Список форумов Балет и Опера Балет и Опера
Форум для обсуждения тем, связанных с балетом и оперой
 
 FAQFAQ   ПоискПоиск   ПользователиПользователи   ГруппыГруппы   РегистрацияРегистрация 
 ПрофильПрофиль   Войти и проверить личные сообщенияВойти и проверить личные сообщения   ВходВход 

Общество Друзья Большого балета
2007-02
На страницу Пред.  1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9  След.
 
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска
Предыдущая тема :: Следующая тема  
Автор Сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 11068

СообщениеДобавлено: Ср Фев 14, 2007 4:39 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2007021401
Тема| Балет, БТ, Вечер американской хореографии»
Авторы| Я. Седов, Н. Звенигородская, М. Крылова
Заголовок| Нельзя танцевать Баланчина, как Григоровича
Где опубликовано| Сайт радио «Маяк»
Дата публикации| 20070214
Ссылка| http://www.radiomayak.ru/doc.html?id=13572&cid=
Аннотация|

Вечер американской хореографии в Большом театре ( фото ИТАР-ТАСС)

Накануне в Большом театре состоялся вечер американской хореографии. Ведущие балетмейстеры США - Кристофер Уилдон, Сюзан Шорер и Кит Робертс – предложили публике три одноактных балета: «Серенаду», «Misericordes» и «В комнате наверху». Этот смелый эксперимент в эфире «Маяка» обсудили балетные критики.

По мнению Ярослава Седова, вечер американской хореографии в Большом театре - это прежде всего праздничная юбилейная акция, посвященная 200-летию установления российско-американских дипломатических отношений.

СЕДОВ: Дело в том, что американской можно назвать только третью часть этой программы, потому что хореография Баланчина в балете «Серенада» хоть и американская по своему географическому происхождению, но по существу, как всем известно, это продолжение русской школы классического балета, перенесенной Баланчиным и развитой на американском континенте.

Хореография Кристофера Уилдона, дебютанта в Большом театра, продолжает линию и традицию Баланчина. Он использует много его принципов в построении комбинаций и даже отдельных движениях. Это очень видно в сопоставлении с «Серенадой», потому что оба эти балета идут подряд. В этом смысле он тоже продолжает линию, уходящую корнями в русскую школу, хотя уходящую очень далеко от своих русских истоков.

А третья часть, собственно американская хореография, - постановка Твайлы Тарп. Это хореография, безусловно, американская, но по своему стилю она прямого отношения собственно к балету не имеет. Таким образом, появился экстравагантный вечер, который можно назвать тостом в честь дипломатических и хореографических отношений между двумя странами.

Наталья Звенигородская считает, что современный американский танец оказался не по силам танцовщикам Большого театра.

ЗВЕНИГОРОДСКАЯ: Баланчин – гений. Твайла Тарп и Кристофер Уилдон – классные хореографы, а артисты Большого – артисты Большого. «Серенада» Баланчина – очень красивое зрелище. Но наши все время норовят танцевать Баланчина, как Григоровича. Представьте, что вы хотите ключевой воды, а вам подают полусладкое шампанское. Штука сама по себе замечательная, но просто не к месту. Но в целом зрелище очень красивое.

На мой взгляд, удачным получился балет Уилдона на музыку Арво Пярта «Mesirecordes». Уилдон ставил этот балет специально на наших танцовщиков, сам их выбирал. К тому же, в отличие от других двух балетов, это мировая премьера. Видно, что в работе артисты и хореограф шли навстречу друг другу. Это и обеспечило некую гармонию. Правда, не везде пока выдержана танцевальная кантилена, которая здесь необходима. Здесь нужно некое скульптурное перетекание. Но, как часто у нас бывает, пока видны швы. Совершенно очевидно, что это преодолимо работой.
А вот балет Твайлы Тарп «В комнате наверху» наши не осилили. На мой взгляд, это изначально был очень рискованный выбор. Здесь нужна громадная ликующая сила как образующий фактор. Все-таки этого не получилось. Прежде всего, потому, что тут требуется гораздо более серьезная подготовка и перестройка – и техническая, и ментальная. Мы как некий биологический вид, который настойчиво отторгает чужаков и оберегает чистоту крови, а потом почему-то вдруг начинает вырождаться.

Откровенно говоря, мне наших артистов было жалко. Одно из самых ярких, но не скажу, что приятных впечатлений вечера, - полупустой зрительный зал на премьере. Пока в публике интерес к новому балету не проснется, он будет дремать и в танцовщиках.

Майя Крылова считает, что подобная акция в Большом театре – уже событие и достижение само по себе, так как в XXI веке нельзя танцевать только балеты Петипа в редакции Григоровича.

КРЫЛОВА: Премьера американских балетов в Большом театре пробивалась в эфир трудно, через сопротивление консервативных педагогов, через ропот части отсталых артистов, которые почти на любую новинку репертуара говорят «нам это не надо». Но это очень важное событие, потому что худрук Большого театра Алексей Ратманский понимает, что мы живем в XXI веке и нельзя делать вид, что мы живем в XIX или XX. Нельзя танцевать только балет Петипа в редакции Григоровича.

Сам вечер получился достаточно удачным. Балет «Серенада» - один из самых красивых балетов мирового репертуара. А балет Твайлы Тарп «В комнате наверху» и балет Кристофера Уилдона «Misericoredes» («Милосердные») у нас никогда не шли. Они по-разному отражают возможности человеческого тела и историю американской хореографии, которая сейчас занимает очень большое место в мире по своему уровню.

Артисты Большого театра сделали все от них зависящее, чтобы это хорошо станцевать. Не все получилось удачно. Были проблемы с координацией, которая требуется в этих балетах, потому что в наших балетных школах этому не учат. С каждым годом эта проблема усиливается - разрыв между тем, что наши артисты могут и умеют танцевать, и тем, что от них требуется.

Стоит отметить, что были и удачные актерские работы. Большой театр должен обязательно продолжать эксперименты в освоении новых неизведанных земель мировой хореографии.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 11068

СообщениеДобавлено: Ср Фев 14, 2007 11:08 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2007021501
Тема| Балет, БТ, «Вечер американской хореографии», Персоналии, К. Уилдон, А. Шпилевский, Д. Гуданов, С. Лунькина, М. Александрова,
Авторы| Ярослав Седов
Заголовок| Хотели Шекспира, вышло другое
Вечер американской хореографии в ГАБТе
Где опубликовано| «Газета»
Дата публикации| 20070215
Ссылка| http://www.gzt.ru/culture/2007/02/14/220006.html
Аннотация|

Программа американской хореографии, которая была показана вчера труппой Большого, - представительская акция, посвященная 200-летию установления российско-американских дипломатических отношений.



Идея отметить юбилейную дату таким образом не лишена оснований: в свое время именно Россия подарила Соединенным Штатам балет как таковой. Туда эмигрировал петербургский воспитанник Георгий Баланчивадзе, который под именем Джорджа Баланчина создал большой репертуар, компонуя и мастерски развивая базовые движения и комбинации русской балетной школы. Туда попали записи спектаклей создателя нашей классики Мариуса Петипа, хранящиеся ныне в Гарварде. Мы «подарили» Америке Михаила Барышникова, Александра Годунова, Ирину Колпакову, Аллу Сизову и многих других мастеров русского балета.

В программу представительской акции вошли три одноактных постановки. «Серенада» Баланчина - прелестная романтическая композиция на музыку Чайковского, поставленная в 1934 году для робких школьниц на основе доступных им па и элементов русского народного танца. На сей раз сольные партии исполнили мастера - Светлана Захарова, Андрей Уваров, Мария Аллаш и молодой Артем Шпилевский, отлично подходящий баланчинской стилистике.
Затем - новая постановка молодого хореографа Кристофера Уилдона, тоже оказавшаяся по-своему «школьной». Уилдон вначале задумывал ставить «Гамлета» на музыку Арво Пярта. Но перед премьерой простодушно сознался, что Шекспира не одолел, а вышло нечто другое. Получился набор баланчиноподобных движений и комбинаций, порой сильно напоминающих «Серенаду». Впрочем, они годятся, чтобы обрисовать и характеры персонажей, и взаимоотношения героев. Однако Уилдон оказался не готов выстроить развитие действия. Даже так схематично, как Баланчин в «Серенаде», где нет фабулы, но четко прочерченное развитие отношений балерин-соперниц и их кавалеров организует танцевальный материал. Остается любоваться, как подходит на роль Гамлета пластичный импульсивный Дмитрий Гуданов, исполняющий центральную партию, как похожа на королеву Гертруду властная Мария Александрова, какой Офелией могла бы стать грациозная Светлана Лунькина.

Третья часть программы - «В комнате наверху», поставленная 20 лет назад на музыку Филипа Гласса знаменитой в Америке Твайлой Тарп, - не имеет отношения к балету. Эта жизнерадостная беготня девушек и юношей в брюках, майках и кроссовках напоминает аэробику. Марианна Рыжкина, Елена Андриенко, Андрей Меркурьев, Денис Медведев и другие солисты самоотверженно воспроизводят все, что требовал от них режиссер, а в результате оказываются в положении советских инженеров, откомандированных на сезонные сельхозработы.


Последний раз редактировалось: Наталия (Ср Фев 14, 2007 11:43 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 11068

СообщениеДобавлено: Ср Фев 14, 2007 11:39 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2007021502
Тема| Балет, БТ, «Вечер американской хореографии», Персоналии, С. Захарова, К. Уилдон, А. Шпилевский, Д. Гуданов, С. Лунькина, М. Александрова, К. Робертс
Авторы| Анна Гордеева
Заголовок| Хореография большой политики
Американский балет в Москве
Где опубликовано| «Время новостей»
Дата публикации| 20070215
Ссылка| http://www.vremya.ru/2007/27/10/171604.html
Аннотация|



Три одноактовки американских хореографов, впервые показанные Большим театром в честь 200-летия установления дипломатических отношений между Россией и США, театр расположил следующим образом: «Серенада», Misericordes, «В комнате наверху». Должно быть, идея была -- нарастание темпа: от баланчинской элегии -- через изощренную графику Кристофера Уилдона, высверкивающую искрами темной энергии, -- к бодрой танцпрогулке Твайлы Тарп. Но первый же балет был станцован так, что эта схема рухнула.

«Серенада» на музыку Чайковского, первый американский балет Джорджа Баланчина, возникает из пафоса смирения и пафоса захватывающих надежд. 1935 год, ничего еще не умеющие девушки, которым перебравшийся в Штаты русский эмигрант дает уроки танца. Спектакль ставился для школьного концерта, потому и танцовщиков в нем так мало (две сольные партии, а танцовщиц семнадцать): парней в школах всегда меньше, чем девушек. Классического балета в стране еще не было как такового, и вот Баланчин с помощью этих школьниц должен был его создать. И вот урок за уроком, день ото дня, они все больше понимают, как мало они еще знают, и видят все большие перспективы; именно эти чувства спрессованы в «Серенаде».

Смирение? Ученичество? Полноте, чему учиться артистам Большого театра! Большой жахнул «Серенадой» так, будто это был «Дон Кихот» -- с напором, с бравурой, быстрее-выше-сильнее. Краски осторожной надежды исчезли; шла демонстрация победного глянца. Если девушки дружно поднимали правую руку вверх -- то гордое и чуть надломленное движение превращалось чуть не в римский салют; если прыгали -- то с той бешеной энергией, что можно приветствовать только на спортивных состязаниях (и никаких там воспоминаний о бесплотных сильфидах!). Светлана Захарова, которая, еще будучи солисткой Мариинского театра, танцевала «Серенаду» нежно, внятно и разумно, теперь так старалась показать свою способность открывать ногу на 180 градусов (чего хореография вовсе не требовала), что на сцену будто явилась недобрая тень Анастасии Волочковой. Но тогда Захарова сама была полна надежд, и про эту надежду и танцевала. Сейчас она балерина Большого, и отличная балерина; но чувство неуверенности, необходимой настороженности по отношению к сложному тексту, к чужому стилю, видимо, совсем оставило ее (может быть, сыграло роль ложное ощущение того, что текст знаком, и она недорепетировала с баланчинскими балеринами, готовившими премьеру). Танцы получились о широком и скучном самодовольстве.

Получше вышло с Misericordes на музыку Арво Пярта. Эта премьера готовилась долго, согласившись поставить одноактовку для Большого театра, Кристофер Уилдон (33-летняя восходящая звезда хореографии, работавший для New York City Ballet, а в этом году собирающийся собрать собственную труппу) менял музыку, примерный сюжет и название. Одно время в театре говорили о «Гамлете», затем на афишах появилось латинское слово Misericors («Милосердный»), в последний момент оно изменилось на Misericordes («Милосердные»). Тем не менее отсветы гамлетовской истории видны в этом небольшом бессюжетном балете.

Сверху, как из окна собора, в темное пространство падает рассеянный свет (Уилдон на пресс-конференции говорил о том, что именно такое ощущение -- свет в соборе -- дает ему музыка Пярта). Четыре пары в стилизованных средневековых костюмах, ведущих напряженные дуэты друг с другом (тени баланчинских поз; почти акробатические ломкие поддержки, эффектные «стоп-кадры») -- и наблюдающий за этими дуэтами одинокий герой, складывающийся в сосредоточенной молитве. Из всего ансамбля наиболее запоминаются Светлана Лунькина и Руслан Скворцов (если искать им гамлетовские роли, я бы сказала: Офелия и властная вода, удерживающая ее, не отпускающая), яростная Мария Александрова, атакующим танцем будто прорывающая царящую полутьму, решительно не соглашающаяся тушеваться в полумраке, и, конечно, сомнамбулический принц -- Дмитрий Гуданов.

И все же самым успешным, пожалуй, был балет «В комнате наверху» Твайлы Тарп на музыку Филиппа Гласса. Спектакль, сочиненный хореографом двадцать лет назад для собственной труппы, перенес в Большой ее ассистент Кит Робертс, и уж вот он постарался, чтобы все было отшлифовано до блеска. Впрочем, ему не мешала «традиция» -- если «Серенада» казалась ложно знакомой (ну как же, это почти классика), то ничего подобного «В комнате наверху» в Большом еще не танцевали. Танцовщицы в теннисных туфлях, разворачивающие повторяющиеся позы так беспечно, будто вышли на прогулку; танцовщицы на пуантах, будто впитывающие тот же прогулочный задор; легкое дыхание джаза в этом балете вовсе не на джазовую музыку. Название «В комнате наверху» отсылает к Тайной вечере, но никакой молитвенной серьезности в тексте нет. Это очень радостный балет -- этакая сплошная благодарность за возможность танцевать.

И что же получилось? Вечер, вполне формально осчастливленный надпечаткой на афишах насчет годовщины установления дипломатических отношений, вдруг вполне точно разные варианты этих самых отношений описал. Самостийная гордость, внимание к истинным достижениям, усвоение легкой культуры. Впрочем, о том, что балет привычно зеркалит нетеатральную жизнь, я писала уже не раз.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 11068

СообщениеДобавлено: Ср Фев 14, 2007 11:44 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2007021503
Тема| Балет, БТ, «Вечер американской хореографии», Персоналии, С. Захарова, Н. Осипова, Д. Гуданов,
Авторы| МАРИЯ КАРЕЛОВА
Заголовок| Заокеанские танцы
Балет Большого театра открыл Америку в Москве
Где опубликовано| «Новые Известия»
Дата публикации| 20070215
Ссылка| http://www.newizv.ru/news/2007-02-15/63397/
Аннотация|

Фото: ИТАР-ТАСС. АЛЕКСАНДР КУРОВ

В Большом театре прошел первый вечер американской хореографии. В программе три балета разных времен и разных хореографов – неоклассическая «Серенада», погруженный в атмосферу интеллектуализма балет «Милосердные» и скоростной опус «В комнате наверху».

Балет «Серенада» поставлен в 1934 году. Музыка Чайковского подвигла хореографа Джорджа Баланчина (американца русского происхождения) на красивейшую хореографию для трех балерин, двух солистов и женского кордебалета. В балете использованы мотивы старинных скульптур, ассоциации с кораблем, разрезающим морские волны, отражены происшествия на репетициях (вроде случайных падений или опозданий), и есть намеки на романтические спектакли XIX века. Баланчин применил (перефразировав и сместив акценты) даже вскидывание руки с раскрытой ладонью, подсмотренное им на фашистских сборищах в Германии тридцатых годов. Все это «запаяно» в жесткий каркас танцевальной конструкции, напоминающей хорошо сделанную «абстрактную» живопись. Техника Баланчина, по первому впечатлению сходная с русской традицией (и там, и тут – классический танец), способна подставить подножку. В ней есть нюансы, мало знакомые российским артистам. На премьере манера нашей труппы довольно сильно отличалась от подхода танцовщиков Баланчина, но ведь нет предела совершенству, если захочешь его достичь. Танец Натальи Осиповой и Светланы Захаровой в «Серенаде», как и положено в этом балете, связал подвижную эмоциональность с логическим расчетом. А главная заслуга остальных танцовщиков – в самом желании постичь новое.

Те же проблемы обуревали участников двух других балетов. Когда вы ведущий солист театра с собственными сильными традициями, страшно «отпустить» все то, чему учили годами, и обратиться к непривычному. Но участники «Милосердных» (10 солистов и балерин) мужественно справились с тем, что хореограф Кристофер Уилдон эксклюзивно для ГАБТа сочинил на музыку Арво Пярта. В спектакле действуют четыре дуэта, выясняющие акробатические танцевальные отношения, и рефлектирующий наблюдатель их танца (Дмитрий Гуданов). Хореографу привиделось нечто средневековое, достаточно умозрительное, но местами по-шекспировски бурное. За головоломными поддержками и молитвенными жестами бессюжетного балета виден первоначальный замысел – поставить «Гамлета». От задумки постановщик отказался, но в платья с буфами на рукавах балерин все-таки одел, а танцовщикам предложил костюмы, сделанные по мотивам старинных камзолов.

Балет «В комнате наверху» (1986 год создания) похож на движение автомобилей по хайвею. В этом соревновании на скорость хореограф Твайла Тарп требует от артистов внутренней свободы и умения изображать экстаз телом. В постановке ГАБТа результат пока достигается за счет старательности и нечеловеческой выносливости исполнителей. Музыка минималиста Филиппа Гласса и танец тринадцати участников на первый взгляд не имеют ничего общего с мотивами Тайной Вечери, которая и состоялась в «комнате наверху». Но если смотреть и слушать с умом, становится понятно, что усилия авторов балета направлены в ту же сторону: они хотят вызвать у зрителей состояние восторга и душевного подъема. В танцевальной перекличке двух групп артистов (половина танцует в клубном стиле в легких кроссовках, другие делают резкие классические па на пуантах) ощутимо как сливаются в общей радости дороги к идеалу и как важно разнообразие на этом пути. Отличный принцип, который Большой театр, похоже, кладет в основу нынешней репертуарной политики.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 11068

СообщениеДобавлено: Чт Фев 15, 2007 12:46 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2007021504
Тема| Балет, БТ, «Вечер американской хореографии», Персоналии, К. Уилдон, С. Захарова, Н. Осипова, Д. Гуданов,
Авторы| Майя Крылова
Заголовок| Нестрогое соответствие
Премьера американских балетов в Большом театре
Где опубликовано| «Независимая газета»
Дата публикации| 20070215
Ссылка| http://www.ng.ru/culture/2007-02-15/10_sootvetstvie.html
Аннотация|

Во вторник вечером при большом стечении высокопоставленных персон (министр финансов Алексей Кудрин с супругой, главы крупнейших банков) и просто знаменитостей (Роман Виктюк известен и как поклонник балета) на Новой сцене Большого театра станцевали премьеру трех американских балетов.
В ботанике существует мичуринский метод, когда берешь, к примеру, яблоню одного сорта и прививаешь к ней росток другою. Если ты новатор-радикалист, то прививаешь к яблоне росток груши. И смотришь, что получится. Примерно такой шаг сделал Большой театр, задумав обновить афишу тремя американскими балетами. Шаг весьма решительный, как если бы в музей скульптуры рядом с Фидием и Торвальдсеном поставили модернистские работы Арпа и Херста. Лишь одно из трех имен заокеанских хореографов было знакомо артистам Большого: они уже танцевали балеты Баланчина. С творчеством Кристофера Уилдона и Твайлы Тарп труппа не встречалась.
Лирическая «Серенада» на музыку Чайковского, один из самых красивых балетов мира, технически несложна: Баланчин поставил ее для учениц балетной школы в 1934 году. Но неповторимый стиль «мистера Би», базирующийся на ином, чем в России, типе выворотности, другой манере прыжка и подъема на пуанты, иной постановке рук и кистей, – дается трудно. Даже уроки в балетном классе, организованные в ГАБТе при помощи баланчинских педагогов, не очень помогают женскому кордебалету. Наша «Серенада» мягче и тяжелее, чем легкий и конструктивный американский оригинал. Но мастерское искусство Светланы Захаровой и Натальи Осиповой – прим московской премьеры – переводит ситуацию в иную плоскость. Поставленные Баланчиным бессюжетные мимолетные касания, неожиданные встречи и аллюзии на второй акт «Жизели» эти балерины претворяют в поэму о женской доле, что в большой степени уместно и не противоречит баланчинскому тайному замыслу.
Меньше других опусов понравился балет Уилдона «Милосердные», местами удивительно проникновенный, очень музыкально сделанный (партитура Арво Пярта мастерски «разложена» по телам исполнителей) и удачно одетый художником Полом Грегори Тейзвеллом в «как бы старинные» костюмы. В аморфном пластическом парафразе европейского Средневековья для четырех дуэтов и одного солиста не хватает ощущения законченности целого. Будто видишь вариации на тему, а сама тема не складывается. Хотя исполнение девяти солистов во главе с Дмитрием Гудановым протеста не вызывает: они тщательно проделывают сложнейшие поддержки, не имея пока что лишь чувства непрерывного «бесшовного» движения, требуемого хореографом.
Зато великолепен балет «В комнате наверху», поставленный Твайлой Тарп на минималистскую музыку Филиппа Гласса в потоке многогранной световой партитуры Дженнифер Типтон. Скрестив танцовщиц на пуантах и так называемых «стомперов», пляшущих нечто современное в кроссовках-теннисках, Тарп вплотную приблизилась к идее пластического «ликования», обоснованного в качестве главного принципа балета в трудах русских балетных символистов в начале ХХ века. Танец у Тарп – как путь к восторгу, достигаемому разными путями, и с помощью арабесков, и в экстазе дискотеки. А мерилом восторга служит красный цвет – его доля в костюмах артистов броско увеличивается к финалу. Вот только вышли на нужный уровень задора лишь героиня вечера Наталья Осипова с ее природным азартом да Андрей Меркурьев, прошедший в Мариинском театре скоростную школу балетов Форсайта. Остальные артисты героически сражались с бешеными темпами, но все-таки оставались заложниками однобокого обучения в наших балетных школах, не дающих знания современных техник танца.
…Проект ГАБТа пробивался к премьере через ворчанье консервативных педагогов и группы артистов, почти при каждой новинке репертуара повторяющих «это нам не надо». Но вечер американских постановок – важный этап развития. Худрук балета Алексей Ратманский понимает, что в ХХI веке невозможно делать вид, что на дворе времена энной давности. И если Большой театр не попробует «на зуб» эстетику непривычную и новую, он рискует оказаться позади мирового танцевального паровоза.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 11068

СообщениеДобавлено: Чт Фев 15, 2007 12:51 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2007021505
Тема| Балет, Ансамбль И. Моисеева, 70-летний юбилей
Авторы| Майя Крылова
Заголовок| Сокрушители паркета
Ансамбль Игоря Моисеева отметил 70-летие
Где опубликовано| «Независимая газета»
Дата публикации| 20070215
Ссылка| http://www.ng.ru/culture/2007-02-15/10_sokrushiteli.html
Аннотация|

Ансамбль народного танца под управлением Игоря Моисеева свой 70-летний юбилей отметил серией вечеров в Концертном зале имени Чайковского.
Историю ансамбля отсчитывают от 10 февраля 1937 года, когда прошла первая репетиция. Тогда молодую труппу прозвали «сокрушителями паркета»: от стука молодецких каблуков не выдерживали покрытия полов. К круглой дате коллектив получил приветствие от президента РФ Владимира Путина, почетную грамоту от Патриарха Московского и всея Руси Алексия Второго, орден Дружбы народов от президента Киргизии. В поздравлении от мэра Москвы Юрия Лужкова история ансамбля описывается как «синтез гения и коллектива», а моисеевцы – как «обладатели постоянной прописки в мировой истории искусства». Лужков прислал роскошный букет роз из 71 цветка: семьдесят штук – ансамблю, одну розу – самому Моисееву. А заодно предложил отнять понятие «массовая культура» у разного рода «халтурщиков» и отдать это слово ансамблю, потому что слово «массовая» не должно быть показателем низкого качества, на самом деле оно синоним «народного».
На концерте моисеевцев обозревателю «НГ» не хотелось тоскливо ерзать на сиденье, мозг не строгал критические реплики, руки были заняты аплодисментами, а в голову лезли сплошь хвалебные эпитеты.
Думалось о том, что за 70 лет ансамбль заплел ногами тысячи «веревочек», стер сотни пар туфель в «ковырялочках», множество «лошадиных сил» вложил в присядки и вообще освоил океан фольклора. Океан этот колоритен, как гоголевские вечера на хуторе близ Диканьки. И не только в украинском танце, хотя его «вкусное» исполнение (в шароварах, лентах и смушковых шапках) навеяло картинки дивчин, списанных с Панночки, и парубков, похожих на кузнеца Вакулу, с рушниками и варениками. И, кстати, о присядках. Американский журналист как в воду глядел, предполагая, что слово это войдет в английский язык без перевода, как это случилось со словом «спутник». Хотя Игорь Моисеев не раз повторял своим исполнителям, что не ноги, а ум красит артиста.
Артистам Моисеева не надо громоздких декораций с указанием на место действия, чтобы театрализовать представление. Они все делают танцем, меняясь вместе с ним. Моисеевцы – отличные стилисты. В румынском танце «Бреул» они демонстрируют отменное чувство юмора, во флотской сюите «Яблочко» попадают в яблочко замысла – показать социальные типажи, достойные кисти Домье. Удаль и размах русского танца исчезают, когда с совершенно иными акцентами исполняется венгерский «Понтозоо» или мексиканский «Сапатео» – чтобы вновь появиться в массовой пляске «Лето», исполняемой аж с женскими взвизгиваниями. (Евгений Евтушенко сочинил стихи, в которых русские пляски ансамбля Моисеева описаны как «посол от правительства Стеньки Разина»).
Когда надо, танцовщики сливаются в единое целое: греческий танец «Сиртаки» или «Арагонская хота» из Испании – триумф художественного коллективизма. В иные моменты на сцене царят личности: Рудия Ходжояна в танце аргентинских пастухов «Гаучо» или Константина Костылева в Сюите молдавских танцев не спутаешь ни с кем. Про технику танца и говорить не приходится: достаточно посмотреть женскую «Татарочку» на полупальцах или тех же «Гаучо», в котором трое парней виртуозно гарцуют на наружной стороне стопы. Не зря худрук балета Большого театра Алексей Ратманский весь вечер смотрел на сцену с детски-счастливым выражением лица, а певица Тамара Гвердцители аплодировала с грузинским темпераментом. Ансамбль и без наемных хлопальщиков, по замечанию одного остроумного журналиста, «вытанцовывает аргументы в свою пользу».
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Михаил Александрович
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 06.05.2003
Сообщения: 25221
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Фев 15, 2007 3:35 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2007021506
Тема| Балет, БТ, «Вечер американской хореографии», Персоналии, К. Уилдон, С. Захарова, Н. Осипова, С.Лунькина, М.Александрова, Д. Гуданов, А.Меркурьев, М.Рыжкина, Е.Андриенко, Е.Крысанова
Авторы| Татьяна Кузнецова
Заголовок| Догнать и перенять Америку
// "Вечер американской хореографии" в Большом
Где опубликовано| «Коммерсант»
Дата публикации| 20070215
Ссылка| http://www.kommersant.ru/doc.html?docId=742780
Аннотация|

Большой театр выпустил первую балетную премьеру сезона – сборник из трех одноактных балетов, заключающий историю американского балета с первого до последнего дня. За ее русскими перипетиями следила ТАТЬЯНА Ъ-КУЗНЕЦОВА.


«В комнате наверху» отчаянная Наталья Осипова пробивает потолок возможностей русского артиста. Фото: Елена Фетисова

"Вечер американской хореографии" худрук балета Большого Алексей Ратманский задумал как краткий исторический ликбез. Открывает программу родоначальница американской классики – "Серенада" Чайковского, первый балет, поставленный Джорджем Баланчиным в Новом Свете в 1934 году. Продолжает новинка – "Misericordes" на музыку Арво Пярта, приготовленная молодым, но уже знаменитым хореографом Кристофером Уилдоном специально для Большого. Завершает "В комнате наверху" – знаковый балет постмодернистки Твайлы Тарп, созданный ею в содружестве с композитором-минималистом Филипом Глассом и уже два десятилетия не сходящий с мировых афиш.

Прелестную "Серенаду" в России танцуют уже давно – это один из самых "русских" балетов эмигранта Георгия Баланчивадзе. Он похож на старую добрую романтическую хореографию: длинные юбки, знакомые с детства па, душевная музыка, понятные чувства. "Обрусачить" "Серенаду" ничего не стоит – дать только волю эмоциям, внести "содержание" в бессюжетный балет, "разукрасить" хореографические фразы. Труднее проявить "американизм" этого почти классического опуса: стремительно бегать, строго контролировать корпус и руки, точно отмерять амплитуду движений, знать свое место в общей композиции и вообще "не тянуть одеяло на себя".

"Русачила" Светлана Захарова. Балерина, впервые станцевавшая эту партию еще девять лет назад в Мариинском театре, так ничего и не поняла в стилистике баланчинского балета: хлопотала лицом, свежо улыбаясь в безмятежном "Вальсе" и хмуря бровки в печальной "Элегии"; драла ноги, опаздывая опустить их в музыку; "семафорила" жесткими руками с провинциально отставленным указательным пальцем и старательно подчеркивала свой статус примы. Ее невольной оппоненткой оказалась солистка Наталья Осипова, станцевавшая прыжковую партию солистки так, что и сам Баланчин остался бы доволен. Укротив свойственные ей темперамент и напор, юная балерина нездешним эльфом летала через всю сцену, будто подвешенная на лонже. Длинноногий стройный женский кордебалет исполнял раритет без особого трепета, отчего из "Серенады" исчез налет некоего священнодействия, но танцевал ровно, музыкально, дисциплинированно и даже не без удовольствия, так что балет получился не музейным, а вполне живым.

В отличие от свежего "Misericordes", в котором Кристофер Уилдон занял четыре пары отменных солистов, включая балерин Светлану Лунькину и Марию Александрову и премьера Дмитрия Гуданова. Все они очень старались, однако балет англичанина, взлелеянного в США (отчего он и угодил в "Вечер американской хореографии"), выглядел сущим зомби – будто не только его участники передвигаются по сцене помимо своей воли, но и сам хореограф не понимает, что происходит. Сначала он собирался делать балет по мотивам "Гамлета" – Третья симфония Арво Пярта с ее средневековым аффектированным драматизмом давала для этого все основания. Однако от немодной нарративности Кристофер Уилдон скоро отказался в пользу чистой абстракции.

Не получилось ни того, ни другого. От невоплощенного "Гамлета" в постановке сохранились костюмы с отчетливо "средневековым" колоритом, поклоны-реверансы, вскинутые "рогами" руки, душевные терзания одинокого протагониста и пластическая характерность двух балерин, одна из которых явно когда-то была Гертрудой, другая тянула на Офелию. К "абстракции" следует, видимо, отнести полную автономность безымянных персонажей: пары, произвольно возникающие на сцене, не вступают друг с другом не только в человеческие, но и в пространственные взаимоотношения. Неприкаянному герою редко удавалось потанцевать в центре внимания, чаще он тоскливо разворачивал свое адажио между черными языками задника во время чужих дуэтов. Справиться с грандиозностью музыки хореографу тоже не под силу: под суровую мощь медных одинокая пара на сцене может распутывать руки после очередной поддержки, а апокалиптическая кульминация ударника застает танцующих врасплох – во время банального арабеска. Однако и этот смурной, композиционно невнятный, лексически неизобретательный балет – весьма полезное приобретение: на зарубежных гастролях он будет демонстрировать включенность Большого в мировой хореографический процесс и – ручаюсь – никто из западных критиков не осмелится кинуть камень во всеобщего любимца Кристофера Уилдона.

Настоящим открытием вечера и главным достижением театра оказался балет Твайлы Тарп – самый непривычный из всех. Хореографическая абстракция "В комнате наверху" – воплощение всего американского: победительной уверенности в себе и непрошибаемой упертости, страсти к рекордам и способности ассимилировать любую культуру, всегдашней готовности к упорному труду и какой-то особо залихватской независимости. В 40-минутном сумасшедшем марафоне тринадцать солистов, одетых знаменитой дизайнершей Нормой Камали в полосатый арестантский hautе couture, обязаны демонстрировать чудеса техники и пластической свободы. Строго выверенный хаос композиции, артисты, выпрыгивающие, кажется, сразу со всех сторон, ошеломляющая пуантная и прыжковая классика, джазовый свинг, негритянский степ, аэробика и акробатика, смешанные в самых забористых пропорциях и усиленные трансовой электроникой Гласса, способны сбить с катушек не только неопытных москвичей, пытавшихся воткнуть свои аплодисменты после каждого ноголомного трюка, но и самих артистов. Среди тринадцати исполнителей, отважно ринувшихся на штурм балета, противоречившего всему, чему их учили с пеленок, есть настоящие герои. Наталья Осипова, с наслаждением вгрызающаяся в американский сленг,– ее запредельные прыжки и залихватские поддержки перекрывают все мировые рекорды; Андрей Меркурьев, отточивший современное произношение в форсайтовских балетах Мариинского театра; Марианна Рыжкина, справляющаяся с диким темпом дуэтов с такой непринужденностью, будто танцует какое-нибудь затрепанное "Пламя Парижа"; Елена Андрианко и Екатерина Крысанова – женская двойка "бомбометательниц", прозванных так самой Твайлой Тарп за чудовищный напор их изуверски сложных пальцевых комбинаций.

Конечно, русским танцовщикам не хватает отвязности – у вышколенных "классиков" слишком закрепощенные спины, зажатые бедра, они слишком серьезны и сосредоточенны. Им пока не хватает и выносливости – к финалу бешеной скачки некоторые едва держались на ногах, напоминая героев фильма "Загнанных лошадей пристреливают, не правда ли?". Однако они уже высадились в Новом Свете, а как далеко продвинутся в новые земли, теперь зависит только от них самих.


Репетиция балета "Вечер американской хореографии". В его программе – три спектакля, созданных мастерами из США. Это одноактные балеты "Серенада", "Комната наверху" и "Милосердие". Фото: Юрий Мартьянов

(увеличение по клику)
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Отправить e-mail
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 11068

СообщениеДобавлено: Чт Фев 15, 2007 9:23 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2007021507
Тема| Балет, БТ, «Вечер американской хореографии»,
Авторы| Анна Галайда
Заголовок| На семи ветрах
Русский балет ищет себя, изучая опыт американцев
Где опубликовано| «Ведомости»
Дата публикации| 20070215
Ссылка| http://www.vedomosti.ru/newspaper/article.shtml?2007/02/15/120784
Аннотация|

В Большом театре прошла премьера программы, названной Вечером американской хореографии. Это три одноактных балета — классические постановки Джорджа Баланчина и Твайлы Тарп, а также свежая работа Кристофера Уилдона. В новом спектакле балетное искусство выглядит не академичным, а очень живым. Именно это и непривычно — как исполнителям, так и зрителям.
Факт появления в репертуаре Большого театра программы американской хореографии — событие знаковое. Когда три года назад балет Большого театра возглавил Алексей Ратманский, имевший десятилетний опыт успешной западной карьеры, можно было предположить, что на цельнокройном классическом фасаде репертуара в качестве декоративных украшений возникнут отдельные шедевры зарубежных классиков — потребность в них Большой обозначил еще при предыдущих руководителях. Новый худрук действительно не стал дублировать прозападный путь Мариинки, а взял курс на создание нового эксклюзивного репертуара театра, лишь изредка представляя спектакли зарубежной классики. Но Вечер американской хореографии, составленный Ратманским к окончанию своего контракта, в формате одного спектакля представил целую ретроспективу.
Примечателен сам факт, что теперь в Москве можно за три часа познакомиться с краткой историей американского балета. С одной стороны, икона балетной неоклассики 70-летней выдержки — “Серенада” Баланчина на музыку Чайковского. С другой — созданный 20 лет назад спектакль авангардистки Твайлы Тарп “В комнате наверху” на музыку Филипа Гласса. Между ними — Misericordes, балет 33-летнего хореографа New York City Ballet Кристофера Уилдона.
Труппа Большого представляет их с разной степенью свободы и совершенства. Лучше всего выглядит работа Уилдона, поставленная специально для артистов Большого. Она захватывает идеальным соответствием формы и исполнения — столь же жестким, как форма готических соборов и католической мессы, которой навеяны ее хореографические идеи.
В баланчинской “Серенаде” чистый голубой задник и ровный свет предательски высвечивают системные ошибки школьного образования. Но постановщицы из Фонда Баланчина Сьюзан Шорер и Франсия Рассел сумели передать танцовщицам ощущение воздуха и беспрерывного полета.
Тяжелее всего пришлось Твайле Тарп — точнее, переносившему в Москву ее балет Киту Робертсу. Постановка Тарп требует одинаково свободного владения классикой, джаз-танцем, йогой, бегом и другими видами движения. Кажется, она способна превратить в танец даже скалолазание. Но ведь и классическая “Серенада” Баланчина — своего рода хроника его занятий с начинающими и плохо держащимися на ногах ученицами.
Во всех трех американских спектаклях сквозит простодушное отношение к великому искусству балета. Чтобы соответствовать ему, необходима душевная легкость. Для отечественных танцовщиков это-то и сложнее всего — целое столетие они культивировали почтительно-созерцательный взгляд на застывшие в своем величии образцы Петипа, за возвышенными котурнами которых можно укрыться от реальных чувств и эмоций.
Не менее сложно принять бессюжетную американскую хореографию и театральным завсегдатаям — отсутствие напечатанных в программке либретто заставляет трудиться воображение, зрителю приходится самому вычерчивать в этих постановках кривые эмоций и взаимоотношений.
Это ощущение открытости всем ветрам и миру все еще страшно русскому балету, поэтому поддержку пока приходится искать вдали — в Америке. Но еще несколько лет назад такой cпектакль был бы немыслимым для любой русской балетной компании.


Последний раз редактировалось: Наталия (Чт Фев 15, 2007 10:44 am), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 11068

СообщениеДобавлено: Чт Фев 15, 2007 10:40 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 20070215078
Тема| Балет, Гала-концерт "Звезды ХХI века"
Авторы| Нина Аловерт
Заголовок| Хореографическое ассорти
// "Звезды ХХI века" в Линкольн-центре
Где опубликовано| «Коммерсант»
Дата публикации| 20070215
Ссылка| http://www.kommersant.ru/doc-y.html?docId=742772&issueId=36202
Аннотация| концерт балет

Ашлей Бодер, единственная американка в нью-йоркском гала, патриотично выступила в баланчинских «Звездах и полосах» Фото: Сергей Ширяев / Коммерсантъ


Международный балетный гала-концерт "Звезды ХХI века" состоялся в Нью-Йорке. Организаторы концерта канадцы Надежда Веселова-Тенсер (художественный руководитель) и Соломон Тенсер (директор) проводят его с 1993 года, каждый раз вводя в "звездный круг" новое имя. О концерте в Линкольн-центре, прошедшем при поддержке брэнда "Парламент", специально для Ъ – балетный критик НИНА Ъ-АЛОВЕРТ.

Мне довелось присутствовать еще на первом международном гала-концерте, который Тенсеры провели в честь учительницы Надежды в Ленинградском хореографическом училище имени Вагановой Аллы Осипенко, легендарной балерины Кировского балета. С тех пор они не пропускали ни одного года и превратили гала в самый значительный, самый престижный в мире концерт балетных звезд разных стран, показывая его не только в Нью-Йорке, но и в других странах.
Концерт, показанный в Нью-Йорке, в этот раз представил не только новых артистов, но и новых хореографов. Пожалуй, ярче всех показались киевляне Анастасия и Денис Матвиенко. Па-де-де "Дианы и Актеона", поставленному Агриппиной Вагановой еще в 30-е годы, они вернули первоначальный смысл, который игнорируют современные танцовщики всех стран, не исключая и Россию. Конечно, прелестная Анастасия Матвиенко слишком нежна для роли грозной богини, но зато мы увидели не балерину, которая исполняет классическое движение emboite, а ликующую деву-охотницу, несущуюся по полям и лесам, догоняя добычу. Господин Матвиенко был выше всех похвал. И дело не в том трюке, который он проделывает в воздухе – я просто не могла разобрать, каким образом он успевает переплести свои ноги во время немыслимого воздушного пируэта. Главное – весь дуэт, включая вариацию, Денис Матвиенко танцует, сохраняя стиль и характер Актеона, который и позируя, и пролетая в воздухе над сценой, и замирая в позе по окончании полета, остается самим собой, прекрасным античным юношей, горделивым и бесстрашным внуком Аполлона. Во втором отделении танцовщики исполняли современный номер "Radio and Juliet" хореографа Эдварда Клуга на музыку "Radiohead". Это сам по себе забавный номер, эдакий "свинг", который танцует современная Джульетта, и в этом дуэте Анастасия Матвиенко явно играет ведущую роль.
Для черного танцовщика Десмонда Ричардсона (Complexions Contemporary Ballet) хореограф Дуайт Роден поставил два номера – не столько в стиле танца модерн, сколько в персональном стиле этого уникального артиста. Кажется, что хореограф тут ни при чем, просто тело Десмонда, созданное танцевать, само рождает каскад движений внезапных, статичных, резких, полетных, за которыми следишь, затаив дыхание.
Настоящим сюрпризом вечера стало выступление Рональда Савковича, премьера театра Berlin State Opera Ballet. В Америке Рональд появился впервые и действительно покорил публику. Мы сразу увидели и нового танцовщика, и нового хореографа: господин Савкович поставил себе два сольных номера. "H20" на музыку Аршака Галумьяна показался мне слишком нарочитым и мелодраматичным, зато "Jack and Water" на музыку Арно Крехана великолепно воплощает стиль модерн: странные угловатые движения, внезапные застывшие позы, "ломающиеся" и повисающие руки – такой монолог одинокого, терзаемого каким-то страхом или горем человека.
Известная балетная пара из Королевского балета в Лондоне – Алина Кожокару (этакая вечная "Красная Шапочка") и ее постоянный партнер Йохан Кобборг в странном номере "Footnote" хореографа Кима Брандструпа на музыку Кристофера Виллибалда Глюка тоже произвели впечатление: герой не то не совсем нормален, не то не совсем человек, хореография нарочито некрасивая, негармоничная. Кожокару танцевала какую-то странную деву, которая старается наладить отношения со своим апатичным партнером. Однако в дуэте Манон и Де Грие из балета Кеннета Макмиллана "Манон" оба танцовщика взялись не за свои роли. Господин Кобборг, по-моему, не может танцевать лирических героев, тем более благородных кровей. А госпожа Кожокару, как всегда, танцевала милую, хорошую, добрую девочку-подростка вместо обольстительной Манон.
Пара из баланчинской труппы New York City Ballet Ашлей Бодер и Жакин Де Луз мелькали по сцене как два солнечных лучика, веселые, живые, естественные и даже темпераментные. Их выступление в баланчинских "Звездах и полосах" и "Тарантелле" внесло в концерт приятное оживление и эмоциональное разнообразие. Соломенная блондинка Сильвия Аззони из Гамбургского балета и брюнет Бенжамен Печ из Парижской оперы составили приятную пару. Первый номер, который они исполняли, был довольно скучным, тягучим и однообразным. Но в дуэте из "Ромео и Джульетты" Джона Ноймайера оба были хороши, хотя хореография изобиловала акробатическими поддержками.
Меньше всего мне понравились артисты из моего любимого Мариинского театра Леонид Сарафанов и Олеся Новикова. В первом отделении танцовщики довольно неряшливо исполнили знаменитое баланчинское "Па-де-де" на музыку Чайковского. Зачем танцевать местную классику на американской сцене? Одна Диана Вишнева может себе такое позволить, не роняя чести петербургского балета. Но и в па-де-де из "Дон Кихота" возникла проблема. Дуэта не было. Каждый танцовщик старался проявить себя только в вариациях. Олеся Новикова, несомненно, способная девочка, у нее есть свое артистическое очарование, но совсем не для этой партии. Но и мариинских солистов публика принимала так же благодарно и тепло, как и всех остальных участников этого концерта.

Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 11068

СообщениеДобавлено: Чт Фев 15, 2007 10:43 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2007021509
Тема| Балет, Театр балета Б. Эйфмана, «Чайка», Персоналии, Н. Змиевец, Д. Фишер, О. Габышев, Ю. Смекалов, О. Марков, М. Абашова, А. Ситникова
Авторы| Борис Тарасов Фото: Олег Кутейников
Заголовок| Чайка": три образа
Где опубликовано| «Россiя»
Дата публикации| 20070214
Ссылка| http://rgz.ru/index.php?option=com_content&task=view&id=6028&Itemid=75
Аннотация|


Через сто десять лет после провала первой постановки “Чайки” Антона Чехова в Александринском театре на той же сцене прошла премьера балета “Чайка” Бориса Эйфмана. Не стоит разбирать хореографию и постановку – ничего нового мы не увидели, да и коллеги уже с удовольствием это сделали, не пощадив самолюбия Мастера.

“Чайка” поставлена к 30-летию Театра Эйфмана, и это дает возможность совершить краткий экскурс в его историю, взглянув на премьеру с другой точки зрения. Отсчет славы Бориса Эйфмана и его театра начинается с 1980 года, с легендарного балета “Идиот” с Аллой Осипенко, Валерием Михайловским и Марисом Лиепой. Именно тогда балетмейстер нашел свой рецепт успеха – много хорошей профессиональной режиссуры, много лексических и стилевых “заимствований” из лучшей западной хореографии (о которой в ту пору знали только понаслышке) и совсем чуть-чуть хореографии собственной. Тогда же Эйфман вольно или невольно обозначил три ключевых образа, которые будут преследовать его всю жизнь. Роковая женщина, сильная, трагическая и страстная. Нервный, тонкий рафинированный юноша, рефлексирующий и изломанный. Сильный брутальный мужчина, мыслящий и, конечно, роковой.
Роковое трио, обрамленное эффектными декорациями, великолепным светом и звуком, помноженное на литературные классические (не меньше!) сюжеты с добавлением пикантных деталей и полуобнаженных или обнаженных мужских тел, на протяжении почти четверти века собирало полные залы. Не зная западной хореографии, советские воспринимали “откровения” Эйфмана как новое слово в искусстве, а иностранцы – как “загадку русской души”. Но основоположник модного сейчас стиля фьюжн, занимаясь “творчеством”, не заметил, что границы открылись, зрители просветились и смотрят на его балеты-миксты абсолютно другими глазами. Нет, что я говорю, конечно, заметил – в “Чайке” есть сцена, полностью скопированная с постановок новейшего европейского гения.
Шли годы, вечная тройка исправно “держала” зрительский интерес. Лишь исполнители менялись – на смену великой Осипенко пришла уникальная Валентина Морозова, в роли Юноши выступал сказочный Игорь Марков, Мужчиной стал не совсем мыслящий, но брутальный Альберт Галичанин. Прошла и их пора, вообще прошла пора личностей. На партию Женщины с переменным успехом пробовались Вера Арбузова и Мария Абашова, с Юношей и Мужчиной все оказалось сложнее – их просто не нашлось.
Премьера “Чайки” показала, что один из вопросов решен окончательно – Нина Змиевец в роли Аркадиной уверенно заняла вакантное место Женщины, оставив позади всех претенденток. По удивительному стечению обстоятельств в ней соединились лучшие качества легендарных предшественниц – замечательные физические данные, талант, воля, сила, чуткость к новому.
Танцевать хореографию Бориса Эйфмана сложно, мучительно больно и физически тяжело. Не все выдерживают. Танцевать у него сольные партии еще труднее – помимо техники это огромнейшая актерская и психологическая нагрузка. Шутка ли – вытянуть на себе махину неповоротливого и, откровенно скажем, скучного действа. Тонкая, хрупкая на первый взгляд, но удивительно сильная, с ногами “от ушей”, природной выворотностью и гибкостью, Нина Змиевец играючи исполняет тяжелейшие пассажи эйфмановской хореографии.
Аркадина Нины Змиевец стала центром и цементом балета — без нее эйфмановской “Чайки” просто не было бы. Ее красота, изысканность и харизма покоряют с первого появления на сцене, затягивают и не отпускают даже после окончания спектакля. Забыть ее удивительно пластичные руки, тонкую лепку выразительного лица невозможно. Хочется вернуться и окончательно утонуть в ее завораживающих глазах-омутах. Танцевавшая Аркадину во втором составе Наталья Поворознюк казалась бледной ксерокопией с оригинала.
Достойным Аркадиной-Змиевец оказался лишь Треплев Дмитрия Фишера. Молодой, трепетный и способный, еще чуть-чуть опыта – и он сможет уверенно претендовать на роль Юноши Эйфмана. Второй исполнитель Треплева – Олег Габышев казался, на мой взгляд, если не ксерокопией, то тщательно выполненной калькой с оригинала. Заречную танцевали прима-балерина Мария Абашова и Анастасия Ситникова. Отдать предпочтение некому – Нины не получилось ни в первом составе, ни во втором. По воле хореографа, постоянно копирующая танцевальные реплики то Аркадиной, то Треплева, Заречная в балете отходит на второй план. Ни слишком крупная для Нины Абашова, ни более хрупкая Ситникова не смогли привлечь внимания к своей героине.
Фактурный Тригорин Юрия Смекалова убеждает, ему веришь. Но… второй Тригорин – Олег Марков – гораздо интереснее. Глядя на Аркадину-Змиевец в первом составе и Тригорина-Маркова во втором, понимаешь, что личности еще есть, харизматичные и притягательные. А что может быть важнее в театре, в балете, чем актер-личность? Именно они во все века приковывают внимание и собирают полные залы. Олег Марков – из таких, осталось только разобраться с его амплуа: его данные и внешность ближе к эйфмановскому рефлексирующему Юноше, чем к брутальному Мужчине.
За рамками премьеры остался еще один интересный солист Театра Эйфмана – Иван Козлов, готовивший партию Тригорина. По вполне объективным причинам дебют этого сильного и мыслящего танцовщика отложен на неопределенное время, что обидно. Потому что, на мой взгляд, именно он может стать идеальным Тригориным в этом балете и достойным партнером Аркадиной-Змиевец.
Балет получился актерским, впрочем, как и все постановки Эйфмана – солисты и уникальный ансамбль решают в его спектаклях все. А о качестве ансамбля в его театре нужно говорить особо, исключительно в превосходных степенях. Это единственный компонент спектаклей Мастера, никогда и ни у кого не вызывающий нареканий, любой хореограф мечтает работать с такой профессиональной и совершенной труппой. Но в этом и есть подвох: замена танцовщика-личности или перенос постановки Эйфмана в другой коллектив – и балет исчезает, разваливается. После премьеры “Чайки” появилась надежда, что, найдя идеальную Женщину – Нину Змиевец, балетмейстер, да и весь его театр обретет новое дыхание.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18941
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Фев 15, 2007 11:45 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2007021510
Тема| Балет, театр оперы и балета им. Мусы Джалиля (Казань), Персоналии,
Авторы| Айсылу КАДЫРОВА
Заголовок| В ожидании "Половецких плясок"
Где опубликовано| "Вечерняя Казань" № 17 (3375)
Дата публикации| 20070207
Ссылка| http://www.evening-kazan.ru/article.asp?from=section&section_id=7&id=24622&artcount=2911&artoffset=0&limit=20
Аннотация|

С гастрольного тура по городам Австрии, Германии, Швейцарии, Бельгии, Франции и Голландии вернулись артисты балета и музыканты оркестра театра им. Мусы Джалиля. За 86 дней они показали в Европе 77 спектаклей (это балеты Чайковского "Лебединое озеро", "Спящая красавица" и "Щелкунчик"), преодолели 3,5 тысячи километров на самолете и 19,5 тысячи километров на автобусе.


- Гастроли прошли просто замечательно! - традиционно сообщил корреспонденту "ВК" шеф казанского балета Владимир Яковлев. - В этот раз нас особенно тепло принимали французы. Уже есть договоренность, что на гастролях труппы в следующем сезоне мы существенно увеличим количество спектаклей во Франции.

- Ураган "Кирилл", бушевавший в Европе, обошел вас стороной?

- Из-за этого "Кирилла" пришлось нам перенести на другой день "Лебединое озеро" в Нидерландах. Но это - единственная неприятность за весь тур. Если, конечно, не считать очень странного Нового года, который мы встречали в Голландии: зеленая травка, дождь - зимой и не пахло.

- Владимир Алексеевич, а травмы у артистов были?

- Лена Щеглова повредила на репетиции ногу, но, к счастью, травма оказалась не серьезной, она танцевала спектакли, нравилась и публике, и критикам. Отличные отзывы получили и другие наши солисты - Вика Капитонова, Артем Белов, Саша Суродеева, Руслан Савденов, Нурлан Канетов... Казанские артисты танцевали спектакли по очереди с приглашенными - Оксаной Кучерук, Георги Смилевски, Еленой Филипьевой, Сергеем Сидорским, Анастасией и Денисом Матвиенко. Всех этих танцовщиков казанский зритель очень хорошо знает.

- Собираетесь ли вы в этом сезоне знакомить нашу публику с "новыми именами"?

- Несомненно. Уже 25 февраля партию Маши в "Щелкунчике" впервые в Казани исполнит молодая киевская балерина Ольга Кифяк. В прошлом году на Международном конкурсе имени Сергея Лифаря она завоевала "серебро", а на конкурсе Юрия Григоровича "Молодой балет мира" - "бронзу". Ее партнером - Принцем - будет солист Мариинского театра Максим Еремеев, тоже "бронзовый" лауреат конкурса Григоровича. В начале этого сезона Максим уже был в Казани, танцевал Голубую птицу в "Спящей красавице". А в марте наши балетоманы станут свидетелями дебютов молодых казанских танцовщиков: Вика Капитонова готовит партии Одетты-Одиллии в "Лебедином озере", Саша Суродеева - Жизель, Евгений Трупоскиади - Шута в "Лебедином...", Злата Смирнова - Белоснежку в сказочном балете "Белоснежка и семь гномов".

- А труппа еще не начала репетировать балет Делиба "Копеллия, или Девушка с голубыми глазами"? Премьеру этого спектакля вы обещали выпустить к концу сезона.

- Пока еще нет. Скоро мы приступим к репетициям "Половецких плясок" - балетный фрагмент из оперы Бородина "Князь Игорь" будет ставить балетмейстер из Большого театра Александр Петухов. Потом будем работать над новой редакцией "Баядерки" Минкуса, далее в планах - постановка "Копеллии...", работа над новой версией "Лебединого озера" и в 2008 году хотим поставить балет Хачатуряна "Спартак" в оригинальной хореографии Георгия Ковтуна. Кстати, один из лучших спектаклей Ковтуна наш зритель увидит 23 февраля, я имею в виду "Сказание о Йусуфе" Любовского. Февраль у нас вообще будет месяцем эксклюзивных казанских балетов, в афише - спектакли, которые идут сегодня только в Казани: "Шурале" Яруллина, "Пер Гюнт" на музыку Грига...
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18941
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Фев 15, 2007 12:06 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2007021511
Тема| Балет, Украина, Персоналии, Диана Вишнева
Авторы| Ирина НОВАК
Заголовок| ВЕНЕЦ ТВОРЕНЬЯ, ДИВНАЯ ДИАНА
Где опубликовано| "Зеркало недели" (Киев) № 5
Дата публикации| 20070210
Ссылка| http://www.zerkalo-nedeli.com/ie/show/634/55802/
Аннотация|

На сцене столичного Международного Центра культуры и Искусств 16 февраля состоится вечер современной русской хореографии. Звезды, известные миру образами в классических балетах, предстанут в произведениях современной хореографии, созданных Евгением Панфиловым, Алексеем Ратманским, Раду Поклитару и молодыми, но уже хорошо известным Алексеем Кононовым.

Прима Мариинского театра, звезда нью-йоркского «Метрополитен-опера», берлинского «Штатс-опер» и парижского «Гранд-опера» Диана Вишнева после почти пятилетнего перерыва порадует киевлян своим мастерством. Первая и последняя встреча с примой состоялась в 2000 году. Тогда Вишнева танцевала сольную партию во второй части — «Рубины» — триптиха Дж. Баланчина «Драгоценности». Диану тогда сравнивали с истинным «рубином»: ее искрящаяся манера танца, фонтаном бьющая энергия и отточенная техника совершенно заслуженно были отмечены престижной премией «Золотая маска».

Вскоре предстоит увидеть иную Диану. Два одноактных балета сочинил «на нее» хореограф Алексей Кононов: «Летучесть» и «Чувство луны». Последний поставлен для бенефиса Дианы Вишневой в честь 10-летия на сцене. В основе «Чувства луны» — философский трактат Василия Розанова «Люди лунного света». Кононов сам «заболел» тем, о чем поведал Розанов и «заразил» этим Диану Вишневу. Сама же Диана, исполняющая почти весь классический репертуар, утверждает, что «всегда испытывает тягу в эксперименту и готова рисковать, потому что поиск нового открывает в артисте второе дыхание».

Наряду с замечательной балериной, которую называют Божественная, киевский зритель также увидит: приму-балерину Мариинского театра Дарью Павленко, премьера Мариинского театра, основного партнера Дианы Вишневой Игоря Колбу, солиста Мариинского театра Ислома Баймурадова, русскоговорящую американку, выпускницу Вагановского балетного училища Джессику Мезей, танцующую на многих европейских сценах.

Программа вызывает интерес еще и потому, что в ней будут показаны «Средний дуэт» и отрывок из балета «Золушка», поставленные Алексеем Ратманским. Более того, 80% костюмов для будущего вечера созданы титулованным «королем авангардной моды России» Владимиром Бухинником.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 11068

СообщениеДобавлено: Чт Фев 15, 2007 4:20 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2007021512
Тема| Балет, БТ, «Вечер американской хореографии», Персоналии, С. Захарова, А. Уваров, Н. Осипова
Авторы| Светлана Наборщикова
Заголовок| Два взгляда на судьбу
Где опубликовано| «Известия»
Дата публикации| 20070215
Ссылка| http://www.izvestia.ru/culture/article3101189/
Аннотация|


Большой балет признался в любви к Соединенным Штатам Америки - к 200-летию установления российско-американских дипломатических отношений приурочил первую премьеру сезона. В программу вошли "Серенада" Джорджа Баланчина на музыку Петра Чайковского, "Милосердные" Кристофера Уилдона на музыку Арво Пярта и балет Филиппа Гласа "В комнате наверху" в постановке Твайлы Тарп.
Афиша, где значится "Вечер американской хореографии", явно дезориентирует зрителя и упрощает любопытно задуманную концепцию. Правильнее было бы сказать: "Европа и Америка: два взгляда на балет". Первый - это Баланчин и Уилдон: европейцы, волей обстоятельств заброшенные в США. Второй - Тарп, коренная американка без шор и комплексов. Различие между ними существенное. Создания Баланчина и Уилдона, разделенные дистанцией в 73 года, - балеты-рефлексии. Сюжета в них нет, но мотив рока, судьбы звучит с пугающей отчетливостью. В композиции в обоих случаях - одинокая фигура и ансамбль. В психологическом остатке - тоска по недостижимому идеалу. То, о чем Тарп даже не задумывается. Ее балет - коллективный марафон, где бегут без остановки. Правда, загнанных лошадей здесь не пристреливают. Уставшие исчезают в густой темноте и, отдышавшись, появляются вновь. И никаких рук судьбы: если борешься, обязательно получишь то, что хочешь.
Как ни странно, танцовщики Большого, будучи европейцами, органичней смотрелись в американской части программы. Пусть означенного драйва и не хватило, но за попытку спасибо. Изнурительный забег "поколение пепси" безусловно выдержало. К финишу пришло в полном составе и даже выявило победителя - юную Наташу Осипову. Эта спортсменка-комсомолка подскакивала, как мячик, и ускорялась, как спринтер.
А вот "Серенада" стала тяжким разочарованием. И раньше мистер Би с трудом давался Большому балету, но столь убогого результата не ожидалось в самых мрачных прогнозах. К солистам во главе с заслуженной баланчинисткой Светланой Захаровой претензий нет. Огорчили только отяжелевший Андрей Уваров и упомянутая Осипова, прыгавшая в тех местах, где должна была взлетать. Однако "Серенада" - балет ансамбля, а с ансамблем произошла катастрофа. Провалом запахло со вступительных тактов, где девушки синхронно разворачивают стопы в первую позицию. Когда в 30-е годы этот момент увидела Марта Грэхем, у нее покатились слезы. "Здесь сама простота - простота большого мастера", - объяснила антагонистка Баланчина свою слабость. В БТ тоже впору было заплакать, но по другому поводу. Простоту сменила упрощенность, мастерство - небрежность. Пуантами ансамбль стучал, как табун копытами. Знаменитая геометрия линий ползла вкривь и вкось. Гордость Баланчина - журавлиный клин (элементарно простое и удивительно красивое перестроение) напоминал стаю встревоженных уток. Страшно подумать, что будет с московской "Серенадой", когда балет останется без присмотра американского репетитора. Самое печальное - что зрители, не видевшие оригинала, могут подумать, что это разнузданное зрелище и есть бессмертное творение мистера Би.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 11068

СообщениеДобавлено: Чт Фев 15, 2007 4:34 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2007021513
Тема| Балет, БТ, Киновидеостудия, Персоналии, Н. Тихонов
Авторы| Виолетта МАЙНИЕЦЕ
Заголовок| Хочется быть первыми
К 10-летию Киновидеостудии Большого театра
Где опубликовано| «Культура»
Дата публикации| 20070215
Ссылка| http://www.kultura-portal.ru/tree_new/cultpaper/article.jsp?number=695&crubric_id=1002245&rubric_id=1002057&pub_id=816188
Аннотация|

Десять лет - срок более чем скромный в многовековой истории Большого театра. Но за эти годы начальник Киновидеостудии - интеллигент, высочайший профессионал - неугомонный Никита Тихонов и его команда (всего-то 9 человек!) многое успели. Свидетельство тому - впечатляющие итоги их работы. Так, с 1998 по 2000 год студией были созданы и вышли в эфир 52 программы под названием "15 подъезд", а с 2000 по 2007-й - 116 программ популярного "Билета в Большой", регулярно рассказывающие о праздниках и буднях Большого, новых именах и великих артистах. Скрупулезно, сезон за сезоном, они пополняют кинолетопись театра.
Большой, конечно, не был обделен вниманием телевидения и кинематографа. Его спектакли снимали и показывали, транслировали проходившие в нем юбилеи и праздники, а в новостях освещали происходящие там события. Но только последние 10 лет благодаря самоотверженной работе всех сотрудников видеостудии (эти энтузиасты, если того требует производственный процесс, по собственной инициативе часто работают без выходных и в ночную смену, добавлю - за скромное вознаграждение) многомиллионная аудитория зрителей по всей России и за рубежом регулярно знакомится с тем, чем живет, над чем трудится весь огромный коллектив Большого - его директор, отдельные творческие и производственные коллективы, знаменитые примы и вчерашние выпускники училищ и консерваторий. Многие из обширной телеаудитории в Большой никогда не попадут, зато теперь сам театр приходит в каждый дом. Передачи его киновидеостудии - желанный гость, которого с нетерпением ждут по всей стране любители музыкального театра, порой и далекие от театра люди. Познавательные и демократичные, они представляют собой "окно в Большой", а значит, и в мировую культуру. Подобных циклов нет ни об одном театре мира.
В творческом багаже студийцев (как они себя называют, подчеркивая единомыслие и общую направленность своих славных деяний) также 19 оригинальных фильмов, созданных в видеостудии и показанных телеканалом "Культура". Каждый из них - живой и концептуальный рассказ о ком-то из легендарных и великих: балеринах и премьерах Асафе и Суламифи Мессерер, Марине Семеновой, Галине Улановой, Ольге Лепешинской, Софье Головкиной, Майе Плисецкой, Раисе Стручковой, Владимире Васильеве, Екатерине Максимовой, балетмейстере Леониде Лавровском. Не обойдены вниманием и наши современники - солист оперы Владимир Маторин, премьер балета Николай Цискаридзе. Один из фильмов представляет собой документальный кинорассказ о том, как "Три апельсина" С.Прокофьева в Большом ставил знаменитый режиссер Питер Устинов. В этих фильмах использованы редчайшие архивные киноматериалы, о существовании которых никто даже не подозревал, - с научной скрупулезностью студийцы отыскивали их в старых хрониках, забытых кинолентах и в киноархивах театра, гордясь каждой находкой, изучали материалы личных кино- и видеотек. Благодаря этим фильмам мы увидели, как танцевали Асаф Мессерер, Михаил Габович, Владимир Преображенский, совсем юные Стручкова, Максимова, Васильев...
Десять лет назад студия Большого в техническом плане стартовала почти с нуля. От киностудии, до того скромно существовавшей при музее театра, ей достались в наследство в основном ценнейшие киноархивы. Благодаря дирекции Большого, сначала Владимира Васильева, издавшего в 1997 году приказ об организации Киновидеостудии и оснастившего ее лучшей по тем временам техникой, потом Анатолия Иксанова, выделившего ей в 2002 году благоустроенные помещения в новом вспомогательном корпусе театра, а также закупившего для ее нужд новейшую цифровую съемочную (целых 5 камер!) и монтажную аппаратуру, сегодня студия может снабжать высококачественным видеоматериалом не только телеканал "Культура", но и других клиентов. Она тщательно следит за тем, чтобы жизнь Большого была представлена в эфире качественно и объективно. Лишь Никита и его команда знают, какого труда и адского терпения требует фиксация и монтаж без малейших "швов" опер и балетов, чтобы все пели, как ангелы, и танцевали, как боги. Сам Тихонов - выпускник режиссерского факультета ГИТИСа (1979), где занимался на курсе И.Туманова, ставившего оперы в Большом. Но секреты киноискусства он постигал, работая долгие годы на телевидении, когда и началось его содружество с Большим - в 1990-е годы Тихонов был режиссером передач "Легенды Большого", "Большой театр. Дни и вечера" и др.
Никита Тихонов рассказывает: "В нашей студии работают только профессионалы - другим не справиться. С радостью представляю ядро нашей команды. Высшее музыкальное образование имеют все мои коллеги - мой заместитель Марина Чистякова - музыковед теоретик и практик, часто выступающая в печати; консерваторское образование у опытнейшего редактора Ольги Агамировой-Сац; с оперными певцами в качестве концертмейстера-педагога работала редактор Юлия Тихонова. А наши видеоинженеры могут все - снимать, монтировать. Специалисты широкого профиля, они только в Большом впервые близко соприкоснулись со спецификой работы в области оперно-балетного искусства. Но уже пару месяцев спустя они знали спектакли и, работая за монтажным компьютером, напевали любимые мелодии. Мы - взаимозаменяемая, дополняющая друг друга команда, которая сама растит себе кадры. Такие взаимоотношения помогают справиться с тем объемом работы, которой добровольно взвалила на себя видеостудия".
На вопрос, удовлетворены ли они итогами своей работы, Тихонов отвечает: "Нам всегда везло. Все наши проекты поддерживало руководство Большого, и они получили должное воплощение. Одна из основных наших задач, как я это вижу, - создать и продолжить летопись Большого. Хотелось бы выпустить эту антологию на кассетах или DVD. Подобной студии в мире не существует - хочется быть первыми".
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Наталия
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 05.05.2005
Сообщения: 11068

СообщениеДобавлено: Чт Фев 15, 2007 5:30 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2007021513
Тема| Балет, Датский Королевский театр
Авторы| Александра ГЕРМАНОВА
Заголовок| Найдите директора
Датский Королевский балет ищет худрука
Где опубликовано| «Культура»
Дата публикации| 20070215
Ссылка|
http://www.kultura-portal.ru/tree_new/cultpaper/article.jsp?number=695&rubric_id=209&crubric_id=100423&pub_id=816770
Аннотация|

Занятное письмо я получила из администрации Датского Королевского театра. Посылающие предложили опубликовать открытое послание, в котором излагались требования, предъявляемые к будущему худруку балета. Дело в том, что Франк Андерсен, долгие годы осуществляющий художественное руководство этой прославленной труппой, в конце следующего сезона, то есть в июле 2008 года, уходит с поста.
Андерсен стал в Копенгагене личностью почти легендарной. Он долго танцевал в труппе Датского Королевского балета - слыл выдающимся исполнителем партий в балетах Августа Бурнонвиля. Затем ставил по всему миру балеты того же Бурнонвиля, войдя в инициативную группу, занимающуюся сохранением наследия великого датского хореографа. На посту худрука Датского Королевского балета он оказывался дважды: первый раз в 1985 году - и проработал до 1994-го, а второй - в 2002-м. С 1995-го по 1999-й он успел поруководить Шведским Королевским балетом, который благодаря усилиям Андерсена стал в определенной степени филиалом дома Бурнонвиля. Это не значит, что, кроме Бурнонвиля, не было ничего. Наоборот, и в Дании, и в Швеции Андерсен пропагандировал разные стили и приглашал на постановки самых авангардных хореографов нашего времени. В 2005 году он с блеском провел празднование 200-летия со дня рождения Бурнонвиля и приуроченный к этой дате представительный фестиваль. И вот через год этот идеальный руководитель покинет свой пост. Его славную биографию я привела здесь, потому что мне показалось, что именно качества этого человека стали шаблоном, по которому подыскивают замену. Я вкратце изложу, что говорится в информационном письме из Дании, поскольку это довольно любопытно.
Художественный руководитель назначается правлением театра и отчитывается перед управляющим директором. Художественный руководитель балета согласовывает свою работу с художественным руководителем оперы и художественным руководителем драмы, и они вместе вырабатывают единую художественную стратегию Королевского театра на равных правах. Должность руководителя балета предполагает совмещение функций художественного руководства и финансово-административного. В помощь худруку создана должность администратора, который занимается текущими ежедневными проблемами балета. Выбранный на конкурсной основе руководитель будет принят на работу в должности консультанта с лета 2007-го, чтобы начать планирование репертуара на сезон 2008/09 и вперед.
Балетное подразделение Королевского театра имеет отдельный бюджет, который включает артистов, то есть балетную труппу, преподавателей, пианистов и множество вспомогательного персонала. В настоящее время балет выступает на основной сцене в старом здании театра, а также на двух площадках нового здания Операйен. С февраля 2008-го нужно будет учитывать еще одну городскую площадку, которая сейчас строится, - так называемый Новый дом драмы. Балет будет там выступать как стационарная труппа. Еще в обязанности худрука вменяется проведение дней открытых дверей и планирование гастролей.
Дальше начинается местная экзотика - требования, которые не "по зубам" простым смертным соискателям в руководители. Худрук балета должен быть в состоянии сохранять и возобновлять бурнонвилевскую традицию. Более того - обеспечивать ей центральное место в культурной жизни Дании, международном балетном мире и во мнении широкой зрительской аудитории. Одновременно нужно будет соблюдать баланс между историческим и современным и поддерживать репутацию компании как одной из самых авангардных в мире по контрастности репертуара. Художественный руководитель должен быть в состоянии сам участвовать в создании новых спектаклей и других сценических способов выражения. Последнее актуально в свете задачи привлечения в театр большего числа людей, прежде всего молодежи. Назначение на пост худрука не предполагает никакого совместительства.
Заявки можно отправлять по e-mail: admin@kglteater.dk до 2 марта 2007 года с пометкой "Художественный руководитель балета". Поиск кандидатур осуществляется без учета возраста, пола, расовой и этнической принадлежности и вероисповедания.
Вот такая политкорректность царит в Датском королевстве.
По нашему мнению, из молодого поколения предъявленным требованиям соответствует и сегодняшний худрук Большого, в прошлом танцовщик ДКБ, Алексей Ратманский - срок его контракта с Большим театром заканчивается этим летом, а к датскому театру Алексей относится почти как к альма-матер. Чтобы удержать русского хореографа в России, Большому придется скрестить шпаги с датчанами.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска Часовой пояс: GMT + 3
На страницу Пред.  1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9  След.
Страница 5 из 9

 
Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах


Яндекс.Метрика