Список форумов Балет и Опера Балет и Опера
Форум для обсуждения тем, связанных с балетом и оперой
 
 FAQFAQ   ПоискПоиск   ПользователиПользователи   ГруппыГруппы   РегистрацияРегистрация 
 ПрофильПрофиль   Войти и проверить личные сообщенияВойти и проверить личные сообщения   ВходВход 

Общество Друзья Большого балета
2011-06
На страницу 1, 2, 3 ... 14, 15, 16  След.
 
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска
Предыдущая тема :: Следующая тема  
Автор Сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18666
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Июн 01, 2011 10:19 am    Заголовок сообщения: 2011-06 Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2011060101
Тема| Балет, Красноярский театр оперы и балета, Персоналии, Сергей Бобров
Авторы| Лариса РЕПИНА
Заголовок| «На сцене нет демократии. Не желаю угадывать, что хочет человек с бутылкой», — говорит Сергей Бобров
Где опубликовано| «АиФ на Енисее» № 22 (702)
Дата публикации| 20110601
Ссылка| http://enisei.aif.ru/issues/702/17_01
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

«По большому счёту, 33 года работы театра оперы и балета в Красноярске не воспитали публику, — считает Сергей БОБРОВ, художественный руководитель театра. — Есть элита — люди, которые любят театр, ходят на премьеры, понимают, что происходит в авангардных, современных постановках. Обсуждают их на форумах. Но это небольшая часть населения. А основная часть приходит сюда пить пиво.


Нет никакого вдохновения, есть работа! Фото Евгении БУТЫЛИНОЙ

Между пивом и… пивом

— Спасибо мэру, убрал ларьки. Но всё равно к 5 часам утра площадь Театральная настолько завалена пустыми бутылками! Я нигде такого не видел.

— Но ведь у нас был Шпиллер, были и есть симфонический оркестр, камерный, великолепные музыканты, сильные театры. Этого мало?

— Нельзя сказать, что это совсем не приносит плодов. Зритель воспитывается. Бывает совершенно неожиданная реакция. Давно не шла «Жизель», а когда восстановили спектакль, вдруг — переаншлаг. «Лебединое озеро», «Ромео и Джульетта» — аналогично. Конечно, в любом театре со временем качество спектакля немного проседает. И в Большом театре, и в красноярском — всё время нужно проводить своего рода будоражение. Вообще зритель идёт и на классический балет, и с таким же успехом — на современный. Но… Снежана Здор, работающая сейчас в Голландии, поставила у нас замечательный современный балет «Римские каникулы». И, пока мы не сделали ему пиар, продаж не было. А после — переаншлаг. Вы спросите у зрителя, что лучше — пить пиво до утра или пойти посмотреть спектакль? Я не знаю, чего они хотят.

— И не пытаетесь понять, угадать, в конце концов?

— Я не желаю угадывать, что хочет человек между первой и второй бутылкой пива. Делаю то, что мне нравится. И, если те, кто ходит в театр, меня понимают, значит, это правильный путь. Я вижу, куда и как развивается искусство. Часто бываю в Европе, смотрю все премьеры, весь видеоматериал, что выпускается, знаю, чем дышит мир. Но, если человеку лучше тупо ничего не делать, чем сходить в театр, я не смогу вложить в него другую ментальность. В Москве, кстати, тоже много разного мусора, но в мегаполисе это всё легче растворяется. И в Большом театре не всегда полный зал.
Муза требует дань

— В Великобритании, по отзывам артистов, наш театр принимали едва ли не лучше, чем Большой.

— Принимали, действительно, очень хорошо. Мы даже получили от посольства РФ благодарность. Но красноярский театр и Большой — это разные статусы. Хотим мы или нет, есть определённая ментальность у публики, прессы, импресарио. Мы бывали на очень престижных площадках, но то, что Большой может себе позволить, не всегда позволено красноярскому. Импресарио же хочет продать билеты. А классические названия всегда продаются, поэтому к трём балетам Чайковского мы добавляем что-то ещё. А Большой театр может позволить себе привезти любое название. И оно будет с большим интересом воспринято.

— С вашим приходом дисциплина в театре установилась жесточайшая. С одной стороны, любой процесс должен быть хорошо организован, с другой — театр — творческий коллектив. Как соединить творческий полёт и жёсткую дисциплину?

— Дисциплина обязательна. Театр — это государство, а государство и демократия — две несовместимые вещи. Творчество — в том, что артисты каждый день приходят на работу и делают то, что им говорят.

— А как быть, когда просто нет вдохновения?

— Нет никакого вдохновения, есть работа! Чайковский работал каждый день. Просто регулярно садился и писал от и до. И были более сильные произведения и менее сильные. Но это всё равно был Чайковский. Иногда 4–5 часов с труппой пробуешь то одно, то другое. А в конце дня просто разводишь руками: ни-че-го. Ну, значит, муза не посетила. Но всё равно ты целый день пашешь. Мы с Григоровичем говорили всегда: «Давайте-ка, ребята, потрём мозги». И сидим «трём мозги» — разговариваем, обсуждаем тему. Если ничего не делать и ждать вдохновения: пить водку, не бриться, не мыться, — не жди, что ты сейчас что-то поставишь — такого не бывает. Муза посетит тогда, когда ты отдаёшь ей дань какую-то. Ей необходимо жертвоприношение. И дисцип.лина — обязательная составляющая этого приношения.
Есть работа — нет интриг

— Репертуар театра заметно расширился, стал чаще обновляться. Сегодня к нам приезжают артисты и постановщики высочайшего уровня. Повышаете кассовые сборы?

— Нельзя работать только со мной, есть другие постановщики и другие репетиторы. Они должны приезжать и вливать в коллектив свою энергию. Тогда он живёт. К нам все едут с большим желанием. И не только в деньгах дело. Всем нравится отношение и приём публики. Кроме того, сейчас в крае сложилась очень редкая ситуация. Власть заинтересована в развитии театра. Министр культутры поддерживает нас во всем. Председатель правительства постоянно бывает на спектаклях и симфонических концертах вместе с супругой. Губернатор на балетном форуме был 4 раза за неделю. Я таких случаев в России больше не знаю.

— Считается, что театр без интриг не обходится…

— Работа и дисциплина подавляют любые интриги, которые начинаются тогда, когда людям делать нечего и скучно. Мультик был такой: мужик зевал, зевал и вывихнул челюсть. Побежал по докторам, и один ему выписал рецепт: «Загрузить работой!»

— Говорят, в театре живёт барабашка.

— Да, живёт такой. Очень мешает. Непредсказуемо вмешивается и вставляет палки в колёса. Всё идёт замечательно и — раз! — сломалось. Непонятно почему. Можно налаживать процесс, двигать, думать, строить планы. Но в любую секунду что-нибудь может оторваться, упасть, не поехать, не подняться. Совершенно непредсказуемо. И всё — надо что-то менять. Как это было на «Пиковой даме», когда портрет не хотел висеть на предназначенном месте. Пришлось перевешивать.

ДОСЬЕ

Сергей БОБРОВ — заслуженный артист России, балетмейстер. В 1981 г. окончил Московское хореографическое училище и сразу был принят в балетную труппу Большого театра. В 1993 г. окончил балетмейстерский факультет Московского института хореографии, руководитель курса — народный артист СССР, Герой Социалистического Труда Юрий Григорович. С 2006 г. — художественный руководитель Красноярского театра оперы и балета.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18666
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Июн 01, 2011 11:34 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2011060102
Тема| Балет, Михайловский театр, Премьера, Персоналии, Начо Дуато
Авторы|
Заголовок| Начо Дуато готовит новую премьеру - одноактный балет "Прелюдия"
Где опубликовано| "Ореанда-Новости"
Дата публикации| 20110601
Ссылка| http://www.oreanda.ru/ru/news/20110601/culture/article554435/
Аннотация| ПРЕМЬЕРА

14 июня 2011 года в Михайловском театре состоится мировая премьера одноактного балета Начо Дуато "Прелюдия".

Начо Дуато готовит новую премьеру - одноактный балет "Прелюдия". В этой постановке он выступит в качестве хореографа и художника-постановщика. Музыкальную основу балета составят произведения Георга Генделя, Людвига ван Бетховена и Бенджамена Бриттена. Как обычно у Начо Дуато, новый балет не опирается на конкретный сюжет. Его концептуальное ядро - встреча двух разных, но стремящихся к взаимному познанию и взаимному проникновению миров: классического балета и современного танца.

Начо Дуато, художественный руководитель балета Михайловского театра: "Прелюдия" - это преломление тех эмоций и впечатлений, которые сопровождают начало нового периода моей жизни - в России, в Петербурге, в Михайловском театре. Название балета, при кажущейся простоте, многозначно. Его смысл не сводится к значению термина из музыкального словаря. В новом произведении мне хотелось бы передать все эмоциональные нюансы, которые сопровождают сближение двух противоположных начал, в последующем слиянии которых зарождается новая жизнь".

Главные партии в балете "Прелюдия" готовят Леонид Сарафанов, Ирина Перрен и Марат Шемиунов, Екатерина Борченко и Евгений Дерябин.

Ирина Перрен, прима-балерина Михайловского театра: "Дуэты, которые поставлены для нас с Маратом, - это как встреча двух комет. Конечно же, не буквально, а по ассоциациям, которые вызывает танец. В нём есть яркость, смелость, насыщенность, есть полётность и порыв, напряжённость и сосредоточенность. При этом хореография очень красивая и сбалансированная. Никакой дисгармонии, никаких острых углов; пластический рисунок - чистый и выверенный".

Леонид Сарафанов, премьер балета Михайловского театра: "В этом балете у меня сквозная роль. Мой герой проникает в каждый из эпизодов - собирает, нанизывает на общую нить все части сложной композиции. Он, или я, мы вмешиваемся в трио, в дуэты, в танцы кордебалета. Это вторжение создаёт или нарушает устойчивость и почти всегда добавляет новый эмоциональный и пластический акцент. Балет наполнен множеством образов. Думаю, каждый зритель увидит и почувствует что-то своё".

В этом сезоне балет будет показан также 15 и 26 июня, 16 и 17 июля.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18666
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Июн 01, 2011 11:48 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2011060103
Тема| Балет, Международный фестиваль им. Рудольфа Нуриева (Казань), Персоналии, Анастасия Волочкова
Авторы| Айсылу КАДЫРОВА
Заголовок| "Я - красивая женщина!"
Где опубликовано| Газета «Вечерняя Казань»
Дата публикации| 20110601
Ссылка| http://www.evening-kazan.ru/articles/ya-krasivaya-zhenshchina.html
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ



Самая популярная танцовщица России Анастасия Волочкова прибыла в Казань в субботу утром. На железнодорожном вокзале ее встречали администраторы театра им. Мусы Джалиля и журналисты.


Волочкову, про которую сейчас говорят, что она любимая балерина директора Татарского оперного театра Рауфаля Мухаметзянова, пригласили на гала-концерт Нуриевского фестиваля. И она любезно согласилась исполнить в Казани вместе с танцевально-акробатической группой из Киева и партнером Ринатом Арифуллиным два номера...

Арифуллина можно было принять за администратора команды Волочковой. Пока Анастасия давала интервью моим коллегам с телевидения, он стоял в сторонке, успевая одинаково по-хозяйски и следить за ходом беседы своей партнерши, и приветствовать киевских акробатов (они ехали в разных вагонах). Потом именно у него представители театра Джалиля уточняли, не будет ли возражать Анастасия Волочкова, если корреспондент "ВК" возьмет у нее интервью по дороге от вокзала до театра. Арифуллин дал добро. И я оказалась с Волочковой в салоне BMW.

- Настя, вы впервые будете участвовать в фестивале, который носит имя Рудольфа Нуриева. Скажите, видели ли вы этого танцовщика в 1989 году, когда он приезжал в ваш родной Ленинград?

- Я хорошо помню и это потрясающее событие, и то, что мне тогда не удалось попасть в Мариинский театр, где он танцевал "Сильфиду" с Жанной Аюповой. Я уже училась в Вагановской академии, знала и понимала, кто такой Нуриев. Для меня он был бог! Мне трудно представить, гастроль какого современного танцовщика может сегодня вызывать такой трепет. Сегодня интерес к классическому балету не такой, как раньше.

- Вы имеете в виду интерес публики?

- Да. Но и свой тоже, честно говоря. Я совершенно сознательно станцевала как классическая балерина свой последний спектакль два года назад. Это была "Жизель", мне было 33 года. Все! Отныне в классических балетах я не танцую. Мне тесно в жестких рамках классики. И теперь я очень горжусь, что стала первой классической балериной в мире, которая сама придумала и сама осуществила цикл выступлений в формате концертных шоу. При этом я не принадлежу ни одной труппе, ни одному театру. Я свободна и очень счастлива!

- Где вам работалось наиболее комфортно - в Мариинском или в Большом театре?

- Конкуренция, зависть и подлость присутствуют в любой балетной труппе. Но я думаю, что петербургской балерине в Москве намного сложнее, чем московской - в Петербурге. В Мариинском театре я прекрасно понимала, что про меня за моей спиной наверняка говорят гадости. Но напрямую с этим не сталкивалась, потому что Петербург - город интеллигентных людей. А в черствой Москве, в завистливом Большом театре столкнулась с такой мерзостью, с такой травлей, что вспоминаю былое как кошмарный сон! Вы не представляете, как это было нелегко - стоять в кулисах, готовиться выйти на сцену исполнить 32 фуэте и слышать, как тебе в спину коллеги вразнобой шипят: "У тебя ничего не получится, даже не надейся!". Как-то танцевала в Большом "Лебединое озеро". Захожу в антракте в гримерную комнату, чтобы после "белого" акта переодеть костюм для "черного". И что вижу? Лежит моя черная пачка, но все камушки, все перышки с нее срезаны! Вспоминаю сейчас и поражаюсь: как я все это вынесла?

- Я бы спросила иначе: для чего вы все это терпели? Какая была цель?

- Все началось с Вагановского училища. Уже в детстве я понимала, что попала в мир, где все маленькие девочки - это уже маленькие женщины. Коварные. Могут мстить тебе за хорошие отметки, за то, что ты лучше танцуешь... Но я все это терпела, потому что у меня была цель: стать выдающейся балериной. Постепенно я ее добилась. Я, кстати, отличный пример для современных детей, мечтающих сделать карьеру в балете. Я начала учиться балету, не имея никаких для этого данных! Но бесперспективность, о которой мне тогда говорили все знатоки, меня не остановила. Я много трудилась, я годами вкалывала. И стала балериной! Сегодня меня упрекают, что я не упускаю случая продемонстрировать со сцены свой шпагат, свою феноменальную растяжку. Но все те, кто упрекает, даже представить не могут, каких трудов мне стоило добиться такой растяжки. И поэтому плевать я на всех хотела - буду "тыкать" своей растяжкой, буду демонстрировать ее, потому что непросто она мне досталась, я горжусь ей.

- Вас упрекают еще и за то, что, работая в Мариинке и в Большом, вы не смогли ужиться ни с одним педагогом...

- Я, наверное, единственная балерина в мире, которая по своей воле поменяла огромное количество выдающихся педагогов. Я уживалась со всеми, а меняла их, чтобы успеть взять уроки от всех них - легендарных артистов. Никто, кроме меня, не может похвастать сегодня, что репетировал с Инной Зубковской, Натальей Дудинской, Ольгой Моисеевой, Габриэлой Комлевой, Екатериной Максимовой, Мариной Кондратьевой, Ниной Семизоровой, Натальей Бессмертновой, Надеждой Павловой, Риммой Карельской... Представляете, какая у меня "база"? Опыт какой? И все это я сейчас могу передать подрастающему поколению. Скоро в Москве откроется несколько творческих школ Анастасии Волочковой. Это школы для детей, где будут преподавать хореографию, вокал, актерское мастерство, эстетику и этикет. У меня есть бесценный ресурс - это мое имя. Бесценный, потому что не имеет цены. И это имя, я так хочу, будет работать во благо деток.

- Вы как зритель ходите сейчас в театр на классические балеты?

- Ой, нет... Мне этот балетный тупняк с принцами и лебедями так надоел... Я еще тринадцать лет назад поняла, как это смертельно скучно - танцевать лебедя у озера, уже тогда начала задумываться о способах привлечения массового зрителя к искусству танца.

- Настя, легче или труднее вам стало работать после того, как вы вышли из состава партии "Единая Россия"?

- Я очень горжусь, что нашла в себе силы выйти из этой партии. Посмотрите на меня: я - красивая женщина, к чему мне быть каким-то там членом?! Все, конечно, сразу всполошились, начали приглашать вступить в другие партии. Но я никуда больше вступать не буду. Ни за что. Никакой партбилет не поможет мне собрать аншлаг. Да и не помогал никогда. Только имя, мое имя. И не партия мне мое имя сделала!

Фото Александра ГЕРАСИМОВА.


Последний раз редактировалось: Елена С. (Ср Авг 24, 2016 6:47 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18666
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Июн 01, 2011 12:23 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2011060104
Тема| Балет, Приз Benois de la danse; «Звёзды Белых ночей в Москве», Персоналии,
Авторы| Евгений МАЛИКОВ
Заголовок| Анти-Григорович проиграл //
Приз Benois de la danse и «Звёзды Белых ночей в Москве» как две стороны одного мирового балета

Где опубликовано| ©"Литературная газета", №22 (6324)
Дата публикации| 2011-06-01
Ссылка| http://www.lgz.ru/article/16295/
Аннотация|


«Легенда о любви». Мехменэ Бану – Ульяна Лопаткина; Наталья РАЗИНА

Гори, Дягилев, гори!
Когда Михаил Фокин придумал свою «Шехеразаду», только самые прозорливые критики, подобно Андрею Левинсону, указали, к чему может привести откровенная эротизация балетного искусства, по природе сдержанного.

Когда Вацлав Нижинский извивался фавном в Париже, лишь самая нездоровая часть зрителей попыталась своим «браво» перекрыть свист не озабоченного публичной сексуальностью большинства.

Когда Дягилев в своих «Сезонах» совершал балетную революцию, мало кто понимал, что направление, которым пойдёт вслед за его антрепризой танец, будет направлением к пропасти.

Что ж, сегодня мы почти достигли края культуры. Ещё шаг – и не будет балета. Невесело. А отчего веселиться, наблюдая год за годом за лауреатами «балетного Оскара», как именует приз Benois de la danse международная тусовка танцменеджеров и их клиентела?

Который год подряд мы становимся свидетелями того, как на смену универсальным благородным чувствам приходят переживания «маленького человека» с его неопределённой артикуляцией чувств. Как в жестах, так и в мыслях. Как в мыслях, так и в инстинктах. Гордого хищника-аристократа сменил на балетной сцене представитель «подлого сословия», принёсший во дворец даже не запах коровника, а нечто ещё более непристойное: своё «человеческое, слишком человеческое».

Современные хореографы слов­но соревнуются меж собой, демонстрируя самые малопочтенные проявления людского полового чувства. Кажется, ещё чуть-чуть – и «Бенуа» поприветствует какую-нибудь группу «совр. балета» DV8. Не верится? Рекомендую дуэт из опуса «Караваджо» Мауро Бигонцетти. Красиво повествующий о трудностях мужской любви. Или номер того же хореографа, блестяще исполненный Натальей Осиповой и Иваном Васильевым, но ставший от таланта танцовщиков лишь более грубым. Нет, так испохабить любовь может лишь человек разумный.

Не раз хотелось, наблюдая на сцене Большого за хореопотугами современников, предложить проведение гала где-нибудь в Париже, но, видимо, эхо публичной обструкции «Послеполуденного отдыха фавна» до сих пор не утихло в ушах ниспровергателей авторитетов. Посему потерпим. Мало того, постараемся извлечь уроки.

Первый. Тенденция в современном балете пугает. Показывая в Москве хит-парад отклонений от нормы, нам дают понять, что есть двери, входить в которые опасно.

Второй. Получение премьером Театра Станиславского и Немировича-Данченко Семёном Чудиным приза этого года требовало его выхода рядом с зарубежными лауреатами прошлых лет. В рамках одного произведения Йормы Элы стало ясно, что наш не самый известный парень лучше, чем их известнейший Хоакин де Лус. Как и прочие исполнители из нашего театра лучше любых импортных.

Третий. Только русской сценой ещё держится балетная Европа. Европа сдержанности чувств и чистоты помыслов. Так, высочайшим по нравственному градусу стало выступление Натальи Осиповой, запоздало получившей свой «Бенуа-2009», которая в устном слове поблагодарила педагогов – Марину Константиновну Леонову и Марину Викторовну Кондратьеву.

Наталья была единственной, кто что-то сказал. А то, что слово касалось учителей, свидетельствует о том, что наша прима, что бы ни говорили о ней как сторонники, так и противники, больше нашего «совокупного представления об Осиповой». Широта чувственного диапазона которой – отражение прометеевского идеала европейца.

Любовь долготерпит
Короче, если присутствие Юрия Григоровича на «Бенуа» ограничилось невмешательством в объективацию процесса развития танца, то в другом проекте художественный руководитель программы гала-концертов «Бенуа» и председатель жюри приза показал себя тем, кто он есть: величайшим хореографом второй половины ХХ века, непревзойдённым до сих пор.

В зале «Крокус Сити Холл» два вечера подряд давали «Легенду о любви». Балет, созданный Юрием Николаевичем полвека назад, исполнили «Звёзды белых ночей» из Мариинского театра. И это исполнение было прекрасным оба раза.

Зал «Крокус Сити» не назовёшь удобным для балета. Но что может помешать наслаждению, когда в первый вечер на сцену выходят Ширин, Мехменэ Бану и Ферхад в составе: Алина Сомова, Ульяна Лопаткина и Евгений Иванченко, а во второй – Екатерина Осмолкина, Виктория Терёшкина, Николай Цискаридзе!

Описать сложно. Лопаткина – наша самая значительная балерина, я признаю это без боязни показаться банальным. Терёшкина безупречна в технике, её сдержанность восхищает больше, чем любой артистизм. Мехменэ Бану этих девушек при некоторой разнице оттенков получилась единой в порывах и единственно правильной: великой в самоотречении владетельной госпожой.

Про Ширин говорить страшно. Осмолкина чудо как хороша всегда, а Алину Сомову я не просто считаю самой красивой в мариинской труппе, но и беззаветно люблю. То есть эксперт по Алине Сомовой я никакой, но поверьте: претензий к исполнению не было ни в чём!

Убедителен был Иванченко, а грациозная мужественность Цискаридзе, когда Николаю Максимовичу приходится её демонстрировать, обычно зашкаливает.

Словом, любовь долготерпит любые неудобства, если о ней сложена хореографическая «Легенда». И последняя складно рассказана.

Мариус Петипа не знал, кто такой Бенуа, и приза его не имел. Юрий Григорович вошёл в историю тоже не благодаря сомнительной танцевальной награде. Его балет, созданный по пьесе Назыма Хикмета, останется в европейской культуре до тех пор, пока Европа будет христианской.

Откуда уверенность? Сам Хикмет, потомок европейских ренегатов, турком был лишь отчасти. Творчество поэта пришлось на период становления светского государства Кемаля-паши Ататюрка, а что есть светское общество для страны ислама? Верно, вхождение в сферу европейской культуры. С последующим приобщением к христианским ценностям. И как бы ни складывались отношения поэта с властителем, его «Легенда» пронизана больше общеевропейским жертвенным пафосом, нежели узкосоциалистическим.

Это уловил Григорович. Потому-то «Легенда о любви» смотрится сейчас более современной, нежели прыжки и ужимки «инвалидов умственного труда» от нынешней хореографии. Ничто не стареет так быстро, как модное. Особенно если это «модное» являет собой деградацию уже и сто лет назад не то чтобы здорового мировосприятия дягилевского круга.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18666
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Июн 01, 2011 6:09 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2011060105
Тема| Балет, Международный фестиваль им. Рудольфа Нуриева (Казань), Персоналии, Екатерина Олейник (Беларусь)
Авторы| Олег Корякин, Казань
Заголовок| Восточный танец Кати Олейник //
Как белорусская прима угодила в гарем

Где опубликовано| "Союз. Беларусь-Россия" №505 (21)
Дата публикации| 20110602
Ссылка| http://www.rg.ru/2011/06/02/tanec.html
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ

В столице Татарстана завершился XXIV Международный фестиваль классического балета имени Рудольфа Нуреева. Почти две недели перед публикой выступали солисты Большого театра, Мариинки, Гранд-опера, Национального балета Нидерландов. Одной из дебютанток фестиваля стала солистка Большого театра оперы и балета Республики Беларусь, лауреат международных конкурсов Екатерина Олейник. Она исполнила роль Гюльнары, молодой и своенравной жены Сеида-паши, в спектакле "Корсар". Корреспондент "СОЮЗа" пообщался с молодой артисткой за кулисами.

- Катя, как вы восприняли приглашение на этот фестиваль?

- Конечно, я обрадовалась, потому что любая новая роль для артиста - это рост. Нуреевский фестиваль мне хорошо известен, видела в записи некоторые его спектакли. Я вообще внимательно слежу за всеми проектами в области балета на территории СНГ и Европы.

- Как готовили партию? Легко ли она вам далась?

- Сейчас в нашем театре ставят оперу "Аида", и балетных спектаклей идет немного. Так что у меня была возможность подготовить партию Гюльнары. Спектакль в редакции Татарского театра немного отличается от нашего "Корсара". Мне прислали запись балета на диске. Относительно партий в "Лебедином озере" или "Дон Кихоте" роль Гюльнары не такая сложная и насыщенная. Здесь па-де-де в первом акте и вариации в третьем акте. И не так много дуэта. Правда, в Казани пришлось адаптироваться к местной сцене. Дело в том, что здесь она ровная, а у нас покатая. Было немного непривычно.

- Вы были знакомы с партнерами по спектаклю?

- Да, с Мишей Тимаевым, исполнителем роли купца Исаака Ланкедема, в марте я танцевала "Лебединое озеро". Также мы вместе выступали на фестивале в Якутии. А с Русланом Савденовым (раб Али) я танцевала в "Дон Кихоте".

- Расскажите, как вы пришли в балет? Я прочел в вашем блоге, что поначалу у вас были сложности с обучением.

- В балет меня привела мама. Это была ее несбывшаяся детская мечта, и она решила воплотить ее в дочерях. Я стала балериной, а сестра в этом году оканчивает училище. До балета я занималась гимнастикой, танцами. Поэтому в училище пришла достаточно подготовленной. Многие движения уже знала, и первый год мне даже было скучно учиться. В результате я как-то расслабилась, стала отставать. Но, когда увидела, что другим ставят более высокие оценки, это меня стало задевать. Начала усиленно работать, дополнительно заниматься. В итоге балет меня втянул и полностью поглотил мое время. Бывало, что я оставалась в балетном зале до 10 вечера.

- А как отдыхаете?

- Очень люблю кино. Стараюсь не пропускать ни одной премьеры. И моя большая мечта - попробовать себя в кинематографе. Ну и, конечно, дружеские встречи, человеческое общение. Немало друзей у меня в России, особенно в Москве.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18666
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Июн 02, 2011 9:53 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2011060201
Тема| Балет, Вечер Ульяны Лопаткиной, Персоналии,
Авторы| МАЙЯ КРЫЛОВА
Заголовок| Чайковский с бриллиантами //
Как Ульяна Лопаткина чествовала композитора

Где опубликовано| Новые Известия
Дата публикации| 20110602
Ссылка| http://www.newizv.ru/culture/2011-06-02/145527-chajkovskij-s-brilliantami.html
Аннотация|


Фото: ОФИЦИАЛЬНЫЙ САЙТ БАЛЕРИНЫ

Вечер прима-балерины Мариинского театра Ульяны Лопаткиной прошел в Театре оперетты. Он был посвящен музыке Чайковского. Балерина выходила на сцену вместе с сослуживцами по Мариинке и коллегами из других театров. Так она отметила 170-летие со дня рождения композитора.

Ульяна Лопаткина часто гастролирует по стране с программами типа «Лопаткина и друзья», показывая известные балетные хиты. Но время от времени она пробует себя на прочность: то выйдет на сцену в неожиданном облике Кармен, то обратится к угловатой неоклассике голландского хореографа Ханса ван Манена. Все проекты такого рода Лопаткина показывает в Москве. Но на этот раз столичный «сольник» Лопаткиной обещал быть традиционным. Прима объявила, что делает вечер под названием «Чайковский-гала». Понятно, что имя композитора обязывало, и вариантов просматривалось не так много. Можно было создать новые танцы на старую музыку, для чего пригласить хореографов. Или купить права на западные (а может быть, и восточные) балеты, вдохновленные музыкой Петра Ильича, но не известные в России. Но это потребовало бы больших хлопот и больших денег.

Лопаткина пошла по самому доступному и коммерчески выгодному пути. Она собрала под одной крышей фрагменты всем известных классических постановок. Добавила концертные номера, кочующие по театральным залам. И завершила программу известным американским балетом XX века, в котором сама периодически танцует на сцене Мариинки. Впрочем, и в таком решении, если захочется, можно найти изюминку. Во-первых, интересно проследить личные связи балерины со знаменитой музыкой. И стоит полюбопытствовать, что чувствуют российские артисты, танцуя на концерте-посвящении под популярные звуки, – восторг или привычку?

Но, когда заиграл оркестр, стало не до изюма. Коллектив под руководством Евгения Кириллова называется «Симфонический оркестр Москвы «Русская филармония». Судя по исполнению, он не только не жаждал отпраздновать юбилей Чайковского, но проникся к композитору лютой ненавистью. Музыка Петра Ильича звучала то как забойный канкан в ресторане, то как унылый похоронный марш, снабжая уши публики фальшью и «бацая» без каких-либо нюансов. Обычно на балетных вечерах ожидаешь «живого» звука и отвергаешь звук записанный. Но тут остро захотелось фонограммы. В таких условиях, сделав над собой усилие, автор этих строк постарался вникнуть в «Русский танец», открывавший концерт. Внимание привлекла строка в программке: «хореография Голейзовского в редакции Лопаткиной». Изменения, смело внесенные исполнительницей, знаменитую миниатюру, скажем прямо, не украсили. Но манер королевы в изгнании, бега по сцене и движений рук а-ля Лебедь стало больше.

После танца с белым платочком в руках прима надолго удалилась со сцены. Ей на смену пришли артисты трех театров – Мариинского, Большого и московского Музыкального, продемонстрировав некий усредненный классический стиль. Героиню «Щелкунчика» (Эрика Микиртычева), к примеру, трудно было отличить от принцессы в «Спящей красавице» (Анна Тихомирова). Публика аплодировала вяло. Она ждала нового выхода Лопаткиной. В дуэте из балета «Бриллианты» прима сменила сарафан с кокошником на белую балетную пачку с блестками и в паре с Данилой Корсунцевым показала свой фирменный медитативный танец. Это, как шептались зрители, было нечто. У Лопаткиной длинная нога поднимается так многозначительно, что поза кажется нездешним откровением, а ее руки, как будто управляющие потоками воздуха, прямиком указывают в иные миры. Если искать аналогии с названием балета, то прима изображала серьезную драгоценность, во много карат. В финале партнер, который, казалось, не знал, куда себя деть во время этих горделивых молебнов, почтительно поцеловал госпоже Лопаткиной руку. Вернее, ему милостиво разрешили это сделать.

После антракта был показан «Ballet Imperial», одноактное произведение хореографа Джорджа Баланчина. В эмиграции он вспоминал творческую юность в петербургском театре и поставил бессюжетный балет в его честь. Сопровождавшая Лопаткину труппа Пермского балета (во главе с невежливо неупомянутой в программке примой Натальей Моисеевой) честно отработала трудные баланчинские па. Сама героиня торжества, в легкой тунике, очередным лебедем-интровертом плавно плыла или легко порхала среди кордебалета. И снова медитировала, причем усиленно, отвлекая зрительское внимание от коварных (для нее) вращений на пальцах. Зал, судя по финальным аплодисментам, был доволен, несмотря на дорогие билеты и программку из двух листочков, стоившую 300 рублей. Ведь в предложенном наборе были хорошо усвояемые продукты – известная балерина, хрестоматийный композитор и привычный репертуар. А музыку Чайковского у нас воспринимают как привычный фон. На оркестр никто не фыркал. И можно было бы сказать, что вечер удался, если бы не острое чувство жалости к невинно пострадавшему композитору.


Последний раз редактировалось: Елена С. (Ср Авг 24, 2016 6:48 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18666
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Июн 02, 2011 10:27 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2011060202
Тема| Балет, Челябинский театр оперы и балета, Премьера, Персоналии,
Авторы| Людмила Фёдорова
Заголовок| Премьера французского хореографа на челябинской сцене
Где опубликовано| "Урал-пресс-информ"
Дата публикации| 20110602
Ссылка| http://uralpress.ru/news/2011/06/02/premera-francuzskogo-horeografa-na-chelyabinskoy-scene
Аннотация|

Челябинские поклонники балета живут в эти дни ожиданием премьеры. Она состоится 15 июня и представит на сцене академического театра имени Глинки два одноактных балета - «Свадебку» в постановке французского хореографа Режиса Обадиа и «Жар-птицу» в постановке челябинского хореографа Константина Уральского. Общее название нового спектакля «Русские балеты в хореографии XXI века».

В последнее время театр оперы и балета Челябинска не баловал своих зрителей премьерами. Безусловный успех прошлогоднего «Лоэнгрина» и возрождённая в этом сезоне опера «Руслан и Людмила» с новогодним «Котом в сапогах» не смогли восполнить пробел и утолить репертуарный голод. Причин тому много. Написано и сказано о них тоже много. Два события всколыхнули творческий застой уходящего сезона и вселили в коллектив некоторую надежду. Одно из них – смена руководства, приход в театр профессионального и опытного директора Владимира Досаева, который вот уже второй месяц пытается разобраться в незавидном наследстве своего предшественника. Второе событие творческого характера, связано оно с балетной труппой, размеренную жизнь которой буквально взорвала группа французских постановщиков - создателей балета «Свадебка» на музыку Игоря Стравинского. В составе этой группы - французский балетмейстер Режис Обадиа, его ассистент Анн-Шарлотт Куийо и художник, либреттист и переводчик Елизавета Вергасова. Об их предстоящей премьере корреспонденту агентства «Урал-пресс-информ» рассказала заведующая литературно-драматургической части театра Светлана Бабаскина.

Получасовой спектакль, который создает на музыку «Свадебки» французский хореограф Режис Обадиа повествует об отношениях мужчины и женщины , об их чувствах. Танцевальный почерк Обадиа - это стихия, самобытная, динамичная, не скованная жесткими канонами классического танца и напрямую зависящая от личности балетмейстера и музыки. Танец шести пар молодых челябинских исполнителей, занятых в постановке, виртуозен, одухотворен и проникнут драматизмом. По мнению французского хореографа, без драматического наполнения танец превращается в иллюстрацию движения. Музыка Стравинского в "Свадебке" для Обадиа, как нить Ариадны для Тесея, за которой он следует, чтобы пройти сквозь трудный процесс создания спектакля.

Челябинский театр впервые принимает французского хореографа. С первых репетиций под впечатлением мастерства Режиса Обадиа исчезла та настороженность, с которой челябинские танцовщики поначалу приняли зарубежного постановщика. Взаимопонимание оказалось полным, процесс творчества радостным. Француз тоже остался доволен артистами и очарован театром с его великолепным залом и прекрасной акустикой.

Несколько слов о Режисе Обадиа. Он родился в алжирском городе Оран. Ему 53 года. Современному танцу обучался в Институте искусств сценического движения Франсуазы и Доменика Дюпюи, одновременно изучал драматическое искусство в театральной школе Жака Лекока. В 1980 году вместе с Жоэль Бувие они создали компанию "Эскиз". Первая постановка компании, отмеченная яркой индивидуальностью, драматизмом и виртуозной хореографией, выдвинула хореографов в авангард современного балета как во Франции, так и за рубежом и получила Гран-при фестиваля в швейцарском городе Нион.

Работая во Франции, Обадиа в то же время реализует интересные проекты в России. Среди них постановка «Весны священной» на музыку Стравинского в Камерном балете «Москва», удостоенная «Золотой маски» за лучший спектакль современного балета. А первая театральная работа - спектакль "Идиот" по роману Достоевского в инсценировке Елизаветы Вергасовой была отмечена престижной наградой за лучшую режиссуру на фестивале "Чайка" в Москве. Режис Обадиа не боится экспериментировать, в круг его деятельности также входит многолетнее сотрудничество с фестивалем хип-хоп в Сюррен (Франция), а также постановка мизансцен и хореографии для последнего шоу Патриции Каас "Кабаре", которое с огромным успехом прошло и в России.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18666
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Июн 02, 2011 10:31 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2011060203
Тема| Балет, Самарский театр оперы и балета, Персоналии,
Авторы| Ксения АИТОВА
Заголовок| Балетные перспективы
Где опубликовано| "Волжская Коммуна" (Самара)
Дата публикации| 20110601
Ссылка| http://www.vkonline.ru/104615/article/baletnye-perspektivy.html
Аннотация|

Второй балетной премьерой сезона в самарской Опере стал спектакль «Анюта» по чеховскому рассказу. «Зависший» где-то между классической хореографией и contemporary dance (в советской терминологии – «драмбалет»), он очень удался театру и дал повод пофантазировать – как может развиваться балетный репертуар единственного в большом городе музыкального театра?

Два поставленных в этом сезоне оперным театром балета оттеняют друг друга как нельзя лучше. «Спящая» - классический, длинный, церемонный, отточенный, с неспеша и во всех подробностях предъявленным зрителю каждым па балет, поставленный Габриэлой Комлевой, известной точным восстановлением классических спектаклей. «Анюта», появившаяся у нас «из первых рук», в постановке знаменитого танцовщика, балетмейстера и автора хореографии Владимира Васильева, - не то чтобы «современный танец» в полном смысле слова (классики здесь еще много), но все же балет ХХ века. Нет смысла еще раз пересказывать, как Владимир Васильев сначала поставил знаменитый фильм-балет для своей супруги, великой балерины Екатерины Максимовой, потом перенес его в Большой театр и многие другие оперные страны – газета об этом писала.
«Анюта» - какой-то редкой человечности балет. То ли Чехов тому виной, то ли осовремененная хореография, то ли изрядная драматическая составляющая, но в этом спектакле важна не точность исполнения освященных веками па, а характеры и психологические нюансы – при всей непременной балетной условности, за персонажами здесь следишь, почти как в драматическом спектакле. Анюту танцует Екатерина Первушина - молодая звезда самарского балета, чье имя театралы успели запомнить. Легко, грациозно, воздушно и жизнерадостно исполняет партию, в которой создатели балета сумели сохранить чеховскую сложность и многогранность. В рассказе «Анна на шее» у героини умирает мать, отец спивается, и семья почти идет по миру. Девушке приходится выйти замуж за старого богатого чиновника, но в роль красивой жены старика она входит неожиданно легко и потихоньку забывает о своих по-прежнему нищих родных.
В прекрасной музыке Валерия Гаврилина, как и в чеховской прозе, нет ни трагедии, ни ликования – се ля ви, так получилось, такая жизнь… Я перечитываю Чехова – вроде бы, рассказ написан почти целиком с точки зрения Анюты, но почему-то кажется, что балет с гораздо большей откровенностью оправдывает героиню. Может быть, из-за этой музыки, написанной Гаврилиным для партии Анюты – такая она по-шкатулочному хрупкая, с такой явной любовью к героине сочиненная. Молоденькая красивая девушка, купающаяся в неожиданном успехе у мужчин, нежная и драматичная в расставании с любимым студентом, шаловливая и простая в играх с отцом и братьями; смешной, похожий на кузнечика со своим пузом и расставленными длинными ногами муж Модест Алексеевич (Дмитрий Голубев - по-прежнему прекрасный характерный актер), сохраняющий несмотря ни на что какое-то «позапрошловековое» достоинство отец Петр Леонтьевич (Владимир Шачнев) – балет, эффектно оформленный, интересный нестандартной хореографией, пленяет, прежде всего, поразительной человечностью, вниманием к каждому своему герою, душевностью, как говорит об «Анюте» ассистент балетмейстера и худрук театра Кирилл Шморгонер.
Вышло так, что новый Оперный в репертуаре этого сезона логично движется от классических форм (ультратрадиционная «Спящая») к их преодолению и развитию (кроме «Анюты», можно вспомнить перенесенный из старого репертуара рок-балет Надежды Малыгиной «Битлз навсегда!»). Так, глядишь, и до полноценного contemporary dance (почти пустующая в Самаре ниша) дойдет?
Юрий Александров, конечно, говорил, когда ставил «Князя Игоря», что на единственном в городе музыкальном театре лежит ответственность за классические версии хрестоматийных постановок – оголтелые эксперименты хороши, когда можно перейти на другую сторону улицы и посмотреть «исходную» версию.
Но возможен и другой угол зрения: невольному монополисту приходится работать «за себя и за того парня». Так что, чем черт не шутит, может, вслед за Комлевой и Васильевым в самарском балетном репертуаре появятся спектакли если и не Уильяма Форсайта и Иржи Киллиана (хотя почему бы и нет, работал же Форсайт у Гергиева, который теперь нашему театру тоже не чужой человек), то кого-нибудь из отечественных звезд современного танца – Татьяны Багановой, Ольги Поны или Сергея Смирнова? Готовность и у труппы, и у сцены, и у публики, похоже, есть. Теперь уже окончательно понятно, что оперный в этом сезоне славен отнюдь не только пышными интерьерами – не каждая премьера не в каждом театре ведь воодушевляет на мысли о перспективах, а не о том, что бы такое «поправить в консерватории».
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18666
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Июн 02, 2011 10:41 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2011060204
Тема| Балет, МГАХ, Концерт, Персоналии,
Авторы| «Новости культуры».
Заголовок| Выпускники Московской академии хореографии на сцене Большого театра
Где опубликовано| Телеканал Культура
Дата публикации| 20110602 11:06
Ссылка| http://www.tvkultura.ru/news.html?id=691848&cid=178
Аннотация|

В Большом театре в первый вечер лета прошёл традиционный концерт выпускников Московской государственной академии хореографии. Выпускной экзамен уже сдан – но все, кто выходил на сцену, не могли позволить себе «работать «не в полную ногу», как говорят педагоги. Ведь настоящее испытание на «профпригодность» у большинства молодых артистов балета ещё впереди. Рассказывают «Новости культуры».

Такие благотворительные концерты, в день защиты детей, академия хореографии проводит уже несколько лет. В этот вечер в зале дети с ограниченными возможностями, из малообеспеченных семей. Большой для них самое большое откровение. Большинство здесь впервые. Своих учеников, в этот вечер ректор академии Марина Леонова, настраивает по-особенному: «Я сказала, что спектакль сегодня очень ответственный, мы танцуем не просто в Большом театре, мы танцуем для детей, которые не могут танцевать как они».

В этом концерте не только выпускники. «Классическую симфонию», а это традиционная программа, танцуют студенты первого и второго курсов. У них в запасе еще два года, но они уже уверенно чувствуют себя на такой сцене. Выпускной курс берет реванш в современном танце. Модерн под Баха выходит экспрессивно, по-спортивному точно. Рита Шрайнер – звезда этого выпуска. На экзаменах получила приглашение на просмотр в Большой. Легко танцует и классику и модерн.

«На этом концерте я танцую Жизель, это классическая хореография, есть современная, Бамбана у нас поставил. Так, чтобы все увидели разницу между огнем и воздухом», - говорит Маргарита Шрайнер.

Алена Шеркова уже получила приглашение в Кремлевский балет, но танцевать только классику не хочет. Выбор между огнем и воздухом уже сделала.

«Мне интересн соврменный танец, - говорит она. – У меня хорошо с этим».

Мальчишек в этом году выпускается больше, чем обычно - их 16. Но и проблем у них тоже прибавилось. Все они призывного возраста. Если театры не возьмут их под свое крыло – прямая дорога в армию

«Если театры мальчикам не предложат работу, то получится так, что усилия педагогов, а это больше восьми лет, были затрачены впустую, потому что мальчики пойдут в армию. Для нас это большая проблема, можно сказать горе», - говорит Илья Кузнецов педагог академии хореографии.

Среди выпускников – два американца. Гейб Шайер проучился здесь всего год. И здорово набрал в классике, теперь за пируэты не стыдно. 8 июня, идет на показ в Большом. Если не получится там, поедет в Ковент-Гарден.

«Я 8 лет учился балету в Америке, - говорит выпускник. – Но там было всего по чуть- чуть. Немного того, другого. А здесь система. Теперь я знаю, техника так же важна, в танце, как экспрессивность и выразительность».

Анжелина Воронцова и Дениис Родькин, хоть и артисты Большого театра, но продолжают учебу на исполнительском факультете академии. И тоже в этот вечер на сцене. Надолго родную альма-матер не бросают. Говорят – это держит в тонусе и помогает танцевать на одном дыхании.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18666
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Июн 02, 2011 12:53 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2011060205
Тема| Балет, МТ, "Ундина", Персоналии,
Авторы| Ирина ГУБСКАЯ, Фото Натальи РАЗИНОЙ, Валентина БАРАНОВСКОГО
Заголовок| Утонули все… //
Возобновление балета “Ундина” в Мариинке

Где опубликовано| "Культура" № 18 (7778)
Дата публикации| 2 - 8 июня 2011г.
Ссылка| http://portal-kultura.ru/archive/year/2011/ №18
Аннотация|

- по клику
Е.Образцова – Ундина и В.Шкляров – Маттео


Мариинский театр показал необъявленное возобновление балета “Ундина” Чезаре Пуни в постановке Пьера Лакотта. Это парадоксы мариинской экономики: спектакль появился в репертуаре пять лет назад, прошел лишь десять раз – и вот обновление. На “Ундину” в 2006 году Мариинка заполучила знаменитого стилизатора старинных спектаклей Пьера Лакотта, сопоставив его постановочный подход с продолжавшимися тогда спорами о реконструкциях исторических балетов. У Лакотта был опыт сотрудничества с Кировским театром еще в советские времена. И ненамного раньше “Ундины” – “Дочь фараона” в Москве. В общем, результат был предсказуем. Лакотт сделал на основе известных по истории вариантов балета свой, оставив “знаки на узнавание” – отмеченные в изобразительных источниках или литературных описаниях моменты вроде появления Ундины из сетей, танца с тенью или с увядающей розой. Финал был выбран трагический, более логичный в романтическом конфликте соприкосновения земного и идеального – антимиров. И в духе спектакля Жюля Перро, который не был склонен к “благодушным” финалам со спасенной невестой, занявшей свое законное место перед алтарем, и спасенной же Ундиной, вернувшейся в мир бессмертных духов.

Тогда постановочная история получилась мутная, спектакль планировали два года, и в итоге Лакотт выпускал “Ундину” к открытию Фестиваля “Мариинский” как-то наспех, с массой недоработок в сюжете и действии. Было очевидно, что автор за “подготовительный период” остыл. Сейчас Лакотт вновь репетировал. Но постановочного энтузиазма по результату опять незаметно. Нестыковок в “Ундине” стало больше прежнего. Без программки понять, что происходит, где сон, где явь, и вообще успеть заметить важные моменты в действии сложно. Они не все и остались (к примеру, Ундина, на миг подменяющая мадонну – из поразившей современников постановки Перро, – не появилась).

Пантомимные заставки, на премьере более-менее сложившиеся в действие, сейчас выглядят “вклейками”, особенно проходы по авансцене переживающих родителей главного героя. Прессинг танца, поначалу выглядевший захватывающим марафоном, выявил однообразие (хотя танцев стало меньше). Линии кордебалета теперь утратили упругую четкость премьеры (слаженность кордебалета – отдельная проблема последнего времени, особенно в свете предстоящего в июне бенефиса кордебалета). Сюжет тоже “подправлен” – но не улучшен. Джаннину, невесту рыбака Маттео, Ундина теперь не подменяет на пути на венчание – та самостоятельно бросается в воду, причем так, что неясно – то ли бросилась в воду, то ли устала и прилегла на берегу, пока не находят ее платье (причем эта сцена тоже нарочитая, “вклеенная”). Да и сам финал выглядит каким-то куцым: Ундина и Маттео укладываются на сцене, а над ними пробегающие наяды протягивают полосы ткани – получается наводнение. А вроде бы наядам и поплакать, по либретто в программке, полагается, да и Ундину сначала волны уносят, а потом уже Маттео вслед бросается в волны.

Для чего сейчас пригласили Лакотта – неясно. Разве что ради “авторской оркестровки” дирижера Павла Смелкова. Ничего принципиально в музыке Пуни не изменилось. Ну разве что сглажены соответствия музыкальной и хореографической динамики. Больше всего это заметно в партии Королевы моря. Вместо резких и властных Виктории Терешкиной или Екатерины Кондауровой теперь подводная зыбкость пластики Софии Гумеровой и напористая Анастасия Петушкова.

Основной состав солистов – “уже были”. Владимир Шкляров танцевал в “Ундине” перспективным юношей, и многое на это списывалось. Теперь он в ранге премьера. Его техники хватает ровно на то, что идет в обыденном репертуаре. Прыгнуть выше головы не получается: на мелкую отделку, филигранную виртуозность ему банально не хватает сил и четкости в ногах, и к концу спектакля Шкляров элементарно выдохся. Евгения Образцова – Ундина набрала сил и технической уверенности. Обаяние этой героини прозрачно, танец стильный, словно гравюрный, и с той безусильностью, которая держится на стальном стержне мастерства. Екатерина Осмолкина в партии Джаннины сыграла роль объемно – это невеста на пороге новой жизни, стремящаяся к свадьбе и немного сомневающаяся. В танце это проявилось какой-то легкой осторожностью, настороженностью в движениях.

Вторая Ундина – Олеся Новикова, в танце сейчас изумительно красива. И роль заметно проработала. Ундина очаровательна, но это и жестокое дитя. В ней нечеловеческий бездушный эгоизм, погубительность и игривость. Переодетая мальчиком Ундина так заглядывает в лицо Джаннине, словно сама смерть мило улыбается, непонятая земным существом, спокойно переступает через чужую жизнь. Но и особой трагедии в гибели Ундины нет – облачко тает.

Дебюты в главных партиях были у Ирины Голуб и Дениса Матвиенко. Ирина Голуб – яркая красавица Джаннина, олицетворение расцвета жизни, и такая героиня почти вытянула сюжетные недочеты роли. Денис Матвиенко в роли Маттео выглядел, пожалуй, слишком основательным, переросшим романтические порывы и сомнения юности. Танцевальные фиоритуры, которые понаставил для главной мужской партии Лакотт, предназначены для более гибких ног, и для Матвиенко это был серьезный экзамен на выносливость. Он заметно рассчитывал силы, смазывая какие-то мелочи в начале спектакля, и было ощутимо усилие в дуэтах к финалу. Опыт премьера позволил достойно выдержать нелегкое испытание.

Вообще-то изначально спектакль предназначался для Дианы Вишневой, которая, похоже, так и не найдет время для Ундины. И премьера в 2006-м “перешла” к Леониду Сарафанову (ныне танцующему в другом театре), который в этом балете, казалось, напоминал самого Перро – сложением и виртуозной легкостью танца: ему изобилие ювелирной работы ног словно не представляло никакой сложности. Его юный рыбак искренне увлекался неземной девой, искренне горевал, в общем, был олицетворением французской легкости и эмоциональной подвижности.

Непонятно, зачем “Ундину”, благополучно утонувшую в небытии, надумали возобновлять именно сейчас. В мировом репертуаре немало балетов, которые можно было бы возобновить или просто перенести на наличные силы труппы. Да и как пример работы с историческими спектаклями, после “Лебединого озера” и особенно “Лауренсии” в Михайловском театре, балет не выглядит актуальным. Тем более “Ундину”, по большому счету, надо переставлять заново. И вновь доводить труппу до нужной для нее танцевальной и дисциплинарной кондиции.

- по клику
О.Новикова – Ундина и Д.Матвиенко – Маттео


Последний раз редактировалось: Елена С. (Ср Авг 24, 2016 6:51 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18666
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Июн 02, 2011 1:03 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2011060206
Тема| Балет, “Benois de la Danse”, Персоналии,
Авторы| Елена ФЕДОРЕНКО, Фото Михаила ЛОГВИНОВА
Заголовок| Вольный характер //
Жюри приза “Бенуа де ля данс” представило своих лауреатов

Где опубликовано| "Культура" № 18 (7778)
Дата публикации| 2 - 8 июня 2011г.
Ссылка| http://portal-kultura.ru/archive/year/2011/ №18
Аннотация|

- по клику
“Классическое па де де”. Е.Крысанова и С.Чудин

Церемония награждения новых избранников приза “Бенуа де ля данс” (“Benois de la Danse”) состоялась в Большом театре. Номинанты девятнадцатого форума пополнили ряды призеров, которых по всему миру уже насчитывается без малого полторы сотни. Зрители полюбили праздник “Бенуа”, связанный и с Большим театром (хотя концерты в честь и с участием обладателей учрежденного Международной ассоциацией деятелей хореографии приза несколько раз и по разным причинам покидали Москву и перемещались в другие города, в прошлом, например, в итальянский город-музей Виченца) и с неизменным председателем жюри Юрием Григоровичем. Судьи ежегодно меняются, и каждый арбитр предлагает “своего” номинанта: конечно, таковым становится артист или хореограф родной для него труппы. Видеозаписи с танцами претендентов рассылаются членам жюри, а собравшись в Москве только накануне вручения, они спорят, доказывают и путем тайного голосования решают, кому стать лауреатом.

Двухдневный формат мини-фестиваля “Бенуа де ля данс” (первый вечер – объявление победителей и концерт с их участием, второй – гала призеров прошлых лет) уже кажется привычным, хотя поначалу все ограничивалось одним вечером. Средства от благотворительного концерта вручаются ветеранам сцены на дружеском чаепитии и лично в руки.

Несмотря на отсутствие денежного вознаграждения, в балетной среде приз пользуется авторитетом: почетно не только звание лауреата, но и диплом номинанта “Бенуа де ля данс”, потому что в отличие от балетных конкурсов, где открываются новые имена, в поле внимания попадают уже состоявшиеся танцовщики. Таким образом, это своего рода признание заслуг профессионалами, своеобразное утверждение звездного статуса среди коллег. Победители получают танцующих человечков – статуэтку работы французского скульптора Игоря Устинова, потомка семьи Бенуа.

Приз “Бенуа” отличает вольный характер: меняются не только арбитры, но и добавляются номинации (бывали годы, когда награждались художники, композиторы, etc), неизменными остаются три основные: лучшая роль танцовщика, лучшая роль танцовщицы, лучшая работа хореографа – за состоявшийся календарный год. Так что публика получает возможность понять, чем жил мировой балет минувшим годом – ведь неизвестно, сколько воды утечет прежде, чем тот или иной спектакль или артист доедут до Москвы.

Нынешнее жюри, состоявшее из мужчин (исключение – дама-худрук Национального балета Китая Фэн Ин), представлявших искусство Испании, Италии, Швейцарии, Америки, Польши, России, отличилось особой щедростью: в каждой из трех номинаций победителей оказалось не меньше двух. Со сцены несколько раз звучала шутка о раздвоении. “Раздвоились” и ведущие, коими стали прима Большого театра Мария Александрова и актриса Театра “Современник” Марина Александрова. На тождестве фамилий и схожести звучания имен строились незамысловатые репризы. Так, к примеру, Юрию Николаевичу Григоровичу предложили загадать желание, и оно совпало с мечтой каждого сидящего в зрительном зале: чтобы следующая юбилейная церемония прошла в историческом Большом театре. Милый дамский конферанс почти избежал привычного шквала ляпов с произношением имен, но не смог преодолеть рифов в склонениях числительных.

Танцовщиков-лауреатов оказалось трое: солист Музыкального театра имени Станиславского и Немировича-Данченко Семен Чудин, Роландо Сарабиа из Кубинского классического балета Майами и виртуоз фламенко Фернандо Ромеро из испанского Театра имени Лопе де Вега, которого удостоили спецприза. Лучшими среди балетных дам стали прима Балета Монте-Карло Бернис Коппьетерс, несколько лет назад запомнившаяся москвичам своей роскошной Феей в “Золушке” Жан-Кристофа Майо, и совсем неизвестная солистка Национального балета Китая Чжу Янь. Лучшими хореографами признаны Йорма Эло, чей спектакль “Затачивая до остроты” пополнил репертуар Музтеатра (вторая из номинированных его работ – “Сон в летнюю ночь” в Венском государственном балете), и тандем хореографов Сиди Ларби Шеркауи и Дамьен Жале, представивших спектакль “Бабель” (“Слова”) бельгийской компании “Человек с Востока”. Победители точно отражают пристрастия современного этапа: Эло говорит на языке классики, бельгийский дуэт экспериментирует в сфере мускулистой и откровенной современной хореографии, балансирующей на стыке жанров. Приз “За жизнь в искусстве” получили хореограф Охад Нахарин, чья замечательная труппа “Батшева” гастролировала в России, и театральный художник Питер Пармер, создавший около трех сотен спектаклей – как драматических, так и балетных.

Короткая официальная часть с представлением действующих лиц проекта, распечатыванием конвертов и возглашением результатов сменилась концертом новоявленных лауреатов и номинантов. Открыл гала фрагмент спектакля-лауреата “Бабель”: девушка (Навала Чодари) крепко цепляется за тело юноши (Дамьен Жале – один из хореографов спектакля), временами “становится” его руками, шеей, головой. В жестком танце солистов ансамбля “Человек с Востока” герои подчеркнуто некрасиво, яростно боролись за выживание. Зрители расслабились только на дуэте из “Тристана и Изольды”. Александру Ляшенко не спас безграничный шаг и крутой подъем, а старательность Седрика Иньяса лишь подчеркнула банальность пластического языка Кшиштофа Пастора – польского хореографа и члена жюри. Чуть позже уже не польские артисты, а нидерландцы представили еще одну его работу – мужской дуэт из балета “Курт Вайль”, и она тоже художественного впечатления, увы, не произвела.

Китаянку-лауреата Чжу Янь в классике зал не увидел, но в современном репертуаре она была хороша. Бывший танцовщик труппы Ноймайера, а ныне хореограф Иржи Бубеничик поставил босоногий сентиментальный квартет: в глубине сцены играли маленькие дети, на авансцене пребывали “они” же, только выросшие и переживающие не лучшие минуты своей любви. А на шнуре раскачивалась лампа – метроном отмерял отпущенное время. Во втором отделении Чжу Янь, чей танец свободен и техничен, предстала в экспрессивном трио из балета “Закрывай глаза, когда темнеет”, поставленном молодым хореографом Цзан Чжиньсинь (он же и Хао Бинь – солисты Национального балета Китая – были партнерами балерины). В па де де из “Дон Кихота” премьер Кубинского балета Майами Роландо Сарабиа и Лорена Фейхо из Балета Сан-Франциско заметно снизили уровень концерта простецкими манерами и неаккуратным танцем. Дуэт из балета “Without” Бенжамена Мильпье (оскароносная улыбка от “Черного лебедя”) роскошной Екатерины Кондауровой и Константина Зверева положение не спас – слишком тривиальны пластические приемы. “Выручать” концерт пришлось Баланчину: в лихой “Тарантелле” пронеслись солисты Нью-Йорк сити балета Эшли Боудер и Хоакин де Люз. Баланчинское Классическое па де де крепко и четко, хоть и недостаточно интересно, станцевали солисты из Вены Мария Яковлева и Денис Черевичко.

Потом сцена вновь досталась отчаянным “современщикам”: “Болеро” Нахарина – дерзкое и острое высказывание женской пары (Рен Ватанаба и Наташа Новотна) в формате этюдов – знойный и мрачноватый привет из тайных уголков души. Зал взревел на “Серенаде” Мауро Бигонцетти, исполненной любимцами публики, лауреатами “Бенуа” прошлого года Натальей Осиповой и Иваном Васильевым, чей впечатляющий танец слишком отчаянно отвергает всякие подтексты и изгоняет внутренние думы во имя лихой и обескураживающей техники (не только в “Серенаде”). К счастью, тончайшими плетениями потаенных смыслов оказался насыщен танец-диалог лауреатки Бернис Коппьетерс (Балет Монте-Карло) и солиста Королевского балета Швеции Оскара Соломонсона, которые исполнили фрагмент из спектакля “Altro Canto” Майо. Героиня гордо, уверенно и даже заносчиво “задает” движения партнеру – и робкий птенец гипнотически повторяет их в точности, но в совершенно иной манере, при этом партнеры ни разу не дотрагиваются друг до друга. Шквал аплодисментов обрушился на мастера фламенко Фернандо Ромеро – испанского мачо, в чьей Фарруке неистовая страсть и романтика не нуждались в оправе дешевых трюков и псевдозначительных взглядов.

Завершал вечер отрывок из спектакля “Затачивая до остроты”, который вели Эшли Боудер и Хоакин де Люз, на вторые роли были назначены солисты Музтеатра. Последние уже вполне освоили достаточно рассудочную хореографию Йормы Эло и наглядно отказались от задачи аккомпанировать протагонистам, и дело здесь не в вопросах техники, в которой и москвичи, и нью-йоркцы были равно сильны. Просто за несколько лет артисты Музтеатра научились без натуг создавать ансамбль индивидуальностей, точно чувствующих и передающих авторский стиль хореографа. Семен Чудин – лауреат “Бенуа” – фигура в этом смысле показательная: он – одна из самых ярких индивидуальностей этого ансамбля, где каждый сохраняют страстную веру в жизнь на сцене, а не в танце на подмостках. Мелодия его “первой скрипки” в иных партнерских комбинациях бледнеет, как случилось это на втором вечере “Бенуа”. В дуэте с замечательной балериной Екатериной Крысановой (правда, торжественное примадоннское Классическое па де де Гзовского на музыку Обера – не ее репертуар) Семен Чудин показался менее интересным и органичным, чем накануне. Не спас даже формат первого плана, хотя головокружительные успехи солиста очевидны.

На втором концерте Фестиваля “Звезды Бенуа де ля данс – лауреаты разных лет” лауреатов в наличии оказалось немного. Украшением гала стали Эшли Боудер и Хоакин де Люз, благодаря репертуару запомнившиеся гораздо больше, чем в первый вечер, и поразившие тончайшим пониманием нюансов стилей Баланчина и Роббинса (“Рубины” и “Другие танцы”). Уникальным мастерством блеснул Владимир Малахов, увы, уже входящий в опасный для артиста балета возраст. В дуэте из “Парка” Прельжокажа Малахов и дивная Надя Сайдакова обожгли зал проникновенной страстью любви постбальзаковского возраста. Он, директор Берлинского балета, в отрывке из спектакля Мауро Бигонцетти “Караваджо” с Леонардом Яковиной, не отвлекаясь на роковые приключения на жизненном пути художника, вскрыл природу живописных образов великого мастера. Были в этом концерте и странности – такие, как случайно заглянувший с шоу-арены в Большой театр квартет исполнителей “Танго-сюиты” Аны Марии Штакельман. Но такова жесткая реальность, которую чувствуют и от которой не отворачиваются организаторы “Бенуа де ля данс”.

- по клику
“Altro Canto”. Б.Коппьетерс и О.Соломонсон


Последний раз редактировалось: Елена С. (Ср Авг 24, 2016 6:52 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18666
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Июн 02, 2011 1:26 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2011060207
Тема| Балет, Михайловский театр, Персоналии, Начо Дуато
Авторы| Беседовала Любовь Костерина
Заголовок| Начо Дуато: «Я – гражданин Петербурга»
Где опубликовано| ИА «Росбалт»
Дата публикации| 20110602
Ссылка| http://www.rosbalt.ru/piter/2011/06/02/854893.html
Аннотация| ИНТЕРВЬЮ


Фото: Начо Дуато (из архива Михайловского театра)

Всемирно известный испанский хореограф Начо Дуато начал новую жизнь в Петербурге. На сцене Михайловского театра он уже поставил три одноактных балета. 14 июня состоится премьера «Прелюдии», где отражаются первые впечатления Начо Дуато от жизни в новой стране. Мастер немногословен и чрезвычайно занят. Однако «Росбалту» удалось получить его согласие на эксклюзивное интервью.

- Начо, нынешний год объявлен перекрестным Годом России и Испании. Ждете чего-то особого от этого межнационального события?

- Я знаю только о тех мероприятиях, которые проходят в России. Так, я был в Эрмитаже на открытии выставки из мадридского музея Прадо, куда приезжали король и королева Испании. Знаю также, что труппа Национального театра танца Испании, которую я много лет возглавлял, в этом году будет гастролировать в Москве.

Для развития отношений двух стран нынешний перекрестный год — очень важное событие. К слову, организовать выставку такого уровня, как делает Прадо в Эрмитаже, привезти 60 картин-шедевров, это так дорого и трудоемко! Поэтому, думаю, если бы не перекрестный год, такое было бы просто невозможно.

Что касается меня, то хорошо, что я начал работать в Михайловском театре в этом знаковом году.

- Каковы ваши первые впечатления от жизни в России?

- Мне нравится быть в России, в Петербурге. Как можно не полюбить Санкт-Петербург?!

- У вас уже появилось любимое место в Северной столице?

- Михайловский театр – вот мое любимое место. Свободного времени совсем немного – его хватает только на сон, а так я работаю семь дней в неделю.

Но есть вещи, которые видишь сразу. Невский – это, конечно, фантастика. Невероятно красивы и здания, и площади. Люблю Казанский собор, часто прихожу туда, ставлю свечки – я не религиозен, но мне нравится атмосфера. В Казанском не только очень красиво, но тихо и спокойно.

- В вашем премьерном спектакле Nuns Dimittis артисты танцуют под колокольный звон. Как появилась такая идея? И что сами чувствуете, когда звучит колокол?

- Я увидел колокола в Михайловском театре, надо сказать, раньше их использовали только в опере. А я решил при помощи колокольного звона соединить две части балетного спектакля. Однако звоном колоколов я не хотел придать балету какой-то религиозный смысл. Это просто особая музыка, чистая абстракция.

Сейчас у меня есть много видеозаписей, где звучат колокола, – из разных мест России. Первое время, когда я жил в отеле, то слышал колокольный звон каждое утро. Кстати, именно из Казанского собора.


Сцена из спектакля Nuns Dimittis

- Ваши первые премьеры в Михайловском театре состоялись. Остались ли довольны результатом?

- Да, я доволен. Танцовщики очень хорошо отозвались на все мои идеи. У нас было полное взаимопонимание.

- Однако в одном интервью вы признались, что в эмоциональном плане дистанция между вами и артистами существует. Как удалось наладить отношения с российской труппой?

- Переводчик присутствует на всех наших репетициях, но проблемы, конечно, возникали. Нельзя все перевести. Бывает, артисты не сразу понимали, что я хотел сказать. Но они видели, как я двигаюсь. И в результате все получалось просто превосходно. Это ведь не драматический театр, а балет. Язык танца универсален.

Более того, я не люблю много разговаривать на репетициях. Я просто даю какой-то образ, идею и смотрю, как они ее подхватывают.

- Вы требовательный?

- Да. Когда я в студии, не теряю времени – постоянно работаю и создаю новые хореографические тексты.

- Что ждет зрителей в балете «Прелюдия» — в премьере, которую вы сейчас готовите?

- В новом спектакле будет звучать музыка трех композиторов – Георга Генделя, Людвига Ван Бетховена и Бенджамена Бриттена. Я создаю музыкальный ряд из музыки барокко, классики XIX века и современной музыки. Так же и в хореографии применяю элементы танцевальных стилей разных эпох. Я бы хотел показать, что классическое и современное не разделены, дистанция между ними едва уловима, одно вытекает из другого, современность следует за классикой, и поэтому я считаю возможным их соединять.


На репетиции в Михайловском театре

- Какое мнение у вас сложилось о российской театральной публике?

- Зрители всюду хороши. Но в России особенно любят танец — он часть вашей традиции.

Еще не так много прошло моих спектаклей в Михайловском театре. Но я слышу тишину в зале, чувствую пристальное внимание. Зритель ведет себя очень тихо, независимо от того, нравится ему или нет. Внимательно следит за хореографией, за каждым па. Для меня важна такая тишина в зале.

- Начо, в чем, по-вашему, принципиальное отличие российской и испанской школ танца?

- Это невозможно сравнить!

- Почему?

- Смотрите, еще 20-30 лет назад, когда я начинал работать, в Испании не было национального классического балета. В Испании вообще недостает балетной традиции. Там нет таких балетных школ, как в Париже или Лондоне. Да, есть испанские консерватории, год от года они становятся лучше. Но все равно уровень намного ниже. Понятно, что в данном случае мы не говорим про фламенко.

- Несмотря на высокий уровень российской балетной школы, наверняка, как мэтр, замечаете в ней и слабые места?

- Я был на экзаменах в Академии русского балета им. Вагановой. Классическая подготовка у студентов очень хорошая, а современные направления они знают мало. Думаю, что им необходимо развиваться и в этом смысле, осваивать современный танец. И даже если они собираются танцевать только классику, все равно нужно, чтобы с юного возраста они привыкали и к современной пластике.

- Взялись бы обучать их этому?

- Да, я хотел бы работать с российскими молодыми танцовщиками.



- Начо, вопрос, который можно считать традиционным в этот перекрестный Год: как вам кажется, что общего между русским и испанским народами?

- Сложно сказать… В Испании также есть фольклор, мы тоже любим музыку. Обе страны богаты историей: Россия и Испания – великие страны с исторической точки зрения. Испания насчитывает десятки веков величия и могущества. Стоит вспомнить «золотой век», когда испанцы распространили свое влияние вплоть до Америки.

Но все-таки, мне кажется, что у нас больше различий, чем сходства. У русских людей другой нрав, образ жизни, поведение. Но мне это нравится!

Кстати, я нигде не видел столько стилизованного испанского танца, как в русских балетах. Он есть в «Лебединой Озере», «Дон Кихоте», «Пахите», в других известнейших балетах. Но это не значит, что мы настолько похожи.

- Вы живете в России с начала года. Чего вам не хватает здесь, что было в Испании? И наоборот – что хотелось бы перенести туда из России?

- Мне трудно сравнить две эти страны. Я родился в Испании, в Валенсии, а потом учился в Лондоне, жил в Париже, Стокгольме, Нью-Йорке… Десять лет работал в Голландии. Поэтому я не чувствую себя таким уж испанцем. И сейчас, признаться, не скучаю по Испании.

- Можно сказать, что вы – гражданин мира?

- Нет, сейчас я живу здесь, и я – гражданин Петербурга.

- Ваш «генеральный» план для Санкт-Петербурга?

- Трудиться в Михайловском театре, возглавлять его балетную труппу, развивать искусство балета. Я приехал сюда из Испании, чтобы работать изо всех сил, заниматься творчеством и радовать зрителей.

Фотографии предоставлены Михайловским театром
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18666
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Чт Июн 02, 2011 4:03 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2011060208
Тема| Балет, Музыкальный театр имени Станиславского и Немировича-Данченко, Премьеры, Персоналии,
Авторы| Екатерина Беляева
Заголовок| Сказки имени Станиславского
Где опубликовано| Infox.ru
Дата публикации| 20110602
Ссылка| http://www.infox.ru/afisha/theatre/2011/05/30/duato.phtml
Аннотация|

Старые оперные «Сказки Гофмана» и новая хореография в балетах Начо Дуато, Йорма Эло и Джона Ноймаейра. МАМТ имени Станиславского бьет рекорды по количеству премьер.

Интеллигентный Советский Союз

Уходящий май стал в Московском Музыкальном театре имени Станиславского и Немировича-Данченко месяцем премьер. Начали со «Сказок Гофмана» Оффенбаха в новой постановке худрука оперы Александра Тителя в компании с Валерием Левенталем и Евгением Бражникоми за пультом. Эта команда уже ставила «Сказки» в Свердловске и позже привозила их в 1987 году на гастроли в МАМТ. Столичная публика, не избалованная хорошо интерпретированными шедеврами французской оперы, была очарована. И спустя почти четверть века старая сказка вновь ожила, хотя никаких новых приемов постановщики не придумали, кроме как задать главной московской оперной примадонне, безупречно владеющей бельканто Хибле Герзмаве, задачку с тремя неизвестными – единственный раз, в первый день премьеры, певица по очереди перевоплощалась в трех героинь из рассказов Гофмана — Олимпию, Джульетту и Антонию. Трюк не очень получился, так как для роли куклы Олимпии нужна колоратура, с которой у певицы как назло возникли проблемы, но в любом случае «Сказки Гофмана» a la возвращение в интеллигентный Советский союз стали выдающимся событием музыкальной жизни Москвы, чего не скажешь о второй премьере в этом же театре – «За вас приемлю смерть» Начо Дуато.

От «На фореста» до «Русалочки»

Претензий к балетной политике МАМТа выдвигать не хочется, все таки Музыкальный на самом деле работает творчески. Они первыми два года назад позвали в Россию Начо Дуато, тогда еще не безработного и не гонимого из Испании хореографа. Его балет «На фореста» («В лесу») выглядел прелестной фольклорной безделушкой рядом с громоздкими классическими опусами — «Маргаритой и Арманом» Фредерика Аштона и «Призрачным балом» Брянцева. Публика ликовала. Дальше станиславцы первыми поставили два, хоть и очень старых, балета голландского гения чешского происхождения Иржи Килиана на музыку Моцарта, а в ноябре 2010 года привлекли в театр весьма востребованного и очень энергичного финна Йорму Эло, неделю назад сорвавшего престижный приз «Бенуа де ля данс» в номинации «лучший хореограф». И после этого не остановились – выпустили замечательную «Русалочку» Джона Ноймайера с не менее замечательной Анной Хамзиной, триумфально исполнившей в этом балете на музыку Леры Ауэрбах заглавную роль. Но до конца сезона в репертуаре театра значилась еще одна премьера, нужная, чтобы сформировался полноценный вечер балетов современных хореографов. Кто же знал, что первопроходцы в области переноса хореографии Дуато в Россию, станут заложниками собственного авангарда.

Безработный испанец ухватился за Россию как утопающий за соломинку. Прошлым летом он «закрепился» в качестве худрука балета в петербургском Михайловском театре и успел выпустить там три одноактных спектакля, один из которых был мировой премьерой. Успеха эта мировая премьера не имела, так как сделана была на скорую руку и странным образом напоминала худшие творения Бориса Эйфмана, но два других, перенесенных из Испании спектакля, выглядели симпатично. Наивное упоение успехом у россиян толкнуло Дуато еще на одну глупость – по просьбе продюсера Сергея Даниляна он согласился переделать один из самых лучших своих спектаклей, поставленный специально на Владимира Малахова балет «Ремансо», для «дамского» проекта «Отражения», премьера которого прошла в январе в Большом театре. В итоге новый «Ремансос», в который Дуато включил женские танцы, так как «Отражения» делались как посвящение молодым балеринам московской школы, с треском провалился как в Москве, так и в Штатах. Немалого труда стоило Большому театру, который выступил деловым партнером Даниляна, откреститься от неудачного балета и впредь не включать вообще никакого Дуато в репертуар.

Пятнадцать лет спустя

По контракту с Музыкальным театром Дуато должен был поставить здесь еще один свой старый балет в пару к «На фореста», чтобы двойка от Дуато вместе с «Затачивая до остроты» Йорма Эло превратились в полноценный вечер. Но этого не случилось, так как новый опус испанца не дотянул до звания спектакля, претендующего занять целый третий акт балетного вечера. Сам по себе спектакль «За вас приемлю смерть», поставленный хореографом пятнадцать лет назад в мадридском «Национальном театре», представляет несомненный интерес и заслуживает внимания, но не в купе с другими балетами этого хореографа, который работает всегда в одной и той же стилистике, окрашенной национальным испанским колоритом. Бедность хореографического рисунка и примитивность пластики в одноактных балетах Дуато начинает проявляется после двадцати минут просмотра. И если эти двадцать минут чувственной неги, возникающей от созерцания приятной картинки, зритель посвятил «На фореста», то что-то другое в похожем ключе вызывает у него неминуемую зевоту. Так что премьерному балету на музыку испанских композиторов XV-XVI веков, записанной на пленку в исполнении знаменитого испанского аутентиста Жорди Саваля, сильно помешал непремьерный балет на музыку Вила-Лобоса и Вагнера Тисо «На фореста».

Но вне контекста ситуации «За вас приемлю смерть» достоин упоминания в анналах истории балета. И станцован он был артистами театра Станиславского очень выразительно. Хороши были и Наталья Крапивина, и Валерия Муханова, и Наталья Сомова вместе с Марией Тюниной и Анной Хамзиной. Это сюжетный балет на стихи Гарсиласо де ла Веги о служении прекрасной даме. История печальная: дама после свадьбы умирает, и кавалер следует за ней, чтобы «там» соединиться. Шесть стихотворений – шесть зарисовок из жизни ренессансной Испании. Такой скромный испанский характерный танец с элементами современной пластики. Мило и скучно.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18666
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Июн 03, 2011 9:30 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2011060301
Тема| Балет, Opera Garnier, Премьера, Персоналии,
Авторы| МАРИЯ СИДЕЛЬНИКОВА.
Заголовок| Танец чистой воды //
"Дождь" Анны Терезы де Кеерсмакер

Где опубликовано| Газета "Коммерсантъ", №99 (4640)
Дата публикации| 20110603
Ссылка| http://www.kommersant.ru/doc/1652070
Аннотация| ПРЕМЬЕРА

- фотогалерея по клику
1 из 2 следующее фото
"Дождь" Анны Терезы де Кеерсмакер — непрерывный поток движений, лишенный какого-либо сюжета и бутафории
Фото: Agathe Poupeney/Opera national de Paris


В Париже в Opera Garnier состоялась премьера балета "Дождь" ("Rain") одного из ключевых современных хореографов XX века Анны Терезы де Кеерсмакер на музыку американского композитора Стива Райха. "Дождь" был поставлен в 2001 году для ее компании Rosas. Балетная труппа "Оперы" стала первой, кому посчастливилось заполучить спектакль знаменитой бельгийки в свой репертуар. Рассказывает МАРИЯ СИДЕЛЬНИКОВА.

Переговоры с Анной Терезой де Кеерсмакер велись давно. По информации "Ъ", первоначально руководительница балета Парижской оперы Брижит Лефевр предлагала постановку спектакля, но получила вежливый отказ. Однако и готовые работы именитая хореографиня до последнего времени не доверяла никому, кроме как своей труппе. За без малого 30 лет существования Rosas "Дождь" стал первым спектаклем, перенесенным на чужую сцену.

Этот балет стоит особняком в ее творчестве последних лет. Он придуман на "Музыку для 18 музыкантов" (1976) американского композитора Стива Райха. В начале 80-х именно его минималистские сочинения заставили ученицу брюссельской школы Мориса Бежара Mudra отправиться муштровать хореографическое мастерство в Нью-Йорк, в престижную Tisch School of the Arts. Будучи студенткой, она сочинила спектакль "Фаза. Четыре движения на музыку Стива Райха" (1982), который стал манифестом молодой хореографини, провозгласивший ее базовый принцип: сосуществование на равных танца и музыки. В "Дожде" Кеерсмакер вернулась и к Райху, и к чистому танцу: час десять длится непрерывный поток движений, лишенный какого-либо сюжета и бутафории.

Сцена взята в закрепленное под колосниками кольцо, с карниза которого струятся тонкие нити, символизирующие потоки дождя. Ксилофон, маримбы и фортепиано задают повторяющуюся тему спектакля: каждый удар музыканта по клавишам превращается словно в падающую каплю воды и импульсом отзывается в телах танцовщиков. Вслед за тональностью музыки, которая едва уловимо переходит от прозрачно-легкой к насыщенной и даже мрачной (к духовым и струнным добавляется голос), меняются свет и костюмы. Первоначально десять танцовщиков на сцене (семь женщин и три мужчины) одеты в костюмы пастельных тонов. Но в медитативном течении спектакля незаметно появляются яркие пятна и постепенно сцену заливает насыщенный свет.

За кажущимся хаосом на сцене стоит выверенная архитектура. На полу нарисована изощренная схема и траектория движений танцовщиков, невидимая зрителю. Действие несколько напоминает трансформации калейдоскопа, за тем лишь исключением, что Кеерсмакер полностью отвергает симметрию. Ее рисунок никогда не распадется на равные части. Одна и та же танцевальная связка так хитро повторяется в разном преломлении (например, зеркально или в обратном направлении), что набор движений практически невозможно уловить.

Выбрав "Дождь", на риск пошли обе стороны. Анна Тереза де Кеерсмакер понимала, что отдает свою одну из самых любимых и важных работ классической труппе. Понимала это и мадам Лефевр, но репертуарные амбиции взяли верх. В результате прекрасно воспитанные и старательные тела французских танцовщиков заговорили на языке Кеерсмакер с явным балетным акцентом: на пол они бросались аккуратно, при беге то и дело сбивались на выворотность, а пальцы рук невольно складывались в классическую "козу". Тем не менее упорству Брижит Лефевр и смелости труппы можно только позавидовать: в России Анна Тереза де Кеерсмакер пока на подобные эксперименты не готова, но Москва может рассчитывать на скорые гастроли Rosas.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Елена С.
Модератор
Модератор


Зарегистрирован: 12.05.2003
Сообщения: 18666
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Июн 03, 2011 10:23 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Номер ссылки| 2011060302
Тема| Балет, ABT, Персоналии, Алексей Ратманский, Кристофер Уилдона, Бенжамин Миллепье, Изабелла Болстоун, Иохан Кобборг, Ирина Дворовенко, Диана Вишнева, Марсело Гомес
Авторы| Нина Аловерт
Заголовок| ABT: Три хореографа
Где опубликовано| Русский Базар №74(789)
Дата публикации| 2 - 8 июня, 2011
Ссылка| http://www.russian-bazaar.com/article.aspx?ArticleID=19296
Аннотация|

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. НА ФОНЕ “ТРОЙКИ” МИЛЛЕПЬЕ

В Линкольн-центре продолжаются выступления Американского балетного театра. В середине прошлой недели прошли четыре представления сборной программы. Самыми заманчивыми в этих спектаклях были премьеры трех известных хореографов: Алексея Ратманского, Кристофера Уилдона и Бенжамина Миллепье. Кроме того, в эту программу был включен отрывок из балета американского хореографа Энтони Тюдор 1967 года «Игра теней» по повести Р.Киплинга «Маугли», но наибольший интерес, естественно, вызывали новые постановки.
Вызывали – до спектакля...

Концертный номер Миллепье «Тройка» - американская премьера, впервые это произведение увидели весной в Москве во время гастролей АБТ. Миллепье – танцовщик Сити Балета и хореограф. Миллепье поставил этот номер на музыку, скомпонованную из двух сюит Иоганна Себастьяна Баха для виолончели. На сцену посадили виолончелиста Джонатана Шпитца, вышли три танцовщика в застиранных (на вид) майках и станцевали что-то вместе, что-то – сольно, но к музыке Баха этот номер отношения не имел.

К сожалению, даже на фоне этого номера новое произведение «Думбертон» Алексея Ратманского, штатного хореографа АВТ, тоже впечатления не произвело...

Ратманский поставил для настоящего сезона небольшой балет (20 минут) на музыку Игоря Стравинского для камерного оркестра «Дубы Думбертона», написанную композитором по заказу владельца поместья под Вашингтоном в 1937-38 годах. Хореография выглядит как цепь совершенно случайно подобранных движений. Впечатление, что с показным оптимизмом танцует какая-то безликая масса, усугублялось еще и ужасными костюмами, которые создал знаменитый художник Бродвейских мюзиклов - Ричард Хадсон. Брюки на мужчинах и юбочки в складочку на женщинах – одинаково тусклого серого цвета, белые рубашки мужчин и белые блузки с отложным воротничком у женщин даже внешне придают балету характер какого-то унылого однообразия.

Публика принимала балет довольно холодно.

А вот балет «Светлый ручей» на музыку Д.Д.Шостаковича, который Ратманский впервые поставил для Большого театра, а теперь будет исполнен труппой АБТ, советую посмотреть. Это комический балет, что не часто встречается на балетной сцене. Не знаю, как этот балет – водевиль на тему артистов, которые приезжают в колхоз, – будет смотреться в Америке. Но после постановки этого балета в Большом театре Ратманский был приглашен туда художественным руководителем балета.
Возвратимся к сборной программе.

Впечатление произвел только балет Кристофера Уилдона «Тринадцать изменений» ( «Thirteen Diversions»). И не только на фоне «Тройки». Уилдон действительно поставил довольно любопытный одноактный балет на музыку Б.Бриттена, написанную композитором для рояля (левой руки) и оркестра.

Балет Уилдона – яркое хореографическое произведение, полное стремительных движений и стремительно меняющихся композиций. Уилдон – последователь Баланчина, но в отличие от 90 процентов других последователей не подражатель, а хореограф, развивающий направление неоклассицизма, созданное в Америке Баланчиным. Уилдон внес много нового в партии мужчин. Особенно итересными казались пируэты танцовщика-мужчины с переменами корпуса и его активное участие в дуэтном танце. Как особую удачу надо выделить дуэт, который танцевали активно выдвигаемая театром Изабелла Болстоун и Марсело Гомес. Дуэт не только состоял из неожиданных поддержек, но имел и неожиданный эмоциональный подтекст: танцовщик постоянно смотрел куда-то в сторону, а балерина поворачивала его лицо к себе, как бы спрашивая: «Ты меня любишь?». В целом во всем балете был внутренний ритм, не дававший вниманию зрителей ослабевать. Художник по костюмам Боб Кроулей одел центральную пару (Изабелла Болстоун, Марсело Гомес) в серебристые костюмы, кордебалет – в черные (словом, отнесся к балету как к театральному представлению). Публика в зале заметно оживилась, во время спектакля то и дело раздавались аплодисменты.
В результате Уилдон вышел из этого соревнования с другими хореографами победителем.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ. ЖИЗЕЛЬ

Заканчивается «неделя» бессмертного романтического балета «Жизель». Этот сезон у нас – сезон «гостей» из других стран, иногда – неожиданных. В связи с тем, что премьер театра Максим Белоцерковский получил травму на репетиции и не смог выступать в «Жизели» с Ириной Дворовенко, его заменил датчанин Иохан Кобборг, премьер Лондонского Королевского балета. Кобборг приехал в Нью-Йорк совсем не с целью выступать, он прилетел к своей партнерше на сцене и подруге в жизни – Алине Кожокару, которая в этом сезоне приглашена танцевать с труппой АБТ. (Замечу в скобках, что здесь, в Нью-Йорке, Кобборг сделал Алине предложение руки и сердца, как говорили в старину). Кобборг, как говорят в театре, «влетел» в спектакль совершенно неожиданно. Конечно, партнерства на сцене не случилось. Ко всему прочему, роль Графа не совсем подходит Кобборгу, но теперь в театре амплуа упразднены, что, по-моему, отрицательно сказывается на качестве выступления актеров и на всем спектакле в целом. Но Кобборг – опытный танцовщик, роль разработана у него до мелочей, так что, во всяком случае, он балерину не подвел. Ирина Дворовенко оказалась в сложном положении, потому что многое в исполнении ее роли зависит от контакта с партнером. Но она провела весь спектакль на высоком уровне, особенно второй акт. Красивая, легкая, ее Жизель любила Альберта, даже превратившись в виллису. Она так нежно обнимала его расставаясь, так по-женски предавалась своей печали при расставании, что верилось: если Альберт и впредь будет приходить на могилу погубленной им девушки, она и впредь будет являться к нему на призрачное свидание.

Диана Вишнева танцевала «Жизель» с Марсело Гомесом. Я много раз писала об исполнении Вишневой Жизели, потому что каждый раз балерина танцует как бы совершенно иной спектакль, поэтому напишу и про это ее выступление.

В спектакле 27 мая балерина была с самого начала так легка, так воздушна, что могла казаться не совсем человеческим существом, как будто лесная фея подкинула своего ребенка доброй крестьянке на воспитание. Первое свидание этой Жизели с Альбертом еще выглядело совсем детским. Как будто душа Жизели Вишневой спала до встречи с Альбертом и на наших глазах от сцены к сцене любовь заполняла ее радостью. Сцену сумасшествия балерина провела как погружение во мрак, почти видимый. Воспоминание о минутах радости Вишнева-Жизель «отталкивала» от себя, отбрасывала вместе с воображаемыми лепестками ромашки. Мне казалось, что именно в этой сцене волшебное дитя в своем земном одиночестве возвращалось – через страшные муки – к своему внеземному естеству.

Второй акт Вишнева танцевала не просто легко и воздушно, это была дева воздуха, не танцовщица, летевшая «как пух от уст Эола», а скорее « тень от облака, бегущая по нивам». Эта воздушность почти нереальная воспринималась не только благодаря легкости прыжков балерины, но благодаря стилизации под романтический стиль XIX века, благодаря непрекращающейся кантилене танца. Балерина в очень редких случаях делала акцент на финальную позу, не давая застыть арабеску, венчающему вариацию, а будто «скользя» сквозь него и продолжая полет. От этой кажущейся незаконченности движений впечатление воздушности еще усиливалось, как усиливалась и красота танца балерины.

Вначале Жизель Вишневой как будто и не видела Альберта, ее откинутая немного назад голова была обращена ввысь, куда она должна улететь. К Альберту она «возвращалась», «опускалась», чтобы его спасти. Потому такой значительной казалась среди полета поза, когда, стоя твердо всей стопой на полу сцены, балерина «вынимала» другую вбок, закругляла руки над головой и застывала – Жизель как будто прикрепляла себя к земле, приходя на помощь Альберту. Только один раз, когда перед началом дуэта Жизель Вишневой на секунду склонила голову на плечо Альберту, в ней вдруг проснулась память о земной любви. И был этот наклон головы нестерпимо горестным, но таким мимолетным, что можно было его и не заметить, а затем уже вновь воздушная дева спасала, подбадривала, защищала Альберта, выполняя свой последний – еще земной – долг. К счастью, в АБТ нет определенного возвращения Жизели в могилу, балерина поднимается на могильный холмик, но затем исчезает в кулисе. С рассветом Жизель Вишневой уходила ускользала от Альберта, и протянув ему лилию, вдруг «растворялась» в воздухе. Этот спектакль у Вишневой был трагическим спектаклем об одиночестве.

Гомес был очень хорош, особенно в первом акте, он был действительно знатного происхождения, а не играл в дворянина (как, скажем, Кобборг). Альберт Гомеса любил Жизель, он чувствовал ее необычность. Когда на сцену выходили отец и невеста, он, по-моему, даже не очень терялся в этой ситуации, а просто смотрел на них как на досадную помеху. И совершенно искренне пытался объяснить Жизели, что ничего они для него не значат, эти подданные, эта невеста: его жизнь поменялась в тот момент, когда он посмотрел Жизели-Вишневой в глаза (первая встреча). Во втором акте мне казалось, что Гомес как-то отходил на второй план, он танцевал с Жизелью, как в полусне. Впрочем, танцевал красиво и благородно, как и подобает графу в любой ситуации.
Среди исполнителей вторых ролей надо отметить (в спектакле с Вишневой) Геннадия Савельева в роли Лесничего, влюбленного в Жизель и Михаила Ильина, танцевавшего «крестьянский» дуэт в спектакле с Дворовенко. Савельева – за очень точную, искреннюю актерскую игру, Ильина – за идеально-профессиональное исполнение классического танца.

С пятницы 3 июня и по 8 июня включительно труппа АБТ танцует балет «Дама с камелиями». Особенно рекомендую тем, кто любит балетные спектакли с драматическим сюжетом, не пропустить этот балет. И Кент, и Дворовенко в главной роли произведут впечатление. Но дуэт Вишневой-Гомеса в «Даме с камелиями» – уникален.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Балет и Опера -> У газетного киоска Часовой пояс: GMT + 3
На страницу 1, 2, 3 ... 14, 15, 16  След.
Страница 1 из 16

 
Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах


Яндекс.Метрика