответить на любой вопрос из любой области, пожалуй, за исключением химии. Кроме того, мой муж -- знаток искусства, он знает об опере и балете все. Он бывает на всех моих выступлениях и не хуже хореографа замечает ошибки, которые я допускаю во время спектакля. Помимо грузинского, Григорий в совершенстве владеет еще шестью языками: русским, португальским, английским, французским, испанским, итальянским. У него потрясающее чувство юмора, с ним весело, чудно, легко и интересно жить. Мы тринадцать лет женаты. И я чувствую себя так, будто только вчера вышла за него замуж.

О.К.: У вас была пышная свадьба?

Н.А.: Мы хотели пожениться без шума, расписались в перерыве между утренней репетицией и вечерним спектаклем. Но наши родители и друзья очень расстроились, узнав о таком партизанском поступке. Когда выдались свободные дни, отпраздновали подряд несколько "свадеб" -- в Тбилиси, Кутаиси, Москве, у друзей за границей. Классическое свадебное платье с длинным шлейфом, который поддерживали четыре подружки невесты, мне прислал в качестве подарка из США Андрис Лиепа.

О.К.: Где работает ваш муж?

Н.А.: Григорий окончил МГИМО, он выпускник факультета международных экономических отношений. Восемь лет проработал за границей по линии МИДа, в том числе в Женеве, в миссии ООН. Сейчас он мой финансовый менеджер, адвокат. Многие мои коллеги по театру обращаются к нему за консультацией, прежде чем подписать какой-либо контракт. И все мои зарубежные гастроли идут успешно еще и потому, что у меня такой талантливый адвокат. Мой муж все время рядом, сопровождает меня в поездках за рубеж. Я всегда могу на него опереться.

О.К.: У вашего мужа так много достоинств. Его не смущает, что все-таки он ваша "вторая половина", а не наоборот?

Н.А.: Несмотря на мою известность, глава семьи -- он. И я это всегда подчеркиваю. Когда мы поженились, Григорий ушел из МИДа. Он сказал: "Первые двадцать лет я буду работать для тебя, а оставшиеся дни -- ты для меня". Он мне должен еще семь лет.

О.К.: Каково живется с балериной?

Н.А.: Григорий полюбил не только меня, но и балет. Это редкий случай. Мужчины, далекие от балета, трудно уживаются с артистками этого жанра. Ведь у нас вся жизнь подчинена сцене. Но Григорий может круглыми сутками смотреть видеокассеты с записью спектаклей.

О.К.: Где и как предпочитаете отдыхать?

Н.А.: У меня были очень тяжелые сезоны, в течение пяти лет я не уходила в отпуск. Но в последнее время летом на две недели обязательно уезжаю куда-нибудь, напрочь забываю о балете, вкусно ем, стараюсь как можно меньше шевелиться. Раньше отдыхала в Абхазии. Сегодня, к сожалению, нам, грузинам, туда путь закрыт. В прошлом году с мужем отдыхали в Португалии. Этим летом собираемся в Италию. Там мне хочется не только поплескаться в море, но и походить по музеям. Правда, после такого наслаждения жизнью приходится приводить себя в форму -- худеть, заниматься в балетном классе дольше обычного.

О.К.: О балеринах ходят легенды, будто они ничего, кроме воды и одного яблока в день, не едят.

Н.А.: Я не сторонница голодовок, считаю, что это очень вредно для организма. Моя работа -- моя диета. За спектакль теряю по два килограмма. Так что, когда я работаю, могу позволить себе есть все, но в меру. Даже пирожные.

О.К.: А вино?

Н.А.: Какая грузинка не любит вино? Мой муж, кроме всего прочего, занимается разведением виноградников, восстановлением тех сортов, которые остались в Грузии в единичных экземплярах.

О.К.: Про грузинок ходят легенды, будто они необыкновенные кулинары. Вы сами готовите?

Н.А.: Готовлю очень редко из-за плотного графика гастролей. Мне повезло с помощницей: Наташа уже много лет живет с нами, и я не знаю, как справлялась бы с хозяйством без нее. Хотя половину своей жизни я провожу в гостиничных номерах. По случаю ордена, а также в честь своего 20-го юбилейного сезона в Большом театре я порадовала друзей кондитерскими шедеврами -- тортом "Наполеон" и воздушными пирожными-безе с заварным кремом. Гости очень хвалили.

О.К.: Кто занимается вашим имиджем?

Н.А.: Мой имиджмейкер Александр Шевчук. Он делает мне сценический грим и в повседневной жизни советует, как хорошо и стильно выглядеть. Времени на магазины у меня совсем нет, поэтому одежду, как правило, покупает мне муж. У него безукоризненный вкус, сам он одевается с шиком. Он прирожденный модельер и стилист, и, не посоветовавшись с ним, я не надеваю ни один наряд. Особенно люблю Юджи Ямамото, других японских дизайнеров, а также бельгийских модельеров.

О.К.: С кем вы дружите?

Н.А.: У нас большой круг общения. Среди друзей и артисты балета, и коллеги мужа -- юристы. Раньше говорили: чтобы проверить друга, нужно пережить вместе горе. Теперь наступили другие времена: когда тебе плохо, люди могут быть рядом, а когда хорошо, вдруг осознаешь, что не с кем поделиться своим счастьем, радостью. Вот таких друзей, с которыми можно поделиться всем, очень мало.

О.К.: Балет -- ваша единственная страсть в жизни?

Н.А.: Я очень люблю читать. Но, к сожалению, так устаю на сцене, что на серьезную литературу сейчас не хватает сил. Зачитываюсь детективами Бориса Акунина. У него легкие, развлекательные романы, но при этом очень красивый стиль.

О.К.: А о детях вы задумывались?

Н.А.: Время так быстро бежит: балет, карьера. У меня четыре племянницы, которых я обожаю. Бог даст -- дети будут и у меня.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска Часовой пояс: GMT + 3
На страницу Пред.  1, 2
Страница 2 из 2

 
Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах


Яндекс.Метрика